19 глава

Вернувшись в свой мир, в тишину и спокойствие своей спальни, Диана почувствовала, как пелена наваждения спадает, оставляя после себя неприятный осадок путаницы и тревоги. Обрывки воспоминаний, словно осколки разбитого зеркала, вспыхивали в ее сознании: красное платье, странный блеск в собственных глазах, завороженный взгляд Амбракса, нелепый клоун… Эти образы не складывались в цельную картину, вызывая головную боль и тошноту.

Слова Амбракса о ее красоте казались чужими, нереальными. Комплимент после такого унизительного спектакля звучал как издевательство. Что это было? Игра? Наваждение? Подстроенная ловушка?

Диана сжала виски, пытаясь прогнать туман из головы. Постепенно к ней возвращалась ясность. И вместе с ней пришло понимание: Розена. Все дорожки вели к ней. Слишком много совпадений. Мешочек с амулетом, совет надеть красное платье, внезапное появление Амбракса…

Зачем Розена это сделала? Что она хотела добиться? Зависть? Желание отомстить? Или что-то более сложное, более извращенное? Диана не знала ответов на эти вопросы. Но она твердо решила выяснить правду. Разобраться во всем этом кошмаре. И тогда… тогда Розена ответит за свои поступки.

Чувство стыда и унижения постепенно отступало, уступая место гневу и решимости. Диана больше не была растерянной жертвой. Она была воином, готовым к битве. Битве за собственное достоинство, за свою честь. И она не проиграет.

Внезапно ее взгляд упал на небольшой, изящный флакончик, стоящий на ее туалетном столике. Флакончик с духами, который дала ей Розена. Диана резко встала и подошла к столику. Взяв флакон в руки, она поднесла его к носу и вдохнула едва уловимый, сладковато-пряный аромат. Внезапно ее словно током ударило. Этот запах… она где-то его уже чувствовала. Но где?

Диана прикрыла глаза, напрягая память. Образы проносились перед ее внутренним взором: Розена, протягивающая ей флакончик… коридор, запах тех же духов… и… мгновение озарения! Она чувствовала этот аромат в тот день, когда Розена разговаривала с Амбраксом в библиотеке!

Диана резко открыла глаза. Вот оно! Вот связующее звено! Розена не просто дала ей духи. Она использовала их, чтобы связать этот запах с образом Дианы в сознании Амбракса. А затем… затем дала ей зелье, которое усилило эффект духов, сделав ее послушной марионеткой.

Решительным шагом Диана направилась к выходу из спальни. В коридоре она столкнулась с Летой Лестрейндж.

— Диана, ты вся горит! — заметила Лета, заметив ее бледное лицо и горящие глаза. — Что случилось?

— Мне нужно к профессору Слагхорну, — отрезала Диана, обходя Лету. Она знала, что профессор Слагхорн, несмотря на свою слабость к льстецам и любимчикам, был опытным зельеваром и мог распознать любое зелье. Именно он поможет ей разобраться в происходящем.

Найдя Тома в библиотеке, как всегда, погруженного в чтение, Диана, не колеблясь, подошла к нему.

— Риддл, мне нужна твоя помощь, — сказала она без предисловий, ее голос был тверд и решителен, отражая ее новую, обретенную решимость.

Том медленно поднял голову, его темные глаза, словно два льда, смотрели на Диану с холодным любопытством.

— Мисс Митфорд, — произнес он, его голос был ровным и спокойным, как всегда безупречно контролируемым. — К чему такая спешка?

Диана достала из кармана пустой флакончик и протянула его Тому.

— Ты знаешь, что это такое? — спросила она, пристально глядя ему в глаза, ища в них ответы. — Розена дала мне эти духи… Я чувствую, что они как-то связаны со всем, что произошло.

Том взял флакон, повертел его в руках, бегло осмотрев, словно невзначай вдохнул оставшийся аромат. Диана заметила, как на долю секунды в глубине его темных глаз мелькнуло что-то неуловимое.

— Духи, — произнес он наконец, возвращая флакон Диане. Его тон был небрежным, но Диана чувствовала, что он что-то недоговаривает. — Ничего особенного. Обычный женский аромат. Не вижу никакой связи с вашими… проблемами, Мисс Митфорд.

Диана почувствовала, как по ее спине пробежал холодок. Интуиция кричала, что Том знает больше, чем говорит. Связь между духами, разговором Розены с Амбраксом и ее странным поведением была слишком очевидна. Розена определенно манипулировала ею. Но зачем?

