2 глава

Во всех детдомах есть своя иерархия, и приют Вула не стал исключением. Здесь были как запуганные, забитые дети, живущие в постоянном страхе, так и чертовски самоуверенные, жестокие лидеры, устанавливающие свои правила.

Мое появление в приюте произвело фурор. Все, от мала до велика, смотрели на меня как на инопланетянку. Рыжие, слегка вьющиеся волосы, которые всегда выглядели так, словно я только что вышла из дорогого салона, зеленые глаза, меняющие свой оттенок в зависимости от освещения – на солнце они напоминали свежую скошенную траву, а в более темном помещении становились под стать цвету Слизерина. Ровный, маленький нос, пухлые губы, которые всегда были слегка приоткрыты, словно я ждала поцелуя... Моя внешность, походка, выражение лица – всё говорило само за себя. Фигура, которой позавидовала бы любая девушка – ни шрама, ни лишнего веса, ни малейшего намека на худобу. Бледная кожа, словно фарфоровая, только подчеркивала мою необычность. Я знала, что выделяюсь на фоне остальных обитателей этого мрачного места. И мне это нравилось.Моя идеальная осанка и всегда поднятая вверх голова говорили о том, что я не простая маггла без статуса. Даже здесь, в этом убогом приюте, я держалась с достоинством королевы. Когда ко мне более-менее привыкли, начались первые звоночки, касающиеся местной иерархии. Детишки, возомнившие себя хозяевами положения, начали лезть ко мне с глупыми вопросами, пытались донимать, провоцировать. Я же в свою очередь мило улыбалась и вела себя как ангел перед взрослыми, а в следующий момент, когда за нами никто не наблюдал, ставила на место каждого обидчика. Быстро, жестко и без лишних слов.

Я и не подозревала, что в этом приюте при желании можно поменять комнату. Изначально меня поселили с какими-то девочками. Я не запомнила ни их имен, ни внешности – ничего. Они были для меня лишь серыми тенями, мелькающими на фоне. Но когда одна из них начала пугливо жаловаться воспитательнице на мое «странное» поведение, а после и остальные подхватили эту песню, воспитатели приняли решение переселить меня в комнату Тома. Видимо, она была единственной свободной.

После приезда Тома всё так и осталось. Всем было плевать, где и с кем кто живет. Мы с ним пришли к молчаливому соглашению: у каждого свои вещи и предметы, о которых лучше не спрашивать и не трогать. У каждого свои секреты.

***Через пару дней все дети в приюте начали шептаться за моей спиной, обсуждая наше с Томом поразительное сходство. Мы оба были высокими, худощавыми, с бледной, почти прозрачной кожей. И если не считать моих ярких, рыжих волос, резко контрастирующих с его темными, то в остальном мы действительно походили друг на друга. Даже взгляд был похожим – пронзительным, изучающим, словно мы видели людей насквозь. Только глаза у нас отличались цветом: у него – стальные, холодные, у меня – изумрудно-зеленые, меняющие свой оттенок. Но главное сходство заключалось не во внешности, а в чем-то неуловимом – в манере держаться, в холодной отстраненности, в ощущении скрытой силы и превосходства над окружающими.

После пары дней, проведенных вместе, мы с Томом, к моему удивлению, нашли общий язык. Теперь мы часто проводили время вместе, гуляя по заросшему, неухоженному саду приюта или сидя в темной, затхлой библиотеке, затерянной среди пыльных стеллажей. Хотя «проводить время вместе» – слишком громко сказано. Скорее, мы просто обсуждали темы, которые были интересны нам обоим – древние ритуалы, забытые заклинания, темные стороны магии. Никто не лез к другому с лишними вопросами, не нарушал личного пространства. Я хорошо уяснила, что с Томом Реддлом шутки плохи. Что он, не моргнув глазом, может стереть меня в порошок, если я перейду некую невидимую границу.

