Глава 69

— Доброе утро! Прокатимся?

— Мисс, — Сарт покосился на дверь квартиры и снова пристально посмотрел на меня, — Вас отпустили, или вы опять сбегаете?

— Отпустили, можете даже Алесу позвонить!

Я совсем радостно оскалилась, зная, что Алес только подтвердит мои слова, и ничего мне не будет, а потом с той же довольной улыбкой пошла к лифту, игнорируя легкий мандраж. После побега Сарту влетело, и сейчас он был со мной максимально холоден в качестве воспитательных мер, но ему и его парням ничего не оставалось, кроме как последовать за мной и отстать, когда я подъезжала к парковке парка. Покосившись в зеркало заднего вида, я хмыкнула, увидев, как черный внедорожник плавно свернул на пропущенное мной свободное место, и послушно припарковалась на следующем. Ладони отчаянно похолодели. Вот и что я так нервничаю? Это всего лишь парк аттракционов! Напоследок отогнув козырек, я проверила помаду, улыбнулась отражению... И задушила отголосок совести, намекающий, что я просто сбегаю от проблем и от одной белобрысой свинки. Вот как себя вести — более актуальная мысль. Серьезно, что я хочу? С Алесом все было ясно, я занималась... Эм... Тыканьем пальцем в улей, вытаскивала демонов и его привычную версию, а здесь... Я же не собираюсь всерьез рассматривать Равена, как парня? Или собираюсь? Он оказался довольно адекватным, а еще он не знает обо всей шумихе, которая творится вокруг. Он просто хочет... Провести со мной время. То есть Равен действительно мной интересуется? Напоследок подарив своему отражению решительный взгляд, я вышла из машины.

Магия буднего дня: парковка была полупустой, а на площади возле входа не толпился народ. Ночью как раз потеплело, и сейчас набойки сапог гордо цокали по асфальту, заглушая мерзкое хлюпанье растаявшей жижи. Почему-то звук добавил уверенности, и, подойдя ближе, я безошибочно увидела Равена. Очаровательно кремовый букет контрастно выделялся на его привычно черной одежде. Невольно скользнув по парню взглядом, я замедлилась, отмечая стильные, похожие на военные штаны, заправленные в сапоги на шнуровке, знакомую дутую куртку... Он что, волосы уложил? Озадаченно моргнув, я все же подошла к парню и не удержалась от ответной улыбки, когда Равен протянул мне цветы. Что ж... Я была права, это «свидание». По всем канонам романтических книженций: букет, аттракционы и идеальная укладка. Нет, он правда, что ли, ее сделал?

— Привет.

— Привет, — я улыбнулась шире, осторожно поднося цветы к лицу и вдыхая тонкий свежий аромат какой-то зелени. Как мило. Щеки потеплели от смущения, в животе запорхали робкие бабочки, и я стрельнула глазками на Равена, чтобы увидеть все ту же сдержанную улыбку. Нет, он точно уложил волосы. Вот это да... Постарался ради меня? Бабочки совсем оживились.

— Можем закинуть его в машину, чтобы ты не таскала, — он взглядом указал на цветы, но я неосознанно ревниво прижала их к груди и нахмурилась. Как ни странно, Равен все понял и, хмыкнув, протянул руку чтобы их забрать:

— Тогда давай. Откуда хочешь начать?

Я все еще немного завороженно следила, как он одной рукой взял букет, а другой осторожно потянулся к моей ладони, поэтому не сразу осознала вопрос. В целом, если это свидание, нет ничего такого в том, чтобы он взял меня за руку? Тем более, оно может считаться не таким уж и первым: раз на то пошло, сближаться мы начали еще на той памятной скамейке в парке, так что... Я решительно тихонько выдохнула. Сначала на сантиметр подвинула свою руку к его, позволяя переплести пальцы, потом подняла глаза... Нет, я никак не перестаю удивляться, у Равена серые глаза. Так, а что он вообще спросил? Откуда начнем? Хлопнув ресницами, я снова покраснела, перевела взгляд на вывеску над кассами, потом на виднеющийся за оградой комплекс и задумчиво надула губы. Даже не знаю... Ощущение его ладони отвлекало, мешало сосредоточиться, и я растерянно вздохнула.

— А... С чего бы ты начал?

Равен тоже посмотрел сначала на вывеску, потом на аттракционы и вдруг ухмыльнулся.

— Может по шоколаду? Прогуляемся и решим что хотим.

Что мы хотим... А что я вообще хочу? Зачем я вообще на это согласилась? Видимо, мое лицо было чересчур задумчивым, потому что Равен вскинул бровь и, тихо хмыкнув, потянул меня ко входу.

— Я уже купил билеты, так что пойдем. Говорят, тут готовят очень красивый шоколад, а еще, — он поднял букет и вдруг как-то хитро приподнял уголок губ, — Фиолетовый с белым — их фирменные цвета. Ты будешь отлично сочетаться, и фотки выйдут хорошие.

Святое печенье, кто передо мной? Моя челюсть волочилась следом, пока меня уверенно вели в сторону небольшого домика кофейни. Просто когда мы были в Эстарс, я, от плохого настроения, начала нести чушь про цветовые сочетания, мол, какая кофта у меня зеленая, и логотип у них зелёный, а сфоткай меня, я сюда идеально вписалась. Потом выложила это все в соцсеть, чтобы злорадствовать над Алесом, когда он поймет, как я провела время вместо пар, но реакции не было, и повторно этот план использовать не хотелось. А Равен запомнил! С ума сойти и обратно не зайти. Я в шоке. И вот теперь снова себя спрашиваю, на кой черт я пришла?! Он же... Он что, реально ко мне подкатывает? То есть не прикалывается и не занимается поддержкой юного алкоголика в моем лице, а реально... На секунду почему-то стало страшно и захотелось уйти. Неправильно это как-то. Ладно Эстарс, ладно макаруны, тогда мы просто занимались фигней, но сейчас все слишком очевидно и как-то слишком уж серьезно, а я... Просто драконю Алеса. Белобрысого садюгу с гипербализированным чувством вины, мутантными тараканами в мозгу, и который еще порекомендовал тебе прыгнуть с крыши, чтобы его не бесить! Верно Лесса, ты его ненавидишь, и ни одного слова в его адрес назад не берешь! Этот садист поймет, кого он потерял...

— Все нормально?

— М? — я встретилась взглядом с Равеном и по инерции натянуто улыбнулась, прежде чем до меня дошло, что я от злости сжала кулаки. А точнее — его руку. Он покосился в сторону моих побелевших от напряжения пальцев и аккуратно отметил:

— Симпатичное кольцо. С кристаллами?

Ой. Мигом разжав руку, я отдернула ее подальше и досадливо скривилась, когда увидела багровые вмятины на пальцах Равена. Черт...

— Эм, прости, — я покаянно прикрыла глаза и попыталась исправить ситуацию извиняющейся улыбкой, — Задумалась и... Больно?

— Нет, но внимание привлекает, — он криво усмехнулся, — Правда симпатичное. Любишь украшения?

А? Вопрос почему-то сбил с толку. Теперь на колечко я смотрела с непониманием, пытаясь придумать ответ, а заодно отпихивая предлагаемые мозгом варианты мотивов Равена. Украшения... Если так подумать, я просто использую те, что валяются в шкатулке, а как они там оказались — вопрос к папе и Клэр. Промычав нечто нечленораздельное, я снова улыбнулась и наконец выдохнула:

— Ну... Я же девочка, а оно было довольно... Милым. Хотя сейчас я понимаю, что оно какое-то острое.

Мне достался странный взгляд и тихое:

— Опасные вещи иногда выглядят привлекательно, не думаешь?

В голове тут же возник образ Алеса, и я резко перевела взгляд на отвратительно розовую витрину. Торт. Я срочно хочу этот мерзко-мультяшный ванильный торт с клубникой и огромную кружку шоколада... Теперь я посмотрела на табло меню и воинственно кивнула. С огромной шапкой белых сливок и розовыми печеньками. Самыми розовыми. Равен моего ответа не ждал, кажется, он просто думал вслух, потому что тоже изучал табло, а на мои резкие мотания головой никак не отреагировал. Ну и хорошо, мне же на руку. Я все равно не смогла бы объяснить, что со мной опять не так... Поэтому дождалась, пока он тоже выберет и послушно дошла до столика у окна.

— Хм, эта туча выглядит подозрительно... — пробормотал Равен, отодвигая для меня стул. Ага. Очень. Твоя галантность еще более подозрительная, но после макарунов я промолчу. Хватило тогда многозначительного взгляда, второй раз ощущать себя тупейшим созданием в мире я точно не хочу. Так что я опять крайне послушно села. Молча.

— Окей, — он устроился напротив и вытащил откуда-то из кармана буклет парка, — Выбирай.

Мне мягко улыбнулись, заставляя в очередной раз озадаченно зависнуть, и подтолкнули бумажку поближе. Ага... Ладно. Бабочки снова расправили крылья, щекоча живот, пока я расправляла буклет и рассматривала карту. От непонятно откуда вылезшей робости перехватило дыхание, а пальцы дрогнули, но я постаралась взять себя в руки и сделать расслабленный вид. Будто я первый раз в жизни на свидании, пф!.. Мозг услужливо напомнил, что все свидания до этого были с парнем, с которым у нас все было до них, и мне совсем плохо стало. Да что ж такое, что ты будешь делать?! Плотная глянцевая бумага издала противное «кх», а я ойкнула будто от ожога.

