Глава 32

Лексан

Она моя. Она вся моя от синих глаз до кончиков тонких пальцев. Я придурковато улыбнулся и снова посмотрел на Кай. Длинные ресницы отбрасывали вытянутые тени на бледное личико со слегка покрасневшими щечками, алым костром рассыпались по подушке волосы... Казалось, она вот-вот исчезнет, как мираж. С удовольствием погладив нежную кожу на талии, я прижал ее крепче. Моя маленькая девочка... Нет, не могу поверить, что она моя. Наверное, я сплю. Или состав опять дал качественный глюк, и сейчас я в очередной раз переспал с Сиан? В прошлый раз мои глюки крайне сложно отличались от реальности, и это осложняло мастеру задачу. Повезло, что сегодня, кажется, их почти не было... Даже думать не хочу, как странно выглядел, пока постоянно молчал и думал, мне послышалось или это реально прозвучало? Вздрогнув, я потер лоб свободной рукой. Не-ет... Я снова погладил Кай, и именно ощущение ее обнаженного тела под боком позволило поверить, что все произошедшее — реальность. Блаженно улыбнувшись, перевернулся на бок, обнимая ее и утыкаясь ей в волосы носом. М-м...

Вообще, когда я пришел утром домой, мне казалось, что ничего не выйдет. Кай обратила на меня внимание, только когда я пошел непосредственно к ней, и очень долго соглашалась. В чем-то я мог ее понять: когда мой мастер приперся ко мне и поставил на стол колбу, я тоже сначала решил, что меня хотят травануть, ибо вещь не самая безобидная. Состав был переработан нашим научным отделом уже очень давно и активно использовался в разных дозировках для разных целей. Вот и мы... Использовали. С пользой, как мне кажется. И случившееся вечером тут не главная польза. Кай... Оказалась не такой тихоней и паинькой, как я думал. Но любопытство и упрямство остались прежними, только ничуть не портили, наоборот, делали ее... живой. Пожалуй, привычно апатичная Кай, держащая все в себе и не желающая показывать свои чувства всем, по сравнению с собой настоящей была лишь жалкой копией, потому что та девушка, с которой я провел сегодня день... Ей можно смело давать звание дьяволицы, которая не полезет за словом в карман, вежливо объяснит, куда тебе засунуть свое мнение на ее счет и насмешливо проследит за попытками хоть как-то на нее воздействовать. С одной стороны, она неуправляема, но с другой... Она восхищала. Именно той самой бесшабашной смелостью и уверенностью в том, что она может это сказать и, главное, ответить за свои слова и действия. И хотя все ее фразы явно очень тщательно фильтровались... Бесподобный характер. Ироничный, насмешливый...

Но трущобы... Все же слишком. Или нет, если она и мелкая такая же была, то вполне могла бы так попытаться привлечь к себе внимание. А оно было ей нужно: ее неосознанные жесты, обиженный тон и буквально претензии, мол, как же меня не отметили во время тренировки, раскрыли то, что она, вероятно, скрывала еще тщательней, чем свой отвратительный, с точки зрения адекватного человека, характер. К счастью, я адекватным тоже не был, поэтому даже немного загордился, что у меня такая боевая девочка. Разве что отчаянно одинокая, но и это я исправлю. Лично.

Вновь улыбнувшись, поправил упавшую на лицо Кай прядку и с довольной ухмылкой отметил проявляющийся засос на ее шее. Моя... Вот уж теперь точно моя. Правда, стоило признать, я испугался, когда проверил камеры и обнаружил пошатывающуюся ее, копающейся в аптечке. Сначала даже подумал, что все, хана, непереносимость компонентов L-300 или не та дозировка, и надо экстренно вызывать скорую, когда внезапно в ней что-то поменялось. То она отводила глаза, зависая и выдавая всякий бред, от которого мое сердце пропускало удары, то вдруг в полуобморочном состоянии осела в мои объятия. А вот то, как она меня соблазняла... Стало неожиданным сюрпризом. Причем я даже не поверил сначала, принял за глюки, но нет... Этот ее взгляд из-под ресниц, явно проверяющий мою реакцию, сказал мне больше, чем все представление с обмороком. Нет, не отрицаю, может, голова у нее и впрямь кружилась, но явно не из-за состава, а из-за банального возбуждения, которое Кай совершенно перестала скрывать, будто решив что-то для себя. А вот я... Сначала думал, чем мне это грозит, потом терзался, мол, что мне мешает, она ведь сама хочет, затем в голове процарапалась мысль, что воспользоваться ее желанием сейчас это то же самое, что спать с пьяной девушкой, которая вообще не понимает происходящего. Вот только Кай все прекрасно понимала и откровенно говорила об этом. Вот и... Вышло. Я снова довольно улыбнулся и вдохнул запах ее волос... И почему опять чувствую себя последним придурком? Но... что если утром она скажет, что это все из-за состава? Или что это была ошибка? Или еще что-то? Я нервно вздохнул. L-300 может вытащить что угодно, в чем я сегодня еще раз убедился. А Кай... Может передумать, банально испугаться, включить свои предрассудки. Да и вообще, она совершенно наивная девушка, девочка... Моя девочка... Новую блаженную улыбку задавил на корню и задумался. В голове у Кай иногда творится непонятно что, а, значит, надо как-то не дать ей поменять свое решение на счет меня. Можно было бы намеренно соблазнить, запудрить мозги, но не хотелось. Несмотря на царапающиеся в голове опасения, с ней так поступать казалось некрасивым, она все же... особенная. Настоящая. И ее любовь тоже должна быть настоящей. Значит... Будем предельно честными, а там подождем ее решение. Тем более, что сегодня я уже пообещал ей отвечать честно на все ее вопросы... А чтобы исход был в мою пользу, придется отключить все свои барьеры и выпустить собственническое «я», требующее постоянно опекать мою аловолосую малышку.

