Глава 31

Больше никакие странные темы мы не затрагивали, нам обоим было о чем подумать, а, может, Алес просто не хотел нарваться на вопросы... В любом случае, всю оставшуюся тренировку наши разговоры сводились лишь к указаниям, поправкам и лекциям. И хотя мое сердце отчаянно не желало успокаиваться, кажется, у меня получилось вести себя нормально...

— На сегодня все, — сообщил Алес, стягивая перчатки. Несколько раз глубоко вдохнув для восстановления дыхания, я тоже расстегнула застежки, но в последний момент остановилась. Полосу отработали, рукопашка, ножи... Стрельба, снайперка, метание — всего коснулись...

— А доверялок не будет?

Он замер, так и не взяв телефон с кресла. Пару секунд постоял... А потом все же закончил начатое и, повернувшись ко мне, как-то... досадливо ответил:

— Смысла нет сейчас что-то делать. Скорее всего, мы просто переругаемся. Давай подождем, пока действие состава закончится, чтобы... не наговорить лишнего.

Толстый намек был понятен и слепому, так что я кивнула, соглашаясь, и все же стянула перчатки. Мне так вдвойне не надо говорить лишнего, мало ли, что я ляпну... Например: Алес, твои плечи выглядят так классно, когда ты показываешь приемы, сделай это движение еще раз, я полюбуюсь. Так что, да, ты прав, подождем, пока состав не закончится. Только один момент меня беспокоит.

— Кстати говоря... А сколько L-300 действует?

— Сколько? — он нахмурился, — Чуть больше суток, что ли...

Повисла тишина, в которой мы встретились самыми ошарашенными взглядами.

— Вот блин... — выдал он, а мне оставалось только возмущенно на него взирать.

— То есть, нас еще и завтра так колошматить будет? — с наездом спросила я, а получив в ответ мрачный взгляд, скорбно возвела очи к небу. За что? Просто за что мне это?

— Ну извини, забыл, — буркнул он, взъерошив волосы. Нет, ну надо же, он забыл. Я даже понятия не имею, какие слабости могут у меня вылезти в академии! А вдруг я ту же Эшлин прибью?! Тормозов-то нет! Вот же... Я вздохнула и, махнув рукой, направилась к выходу. Хотя... есть кое-что еще.

— Тебе жаль?

— М?

Он замер на выходе, дожидаясь меня, и я поспешила выйти в коридор, положила перчатки в карман и, посмотрев на Алеса, повторила:

— Мне кажется, или тебе жаль, что нет смысла заниматься доверялками? Точнее...

— Не совсем, — перебил он меня, но в общем-то не жалко. Все равно внятно сформулировать мысли у меня бы не получилось. Мозг, будь он неладен, подкидывал то одну идею, то другую, заставляя меня путаться и терять нить размышлений.

— Просто ты мне в принципе как человек нравишься, и меня удручает, что мои ужасные преподавательские способности испортили все в край. Лично мне было бы приятно поработать с тобой, но... — он развел руками и невесело усмехнулся. Одна-ако...

— Я нравлюсь тебе как человек? — я наклонила голову на бок и чуть смущенно улыбнулась... Мозг, а ты даже не лезь! Это просто мило... Теперь Алес усмехнулся шире и покачал головой.

— Ты маленькая и милая. А мне всегда нравилось все маленькое и миленькое. Котятки, например...

— Что? Ты меня сейчас с котенком сравнил? — возмутилась я и развернулась к нему лицом, пользуясь тем, что первой спустилась с лестницы. Он вскинул брови... И вдруг рассмеялся.

— Ох, Кай... А что тебе не нравится? И вообще, котята милые, все любят котиков. К тому же ты идеально под них подходишь: маленькая, обаятельная, а как цапнешь, так хрен отделаешься... Ай! Малявка, не дерись!

Не, ну вот свинья! Я с самыми подлыми намерениями в очередной раз попыталась достать его ногой, но ничего не вышло. Наоборот, меня поймали за запястья и лишили вообще хоть какой-то возможности двигаться.

— Ну все, все... — успокаивающе сказал Алес, — Но, если без шуток, ты интересная. Есть в тебе что-то такое... Что хочется разгадать. Я уже говорил сегодня об этом.

Вау... Перестав брыкаться, я замерла, смотря в его глаза... потому что сейчас в них творилось что-то непонятное. И, пожалуй, я бы тоже была не прочь это разгадать...

— Твои преподавательские способности не ужасны.

Он удивленно на меня глянул и, отпустив мои руки, отступил.

— В смысле?

— Ты хорошо объясняешь, — призналась я. Сейчас говорить это было легко, да и... Правда ведь. Хотя с другой стороны, стоило признать, что мне просто не хотелось, чтобы он так расстраивался... Стоп. Мозг, прекращай, я его не жалею! Он дяденька взрослый... Меня все еще гипнотизировали взглядом, и я, мысленно встряхнувшись, продолжила:

— Честно, некоторые вещи ты объясняешь понятней чем многие преподы.

— Экономику, например, — ехидно подсказали мне и, не выдержав, я хихикнула.