— Что? — мои руки тут же перехватили, осматривая и мягко проводя кончиками пальцев по коже, — Как ты так умудрилась?

Равен удивленно покачал головой, пока копался во внутреннем кармане куртки, а через секунду снова подхватил мою руку.

— Болит? Порез небольшой, но от бумаги они всегда неприятные, — Равен хмыкнул, ловко заклеил мой палец прозрачным пластырем и... Э...

— Ник, ваш заказ!

— О, уже готов? — Равен, как ни в чем не бывало, повернулся в сторону прилавка, и сдержанно улыбнулся, — Сейчас приду.

Проводив его ошалевшим взглядом, я тупо уставилась на свой палец, потом в стул напротив и... Так, стоп. Он только что чмокнул мой порезанный палец? Не так: Равен чмокнул мой палец, который сам и заклеил пластырем?!

— Как тебя перекосило, — раздалось ехидное сверху, и передо мной поставили сначала сиреневую тарелочку с тортом, а потом кружку с шоколадом, — Стошнит? Пакет нести?

Только тут до меня дошло, что я реально сижу с перекошенным от шока лицом, но раньше, чем сделать нормальный вид, я посмотрела на парня. Он в открытую засмеялся... А я наконец отмерла. Тьфу. Он просто шутит, что ли? Закатив глаза, я резко выдохнула, криво усмехнулась и тоже съязвила:

— Твой траурный наряд привел меня в чувство, уже легче. А шутка была плохой.

— Которая? — он снял ложкой сливки и, отправив в рот, вскинул бровь. Я многозначительно ухмыльнулась, показывая, что попытка увильнуть не прокатит, и чуть не свалилась, когда мою руку снова поймали и чмокнули. Равен засмеялся.

— Ты... — голос от шока дал хрипотцу, и я вообще перешла на полушепот, — Ты больной?

— Да, знаешь, кажется простыл, кхе-кхе, — парень снисходительно улыбался, наслаждаясь эффектом, пока я пыталась взять себя в руки. Получалось не очень, потому что... Равен. Только что. Чмокнул меня в руку?! Механически подхватив трубочку, я безжалостно воткнула ее в шапку сливок, сделала крупный глоток и тут же дернулась. Горячо!

— Эм... Кай, прости, но мне кажется для поцелуя пока рано, — с тихим смешком отозвался Равен, а на мой недовольный взгляд примирительно поднял руки, — Дать воды? Она холодная.

Я в шоке. Нет, я совсем в шоке, ауте и дальше по списку. Я, видимо, на другую планету попала, но должна признать, выходки Равена реально работают, я аж забыла откуда пришла и о чем думала до этого!.. Резко выдохнув, прикрыла глаза, чтобы успокоиться, потом зыркнула на парня и кивнула.

— Это ты меня шокировал, между прочим, — проворчала я, когда мне протянули запотевшую от тепла бутылку, и сделала аккуратный глоток. М-да... Вряд ли поможет, но будто стало легче.

— Мне очень жаль, — Равен обезоруживающе улыбнулся и снова приподнял руки, — Как мне загладить свою вину?

С очередным вздохом я закрутила крышечку, невольно скользнув взглядом по цветам, по сладкому, отмечая их цветовые сочетания, потом по своему бежевому рукаву и пластырю на пальце... Ох, Равен, ты уже сделал столько, что я готова тебя простить. Тем более... Бабочки в животе неожиданно радостно завизжали, взлетая, а я, кажется, покраснела. Не очень-то я и недовольна.

— Ну... — я опустила ресницы и будто невзначай кокетливо подцепила кудряшку с плеча, — Ты можешь меня сфотографировать. Тортик выглядит очень мило.

— Мне кажется, в Эстарс на точно такой же торт ты сказала: «Фу, он такой очаровательный, что аж мерзко», нет? — Равен хмыкнул, но протянул руку, — На твой?

Забудем, что я там сказала! Довольно кивнув, я шустренько протянула ему телефон и, цапнув цветы, замерла, думая над позой. Потом перехватила букет поудобнее, чуть отвела в сторону, чтобы рассмотреть, отвлеклась на какую-то веточку, которая щекотнула мне нос...

— Ты такая красивая, знаешь?

А... И что на такое ответить? Удивленно хлопнув ресницами, я покосилась на Равена, чувствуя, как краснеют щеки, и невольно улыбнулась.

— Спасибо, теперь знаю. Ну как?

— Мне кажется отлично, — он отзеркалил мою улыбку и протянул обратно телефон. Посмотрим! Я аккуратно отложила букет на стул, пролистала кадры... Что ж, я сделала хороший выбор: румяная и естественная. Вся в розовом цвете, да еще и с цветочками... Смущенно, но очень довольно улыбнувшись, я подняла глаза на Равена и искренне сказала:

— Спасибо, получилось симпатично. Отметить тебя?

— Если хочешь.

Он тоже сдержанно улыбнулся и взял еще одну ложку сливок. Это довольно мило, что мне дают такую свободу выбора во всем, от нее даже не тошнит. Настроение на пару градусов просело, но я быстро отложила телефон и взялась за вилку. Торт. Торт мне его поднимет!

К слегка помятой мной бумажке все же пришлось вернуться. Я наугад тыкнула пару названий, получила в ответ скептично вскинутую бровь и тихое «Как хочешь», а через полчаса пожалела о своем решении.

— Быть не может! Я была слепа и глупа, давай не пойдем туда, — замогильным голосом провыла я, когда увидела, что Равен привел меня к огромной вышке, на которой где-то сверху крутились сиденья на цепях. Понятное дело, что это не просто цепи, и это все объективно не страшнее той карусели с похожими сиденьями, но это слишком высоко!

— Ты точно это выбрала, — на полном серьезе отрезал Равен и подвел меня еще ближе к концу очереди, — Мне кажется это самое интересное из всех твоих вариантов.

Видимо ему все опасное интересно!.. Нет, ну ладно, признаю, что остальное было довольно безобидным, там оказалась комната страха, картинг и какая-то непонятная стрелялка, но... Я внезапно поняла, что боюсь высоты. И цепей. И не доверяю своей удаче!

— Я передумала, — немного нервно отозвалась я и попыталась сделать шажок назад, — Давай лучше на соседнюю сходим, а?

Равен многозначительно глянул на соседний невпечатляющий батут, потом на еще одну стрелялку с другой стороны... На меня посмотрели с жутким скепсисом, еще и бровь вскинули!

— Серьезно?

— Э... — меня тоже соседние не впечатлили, но они казались лучше этой махины, — Можно не на соседние, но точно не на эту...

— Ты же не боишься высоты, — он широко ухмыльнулся и с прищуром подвинулся ближе, — И от карусели голова не кружилась... — Равен наклонился ко мне, заставляя удивленно хлопать ресницами, и проникновенно уточнил:

— Трусишь?

Кто, я?! Да ни в жизнь!.. Я здоро́во опасаюсь за себя, свой чудесный завтрак и репутацию. А еще я, кажется, забыла свой протест от шока, потому что на серых глазах обнаружился еле заметный темный ободок. Вообще-то парень даже красивый, и у него определенно вкусные духи или шампунь, черт знает. Что-то такое будто немного пряное, хм... Чуть теплее, чем лайм, но что-то такое свежее в этом есть... Я поймала себя за секунду до того, как облизнулась, и мысленно обругала, как могла. Совсем спятила! Какой к чертовой матери лайм?!.. Нет, у Равена все же что-то другое, но даже не знаю, что мне больше нравится это или лайм? Какого черта я вообще об этом сейчас думаю? Лицо Равена все еще было слишком близко, но раньше, чем я покраснела, как помидор, он отодвинулся. Я аж выдохнула. Просто... Вот он вроде и держит какую-то дистанцию, и ведет себя очень учтиво, вежливо, но как сделает что-нибудь, так хоть падай! То эти поцелуйчики в руку в кофейне, то помощь в залезании на кресло карусели, где я вполне могла сама, но нет, подошел и за талию поднял. Он явно бьет рекорды по тактильности сегодня! Я понятия не имею, как на это реагировать... Мило, конечно, но как-то... Даже не знаю... Я почему-то все еще ощущала себя не на своем месте.

Несколько ребят перед нами шагнули за ограждение, подошла наша очередь и я выплыла из розовых облаков на грешную землю. Стоп. Стоп! Я в ужасе глянула на приближающуюся вышку и попыталась упереться ногами.

— Не...

— Я буду держать тебя за руку, пока великая и ужасная Алькаира будет пищать на всю округу, — доверительно сказал мне на ухо Равен, и у меня по плечам побежали мурашки от его интонаций. В животе все сжалось и в этот раз не от страха, а я, в который раз за день, тупо уставилась в пространство, это осознав. Да что он вообще...

Мне на плечи опустилась внушительная металлическая дуга, что-то щелкнуло, загудел мотор... Рука Равена нашла мою, чтобы мягко сжать, и я в ужасе вдохнула, поняв, что мы поднимаемся вверх!

— А, погоди, как мы... — очнувшись, выдала я, глянула квадратными глазами на удаляющуюся землю, потом на улыбающегося во все тридцать два Равена, снова на землю и взвыла:

— Я же сказала не-ет!..

Рядом так радостно засмеялись, что я на секунду забыла, что боялась, удивленно глянула на Равена, а в следующий момент мертвой хваткой вцепилась ему в руку. Я не специально! Зажмурившись и отчаянно тихо пища, я пыталась уговорить свой желудок вернуться на положенное место, а не скакать по всему животу мерзко щекочась на поворотах. Но тут один сплошной поворот!..