— Я не спрашивала про духи, — настаивала Диана, ее голос дрожал от напряжения. — Я говорила о зелье. Зелье, которое Розена подмешала Амбраксу. Ты знаешь, где его можно достать?

Том улыбнулся, и эта улыбка, холодная и загадочная, вызывала тревогу.

— Возможно, — ответил он, пристально глядя на Диану, словно пытаясь разгадать ее мысли. — Но скажи мне, мисс Митфорд, зачем тебе это? Что ты задумала?

— Я хочу знать правду, — ответила Диана, глядя Тому прямо в глаза. — Я хочу понять, что произошло. И я не остановлюсь, пока не выясню все до конца.

Том молчал несколько секунд, изучая Диану своим пронизывающим взглядом.

— Правда иногда бывает разочаровывающей, Митфорд, — наконец произнес он, его голос был тихим, но в нем чувствовалась скрытая сила. — Ты уверена, что готова ее услышать? И что ты будешь делать, когда узнаешь ее?

— Хорошо, — сказал Том, едва заметная улыбка тронула уголки его губ. Эта улыбка не внушала доверия. — Я могу тебе помочь. Но взамен мне потребуется твоя… дискретность.

Диана насторожилась. Дискретность? Что это могло значить? Она не доверяла Тому Риддлу. Его репутация и загадочность вызывали тревогу. Но любопытство и желание узнать правду пересиливали страх.

— Дискретность? — переспросила она, пытаясь понять, что скрывается за этим словом.

— Именно, — ответил Том, его глаза блеснули. — То, что ты увидишь и услышишь, должно остаться между нами. Согласна?

Диана колебалась. Это звучало еще более подозрительно. Но у нее не было выбора.

— Согласна, — ответила она, чувствуя, как сердце биение учащается.

Том кивнул и направился к выходу из библиотеки. Диана последовала за ним, смутно предчувствуя, что эта история может завести ее слишком далеко.

Том привел ее в скрытый проход, о существовании которого Диана даже не подозревала. Проход вел в старую, заброшенную часть замка. В небольшом помещении, освещенном лишь мерцанием свечей, Том остановился.

— Здесь хранятся записи школьных наблюдений, — объяснил он, указывая на полки, уставленные толстыми папками. — Думаю, мы найдем здесь то, что нам нужно. Информация — гораздо более эффективное оружие, чем зелья, Митфорд.

Диана смотрела на него с возрастающим беспокойством. Записи школьных наблюдений? Что Том собирался там искать? И как это могло помочь ей разобраться в ситуации с Розеной?

— Я не понимаю, — сказала Диана, — при чем тут записи наблюдений?

— Терпение, Митфорд, — ответил Том, едва заметно улыбнувшись. — Скоро все поймешь.

Он подошел к одной из полок и, пробежав пальцами по корешкам папок, достал одну из них. Папка была довольно толстой и покрыта слоем пыли. Том открыл ее и начал листать страницы, внимательно вчитываясь в написанное.

— Ага, вот, — произнес он через несколько минут, — кажется, мы нашли то, что искали.

Том показал Диане страницу с записями о Розене. Там были отмечены ее успехи в учебе, ее внеклассная деятельность, а также… несколько странных заметок о ее интересе к запрещенным заклинаниям и темной магии.

— Видишь? — спросил Том, его глаза блестели. — У твоей дорогой подруги есть свои секреты. И я думаю, они могут пролить свет на ее мотивы. Возможно, она вовсе не та, за кого себя выдает.

Розена, с кошачьей грацией откинувшись на спинку стула, сделала небольшой глоток. На ее лице появилась легкая, загадочная улыбка.

— К моему блестящему уму? — переспросила она, ее голос звучал игриво. — Боюсь, ты переоцениваешь мои скромные способности, Том.

Том наблюдал за ней, не спуская с нее пронизывающего взгляда. Прошло несколько секунд, но Розена не проявляла никаких признаков воздействия зелья.

— Итак, — продолжил Том, его голос стал холоднее, — мы ждем. Зачем ты дала Диане те духи? Что ты задумала?

Розена рассмеялась, легким, звенящим смехом.

— Ты такой серьезный, Том, — сказала она, покачивая головой. — Просто хотела сделать подруге приятное. Разве это преступление?

Том сжал кулаки. Он понимал, что Розена играет с ним. Она не поддается воздействию зелья. Но как это возможно?

— Не притворяйся дурочкой, Розена, — процедил он сквозь зубы. — Я знаю, что ты что-то замышляешь. И я выясню что.