В любом случае, теперь у меня есть другие идеи для доверия. Хотя, забавно, конечно, получилось... Думаю, если бы каждая пара мастер-ученица или наоборот, ученик и мастер-девушка, так налаживали отношения, то половину академии пришлось бы выгнать, а киллеров не осталось бы в помине. Невольно хмыкнув, вновь ткнулся носом в макушку Кай и вздохнул. Что там она сегодня сказала, лайм? Так меня еще не оскорбляли, но блин, приятно, когда твой парфюм нравится любимой девушке настолько, что она пробует тебя на вкус. Прижав ее чуть ближе, я заставил себя вернуться из воспоминаний к делам насущным. Доверие мы завтра попробуем по-другому установить, да и нужно-то, просто, чтобы она привыкла. Еще на кухне я заметил, что она фактически тянется вслед за моими руками, а это, как по мне, показатель того, что бояться или отвергать меня пока никто не планирует. Да и смелости в отношении меня ей не занимать, так что, пусть привыкнет ко мне, и тогда, по идее, все получится.

Что еще важнее... Пока я размышлял о промежуточных, доверии и Кай, в голове назойливо вертелась мысль, что теперь все очень плохо. Не в плане чувств или устава. Просто я осознал, что после этой ночи потерять свою малышку уже точно не могу. И раньше бы не смог, настолько сильно был к ней привязан, а сейчас и вовсе на секунду замер, едва представил, что с ней что-то случится. Позволить убить Кай? Мою нежную, хрупкую девочку, с невероятным характером? Да черта с два, кто-нибудь к ней хоть пальцем прикоснется. Оторву палец вместе с рукой. Я невольно сжал зубы, и, судя по тому, что Кай завозилась, ее тоже. Пришлось успокаиваться, отпускать... С новым тяжелым вздохом я улыбнулся, ощутив, как Кай прижалась ближе ко мне и ткнулась лбом в мою грудь. Нет, никто и никогда у меня ее не отнимет. Кивнув своим мыслям, я снова уткнулся носом в ее макушку, вдыхая неожиданно родной аромат. Впрочем, почему неожиданно? Моя малышка, мой самый близкий человечек... Между нами витало такое умиротворение, что я сам не заметил, как заснул...

Чтобы проснуться по будильнику. Недовольно вздохнув, отпустил Кай, дотянулся до тумбочки, где оставил телефон. Вот, спрашивается, почему я не подумал об этом вчера? Где вообще справедливость? Имею я право проспать до обеда и разбудить любимую девушку поцелуем?! Все равно никакой работы в таком состоянии мне не светит... Эта самая девушка даже не проснулась, лишь вздохнула и спрятала лицо у меня на груди, спасаясь от света, льющегося из окна. Ох, ну разве это не мило? Улыбнувшись, отключил еще несколько будильников, которые ставил для себя на всякий пожарный, а потом заметил сообщение от Дейма с очередным требованием рассказать ему, что такого мне «поведал Харм». Ну да... Файлы-то на почту давно упали, но без комментариев их бывшего владельца структура оставалась совершенно непонятной. И пусть Дамиан пристроил что-то «по логике», но не согласиться с тем, что уже пора вернуться в работу, я не мог. Вот только разберусь с Кай и все... Ну ладно, признаюсь, просто ничего делать прямо сейчас не хотелось, но вот вечером обязательно этим займусь. Или днем. В общем сделаю. Я даже себе напоминалку поставил. Потом отложил телефон, вернулся к Кай, снова обнимая ее... и чуть не вздрогнул, когда она шумно вздохнула. Проснется? Блин, неужели разбудил? Она же любит поспать подольше... Но нет, моя девочка все еще спала. Более того, она скользнула руками по моей талии и обняла меня, прижимаясь крепче. Я резко выдохнул, ощутив, как ее грудь касается моей, но сдержался, ограничившись лишь ответным объятием. Потом закутал нас в одеяло и, прикрыв глаза, все же провалился в долгожданный сон.

Лесса

Тепло... Оно пронизывает каждую клеточку тела, обнимает мягким покрывалом, даря уют и спокойствие. Тихонько вздохнув, я шевельнула затекшим плечом и неосознанно прижалась ближе... к Алесу, которого обнимала за талию. Ох... На секунду щеки потеплели от смущения, потому что во сне не только он умудрился обнять меня и придавить своим телом к постели, но и я... Я снова осторожно вдохнула его запах и, приоткрыв глаза, подняла голову. Спящий он так... Безмятежен, красив... Идеален. Аккуратно, стараясь не потревожить спящего парня, вытащила руку, обвела контур его бровей, коснулась виска, заправила светлую прядь за ухо. В голове невольно всплыли воспоминания о прошедшей ночи, и я снова покраснела. А-а! И о чем я только думала? Точнее, понятно, о чем и о ком, но... Черт, я это сделала! Несмотря на мое несколько шоковое состояние, мозг проснулся и подкинул самые яркие воспоминания вчерашнего вечера. Блин, моей репутации конец. Она рассыпалась просто в прах, но... В голове всплыло сказанное хриплым шепотом «люблю тебя...» Меня... любят?