— И ее тоже! — тут я сделала серьезное лицо и, дотянувшись, положила руку ему на плечо, — Но знаешь, скажу по секрету...

Я запнулась, когда он внезапно наклонился, оказываясь со мной лицом к лицу. Просто, так близко... И смотрит прямо в глаза... Или глубже? По спине побежали мурашки, а дыхание перехватило. Пришлось украдкой вдохнуть, возвращая себе способность дышать. Но... Его черные глаза, что сейчас оказались совсем рядом, буквально прожгли насквозь... Ох, Лесса, соберись, ты чего? Ухмыльнувшись, я приняла его игру и, подавшись ближе, прошептала ему на ухо:

— Если бы ты меньше орал и проявлял свои садистские наклонности, цены бы тебе не было!

Алес как-то сдавленно хмыкнул, а потом вдруг тоже положил руку мне на плечо и прошептал, обжигая дыханием мое ушко:

— У меня тоже для тебя есть секрет... Ты просто невыносима, когда засыпаешь на ходу и ленишься. А делаешь ты это круглосуточно, и не реагируешь ни на что, — тут он выпрямился и насмешливо посмотрел на меня сверху вниз, — Так что, увы и ах, куколка, иначе с тобой никак.

Я выразительно фыркнула и... развела руками.

— Что есть, то есть, смирись!

— Ага, то есть претензии закончатся? — Алес как-то шкодливо улыбнулся.

— И не мечтай, — я нагло ухмыльнулась и, развернувшись, направилась в комнату, — Не знаю, как ты, а я иду спать, — тут я не выдержала и, посмотрев на него через плечо, ехидно сказала:

— Буду завтра та-акой вменяемой, чтобы у тебя даже шанса повопить на меня не было! Начнем перевоспитывать тебя!

С тихим смехом, я сбежала раньше, чем он успел отреагировать, так что возмущенное «что?!» услышала, уже подбегая к собственной двери. Впрочем, может, оно и к лучшему?

Зайдя в комнату, я посмотрела на рабочий стол и со вздохом махнула на него рукой. Что там осталось, пара задач по экономике, которые вполне можно доделать утром, потому что спать и впрямь хотелось. Глаза буквально слипались, поэтому я подхватила полотенце и ретировалась в душ. Хм... Стоя под горячими струями, блаженно закрыв глаза, я мысленно проматывала сегодняшний день... Если подумать, это даже забавно... Я невольно улыбнулась, вспоминая... Алес был таким непривычным, настоящим. Невероятным... А все эти мои внезапные фразочки вслух? Аномалия какая-то. Но... Алес тоже вел себя... Иначе? «И тебе понравилось». Мозг... Опять? Поморщившись, отмахнулась от особенно ярких воспоминаний, но не признать, что, да, понравилось, не могла. Еще сильнее меня радовало, что он больше не злился на меня. Мы снова общались, и я понимала и даже готова была признать, мне этого не хватало. Все его шуточки, подколки, внезапные непонятные поступки, они были так привычны для меня, что теперь я искренне радовалась им...

Тряхнув головой, я постаралась согнать с лица неуместно счастливую улыбку и выключила воду. Быстро обтерлась, закуталась в халат и выскользнула в своей комнате. Так-с... В теле ощущалась легкость, но спать слегка расхотелось. Заняться, что ли, все-таки экономикой? Блин, как же не хочется ею настроение портить... С другой стороны, если что, можно у Алеса спросить. Нет, это не повод с ним пообщаться, это жизненная необходимость, дабы маленькая я не пала жертвой страшной и ужасной экономической науки, что пожирает мой мозг, как солнце первый снег... М-да. Мне кажется, в таком странном настроении лучше садиться за литературу, а не за экономику...

Угу, однозначно. Как бы ни пыталась заставить себя начать считать и расписывать задачу, мысли раз за разом улетали в далекие дали к одному белобрысому индивиду. Фантазия, получив новую почву, подкидывала не самые уместные мыслишки, и в итоге, через полчаса бесплодных попыток сделать домашнюю работу, я, недовольно цыкнув, отбросила куда-то ручку и откинулась на спинку кресла. Не могу... Я прикрыла глаза, позволяя им отдохнуть от яркого света настольной лампы... Состав, не состав, а ведь завтра моя тушка с гарантией попадет на утреннее истязание. Хотя... Что если Алес на деле не такой уж дисциплинированный и проспит? Или я просплю?

Я поежилась от скользнувшего по пяткам сквозняка и, встав, стянула с кровати одеяло. Потом подумала... А, к черту эту экономику. Я завернулась в одеяло и, плюхнувшись на кровать, устроилась поудобнее. Тепло-о... Все-таки я жуткая мерзлячка. По крайней мере, по ночам мне жизненно необходимо быть в тепле иначе не засну... И вот что я буду делать, если придется несколько часов к ряду лежать на крыше с винтовкой, ожидая жертву, как пугал Алес? Наверное, умру от холода в первый же такой случай... Хм, интересно, ему тоже приходилось так ждать? Сколько вообще заданий он уже выполнил?.. Почему-то за все время я ни разу не спросила его о том, какие задания он вообще выполнял. Каждый раз возвращаясь под утро Алес либо сразу бросался меня тренировать, либо исчезал в собственной комнате... Ну ладно, это я так, оправдываюсь, просто... Как-то даже мысли не возникало. Но если подумать...

