Глава 68

Лексан

Я ее убью. Нет, я когда-нибудь точно прибью эту наглую малявку! Сил моих больше нет! Она охренела вконец, реально думает, что я спущу ей это с рук?! «Ну так давай, давай подеремся прямо тут, если у тебя хватит садизма покалечить меня в ответ, и есть с собой нож» — всплыло у меня в голове вместе с воспоминанием о стальном блеске в синих глазах, и, взбесившись, я шваркнул мышь о стену. Наглая соплячка! Мне надо было убить ее на месте, чтоб неповадно!..

Ага, так ты ее и тронул! Взвыв от отчаяния, я вцепился себе в волосы и долбанулся лбом о столешницу. Чего она вообще пыталась этим добиться? Нахрена?! Нахрена было сначала изображать болезнь, нервировать меня своими очевидно намеренно-тупыми сообщениями, оставлять охрану здесь и сваливать непонятно куда, да еще в компании тех ублюдков, двое из которых уже положили на нее глаз!.. Ах да, и это я забыл про то, что она вышла из дома полуголая, шаталась так возле клуба, чтобы любой встречный мог рассмотреть ее тело, и стреляла сигареты! Как у нее вообще язык повернулся стрелять их у меня?! Я тоже хорош. Взял за шкирку и закинул в машину, че я стоял и смотрел, как она что-то там из себя изображает?! У меня снова зачесались руки придушить эту соплячку, и, вскочив, я со злости пнул стол. Стакан с ручками грохнулся на пол, но я уже развернулся к окну и, выматерившись, пнул стену. Истеричка гребаная!.. Я под нее стелюсь! Да я!..

Мы с Тэо делали заказы, потому что из-за всего случившегося графики сбились! Я не бегал от нее, не «лажал», я, мать вашу, работал!.. Ко всему этому примешивались попытки найти архив Элиен и разобраться с имеющимися документами, чтобы уже поскорее сдать одного конкретного ублюдка ВАНУ и прекратить пародировать активных сурков... Поэтому времени на страдания из-за бросившей меня малявки, на ревность в сторону окружающих ее сопляков и чувство вины не оставалось. Ага, именно поэтому я спустил обойму и пробил стену за мишенью в тренировочном зале в ночь, когда Кай свалила с этим ублюдским Равелем, и он, недолго думая, затащил ее к себе в общагу. Стоило вспомнить об этом, как я снова выбесился и, пнув кресло и сжав кулаки, прошелся по кабинету. Эту идиотку не смутило, что просто убить ее по дороге можно на раз два! Да если бы наши парни не взяли на прицел снайпера напротив клуба, она бы уже валялась с пробитой головой! И ведь ее предупреждали! Я прямым текстом сказал, насколько тупо она себя ведет, а она!.. А потом я курил с каменным лицом, изображая полное безразличие. Потому что понял, что эта девчонка специально заделалась провокатором, чтобы вывести меня на эмоции! Кай всеми способами пыталась меня довести, и да, у нее получилось, потому что прямо сейчас у меня буквально чесались руки от желания впиться ей в глотку и с хрустом разломать ее тонкую шею!

Но нет, конечно же, сделать это я не мог. Сначала, зажимая руку, я проследил, как Кай ушла, держа сигарету между пальцев. Безумно хотелось достать из дверцы пистолет и прострелить... Голову сопляку, который вместе с Виа ждал ее у клуба. Ее изображамсы с затяжками не впечатляли совсем, она еле вдыхала, чем вызывала у меня ехидную усмешку. Я злился до темной пелены перед глазами, и стоило Кай скрыться в клубе, как с яростью долбанул колесо ногой. Потом рванул дверцу, взял с заднего сиденья куртку и рваными движениями вытащил новую сигарету. Руки мелко тряслись от сдерживаемых эмоций и соскальзывали с колесика зажигалки. Психанув, я швырнул ее в салон, вытащил из дверцы дешманскую пластиковую и, нажав на более удобную клавишу, прикурил. Память услужливо подкинула издевательски ухмыляющуюся Кай и язвительное «Как косвенный поцелуй», в котором отчетливо слышалась злость. Наглая избалованная... И самое мерзкое, ее слова о том, что я дал ей свободу и стелюсь под нее, имеют под собой реальное основание! Потому что я, черт возьми, действительно все это время прогибался под нее, думая, что это... Потому что у меня тупо не было уже сил бороться с ней, с собой, со своим чувством вины за эту гребаную крышу и со злостью на Кай! Потому что я думал, что ей нужно время, ей нужно пространство, чтобы пережить все, что случилось!.. Потому что мне самому нужно было взять перерыв и выдохнуть, чтобы придумать, как хотя бы извиниться за то, что случилось, как вообще объяснить, каким образом я позволил этому случиться!.. Потому что я все еще подвисал, каждый раз, когда видел ее расслабленную улыбку. Потому что я реально собирался извиняться! Я был уверен, что так все решу, что возьму все на себя, что так ей станет легче!.. Несмотря на бешенство из-за ее очередного тупого побега, да еще и в одиночестве, я на секунду задержал дыхание, увидев, как она вышла из клуба и мечтательно прикрыла глаза. А эта охреневшая малявка в открытую назвала меня подкаблучником, улыбаясь той наглой, откровенно борзой улыбочкой. Как там еще? Бесхребетным ублюдком? Меня?! Чтоб я еще раз хоть на одно ее слово повелся, она от меня больше ни малейшего снисхождения не дождется! Это я собирался перед ней извиняться? За то, что устал и не смог ничего сделать?! Не она, за то, что сначала выперлась из зала с лаборантом, а вернувшись из больницы, устроила мне псхо-триллер дома? Не она за то, что почти неделю устраивала показательные выступления, провоцируя меня?! Да пошла она к чертовой матери! Что за чушь она вообще несла, в каком месте я лажаю?! Она себя видела?! Мне дико хочется показать ей, как РЕАЛЬНО можно выбить мозги с трех метров, почему я вообще остановился? Мне надо было положить сначала этого ублюдка который за ней таскается, потом баранов, перед которыми она там задницей крутила, и потребовать повторить все то, что она вякнула! Или нет, прямо сейчас я хочу поставить ее на три метра и проверить, есть ли у нее в черепе вообще хоть что-то. Я не жалею ни об одном сказанном слове! Вот только выползи завтра, я тебе покажу, что такое поведение психопата, ты, ... весь свой бред проглотишь!..

Но еще больше меня бесил тот факт, что где-то под одуряющей ненавистью все еще были эти ублюдские сопли, из-за которых ее слова, что я пользуюсь ей, как хочу, резали по живому. Что за дичь? Что, мать вашу, за бред, мы были в разных мирах весь год, или что? Она слепая?! Я сидел с ней круглые сутки, я прогибался под нее раз за разом, чтобы, черт возьми, ничего не разрушить! Она сказала, что я постоянно ору? Я перестал. Она заявила, что меня боится? Я, ... вел себя как монашка! Я при ней оружие вообще почти не доставал потом, тренировал, как первоклашку! Я делал все, чтобы ей угодить, и что в итоге?! Стелюсь под нее! Ломала меня сама, как только могла, этот дед ее туда же, я сам себя не узнаю, а в итоге меня же и опустила! Меня же и обвинила в собственной безголовости и бездарности! Хватит с меня!

Я с грохотом отодвинул стул, когда снова встал, чтобы поднять мышь. Наглая идиотка. Оборзевшая истеричка! Матеря Кай, я поднял мышь и резко выдохнул, ощущая очередной прилив дикого желания прибить эту малявку. Пошло оно все! Грохоча всем, чем только мог, я подтянул к себе несколько стопок бумаг и с еще одним резким свистящим выдохом сел, чтобы одним громким ругательством пресечь все мысли. Все. У меня помимо этой дебилки дохрена дел и дочерта документов, память у облака забита до такой степени, что новые сообщения уже не кэшируются, а о фотках я вообще молчу. Никто мне с этим дерьмом помогать не будет! Потому что все вокруг решили, что надо защищать ее пустую башку. А мне надоело! Моя жизнь катится к черту из-за этой дряни, меня убьют из-за нее же, а потом скажут, что Я сам и виноват. Да. Я виноват, что сразу не дал себе по морде и не привел в чувство. Что я выбрал возиться с малолеткой и взялся ее спасать. Что я втемяшился в какую-то сраную любовь и в итоге развалил все свое будущее! Все! Пусть разбирается сама!

Душа в себе злость, я занялся всей этой ересью, надеясь, что до утра приду в себя и не затащу Кай в зал, чтобы размазать по той самой пробитой стене вместо завтрака. А стоило бы. Просто в качестве наказания за ее идиотский поступок!.. Но ведь начнет опять визг про голову, а потом я буду ходить вокруг ее двери и терзаться совестью, слушая очередную ночную возню... Я поймал себя на этой мысли и с силой стукнул ладонью по столу. Нет, Лекс. Ее голова — ее проблема! Размажу ее по стенке, и пусть катится в низ рейтингов, ей место на витрине, а не в ВАНУ!

Рассортировав документы, я резкими движениями утрамбовал их по шкафам, врубил комп и, подключившись к облаку, на секунду прикрыл глаза. Огромный архив фотографий должен был формироваться почти полчаса, и это бесило. Отсутствие монотонных действий вернуло в голову рой противоречивых мыслей, среди которых отдавалась пульсом в ушах злая идея не пускать малявку завтра никуда, а устроить ревизию ее тайных тренировок. Очевидно, что она занималась самостоятельно, все показательные выступления были исключительно для меня!.. В сотый раз заставляя себя отвлечься, я разблокировал телефон и принялся чистить память прямо так, удаляя большие файлы, видео... Я внезапно наткнулся на какой-то архив, который не мог открыть. Что за фигня? Это на секунду выбило из колеи, я отвлекся и, щелкнув нужную иконку на компе, перетащил его на рабочий стол чтобы распаковать. Немного покопавшись, открыл... Внутри оказался довольно тяжелый аудиофайл, и я, нахмурившись, нажал на него.

