Глава 29

Лексан

Я стоял, прислонившись к холодной стене высотки, и ждал Тэора. Не знаю, почему он согласился со мной выпить, в отличие от меня он с ученицей тренироваться должен... При мыслях о том, что мне такое не грозит, я снова взбесился и сжал зубы. Вот же, изображает она, работать она со мной не будет. Сама непонятно что себе напридумывала, а потом заявляет... В голове всплыли воспоминания нескольких последних дней, и я недовольно нахмурился. С одной стороны, ее непонятная истерика раздражала, а с другой, в сердце поселилась досада, которая раскаленным железом проплавляла нервы, заставляя вновь ощутить себя тупым, окончательно втрескавшимся подростком, которому отказала девчонка. Какой же дебилизм...

— Ох, меня дожидаются, — со смешком протянул Тэо, выскакивая на улицу. Я поднял на него глаза и отлепился-таки от стены.

— Даже удивительно, что ты согласился, — проигнорировав его плоскую шутку, сказал я и достал сигареты, потом поискал зажигалку, прикурил и затянулся. Подумав немного, повернул к другу открытую пачку.

— А почему нет? Мы давно никуда не ходили. Так и плесенью покрыться недолго, — он пожал плечами и, цапнув-таки сигарету, щелкнул зажигалкой, — Лучше скажи, чего тебя вдруг посреди ночи куда-то потянуло?

Я задумчиво выпустил дым в ночное небо. С чего... Мне всегда нравился Скай-Джи: вечно живой дышащий город, в котором некогда почувствовать себя одиноким или думать о чем-то плохом. Постоянные дела отвлекают и вовлекают... Я снова затянулся и тоже пожал плечами. Сложно ответить на такой вопрос, особенно сейчас... Когда даже дыхание этого города не ощущается. Тэо, видимо, понял, что большего не дождется, и начал говорить о чем-то своем. Только я уже не слушал. Угу. Который день мои мысли упорно вертелись вокруг случившегося, мешая заниматься чем бы то ни было. Слова Кай снова и снова всплывали в памяти, подогревая мое раздражение.

Я грустно усмехнулся. Значит, я тебя бешу? Издеваюсь... На самом деле, еще когда она сорвалась с барьера на первой тренировке на доверие, я фактически сразу же пожалел, что пнул его. Времени было полно, мог бы дождаться, пока она сама решится, но нет. Привычка работать в быстром темпе подвела, только исправлять было поздно, и, как оказалось, бесполезно. Ведь остальные разы в тот день я терпеливо ждал, пока Кай сама соберется с силами, а запомнилось ей только первое падение. Оправдания? Можно сказать, что я не понимаю, что она имеет ввиду под этим... Однако это будет очередная ложь. Все мне ясно, но разве ей объяснишь, что есть причины, о которых лучше не знать? Или мы все-таки снова не поняли друг друга?.. Да ну, какая теперь разница? Кай вполне доступно объяснила, что именно ее во мне бесит и почему она... «Лучше вообще из академии уйду, чем буду с тобой работать!» — всплыли в памяти ее слова. Честно, услышав их, первым делом я ну очень хотел, как минимум, высказать ей все, что меня в ней уже достало. Потом подумал, что это все же слишком, и выбрал самый простой путь — молчание, тем более что Кай и сама не стремилась разговаривать. Когда она зашла на кухню в понедельник, я украдкой взглянул на нее. Она не выглядела как-то иначе: ни обиженной, ни злой, ни какой-либо еще. Поэтому я окончательно убедился в верности своей тактики и решил дать нам паузу. Ей, чтобы успокоиться, мне... Отдохнуть и вернуть душевное равновесие. Иначе рано или поздно я точно сорвусь.

Мы дошли до ближайшего бара, возле которого толпились люди: в основном совершенно не по погоде одетые девушки и курящие мужчины. Спускались по лестнице молча: то ли Рай понял, что я его не слушал, то ли он просто сосредоточился на ступеньках, которые было почти не видно в полумраке. М-да... Не совсем то место, которое нужно, но другого в центре Скай-Джи в шаговой доступности не найти.

Устроившись за барной стойкой, по инерции обвел зал взглядом... Что ж, поговорить нормально не судьба, ибо как минимум два человека здесь из спецов.

— Что для вас? — с дежурной вежливостью спросил бармен, подходя к нам. Я лишь мельком мазнул по нему взглядом, посмотрел на меню... М-да, голова не варит от слова совсем.

— Виски постарше, — заказал за двоих Тэо и, устроившись поудобнее, повернулся ко мне. А что я... Сидящая неподалеку рыжая девица в откровенном наряде в таком освещении отчаянно была похожа на мою куклу. И это заставляло меня опять вспоминать и раз за разом прокручивать в голове ее слова...

— ...есть?

Я непонимающе вскинул бровь и посмотрел на Тэо, который уже успел опустошить бокал и теперь наливал себе новый.

— Что?

— Стебешься, да? — недовольно буркнул друг, но повторил, — Говорю, камера одна сгорела, может, у тебя есть запасная? Свою я, оказывается, уже использовал, а искать сейчас новую долго. Пока закажу, пока доставят...