Судорожно вдохнув, скользнула пальцами к его подбородку, четко очерченным губам... Любят... Алес сонно вздохнул, заставляя меня внутренне дрогнуть, и открыл глаза, чтобы встретиться со мной взглядом. К собственному удивлению, стыдно не было, зато глубоко в груди что-то вспыхнуло, разливаясь тихой радостью.

— Доброе утро... — хрипло сказал он и улыбнулся уголком губ.

— Доброе, — уподобившись эху, отозвалась я и невольно улыбнулась в ответ. Алес... Провел ладонью по моей спине, тоже коснулся рукой моей щеки и спросил:

— Как ты?

— Все... хорошо.

Я не выдержала и, снова обняв его за талию, все же спрятала лицо, уткнувшись лбом ему в грудь. Только смущенная улыбка все равно расцвела на губах, а в сердце поселился пушистый комочек счастья... Ух, кто б знал, что можно вот так запросто проснуться в одной постели с человеком, который тебе нравится! С ума сойти... Меня снова погладили по спине и прижали ближе. Потом подумали и коснулись моих волос губами.

— Тебя отнести в душ?

Я отрицательно мотнула головой... Потому что от его простого жеста все тело покрылось мурашками. Да и выбираться из постели не хотелось... Точнее, из его объятий... Алес тихо выдохнул, вновь коснулся губами моих волос, погладил талию... и, перевернув меня на спину, оставил поцелуй на моей шее. Подумал секунду и уткнулся лбом мне в плечо, поцеловал в ключицы, снова шею...

— Эй, стой... — сдавленно, еле слышно пискнула я, понимая, что сейчас сгорю. Его губы... такие нежные, дарили нереальные ощущения, но... Я не готова к настолько быстрому развитию событий!

— Почему? — глухо спросил он, не думая отрываться от моего тела. Наоборот, он лишь еще раз поцеловал меня куда-то в плечо, огладил талию...

— Ты... меня смущаешь, — все же призналась и, зажмурившись, отвернулась. Ох... Руки Алеса снова погладили меня по талии, выше, и от этих прикосновений внутри начинал разгораться едва утихший огонь, который ярко вспыхнул, едва я услышала приглушенное:

— А я счастлив...

Замерев, удивленно повернулась к нему. Счастлив?.. В голове снова вихрем пронеслись его слова, и... Он был таким искренним, что я невольно забыла о собственных эмоциях, подняла руки и, обняв его за шею, зарылась пальцами ему в волосы, в стремлении... Показать ответную симпатию. Мне все еще было страшно признаться, что я... его люблю, но... да. Окончательно и бесповоротно. И это факт, который уже не то что обжалованию не подлежит, он уже и на практике доказан... Блин, и почему думать об этом так смущающе?.. Только любопытство шевельнулось, и, не смотря на смысл этого странного момента, что происходил между нами, я тихонько спросила:

— Почему?

— Потому что ты рядом, — Алес сел и, словно куклу, прижал меня к себе, — Я так боялся, что ты исчезнешь, малыш...

Я таю... Просто плавлюсь от умиления, потому что его слова, они говорят так много... Столько, что сердце замирает, а в животе появляются бабочки. С очередной улыбкой, я обняла Алеса за талию и, потеревшись носом о его грудь, прошептала:

— Куда же я денусь...

Он тихо рассмеялся и, отстранившись, положил руку мне на затылок, пока в его глазах бушевали такие разные чувства... Страх, радость, желание и... Любовь? Почему я никогда не замечала ее раньше, ведь... Он уже не впервые смотрит на меня так и... И все мысли вылетели из головы, едва Алес наклонился ко мне и снова поцеловал, жадно лаская губы, распаляя желание внутри меня, роняя на постель и так будоражаще нависая надо мной. «Сразу чувствуется опыт», — мелькнуло в голове, и, разозлившись, я царапнула Алеса по спине. Да ну нафиг, с чего вдруг я думаю о его опыте? В конце концов, он же сказал, что любит меня, да и сейчас тоже сказал, что рад тому, что я рядом... Алес скользнул губами по моей щеке, поцеловал в скулу, в уголок губ, снова в щеку, а у меня... От совершенно неуместной ревности смущение снова вылезло из подсознания, и я покраснела до кончиков волос.

— Блин, ну вот что ты опять делаешь... — недовольно пробормотала я, пытаясь увернуться от нового щекотного поцелуя в висок.

— Наслаждаюсь, а что? — тихо мурлыкнул он. А-а...

— Ты издеваешься... — еле слышно промямлила я, окончательно краснея. Потому что в моей голове мгновенно всплыл очень похожий диалог и... Уф, я горю!

— С чего бы?

Очередной щекотный и такой волнительный поцелуй остался на моей шее. Уже ни с чего, просто продолжай. Или нет, остановись и дай мне осознать происходящее... Мысли спутались, не давая ответить. Да и что я могла бы сказать? Я просто... чувствовала себя неловко! Как я могла это объяснить? Тихонько застонав, закрыла глаза, сдаваясь. Если я умру от смущения, то стану открытием в медицине. Блин, совершенно не понимаю, что делать...