— О нет...

— О да!

— Не-ет, — взвыла я, когда мы ухнули вниз, а потом плавно начали подниматься обратно вверх, и, сама не понимая, что несу, выпалила:

— Ты не сказал, что оно так делает! Ты меня не предупредил! Ты!.. Равен, черт тебя возьми, ты куда меня затащил?! Да я! Тебя! О господи!

Я снова зажмурилась, надеясь, что хоть так организм поверит, что мы в безопасности, пока одна бессовестная птичка рядом умирала от смеха. Ужас!

То ли мои матерные молитвы на очередном вираже помогли, то ли время так незаметно пролетело, но когда я была готова обматерить уже Равена, мы внезапно начали замедляться и постепенно снижаться. Я неверяще распахнула глаза, сглотнула, ощущая, как саднит горло, и с шумом втянула воздух. О боже... Рядом тихо икнули, я резко повернулась... Есть в мире справедливость!

— А вот будешь знать, как смеяться над человеком в такой ситуации! — ехидным сипом выдохнула я и широко улыбнулась. Страх прошел, оставляя после себя шквал адреналина, который теперь ударил в голову и заставил безумно ухмыльнуться.

— Не понравилось? — Равен тоже широко улыбнулся и хохотнул, — По-моему круто!

— Адреналинщик фигов! — прошипела я, снова жмурясь, когда перед самой землей в животе опять противно защекотало. Ух! Ужас! Но... Уф, я не знаю, может и круто, но больше я на такое точно не согласна!..

— Не, ну если ты хочешь еще разок, давай, — Равен хмыкнул, а едва я глянула в его сторону, приподнял свою руку. Черт! До меня дошло, что я все еще цепляюсь за него, как за спасательный круг, и, покраснев, я шустро расцепила пальцы. Угу. Попыталась.

— Э... Идем так, — я невольно засмеялась, когда встала и, пошатываясь, сделала пару шагов к парню, — Надо пару минут, чтобы это разжать.

Он тихо фыркнул, прежде чем согнуться от смеха. Примерно так, зигзагами и в полусогнутом состоянии, мы выползли за ограждение, плюхнулись на скамейку и уже здесь позволили себе от души рассмеяться.

— Ты смотри, не расцепишься, придется так на пары завтра идти! — простонал сквозь смех Равен, хватаясь свободной рукой за лоб, — Прикинь, как Айве обрадуется? Мы оба, да в комплекте, да в такой позиции!

— О да, нас будут долго и с наслаждением размазывать по площадке, а потом съедят вместо ужина, — провыла я в ответ и с отчаянием тряхнула рукой, — Я клянусь, она не разжимается!

— А что, пошли так? Прервем порочный круг прогулов... Или продолжим? Я готов прогулять ради тебя еще пару раз, но в таком виде... — он снова засмеялся, так и не договорив, а я на секунду успокоилась от его «ради тебя» и не удержалась от ехидного:

— Какие жертвы! Не волнуйся, сейчас я достану клещи и точно себя отцеплю!

— О нет! — он вскинул голову и сделал страшные глаза, — Я уже настроился на прогул.

Ну-ну. Ехидно захихикав, я вернулась к своей руке и, буквально разжав каждый пальчик, принялась ее разминать. Равен продолжал тихо смеяться, и я все же улыбнулась. Адреналин схлынул, оставляя после себя приятную усталость, поэтому я улыбнулась шире, доразмяла кисть и с удовольствием потянулась. Потом посмотрела в серое небо...

— Может по кофе? После такой встряски мне нужно заесть стресс!

— Кофе? Ты будешь жевать зерна? — я посмотрела на Равена, и он ехидно мне улыбнулся, — Ты такая сильная... А как от страха пищишь...

— Кому расскажешь, и ты труп, понял? — я сделала нарочито грозный вид и даже тыкнула в сторону Равена пальцем, — Сдам тебя Айве и не поморщусь!

— Я похож на сплетницу? — Равен снисходительно ухмыльнулся и, вскинув бровь, съязвил:

— Спасибо, не знал. Значит сладкое... Тут есть еще пара кафешек, можно заглянуть в них.

Уже собравшись ответить на коверкание моих слов, я зависла, тоже осмотрелась, но, не поняв, где он тут нашел кафешки, решила отдаться на волю судьбы. В конце-концов, Равен меня сюда привел, наверное, он действительно что-то да знает.

— Отличная мысль, вперед! — я бодро ткнула пальцем в неизвестность и поболтала ногами, — Сейчас я встану, и обязательно вперед.

Вставать было откровенно лень, поэтому я только довольно улыбнулась. Равен снова засмеялся и, покачав головой, скользнул по мне взглядом. Что?

— Улыбка тебе идет, — он решительно встал и, подхватив меня под локоть, потянул вверх, — Пойдем заедать стресс.

— О да, стресс... — по инерции повторила я, с долей приятного смущения переваривая новый комплимент, — А куда?

Он остановился, потянулся к карману, чтобы свериться с помятой брошюрой, потом покосился на меня... Да что опять? Равен задумчиво прищурился.

— Идея на миллион: как насчет печенья?

Печенья? Как он к этому пришел? Озадаченно выпрямившись, я склонила голову к плечу, прикидывая, что хочу... Вообще, печеньки звучит неплохо, особенно если какие-нибудь огромные, с шоколадом или глазурью.

— Исключительно за, — я хмыкнула и вскинула бровь, — В чем подвох?

— Ни в чем. Ты слишком соблазнительно говорила про мороженое с печеньем, так что меня эта мысль не отпускает.

Равен обезоруживающе улыбнулся, а я тихонько хихикнула. О да! Когда мы шли в сторону стрелялок, я заметила рекламную вывеску с огромным бокалом мороженого, в которое были понатыканы печенья всех сортов, вафельные трубочки, фрукты, да еще и все это дело украшалось посыпкой. Красивая надпись «Супер-день-рожденное-парфе» расстроила, поэтому я с досады надулась и выдала, мол, в одном кафе такое мороженое и без всяких дней рождения подают, и вообще там печеньки симпатичнее, еще и тематические. К тому моменту от вывески мы уже ушли, поэтому Равен мое внезапное возмущение не понял, несколько раз оглянулся, и пришлось на пальцах пояснять, что я имею ввиду. Тем удивительнее было услышать, что парень тоже любит сладкое, особенно мороженое. Почему-то Равен у меня с образом сладкоежки не вязался, поэтому я застыла от удивления.

— Что, по-твоему, я должен любить? Соленые огурцы? — он демонстративно закатил глаза и возмущенно на меня посмотрел, — Нравится мне и все.

Оу... Обижать Равена не хотелось, я выставила свободную руку в примирительном жесте и, хлопнув ресницами, попыталась пояснить:

— Так я же не против, просто удивилась... Серьезно?

На меня так глянули, что я мигом прикусила язык и подавилась нервным смешком. Потом еще одним, а потом вообще тихонько засмеялась, стараясь прикрыться кашлем. Поэтому сейчас я тоже улыбнулась, но абсолютно серьезно отрезала:

— Это кафе на другом конце города.

— А никто не говорил про него, я сам такие делать умею.

Уже собираясь продолжить, что время к вечеру, и ехать на другой конец не хочу, я удивленно приоткрыла рот.

— Что?

— Что? — меня будто невзначай снова взяли за руку и потянули куда-то по дорожке, — Я так-то в общаге жил, и в качестве каких-то там воспитательных мероприятий, к нам иногда приходили преподавательницы, те которые обычные дисциплины вели. Помнишь миссис Болдес? — Равен посмотрел на меня, а мозг тут же подкинул картинку милой тетеньки с кудряшками и в круглых очках. О...

— Которая вела литературу в школе? Естественно, — я фыркнула, — Все время задавалась вопросом, почему каждый год на новогоднее занятие она выбирает наряд феи, если все кричит о том, что ей надо быть овечкой.

Равен на секунду задумался, вникая в мои слова, а потом хмыкнул. Я только тонко улыбнулась.

— Спорим, ты не одна задаешься этим вопросом? — он закатил глаза и продолжил:

— Она этим и руководила. Устраивали чаепития, и все желающие вместе с ними готовили всякие сладости, торты и прочее. Приносили гитару или фильмы, занимали всю комнату отдыха, точнее, мисс Симон разгоняла оттуда всех шваброй, а они заходили такие: «Ой, как нам повезло, что свободно, давайте тут и сядем!» — Равен насмешливо фыркнул, но через секунду тепло улыбнулся, — Младшим особенно нравилось.

Это он Дэна вспоминает? Я не смогла сдержать умиленную улыбку. Все же Равен не настолько отмороженный садист, каким все это время казался, есть в нем что-то адекватное... Это было понятно еще во время рейда, но сейчас я окончательно в этом убедилась: парень спокойно выбрал бы официальную специальность вместо убийств, очевидно же, что кровожадность ему не свойственна. В отличие от некоторых белобрысых индивидов... Плевать. Нарочито ехидно улыбнувшись, я пропела:

— Вау, буду звать тебя не Равен — отмороженная птичка-убийца, а Равен — золотые ручки по печенькам!

— Ха-ха, — он с прищуром покосился в мою сторону и хмыкнул, — Расскажешь кому-то, и я сдам тебя Айве.

Пф, тоже мне напугал. Снисходительно глянув на него, я беззаботно пожала плечом.

— Сначала замани меня в академию, потом посмотрим, кто кого сдаст.

— Так ты за?