В эфире раздался вздох, скрипнула мебель, а следом прозвучало тихое:

— Понимаю, что ты расстроена, но поводок с тебя не снять, пока я это не выясню, — сказал Себастьян. Так. А этот как тут?.. Я озадаченно подвис, забыв про злость и раздражение, и полез искать, откуда взялся этот архив. Себастьян мне голосовых вроде не писал... Повисшую в записи паузу прервал новый тяжелый вздох.

— Ана... — куда мягче сказал Себастьян, но остановился, услышав звенящее от бешенства:

— Заткнись! Заткни свою гребаную пасть, и не смей меня так называть! Меня сейчас вырвет от твоей заботы, — Риана смачно выматерилась, на секунду напоминая мне одну наглую малявку, и противно спародировала:

— «Ты осталась на поводке», «поводок с тебя не снять»! — она истерично усмехнулась, а в следующий момент зашипела:

— Да ты первым меня грохнешь, лицемерный ублюдок! И ведь скажешь потом, что все ради меня, все ради этой соплячки!..

— Именно потому, что я о вас забочусь... — успокаивающим тоном попытался вставить Себастьян, но был грубо перебит:

— Забота? Забота?!

Следующий визгливый поток мата заставил поморщиться и убавить звук. Уже догадываясь об источнике, я открыл чат с Деймом и начал отматывать на месяц назад. Хотя, судя по абсолютно бессмысленным ругательствам, очевидно, кроме истерики тут ничего не будет, так что не понимаю смысла... Я перевел курсор чтобы закрыть файл, когда вдруг в этом бешеном трехэтажном мате, который расшифровывался как «гребаный Себастьян, я тебя ненавижу, и ты меня ненавидишь, и ты просто делаешь все, чтобы отравить мне жизнь», уловил странный укол от Рианы в сторону Себастьяна про кого-то третьего. Это может относиться к делу? Зачем еще Дейму это присылать?.. Подавив желание промотать запись, я продолжил листать переписку и, наконец отыскав нужное сообщение, нервно хмыкнул. «На всякий случай», — гласила подпись от Дейма. То есть это реально запись той девчачьей истерики, которую закатила Риана Себастьяну после того, как я вышел? Вот спасибо, вот это я точно слушать не собираюсь, даже с учетом нескольких странных формулировок, которые уже проскользнули в потоке ее визга. Хватает одной истерички из их ненормальной семейки... Риана на записи уже не шипела, а, скорее, злобно насмехалась над отцом и в той же ядовитой манере вдруг рявкнула:

— Я не виновата, что родилась с ее лицом, а раз так ненавидишь, грохнул бы меня сразу! Так не-ет, загнал в какие-то идиотские нормы морали, которые сам и придумал, изгалялся как мог, — она снова перешла на отборный мат, — Вы убили Эли, вы взяли заказ на Лессу! О-о, поверь, я с большим удовольствием покоцала эту сучку и с не меньшим разобью морду ее соплячке!

— Ана...

— Я разберу ее на составляющие и буду присылать тебе по кускам, нет, сначала дождусь, пока загниет, и тогда начну отправлять! Я с нее это чертово лицо заживо срежу, я располосую ее так, что ты эту рыжую дрянь только по зубам опознаешь!..

— Ана.

Риана истерично рассмеялась и с безумным азартом выдохнула:

— Или нет! Я выбью каждый зуб, я ее в кислоту буду по кускам скидывать, чтобы ты ничего не получил!

— Ана, угомо...

— Да щас, — она опять засмеялась, — Ты с трупом Эльки сутки обнимался, будто на ней свет сошелся, ты даже дохлую ее выпустить не мог! Что ж ты ее не забальзамировал?! Повесил бы на стену, раз ты ее так любишь, подписал бы: вот, смотрите, это моя любимая дочь, моя гордость и отрада... Научилась лизать зад так, что никто не догадается, какая она стерва!

— Все сказала? — с холодком уточнил Себастьян, пока Риана с прорывающимися смешками пыталась отдышаться, — Раз на то пошло, то вы трое избалованы донельзя, поэтому прекрати кричать. Мой вопрос останется...

— Пошел ты, — снова зашипела Риана, выплевывая слова, — Ты не балуешь, а дрессируешь! Если бы Эли не притухла и не занялась подхалимажем, хрен бы она бегала со своим жеманным дебилом, она каждое твое слово выполняла, только бы ты у нее любимую игрушку не отбирал. А ты и рад, потому что игрушка ее от ВАНУ отлучить пыталась! А я не...

— О да, а ты все лезла в самое пекло и думала, что все будет в порядке, — в голосе Себастьяна прорезалось знакомое ехидство, — Детка, ты со своими навыками не дотягиваешь до настоящих реестровых спецов, тебя слили бы в первую очередь, если бы ты не стелилась под своего Рихтера, а он из щенячьей преданности не прикрывал бы твой зад.

— Все лучше, чем перед тобой пресмыкаться за бабло и отсутствие братков, как Эли. Если бы ты не вставлял мне палки в колеса, я бы давно стала тем же куратором, потому что мне это нравится, это мое дело! Но ты же самый умный, ты изобразил, что знаешь, что мне надо в этой жизни!

— Ты сама-то знаешь, что тебе надо?

Риана огрызнулась в ответ и выдала еще одну матерную тираду, на тему его мнения. Себастьян очевидно демонстративно хмыкнул, а вот я откинулся назад, сложил руки на груди и нахмурился. Не говорите, что весь сыр-бор из-за того, что сестры Шали неудачно поссорились. Я клянусь, если сейчас пойму, что проблема в методах воспитания дочерей и внучки Себастьяном, я просто швырну ему все в морду и свалю нахрен в Фолкар! Почему все его бабы такие..?!

— Что я точно не хочу, так это пресмыкаться перед тобой! Я лучше сдохну, чем буду как Эли строить глазки! Выбрасывай мой бренд, лишай меня наследства, денег, приставляй кого хочешь, а я все равно буду делать по-своему, — в ее охрипшем голосе послышалась решимость граничащая с помешательством, — А если ты попытаешься что-то сделать со мной и Рихтером, то первым делом я грохну твою новую «Эли»!

— Что ж ты так вцепилась в своего недоноска... — еле различимо пробормотал Себастьян и вздохнул, — Ана, послушай меня. Из этой ямы тебе не выбраться, ты думаешь, что он тебя вытащит, но, по сути, Рихтер сейчас использует тебя, потому что ты ближе всего к нам, и у тебя больше возможностей для воздействия...

— Пф, ты всегда переходишь на официальный тон, когда пытаешься запудрить мозги. Он любит меня, а тебе это как кость в горле! — она с иронией хохотнула и прошипела:

— Каждый раз, когда кто-то пытался со мной сблизиться, ты заявлял, что человек меня не достоин, а сейчас в открытую пытаешься убить единственного, кто меня любит! Мне давно не шестнадцать, чтобы это сработало, и я послушно сделала, как ты хочешь.

— Очень жаль, что ты и тогда меня не послушала, потому что эта «великая любовь» просто тобой придумана.

— Чтоб ты понимал, — мгновенно взвилась Риана, — Ты вообще никого не любишь кроме своей Элиен, а она копировала тебя! Ты гребаный нарцисс, все строишь из себя кого-то, а по факту ты садист, который только и может, что развлекаться доминированием! Ты ловишь кайф, когда контролируешь ситуацию и, о боже, если это чья-то жизнь, это просто восторг! — она расхохоталась и снова зашипела:

— Ты даже с мамой так поступил, потому что тебя прикалывало, что она абсолютно во всем с тобой соглашается, ты просто грохнул ее за первое же слово против, и меня душишь, потому что у меня ее гребаное лицо! Ты убил ее, я убила твою обожаемую Эли! Но ты молодец, ты взял и слепил себе новую псину, которая готова зад тебе лизать, лишь бы выглядеть хорошей!..

— Ана, стоп, — громче и грубее прервал ее Себастьян, пока я невольно согласно хмыкнул. Ты точно любишь, когда тебе подчиняются, нагибатор хренов.

— Что, опять скажешь, что «на семейных сборах никаких ссор»? — елейно протянула Риана, — Но тут нет Лессы, чтобы ты оправдывался присутствием ребенка. Ты же это мне сказал, чтобы «Соблазн» попал в твой фонд? Как ты пыжился, придумывая шутку про драку из-за цвета ногтей, Эли ржала громче всех, хотя это она начала первой! И ты уже знаешь почему, потому что эта идиотка лезла в мои дела, и я...

— Она никуда не лезла, а у тебя самомнение с луну, потому что ты избалованная истеричка, которой я вовремя не всыпал ремня, и которая решила, что устроить психологическую травму похищением племяннице — это хороший способ избавиться от сестры.

— Потому что она уже тогда изображала детектива! — взвиалсь в ответ на неприязненный тон Риана, — Если бы не она, Рихтеру не выбили бы глаз, из-за этой сволочи мы полгода пытались убедить его начальство, что никто ничего не знает, а она продолжала копаться! И что ты сделал? Ты продолжал баловать меня головомойками, вышвырнул мое кафе из фонда, приставил толпу братков, из-за которых я даже заказы делать не могла, и всеми способами гнобил! Ты маму так же довел, что она суициднулась? Или ты не успел опробовать все методы психологического насилия и решил отыграться на мне?! А что, лицо один в один, можно и на нем реакцию проверить. Ну как, нравится? Я могу и такую рожу скорчить!..

— Ана! — Себастьян все-таки стукнул по столу, и на несколько секунд воцарилась тишина. Ого-го... Очнувшись, я с офигевшим видом выпрямился и, приподняв бровь, оперся локтями о столешницу. Окей, это становится интереснее... По крайней мере, у меня уже не так чешутся руки. Просто тот факт, что это люди Рихтера, а точнее Риана и его подчиненные, когда-то выкрали Кай, Себастьян особо не скрывал и признал, когда я вскользь это упомянул. Он мне сказал, что к делу это не относится, а оказывается, все не так. Еще и... Он реально грохнул собственную жену? То есть, окей, я могу с натяжкой понять, почему он так жестко допрашивал Риану, из нее клещами все тянуть пришлось, но это как-то перебор даже для меня. То, что сейчас я еле сдерживаюсь, чтобы не размазать Кай по полу, — не считается. Я же сдерживаюсь... Я в ярости скрипнул зубами и прикрыл глаза, когда из динамика раздался шумный вдох, прервавшие его шаги, а потом довольно прохладное:

— Заткнись сразу. Ты и тогда меня не слушала, и сейчас не услышишь, но я повторюсь: никто ни в чем вас не обвинял, вы сами придумали себе проблему и решили напасть первыми. Эли не копала на вас с Рихтером, она занималась совершенно другим делом.