Я перевернулась на другой бок, выкопалась из одеяла и, обняв его, уткнулась взглядом в ночное небо. В памяти всплыли слова Эшли перед вручением аттестатов. Три года... Точнее, уже четыре, как Алес закончил академию. Сколько убийств он успел совершить за это время? И тяготят ли они его?.. Я мысленно фыркнула. Учитывая его сегодняшний ликбез на тему отстранения от убийств и работы... «А ведь вполне может быть...» Перекатившись на спину, я задумалась, что... ведь и правда знаю не так чтобы много. Возможно, какие-то детали, но далеко не все, причем и те, что мне известны, выданы самим Алесом по большей части, а значит, скорее всего, являются его интерпретацией. «...хочется разгадать», всплыли в памяти его слова. Разгадать... Мои губы снова расплылись в улыбке, а сердце дрогнуло. Я бы тоже хотела разгадать загадку по имени Алес...

Вздрогнув, повернулась на другой бок и закопалась в одеяло. Глупости. Зачем мне это... Я закрыла глаза, надеясь, что смогу заснуть... И перед внутренним зрением мгновенно понеслись фантазии. Бу-урные такие. Вроде допроса с пристрастием, в процессе которого я бы разгадала эту загадку. И того, что могло бы быть после... Ох, блин! Ну что опять за фигня! Страдальчески застонав, ткнулась носом в одеяло. Надо думать о чем-то более реальном, чем все мои пошлые грезы!

Вот, например, он сказал, я ему нравлюсь как человек. А как... девушка? Нет? Или одно подразумевает другое? «Маленькая и милая»... Дураку понятно, что это отговорка! Хотя, про «разгадать» явно была правда... И про обаятельную улыбку... И про... «И как же мне заслужить твое доверие, Алессандра?»

Ох... Внутри что-то дрогнуло, а щеки покраснели. Мое доверие... И... Мне вспомнился его взгляд в тот момент, глубокий, изучающий... Касающийся каждого сантиметра кожи так нежно, будоража. Я невольно судорожно вздохнула, когда представленное касание стало почти осязаемым, и, резко распахнув глаза, прикусила губу. Еще и имя... Мне нравилось, когда он называл меня Кай, я уже привыкла к своему позывному, да и учитывая мой график, иногда на свое настоящее имя с задержкой реагировала. А сегодня... «Алессандра». Впервые мое настоящее имя прозвучало так прекрасно. Так, что я невольно загордилась, что именно меня так зовут. Что именно он произносит мое имя таким голосом...

С моих губ сорвался новый судорожный вздох, и я вздрогнула. Хватит. Кто знает, до чего я дофантазируюсь! И вообще, у меня вон... Волосы мокрые. Завтра проснусь с гнездом на голове.

— Высушить бы вас... — пробормотала я, выбираясь из постели и направилась к туалетному столику, на ходу включая ночник. Все лучше, чем дразнить себя нереальными фантазиями. «Но, если бы они были реальны, ты бы не отказалась». Черт... Я замерла, задетая собственной мыслью в самое сердце. Вообще, конечно, да. Если вспомнить о том, какой Алес настоящий... такой, каким он сегодня был со мной, то это может быть... необычно. Волнующе... А вообще, что я теряю, если скажу ему, что он мне тоже нравится, как человек? Вон, Виа призналась... Хотя она в любви призналась... А учитывая, что Алес мне нравится, мое признание тоже может так прозвучать... «А если тебя отошьют?» Эм... Вздрогнув, я тряхнула головой. Ну все. Остановись, Лесса. Завтра в себя придешь и сама поймешь, над каким бредом ты размышляла. К тому же... В лучшем случае тебя просто пошлют, в худшем... Алес — не ангел. И даже не его подобие. Изверг и садист, заботливый временами, но суть от этого не меняется. И откуда ты знаешь, что над тобой не посмеются и не пошлют в грубой форме? Вот-вот. На краю сознания мелькнула мысль, что ведь сегодня я уже сказала ему, что он хороший препод, и он отреагировал адекватно, но я ее проигнорировала. Достав из ящика фен, подключила его в розетку и осмотрелась в поисках расчески. В ванной ее забыла что ли? Обшарив тумбочку и рабочий стол, окончательно утвердилась в этой мысли и, тяжко вздохнув, направилась к двери в ванную.

— Хм?