Хм... Я просто уже забыла, что мы собрались готовить печенье. Притормозив, я смерила Равена задумчивым взглядом, проигнорировав его вопросительно приподнятую бровь, взвесила все за и против... А что такого? Я хотела отвлечься, а это отличная возможность. Сейчас еще не так поздно, и, даже если опоздаю на вечернюю тренировку, Алес мне кругов вряд ли накинет, так, запугает на словах, а потом все равно сделает скидку на голову. Тем более, раз меня объявили самостоятельной и предложили убиться, вот и буду сама решать, чем заняться вместо тренировки с этим придурком... Тем более, в голове мелькнула мысль, что рядом с Равеном убиться и не получится. Я периодически забывала, но он точно ситуацию вокруг отслеживал. Его аккуратные, будто случайные оглядывания сначала напомнили мне о том же, и я тоже старалась за округой следить, но в итоге сама не заметила, как расслабилась. Так подумать, если бы вдруг на меня сейчас кто-то попытался кинуться, Равен вполне смог бы справиться... Эта мысль неожиданно внушила чувство безопасности, и, удивившись самой себе, я поняла, что вообще-то и не против куда-то с ним пойти.

— Ну... Можно, но... — я замялась, потому что вдруг вспомнила, что, во-первых, Равен тоже живет с мастером, а во-вторых, что я собралась к нему домой. Со свидания. Домой. Вот это круто, конечно, Лесса, ничего не скажешь... Как ты до такого дошла, а главное, как ты собралась выжить после такого? Или нет, отличная мысль, Алес задохнется от досады, а мне давно пора выбросить его из головы. Я мысленно гадко улыбнулась и со злостью сжала пальцы в кармане. Как, черт возьми, приятно, когда можно сделать то, что тебе нравится, и при этом насолить бесячему тебя ублюдку!.. Потому что идея Равена и правда хороша. Сам парень мои мысли прочитать не мог, так что догадался только о самой очевидной причине и пожал плечом.

— У меня никого нет, так что можно завалиться и устроить бардак, а мороженое купим по дороге, какое хочешь.

Вот такая формулировка звучит уже менее романтично, и если вспомнить о его поразительной вежливости и сдержанности, то бояться мне тем более нечего. К тому же за мной все равно охрана таскается, ничего не случится, пока я от них не сбегаю, а в ближайшее время так дурить не планирую. Мысленно кивнув и подведя черту, я снова хитро улыбнулась.

— И кофе.

— И кофе, — Равен покорно кивнул и тоже приподнял уголок губ. Чудно!

— Тогда я за, — я с царским видом кивнула и рассмеялась, когда Равен потянул меня дальше по дорожке, — Но кстати, мы с Виа уже пытались такое готовить, и у нас ничего не вышло. Те красивые печеньки с глазурью, наверное, тоже можно делать дома, да и всякие фигурные, но у нас даже с обычными сахарными что-то пошло не так, и вместо объемных цветочков получились полусгоревшие заморыши, по которым проехал асфальтоукладчик.

Равен прыснул и рассмеялся. Да что? Я же серьезно!

— Ты думаешь, я преувеличиваю? Ничерта подобного! Они сплющились и получились какие-то непонятные плоские тапки с отголосками лепестков! — я в праведном гневе выхватила из кармана телефон и, уже быстро листая галерею, нахохлилась, — Вот!

Он мельком глянул в экран и снова засмеялся, показывая, что совсем не сочувствует. Я только глаза закатила, а потом язвительно протянула:

— Поэтому птичка с золотыми ручками будет готовить, а я, так и быть, сделаю шарики из мороженого и фигурно растыкаю по ним вафельные трубочки. Иначе сожжем твоему мастеру квартиру и будем биты.

— Да пожалуйста, я овладел этим в совершенстве.

— Сжиганием квартир?

— Ха-ха, очень смешно, — он взглядом показал, что шутка была несостоятельна, но широко улыбнулся, — Вообще-то та самая миссис Болдес меня очень хвалила.

Угу, а Алеса как бога общажной кухни, наверное, не позвали, чтобы остальных не затмевал... Оборвав неуместные мысли, я удержала на лице улыбку и попыталась вывернуть на еще какую-нибудь тему, чтобы не думать о лишнем:

— Ты таскался на эти мастер-классы вместе с Дэном?

— Почему? Я сам на них пару раз ходил, — спокойно отозвался Равен, почему-то снова присматриваясь к тучам. Тоже посмотрев в небо, я подумала, что через пару часов вполне может пойти обещанный мокрый снег, и задумчиво надула губы.

— И тебя даже не загоняли шваброй?

Меня смерили очередным многозначительным взглядом, но ответили все так же любезно:

— Сказал же: сам пришел.

— Печь печенье? — сомнение в моем голосе можно было измерять в тоннах, поэтому Равен удивленно вскинул бровь и, как дурочке, ответил:

— Да.

Равен. Печь печенье. Губы дрогнули, когда я попыталась сдержать смешок, и пришлось приложить усилие, чтобы не выглядеть совсем уж злобной. Я на секунду прикрыла глаза, призывая себя к спокойствию, потом посмотрела на парня и на всякий пожарный сказала:

— Честно говоря, ты и печенье в моей голове вещи несочетаемые.

— Не удивлен, — он ехидно хмыкнул и куда как более миролюбиво добавил:

— Мы же мало общались.

Ну, тут он прав на все сто, я видела его вскользь либо в классах-аудиториях, либо у Айве, но там как-то не до внутреннего мира, либо на экзаменах. Там вообще вопрос стоял: поколотит ли он меня, или я смогу увернуться и хоть раз тресну в ответ. В задумчивом молчании мы дошли до главной аллеи, где уже прибавилось народу и теперь можно было поверить, что это действительно популярный парк.

Возле входа вообще было не протолкнуться, но мы ловко проскользнули через толпу и вышли к парковке.

— Ты на машине, да? — Равен задумчиво прищурился, остановившись у первой линии стоянки, а я вот о чем подумала:

— То есть ты в сознательно-взрослом возрасте пошел печь с преподами печенье?

— Вообще-то мне было одиннадцать, но да, я уже знал что делаю, — язвительно отозвался он, заглянул мне в глаза и вернулся к важным вопросам:

— Если хочешь, можем поехать на моей, я потом подкину тебя до дома. Или на твоей, тогда я свою завтра заберу.

А... Окончательно растерявшись, я не придумала, как на это реагировать, и Равен понимающе хмыкнул, поймав мой взгляд. Машина, ага... Вопрос хороший. Чисто теоретически, со своей проще, потому что тогда я могу сама доехать до дома, но если смотреть со стороны, что мы, вроде бы как, на свидании, то тут уже Равену надо проявить галантность и далее по списку. Мозг подкинул мысль, что я возвращаюсь к планам по раздракониванию Алеса с такими идеями, но я отмахнулась. Дело не в этом. А в том, где Равен живет.

— В какой район поедем?

Он непонимающе вскинул бровь, но все же ответил:

— Тройс.

Ага... В районах группы Ди мне уже однажды шины прокололи, Тройс, честно говоря, недалеко от них ушел даже территориально. Особенно если речь о его окраинах, так что... Я покосилась в сторону задних фар своей малышки, которые виднелись в конце линии, и вздохнула.

— Давай на твоей, — я посмотрела на букет в его руках и, улыбнувшись, потянулась к нему, — Только положу цветы...

Бровь Равена приподнялась еще выше, и он попробовал меня вразумить:

— До завтра они замерзнут.

А никто и не говорил, что моя малышка будет стоять тут до завтра. Придется, конечно, задушить гордость и позвонить Дейму, но даже если я промолчу, они догадаются ее забрать. Вопрос в том, как передать ключ. Понимающе кивнув, я выудила телефон и миролюбиво улыбнулась.

— Тогда мне надо позвонить.

Равен все прекрасно понял и, кивнув, сделал пару шагов в сторону, давая мне пространство. Мило... Уже набирая Дейма, я улыбнулась, чувствуя, как от жеста Равена потеплели щеки. Едва в трубке раздались гудки, пришлось сосредоточиться, но опер не заставил себя долго ждать.

— Внимательно тебя слушаю.

Ага, с тех пор, как я послала его на все матерные слова, а потом смылась в клуб, за что он явно отхватил от Алеса, со мной разговаривали исключительно так: холодно и вежливо. Иногда грубо. Видимо, Дейм надеялся пробудить во мне совесть, но такой не нашлось, и я просто сдержанно угукнула.

— Кто-то из парней может забрать мою машину от парка?

— А куда ты собралась?

Вот буду я тебе отчитываться! Сдерживая мат и недовольство, я тихонько вздохнула и насмешливо фыркнула:

— Алесу доложишь?

— Твоей охране, чтобы тебе по дороге никто голову не снес, — процедил Дейм так, что у меня телефон заледенел. М-да.

— К другу, — в тон оперу ответила я, — Но на своей машине туда не хочу. Так что?

— По друзьям будешь кататься, когда сдадим Рихтера. Алес ждет тебя на вечернюю тренировку.

Раздался звук сброшенного вызова, я с недовольным прищуром уставилась в экран и сжала зубы. В некоторой степени это было ожидаемо, но Дейм все равно та еще задница. Извинений теперь точно не дождется, даже если планету спасет. Напоследок с досадой посмотрев на свою машинку, я развернулась и, мило улыбнувшись, шагнула к Равену, чтобы забрать у него букет.

— Все отлично. Точно печеньки? Еще не поздно задуматься о сохранности твоей кухни или заехать за огнетушителем.

