Глава 9 Падение

- Ты так очарователен, мой мальчик. - женский голос возвышается надо мной, а после я чувствую как чья-то рука касается моего плеча.

Нежно, все движения аккуратные, спокойные, нежные.

В зеркале, едва отражается фигура мальчика, который одет в элегантный, красивый костюм тройку. Позади него виднеется, статно стоит силуэт женщины, средних лет. Лицо трудно разглядеть, оно размыто и частично скрыто в тени. Но она тоже одета красиво, словно готовилась к этому вечеру основательно и так же решила подготовить своего сына.

- Ты мой сильный мальчик, так ведь? - спрашивает она.

Внезапно, мальчишка, который до этого смотрел в зеркало и судорожно поправлял на себе костюм, то галстук, то ворот рубашки, заговорил едва слышно. Голос такой детский, нежный.

- Можно я останусь дома? Я не знаю всех тех людей, они не будут со мной разговаривать.

- Почему у тебя такие мысли, милый? - ласковый голос женщины как-то по своему успокаивал, давал надежду на что-то.

Женщина присела на корточки, а после аккуратно развернула ребенка к себе лицом.

Хоть они сейчас находились на одном уровне, но лицо.. я все еще не мог его разглядеть. К тому же я никак не мог вспомнить этот момент.

Это словно происходит как будто со мной, но в то же время, будто не со мной.

Комната в воспоминании начинает дрожать, как отражение в воде. Зеркало рябит, и мальчик внутри - маленький я - опускает взгляд, сжимая пальцы до белизны. Костюм сидит идеально, слишком идеально, будто его подобрали не для ребёнка, а для чьего-то портрета.

- Ты должен гордиться собой, - говорит женщина.

Женщина - мать? тётя? незнакомка? - смотрит на мальчика с такой теплотой, что в груди становится тесно.

- Ты ведь особенный, Лео. Тебя просто не все понимают.Её пальцы, тонкие, с аккуратным маникюром, ложатся на его щёку.Кожа её рук чуть холодная - как у тех, кто слишком долго стоял у окна и ждал.

- Лео, - произносит она тихо, будто шёпотом пытается не спугнуть само имя. - Они не должны знать тебя. Им не нужно. Просто будь красивым, хорошо?Будь моим красивым мальчиком.

Мальчик кивает, не понимая. В его взгляде - тревога, будто он чувствует подвох, но слишком мал, чтобы назвать его.

Мальчик всхлипывает.

- Они смеются надо мной. Говорят, я... странный.

- Странный? - женщина улыбается, но в улыбке нет ни света, ни тепла. - Знаешь, все великие люди - странные. Только не позволяй им увидеть, как тебе больно. Никогда.

Он снова поворачивается к зеркалу.

Зеркало дрожит.

Лицо ребёнка кажется чужим - как будто кто-то другой смотрит изнутри, чуть прищурившись, будто через трещину в стекле.

- Я не хочу, чтобы они смеялись... - тихо, едва слышно.

- Они не посмеют, - женщина мягко улыбается, и улыбка её больше похожа на просьбу, чем на уверенность. - Потому что ты - мой самый лучший.

Она приглаживает ему волосы.

Её движение напоминает не заботу, а почти ритуал - медленный, точный, как будто от него зависит нечто важное.

В зеркале её отражение кажется ближе, чем должно быть. Словно она наклоняется не к мальчику, а ко мне, взрослому, заглядывая в глаза сквозь время.

- Пообещай, Лео.

- Что?..

- Что больше никогда не заплачешь перед ними.

Мальчик молчит. Потом кивает - робко, покорно.

Женщина касается его волос, аккуратно, как будто боится разрушить что-то хрупкое.

- Вот и хорошо. Теперь улыбнись. Сегодня тебя должны запомнить.

От прикосновения по спине мальчика пробегает дрожь.

Он вздыхает - не от страха, а от того странного чувства, когда понимаешь, что тебе не дают быть собой.

- Мама?.. - спрашивает он вдруг, почти беззвучно.