Закрыто... Вообще, у этой двери забавная система блокировки: если закрывается одна дверь, то автоматически блокируется вторая. Впрочем, это знание сейчас было лишним: из-за двери доносился шум воды, и вроде бы как надо отойти... Но я почему-то застыла, так и не убрав пальцы с ручки. Все еще не успокоившаяся фантазия мгновенно расправила крылья, подкидывая мне картинку Алеса в душе: эдакого стройного бога, окруженного клубами пара, со стекающими по литым мышцам каплями воды... И пусть я вживую никогда этого не видела, но щекам стало горячо, а от двери отлетела как ошпаренная. Мозг! Ты охренел?! Что за непотребщина?! Тряхнув головой, повернулась спиной к двери и даже начала отступать обратно к столику, когда в голову пришло воспоминание о том, как во время тренировок по его шее и плечам стекали капли пота, и вот теперь стало по-настоящему жарко. Меня прошибло током, колени дрогнули и я, судорожно вздохнув, плюхнулась на пол, прислонившись спиной к двери. Мамочки... Я ненормальная. Но... Прикусив губу, невольно потянулась к этой фантазии. А ведь правда бог... Воинственный, красивый, с длинными изящными пальцами, которые... Касаются так нежно и осторожно... И как эстетично на них смотрелись бы капли воды. Интересно, если мокрыми пальцами касаться губ, это холодно?.. От такого реалистичного ощущения прикосновения к собственным губам, я аж вздрогнула, а дыхание сбилось. Глубоко внутри все сжалось, от... Жаркого желания, которое готово было спалить дотла! И, пожалуй, именно оно меня отрезвило. Лесса! Ты с ума сошла! Какого черта ты сидишь под дверью в ванну и думаешь об этом садисте!

— Пошли эти волосы лесом... — просипела я, вскакивая с пола и на ходу сбрасывая тапочки. Вихрем промчавшись по комнате, вырубила ночник, с разбегу запрыгнула на кровать и, откинув одеяло, закопалась в него с головой. Блин... И надо было размечтаться так не вовремя! Ладно, вдох-выдох. Дышим, успокаиваемся... Сейчас поспишь, а завтра уже и эта фигня работать перестанет. Ближе к вечеру, конечно, но это не страшно. На свежую голову я вряд ли что-то ляпну, так что можно не беспокоиться, главное заснуть... Закрыв глаза, попыталась расслабиться, но... Яркое ощущение прикосновения его пальцев к моим губам, пламенем вспыхнувшее на коже, теперь разбавлялось появившимся в голове образом их хозяина! Причем такого, каким он запомнился еще с моего «наказания»: полуобнаженным, с расплескавшимися по рельефным плечам светлыми прядями и... черными глазами, которые смотрели так... Новый судорожный вздох сорвался с моих губ, и я, распахнув глаза, подскочила на кровати и, тяжело дыша, прижала одеяло груди. Вот же... Почему я продолжаю думать об этом? Ведь знаю, что это глупо... Передернув плечами в надежде стряхнуть с себя странные ощущения, плавящие изнутри, судорожно вздохнула. Как бы не так. Снова закрываю глаза, в надежде успокоиться, делаю глубокий медленный вдох... Выдох, до предела, чтобы начало жечь легкие... Ничего! Такие привычные упражнения в этот раз не помогали! Наоборот, у меня закружилась голова, а во рту пересохло. Что же...

— Что же мне делать, — жалобно прошептала я, ощущая, как к глазам подступают слезы. И именно это меня добило. Не могу больше!

Рывком отбросив одеяло, я ни о чем уже не думая, решительно встала с кровати и метнулась в сторону ванной. Холодная вода, как известно, отрезвляет! Дернув ручку, в последнюю секунду вспомнила, что там было закрыто, и, мысленно порадовавшись тому, что замок разблокирован, сразу рванула к раковине. Пару раз плеснув в лицо, выпрямилась и оперлась на раковину. Я схожу с ума... Однозначно. Умудрилась влюбиться в Алеса, да еще и размечталась так некстати! Решила ведь переключиться!.. В голове тут же всплыла очередная фантазия, и я отчаянно выдохнула, понимая, что попытки бесполезны. Да за что мне это? Почему я выбрала именно его? Осознавать это вчера было намного проще, чем сейчас понимать, что я вляпалась по самые уши... Это все из-за той мысли. Из-за маленькой прожигающей мое сознание мыслишки... «каково это, встречаться с Алесом». Ведь... именно из-за нее...

«Неправда», — подумала я, осознавая, что... даже если бы не было этой мысли, тех фантазий...

Я влюбилась, и это чертов неоспоримый факт, и никакие переключения не работают. Не желая признавать абсолютно бредовую мысль, грустно посмотрела в частично запотевшее зеркало и глубоко вздохнула в последней попытке, привести свой мозг в нормальное состояние. Это все из-за состава. Просто помутнение рассудка... Зеркальная гладь протранслировала мне растрепанную версию меня, с полыхающими щеками и нездорово блестящими глазами. Да уж, помутнение. У твоего помутнения, Лесса, слишком явные проявления, чтобы действительно так его называть. Губы припухли... Но это не главное. Самое ужасное, что, как только я вздохнула, я наконец-то обратила внимание на... Тяжелый, влажный воздух, в котором ненавязчиво ощущался запах чего-то сладкого, хвойного... Такого знакомого... Он ударил в голову похлеще алкоголя, и я снова втянула воздух, стремясь уловить его. «Это его шампунь?..» Я развернулась и посмотрела на полки с кучей баночек. Даже сделала шаг к ним, когда застыла, пораженная другой мыслью. Я что сейчас, собралась... Понюхать его шампунь? Твою мать, это уже не лаймом с хвоей, а извращениями пахнет! Окончательно обалдев от собственной неадекватности, пулей вылетела из ванной. Кажется, у нас в доме водилось успокоительное? Самое время им воспользоваться! Не включая свет, накинула халат и, открыв дверь, вышла из комнаты. Разгоряченную кожу тут же неприятно обожгло холодом, но я лишь плотнее запахнула халат. Так...