— Ты даже костер разводить не умеешь, — Равен хмыкнул и смерил меня снисходительным взглядом. Уел. Демонстративно поморщившись, я развернулась и проворчала:

— На какой линии ты встал? Сейчас в багажник закину и приду.

— На той же, что и ты, похоже, — он кивнул куда-то вперед и, проследив за его взглядом, я уткнулась во внушительный квадратный внедорожник старого образца. Такой, чемодан на колесиках от одного вида которого машинки типа моей разбегаются в стороны. Причем про старый образец я не шутила — номер очевидно намекал, что машина не новая. Но выглядит, конечно...

— Где ты взял этот чемодан... — вырвалось у меня, и я тут же прикусила язык. Упс. Мне не ответили, но посмотрели очень строго. Уже страшно, очень-очень. Пробормотав, что сейчас приду, я быстро добежала до своей малышки и, открыв багажник, аккуратно пристроила букет. Потом подумала... Вытащив какую-то тряпку, смочила ее из полупустой бутылки с водой и обмотала вокруг ножек цветов. Может доживут хотя бы до утра? А там я за ними съезжу. Ну, или уломаю Сарта...

На поверку внутри чемодан Равена оказался довольно удобным, а еще в салоне пахло чем-то вкусным и крайне знакомым.

— Что у тебя за вонючка такая? — активно принюхиваясь, протянула я, когда мы выехали с парковки и встроились в поток, — Пахнет волшебно.

— Корица.

Мне кивнули куда-то вниз в сторону магнитолы, и я выдала короткое «о!». В углублении под ней рядом с какими-то визитками лежала связка коричных палочек. Не удержавшись, я наклонилась, вдохнула... М-м...

— Теперь я хочу булочку с корицей, — я выпрямилась и засмеялась. Равен понимающе улыбнулся.

— В этом я точно не разбираюсь, но никто не мешает попробовать. Поищем рецепт?

Э... Думаю, лучше пока остановиться на печеньках. Мозг тут же подкинул мыслишку, что булочки могут стать предлогом для следующих подобных посиделок, я покраснела и невольно покосилась на Равена. Идея неплохая, наше «свидание» мне определенно понравилось. Разве что... Следующей мысли я даже не дала сформироваться и попыталась снова вернуться к какой-нибудь глупой болтовне. Равен по привычке молчал, и меня тишина не смущала, но мой мозг продолжал подкидывать эту мелкую подлую мыслишку, и мне срочно нужно было отвлечься!

— И все же о печеньках...

Равен вопросительно вскинул бровь, мельком глянул на меня, а едва остановился на светофоре, сделал приглашающий жест.

— Ты серьезно их пек? Нет, я просто не могу это представить: грозная птичка Равен стоит на кухне с девочками и лепит кругляшки под руководством какой-нибудь милой бабули?

— Ты имела ввиду, что я, парень, поперся печь печеньки? — Равен не скрывал ехидства, и я покраснела, поняв, что в своих попытках отвлечься слегка перегнула, — Не вижу в этом ничего такого.

— Мне казалась парням в одиннадцать больше нравится что-то...

— Брутальное? — он тихо хмыкнул и снисходительно на меня посмотрел, — Повторюсь: не вижу в этом ничего такого. Они вкусные.

— Не сомневаюсь, — я кивнула и тоже хмыкнула, — Видимо, особенность парней из общаги — любят готовить. У вас настолько классная кухня?

— У меня просто были адекватные соседи, — он не выдержал и, закатив глаза, все же возмутился:

— Что тебя так смущает в печенье?

— Абсолютное ничего, я подкрадываюсь к личным вопросам.

Равен озадаченно глянул на меня, но быстро вернулся к дороге и кашлянул. А что? Я тут сижу: губки бантиком, глазки круглые, как у рыбки... Просто среди всех мыслишек моего больного мозга мелькнула одна интересная: как в одном учебном заведении оказались настолько разные парни? То есть, Равен у нас стабильный лидер всех списков, та еще отмороженная птичка, и одна небезызвестная белобрысая свинка из той же категории. Почему тогда Равен настолько адекватный? И это если помнить, что Алес в общаге жил только со средней школы, то есть до этого его, очевидно, воспитывали родители.

— А что ты хочешь спросить?

Кажется, мое молчание его напрягало, потому что Равен слишком уж осторожно это уточнил. Тихонько фыркнув, я улыбнулась и сказала:

— Ничего криминального. Если ты с нами с началки, значит, ты и в общаге с началки?

— Эм... — Равен слегка нахмурился, но кивнул, — Да. А что?

— Тогда как ты получился таким адекватным?.. Ой.

Я запоздало прикрыла рот ладошкой, когда поняла, что сказала, а вот Равен, смерив меня удивленным взглядом, хмыкнул.

— Я таким родился, — он ехидно ухмыльнулся, — А вообще, я просто долго смирялся с происходящим и так и не понял всю эту романтику психопатов. Поэтому, — Равен улучил момент, чтобы повернуться и смерить меня ну о-очень многозначительным взглядом, — Я предпочел печенье посиделкам со старшаками за пивом, картами и девчонками.

Оу, все было так плохо? Видимо, что-то такое на моем лице отразилось, потому что Равен улыбнулся шире и добавил:

— У меня в комнате все было не настолько плохо. Они собирались у соседей.

— Мы очень за них рады, — не зная, что еще сказать, пробормотала я себе под нос, — А что за романтика психопатов?

И опять повисла пауза, которая намекала, что я лезу немного не туда. Потеребив выглядывающий из-под рукава пальто краешек свитера, я улыбнулась и выдала:

— Эм, просто формулировка прикольная, забей. Кстати, может быть все же найти рецепт? Или ты помнишь наизусть? И да, — тут я выставила палец и сделала серьезный вид, — За мороженое плачу я, потому что идея была моей!

— М? Окей, — он наконец отмер и кивнул. Потом помолчал и, слегка прищурившись, протянул:

— Формулировка такая, какая есть, это все еще в тему того, что все спецы неадекватные.

Ах да... Та самая знаменитая фраза Равена. Я задумчиво сложила руки на груди и уточнила:

— Я еще тогда хотела спросить, но как тебя сюда занесло с таким убеждением? Или ты уже в процессе к нему пришел?.. — тут я вспомнила некоторых наших одногруппников и сдавленно хмыкнула, — Я не удивлюсь, если так, потому что некоторые индивиды будто скандируют эту мысль.

— Согласен, — Равен тоже усмехнулся и покачал головой, — Но дело не только в них... Я в принципе тут учиться не хотел.

Даже так? Поэтому он вечно был таким угрюмым? Попытка припомнить Равена в началке провалилась, тогда я тем более им не интересовалась, поэтому пришлось снова посмотреть на парня в ожидании пояснения. Если будет, конечно... На меня тоже покосились, потом вздохнули и еще раз покачали головой.

— У меня отец — контрактник, постоянно был где-то, и, когда мама умерла, ему за мной присматривать стало не с руки, а спецшкола Драйен предоставляла общагу, — Равен как-то мрачновато усмехнулся, — Ну, он и решил, что это отличная идея. Подписал договор неглядя и сразу куда-то укатил, мне даже не объяснили, куда я попал. Заселили к двум старшекурсникам, я захожу, а там посреди комнаты винтовка разломанная валяется на какой-то тряпке, весь стол в проводах, и эти двое сидят на полу и ругаются, типа, кто из них тупее, что предложил другой калибр запихнуть.

Чего? Не успев сдержаться, я тихо прыснула, потом попыталась сделать вид, что это не я, но Равен тоже улыбнулся.

— Я на всю жизнь запомнил, что надо только родные пули ставить, они полночи это обсуждали. Лучшее первое впечатление, ничего не скажешь, — он демонстративно закатил глаза и тихо хмыкнул, — Потом на уроки пришел, а там физра, мало что физра, там Макс с Нердо отбитые вконец, давай петушиться во все стороны, стрелки какие-то забивают. Я совсем от жизни обалдел, ну и решил, что надо валить.

— Из Драйен? — вырвалось у меня, на что Равен понимающе кивнул и фыркнул.

— Меня охранник развернул. Я снова пытался, меня уже мисс Симон сразу на выходе из общаги повернула. Я решил, что из школы выйду, уже почти под забором пролез, и тут меня мастер какой-то за шкирку вытащил, тряхнул и такой: какого черта ты забыл на полигоне.

А-а... Не могу. Я уже открыто засмеялась, потому что полигон — это как раз та самая площадка, где у нас проходило испытание на связку киллер-оператор. То есть это со всех сторон просматриваемая территория! Там летом Айве самых отсталых гонял и тех, кто шел под отчисление, а от школы туда по диагонали пилить минут пятнадцать, если не двадцать!

— Как тебя туда занесло-то? — сквозь смех простонала я, сползая по стенке. Равен, тоже тихо посмеявшись, пожал плечом и возмутился:

— Ты думаешь, я знал, что там все камерами нашпиговано? Стоят пустые снаряды, бегает какая-то жалкая троица студентов, вокруг никого, ну я и рванул. А там этот дед, стоит, держит меня на вытянутой. Я разозлился, давай его обкладывать, потому что мне категорически эта история не нравилась, — Равен сделал большие многозначительные глаза, — Парни в комнате вечно железки раскладывали, все кровати оружейным маслом пахнут, как вечер — пиво и какие-то девчонки, я думал, с отцом хреново, что оружие и прочее по квартире лежит, а тут двое таких же в маленькой комнате. А этот мне давай: ты просто не понял всей прелести такой жизни.