— Есть, — я вздохнул и тоже потянулся к бокалу. Сильный запах ударил в голову и, чуть поморщившись, я сделал глубокий глоток.

— Супер, я знал, что ты настоящий друг! — довольно заявил Тэо и чокнулся со мной, — О, кстати о дружбе, кажется, Лиз окончательно сдружилась с Алессандрой, постоянно в столовке вместе зависают. Может, опять совместный спарринг им устроить?

— Как бы начальство не увидело... — рассеянно ответил я и, потянувшись к бутылке, налил себе еще виски.

— Хм... ну да... Не хотелось бы хоронить кого-то из них, поставят еще на экзаменах вместе, и будет печально. Только я сомневаюсь, что Дейм это пропустит, опять сетку подредактирует.

Хоронить... Если Кай действительно настолько меня ненавидит и хочет отказаться от академии, то ее жизнь может быть очень короткой. Я снова глотнул обжигающей жидкости, чувствуя, как она теплом разлилась в горле, согревая. Потом невольно вернулся взглядом к той рыжей барышне и хмыкнул. Она уже вовсю флиртовала с каким-то парнем. Вот и Кай однажды будет флиртовать с кем-то, влюбится, выйдет замуж... А я так и буду бегать следом, защищая ее от всех и сразу. За прошедший... Я посчитал в голове время нашего знакомства и офигел. Почти полтора года мы знакомы. А сколько я уже схожу с ума по ней? Вернее, из-за нее. Год? Меньше, больше? Какая разница, если за все это время у меня так и не нашлось сил выбросить ее из головы, а в моем сердце так и не нашлось места для кого-то другого. Наверное, и не найдется. Слишком много в моей жизни было связано с этой девушкой. Слишком долго я следил за ее жизнью, за тем, как она взрослеет. Может, после смерти Элиен я и перестал так часто бывать в их доме, но... Сначала не было повода, Алекс хоть и общался со мной, но и сам жил компанией, потом не было времени, ибо попытки учиться, тренироваться и работать с Алексом очень сложно укладывались в график... Но она все равно раз за разом мелькала рядом. На фотографиях в залах и в кабинете Алекса, в его словах, шутках. Мы даже пару раз пересекались у них дома, но она меня не заметила. А теперь Кай вообще мое личное наваждение, от которого невозможно укрыться! Наваждение, которое решило меня добить своей ненавистью...

— ... жесть какая горячая! — экспрессивно завершил Тэо и с громким стуком поставил стакан на стойку. Я аж вздрогнул от неожиданности и вскинул руку:

— Так, я не желаю это слышать.

— Чего? — Тэо нахмурился, пытаясь понять, с чего вдруг я взвился. А ни с чего.

— Что? Я говорю, что не желаю слышать какая горячая у тебя девушка.

— Эм... Лекс, какая девушка... — непонимание ситуации, которое так и перло в разные стороны от Тэо, усилилось.

— Ты же о ней говорил, — не понял я и, нахмурившись, посмотрел на друга.

— Пятнадцать минут назад...

В смысле? Теперь настала моя очередь хмуриться. Я что-то пропустил?

— А сейчас мы о чем?

— О винтовке, которую я на солнце в зале забыл.

Кхм... Сделав независимый вид в стиле Кай, я поднес к губам бокал с виски. Черт, опять Кай...

— Лекс, давай серьезно, с чего вдруг посреди ночи решил напиться, а не сидеть на страже своей куклы?

Тэо отставил стакан и, опершись на стойку, пристально посмотрел на меня. Вот и что тут скажешь...

— Ты что, моим психологом заделался?

Тэо фыркнул и положил мне руку на плечо:

— Я твой друг, так что психологическая помощь входит в мои обязанности. Вспомни, как ты меня однажды полночи слушал, а потом конфисковал мой телефон?

Да-а, было дело. Я невольно усмехнулся. Может, у Тэо не числилось большого количества девушек в жизни, но те что были... Внушали уважение. По крайней мере, с особой, из-за которой он в очень неадекватном состоянии сел за руль, и, приехав ко мне, ввалился в три часа ночи в квартиру с воплем: «Ты обязан мне помочь!» — до сих пор хотелось пообщаться. Эта милая барышня умудрилась не только вскружить голову нормальному, в принципе, парню за неделю, но и скрыться в неизвестном направлении так, что ее с наскоку, да и после, не смог найти ни Тэо, ни его опер, ни мы с Дамианом. Когда Тэо понял, что все попытки будут бесполезны, он порывался звонить в полицию и орал на опера благим матом, требуя найти любовь всей его жизни. Собственно, поэтому несчастный Джейкоб, который добрых полдня слушал ругань в свой адрес, отказался работать с Тэо и повесил его на шею Дейма. А телефон...

— Вообще-то, я совершил благое дело, не дав тебе дозвониться до центрального управления полиции.

— Угу, и до сих пор его не вернул!

— Он... потерялся.