Где лежала аптечка, я прекрасно помнила, поэтому отыскать ее труда не составило. Однако...

— И как здесь вообще можно что-либо найти, — злясь на саму себя, процедила я, остервенело перекапывая кучу коробочек, баночек, бумажек... Голова все еще кружилась, о том, что ноги подкашивались от непонятной слабости, вообще молчу, а это гребаное успокоительное находиться и не думало!

— Да чтоб тебя! — рыкнула я себе под нос и, встав, досадливо ударила ладонью по столу. Почему именно сейчас... А блин, кому я вру, все закономерно, буду плавиться при мыслях о нем и зависать при виде него! Как это глупо!.. Но так все же заманчиво... Низко наклонив голову, решила переждать очередной приступ головокружения, когда за спиной раздались быстрые шаги и встревоженное:

— Кай? Что случилось?

Не-ет... Еле сдержав отчаянный стон, я подняла голову и осторожно развернулась. Алес, с мокрыми растрепанными волосами, в одних брюках и кое-как завязанном халате стоял прямо возле меня. Почему-то резко захотелось исчезнуть, а потом... Я скорее машинально мазнула по нему взглядом и... Задержалась на стекающей по шее на ключицы капельке воды с волос. «Интересно, а она тоже со вкусом лайма?..» — задумчиво протянула я мысленно и еле заставила себя остаться на месте, когда Алес шагнул ко мне.

— Кай? — он внимательно смотрел на меня, видимо, пытаясь понять, что со мной. А ничего со мной! Ты, блин, со мной случился! Точнее, моя шиза на основе тебя!

— Ты что-то искала?

Он подошел совсем близко и всмотрелся в мое лицо, даже наклонился и попытался заглянуть в глаза... Только я продолжала провожать взглядом капельку, медленно облизывающую его ключицу. В момент, когда в поле моего зрения все же попали встревоженные черные глаза, я вздрогнула, поймав себя на мысли... Что была бы не прочь слизать ее. Черт. Я подняла голову и попыталась понять, что от меня хотят. Мозг работать отказался, поэтому...

— Что?

Алес нахмурился и заставил меня показать ему лицо, взявшись пальцами за мой подбородок. Так близко...

— Тебе плохо? Что ты ищешь?

Все равно не понимаю! Слова словно мимо пролетают. Собравшись, попыталась ответить... Но взгляд выскользнул из плена черных глаз, мазнул по его губам, шее... Пресловутой капельке... И я выдала:

— Тебя, — тут до меня дошло, что сказала, и я, с усилием оторвавшись от созерцания капельки, исчезнувшей в ткани халата, посмотрела выше и попыталась исправиться:

— В смысле, твои губы, — тут я наконец-то вновь встретилась с ним взглядом... Упс.

— А-а, шучу, — я неловко улыбнулась и, подняв руку, коснулась виска, — Просто пыталась решить экономику и теперь еле соображаю.

Лишь бы поверил... Лишь бы...

— Заметно... — пробормотал он и отпустил наконец мой подбородок, — А что в аптечке ищешь?

Я мысленно выдохнула и, стараясь не смотреть ему в глаза, честно ответила:

— Успокоительное...

— Зачем?

— От этой фигни энергии хоть отбавляй, я так не засну, а вставать рано. Если ты, конечно, не хочешь освободить меня от учебы и завтра.

Тоже почти правда. Осторожно подняв на него глаза, слабо улыбнулась. Черт, почему ты такой красивый...

— И не мечтай. Тренировки не ждут, — он покачал головой и присел перед шкафчиком, из которого я вытащила аптечку, — Так...

Алес открыл дверцу и начал копошиться в куче коробочек. М-м... Задумчиво проводив его взглядом, я посмотрела на то, как открылась его шея, когда мокрые пряди упали вперед, вслед за наклоном головы... Капелька. Опять. От желания попробовать ее закололо губы... А она как на зло ползла медленно, дразня... Мысли снова завертелись безумным вихрем, сталкивая желаемое и разумное. Мою влюбленность, фантазии... желание, что плавило изнутри, и доводы разума о временном помутнении, о составе... О нашем положении, о разнице в возрасте... Но ведь хоть стереть я ее могу? Поддавшись непонятному порыву, шагнула к Алесу и... Мягким движением руки «подцепила» капельку, что почти сползла ему за ворот. Алес аж дернулся от моего прикосновения и, резко повернувшись, пронзил меня нечитаемым взглядом.

— Кай?