Но я этого не боялась. Я знала о его жизни всё – и даже больше, чем он сам. Я знала его прошлое, настоящее и будущее. И именно это знание делало меня неуязвимой.****

Девушка спокойно шагала по коридорам приюта Вула. На ней было простое платье-рубашка темно-зеленого цвета и обычная черная обувь. Она бы солгала, если бы сказала, что эта одежда ей по вкусу, но пока она здесь, выбора не было. Ничто не предвещало беды, как вдруг чья-то рука схватила ее за локоть и резко затащила в одну из комнат приюта.

Она огляделась. Комната была пустой и пыльной, с облупившимися стенами и тусклым светом, проникающим сквозь грязное окно. Вокруг нее стояли несколько девочек, глядящих на нее с нескрываемой враждебностью.

– И что ты себе надумала? – спросила одна из них, тощая, с волосами, стянутыми в тугой пучок. На ней висела, буквально висела, бесформенная одежда из приюта.

– Ходишь тут, вся такая из себя важная персона, – поддакнула другая, полная, со светлыми, безжизненными волосами, похожими на паклю. Она тоже была одета в одежду из приюта, в которую, казалось, еле помещалась.

Роза окинула их презрительным взглядом. В следующий миг на нее поднялась рука... но тут же девочки завизжали, словно увидели нечто ужасное. Их глаза расширились от страха, тела затряслись.

Роза, не произнеся ни слова, наложила на них заклинание ужаса, используя беспалочковую магию. Она знала, как действовать в таких ситуациях. Быстро, эффективно и без лишнего шума. С невозмутимым видом она вышла из комнаты, оставив девочек корчиться от ужаса на пыльном полу.

Выйдя из комнаты, Роза услышала топот ног позади себя. Девчонки, хоть и напуганные, но не желающие сдаваться, бросились за ней.

– Ты, ведьма! – кричала тощая, ее голос дрожал от злости и страха. – Думаешь, тебе всё сойдет с рук?

– Фрик! – вторила ей полная, пыхтя и отдуваясь. – Уродина!

Роза остановилась и медленно обернулась. На ее лице играла ледяная улыбка.

– Что, котята, поиграть захотели? – промурлыкала она, глядя на них сверху вниз. – Только правила игры устанавливаю я.

Она снова взмахнула рукой, и на этот раз заклинание было другим. Девчонки замерли на месте, их рты открылись, но слов не последовало. Они могли только беззвучно шевелить губами, издавая нечленораздельные звуки.

– Теперь вы будете молчать, – спокойно произнесла Роза. – И думать, прежде чем лезть ко мне. Урок окончен.

Она развернулась и пошла дальше по коридору, оставив девочек беспомощно мычать и жестикулировать. Дойдя до библиотеки, Роза вошла внутрь и тихонько прикрыла за собой дверь. Том, сидящий за одним из столов с книгой в руках, поднял на нее взгляд.

– Что-то случилось? – спросил он, заметив ее слегка возбужденное состояние.

– Просто пара надоедливых мух, – отмахнулась Роза, подходя к стеллажам. – Ничего серьезного. Уже разобралась.*****

Спустя пару дней, войдя в комнату, Роза обнаружила Реддла, сидящего за столом. Он что-то усердно писал на пергаменте, хмуря брови и время от времени проводя рукой по волосам. Девушка прошла к шкафу, открыла его и, окинув взглядом свои скудные пожитки, тяжело вздохнула. Посмотрев на свой наряд, она презрительно скривилась. В ней росло желание поджечь все эти магловские тряпки, которые ей приходилось носить, но тут в окно постучал ее ворон .

Роза вопросительно посмотрела на Реддла, а затем кивнула на окно. Стол стоял прямо под ним, поэтому Том, лишь закатив глаза, встал и открыл окно. Ворон  влетела в комнату и, сделав круг, уверенно направилась к Розе. Девушка, наклонив голову набок, словно птица, протянула руку, и в нее упал небольшой конверт, перевязанный тонкой зеленой лентой. Реддл снисходительно улыбнулся, но спрашивать ничего не стал. Он уже привык к странностям своей соседки.