— Ничего не делай. Просто успокойся и расслабься... — он улыбнулся шире и легонько погладил меня по спине. Черт, я опять сказала это вслух. Смирившись со своей незавидной участью, я выдохнула и, посмотрев на него, проворчала:

— Легко сказать... Даже в книжках не пишут, что в таких случаях делать...

— Ничего страшного не случилось, малыш, — новая светлая улыбка озарила его лицо, он упал рядом, обнял, устраивая меня у себя на груди и заставляя меня вновь зависнуть, созерцая...

— Ну конечно...

— Все хорошо.

Тебе может и хорошо, а я, а у меня... А у меня, может, мир ломается! У меня, может... любовь и ревность к тебе с неловкостью борются, взрывая мне мозги. И вообще, я уже совсем ничего не понимаю... То состояние легкости, в котором я проснулась, и когда то, что делала, было таким естественным, с каждой секундой все стремительнее испарялось без следа. И это тоже смущало! Мысли метались в голове, сводя с ума и заставляя судорожно искать пути отступления. Вот только их не находилось...

— Ты начинаешь меня пугать, — он тихонько рассмеялся, а я надулась. Кто еще кого пугает... Между нами снова повисла тишина. Отпускать меня никто не собирался, поэтому лично для меня она была напряженной, ибо я продолжала краснеть. А мои внутренние противоречия лишь усугубляли дело... Вот только что мы обнимались, и все было правильно, а сейчас опять чувствую себя человеком, который сделал что-то и теперь жалеет об этом. К тому же, что за «пугаешь»? Знал бы...

— Да если б ты знал, какие идеи мне иногда мозг подкидывает... — буркнула я, закусывая губу и прижимаясь к нему ближе, чтобы он ненароком не увидел мои полыхающие щеки. Еще и вспомнился последний раз, когда эти самые идеи вылились в наш глобальный скандал... Божечки, как стыдно!

— Например?

Блин! Приз тебе, Алес, за худший вопрос. Прикусив губу еще сильнее, я буркнула:

— Не скажу.

— А давай ты скажешь мне, а я тебе...

Эм... Я подвисла, на секунду даже забыв о смущении.

— Что? — я недоверчиво глянула на него исподлобья, но Алес только улыбнулся.

— Что? Я тоже о тебе думал.

Соблазн узнать, что именно... Был, но озвучивать свои мысли я оказалась не готова и поэтому просто помотала головой. Мы снова замолчали. Я пыталась утихомирить бушующие внутри эмоции, а Алес уткнулся мне носом в макушку, и этот жест... Я не понимаю. Поколебавшись и окончательно искусав губы, я решилась.

— А что ты обо мне думал? — тихо, осторожно спросила, не поднимая головы. Алес еле слышно хмыкнул.

— А ты?

— Ты первый...

Тишина. Ну вот... Снова обманул. Может он вообще наврал, а я маленькая и глупая поверила...

— Всегда разное, но во всех моих мыслях есть кое-что общее, — он тихо хмыкнул, — Каждый раз смотря на тебя, я думаю, что однажды утону в твоих синих глазах. Может, я никогда не разгадаю, что в них кроется, но знаю, что раз за разом буду тонуть в них, тонуть в твоих эмоциях, что так отчетливо сквозят в этой синеве... И знаю, что девушкой именно с этими синими глазами я хочу обладать. Одна проблема, — мне достался невесомый поцелуй в макушку, — Эта девушка неуловима, как мираж, который может растаять в любую секунду... Правда, боюсь, что ты исчезнешь, малыш... И от этого лишь сильнее хочу тебя. Хочу, чтобы ты была моей...

Что? Исчезну? Тонуть... Хочет меня?.. Я осторожно подняла на него глаза. Искренность никуда не делась. Он задумчиво гипнотизировал пустоту, но, видимо, повисшая тишина была слишком долгой, потому что Алес наклонился и посмотрел на меня. Прямо в глаза.

— Почему?

Вопрос прозвучал не очень логично, но... Он продолжал смотреть на меня, не меняясь в лице, искренне, открыто...

— Потому что люблю тебя.

Внутри все перевернулось, а слова... как-то резко закончились, оставляя меня наедине с непонятным чувством в груди. Я куснула губу и опустила глаза, не в силах и дальше смотреть на Алеса. Это... Уже звучало ночью, но теперь я будто слышала об этом впервые. Вот только... Подняв голову, я встретилась с напряженным взглядом черных глаз.

— Я... — мысли окончательно спутались с моими противоречивыми эмоциями, и пришлось все же опустить голову, — Вот и что я должна на это сказать...?

— Ничего, — мне показалось, что он улыбнулся, но посмотреть на его лицо не получилось: меня снова обняли и уткнулись в мою макушку, — Мне нравится, когда ты такая честная...

Смущенно улыбнувшись, я прикрыла глаза. Между нами повисла тишина, в которой лично я немного отпустила свою нервозность. Просто... Алес машинально поглаживал меня по спине, и его прикосновения, невольно успокаивали меня.

— Так что ты обо мне думала? — тихо спросил он, заставляя меня вернуться в реальность, — Ты... — он на секунду запнулся, — Фотосессия, тогда... тоже?