— ...извини, — я вдруг поняла, что сделала и отступила чуть назад. Правда, маневр не удался: Алес встал и, сделав шаг ближе, навис надо мной, нахмурился... Черт. Нельзя быть таким идеальным. От резких движений узел его халата развязался и теперь открывал прекрасный обзор на рельефный торс... Стоило неосознанно мазнуть взглядом по этому великолепию, как в голове всплыла собственная фантазия «Алес в душе» и... Черт. Низкая посадка его брюк вполне сойдет за клубы пара, прикрывающие... Я сглотнула. От скрутившего все внутри возбуждения, от пошлости собственных мыслей и от внезапного осознания, что меня в принципе уже ничего не смущает. Все сомнения отошли куда-то далеко за грань сознания, а память услужливо подкинула все сказанные недавно Алесом двойные фразы, его взгляды... Может, я не единственная здесь, кто сошел с ума?..

— Ты уверена, что все нормально? У тебя может быть аллергия на состав или просто специфическая реакция, если так... — он подошел еще на шаг и снова попытался поднять мое лицо к свету, даже коснулся моей щеки, когда... Тишину кухни разрезал мой тихий стон. Я прекрасно понимала, как это прозвучало, но... смущение заглушило предвкушением. Хочу. Желать. Рискнуть. Соблазнить... Прерывисто задышав, прикрыла глаза, подтверждая его мысли о том, что мне плохо.

— Кай! — теперь он не медлил: рывком поднял мое лицо к свету, всмотрелся в мои глаза... И непонимающе вскинул брови, когда мои колени натурально подогнулись, и я попыталась осесть на пол. Ох... План на секунду оказался на грани срыва, когда во всем теле появилась легкость, едва я снова посмотрела ему в глаза, скользнула взглядом по губам... Естественно, упасть мне не дали. Алес подхватил меня раньше, но стоило его рукам коснуться моей талии, как меня прошибло током, а все внутри свело сладким спазмом. И да, в тишине кухни снова прозвучал мой стон, теперь вполне осознанный. Вздохнув, посмотрела на него из-под ресниц... В черных глазах смешалось беспокойство и... это желание? На секунду показалось, что он раскусил меня, что по четко очерченным губам скользнула предвкушающая улыбка... Я прикрыла глаза, попыталась выпрямиться, чтобы прижаться к нему, когда мне все же это удалось. Потом снова посмотрела на него снизу вверх и слабо выдохнула:

— Извини, видимо, и правда, спе...

Договорить мне не дали, закрыв рот самым... приятным в этот момент образом. Алес прикоснулся к моим губам. Воздух кончился одновременно с очередным электрическим разрядом, пронзившим с ног до головы, и я... Ответила. Подняла руки, зарываясь пальчиками в его мокрые светлые волосы, прильнула ближе... Этот поцелуй был в сто, нет в тысячу раз лучше чем те, что подкидывала моя фантазия. Я плавилась, ощущая его тепло всем телом, хотела... Здесь и сейчас я хотела, чтобы каждая моя фантазия стала реальной, готова была принадлежать этому мужчине без остатка... Вот только Алес отстранился. Эй! Потянувшись, следом за его губами, я все же замерла, когда встретилась с его темным взглядом, от которого внутри все в очередной раз сжалось, а сердце сбилось с ритма.

— Прости... Не сдержался. Не думаю, что это хорошая идея, — его взгляд блуждал по моему лицу, поэтому... Честно, не убедил. К тому же... Облизнув пересохшие губы, я потянулась вперед и... Пользуясь тем, что он до сих пор держал меня в объятиях, чуть склонившись ко мне, все же слизала очередную капельку, что стекала по его шее. Ум...

— Очень хотела это сделать, — неожиданно хриплым голосом тихо сказала я, расплываясь в хитрой улыбке, — Ты, и правда, как долька лайма...

Доля секунды, когда черные глаза хищно смотрели в мои, и в следующее мгновение Алес подхватил меня под попу, заставляя вцепиться в него руками и ногами. Ох... Эта поза заставляла быть такой раскрытой ему, прижиматься так близко, так порочно... Меня усадили на столешницу, но не отпустили. Я же лишь предвкушающе закусила губу, когда вновь встретилась с его взглядом, уже абсолютно точно полным такого же ненормального желания, как то, что вихрем крутилось в моей груди и пульсировало в висках, заставляя сходить с ума.

— Малыш... — хрипло выдохнул он и ухмыльнулся, — Не провоцируй, я не железный.

М-м... Это обращение... Каждый раз, когда он так меня зовет, внутри что-то вибрирует. Приятно, тепло... На секунду опустив глаза, я невинно надула губки, вскинула бровки, а потом подняла на него взгляд и, хлопнув ресницами, честно заявила:

— Не понимаю, о чем ты...

И это даже прозвучало бы почти убедительно, если бы... Если бы голос не был таким томным, низким... Таким же хриплым, как и его.

— Издеваешься? — расплываясь в дьявольской ухмылке, низко сказал он, и от этого внутри меня снова что-то щекотно завибрировало, а после все и вовсе перекрыл жар от нового безумно короткого поцелуя куда-то в шею.

— Наглая ложь, — шкодливо улыбнулась я и, прижавшись к нему ближе, сама потянулась к его губам.