И в тот же миг женщина отдёргивает руку, будто обожглась.

- Не называй меня так. - Голос всё такой же ласковый, но в нём появляется что-то другое. Что-то хрупкое и холодное, как фарфор.

Мальчик смотрит вниз.

В отражении его глаза блестят - не от слёз, а от чего-то непонятного: стыда, растерянности, одиночества.

Воспоминание гаснет, как свет под водой.

В отражении не кого нет. Комната - исчезает.

Только тихий шепот, будто изнутри самого себя:

«Ты ведь сильный мальчик... так ведь?»

А я - стою в темноте, не помня ни её, ни того вечера. Только странное чувство в груди: смесь нежности и чего-то тревожного, будто кто-то давно научил меня быть чужим в собственном теле.

Я резко выдыхаю.

Комната уже другая. Серые стены, на которых разклеины разные группы баскедбольных команд, а именно лучшие группы, в углу стоит книжный шкаф, котрый полностью забит старыми книгами. Я их всех наверное перечитал по нескольку раз, каждый сюжет знаю и помню на изусть. Рядом со шкафом, прям в углу, спрятана гитара.

Когда-то давно, я помню что меня учили изгнать на ней, навыки все ещё остались.

Так же, в том углу лежит и моя спортивная сумка.

Пворачиваю голову в левую сторону, там, где стоит обычный письменный стол, на котором разложены учебники, тетради, корцеляия.

Взгляд цепляет мой блокнот, лежащий открытый на столе. Хотя в куче всех этих тетрадей можно подумать, что это просто мой черновик для каких-то записей или что-то на подобии.

Но это далеко не так.

Медленно встаю с кровати и подхожу к столу, утренний свет, рассеянный сквозь шторы, проникает в комнату.

Беру в руки блокнот, закрываю его и кидаю в ящик стола.

Телефон вибрирует где-то на кровати.

Сообщение от Джеймса:

«Ты жив вообще, приятель? Мы через 10 минут начнётся пара, тащи свою задницу сюда, придурок))»

Я усмехаюсь, этот паршивец младше меня всего на год, а ведёт так, как будто ему все дохволено.

Свободной рукой, провожу по волосам, чувствуя то, как после сна усталость никуда не ушла.

****

На занятиях не практически сосредоточен.

Голоса преподавателей сливаются в монотонный шум, точно так же как и голоса всех студентов в данном помещении.

Рядом со мной сидит Скарлетт, это редкость, что где-то на горизонте нет Джеймса, котрый ни на минуту её не оставляет в покое.

Джае на лекциях, где его вообще не должно быть, так как это не его предмет котрый он выбрал для обучения.

Я слышу, как Скарлетт нервно щёлкает ручкой и так же тихо постукивает пальцами по столу перед собой.

Внезапный её шёпот, раздаётся рядом со мной:

- Ты опять где-то в облаках, - я хоть и не вижу её, но чувствую в её голосе немного ностики злости.

- Просто не спал, - отвечаю, не открытая глаза.

Улыбаюсь. Не знаю как, но ей всегда удавалось находить нужные слова.

Иногда казалось то, что она видит меня на сквозь. Как будто с ней происходило тоже самое, что и со мной.

Это трудно объяснить простым языком и вряд-ли вообще получится сделать, лечше сказать просто - пройди через это сам и ты поймёшь в чем я тону каждый день, но молчу об жтом.

Она молчала. А я просто видел это по её глазам, в которых были призраки прошлого.

- Теперь ты психолог? - повррачмваб голову в её сторону и смотрю на неё, слегка улыбаясь.

- Нет. Просто я вижу, когда кто-то хочет исчезнуть, а не просто устал.

- Из личного опыта?

Эмоции сразу же исчезли с её лица, кожа как будто побледнела. Она несколько секунд просто смотрела на меня, а после отвернулась и продолжила конспектировать лекцию.

Я продолжал смотреть на неё дальше. В её словах - слишком много правды для шутки.

И она это знает.

Теперь об этом знаю и я.