— Ага, конечно, — Риана ехидно фыркнула, — Эли с реестром? Она как услышала, что ты не будешь оплачивать ее тряпки и модельное агентство, сразу слово «реестр» из головы вычеркнула, лишь бы...

— Ана, — Себастьян настойчиво ее перебил, — Если я говорю что...

Он вдруг опять вздохнул, а через секунду что-то грохнуло. Риана комментировать не спешила, и в записи повисла тишина. Хм? По башке шандарахнул? Жаль, мне только стало интересно...

— Ана, когда я говорил не связываться с реестром, я прямым текстом тебе сказал, что это очень опасное подразделение, которое не щадит ни своих, ни чужих.

— Не-а, ты сказал что...

— Помолчи, — раздраженно оборвал ее Себастьян, — Я выбрал более мягкую формулировку, потому что знал, что ты со своим упрямством полезешь в любую дыру после прямого запрета. И если бы не твой щуплый ублюдок, ты бы так же как Эли покорно занималась чем-то нормальным, а не убивала.

— Не смей сравнивать меня с этой дохлой тварью!..

Что-то грохнуло снова и Риана мгновенно заткнулась, позволяя услышать быстрые шаги.

— Высказалась? Теперь, будь добра, замолчи и слушай меня внимательно, — холодным тоном процедил Себастьян, — Ты считаешь, что Джули довел до самоубийства я? Но вот незадача, главная заслуга в этом у твоего обожаемого реестра, а Эли как раз этот факт случайно и обнаружила, не без твоей помощи, кстати. Тот заказ, что ты передала ей из-за дурного запашка, Эли тоже посчитала странным и действительно покопалась в документах. Ее опер немного превысил полномочия, прошел дальше по сопутствующим бумажкам и внезапно обнаружил, что опером у одного убитого в деле киллера оказалась некоторая Луна.

— Это же...

— Тихо, — Риану прервали на полуслове, будто закрыли ей рот, судя по мычанию, — Ты уже сказала достаточно, чтобы разозлить меня. Так вот на счету этой Луны висело как-то неприлично много дерьма, но сама девушка была мертва, и все острые вопросы тоже прикрылись, виноватый сам себя устранил, вскрыв себе вены. Эли позывной тоже узнала и принесла бумажки ко мне, вот только мозги у нее действительно варили лучше, чем у тебя, дорогая, она догадалась, что многие из статей, по которым пытались протащить убийство Луны, были довольно сомнительными, а если точнее — совершенно нереалистичными. Я подтвердил, что Джули действительно покончила с собой, чтобы разом все статьи закрыть, потому что документ очень быстро попал ей на комп, и она сразу поняла, что пройдут сутки, и под удар попадем уже все вместе. Как у вас говорят? Знает один — знают все? Очень милый девиз. Познакомься, детка, он буквально убил твою маму.

Я аж воздухом поперхнулся от его жестокости. С другой стороны, учитывая, что только что орала эта больная Риана, неудивительно, что Себастьян взбесился и хотел уколоть побольнее. Прекрасно его понимаю!.. А еще ситуация мне что-то напоминает. Точнее... Даже не один такой случай, а несколько, как раз из тех документов, что нам дал Харм. То есть это уже стандартная схема. Сама Риана ничего не ответила, так что Себастьян, выждав пару секунд, продолжил:

— Джули стерла все с диска и облака, оставила несколько дискет в архиве и... Покончила с собой. Я это на тормозах спустить не мог, потому что вот она днем бегает с вами, потом уходит ночью в кабинет якобы посмотреть какие-то важные документы, а через пару часов я нахожу труп в ванной. Поэтому я вскрыл архив, все просмотрел, сопоставил и понял, что кто-то из предшественников твоего ублюдка просто прикрыл концы, убив и киллера, и опера. Точнее, на них выписали заказы, но Джули сообразила быстрее, чтобы не подставлять нас. Естественно, после этого пустить вас работать в реестре я не мог... — он вдруг хмыкнул и съязвил:

— Но ты же такая боевитая, что решила все сделать наперекор.

Риана даже не огрызнулась, продолжая молчать. Я услышал только очередной вздох, потом опять шаги и снова тишину.

— Давай вернемся к насущному. Как ты должна была понять, я свой запрет взял не с потолка, поэтому мне действительно нужно знать, кому подчиняется Рихтер, чтобы ты не последовала за Джули. Потому что сейчас ты вполне рискуешь в скором времени очутиться в соседней могиле.

— Как будто тебя это не порадует, — проскрипела после небольшой паузы Риана, — Я понятия не имею. Я даже не знала, что его повысили... И если ты думал, что твой рассказ должен меня как-то разжалобить, то прости, это не сработало, — она зло хмыкнула, — Я все еще надеюсь, что Рихтер просечет, что ни один девичник не может длиться сутки и придет, чтобы выбить тебе мозги. А вот когда увижу, как они разлетаются по этому убогому ковру, вот тогда я запихну тебя в соседнюю могилку рядом с твоей обожаемой Эли. Рядом с мамой ты все равно никогда не окажешься, какие бы байки не травил.

— Ана, ты не права...

— Прекрати меня так называть! — прошипела Риана, снова заводясь, — Не пытайся изобразить свою гребаную заботу, иди нянчись дальше со своей новой Эли и очередным блондинистым ушлепком, которого ей нашел. Идите все к этой рыжей соплячке, а когда она сдохнет, удави́тесь коллективно! Вы трое такие жалкие, вы даже не скрываете, что используете ее, а она и рада. Такая же лживая и лицемерная тварь, которая терпит любое дерьмо, лишь бы получить то, что хочется. Как вы ее еще Элиен называть не начали, я поражаюсь, уже и постригли, и вырядили так же, оружие ей подпихиваете то же самое! — она коротко шумно вздохнула и напоследок ядовито процедила:

— Я отдала приказ располосовать ее так же, как и Эли. Чтобы у вас было полное соответствие картинке, когда вы положите эту дрянь в гроб и мило прикроете белыми розочками!..

— Ясно, разговора не получится, — видимо, Себастьяну надоело, потому что опять послышались шаги и, в этот раз, звук открывшейся двери, — Даже если не вспомнишь, кому, как ты выразилась, лижет зад твой ублюдок, добро пожаловать домой. Надеюсь, ты все еще любишь фиолетовый, потому что ближайшие две недели проведешь исключительно в своей комнате.

— Я ненавижу фиолетовый. Я терпеть его не могу! Ты покрасил стены, потому что Эли захотела!..

Дверь хлопнула, оставляя Риану наедине с тишиной, в которой она громко и немного визгливо высказала на чистом матерном, что думает о Себастьяне. А отдышавшись...

— Слушай меня внимательно, котик, — хрипло сказала она, — Если завтра я не получу Лессу, ты сдохнешь быстрее, чем добежишь до штанины моего отца, понял? Кея ждет та же...

На этом запись оборвалась. Видимо, Дейм поздно нажал кнопку, может, комп подвис, а потом он уже не проверял, но факт оставался, и сейчас я в некоторой степени был рад, что уже знаю о том, что он сам привел Риану к Кай. В груди потяжелело, а перед резко глазами потемнело. Иначе убил бы сразу... И так достаточно мыслей. Они вылились на мое бешенство ведром ледяной воды, привели в чувство и... Черт. Черт! Если бы я послушал эту запись тогда, я бы сразу знал, что Риана собиралась убить Кай на том вечере и угрожала Дейму, что тот прилизанный лаборант работает на нее. Я бы придумал Кай ангину, не знаю, аппендицит, я бы запер ее в квартире, чтобы Риана впустую смоталась в высотку, и тогда... Чувство вины, которое всеми доводами пытался задушить больше месяца, придавило с новой силой, и я на секунду задохнулся от него, прикрывая глаза. Оно даже недавнюю злость заглушило. Я мог узнать все сразу! Мне просто надо было открыть эту чертову запись! Это даже хлеще чем прокол с табличкой на двери, это было у меня буквально под носом!..

Вот что Кай умолчала. Вот почему она посмотрела тогда на меня, когда рассказывала о террасе, и замялась. Потому что эта сумасшедшая выложила ей, кого она копирует! А точнее, кого из нее слепили. Почему-то я не задумывался, что Алекс действительно выбирает и стрижку, и макияж, и цветовые гаммы, привычные для Элиен, а не для Кай. Насчет оружия... Она всем владела хорошо, что за бредовый аргумент? А характер вообще никак не... Черт. Характер-то как раз похож. Черт! То есть со стороны все как раз так и выглядит: три одержимых придурка слепили себе копию Элиен и делают, что хотят. Тогда и ее непонятные выпады обретают смысл... Хотя не становятся от этого менее раздражающими.

Нахмурившись, я постучал пальцами по столу, опять вспомнив все, что там нагородила Кай у клуба, проглатывая раздражение, и снова с досадой прикрыл глаза, когда в голове вдруг мелькнул логичный вопрос: а я сам-то?.. А, какая мне вообще разница? Какая мне, к черту, разница?! Мы уже друг-другу никто, из-за моей очередной тупой ошибки, а Кай от великой радости, что избавилась от меня, решила, что можно пуститься во все тяжкие. После сегодняшнего связываться с ней я больше тем более не хочу. Даже несмотря на буквально душащее чувство вины. Да, я прокололся! Хорошо, признаю. Да! Ты права, я лажаю! Но я не заставлял тебя демонстративно хвататься за голову, прогуливать и вести себя как!.. Пошло оно все к черту. Сегодняшний вечер наглядно показал, как она меня ненавидит. Отлично! Просто прекрасно! Доведу до выпуска и свалю, ни в жизнь больше таким заниматься не буду. А если никогда с ней не встречаться, то и чувства вины не будет. Царапающиеся в подкорке противоречивые мысли намекали, что так дело не решится, но я резко выдохнул и, одним движением закрыв файл, вернулся к очистке облака.