— Лучше остановись, или все будет здесь и сейчас, — так и не дав поцеловать себя, с прищуром сказал он. Вот же... Скрыть недовольство не удалось: губы невольно сжались, так что я лишь прищурилась, прошлась рукой по его шее, снова зарываясь пальцами во влажные светлые пряди, и, подавшись вперед, прошептала ему на ухо:

— Не хо-чу.

Эффект взрыва. Тихо хмыкнув, неуловимым движением меня опрокинули на стол, снеся, судя по звону, все, что на нем стояло. Хотя... Его руки не дали мне удариться, он заботливо придержал меня и уложил на столешницу. Вот только на этом нежность кончилась, потому что Алес больно поцеловал меня в шею, в ключицы, рывком развязывая узел моего халата и пробираясь ладонями под тонкую майку. От побежавшего по телу возбуждения, я снова застонала, опасно откидывая голову через край, выгибаясь вслед за его губами, обхватившими сосок сквозь ткань...

— Хочу тебя, — выдохнул он мне в шею, снова поднимая и прижимая к себе. Теперь уже я коснулась губами его ключиц, ловя очередную капельку, и прошептала в ответ:

— Ты обещал «здесь и сейчас»...

На меня внимательно посмотрели, тем самым глубоким проникающим взглядом, от которого хотелось застонать и раскрыться еще больше. От которого по телу побежали мурашки, а внизу живота все свело сладким спазмом. И еще раз, когда он понимающе улыбнулся и коротко поцеловал меня в шею.

Как мы добирались до его комнаты я не помню. Все, что отпечаталось в моей памяти — горячие руки, блуждающие по моему телу, сводящие с ума губы и безумное желание обладать этим мужчиной. Обладать Алесом... Я хихикнула над своими мыслями, а едва Алес сел на кровать, позволяя мне устроиться у него на коленях, довольно ухмыльнулась.

— Что? — улыбаясь в ответ и ненавязчиво стягивая с меня майку, спросил он. Я только ухмыльнулась шире и, все же позволив ему снять с меня верх, обняла его за шею, целуя. Сердце колотилось о ребра, сбивая дыхание, но меня уже ничего не волновало, окончательно осмелев, я скользнула ладошками по литым мышцам. Хм, где мы потеряли его халат? Впрочем... Едва появившаяся в голове связная мысль исчезла, когда Алес, оставив жалящий поцелуй на моей шее, вдруг приподнял меня и, уложив на кровать, навис сверху. Контраст холодной постели и жара нависшего надо мной мужчины... Будоражил. Я выгнулась, стремясь почувствовать его тепло, получила новый поцелуй куда-то в ключицу, поглаживание груди...

Хотелось большего. Разум застилало желанием, поэтому, когда Алес снова припал к моим губам, я с затаенной радостью ответила ему, вжимаясь в него всем телом, зарываясь пальцами в мокрые пряди волос... Только долго наслаждаться мне тоже не дали. Движение, и его ладонь скользит по моему телу вниз, цепляя шортики, стягивая их... Подчиняясь его желанию, свела ноги, позволяя себя раздеть, и застонала ему в губы, когда его пальцы нежно погладили внутреннюю сторону бедра, заставляя снова раскрыться. Теперь... Все ощущалось иначе, потому что, как только Алес снова прижал меня к кровати... Я почувствовала его желание, а вкупе с осознанием собственной обнаженности перед ним... По телу вновь пробежало возбуждение, заставляя выгнуться, прижаться...

— Малыш... — прошептал Алес мне в губы, отстраняясь. Потом коснулся местечка за ушком, ниже, опалил дыханием грудь, поцеловал под грудью...

— Моя сладкая...

Теперь его губы коснулись живота, прокладывая влажную дорожку ниже... Отпускать его не хотелось, мои руки по-прежнему обвивали его шею, пальцы путались в волосах, и когда он коснулся очередным щекотным, но от этого вдвойне приятным поцелуем живота, я невольно сжала волосы на его затылке, выгибаясь под откровенной лаской... Какие фантазии? Детский лепет! Сердце зашлось в бешеном ритме, а на моих губах невольно появилась довольная улыбка, когда он спустился еще ниже. Отпустив его, убрала руку, едва он осторожно коснулся меня губами, языком... Судорожный вздох сорвался с моих губ, смешиваясь со стоном. С каждым движением его языка, внутри меня все сладко сжималось, дыхание обрывалось от удовольствия. Сознание уплывало, и словно в последней попытке удержаться, я невольно сжала руками простынь. Алес...

— Алес... — с очередным тихим полувздохом протянула я, запрокидывая голову в момент, когда низ живота свело спазмом, а по венам побежал настоящий огонь, от которого стало жарко. Его руки продолжали дразнить, поглаживая талию, а внутри разгоралось голодное пламя, требующее большего. Послушно отвечая его губам в новом поцелуе, я недовольно прикусила его губу, а едва он отстранился и возмущенно на меня глянул, выдохнула:

— Ты издеваешься?

Он вскинул бровь, наклонился ко мне, чтобы оставить поцелуй где-то за ушком и мурлыкнуть:

— С чего ты взяла?