О-о, нет, ну зачем? Зачем ты об этом напомнил?! Вспыхнув, я прикусила губу. Не-ет, я не готова в этом признаваться. Но Алес... Ему нравится, когда я честная, да и он же... Он же рассказал мне свои мысли. Эти его слова... Они будто обнажали то ранимое, что было в нем, во мне и заставляли вспомнить, о том, что я сама считала препятствием. О своей фантазии. Если он смог быть таким откровенным, то и я могу?.. Тихонько вздохнув, произнесла:

— Ну... Я... — я все же замолчала, не решаясь признаться. Щеки полыхали, сердце бешено колотилось, и я всерьез испугалась, что Алес услышит его грохот. Отчаянно застонав, выдохнула:

— Блин, Алес, просто смирись, ты заставляешь меня сходить с ума. И сейчас снова это делаешь! Да, я тоже думала о тебе, и... Черт, это так тупо!..

Алес молчал, и теперь я уже начинала жалеть о том, что только что сказала. Зачем, Лесса, ну зачем... Невесомый поцелуй в макушку заставил остановиться вихрь моих отчаянных мыслей. Что...

— Это так мило...

И как на это реагировать? Что я должна на это ответить?! Блин, Алес, ты хочешь, чтобы я свихнулась, да?! Смущение стремительно улетело на задворки сознания, а его место заняло жгучее возмущение.

— Извини, — снова прерывая мой мысленный поток, тихо сказал он, — Я в тот раз правда просто... Не сдержался.

Вот тут настала моя очередь молчать и хмуриться. Не сдержался? В плане?

— То есть?

— Ну... — он как-то замялся, — Ты просто так повернулась, и это платье, и вообще... Одна маленькая наглая девочка любит дразниться, но не любит думать о последствиях.

— Так! — возмущенно возопила эта самая «девочка», отчаянно выпутываясь из его объятий. Как ни странно, но меня отпустили и я, подскочив, недовольно уставилась на него, — Что значит «думать о последствиях»?! Это ты начал превращать фотосет в фарс!

— Оно само... — оправдывающийся Алес — за гранью понимания, но даже это отошло на второй план, когда я вспомнила, о чем думала в момент фарса. Щеки снова вспыхнули, и это не осталось без внимания.

— Кажется, не я один там мыслями грешил...

Черт... Не знаю, что отразилось на моем лице, может, досада или еще что-то, но Алес оборвал себя на полуслове и внимательно всмотрелся мне в глаза.

— Я ничего не имел ввиду.

Верю! Помотав головой, вернулась к волнующей теме.

— Имел или не имел, а непонятно что творил ты! Зачем надо было заставлять меня... сползать по тебе... — голос предательски сел к концу фразы, и в итоге «по тебе» было больше похоже на невразумительный писк. Да в общем-то я вся наверняка сейчас выглядела невразумительно, потому что окончательно смутилась и отвернулась, пытаясь спрятать пылающее лицо за волосами. Но с другой стороны... От того, что я это сказала, стало легче, потому что, даже несмотря на состав, вчера быть реально откровенной в этом вопросе я все равно не могла. Зато сейчас... Сейчас наши чувства не были тайной, а значит...

Алес приподнялся и сгреб меня в объятия, прижимая ближе к себе и лишая остатков дыхания. Черт! В этот момент я отчетливо ощутила весь спектр чувств от соприкосновения обнаженной кожи с его горячим телом, и мне поплохело. Или нет. Или да! Но, в любом случае, эта слабость и дрожь...

— Прости, — выдохнул он мне куда-то в шею, а в следующий миг... его губы коснулись моих. Я даже опомниться не успела, как мимолетное касание исчезло, оставляя меня ошарашенно хлопать ресницами. Что это сейчас...

— Я, правда, не удержался. Не думал, что это вызовет у тебя такую реакцию...

Меня снова гладили по голове, будто успокаивая... и я поддалась. Поддалась его нежности, его заботе. Прижалась ближе, неловко обвила руками его талию и обиженно прошептала:

— А какую реакцию ты ждал? Я бы посмотрела, как ты среагировал на такое, если бы тебя почти месяц с лишним мучали разные фантазии больного воображения...

— Смотрела, вообще-то...

О как. Поднять голову не получилось, его объятия оказались слишком крепкими, но вот спросить... Никто не запрещал!

— Что ты... — начала я, но меня прижали крепче, и дыхание резко закончилось.

— Тихо, это секрет, — заговорческим тоном сказал Алес. Секрет? Что за глупости? К коктейлю из бабочек в животе и ревности прибавилась обида.

— То есть из меня все выуживать можно, а сам, нет? Тихушник... И ты обещал отвечать на любой вопрос честно, — недовольно пробормотала я.

— Ты сочтешь меня извращенцем.

— Я тебя и так им считаю.

— Маленькая наглая девочка... — обиженно отозвался он, и прикусил кожу на моей шее. Твою ж! Невольно тихо застонав, я дернулась от пронзившего меня разряда и снова ощутила весь спектр от слабости во всем теле до предвкушающий дрожи. Организм!.. Вот уж кому неловкость хозяйки и всякие мысли не помеха!

