13 глава

Следующий день начался как обычно. Розефина, в сопровождении Леты и Дианы, шла по коридорам Хогвартса в направлении Большого зала. Подруги оживленно обсуждали последние новости: кто-то видел фестрала у озера, домовые эльфы готовили что-то особенное на обед, а Филч снова грозился запереть Пивза в подземелье. Атмосфера была легкой и беззаботной, казалось, что вчерашний конфликт с гриффиндорцами остался в прошлом.

Но эта иллюзия разрушилась, как только девушки вошли в Большой зал. У самых дверей их поджидал группа гриффиндорцев, среди которых был и тот самый рыжий парень с веснушками, который накануне особенно рьяно поддерживал Маклаггена.

– Смотрите-ка, кто пожаловал! – выкрикнул он, как только Розефина поравнялась с ним. – Мисс «Чистокровность», решила почтить нас своим присутствием? Не боишься, что твоя репутация пострадает от общения с такими… как мы?

Причиной такой дерзости, как оказалось, стала новая сплетня, распущенная гриффиндорцами: якобы Розефина хвасталась своим происхождением, презрительно отзываясь о всех, чья родословная была менее «безупречной».

Розефина остановилась, ее глаза сузились.   Она окинула гриффиндорцев ледяным взглядом, задерживаясь на каждом лице.

– Ваша способность перекручивать факты, – произнесла она холодным, ровным голосом, – поистине поразительна. Я никогда не хвасталась своим происхождением.   Просто некоторые люди, – ее взгляд остановился на рыжем парне, – путают гордость за свою семью с презрением к другим.

– А, значит, это мы все неправильно поняли? – ухмыльнулся гриффиндорец. –   Тогда докажи!

– С удовольствием, – ответила Розефина, ее губы изогнулись в едва заметной улыбке. Она наклонилась к нему, так что только он мог услышать ее слова, и прошептала: – Жду тебя в полночь у края Запретного леса.   Дуэль. Расскажешь потом друзьям, как я «хвастаюсь» своим происхождением.

С этими словами она прошла мимо гриффиндорцев, направляясь к столу Слизерина. Тишина, наступившая в зале, казалась звенящей. Слизеринцы, слышавшие ее слова, переглядывались с улыбками. Гриффиндорцы же выглядели ошеломленными. Рыжий парень побледнел и сглотнул. Похоже, он не ожидал такого поворота событий.

*****Полночь. Холодный лунный свет, пробиваясь сквозь плотную завесу облаков, едва касался древних стен Хогвартса и мрачной опушки Запретного леса. Розефина уверенно шла к назначенному месту. Рыжие волосы, отливающие в скудном свете медью, обрамляли бледное, словно фарфоровое, лицо. Ярко-зеленые глаза, обычно искрящиеся весельем, сейчас были холодны и сосредоточены. Худощавая, но изящная фигура, облаченная в изумрудную блузу с глубоким вырезом и темные брюки свободного кроя, подчеркнутые широким поясом с замысловатым узором, двигалась с кошачьей грацией. Высокие черные сапоги на каблуке добавляли ей роста и статности. Сверху накинута черная мантия, развевающаяся за спиной подобно крыльям хищной птицы.

За ней, на почтительном расстоянии, следовала группа слизеринцев: Лета Лестрейндж, Диана Митфорд, Чарис Блек, Амбракс Малфой, Антонин Долохов, Конкадертус Нотт и Эван Розье. Их присутствие было необходимо – они выступали в роли свидетелей дуэли, гарантируя соблюдение правил и честную борьбу. Эван Розье, согласился быть секундантом Розефины по ее личной просьбе и с молчаливого одобрения Тома Реддла. Лица слизеринцев были серьезны и сосредоточены. Они понимали, что предстоящая дуэль – не детская игра, а серьезное испытание.

Лес, темный и загадочный, словно живое существо, молча наблюдал за приближающейся группой, скрывая свои тайны за густой стеной деревьев. Каждый шорох, каждый вздох ветра казался зловещим предзнаменованием. Но Розефина не выказывала ни тени сомнения или страха. Ее движения были плавными и изящными, взгляд – холодным и решительным. Она шла навстречу опасности, как истинная наследница Слизерина, готовая защищать свою честь.

На опушке Запретного леса, освещенной лишь призрачным светом луны, их уже ждал противник – тот самый рыжий гриффиндорец, чье имя, как оказалось, было Кэлум Фортескью. С ним стоял его секундант – крепкий парень с суровым лицом, Монтегю МакМиллан. Оба выглядели напряженными, но в глазах Кэлума мелькали искорки азарта.