Равен хлопнул ладонью по рулю и, возмущенно качнув головой, явно проглотил какое-то ругательство. Потом свернул во двор, осмотрелся...

— Вон на той стороне супермаркет, сейчас припаркуемся и дойдем.

Я молча кивнула, позволяя ему сосредоточиться на парковке, а едва Равен заглушил мотор, потянулась к ручке двери.

— Но вообще, — тоже замерев с наполовину открытой дверью, вдруг задумчиво сказал он, — Классный был дед. Он единственный догадался мне на пальцах объяснить, что происходит, и донести, что я даже после учебы не обязан бегать с оружием, а могу подписать договор и на все плюнуть. Старшим мозги вставил, они и до этого были более менее нормальные, а так буквально под крыло взяли. Поэтому, — Равен повернулся ко мне и привычно сдержанно улыбнулся, — Я такой, как ты выразилась, адекватный.

Не сказать, что это плохо. По крайней мере, из-за этой его черты с ним очень... Приятно общаться. Слегка удивившись этой мысли, я легко улыбнулась и согласилась: с ним действительно приятно даже просто быть рядом. Точно знаешь, что Равен внезапно не выбросит что-то. Он вышел из машины, и мне ничего не оставалось, как последовать его примеру. Один момент:

— То есть ты не собираешься работать после выпуска? — я повела бровью, намекая на нашу основную специальность. Равен только плечом пожал.

— Посмотрим после задания, еще лицензию надо получить. А в поле уже пойму, надо оно мне, или я... — он опять покосился в мою сторону и ехидно ухмыльнулся, — Слишком адекватный.

Я тихонько фыркнула и отмахнулась от его намека на мою неосторожную формулировку.

— Третий раз уже не смешно.

— Но ты краснеешь, — парень как-то особенно довольно улыбнулся и снова, как днем, потянулся к моей руке. Да, я краснею. Кажется, даже уши. Скосив глаза вниз, я сделала вид, что будто случайно коснулась его мизинцем, и Равен снова подхватил мою ладошку. Уф. На губах расцвела смущенная улыбка, а вот мозг... В кои-то веки в далекие дали уплывать не спешил и напомнил, что я бы лучше вот так вот спокойно и мило обсудила все с Алесом, который за последние пару дней очевидно с происходящим смирился и даже начал раскаиваться. А точнее — ревновать. А вообще и то, и другое...

Меня царапнуло раздражением, но я сжала зубы и заставила себя выбросить это из головы. Я реально мазохистка какая-то, зачем я порчу себе настроение всем этим? Между прочим, если быть объективной, то Равен раз в сто лучше Алеса, как минимум, по той самой причине — он адекватный. Не непонятный псих с садистскими замашками, а разумный человек. Приятный, с чувством юмора. Заботливый и действительно внимательный даже к мелочам, любой бред воспримет и кивнет, что бы там я ни городила, возьмет да поддержит! Вот только... Угу, мозг почему-то напомнил, что к Равену с просьбой убить Кея я бы не пошла. Но он же участвовал в наших актах мести, когда Эшли с Грейс к нам лезли? В голове тут же всплыла мысль, что Алес с тем же успехом Макса, походу, вообще грохнул... Я аж выдохнула. Я сейчас себе доказываю, чем Алес лучше? Что за идиотизм... Мы как раз подошли к супермаркету и, пользуясь тем, что Равен меня отпустил и отвлекся, я крепко сжала кулаки. Хватит. Общаясь с этим садистом я сама превращаюсь в какого-то монстра, который хочет поколотить каждого встречного! Ладно, я понимаю свое зверское желание убить Риа, она... Она начала первой, и я просто... Я просто... Да какого черта, я имею право хотеть убить человека, который меня саму растоптал в грязь, попытался столкнуть с крыши и всю жизнь обманывал! Но все остальные такого отношения не заслуживают, а я на любой чих в свою сторону... Правильно говорят, что легко нахвататься повадок тех, с кем общаешься. И это в ту же копилку, где совет Алеса сигануть с крыши, чтобы его не бесить. Эта мысль прочно засела в голове и, наверное, именно благодаря ей я не реагировала на свою совесть, потому что для моей злости тоже есть основания! Поэтому... Я категорически мило улыбнулась и покосилась на Равена. Может, это и немножко нечестно, но не в первый раз, к тому же, намерения у меня самые благие, ведь Равен сам сделал первый шаг ко мне.

— В целом у меня есть все, кроме шоколада и специй... — он повернулся ко мне с корзинкой и покосился на мою руку. Хм. Невзначай вложив пальчики в его ладонь, я посмотрела в серые глаза, сделала деловой вид и добавила:

— Мороженое и вафли на мне. Где специи?

Равен сдержал улыбку и, легко сжав мои пальцы, шагнул в сторону нужного отдела, пока я мысленно подводила черту. А точнее, пыталась перевернуть страницу, чтобы наконец-то избавиться от... Даже думать не хочу. Мне будет лучше с кем-то более спокойным, мягким и внимательным. Это про здоровые отношения, а не непонятно что.

— Думаю, стоит взять побольше корицы, если тебе понравилось.

Говорю же: он очень внимательный. Я согласно и очень довольно улыбнулась.

Лексан

— И ты ей это позволяешь? — процедил Себастьян, в бешенстве поворачиваясь ко мне. Я в крайне медитативном состоянии перевел на него взгляд, потом на дверь...

— У нее голова болит.

Она два дня назад у меня на руках кровью захлебывалась после харда, теперь ее реально трогать страшно, совесть вместе с чувством вины не то что воскресли, они там в спячке несколько уровней подняли, походу, и теперь решили соревноваться со злостью. Да и... Я так и не понял, что за фигня это была тогда. Отпустил Кай с тренировки, потому что увидел, как у нее знакомо белеют губы, на что она непонятно запыхтела, стянула перчатки, а уже у выхода из зала вдруг обернулась и спросила, может ли не идти на пары. Не успев осознать ее тон, я кивнул, все еще помня о белых губах и думая, как бы незаметно подстраховать на лестнице, чтобы если начнет падать в обморок, так не головой вниз. Чтобы потом не возиться еще больше с ней... А через полчаса эта пигалица свалила из квартиры, не сказав мне ни слова.

— Слушай, а почему Кай без тебя на пары едет? — спросил Дейм, едва я взял трубку. Озадаченно зависнув, я оторвался от отчета, посмотрел в стену... И громко выматерился.

— Не едет она на пары, я ее с них отпустил!

Под непонимающее молчание опера, я вихрем промчался по комнате, накидывая куртку и цепляя ключи от машины, а уже выбегая услышал успокаивающее:

— Что ж... Она хотя бы с охраной на хвосте, и смыться вроде пока не пытается, — Дейм чем-то пошуршал и осторожно уточнил:

— Слушай, а куда она тогда?

— Нашел кого спросить, — раздраженно буркнул я, — Выясняй!

Откуда я знаю, куда она собралась?! Может опять решила поболтать с каким-нибудь убийцей, с тем же Рихтером, например, может опять по клубам шляется!.. Тут я понял, что для клубов рановато, резко выдохнул и попытался успокоиться. Страх мерзким холодком скользнул по позвоночнику, и я нахмурился. Ну не могла же Кай растерять последние мозги?.. А ты сразу, не подумав, сорвался следом. Какого черта. Какого черта я опять помчался за этой идиоткой? Если она хочет сдохнуть, то куда я побежал? Спасать? Зачем?! Выбесившись от осознания собственного идиотизма, я психанул и, долбанув рукой по перилам лифта, мрачной тучей вышел на парковке. Ладно, плевать, уже поздно возвращаться, да и... Я не хотел признавать, что если сейчас вернусь, буду выглядеть такой же истеричкой. И что если потом что-то случится, сам себя изведу... Дейм тихо выругался, но к моменту, как я сел в машину, в трубке раздалось его ехидное хмыканье.

— А пацан неплох, знал, как удочку закинуть... Они встречаются в Эстарс в Ди-12 в полвторого.

Опять у академии. Тут даже думать не надо, опять этот гребаный Равель!.. Разозлившись, я вдавил педаль газа, прежде чем вспомнил важный факт: она не моя. Она просто избалованная соплячка, которая обнаглела до предела. Никакой ревности быть не должно... И мне не должно быть до этого дела, я просто делаю свою работу! К слову об этом:

— Чей он?

— Смотрю... — Дейм снова хмыкнул, — Выложи ружье, ревнивец, свидетелей будет слишком много даже для дико криминального Ди-12...

— Все лучше, чем Ди-9 со своими крышующими, — процедил я, жалея, что не могу врезать Дейму через динамик. Достал. И он, и Себастьян, и малявка... Опер в эфире выдал какое-то странное нечленораздельне мычание, пошуршал и вдруг максимально ровно сказал:

— Веришь, ничей. Данных о родителях в доступе нет, в архиве академии запись об отце, но самого отца хрен пробей, есть только дата смерти и какой-то там отряд, в котором он служил. В реестре не мелькает, только если копнуть поглубже, но это вряд ли.

Странно, потому что, объективно, пацан неплох. Мысль раздражала, но я был обязан это признать, и если реестр действительно пытался вербовать студентов, то Равель должен был идти в первых рядах. Сверившись с навигатором, я подъехал к нужному зданию под шорох из динамиков, заглушил мотор... Серебристая легковушка была припаркована настолько криво, что любой велосипедист мог снести зеркало со стороны тротуара.