— Может, ну их, эти разговоры, а? — тихо спросил Алес, целуя только что покусанную им же шею. Сознание начало ускользать, но смущение сделало свое дело — оставило меня в относительно холодном рассудке. Так что чуть подавшись назад, я посмотрела в эти... Наглющие черные глаза и выдала:

— Вообще-то это ты хотел говорить!

— Я передумал, — соблазнительная улыбка в его исполнении... почти возымела действие, но я стоически выдержала. Правда, сердце, кажется, скоро вылетит из груди...

— А я нет! Что ты имел ввиду?!

Черные глаза прищурились, на их дне мелькнуло недовольство...

— Что я в тот момент о тебе думал. И до этого тоже. И фантазии у меня, уверен, похлеще твоих.

Если можно за секунду лишиться дара речи, то я это сделала. Потому что... Вот так просто признаться? Я в шоке... Или в этом нет ничего такого? Может, я накрутила непонятно что из своих предрассудков? Алес привычно склонил голову к плечу, наблюдая за мной, а я... не знала, как отреагировать. С одной стороны, это смущает, с другой...

— И все же... — он задумчиво прищурился и провел пальцами по моей щеке, — Знаешь, мне интересно... А что именно ты думала? Как я умудряюсь... сводить тебя с ума?

Угадайте, кто покраснел до корней волос? Угу, я. И тем самым дала ему повод удивленно вскинуть брови, а после расплыться в многозначительной, но от этого не менее довольной улыбке.

— И как так вышло? — все еще улыбаясь, но без намека на издевку спросил Алес, пока я пыталась хоть как-то совладать с собой. Как, как... Молча! Я точно должна отвечать?! Нервно прикусив губу, прикрыла глаза.

— Может, ну их эти разговоры, а? — я повторила его фразу в надежде, что мне не придется признаваться. Вот только маневр не удался: Алес лишь улыбнулся шире и, притянув меня еще ближе, выдохнул на ушко:

— Ох, малыш... Такие слова прокатывают только вкупе с поцелуями... Так что, увы, — снова отстранившись, он щелкнул меня по носу. Напоследок улыбнулся и снова стал адекватной версией себя, то есть успокоился, — Мне правда интересно.

Я в этот момент пыталась не дать мозгу улететь в непонятные дали, так что на его слова отреагировала не сразу. Даже не так, я их осознала с задержкой. Интересно... В сотый раз прикусив несчастную губу, посмотрела на Алеса...

— А что будет, когда узнаешь?

Он вскинул бровь и пожал плечами.

— Ничего, просто узнаю.

Ничего... Поколебавшись, я вздохнула.

— Просто... Там... Кое-что случилось, и вот...

— Вот? — Алес еле сдерживал улыбку, и из-за этого я почему-то ощутила себя глупой. Черт.

— Вот. Мне показалась интересной мысль на тему...

А-а, нет. Или да. Или нет. Нет, не буду говорить. Или буду. Сто-оп... Что может случиться, если скажешь? Все самое «страшное» уже позади, вот она ты, лежишь, обнаженная, между прочим, рядом с предметом собственных мыслей... Который терпеливо ждет, пока ты примешь решение. И даже пытается не улыбаться... А еще он тебя любит, и ты его... любишь...

— Каково было бы... с тобой... — я отчаянно покраснела и замолчала. Потом опустила голову, прикусила губу и ну очень тихо закончила, — ... встречаться.

Тишина-а... Нет, я все же хочу видеть его лицо! Осторожный взгляд из-под ресниц... протранслировал крайне удивленного Алеса. Даже не так, ошарашенного. Оглушенного сказанным мной.

— И каково? — наконец выдал он. Теперь настала моя очередь вскидывать брови, и Алесу пришлось пояснить:

— Каково со мной встречаться?

— Эм... — я озадаченно нахмурилась, — Не знаю...

Что за глупый вопрос? И почему он так ухмыльнулся? Так, мне это не нравится!

— Ка-ай... — с обольстительной улыбкой протянул Алес, но я быстрее него категорично выдала:

— Нет.

— Но ты же не дослушала...

Его голос обволакивал, затягивал в черную вселенную его глаз, заставляя терять нить рассуждений, но... нет. Не настолько я сошла с ума... или настолько? Если вдуматься, то... Я все же отрицательно помотала головой. Морально я пока не готова к настоящим отношениям... Пусть он хоть сто раз мне нравится, но... Это же будет по-настоящему! И я даже не могу представить, что именно... Алес только укоризненно сжал губы.

— А если все же послушать?

— Все равно нет.

Черные глаза прищурились, отчего внутри все дрогнуло, а в следующее мгновение Алес резко перевернулся и навис надо мной.

— А может, все же подумаешь? — мурлыкнули мне на ухо и коснулись губами нежного места за ушком, — Немножко...

— Н...

Кто бы мне еще дал договорить! Не желая слушать возражения, Алес поцеловал меня и снова заглянул в глаза. Мозг мгновенно отключился, а я завороженно застыла, уже заранее приготовившись согласиться на все...

— Я тебя люблю. И хочу, чтобы ты была рядом. Всегда. Может, все же подумаешь?

Не-ет, к этому невозможно было подготовиться!.. Я чуть не застонала от отчаяния, когда поняла, что мне очень даже нравится его идея, а в груди так тепло... Блин, я хочу согласиться, но это же... Безумство какое-то!