****

На перемене нас догоняют Чак и Чед, одинаково шумные, будто две стороны одного хаоса.

Знали бы вы, как они любят устраивать реальный хаос.

Эти парни просто невыносимо, особенно когда они вместе и особенно в том слечае если ещё и речь касается какой либо вечеринки.

- Лео, - тянет Чед, - ты слышал про вечеринку у Мэдисон?

- Нет. И, надеюсь, больше не услышу.

Прошлого опыта хватило - твердит создание и я с ним полностью согласен.

- Да ладно! - вмешивается Чак, - говорят, тема - "без границ". Типа можно прийти в чём хочешь. Или вообще без.

Скарлетт фыркает:

- На Мэди это вдояли похоже, это скорее в духе Спенсер. Ей бы только повод, чтобы все сорвались с катушек.

- Наша Мэдисон, та ещё штучка, - довольно прошептал Чед.

- Забудь уже о ней. С ней тебе ничего не светит, Чед.

- Откуда такая уверенность, Скар? Я парень молодой, умный, красивый...

Я опираюсь на стену, слушая их, но мыслями я снова где-то далеко.

Иногда мне кажется, что все эти разговоры - как фоновый шум жизни, к которой я не принадлежу.

- Слишком много слов. Заткнись.

- Эй, я ещё не закончил. Это только часть моих качеств, я даже до сути не дошёл ещё, а ты меня заткнул.

- Ой, прости, я думал ты ограничешся этими жалким словами для своего "превосходства"

- Если завидуешь мне, Лео, то так и скажи. У меня от девчонок отбоя нет.

- Тогда сочувствую тебе.

- Это ещё почему? - удивлённо спрашивает Чед, смотря то на меня то на наших друзей.

- Девушки тобой пользуются, Чед.

- И я полностью подтверждаю Лео и подписываюсь под каждым его словом. Я готов даже поднять две руки, чтобы продемонстрировать это здесь и сейчас.

Джеймс подходит к нам, хлопает меня по плечу и усмехается:

- Я всегда знал, что вы были против Чеда Берри

Он делает театральный вид того, что слова его как-то задели.

- Придурок, хватит вести себя так, - Чак который все это время стоял рядом с нами и молчал, наконец-то дал о себе знать.

Он ударяет не сильно брата кулаком в плечо, тот отшатыается и немного теряет равновесие.

Парни начинают забирать друг друга.

- Девочки решили подраться на глазах у всех? - Джеймс никогда не умел закрывать рот тогда, когда это было нужно.

- Хочешь тоже принять участие в этом, Джеймс? - специально, высоким голос в одни голос проговорили близнецы.

- Не хочу, чтобы после этого снились кошмары. Избавьте меня от вашего присутствия.

Близнецы ещё несколько минут что-то обсуждали, а после пошли дальше, оставив нас троих одних.

- Я оставлю вас.. , - произнесла Скарлетт и уже собралась уходить, но Джеймс не дал ей этого сделать.

Он обхватил девушку за талию, прижал её спиной к свой груди, и опустил свой подбородок на её макушку пепельный волос.

- Мне не удобно, отпусти меня. К тому же, на нас все смотрят, Джеймс.

- Плевать кто смотрит. Я тебя сегодня не видел, так что вополняю утраченное.

Я вижу как Скарлетт замолкает и то напряжение которое у неё было, когда Джеймс схватил её и придал к себе, у неё постепенно все исчезает и в его руках она уже чувсвется себя более спокойной и защищённой.

- Тогда я оставлю вас.

- Нет.

- Тоже прижмешь меня к себе, придурок?

- Я подумаю над твоим предложением.

Не дожидаясь его следующих слов, я уже собираюсь уходить, как он снова открывает свой рот:

- Так какой твой ответ будет?

Я только качаю головой.

- Посмотрим.

****

Телефон снова вибрирует. Сообщение от Скарлетт:

«Ты придёшь?»

Пальцы зависают над экраном.

Она присылает фото приглашения - на чёрной глянцевой карточке серебром выведено:

"Вечеринка Мэдисон. Тема: "Без границ". Костюмы приветствуются, одежда - необязательна."