— Нет, парень чист, хотя я сам в это не верю... — пробормотал Дейм, а я поймал себя на том, что скривился, будто сожрал лимон целиком, — Может и хорошо? Мне кажется, у мелкой крыша едет от всех наших приколов с ограничениями, ты ж сам слышал, как она огрызается, а тут никаких разговоров о реестрах и прочем...

Твою ж мать, ей это зеркало реально снесут. А потом она устроит истерику мне, когда я скажу, что сама виновата. Условно промычав что-то в согласие и не вслушиваясь, что он там опять городит, я не выдержал и вышел из машины.

— Где они в зале сели?

— ...а еще вы перестанете цапаться, — Дейм громко хмыкнул, — Ты собираешься ее увести? Тогда ты дебил и получишь еще одну истерику.

Вот буду я еще тебе пояснять, что собрался делать! Раздраженно цыкнув, я закатил глаза и сквозь зубы прошипел:

— Мне зайти и проверить? Тогда истерику получишь ты! И ее, и мою!

— Психопат и психопатка, две истерички, какого черта я вообще с вами работаю... — еле слышно забормотал Дейм, громко клацая клавишами, потом напоследок чем-то стукнул и ехидно фыркнул:

— На втором этаже.

Отлично. Убрав по инерции вынутую из кармана пачку сигарет обратно, я быстро дошел до машины Кай и загнул зеркало. Потом подумал, обошел легковушку и загнул второе. Потому что одно она еще может не заметить и так поехать, а с двумя точно не получится. В эфире странно кашлянули. Ну и плевать. Я не забочусь о Кай, меня бесит ее отношение к машине и вообще к парковке, возьму и аннулирую ее табель о доп. курсе, она не умеет водить!.. На деле, конечно, меня бесил этот Ривен. Самого раздражало, но факт. Я спустил на тормозах внезапный поход за кофе, ладно, сам лоханулся, раз отпустил малявку с пар, но когда это повторилось, чуть его не придушил.

— Он ее окучивает или что? «Особая кондитерская с особыми макарунами», что за глупая шутка... — бубнил мне в ухо Дейм, когда я с мрачным видом гипнотизировал очередное панорамное стекло кофейни, за которым сидела малявка и гребаный пацан. Сам себя я вообще понять не мог! То ли я бесился, потому что Кай продолжала выкобениваться, то ли ревновал к этому Равелю, потому что он топорно шел вперед и лез к ней!.. То ли мне было глубоко плевать на все происходящее. Я постепенно достигал той точки дзена, когда был готов отпустить Кай на все четыре стороны. Она так ему улыбалась, что меня тошнить начинало. От ревности, бешенства, от сожаления и от просыпающейся совести. Потому что злость за ее выходки и особенно за сцену возле клуба нехотя проходила, а ее место полностью занимало пресловутое чувство вины и... Да, я не мог просто ее забыть. Тот разговор Рианы и Себастьяна никак не шел из головы, особенно когда я успокоился и получил вынужденную паузу из-за того, что отпустил Кай с тренировок. Из-за него я продолжал думать о Кай, о нас и в принципе о том, что случилось. Почему я ее выбрал и почему влюбился? Не в Сиан, которая вообще все готова была сделать, не в кого-то еще, а именно в Кай? Серьезно увидел в ней Элиен?.. Бред. К этой мысли я приходил не первый раз: Кай такая, какая есть. Если подумать, даже внешнее сходство не на сто процентов. Кай — это Кай, и для меня она особенная... Увы. Эта мысль вызывала досаду и злила каждый раз, когда появлялась. Почему-то именно перед сном. Зараза бесячая, хоть снотворное пей!

Поэтому сейчас я с медитативным видом посмотрел в стену, сделал глоток кофе и, расслабляясь, невольно мысленно улыбнулся. Сегодня Кай выглядела удивительно уютной, а ворох алых кудрей напоминал о наших летних вечерах. А точнее ночах... Я выматерился и, тихо вздохнув, сделал еще глоток. Кофе вкусный купил, надо запомнить, что за зерна.

— Голова? — Себастьян ехидно прищурился, — И как давно она болит? С момента, как я тогда ушел?

Почти. Отгоняя мысли о Кай, которые бередили душу, и заражаясь раздражением Себастьяна, я коротко выдохнул, с тихим стуком поставил кружку на стол и, посмотрев на него, прямо ответил:

— У нее болит голова, а от нагрузок идет кровь из носа. Я тренирую столько, сколько могу.

И столько, сколько может она. Я понял этот ее ход, она опять привлекает внимание, потому что все задвинули ее в дальний угол. Алекс, после того как разругался с дочкой, закопался в свои тряпки, Себастьян и так пришибленный ходил, а я... А что я? Без меня она оживилась и, пусть по-детски и тупо, но возвращается к прежней жизни. Еще бы до меня не докапывалась, было бы хорошо. Тяжелый взгляд очевидно давал понять, что Себастьян не впечатлен, а следом он язвительно процедил:

— Я повторюсь: потеря контроля над ситуацией...

Да какого ж черта, а? Судя по тому, что сказал Дейм, они собрались в парк аттракционов, и я, во-первых, не хочу это видеть, а во-вторых, думаю, что если этот Равель реально настолько святой, то пусть к нему и катится. Сердце сжалось, но я проглотил едва возникшие ревность и протест и сделал каменное лицо. Где я там контроль потерял? Я ее отпустил. Лично. И я только что видел, как она свалила, а Дейм сообщил мне куда. Пусть катится. Охрана все равно с ней, че мне там делать? Сопли ей подтирать? Сама справится.

— Все под контролем. Дейм ее отслеживает, от охраны не уйдет. Что-то случится — приеду и заберу.

Чтобы у нее не было повода меня еще в чем-то обвинить. А если случится по вине Ривена — врежу ему на законных основаниях. Ноги вырву. Ну или руки, в зависимости от того, что он сделает. Кровожадные планы очевидно отразились на моем лице, потому что Себастьян прищурился, удовлетворенно хмыкнул и вернулся к документам со словами:

— Натворит она — получишь ты. Обоих буду гонять как первокурсников.

Да-да... Я тогда подумал, что она может натворить в парке аттракционов, да еще и под охраной, и проклял Себастьяна, когда мне позвонил Дейм. Вот как сглазил!

— Она опять куда-то намылилась и бросила машину на парковке, — возмутились в трубке, едва я принял вызов. Отодвинув мышь, я снял очки, потер переносицу... Че он драматизирует? Куда она могла «намылиться», если не к Равелю? Руки зачесались от желания что-нибудь расколотить, но я прикрыл глаза и медленно со свистом вдохнул. Пусть делает, что хочет. Пусть делает, что хочет, черт возьми, это ее гребаная жизнь, и если ее все устраивает... Меня, мать вашу, не устраивает, что она вдруг решила забыть обо всем и развести сопли с этим Ривеном! Ничему жизнь не учит, опять от охраны свалила, хочет все-таки проверить, вышибут ей мозги или нет?!.. Черт, да кому ты врешь, Лекс, тебя бесит сам факт соплей. Хочет сдохнуть? Серьезно, пусть идет, пусть он ее там за углом прикончит. Я потом его тоже грохну.

— И куда? — глуховато уточнил я, отчаянно сдерживая злость и уговаривая себя не срываться с места. Взрослая девочка, сама справится... В конце-концов, если бы ее что-то не устраивало, она бы ему все высказала, а начал бы распускать руки — побила. Если у нее хватило смелости выложить все мне и прошить шпилькой, то какой-то там сопляк ей тем более не помеха... При мысли, что он может дать ей повод ругаться или начать отбиваться, я с силой сжал подлокотник. Наподдам следом за Кай.

— Не сказала, но, судя по направлению, куда-то на окраину, может Ди-3, Ди-1, Тройс.

— А она позвонила? — я даже усмехнулся, когда от возникшего интереса злости поубавилось. Кай с Деймом тоже решила поругаться, даже раньше, чем со мной, поэтому теперь опер продолжал действовать мне на нервы, мол, как мы с ней должны мириться, и вообще, что это я во всем виноват, а она просто обиженная и травмированная, а вот с ней самой общаться отказывался. Принципиально. Скинул на нее всю гору папок с вариантами заказов и торжественно отмалчивался, зная, что разобрать это самостоятельно она сможет только через пару месяцев. Себастьян на ситуацию не реагировал, только кинул что-то в стиле «выберите хоть что-то до экзаменов», у меня Кай помощи тоже не попросила, поэтому я просто наблюдал за ситуацией. Подсознательно, конечно, мстительно надеялся, что не справится и придет сама, но пока этого не случилось. А жаль, я даже продумал, как красиво ее послать.

— Попыталась попросить забрать машину, но я сказал, что у нее тренировка, и шататься по друзьям будет потом, — ехидно сдал малявку с потрохами Дейм, снова чем-то шурша, и, недовольно цыкнув, процедил:

— Сарт, зараза, завис в итоге на парковке, не поняв, что она поедет с Равеном и что делать с машиной, а эти уже укатили. Он сейчас ее хрен догонит ведь...

— Так она к Равелю? — не в тему спросил я, уловив «шататься по друзьям», и хмыкнул. Как они за три встречи дошли до такой близости? Со мной она полгода, если не больше, решалась, все ходили кругами, если бы не L-300, хрен бы что случилось...

— А... Хм.

Дейм замолчал, в эфире повисла тишина, разбавляемая тихим стуком клавиш, а я потянулся к мыши, чтобы выключить комп. Видимо, опер так старался быстрее позвонить мне, чтобы сорвать с места, что забыл, как просто узнать адрес студента, который живет с мастером. Мрачно усмехнувшись, я встал и, взяв в комнате куртку, направился к выходу, бросив напоследок в трубку:

— Адрес мне кинь.