Однако мысль в голове отложилась, а градус злости поубавился в половину. По крайней мере придушить одну наглую малявку уже не так хотелось, даже когда утром я обнаружил пустой зал. Хмыкнув, я собрал волосы в хвост, натянул перчатки и начал собственную разминку. Очевидно, что пить Кай не умеет, и, как проспится, ее ждет нехилое похмелье. Она вчера такими зигзагами шла, что в собственных ногах путалась, так что похмелье будет очень и очень нехилым. Поблажки ей не дам. Загоню на хард и пусть хоть лбом о барьеры долбится, но она отсюда не выйдет. Выползет. В таком состоянии, чтобы не было сил куда-то переться.

Пробежав десяток кругов, я остановился, еще немного подразмялся, пройдя для прикола полосу, и, шумно вздохнув, остановился перед грушей. Вот че она мне заливала, что не занимается, груша опять облегчена. Матерясь себе под нос, я поправил все, что было нужно, и, собравшись, ударил. Груша отозвалась глухим выдохом, а я зашипел от боли. Чтоб тебя. Вогнала мне свою шпильку прям в вену, да еще и вытащила криво! Хотела суициднуться, так шла бы сама вскрывалась, нахрена ко мне лезть?!.. Тут в голове всплыл услышанный ночью разговор, чувство вины описало круг почета у меня в башке, и я скривился. Какой же ты жалкий. Да и какая там Элиен, Кай, очевидно, больше на Риану с ее тупыми выходками похожа. Безголовая больная идиотка. Которую я мог от всего этого...

Я с мрачным видом подтянул рукав, чтобы поплотнее прижать забинтованное предплечье, и снова ударил. Потом еще раз, еще, отрабатывая связку, чувствуя как работают мышцы... А все равно бесит. Сколько ни пытался выместить злость, она не уходила с концами, и я продолжал представлять, как сейчас загоню Кай на хард. Уже столько времени прошло, пусть попробует заикнуться про голову, нашпигую самыми тяжелыми обезболивающими и загоню обратно в зал! Ты у меня раз и навсегда свои замашки выкобениваться забудешь!.. Я со злым смешком выдохнул. Ага, конечно, забудет она. Долбанулась головой об асфальт и все равно помнила, что случилось перед этим! Злопамятная зараза. Злопамятная зараза, которую я мог спасти...

В растрепанных чувствах остановившись, я оставил грушу в покое и, стянув перчатки, мрачно глянул на часы. Почти двенадцать, думаю, мне нужен кофе. А за каждый час, пока она дрыхнет, буду накидывать по десятке кругов. С шести как раз уже шестьдесят накопилось, проспит до вечера, получит сразу сотку. За каждую ошибку еще плюс десять. Я запинал совесть подальше, совсем хищно ухмыльнулся и, игнорируя тянущую боль в руке, включил кофемашину. Гарантирую, что сегодня Кай будет вовсю припоминать мне мои грехи, но я тоже ей свою руку еще припомню. Настроение то на сопли, то избить готов? О да. Вот сейчас я точно хочу тебя избить и, раз ты сама так сказала, могу не прикрываться, а сразу заявить, за что конкретно ты получишь под зад, а за что полетишь на пол. Вот теперь помимо самокопания, у меня достаточно запала злости, чтобы наконец-то вдолбить в ее больную голову, насколько идиотской была затея свалить с Рианой. И свалить от нас на полной скорости. И с пар непонятно с кем. И в клуб без оружия и охраны! У нее мания, сбежать и самоубиться?! Я раздраженно швырнул молоко обратно в дверцу холодильника и попытался глубоко вздохнуть, чтобы успокоиться. Взгляд скользнул по руке, и я поморщился. Злость в который раз отступила. Перевязать бы мне себя... Уже доставая из аптечки заживитель и бинты, я заметил мазь от ушибов и с тихим смешком вытащил заодно ее, убирая в карман. Мелочно, но мне приятно. Потому что из-за Кай мне надо корячиться, заматывая себе предплечье.

Собственно, за этим меня и застал Себастьян: я, глухо матерясь, как раз зажимал зубами конец бинта, чтобы разрезать его, когда в двери повернулся ключ. Какого хрена? Я мрачно глянул на не менее хмурого Себастьяна.

— Потому что надо было сразу подбить под колени и зашвырнуть в машину.

Потому что надо было сразу убить твою борзую внучку из милосердия к окружающим!.. Чувство вины монолитом опустилось мне на голову за такие мысли, и меня затошнило. Я мог ее... Отвернувшись, я все же справился с бинтом, завязал узел и, вынув изо рта какие-то нитки, процедил:

— А я пытался, ты не видел? Давай, распиши мне, как хреново я слежу за твоей расчудесной внучкой, ты ж уже все знаешь со своими источниками.

Себастьян остановился возле стола и, сложив руки на груди, смерил меня холодным взглядом. На его щеке дернулись желваки, но я не впечатлился. Между прочим, это его заказ меня задержал, будь я дома в это время, поймал бы Кай за шкирку и запер в комнате, чтобы лишний раз не видеть!.. Тут я вспомнил, что еще вчера продолжал свою линию со вседозволенностью и мысленно скривился. Почему-то я действительно думал, что это поможет, а оказалось наоборот. Избалованная зараза...

— Видел, — Себастьян опасно прищурился, — Ты упустил минимум пять шансов вырубить ее и забросить на заднее сиденье.

— О да, — я, не скрывая ехидства, отвернулся к кофемашине и, забрав кружку, кинул туда кубик сахара, — Мне надо было шандарахнуть ее по башке, чтобы она лежала пластом до эпохального момента решения всего этого дерьма. С чем пришел? Очередной гиперважный обыск? Прости, сегодня вынужден отказаться. Не в том настроении, чтобы перебирать бумажки.

Потому что если сейчас я выйду из квартиры, Кай опять смоется куда-нибудь. У нее реально мания!.. Я повернулся обратно, чтобы напороться на ледяной взгляд голубых глаз. В голове тут же мелькнул образ Кай, которая примерно так же смотрела на меня... Руки снова буквально зачесались от злости, в то время как сердце болезненно сжалось. Вашу ж мать! Я могу определиться, что вообще чувствую?!..

— Тебе надо было не расхолаживать ее, спуская с рук прогулы, а ввести такой режим тренировок, чтобы она лежала после них пластом.

Ага. Мне надо было забить на ее голову, переломы и просто продолжать делать ее инвалидом. Наблюдать, как она мечется по кровати, просыпаясь от боли, и при этом гонять так, чтобы она выла от нее по ночам. Потому что мою человечность тут очевидно не оценили! Ни этот старпер, ни его малявка! Взбесившись, я с громким стуком поставил чашку и прошипел:

— Забирай ее тогда. Забирай и тренируй, как хочешь, а если нет, так не лезь в мою программу. Ты мне уже черт знает сколько выговариваешь, как дерьмово я ее учу, давай сам! Если я разрешил, значит пусть прогуливет, какое, мать твою, тебе дело, что я ей позволяю, а что нет?!

— Потому что зная Лессу...

Да ты задолбал! Зная Кай, ты вообще не должен был сбагривать ее в Драйен, ты должен был посадить ее под стекло и выгодно продать. Хотя она даже молчать не умеет, лишь бы вякнуть! Я закатил глаза и прорычал:

— Потому что, зная меня, ты должен был понять, что я, ..., ничего просто так не делаю. Либо отвали, либо забирай свою истеричную малолетку домой в комнату с рюшами и дрессируй, как хочешь, а меня это достало! — я резко выдохнул, — Я разбираюсь с Рихтером, потому что сам в этой каше виноват и уже влез по уши, и умываю руки, пусть она делает, что хочет, это ее проблемы! У меня своя жиз...

— Нет, мальчик мой, это твои проблемы, — Себастьян в два шага обошел стол, а в следующий момент я ощутил холодок лезвия у шеи, — И кстати, я, конечно, спустил тебе с рук три трупа моих парней, но еще один такой закидон, и я продемонстрирую, как действительно дрессирую своих подчиненных.

Я нервно хмыкнул, вспоминая, как вчера вернулся с заказа, уже собираясь заставить Кай поплатиться за последние несколько дней, а вместо этого обнаружил пустую квартиру. Меня не смутила тишина, я сразу прошел к комнате, собираясь вытащить эту пигалицу хоть из постели, чтобы зашвырнуть на полосу. Мельком мазнув взглядом по осколкам на полу, я на секунду остановился... Это тоже будет сама убирать. Мелькнувшее сожаление было проигнорировано. Кай наглядно демонстрирует, что меня ненавидит, что ж, я не собираюсь ей мешать. Меня тоже ее выходки бесят.

Продолжая запихивать недовольство подальше, я дошел до комнаты Кай, открыл дверь... Стоп. Последние пару дней она демонстративно резко поворачивала замок, чтобы он громко щелкал, типа вот, я такая бунтарка, я еще и запрусь. Мне в целом было плевать, если она хочет от меня отгораживаться, пусть делает, только бы ей стало легче. Поэтому теперь открытая дверь насторожила. Недоверчиво наклонив голову, я нахмурился, прошел в комнату... Пусто. Ага. Не успела свалить из зала? Я хищно ухмыльнулся и, пробежавшись на второй этаж, уже хотел демонстративно спалить ее и торжественно заявить, что она может сразу же начинать забег на ближайшие трое суток, когда до меня дошло, что свет в зале выключен. Не понял. Вот теперь меня бросило в холод от тревоги, я резко распахнул дверь, чтобы убедиться, что там действительно пусто, а в следующий момент пулей слетел вниз. Где она? Я снова влетел в ее комнату, сходу рванув в гардеробную, потом в ванную, даже свою спальню проверил. Кабинет и так был закрыт, в комнате на втором этаже ей делать нечего... Где она, черт возьми?!