Розье и МакМиллан, обменявшись короткими кивками, отошли в сторону, чтобы обсудить условия дуэли. Они договорились о стандартных правилах: до первого обезоруживания или же до явной невозможности одного из дуэлянтов продолжать поединок.

– На счет три, – четко произнес МакМиллан. – Раз… Два… Три!

Розефина и Кэлум одновременно взмахнули палочками. Первые заклинания были довольно простыми: «Ступефай» и «Протего». Воздух наполнился свистом пролетающих заклинаний и звоном щитов. Розефина двигалась с невероятной грацией, уклоняясь от атак противника, ее заклинания были точными и быстрыми.

Почувствовав, что проигрывает, Кэлум прибегнул к более агрессивной тактике. Он выкрикнул: «Инфернус Серпенс!» – и из кончика его палочки вырвалась струя черного дыма, которая превратилась в огромную змею из тлеющих угольков. Заклятие было запрещенным на территории школы, принадлежащим к тому, что обычно называли темной магией. Оно могло нанести серьезные ожоги.

Розефина лишь рассмеялась. «А вот и настоящий Кэлум Фортескью! – крикнула она. – Думала, ты так и будешь прятаться за детскими забавами?» Она взмахнула палочкой и произнесла: «Нигредо Винкулум!» Из ее палочки вылетела волна темно-фиолетовой энергии, которая мгновенно опутала огненную змею, превратив ее в горстку пепла. Это заклятие связывало и гасило магический огонь, тоже относясь к так называемой "темной" магии.

– Ты… ты использовала темную магию! – выдохнул Кэлум, отступая на шаг.

– А что, тебе можно, а мне нельзя? – с издевкой спросила Розефина. – Или ты считаешь, что «темная» магия – это только для злых волшебников, а такие «светлые» и пушистые» гриффиндорцы, как ты, могут использовать ее только в крайних случаях? Магия есть магия. Нет разницы между «светлой» и «темной», есть лишь намерения того, кто ее использует. И твои намерения, Кэлум, были далеки от благородных.

– Но… но это же опасно! – пролепетал Кэлум.

– Опасно – это твоя глупость, – отрезала Розефина, направляя на него палочку. – А теперь, если не хочешь продолжения, советую тебе убраться отсюда.– Нет! – упрямо мотнул головой Кэлум. – Я не трус!

Он снова поднял палочку, но Розефина опередила его. Легким движением она выбила палочку из его руки. Та отлетела в сторону, приземлившись с тихим стуком у корней древнего дуба.

– Ты… – начал было Кэлум, но Розефина не дала ему договорить.

– Глупец! – процедила она сквозь зубы. Ее глаза сверкнули опасным блеском. Упрямство гриффиндорца, граничащее с безрассудством, вывело ее из себя. – Ты не понимаешь, когда нужно остановиться.

Взмахнув палочкой, Розефина возвела вокруг них обоих два кольца огня. Первый, пылающий адским пламенем, отбрасывал жуткие тени на стволы деревьев и лица присутствующих. Второй, мерцающий ледяным синим светом, излучал такой холод, что воздух вокруг заискрился морозной пылью. Это было пламя Исиды – древнее и опасное заклятие, способное заморозить все живое за считанные секунды. Кэлум невольно отшатнулся, пораженный мощью ее магии, и оказался прижат спиной к внешнему огненному кольцу.

– Я не хотела причинять тебе вреда, – холодно произнесла Розефина, ее голос был как лезвие. – Но ты вынуждаешь меня.   Неужели ты настолько глуп, что не понимаешь, что играешь с огнем?

– Я… я просто хотел… – пробормотал Кэлум, запинаясь.

– Что? Доказать свою храбрость? – перебила его Розефина. – Ты пытался доказать свою храбрость, используя запрещенные заклинания? Это не храбрость, Кэлум, это глупость.

Она сделала шаг вперед, пространство между огненными кольцами уменьшилось.

– Мне всегда было интересно, – прошептала она, наклоняясь к нему, ее глаза сверкали в свете двух огненных кругов, – что происходит с человеком после смерти… Может, пора узнать?

В ее голосе слышалась неподдельная угроза. Кэлум, зажатый между двумя стенами огня, наконец, осознал всю серьезность ситуации. Он смотрел на нее с ужасом, понимая, что стоит ему сделать неверное движение, и эта странная, пугающая девушка выполнит свою угрозу. Впервые за всю свою жизнь он по-настоящему испугался. Его лицо было белым как полотно, губы дрожали. Он хотел что-то сказать, но не мог вымолвить ни слова.

– Я… я больше не буду, – пролепетал Кэлум, дрожащим голосом. – Прости…

Но эти слова только сильнее разозлили Розефину. В ее глазах вспыхнул гнев.