— Дай мне шанс... — снова склоняясь к моей шее, хрипло прошептал он, и... сердце дрогнуло. Мысли снова завертелись в бешеном вихре, среди которого... Ну очень выделялись собственные выводы из разряда «ценит», «понимает», «сводит с ума»... И я понимала, что если подумаю чуть дольше, то действительно сдамся. В общем-то... Слишком сложно не сдаться, особенно когда эти черные глаза буквально прожигают насквозь, заставляя задыхаться от невероятных эмоций... К тому же... Что мешает мне попробовать? Не каждый день выпадает такая удача! Не задумываясь о том, какие последствия меня ждут, я на секунду прикрыла глаза и выдохнула:

— Только один.

Его губы снова коснулись моих, заставляя задохнуться от чувств. А уж когда он отстранился и с нереально счастливой улыбкой посмотрел на меня... В груди всколыхнулась ответная радость, и, не удержавшись, я вдруг подняла руку, и, прикоснувшись кончиками пальцев к его щеке, скорее подумала, чем сказала:

— Тебе идет улыбка...

Он удивленно вскинул брови, а потом поймал мою руку и поцеловал пальцы. Ох... От этого внутри что-то вздрогнуло, а щеки вспыхнули от новой волны смущения. И еще раз, когда он снова меня поцеловал, скользя ладонями по моему телу, касаясь своими длинными пальцами разгоряченной кожи... Я отчаянно покраснела, прикрыла глаза, но... Алес все понял. Убрал руку, возвращая ее на талию, а потом внезапно ткнулся лбом мне в ключицы и тихонько фыркнул. А после вообще подхватил меня на руки и направился в ванну, игнорируя мои испуганные ахи.

— Ох, куколка моя, — тихонько рассмеялся он, открывая дверь и ставя меня на теплую плитку.

— Почему я кукла? — возмутилась я, едва ощутив опору под ногами, и посмотрела в смеющиеся черные глаза. Алес хмыкнул, потом тягуче провел руками от моих бедер по талии вверх и чуть наклонившись сказал:

— А как иначе? Маленькая, синеглазая, невинная... Настоящая кукла, — он довольно ухмыльнулся и, чмокнув меня в губы, добавил:

— Моя кукла. И я готов ждать свою девочку сколько угодно.

Торжественно выдав все это, он развернулся и направился обратно в комнату, оставляя меня в какой-то растерянности и... снова разжигая внутри огонек счастья, потому что он понял... Подняв глаза, посмотрела ему вслед, скользнула взглядом по накачанной спине... И, невзирая на смущение, не смогла не отметить, что вид, конечно, шикарный... Ой черт, опять вслух?! Испугавшись собственного высказывания, я вздрогнула, едва Алес глянул на меня вполоборота и, хищно прищурившись, вкрадчиво спросил:

— Хочешь принять душ вместе?

— Нет, — покраснев, выпалила я и отвернулась. Ох блин... Сзади хмыкнули, и вскоре я услышала звук закрывшейся двери. Блин, какой же он все-таки... чуткий... На губах невольно вспыхнула улыбка, и я в кои-то веки даже не пыталась ее согнать, упиваясь... собственным счастьем.

Оставшись в одиночестве, я все же умудрилась справиться со смущением. Просто отсутствие одного белобрысого индивида в обозримом пространстве очень способствовало мыслительному процессу. Так что пока принимала душ и приводила спутанные волосы в порядок... расставила для себя все точки над и. Пусть на одной чаше весов все еще тяжело лежала наша разница в возрасте и устав, на другой — собственные чувства и... Они перевешивали. Это не важно. Если Алес и раньше вполне успешно обходил этот несчастный устав, то и сейчас все будет хорошо. А разница в возрасте... Да он же иногда ведет себя хлеще моих ровесников, так что какая разница? Нам ведь было комфортно общаться все это время, и... Алес действительно единственный, кто знает меня настоящей, кто реально заботится обо мне, но не считает беспомощной. И он... Любит меня. То, что моя влюбленность не безответна, делало меня еще счастливей и возвращало уверенность. Ну, а то, что было ночью... Жуть, конечно, как я умудрилась на это решиться, но, черт побери, оно того стоило! Офигеть, я с ним встречаюсь. А-а! Я ненормальная...

Выключив воду, я завернулась в полотенце и подошла к раковине за расческой. Интересно, а что-нибудь во мне изменилось? Теперь я помню все, и по моим ощущениям за ночь я не то что переплавилась, была создана заново. Его руками... Предвкушающе прикусив губу, посмотрела в зеркало... Эм. Я ошарашенно хлопнула ресницами и даже подалась вперед, рассматривая щедрую россыпь засосов на моей шее, ключицах. Нет, я естественно не могла не заметить пару характерных кровоподтеков на груди, но... Кошмар.

— Алес, блин, зверь какой-то... — пробормотала я, касаясь пальцами особо крупного синячка. Надеюсь, учебу я уже проспала, потому что некоторые засосы не скроет даже высокий ворот! Собственно, именно мысль о вороте породила в моей голове очередную шальную мыслишку. Точнее, изначально это был план мести, но потом... Я решила, что это прекрасный способ побороть собственное смущение. Говорят же, что лучшая защита — это нападение? Вот и я решила примерно так же. Передумав идти к себе, накинула халат и, открыв дверь в комнату Алеса, смело шагнула вперед, чтобы обнаружить его расслабленно валяющимся на кровати с самой дебильной из улыбок. Мое появление незамеченным не осталось: он приоткрыл глаза и, посмотрев на меня, удивленно вскинул брови.