С грохотом распахнув входную дверь, я замер, сверля бешеным взглядом Сатри.

— Где Кай?

— У мисс Диар возникли очевидно неотложные дела... — недовольно процедил он. Убью. Всех пятерых! Рванув из кобуры пистолет, я взвел его и навел на ближайшего парня.

— Либо скажешь, либо перестреляю твоих парней. Где?

Голос звучал на удивление спокойно, только пальцы холодели от ярости, а перед глазами темнело от страха, когда Сари сделал лицо кирпичом и попытался заявить, как я не прав, доставая оружие. Я выстрелил. Зубы, кажется, скрипели от злости, а от желания поубивать всех этих ублюдков с нашивками, которые стоят здесь, пока Кай где-то бегает, начинали крошиться. Я тут же взвел курок, убил второго и, шагнув к Сатри, схватил его за горло, швыряя на ближайшую стену.

— Мисс Диар нам не отчиталась. А если не умеете...

Достал. Я добил последнего пацана и приставил пистолет к колену Сари, чтобы он проглотил все, что хотел сказать вместе с болью. Он даже не поморщился.

— Мистер Шали...

— Ты у нас главный, тебя убивать нельзя, — в бешенстве прошипел я, чуть ли не вставляя дуло ему в рот, чтобы заткнулся наконец, — Еще раз узнаю, что вы потакаете этой дряни, разделаю тебя на корм псинам из Ди-9. Не знаешь — не трать мое время, выродок.

Я отшвырнул его в сторону и резким движением вытащил телефон, попутно вызывая лифт. Он даже не успел уехать, так что двери открылись раньше, чем Дейм взял трубку, а вот когда опер сказал, куда смылась моя кукла, я пожалел, что двери закрылись и в порыве злости долбанул по перилам. Мата Дейм отхватил на сто лет вперед, а при следующей встрече я собираюсь выбить ему еще пару зубов. Потому что он не сказал мне, что Кай свалила! Когда я должен был узнать об этом еще до того, как она выйдет из квартиры! Стелется под нее как...

— Я не у тебя в подчинении, а у академии, — я поморщился, проглатывая вспышку ярости, перемешанной с ревностью, отодвинулся и тоже незаметно вынул нож из-под ремня, — Радует, что скоро я вообще смогу отделаться и от тебя, и от твоей!..

— Цыц, — лезвие прижалось к шее. Я не собирался изображать покорного барана, но Себастьян не глядя хватанул мой нож голыми руками, а потом резко ударил по болевой точке на пальце. Падла. Сжав зубы, я уже хотел швырнуть его на столешницу и хотя бы врезать по морде, когда он схватил меня за только перебинтованную руку и... От осознания произошедшего, я взбешенно зашипел, но замер. Облегченное лезвие прижалось к основанию подбородка: одно движение, и я покойник. Я мысленно выматерился и скрипнул зубами...

— Потеря контроля над ситуацией не дает тебе права ее доламывать. А если чувство вины заело, это не повод пускать все на самотек, чтобы потом огрести за свою сопливость, — тем же тихим ледяным тоном процедил Себастьян у меня над ухом. Потом отпустил, сделал шаг назад и уже спокойнее уточнил:

— Где Лесса?

Я молча гипнотизировал пол, с силой сжимая кулаки и игнорируя противно намокший бинт. Перед глазами чуть ли не темнело от бессильной злости. Я просто пытался... Да откуда я знаю, как мне надо было на все это дерьмо реагировать?! У меня что, каждый день такое? Вот прям постоянно люди, которых я люблю, чуть ли не дохнут, потом ходят вокруг, действуя на нервы улыбочками, потом давят на совесть и ведут себя, как последние свиньи, а под конец заявляют, что их от меня тошнит! Да меня самого от нее тошнит, убить ее хочется за такое отношение! Ты все ей позволяешь, а она борзеет с каждой минутой!.. У меня мозги от страха за нее отключаются, а она продолжает лезть куда попало! Тихо скрипнув зубами, я прикрыл глаза. А потом приходит ее дед, демонстративно тебя размазывает и заявляет, что ты вообще не должен был терпеть, а сразу надо было дать по мозгам. Что ж он сам своей дебилке-дочери убойные тренировки не ставил?!..

— Ясно, — донеслось сверху, меня подцепили за здоровый локоть и дернули вверх, — Давай без соплей, очевидно, что до меня ты не дотянешь, пока сосредоточен на учебных связках и ржавеешь в Арнейте.

Себастьян отошел от меня, и раздался звук открывшегося шкафчика. Этот дед даже не скрывает, что мою квартиру, как свою собственную знает. Выматерившись себе под нос, я поднял свой нож и убрал под пояс. Ржавею в Арнейте, как же. Я деградирую, очевидно же! Даже Кай это доказывает своим поведением!

Пока я занимался самокопанием, Себастьян вытащил новый бинт, мазь и, подойдя ко мне, кивнул на стул.

— Я не нуждаюсь в помощи, — все-таки не сдержавшись, процедил я, отворачиваясь и отходя столешнице, чтобы забрать ножницы. От нарастающей злости и понимания, что ничего я Себастьяну не сделаю, меня аж затошнило, а стоило представить, что он сейчас еще и бинтовать меня будет, чуть зубы не скрошились от скрипа. Как. Я. Все это. Не-на-ви-жу! Твою жеж мать, как я мечтаю о дне, когда этот самодовольный дед вместе со своей истеричкой испарятся из моей жизни!

— Сам и делай. Я подожду Кай.

Безумно хотелось обложить его трехэтажным матом, но Себастьян и так был не в настроении, а мне не хотелось снова позорно ему просрать. На секунду я даже пожалел, что не состою в пресловутом реестре и не могу какими-то окольными путями выписать на него заказ, но быстро вспомнил, что если не он, то Рихтер беспрепятственно меня грохнет. Черт!

Пока я заново накладывал повязку, выливал остывший кофе и заваривал новый, на кухне висела тяжелая тишина. Себастьян устроился на кресле в гостиной и сверлил взглядом стену перед собой. Видимо, обдумывает, как высказать свое фе малявке... Я мстительно хмыкнул. Ну класс. Меня носом уже ткнул, сейчас ее ткнет, и пойдем мы облитые дерьмом ругаться уже друг с другом, выясняя, кто больше виноват. Она же в этом меня обвинила, что это я ей все позволил!.. Склеротичный мозг услужливо напомнил, что по версии Кай я мало что подкаблучник, так еще и бесхребетный ублюдок, и кружку под кофе машину я ставил с громким стуком. Что б я еще раз... Опа.

Я краем глаза уловил движение в коридоре и повернулся. Кай, все еще во вчерашнем платье, правда, без занавески на руке и с гнездом на голове, застыла в проеме коридора, озадаченно глядя на Себастьяна. Потом сделала пару шагов назад...

— Сядь.

От тона Себастьяна даже у меня по спине на секунду скользнул холодок, а Кай сделала еще шажок, но дед был непреклонен.

— Села.

Как только слышит, она ж босиком... Кай мгновенно побелела и покорно прошла к гостиной. Кресла напротив Себастьяна не стояло, она замялась, пытаясь понять куда сесть, но, не сообразив, осталась стоять. Даже не знаю, мне порадоваться или пожалеть? Не определившись и опять вспомнив вчерашний услышанный разговор, я просто приложился к кружке, снимая с себя ответственность. Заодно проигнорировал ощутимый на уровне шеи взгляд Кай и скрыл злорадную усмешку. Так тебе и надо.

— Оправдания меня не интересуют, — Себастьян помолчал, — Ты осознаешь, что происходит?

О да, она в полной мере это понимает и лично все устроила. Сейчас получит за это даже похлеще, чем могла бы от меня... Проснувшиеся внезапно жалость и совесть я задушил на корню, сделав еще один глоток кофе. Пусть огребает. Зато потом у нее будет шанс заявить, что это Себастьян с настроением на мордобой, а не я. Что это он во всем виноват, а не ее отсутствующий мозг.

— Да, — Кай безразлично пожала плечом и сделала лицо кирпичом. Пф. Какая из нее Элиен, это истеричка Риана в чистом виде. Один в один. Поэтому и цапались... Тут я вдруг вспомнил не только вчерашнюю запись, но и допрос, который Себастьян устроил дочери, и неосознанно напрягся. Он же не собирается делать что-то подобное?.. Я разозлился. Твою мать, Лекс, да какая тебе, к черту, разница?! Пусть он хоть убьет ее тут!..

— То есть ты готова понести ответственность за увольнение двадцати моих парней, которые не вытащили тебя из клуба, и смерть еще троих, которых оставила тут на площадке? Дейм также будет уволен за поддавки. Алес тоже.

Я сделал вид, что меня не упоминали, потому что срать хотел на это. Не обязан спасать его безголовую внучку, если она так хочет быть изнасилованной каким-нибудь ублюдком или самоубиться, добровольно выйдя на улицу и раскинув руки. Чтоб реестровикам удобнее попасть. Раздраженно поморщившись, я собрался сделать еще один глоток, когда перехватил взгляд Кай. Что? Она быстро отвела глаза, и я, ничего не поняв, тем более забил. Не собираюсь спасать твой зад, твои проблемы меня больше не касаются... По крайней мере, пока я не перебешусь и не смогу найти в себе хоть каплю альтруизма, чтобы притвориться мастером на оставшиеся пару месяцев. Поднявшее голову сто раз проклятое чувство вины было жестоко запито крепким кофе.

— Я не собираюсь нести ответственность за их халатность, — небрежно фыркнула Кай и снова безразлично пожала плечом, — Если бы хотели, они бы подошли и вывели. Эрмин ведь не пожалел половину оклада и добежал...