— Ты пое...

Я сбросил раньше, чем Дейм успел начать свою ехидную тираду, едва услышал этот особый тон, которым он не первый раз пытался мне доказать, что все мои дерганья неспроста. Сам знаю, что веду себя тупо, но ничего не могу поделать! Если сейчас останусь дома, а Сарт ее не догонит, и что-то случится, — застрелюсь, лишь бы снова не застрять в этом гребаном болоте сожалений. И так хватает. И так хватает назойливой мысли, что мне просто нужно убедиться, что все в порядке, а дальше Кай может делать с этим Ривелем что хочет. Что я не... Не пытаюсь я подтвердить свою мысль, что она его любит, и он ей больше подходит. Мазохизмом не страдаю, поэтому не пытаюсь и все!

Телефон завибрировал, как раз когда я выезжал с парковки. Тройс... Хотелось бы верить, что Кай поехала с Ривеном потому, что не хотела парковать свою машину в этом районе, где владелец такой марки получает тонну презрения, зависти и гвоздем по дверце. Было бы лучше, если бы она вообще не поехала... Я повторил эту мысль, когда притормозил напротив нужного дома, заглушил мотор и мрачно уставился на двор. Понятно, что застать их на улице я не успевал, они раньше сюда выехали, но я все равно осмотрел припаркованные машины. М-да. Знакомый внедорожник охраны пристроился на выезде из двора и слился с общей массой. То есть, Кай все равно ничего не угрожало. Вот и зачем приехал? Зачем, я спрашиваю?! Чтобы она заметила и поняла, что я продолжаю прогибаться? Или доказать себе, что я настолько деградировал, что не могу перестать думать о какой-то наглой соплячке, которая буквально стелит меня себе под ноги?!

На лобовом стекле растеклись первые капли, разбавляя тишину постепенно усиливающимся стуком. Устало упав лбом на руль, я тихо раздраженно выругался и проглотил возникшую в груди досаду. Да какая мне разница, что она делает, я просто перестраховался. Рабочий момент. Я глубоко вздохнул, выпрямился и вышел из машины. Верно, рабочий момент, постою покурю, прокачусь вместе с Сари потом следом. Или вообще уйду, если Кай тут надолго зависнет, что ей, толпы нянек не хватит? Как мастер, я свою часть сделал, проверил, где она и что делает... При мысли, почему она может тут «зависнуть», я смачно хлопнул дверцей и сжал уже вытащенную сигарету. Твою ж мать. Раздраженно стряхнув раскрошившийся в ладони табак, я снова медленно вздохнул и потянулся к карману. Упаковка была пустой. Да вашу мать!..

Какого черта ты сюда притащилась? Какого черта ты не сидишь дома и не тренируешься до посинения к экзаменам? Какого черта ты продолжаешь надо мной издеваться своими демонстративными выходками?! И какого черта я здесь стою, если ты мало что меня отшила, так еще и заявила, что я психопат, который порет чушь?! Раз на то пошло, то я вообще тебя не люблю.

Пнув со злости колесо, я нашел взглядом вывеску магазина, рядом с которым остановился, и покосился на машину охраны и прислонившегося к ней Сари с сигаретой в зубах. Тот факт, что они потом все сольют Себастьяну, бесил, и я, зная, что сейчас веду себя как последний имбецил, зачем-то быстрым шагом пошел к их машине.

— Я ее отвезу, можете ехать.

Потому что я не хочу слушать от Себастьяна намеки на мою сопливость. Я ее мастер, я тут стоять и должен, поэтому остальные могут отодвинуться на километр. И дело не в мифических чувствах... После того, как я убил троих его подчиненных, Сатри меня не переваривал и каждый раз делал козью морду. Сейчас от одного вида его перекошенного лица хотелось ему врезать, но я сдержался, провел рукой по волосам, надеясь, что дождь не усилится, и кивнул на выезд.

— Не услышал? — куда прохладнее сказал я, — Вы ее чуть не потеряли, иди заново своих инструктируй.

И не мозоль мне глаза, когда я и так еле сдерживаюсь, чтобы никого не побить. А точнее, чтобы не размазать одного сопляка по асфальту.

— Ваш оператор это спровоцировал, мы действовали по инструкции. Мешаем — отвернитесь, отходить от мисс Диар мы права не имеем, — наконец процедил Сари, выбросил сигарету и, смерив меня ледяным взглядом, сел в машину, чтобы откинуться на сиденье и, прикрыв глаза, продемонстрировать свою позицию. Еще один. Себастьян вокруг себя одних маразматиков собрал или что?! Сам принципиальный козел, и к Кай такого же приставил! Дебилы...

Матерясь себе под нос, я, проверяя карманы в поисках второй упаковки сигарет, набрал Дейма. Черт. Неужели ни одной не осталось?

— Его мастер не в стране, убьешь сейчас — спишем на несчастный случай, — абсолютно серьезно сказал Дейм, и я аж споткнулся, — Я бы Тэо позвал на помощь в зачистке от кровищи, но они с Виа сегодня собрались на свиданку, так что постарайся сам не наследить.

— Долбанулся? — мрачно кинул я, поняв, что в кармане осталась только очередная пустая упаковка и зажигалка, — Не буду я его убивать. По крайней мере не сейчас.

Если распустит руки — сначала сломаю и заставлю прочувствовать всю боль, а потом уже, в качестве акта милосердия, может быть... Я снова посмотрел в сторону магазина и замер. Из дверей вышла девушка с рассыпавшимися по светлому пальто и нежно обнимающему шею вороту свитера кудрями, которые на секунду загорелись алым от ламп у выхода. Какого...

— А, ну да, сначала пусть Кай от него отойдет, — пробормотал Дейм и уже громче добавил:

— Мне опять следить за округой? Че ты Сарта гоняешь, тебе же легче.

— Он потом будет сливать, как я тут стоял, а Себастьян начнет стебаться, будто ты не знаешь... — машинально отозвался я и, очнувшись, помрачнел, — Они что, в пробку попали?

— Да, стояли на выезде с кольца, — Дейм чем-то пошуршал, — А стебать он будет, потому что ты ведешь себя тупо.

Я с силой стиснул зубы, когда парень в черном повернулся к Кай, отвечая на ее улыбку и кивая. Меня она не увидела, опять забыв оценить обстановку, а вот пацан явно таким не страдал: он снова ей кинул и поднял голову. Сделав шаг в сторону, я зашел за какой-то высокий куст, который даже без листьев смотрелся огромной черной кучей...

— Не может быть, что все так просто, — донесся до меня голосок Кай и ее подозрительное:

— У нас в рецепте было два часа, которые мы попытались сократить и в итоге получили заморышей.

— Замороченный рецепт — вот причина заморышей, — насмешливо протянул парень, а следом раздался писк замка. Дейм в трубке продолжал язвить на тему того, как я неправильно себя веду, но, не дождавшись реакции, он на секунду замолчал. Черт. Внутри взорвался дикий коктейль злости, ревности и досады, сердце сжалось, и я мрачно уставился в пустоту. Слышать от Дейма и увидеть в живую — не одно и то же, как оказалось. Я продолжал стоять, по инерции прижимая телефон к уху и пялясь в пустоту, пока пытался переварить, что да, Кай поперлась к этому Ривену, и да, кажется... От мысли, что у них все хорошо, меня перекосило. Шагнув на тротуар, под свет загоревшихся желтых фонарей, я вытащил из кармана наушники и, подключив к телефону, вставил один в ухо. Бесит. Это не мое дело. И не дело Дейма! Опер, поняв, что я подозрительно молчу, начал язвить на тему ревности, и, не выдержав, я рявкнул:

— Еще слово, и я тебе врежу, понял?

— Ты ведешь себя тупо, — упрямо повторил Дейм, даже не собираясь прекращать, и я закатил глаза, — Бросил ее со всем дерьмом и продолжаешь избегать, когда давно понятно, что ей нужна помощь. Почему ты просто не скажешь ей, что все еще любишь?

— Мозги ей нужны, — прошипел я, подходя к своей машине и проверяя бардачок. Она меня ненавидит, что толку от моей любви?.. Я ее не люблю. Дейм всегда делал какие-то свои выводы и сейчас попал в очень болезненную точку, заставляя меня на секунду замереть над бардачком. Признавать тот факт, что кажется действительно до сих пор любил Кай несмотря ни на что, даже несмотря на собственную злость и то, что в порыве наговорил ей у клуба, я не хотел. Я его полностью отрицал. Сердце глухо стукнулось о ребра, я сжал зубы и решительно выпрямился. Тут тоже обнаружилась только пустая упаковка. Что за гребаный день?!

— Тэо был прав...

— Я пошел за сигаретами. Если ты собираешься опять цитировать его лекцию о любви, заранее иди в задницу, или я вытащу наушник, и ты будешь виноват, когда меня убьет реестровик.

— Они сидят на другом конце двора.

— Вот и следи за ними! — огрызнулся я, взбешенный до предела наглостью опера и собственным бессилием.

— Еще не поздно написать Кай смс. Я могу пойти на мировую и сделать вид, что это моя инициатива, чтобы твоя гордость...

Выматерившись, я опять сильно хлопнул дверцей и, пригладив намокшие волосы, пошел к стеклянным дверям. Мне нужны сигареты. Точка. Кай мне... Я ей не нужен.