— Что случилось?

Я сжала губы, чтобы не улыбаться очень широко и, присев на краешек кровати, с прищуром спросила:

— Я же твоя... девушка? — ух, как сложно мне далось это слово, но... как же оно приятно звучит в таком контексте!

— А ты уже сомневаешься? — он резко подскочил и нахмурился. Я его напугала? Хм...

— Нет, но раз на то пошло, то я требую у тебя рубашку в фонд моего гардероба!

Мои губы все же растянулись в широкой хитрой улыбке, когда физиономия моего новоявленного... парня (а-а, это так смущающе!) вытянулась.

— Прости? — на меня посмотрели удивленно, и пришлось пояснить:

— Хочу твою рубашку. Делись.

Он странно на меня посмотрел, потом хмыкнул и, покачав головой, упал обратно.

— Можешь выбрать любую, я тебе разрешаю.

Вообще, я втайне надеялась, что он выберет что-нибудь со мной, но... При мысли, что окажусь в его гардеробной в одиночестве, все внутри дрогнуло. Довольно улыбнувшись, я встала и бодрым шагом прошлепала в нужную комнату. Хм... Планировка почти ничем не отличалась от моей, разве что тона другие, да плюшевых пуфиков не наблюдается. Зато... Пахнет его одеколоном. Чуть прикрыв глаза, с затаенным наслаждением втянула воздух... Кажется, у него и шампунь чем-то подобным пах... Лайм с... С чем же? Что-то очень знакомое... Можжевельник? Надо будет спросить у Алеса. Но... При мысли о шампуне, в голове услужливо всплыли мои вчерашние самовольства, даже вкус его шеи, и я отчаянно покраснела. С другой стороны... Это было забавно... И приятно... Чуть тряхнув головой и откидывая лишние мысли, я прошла к ближайшему шкафу и, открыв, обнаружила ровные ряды пиджаков, пальто... Не то. Следующий шкаф порадовал стопками футболок и прочего. Зато в третьем мне уже было чем поживиться. Ха, прям охотник за мужскими рубашками... Осторожно перебирая вешалки, я скользила взглядом по одежде... Вообще, Алес довольно часто появлялся в рубашках, но еще чаще я видела его в футболках. Хотя, ему и то, и другое идет... Замерев, коснулась пальцами черного воротничка. Вот в этом я, пожалуй, его еще не видела, хотя... Она бы ему пошла... Невольно представив Алеса в черном, судорожно вздохнула. Этому хищнику только в ней и ходить... Блин, Лесса, ты зависаешь над его одеждой, как маньячка! Но ведь это так будоражит... Снова помотав головой, перебрала еще пару вешалок и наконец-то выудила одну из них. Сойдет. Тем более, она длинная... Хотя, ладно, они все длинные, Алес сам по себе вон, длинный. Везде... А-а, ну что за пошлые мысли!

Окончательно покраснев и глупо улыбаясь, я вышла из гардеробной со своим трофеем и под внимательным взглядом Алеса ретировалась к себе. Ух... Я реально собралась надеть его рубашку!

Взбудораженная этой мыслью, вышла в своей комнате, окинула рассеянным взглядом с ночи развороченную постель... И в голову пришли мои вчерашние размышления. Вот только давать им пространство для развития не хотелось, поэтому я лишь тряхнула головой и прошла к туалетному столику. В этот раз расческу из ванной забрала, впрочем, как и полотенце, так что, сев перед зеркалом, решительно взялась за фен. Даже включила, прежде чем в мозгу вновь всплыли совсем неуместные вопросы...

Например, а правильно ли я вообще сейчас поступаю? Нет, конечно, я со всем согласилась и даже дала ему шанс, но если вдуматься, то разве это верное решение? Все-таки, Алес прожженный бабник, который девичьи мысли читает, как любимую книжку, и даже цитирует без подлинника. А от тебя ему нужно было пресловутое доверие, точнее, не оно само, а успешно пройденное испытание с ним. Блин... В груди разлилась обида, а уголки губ невольно поползли вниз. Он мог просто специально это сделать, воспользовавшись моей наивностью. Бессильно выключив фен и опустив его на колени, я посмотрела в глаза своему отражению. Нет, Лесса, ты не дура. Тебя сложно обмануть — факт. И ты могла бы заметить фальшь, если не ночью, то утром точно. Только хотела ли я ее видеть?..

Черт, черт, черт! Ну что ты будешь делать?! Крепко зажмурившись, я помотала головой, в попытке отбросить все лишнее. Глупости все это. Как бы правдоподобно он не врал, сейчас ему это просто невыгодно! Он не сможет притворяться так долго, ведь мне еще учиться полтора года, и работать нам вместе. Стал бы он так подставляться? Вот и я думаю, что нет. Или хочу думать. В любом случае, хватит!

Резким злым движением схватив расческу, я быстро расчесалась и, подскочив, повернулась к постели, куда кинула его рубашку. Просто... Даже если меня обманули, я хочу попробовать. Пусть все будет ложью, но глупо отрицать, что мне хочется этой... сказки. И хотя на границе сознания мелькнула мысль о том, что я не готова «играть» в любовь, зная об обмане, ее вытеснила неожиданная находка.