Развязав ленту, Роза развернула письмо. Почерк был угловатый и резкий, явно не человеческий. Письмо было от гоблинов.

Девушка хмыкнула, и в ее руке, словно из воздуха, появилось небольшое печенье. Она протянула угощение ворону, а затем легким движением руки затворила сначала дверцы шкафа, а потом, когда ворон вылетела, и створки окна. Пройдя к кровати, Роза села, подобрав под себя ноги. Она сломала печать Гринготтса и, развернув пергамент, начала читать письмо, полностью игнорируя вопросительный и тяжелый взгляд Реддла.

«Мисс Перевел,

Хотим сообщить Вам, что подготовка поместья закончена. Вопрос с переводом в Хогвартс решен. В скором времени Вам должна прилететь сова с подтверждением о переводе.

Также, по Вашей просьбе, мы начали вкладывать деньги в различные магические предприятия.

*Искренне Ваш, поверенный Перевел». *

Девушка задумчиво покрутила письмо в руке, затем встала, вложила пергамент в конверт и, подойдя к ящику стола, убрала его туда. Марволо, кажется, закончил свое занятие и теперь задумчиво смотрел на нее.

– Рози, – протянул он с легкой насмешкой в голосе. – Я вот тут хотел спросить...

Девушка вопросительно изогнула бровь, ожидая продолжения.

– Твоя фамилия... Она мне кажется смутно знакомой, – произнес Том, пристально глядя на нее.

– И не удивительно, – хмыкнула Роза, а затем, немного подумав, решила объяснить. – Ты, наверное, слышал сказку о Дарах Смерти?

Реддл покачал головой.

– Жили-были три брата, – начала свой рассказ Роза. – Однажды они путешествовали на закате и достигли глубокой, коварной реки. Братья, будучи волшебниками, просто взмахнули палочками и создали мост. Но на середине моста им преградил путь закутанная в плащ фигура. Это была Смерть. Она была разгневана, что волшебники избежали ее ловушки, ведь обычно путники тонули в реке. Но, будучи хитрой, Смерть притворилась восхищенной их магией и предложила каждому брату дар на выбор. Старший брат, гордый и воинственный, попросил самую могущественную палочку из существующих. Смерть сделала ему палочку из ветки бузины, растущей неподалеку. Средний брат, высокомерный и хитрый, захотел еще больше унизить Смерть и потребовал способ возвращать мертвых. Смерть дала ему камень, поднятый с берега реки. Младший брат, самый скромный и мудрый, не доверял Смерти и попросил что-то, что позволит ему уйти от нее, не привлекая ее внимания. Неохотно Смерть дала ему свой собственный плащ-невидимку. Затем она отошла в сторону, и братья продолжили свой путь, обсуждая свои дары. Вскоре старший брат попал в ссору и был убит из-за Бузинной палочки. Средний брат с помощью камня воскресил свою возлюбленную, но она была лишь тенью себя прежней, и он, обезумев от горя, покончил с собой, чтобы присоединиться к ней. Смерть так и не смогла найти младшего брата, пока он сам, состарившись, не снял плащ-невидимку и не отдал его своему сыну. Он приветствовал Смерть как старого друга и как равный отправился с ней в мир иной.

– И причем тут это? – спросил парень, явно не понимая, к чему она клонит.

Девушка закатила глаза.

– Эта сказка о Перевелах, – ответила Роза.

– Перевелах? – Том нахмурился, обдумывая услышанное. – Но это же просто сказка. Детская страшилка.

– Сказки часто основаны на реальных событиях, – возразила Роза, пожав плечами. – Просто со временем факты искажаются, обрастают вымыслом. Три брата, Дары Смерти... Все это метафоры.

– Метафоры чего? – Реддл подался вперед, заинтересовавшись. Он всегда был любопытен к подобным вещам – к древним легендам, к скрытым знаниям.