Снизу - подпись от руки:"Будь красивым. Или хотя бы честным."

Сердце странно замирает на этих словах.

Будь красивым...

Словно кто-то когда-то уже говорил это мне.

Я не знаю, пойду ли.

Но воспоминания о том странном сне, о зеркале снова вспыхивает - о мальчике в костюме, который хотел остаться дома.

И теперь, взрослый, я снова чувствую то же самое.

Только костюм стал другим.

И притворяться - ещё труднее.

****

Дом Мэдисон невозможно не заметить.

Свет - будто вырывается наружу, музыка дрожит в стекле окон, басы бьют так, что даже улица живёт в их ритме.

На крыльце уже толпа - кто в масках, кто без. Кто-то в крыльях, кто-то в простыне, кто-то и вовсе, кажется, забыл, что одежда вообще существует.

Я стою у калитки, руки в карманах, стараюсь понять, зачем пришёл.

Может, чтобы убедиться, что всё вокруг всё ещё движется. А может - просто потому, что устал от тишины.

- Лео! - голос Чеда пробивается сквозь шум. - Вот он, наш призрак!

Он подбегает, в чёрной рубашке, с чуть растрёпанными волосами и стаканом в руке.

- Думал, ты опять застрянешь со своими "не хочу, не пойду, все глупые".

- Я и правда не хотел.

- И всё же пришёл. Значит, не всё потеряно, - усмехается он, хлопая меня по спине. - Пошли, тебя нужно срочно напоить.

- Не обязательно.

- Обязательно. У тебя слишком трезвое лицо для этого места.

Мы заходим внутрь. Воздух густой от алкоголя, парфюма и смеха.

На стенах мигают огни, по полу скользят блики, словно кто-то растёр ночь и смешал её с цветами неона.

В гостиной кто-то танцует на столе.

Кто-то спорит у бара о том, кто кого бросил.

Кто-то плачет.

Кто-то целуется.

И всё это - в одном дыхании.

*****

Скарлетт появляется из толпы, в коротком серебристом платье и с блестками на плечах.

В её руках два бокала.

- Я знала, что ты всё-таки придёшь.

- Я не уверен, что это было разумно.

- Это вечеринка Мэдисон, Лео. Здесь разум - последний, кто выживает.

Она протягивает бокал.

- За то, что ты хотя бы раз выбрал жизнь, а не одиночество.

- Ты все ещё трезвая?

- Странно, да? - она делает паузу, а после снова говорит, - Но мне нельзя смешивать таблетки котрые я принимаю с алкоголем, так что, просто довольстувемся простыми напитками.

- Таблетки?

- Просто витамины, - быстро отвечает девушка, делая глаток из своего стакана.

Я пристально смотрю ей в глаза, знаю что она скрывает что-то и осознанно не говорит это, но не это сейчас важно. Протягивая руку и всё-таки беру.

- Где сама Мэдисон?

- Там, где громче всех кажется, - отвечает Скарлетт, закатывая глаза. - Она нарядилась в ангела, но с рогами. Типично.

****

В этот момент в комнату буквально врываются Чак и Чед, пьяные, с одинаковыми ухмылками.

- Лео! Брат! - орёт Чак, бросаясь мне на шею. - Мы спорили, придёшь ли ты!

- И я проиграл, - добавляет Чед, - так что теперь он должен выпить вот это!

Он ставит передо мной огромный стакан с чем-то ядовито-синим.

Я смотрю на жидкость.

- Это что, антифриз?

- Почти, - отвечает Джеймс, - но зато быстро помогает забыть, кто ты.

- В этом-то и проблема, - говорю я, но беру стакан.

Толпа кричит, подбадривая.

Скарлетт качает головой, хватая меня за запятьсе в котором я держу стакан.

- Ты не обязан, Лео.

- Я знаю, - отвечаю и делаю глоток.

На вкус - химия и сладость. На эффект - слишком быстро.