— Я тебя хочу, а ты дразнишься... — недовольно царапнув его плечи буркнула я, но он только ухмыльнулся.

— Дразнюсь?.. — новый поцелуй остался на моей ключице, а следующий момент его палец прошелся по какой-то очень чувствительной точке внизу живота, — Вот так?

Даже не обратив внимания на его тон, я выгнулась и громко застонала, ощущая пробежавший по венам ток. Он однозначно издевается... Мысли утонули в пламени, разгоревшимся от нового поцелуя, жаркого, сводящего с ума и заставляющего буквально растворяться в нем... Его рука вновь дразняще проскользив по моему телу, коснулась меня, заставляя тело мелко дрожать от бесстыдных прикосновений, окончательно теряться в его губах, подчиняясь, открываясь... Мой громкий пошлый стон разрезал тишину спальни, когда Алес, давая мне вздохнуть, коснулся губами моей шеи в новом болезненном поцелуе, а его палец прошелся по какой-то очень чувствительной точке внутри... Внутри? Осознание этого... сорвало крышу, и я снова довольно застонала, едва новая гораздо более сильная волна удовольствия накрыла с головой. Черт, если ты сейчас ничего не сделаешь, я сама тебя изнасилую!

— Какая страшная угроза, — хмыкнул он, касаясь моих губ долгим, но таким нежным поцелуем, что воинственность схлынула, оставляя только тлеющее желание... Пока я с удовольствием изучала его тело, оглаживая ладошками все, до чего могла дотянуться, а заодно пыталась его раздеть, что мне вполне удавалось, Алес потянулся куда-то в сторону... Явно не дотянулся, потому что через миг я оказалась сверху, а он буквально перегнулся через край, чтобы открыть тумбочку. Ха... Воспользовавшись возможностью, я устроилась поудобнее и потянула вниз резинку его брюк.

— Стоять, не шевелиться, — грозно прокомментировал Алес, задвигая ящик и выпрямляясь.

— Неа, так не интересно, — я шкодливо улыбнулась, и вновь обняв его за шею, поцеловала, прижимаясь ближе. А мне нравится эта поза...

Впрочем, когда снова оказалась прижата им к постели, ничего против я уже не имела. Внутри разверзлась голодная бездна, требующая большего, поэтому, когда он нашел мои губы и, не прерывая поцелуя, развел мои бедра шире...

Я задохнулась от нахлынувших эмоций. Алес не прекращал движения, заполняя меня до конца. Легкая боль... Стала неожиданностью, но все исчезло, от пришедших следом таких... Ярких, незнакомых ощущений. Они выбросили из головы все лишние мысли, заставляя выгибаться дугой в стремлении ощутить все и сразу, потому что... Это чувство заполненности, оно...

— Алес... — со стоном хрипло выдохнула я, когда он на секунду замер, позволяя мне привыкнуть.

— Что? — тихо спросил он, осторожно приподнимая меня за талию и перекладывая повыше... Нежность в его голосе, движениях, от нее защемило сердце и... Ответа не нашлось, поэтому, когда он посмотрел на меня, я... Осторожно поцеловала его. Сейчас... Мне тоже отчаянно захотелось побыть с ним нежной. Он не спеша ответил мне, лаская мои губы, его руки блуждали по моему телу, заставляя терять разум, забывать о границах... Все, что имело для меня значение сейчас, — только я и он.

Алес шевельнулся, выходя из меня, но не успела я расстроиться и почувствовать себя одинокой, как... Он толкнулся вперед, заставляя отзываться на его движение тихим стоном. Новый толчок, и вцепившись в его плечи, я откинулась назад, задыхаясь от удовольствия, зарождающегося глубоко внутри. Его руки, его губы, они были повсюду, такие горячие, распаляющие... А эта капля нежности исчезла так быстро во все ускоряющемся ритме, но... По-прежнему сквозила в каждом хриплом выдохе, в каждом поцелуе, что отмечали сантиметры моего тела. И я отвечала. Забыв обо всем, вместе с ним пропала в быстром ритме, в унисон которому сбивалось сердце, обрывалось дыхание и... В котором меня раз за разом заполнял этот невероятный, удивительный мужчина... Тот самый, чье хриплое дыхание вибрирует внутри меня и отзывается моим порочным стоном, в уютной тишине спальни. Тот, кому я отдавалась без остатка, в чьи плечи впивалась ногтями и... кому дарила ответно нежные поцелуи, прикосновения...

Движения становились все резче, затуманенный разум отказывал, выпуская наружу голодное до эмоций желание и поднимающуюся внутри от быстрого ритма уже черт знает какую волну удовольствия. Наше хриплое дыхание, перемежающееся с моими стонами, сузили мир до нас двоих, лишая дыхания и приближая к космосу... Очередной такой жадный поцелуй, как глоток воздуха, потому что Алес делится своим дыханием, возвращая ощущение реальности, потом перемещается на шею, оставляя жалящее касание, и вдруг тихо, еле слышно шепчет мне на ушко:

— Люблю тебя, малыш...

Что ты...? Движение, еще одно и... С тихим хриплым вздохом, я растворилась. В нем. Сейчас. Навечно...