Диана, наблюдая за происходящим, затаила дыхание. Розена нейтрализовала действие зелья! Как? Это было невероятно. Страх змеей скользил по ее спине. Розена была гораздо опаснее, чем казалось.

Том, с лицом, искаженным яростью, вскочил со стула. Его план провалился.

— Как?! — выдохнул он, его голос был хриплым от гнева.

Розена улыбнулась, холодной, почти жестокой улыбкой.

— Дорогой Том, — промурлыкала она, ее голос был сладок, как яд. — Ты действительно думал, что такая простая штучка, как зелье правды, может повлиять на меня? Я готовилась к этой встрече. Я знала, что ты что-то задумал.

Она встала, ее движения были плавными и грациозными.

— Не стоит так расстраиваться, — продолжила она, направляясь к выходу. — Эта игра только начинается. И я обещаю, тебе будет… интересно.

Диана осталась сидеть в своем укрытии, парализованная страхом. Она поняла, что оказалась втянута в игру, правила которой ей были неизвестны. И ставки в этой игре были слишком высоки.

Розена направилась к выходу, но на пороге остановилась и, обернувшись, бросила через плечо:

— Ах да, Диана, — ее голос был полон язвительной насмешки. — Не забудь передать привет Амбраксу. Он еще пожалеет, что связался со мной.

С этими словами она исчезла, оставив Тома и Диану в гнетущей тишине. Диана вышла из своего укрытия, чувствуя себя так, словно ее ударили под дых. Она посмотрела на Тома. Его лицо было непроницаемо, но в глубине темных глаз бушевал ураган.

— Что теперь? — спросила она, ее голос дрожал.

— Теперь, — медленно произнес Том, его голос был ледяным, — мы меняем правила игры.

Ночь опустилась на Хогвартс, окутывая замок мраком. В комнате Тома, освещенной лишь тусклым светом камина, собралась небольшая группа. Том стоял у окна, глядя на темнеющий двор. Вокруг него находились его ближайшие соратники: Лета Лестрейндж, ее взгляд был прикован к Тому; Диана, все еще потрясенная произошедшим; Амбракс Малфой, нервно сжимавший и разжимавший кулаки; и несколько других, чьи лица были скрыты в тени. Атмосфера была напряженной, воздух словно потрескивал от невысказанных слов и скрытых угроз.

— Розена Перевел играет с нами, — начал Том, его голос, низкий и ровный, разрезал тишину. — Она сорвала мой план, более того, она унизила нас. Она считает себя умнее, хитрее. Она думает, что может безнаказанно манипулировать нами.

Он сделал паузу, давая своим словам повисеть в воздухе, прежде чем продолжить, его голос стал жестче:

— Мы не можем позволить ей выйти сухой из воды. Мы должны ответить. И наш ответ должен быть сокрушительным.

Том обвел взглядом своих приспешников, задерживаясь на каждом лице.

— Розена опасна. Она хитра и безжалостна. Она мастерски играет на чужих слабостях. Но у каждого есть слабости, даже у Розены. Наша задача — найти ее ахиллесову пяту.

— Она умеет проникать в мысли, — добавила Лета, ее голос был тихим и настороженным. — Нужно быть предельно осторожными со своими мыслями, контролировать каждый импульс, каждое намерение. Она питается нашими эмоциями, нашими страхами.

— Именно, — подтвердил Том. — Контроль над своими мыслями — наша первостепенная задача. Розена каким-то образом считывает поверхностные мысли. Не давайте ей никакой информации. Никаких сомнений, никаких колебаний, никаких спонтанных размышлений. Абсолютная дисциплина. Мы должны действовать как единый, слаженный механизм.

Он обвел взглядом присутствующих, его взгляд был пронизывающим.

— Мы должны быть бдительны, — продолжил он. — Внимательно следите за своими словами, за своими действиями. Никаких неосторожных высказываний, никаких подозрительных встреч. Мы изучим ее привычки, ее окружение, ее связи. Мы найдем ее слабое место, уязвимость, которую она так тщательно скрывает.

— Мы уничтожим ее, — мрачно произнес Долохов, сжимая кулаки.

— Терпение, Антонин, — остановил его Том, подняв руку. — Розена — опасный противник. Мы должны действовать хладнокровно и расчетливо. Сейчас важнее всего — информация. Мы должны собрать все возможные сведения о ней.   Работаем тихо, методично, эффективно.

Он сделал еще одну паузу, его взгляд скользил по лицам собравшихся.

— Мы найдем ее слабость, — повторил он, и в его голосе звучала ледяная решимость. — И тогда Розена Перевел узнает, что значит бросать вызов мне.