*****

Музыка становится громче. Люди - ближе. Мир - мягче.

Я уже не чувствую тяжести тела, только тепло в пальцах и лёгкость в голове.

Мы стоим с Джеймсом у стены, наблюдая за происходящим.

Он смеётся.

- Видишь того парня у окна? Он только что сказал девушке, что он потомок Ван Гога.

- И что, она поверила?

- Она сказала, что тоже немного безумна. И теперь они целуются.

- Вот она - магия алкоголя, - говорю я, и мы оба смеёмся.

Мимо проходит Мэдисон - ослепительная, вся в белом, с золотыми перьями.

- Лео, - тянет она, останавливаясь, - не ожидала.

- А я не планировал.

- Ещё лучше, - её улыбка опасна. - Те, кто не планируют, чаще всего запоминаются.

- У тебя странная логика.

- А у тебя слишком правильная. Расслабься, ковбой. Сегодня можно всё.

Она подмигивает и уходит, оставляя запах дыма и ванили.

Джеймс наклоняется ко мне:

- Вот и всё, друг. Тебя только что отметили на карте соблазнений Мэдисон.

- Прекрасно, - отвечаю. - Ещё немного, и меня начнут коллекционировать.

- Уже начали. Только не признаются.

*****

Час спустя всё превращается в хаос.

Смех, танцы, кто-то устраивает спор на кухне, кто выпьет больше текилы.

Скарлетт спорит с Мэдисон, янова что-то связанное с новым профессором на кафедре физ-мата.

Я с ним не знаком, просто слышал что этот препод тот ещё тип. У них с Джеймсом сразу же не сложились "тёплые отношения"

Взаимная неновесть у них есть.

Мне же судить человека по слухам не стоит. Но зацикливаться на нем, я тоже особо не хочу.

Близнецы же, играют в "правду или действие".

- Лео! - кричит Чак. - Твоя очередь!

- Нет. - вот стоило мне их вспомнить.

- Да! Правила святы!

- Вы же их только что придумали.

- Тем более!

- Правда или действие? - спрашивает Чед, хитро прищурившись.

Я делаю вид, что думаю.

- Правда.

- Скучно! - хором. - Но ладно. Тогда скажи: кто тебе здесь нравится больше всех?

Я поднимаю глаза. Все ждут.

Всё замедляется.

Скарлетт - улыбается, по дружески. Мэдисон - пристально наблюдает. Джеймс - ухмыляться, так как знает ответ на этот вопрос.

Странно, что он ещё никому об этом не растрепал.

Её здесь нет... к счастью

- Никто, - говорю тихо. - Я просто наблюдаю.

- Как всегда, - бурчит Чак. - Он вечно наблюдает, а потом что-то пишет.

- Он записывает все ваши имена, в тетрадь смерти, - добавляет Скарлетт.

- Спасибо, - усмехаюсь я. - хоть кто-то это ценит.

*****

Позже, когда музыка становится глуше, я выхожу на балкон. Воздух прохладный, мокрый от тумана.

Ниже - двор, наполненный людьми, огнями, смехом.

Но здесь - тишина.

Тишина длилась не долго. Телефон вибрирует.

Сообщение от Джеймса:

Джеймс: «Куда ты делся?»

Лео: «Ебет?)»

Джеймс: «Не переоыенивац себя. Возвращайся, мы нашли текилу с блёстками!»

Я улыбаюсь, прячу телефон. И вдруг вижу в отражении окна - себя. Снова тот взгляд.

Тот мальчик в костюме, только теперь - с другим лицом.

«Будь красивым, Лео. Или хотя бы честным.»

Где-то внизу Мэдисон кричит в микрофон:

- Добро пожаловать в ночь без правил!

Толпа отвечает ревом.

Я стою на балконе, и в груди странное чувство - будто всё повторяется, но в другой форме.

Тогда я не хотел идти.

Теперь в этот раз я - не знаю, как уйти, так как вижу объект своего восхищения.

- Интересно. - протягиваю я, - Она тоже не пропустила вечеринку, Мэдисон.