— Тогда ты согласна понести ответственность за нарушение своего устава? — голосом Себастьяна можно было заморозить полпланеты за секунду, мне даже показалось, что на зубах лед заскрипел, и я чуть не поперхнулся, — Ты обязана присутствовать на специальных дисциплинах, отрабатывать минимум сорок два индивидуальных практических часа в неделю и подчиняться приказам мастера в течении полных четырех лет с момента заключения договора. Ты не имеешь права носить и применять оружие вне стен учебного заведения, а также не имеешь права применять силу к мастеру вне тренировочного зала. Согласно восьмому разделу подписанного тобой договора, за нарушение устава ты можешь быть подвергнута дисциплинарному взысканию в соответствии с решением дисциплинарной комиссии и взысканию со стороны мастера. Согласно пятому пункту восьмого раздела, ты можешь быть исключена из Драйен за применение оружия и причинение вреда. Согласно шестому пункту девятнадцатого раздела, ты можешь быть помещена в психиатрическое отделение клиники Арле, если мастер расценит твое состояние, как неадекватное, при подписании документов об отчислении.

Кай покраснела от злости, но молча слушала перечисление всех своих грехов, все крепче сжимая руки. Я мысленно присвистнул. А Себастьян хорош, договор наизусть цитирует... Хотя, сколько лет он деканом был, наверняка прочитал его столько раз, что во сне перескажет от корки до корки. М-да. Одним глотком допив кофе, я отставил кружку, снова посмотрел на Кай и поймал ее секундный взгляд. Проверяет, насколько Себастьян серьезен? Честно говоря, если мне он ничего не сказал, то вся его нудная тирада — пугалка для одной нахалки, но я ничего против не имею. Совесть снова противно ковырнулась в подкорке, напоминая, что я сам до такого довел, и в следующий момент я разозлился. Когда я дал ей свободу, она вела себя адекватно, то, что она начала творить дичь, меня не касается! Тем более, разве это не Кай заявила, что ее от меня тошнит? Вот и все. Расстались и я дал тебе пространство, чтобы тебя, такую нежную, от моего вида не мутило!.. И себе заодно, чтобы хоть как-то себя собрать.

— Итак, — не впечатлившись молчанием внучки, с той же ледяной злостью продолжил Себастьян, — Я повторяю вопрос: ты готова понести ответственность согласно нарушенным тобой статьям устава?

— Я ничего не нарушала, — не моргнув глазом, парировала Кай и уперлась взглядом в стену, — Мой мастер разрешил мне пропустить ряд занятий и тренировок, у меня есть подтверждение.

— Твой мастер получил телесные повреждения, когда ты применяла оружие вне стен учебного заведения, а также вне его жилого пространства, и у меня тоже есть подтверждение.

На это она не нашлась, что сказать, упрямо сжала губы и гордо приподняла подбородок. В ее нынешнем виде выглядело скорее смешно, но от тона Себастьяна веселье мгновенно завяло, особенно когда он приплел меня. Я сложил руки на груди, приглядываясь к этой великолепной сцене и прислонился к столешнице кухни. Себастьян вдруг встал и шагнул к Кай примерно так же, как недавно ко мне... И я поймал себя на том, что дернулся в их сторону, чтобы, если что, защитить Кай. Какого... Да какого черта, Лекс?!

— Я жду ответ.

Кай продолжала молчать, я боролся с собственной бесхребетностью, а вот Себастьян сделал еще шаг к внучке, угрожающе нависая над ней. Так. Она ведь знает, на что он способен? Мстительная злость подвинулась, вместо этого я нахмурился и тоже шагнул к гостиной. Как именно он собрался ее наказывать? После вчерашней записи воспоминания о способах Себастьяна вытащить ответы из дочери освежились, и у меня вдруг появились сомнения, что он не применит это и к внучке. Особенно после того, что она устроила. Сомневаюсь, что за обычный побег он бы ругался, он бы на меня орал, но из-за этого я грохнул троих парней, а остальные продемонстрировали, как им начхать на жизнь и безопасность объекта охраны. То есть собственную бесполезность.

— Алессандра.

— Я не применяла оружие, — в итоге выдала Кай слегка дрожащим то ли от слез, то ли от злости голосом, — У меня его при себе не было, можешь спросить моего мастера или просмотреть записи с камеры в моей комнате. Меня пытались похитить, я не увидела кто и использовала заколку для самообороны. Непрофильное оружие не считается таковым в полной мере, так как мы используем то, что может...

— Лесса, у меня есть запись с уличной камеры, где видно, что ты разговариваешь с мастером.

Кай, хватанув ртом воздух, замолчала, признавая поражение, и Себастьян, сложив руки на груди, тяжело вздохнул.

— Я не буду передавать дело дисциплинарной комиссии и ставить вопрос о твоем отчислении. Однако следующая выходка будет последней, и диплом ты не получишь... — тут он повернулся ко мне и, смерив взглядом, вскинул бровь. Твою ж мать. До меня наконец дошло, что я все еще стою держа руку на ноже и пристально за ним наблюдаю. Пришлось руку опустить и сделать вид, что ничего не происходит, потому что я понятия не имею, какого черта творю. Отлично, Лекс, давай, спасай малявку, которая потом обольет тебя дерьмом за то, что ты ей помогаешь, и будет изгаляться, изображая великие страдания.

— Твой мастер определит состав наказания, документ с решением мне на почту. Я лично проверю, чтобы ты все отработала. Ты меня поняла?

Мы промолчали. Я, потому что бесился из-за очередной бумажки и собственной бесхребетности, а Кай, очевидно, потому что бесилась из-за тирании деда: она опять задрала подбородок и пыхтела так, что я слышал отсюда. Себастьян таким остался недоволен.

— Я жду.

— Да, — сквозь зубы выдала Кай, а едва Себастьян направился к двери, прожгла его спину ненавидящим взглядом. Щелкнул замок... Вот когда этот гребаный дед успел сделать дубликат? Я все думал, как он сюда попадает, ну не взламывает же замок, а он тупо ключ сделал. Мысленно выматерившись и смерив мрачным взглядом дверь, я повернулся к Кай. Она гипнотизировала пол, видимо надеясь, что сможет просверлить в нем дыру для побега. Зря. Я глянул на часы и криво усмехнулся.

— Ты пропустила тренировку в шесть, сейчас два с лишним. Тебе семьдесят кругов по препятствиям для разминки, если войдешь в зал в три — восемьдесят.

Она вдруг вскинулась, зло глянула на меня и, отзеркалив мою улыбку, чуть ли не пропела:

— Вау, подкаблучника деда защищает. Как мило... Даже жаль, что у меня болит голова.

Да что ты говоришь... Едва воскресшие где-то во мне сострадание и понимание в сторону Кай были снова убиты вспыхнувшей злостью, а чувство вины я задушил голыми руками.

— Сотка. Не придешь в зал через пять минут — притащу волоком.

Лесса

Я поправила пояс, подтягивая джинсы повыше, и с тяжелым вздохом осторожно надела свитер, чтобы не смазать макияж. Хотя... Там и смазывать нечего. Равен пригласил меня в парк аттракционов, поэтому я не стала заморачиваться. Пару дней назад мы ходили в кофейню и, несмотря на то, что у клуба фигурировало «свидание», в переписке это выглядело обычным походом за пирожными. По факту, это было крайне неловким походом в Эстарс, где мне пытались поправить настроение фирменным навороченным горячим шоколадом с кучей добавок. Вчера мы ходили в кондитерскую, которая специализировалась на макарунах, и это было уже менее неловко, но я по-прежнему себя не понимала. Поэтому сегодня, когда дело, кажется, дошло до настоящего «свидания», решила не мудрить и ограничилась румянами на щеки и глаза и завалявшейся в сумке розовой помадой. А на все вяканья совести думала, что не пытаюсь всячески упростить событие, а просто копирую макияж с рекламы, на которую меня когда-то загнал папа, и которая сейчас светилась на всех площадках... М-да.

Я разгладила складку на высоком вороте и оттянула рукав, скрывая длинный синяк, начинающийся у основания запястья. Алес, падла, швырнул так швырнул... Прямо на барьер, я вместе с этой пластиковой дурой и грохнулась. А, нет, простите, я сползла по шатающемуся барьеру и с ужасом ждала, когда же он упадет. Хвала печенью, утяжелители не сдвинулись, и так о край стукнулась, теперь синяк от запястья и почти до локтя. Бесит...

Я в целом осталась не в восторге от результата, но почти обрадовалась, когда утром после клуба Алес наконец-то пришел в себя... На сутки.

Проснувшись с жутким сушняком и раскалывающейся головой, я вышла на кухню за водой, чтобы обнаружить дедушку в гостиной. Сердце рухнуло куда-то в пятки, когда я услышала его особый тон для провинившихся, и совсем вылетело из тела, когда он повторил свое «села». Я чуть на пол не плюхнулась! А вот потом... Выбесил он меня. То есть, это я виновата, что Алес спускал мне с рук абсолютно все? Да, признаю, что подставила Сарта и его парней, но откуда мне было знать, что Алес их грохнет? Психопатией страдает он, а отвечать мне?! Вот еще! Хватило этого жалостливого взгляда от изверга, когда дедушка ушел. Я как увидела, чуть не кинулась ему глаза выцарапывать, так руки зачесались! Естественно, я прекрасно помнила его ночной выговор! И то, что наговорила сама и, будь возможность, повторила бы это снова. Мне не влом и при дедушке это сделать, но тут уж мой косяк, что в этот раз он на меня злится и к жалобам будет глух. Я отработаю это чертово наказание и при первом случаев все ему выложу. «Пойди убейся»! Да как у этого ублюдка повернулся язык?! Все проблемы у него из-за меня, посмотрите! А ничего, что все случилось из-за того, что это ОН ко мне полез? То есть этот психопат игнорирует то, что с бодуна поперся целовать первых попавшихся выпускниц, за что получил меня в ученики, и сам этим спровоцировал Риану?! Сам ведь проболтался, но я молчала, не придавая значения и не желая никого нервировать. А он решил об этом забыть! И обвинил во всем меня, мол сам бы отбился! Да ты мог просто оставить меня в покое и жить свою убогую жизнь! А самое смешное — это как я якобы им пользуюсь! То есть это Я постоянно заставляла его делать, как мне надо, домогалась, то есть это у меня биполярка, и я то в зале его гоняю, то под юбку лезу? Он больной?! Риторический вопрос! А я, да, я слабохарактерная, видимо, мазохистка, или тоже неадекватная, если мне такое нравится, и я позволяла это все, но в каком месте я его использовала? Может в момент, когда свалилась через перила?!..