– Прости?! – прошипела она. – Ты думаешь, что простым «прости» можно все исправить? Ты играл с моей жизнью, а теперь просишь прощения?

Она резко взмахнула палочкой, и Кэлум закричал от боли, хотя заклинания еще не было. Одно лишь движение палочки Розефины разорвало его тело на мельчайшие кусочки, которые разлетелись в разные стороны. Слизеринцы за ее спиной вздрогнули, но никто не посмел вмешаться.

– Раз… – холодно начала отсчет Розефина, глядя на то место, где только что стоял ее противник. – Два… Три…

С каждым произнесенным числом напряжение нарастало. Лес замер в ожидании.

– Четыре… Пять… Шесть…

Даже ветер стих, словно боясь нарушить зловещую тишину.

– Семь… Восемь… Девять…

На последнем счете Розефина взмахнула палочкой, и на земле, там, где лежали разбросанные останки Кэлума, возникла древняя, мерцающая алым светом пентаграмма. Из нее, словно из ниоткуда, начал собираться Кэлум. Через мгновение он стоял перед ней, живой и невредимый, но взгляд его был полон ужаса.

– Десять, – закончила Розефина. – Как видишь, я могу вернуть тебя к жизни. В течение десяти секунд после смерти я способна воскресить любого. Но для тебя эти десять секунд на этом свете равны десяти годам на том…

Она обвела взглядом ошеломленных слизеринцев и вновь обратилась к Кэлуму:

– Ты провел десять лет в аду, Кэлум. Десять лет мучений за десять секунд моей милости. Запомни этот урок. В следующий раз, прежде чем бросать мне вызов, подумай хорошенько, готов ли ты к последствиям.

Кэлум, все еще дрожа, молча кивнул. Он был слишком потрясен, чтобы говорить. Розефина же, развернувшись, направилась прочь от опушки, ее черные сапоги уверенно ступали по влажной траве. Слизеринцы, молча, последовали за ней, оставив Кэлума одного наедине со своим страхом.Теплый камин в гостиной Слизерина отбрасывал причудливые тени на стены, украшенные гобеленами с изображением змей и других символов факультета. Слизеринцы, вернувшись с опушки Запретного леса, молча столпились вокруг массивного резного кресла, в котором восседала Розефина. Она задумчиво крутила палочку в тонких пальцах, ее взгляд, казалось, был устремлен куда-то сквозь каменные стены. В наступившей тишине потрескивание огня в камине казалось оглушительным. Наконец, Розефина перевела взгляд на собравшихся и спокойно произнесла:

– Задавайте свои вопросы.

– Что это было, Розефина? – первой нарушила молчание Лета Лестрейндж, ее голос все еще дрожал от пережитого на опушке. – Эта магия… она…

– Древняя, – закончила за нее Розефина. – И мощная. Да, я перевела.

– Но как… – начал Амбракс Малфой, – как ты смогла разорвать его на части одним движением палочки? И воскресить…

– Это дар моего рода, – ответила Розефина, ее голос был ровным и спокойным. – В нашем роду есть три Названные Матери: Смерть, Жизнь и Магия. Они благоволят Перевелам.

– Названные Матери? – переспросила Диана Митфорд, ее брови удивленно взлетели вверх. – Я слышала легенды… но думала, что это просто сказки.

– Сказки – это пересказанная, искаженная реальность, – усмехнулась Розефина. – Истинная легенда гласит, что три брата встретили не просто старуху, олицетворяющую Смерть, а трех богинь: Смерть, Жизнь и Магию. Смерть, да, подарила мантию-невидимку младшему. Жизнь даровала воскрешающий камень среднему брату, а также наделила его потомков невероятной плодовитостью и жизненной силой, даром целительства и глубоким пониманием природы, благодаря чему его род процветал веками, распространяя свое влияние и мудрость по всему миру. А Магия… Магия одарила старшего, моего предка, бузиной палочкой, стала его женой и матерью его детей. Она благословила его многочисленными наследниками и помогла нашему роду достичь небывалого могущества в магическом мире.

Розефина на мгновение замолчала, словно раздумывая, стоит ли продолжать.

– После смерти своих мужей, – продолжила она, – богини покинули мир смертных. Но… – тут она многозначительно посмотрела на собравшихся, ее глаза блеснули в свете огня, – легенды также говорят, что у истинных наследников рода Перевелов всегда есть возможность… связаться с Названными Матерями. И да, младший брат, получивший мантию-невидимку, основал род, который сейчас известен как Поттеры.

В ее словах был скрытый смысл, обещание невероятной силы и древней магии, который не укрылся от внимательных слушателей. Слизеринцы обменялись многозначительными взглядами, понимая, что Розефина только что открыла им тайну, о которой мало кто знал, тайну, которая могла изменить все.