– Старший брат, жаждущий власти, – это символ тех, кто стремится к силе любой ценой, – пояснила Роза. – Бузинная палочка – это сама власть, которая в конечном итоге уничтожает своего владельца. Средний брат, одержимый прошлым, – это те, кто не может отпустить утрату и цепляется за воспоминания. Воскрешающий камень – иллюзия, ложная надежда, которая приводит к безумию. А младший брат...

– ...тот, кто принимает неизбежное, – закончил Том ее мысль. – Плащ-невидимка – это символ смирения перед смертью.

– Именно, – кивнула Роза. – Перевелы, согласно легенде, потомки младшего брата. Те, кто унаследовал не только плащ, но и мудрость.

– Значит, ты... – Том замолчал, словно не решаясь договорить.

– Потомок Перевелов, – подтвердила Роза, не отводя взгляда. – И хранительница одной из частей сказки.

– Какой именно? – спросил Реддл, его глаза сузились.

– Это не важно, – ответила Роза, загадочно улыбнувшись. – Важно то, что сказка – это не просто сказка. И иногда она становится реальностью.– Но если Перевелы – потомки младшего брата, – начал рассуждать Том, – то как они связаны с Дарами Смерти в целом? Ведь плащ – лишь одна из частей.

– История сложнее, чем кажется, – ответила Роза, откидываясь на спинку кровати. – После смерти братьев легенда о Дарах Смерти разошлась по миру. Многие жаждали обладать ими, веря, что вместе они даруют бессмертие и безграничную власть. Но лишь немногие знали истинную природу этих артефактов.

– И какова же она? – нетерпеливо спросил Том.

– Дары Смерти – не просто магические предметы, – объяснила Роза. – Они – отражение самой Смерти, ее сущности, разделенной на три части. Власть, отчаяние и принятие.

– Принятие? – переспросил Том. – Но как можно принять смерть?

– Смерть – не конец, – ответила Роза, ее голос стал тише, словно она делилась секретом. – Это переход, трансформация. Младший брат понял это. Он не боялся Смерти, он уважал ее. И именно поэтому он смог установить с ней... особую связь.

– Связь? – Том поднял брови, все больше интригуясь.

– Можно сказать и так, – кивнула Роза. – Легенда гласит, что Смерть... благоволила младшему брату. Она не просто отдала ему свой плащ, она... поделилась с ним частью своей сущности. И эта сущность передавалась из поколения в поколение, по линии младшего брата.

– Ты хочешь сказать... – начал Том, но Роза перебила его.

– Что Смерть – основательница рода Перевел? – закончила она его фразу. – Да, Марволо. Именно это я и хочу сказать.Марволо молчал, обдумывая услышанное. Идея о родстве со Смертью, пусть даже мифическом, была ошеломляющей.

– Но если это так, – наконец произнес он, – то почему о Перевелах почти ничего не известно? Почему они не правят магическим миром? С такой-то родословной...

Роза усмехнулась.

– Потому что власть в привычном понимании нас не интересует, – ответила она. – Мы – хранители баланса, Марволо. Мы наблюдаем, направляем, но не вмешиваемся напрямую. Наша сила – не в грубой мощи, а в знании и понимании.

– Знании чего? – Марволо все еще пытался осмыслить эту странную, запутанную историю.

– Жизни и смерти, – просто ответила Роза. – И всего, что между ними. Мы видим нити судьбы, Марволо. Иногда мы можем даже слегка корректировать их.

– И вы связаны только со Смертью? – спросил Марволо.

– Нет, – покачала головой Роза. – Перевелы – древнейший род. От нас, словно ветви от могучего древа, произошли многие другие семьи. Слизерины, Гриффиндоры, даже Пруэтты – все они носят в себе частичку нашей крови, нашего наследия. Да, кровь Певереллов – это основа, корень, но со временем она смешалась с другими, породив новые, уникальные магические линии.

– гриффендоры? – переспросил Марволо, удивленно. – Но они же...

– Считаются вымершими, – закончила за него Роза. – Официально – да. Но искры магии не гаснут так просто, Марволо. Они тлеют под пеплом, ждут своего часа. И иногда... вспыхивают с новой силой.