Неприятно признавать, но похмелье и гудящая голова пробуждали совесть, и, когда я шла на кухню, рядом с мыслью о воде и обезболивающем мелькала одна, мол, ты все же переборщила, Лесса. Да, Алес вел себя как последний дебил, и да, он «не обязан отчитываться» и ровно так же действительно не обязан постоянно сидеть рядом со мной и подтирать сопли... Но я тоже хороша. По факту, цели-то я добилась, Алес вызверился, и у меня наконец-то получилось узнать все, что он там себе думал. Даже если это была крайне мерзкая версия, понятно, что он сорвался. Вообще-то на условно трезвую, хоть и распухшую голову реально обидной были только фразы про крышу и про «убейся», а в остальном он был прав и даже, в какой-то степени, сдержан. Ну, как сказать. Он вполне мог просто выбить мне мозги, чтобы доказать, что попадет в голову с трех метров, это было бы вполне в его духе, а вместо этого мне мало что позволили оттуда уйти, так еще и сигарету прикурили. Не схватив за волосы при первой возможности и не долбанув головой о дверцу. На его месте я бы так и сделала. Поэтому будем объективны. Я поступала тупо? Еще как. И с Риа, и с охраной. Я придуривалась прикрываясь головой и прогуливала пары? Да, причем в открытую, и на его месте я тоже ткнула бы себя в это носом. Конечно я не согласна с его «выкобениваться, кому-то доказывая», потому что я не доказывала, а доводила, и вообще-то он сам это спровоцировал своей... Ну да, бесхребетный — это было слишком. Алес-то? От злости, видимо, мозги отключились, раз я такое выдумала, но он же правда слишком очевидно спускал мне все с рук!.. Хотя называть его подкаблучником, это как-то... М-да. Сомневаюсь, что меня обвинили в том, что я его тащу за собой, и послали сдохнуть из-за этого.

В любом случае, в таком фиговом состоянии души и тела я даже могла понять, что иногда хочется побыть в одиночестве, желательно за закрытой дверью, и именно этим... занимался Алес, бегая от меня. Поэтому совесть скреблась в голове, требуя понять его. Особенно после отповеди дедушки. Алес, да троих парней, лишь бы узнать где я, вот это эмоции. Я даже начала подбирать слова, надеясь сгладить произошедшее ночью и выйти из состояния открытой вражды, чтобы меня потом не размазали в зале, но все опять пошло наперекосяк!

Едва зародившееся чувство вины и да, понимания, в адрес Алеса было убито его злобным прищуром и выданной сотней кругов. Без шуток. Этот изверг, блин, никогда не шутит! Стоило зайти в зал, совесть заглохла, а я вспомнила все свои вчерашние мысли, и что там высказывал один белобрысый садист. Прыгнуть с крыши! Ублюдок...

Короче, я разозлилась и, не без труда отбегав большую часть своей «победной сотни», радостно оскалилась, когда Алес скомандовал идти в рукопашку. С не меньшим злым удовольствием я встала в стойку и даже пару раз достала изверга по порезанной вчера руке... Пока он не цыкнул и не впечатал меня в пол. И снова. И еще разок. Но я не расстроилась! В какой-то момент я начала нервно смеяться, потому что Алес чуть ли за волосы меня не ловил, когда видел, что мой затылок вот-вот встретится с полом. Меня демонстративно хватали за шиворот, за руки, за пояс, мешая завершить полет головой в пол, а потом, убедившись в правильной траектории, торжественно отпускали. Поэтому пострадало все, кроме головы, а мне ничего не мешало и дальше пытаться достать Алеса побольнее. Да, мелко, да, мстительно! Но это не я предложила спрыгнуть с крыши и заявила, что мои сопли будут оттирать от пола!

Когда Алес, выдав мне еще пятьдесят кругов по препятствиям, вышел из зала, зажимая руку, я криво ухмыльнулась. На черном рукаве выступило темное пятно, а изверг очевидно кривился. Вот только жалости не наскреблось, поэтому я заодно громко хмыкнула ему вслед, намекая, что собираюсь продолжить бить в эту руку всю будущую тренировку.

Но... Увы, мой долгожданный хард закончился внезапным звоном в ушах, кружащимся миром, а очнулась я уже лежа на полу и захлебываясь кровью. На деле все было не так страшно, просто вдохнуть не получалось, потому что от напряжения у меня слишком сильно пошла кровь из носа, а упала я на спину, и все это дело потекло в горло. Кое-как перевернувшись, я закашлялась... Зрелище забрызганного кровью изверга с побледневшим лицом стоило того. Только как... Как он добежать-то успел? Удивившись, я снова поперхнулась и смачно кашлянула, выплевывая очередной сгусток крови. Алес даже не дернулся. По его лицу вообще было невозможно понять, то ли он перепугался, то ли взбесился, но меня осторожно и быстро взяли на руки, а едва усадили за стол, впихнули между носом и ладонью салфетку. Очень кстати, потому что я уже не знала куда плеваться. Следом меня не менее аккуратно донесли до комнаты, усадили на кровать и даже помогли вылезти из формы. Ну, точнее как, Алес убедился, что я никуда не заваливаюсь и в два движения стянул с меня сначала штаны, а потом, отобрав уже мокрую салфетку, привычно ловким движением вытряхнул меня из футболки. А, и новую салфетку в руку пихнул.

— Встанешь — убью, — мрачновато кинул он, забирая мою форму и уходя в ванную. Пф... Назло тебе возьму и встану! Потому что холодно мне в белье сидеть... Голова противно кружилась, губы немели, а во рту все еще был мерзкий привкус крови, поэтому, даже не приподнявшись, я свою идею отбросила. Да и тело откровенно не слушалось...

Дверь ванной снова хлопнула, Алес в новой, на этот раз бордовой футболке мрачной тенью прошел в мою гардеробную, и оттуда послышался шорох выдвигаемого ящика. Черт!.. Поняв, что он копается в моих вещах, я необъяснимо взбесилась, попыталась встать, но ноги предательски ослабли и я позорно плюхнулась обратно на кровать. Из носа потекло с новой силой. Да вашу ж мать!

— Руки.

Отвлекшись от попыток прижать салфетку покрепче, я посмотрела на Алеса... Как же бесит, блин! Он держал в руках длинную пижамную футболку, предлагая ее надеть. А вот не хочу!

— Мне и так нормально, — глуховато отозвалась я, поморщилась и попыталась залезть под одеяло. Угу, щазс. Тело все еще плохо слушалось, и стоило качнуться в сторону, чтобы подтянуть ноги на кровать, как я начала заваливаться куда-то на тумбочку. Черт...

— Если ты хочешь долбануться головой — только попроси, — съязвил Алес, ловя меня за предплечье и возвращая в вертикальное положение, — Куда ты ложишься? Собираешься захлебнуться? Смотрю, способы убиться у тебя пополняются.

Как я хочу ему врезать, невозможно! Адреналин ударил в голову, я дернулась, вырываясь из его хватки, резким движением вытерла нос и, глядя прямо в черные глаза, прошипела:

— Давай поделюсь? Тумбочка охрененная, проведи тест-драйв — убейся!

— Сразу после тебя, куколка, — ехидно процедил Алес, бесцеремонно надевая на меня футболку и грубо просовывая мои руки в рукава, — Еще раз лягнешь, свяжу.

Мою пятку поймали на подлете, запихнули под одеяло, а потом вообще схватили меня где-то подмышками и подтянули выше, усаживая и прислоняя к спинке кровати. Еще и в одеяло завернул так, чтобы я не могла выпутаться! Чуть ли не по шею! Алес наклонился ближе, вытер пальцем дорожку крови, прищурился, присматриваясь... Несмотря на злость я почувствовала, как от непонятного смущения загорелись щеки и уши. Мозг мгновенно уплыл в какие-то далекие от реальности фантазии, а сердце трепыхнулось... Я взбешенно сжала зубы. Организм, черт тебя подери!..

— Понятия не имею, что с тобой, давление, наверное, скакнуло, — Алес выпрямился и спокойно вложил руки в карманы, — Принесу вату и сиди.

Спасибо и на том! Медленно ползущая к губе капля раздражала, но хотя бы Алес перестал маячить перед глазами: он действительно просто принес вату, скатал из нее два тампона и свалил. Стоило бы, наверное, позлиться, что меня опять изобразили беспомощной отстранив от харда, но, пока сидела без дела, я как-то подостыла. Как раз с горем пополам пришла в себя, соскребла свое тельце с кровати и даже смогла доползти до душа, чтобы умыться. В очередной раз провожая безразличным взглядом красноватые потеки на раковине, я только поморщилась, вытерла лицо и вышла обратно в спальню. Вид крови уже не пугает, есть вещи и похуже. А мне, по идее, надо бы на пары... Интересно, заставит пойти или нет? Или опять будет сам по залу гонять?

Отвлекая меня, на тумбочке звякнул телефон. Я тихо заворчала и, ожидая увидеть что-то в стиле «я ушел» от АЛеса, со вздохом разблокировала экран...

— «Привет».

Хм. Удивленно подвиснув, я на секунду уставилась в стену, потом снова посмотрела в телефон и нажала на строку сообщения. Конечно, я помнила, что мы там обсуждали перед тем, как такси уехало, но почему-то думала, что Равен дождется, пока я появлюсь в академии. Его «до завтра» очевидно ведь на это намекало, просто я не додумалась сказать, что на пары не пойду, а он... Я с неуловимым ощущением подвоха ответила короткое «привет» и снова зависла. Вчера меня ничего не смутило, а вот сейчас... Зачем ему это? Ну, то есть, вчера у меня возникла мысль типа «а что мне терять», но в трезвом виде идея Равена выглядела абсурдной. То есть мы со средней школы друг друга лупили на арене, точнее, он систематически втаптывал меня в пол, и никак не пересекались, потому что он ходил отмороженной птичкой и почти ни с кем не общался. А теперь вдруг мне делают комплименты и предлагают свидание. Хотя, нет, все началось с побега? Или с практики? Короче, выглядело крайне странно. Телефон снова звякнул, и я уже с бо́льшим подозрением покосилась на экран. Он серьезно?..

— «Видимо нагоняй ты все-таки получила,» — ехидный смайлик смягчил фразу, и я тоже невольно хмыкнула, — «Терпимо?»

Какая интересная формулировка. Усмехнувшись громче, я забралась под одеяло, устроилась, поправив под спиной подушку... И тут же вспомнила, как несколько часов назад меня сюда Алес усаживал. Тьфу. Выбросив лишнее из головы, я поморщилась, опять вздохнула и куснула губу.

— «Да, но жить можно», — я не смогла придумать что-то еще и отправила так... Чтобы получить в ответ еще один улыбающийся смайлик. Угу.

— «Домашний арест?»

Как сказать... Это он прощупывает почву на тему свидания? Или в Равене внезапно проснулся альтруизм, не знаю, что там, сопереживание ближнему? В секту попал?.. Нервно хмыкнув от бредовости мыслей, я снова задумчиво прикусила губу.

— «Не совсем».

Мне и самой не нравились такие односложные ответы, но я действительно не знала, что еще написать! Не буду же я объяснять, как, натыкаясь на все углы, доползла до кровати, утром обнаружила злющего деду, потом получила хард от Алеса, а потом... Порцию заботы сквозь зубы от него же. Равена, кажется, ничего не смущало, потому что мне прилетело условно сочувствующее:

— «Раз ты держишь телефон в руках, значит все действительно неплохо».

Он что-то печатал, потом прекратил... Я провидица, сто процентов, он точно думает, как меня куда-то позвать. И вот вопрос, а как я на это смотрю? Мне вообще это надо?.. Я покосилась на край одеяла, на котором осталась пара небольших капель крови, и в груди потяжелело.

— «Могу поднять тебе настроение чем-нибудь шоколадным?»

Это он вспоминает памятную шоколадку под виски с газировкой? Честно говоря, у меня все было не так плохо, чтобы поднимать мне настроение. Я бесилась и злилась из-за Алеса, точнее, я злобно скрежетала зубами из-за этого, меня раздражало, что деда повесил на меня все сразу, но при этом где-то в глубине души я была довольна, что дело сдвинулось с мертвой точки. По крайней мере, я тренировалась, меня перестали игнорить и избегать. Тот факт, что Алес свалил, усадив меня в постель, не в счет, на меня обратили внимание, и да, Алес мог просто позволить мне самостоятельно разобраться с носом, убедившись, что я в сознании. Но не-ет... Меня донесли до комнаты, переодели и попытались осмотреть. Внутри от этой мысли поднималось мстительное торжество, а я злорадно потирала руки, несмотря на то, что Алес был злющий, как шершень. Сам себе противоречишь, я же говорила: биполярка! Подожду, пока в очередной раз прибежишь извиняться... Тут я поймала себя на злобной усмешке и поморщилась. Да пошел он. Пора вообще избавляться от этого, не нужно мне его внимание и извинения тем более. Мне месяц учебы остался, а потом свалю куда подальше от его тараканов. И вообще, внезапный интерес Равена действительно подозрителен. Окей, мне помогли свалить с пар, ладно, мы потусили вместе в клубе, тоже хорошо, там нас было много, но попытки со мной сближаться, особенно в свете последних событий... Моя паранойя внезапно расцвела бурным цветом, а возможности проверить подозрения не было. С Деймом я сама же и поссорилась, а Алес тем более выяснять ничего не будет! Даже наоборот, стоит заикнуться, и он тут же меня размажет по полу в зале. Или нет, он размажет Равена. И я не знаю, это плохо или хорошо...

Напоследок присмотревшись к сообщению Равена, я качнула головой и ответила:

— «Не уверена, что смогу куда-то выйти, но спасибо за предложение».

Значок «прочитано» мигнул, в диалоге повисла своеобразная пауза, в которой я почувствовала себя немного неловко. Ты все делаешь верно...

— «Понимаю. Но если что, обращайся».

Это было действительно мило, поэтому я успокоилась и смогла заснуть с относительно хорошим настроением... Но утро испортило все.

Из-за внезапного кроворазлива, после десятка кругов по препятствиям меня из зала выгнали со словами «не собираюсь опять твою кровь отмывать». Раздраженно цыкнув, я с мрачным видом захлопнула дверь... На пару мне тоже разрешили не идти. Я просто так спросила! А он взял и согласился! Опять? Он опять?! Ну ладно, Алес не начал вымещать на мне злость и размазывать по площадке, уже хорошо, но в итоге в комнату я заходила взбешенная идиотской неопределенностью! Мне вот реально сесть в комнате и пользоваться внезапно выбитым прогулом, или поехать на пары, потому что мне, как бы, еще экзамены сдавать? Уже совсем скоро, между прочим!.. Именно в этот момент мой взгляд упал на телефон, а мозг подкинул неосторожное предложение от Равена.

Почему я согласилась? Из того же идиотского желания насолить и вытащить из Алеса хоть одну живую эмоцию. А может, мне хотелось переключиться на что-то или кого-то поадекватнее. А может, я просто не знала, как потратить прогулянные пары. Я до сих пор сама понять не могла, но согласилась выпить кофе вместо пар. Тот факт, что Равен тоже прогулял, был удивителен, а парень не стал пояснять, махнув рукой. Точно так же я согласилась сходить в кондитерскую. В этот раз был прогулян Айве... И вот как-то в процессе обсуждения и насмешек над предстоящими отработками, я, сама не успев это осознать, согласилась на аттракционы опять вместо пар. А теперь пыталась понять, чего ждать и как вообще себя вести.

Бежевый свитер выглядел достаточно уютно, чтобы сделать бардак на моей голове «упорядоченным беспорядком», поэтому я номинально пригладила волосы рукой, натянула легкое, но очень милое пальто, и, схватив сумку, вышла из комнаты. С одной стороны мне хотелось пойти, потому что рядом с Равеном жизнь на удивление не казалась болотом проблем, из которого не выбраться, с другой... От взгляда сидящего на кухне Алеса стало жарко. Очень жарко. Меня прямо огнем окатило. Наличие деды на соседнем стуле настроение попортило, щеки тут же перестали краснеть, и в этот раз меня швырнуло в холодок, но вкус победы все еще чувствовался. Это ведь самая натуральная ревность... Я мысленно коварно улыбнулась и, сделав независимый вид, прошла до двери, чтобы обуться. Мы очевидно сдвинулись с мертвой точки: Алес почти не рычал, все еще периодически под меня прогибался, но был таким злющим, когда вчера пришел на вечернюю тренировку, что я была готова его расцеловать. Забыть все его бредни у клуба и помахать ручкой вслед, когда он побежит убивать несчастного Равена. Чтобы по возвращении пнуть его подальше и заявить, что его биполярке тут не светит. Правда, уже к концу беговых кругов изверг взял себя в руки и вернулся к адекватной рабочей версии, но это меня тоже устраивало. Мы, между прочим, отлично позанимались и все отработали, меня даже из зала раньше времени не выставили!.. Мозг подкинул воспоминание о неосторожном прикосновении Алеса вчера после тренировки, и я, игнорируя покрасневшие щеки, быстро схватилась за мысленную метлу. Нет уж. На этом ублюдке мир не сошелся.

— Не понял, — донеслось от дедушки, — А утренняя тренировка?

С которой меня отпустили? Смешно. Я зашла в зал и просто ради шутки сказала что-то вроде «голова-то как гудит от взгляда на полосу», а Алес серьезно сначала дал мне меньше беговых кругов, потом условно отработал несколько связок и махнул рукой. Видимо, запал злости у Алеса кончился, надо это исправить, чтобы хоть вечером нормально позаниматься... Сдержав кривую ухмылку, я застегнула второй сапог, выпрямилась и, сделав губки бантиком, повернулась к дедушке. Алес, сложив руки на груди, гипнотизировал стену напротив, пока деда с подозрительным прищуром окидывал меня взглядом.

— У меня голова болит, — я очаровательно улыбнулась, хлопнула ресничками и ловко повернула замок двери. Деда недовольно нахмурился и, вдруг хмыкнув, съязвил:

— То есть, идти куда-то не болит? Чудеса исцеления!

— Действительно, — я вскинула брови, хлопнула в ладошки и состроила совсем тупое лицо, — Внезапно прошла.

Этого он не вынес. В два шага оказавшись рядом, схватил меня за ухо, несмотря на увороты и тихий писк, и легонько потянул от двери. Ай!

— В зал. Немедленно.

От особого ледяного тона деды меня передернуло, но кое-как вывернувшись, я не удержалась и с яростью на него посмотрела. Он до сих пор на меня злился за клуб и охрану, а еще, кажется, за Алеса. Ну вот было такое ощущение, что деда пытался помочь великому и ужасному восстановить дисциплину. Или воскресить мою совесть. Или просто донести до меня, что Алес с его непонятным поведением — это еще неплохой вариант, по сравнению с ним. С последним я точно согласна, Алес с его попустительством в сто раз лучше деды с внезапным приливом воспитательных мер. Прошлая версия Алеса, конечно, еще лучше, но... Ее уже не вернуть. А новой мне не надо. Я лучезарно улыбнулась и, уже выскакивая за дверь, пропела:

— Простите, меня уже ждут. А Алес сам меня отпустил. Пока!

У меня подрагивали руки от волнения, когда я торопливо поворачивала ключ в двери. Не только потому, что только что я свалила от Алеса с дедушкой, но еще и потому... Что то самое «свидание» внезапно стало ближе, а я все еще не знала, что творю и, главное, зачем? Резко развернувшись, я встретилась взглядом с Сартом и широко ему улыбнулась.