В реке, если честно. Точнее, если быть откровенным, я его вышвырнул, когда меня потащили пешкодралом в это самое управление, попутно обшаривая мои карманы. А так как делать это скрытно в пьяном состоянии у Тэора не получалось... Выбесил, в общем.

— М-да... А жаль, хорошая была модель...

— Ты все равно купил себе такую же.

— Естественно, — он помолчал и снова спросил:

— И все же? Надоело играть в стража?

— А смысл? Может, она уже и не моя кукла, и пора искать ей нового мастера...

— О как, — Тэо откинулся на спинку стула и задумчиво клацнул ногтем по краю стакана, — И с чего такие мысли?

— Она мне не доверяет... — я снова пожал плечами и вдруг неожиданно для самого себя тихо добавил, — И не будет. Я ее бешу, и вообще у меня просто нет таланта к общению с девушками ее возраста и склада ума.

Усмехнувшись, я потянулся к бутылке и долил себе виски. Пусть все не совсем так, как я сказал, но суть в этом. Кай мне упорно не доверяет, а это о многом говорит, как минимум, о том, что я ей не слишком приятен. В принципе... учитывая, сколько я успел натворить, удивительно, почему она не сказала этого раньше. Может, это успело бы меня отрезвить...

— Чувак, это любовь.

Я аж поперхнулся. С трудом откашлявшись, обалдело глянул на друга и прохрипел:

— Че-го?

— Того. Ты просто рассчитываешь на ответные чувства, а их все еще нет, вот и хандришь. К тому же, доверие — штука такая. Даже Лиз не всегда безоговорочно следует командам, а у нас с ней все более-менее гладко. Так что успокойся, все образуется.

Охренеть! Совет года! Я, наверное, сам не в курсе, что я гребаный извращенец, втрескавшийся в маленькую девочку, и, несмотря на отсутствие даже малейшей теплоты в отношении ко мне с ее стороны, до сих пор рассчитывающий на то, что однажды! Ей в голову внезапно! Вышибая мозги и мысли о всех остальных парнях! Долбанет стрелой гребаный купидон! Разозлившись, снова глотнул виски и отвернувшись, мрачно выдал:

— Дебил ты, Рай. И мысли у тебя дебильные.

— Эй...

Он продолжил что-то мне говорить, но я больше его не слушал, лишь молча цедил алкоголь и иногда кивал. Не хотелось признавать, но он в чем-то прав. Только даже если оставить тему любви и прочей далекой от мозгов фигни, то картина все равно нихрена не радужна. До промежуточных неделя, а доверия ноль: приказам она не подчиняется, а если и делает что-то, то глубоко поразмыслив. Черт, кого я обманываю? Я совру, если скажу, что сейчас ее рейтинг реально волнует меня больше всего, потому что на деле ее слова меня зацепили, и, вкупе с этим гребаным и триста раз проклятым доверием, а точнее, его отсутствием, они звучали еще хуже.

Бутылка кончилась в момент, когда не очень устойчивый к спиртному Тэор закончил вступление лекции на тему привлечения внимания девушек. Заказывать новую мы не стали, вместо этого решив вернуться обратно. Очень большой петлей вернуться... Идти домой не хотелось от слова совсем. Моя квартира всегда мне нравилась, да и особым любителем ночных прогулок я никогда не был. И лекции про важность секса в отношениях тоже не любил напрочь. Но дома обреталась одна аловолосая мелочь с синими глазами, которым впору принадлежать самому дьяволу, потому что они сводят с ума. Так что да, я оттягивал возвращение домой всеми силами, и в кои-то веки кто-то сверху меня услышал. Мы шли по набережной в сторону комплекса, когда у меня зазвонил телефон. Именно он, собственно, и вырвал меня из мрачных мыслей, заставляя отогнать пьяную дымку и сосредоточиться на экране. Дейм...

— Ну давай, ты тоже мне прочитаешь лекцию о любви и спокойствии?

В трубке повисла тишина, а я глубоко вздохнул, поняв, что ляпнул. Молодец, Лекс, так и надо. Можно оправдаться тем, что нравоучения Тэо вывели из себя... Но нет, это просто я дебил.

— Может, в другой раз. Тут у нас заказ вообще-то истекает, выполнить не хочешь? — абсолютно невозмутимо спросил опер.

— А время не смущает? — недовольно буркнул я и отмахнулся от полезшего к трубке Тэо.

— Меньше семи часов до конца срока, не? — возмутился опер. Ну да, хрен отвертишься. И почему плохое настроение не является отговоркой?

— Скажи своей крошке, что скоро ты ее согреешь! — дал очень «дельный» совет Тэор, снова подкрадываясь сзади. Ха! Я прямо представил, как среагирует Дейм на подобное заявление и, поддавшись порыву, страстно (читай, мстительно) выдохнул в трубку:

— Не волнуйся, крошка, я скоро приду и согрею тебя своим пламенем.

Сбоку заржал Тэо, сгибаясь пополам, и я тоже широко улыбнулся.

— Ты долбанулся?

— Любовь моя, вышли адресок, куда фаербольчики швырять, — продолжая издеваться над другом, выдал я, и уже сам открыто засмеялся, едва лицо наконец-то успокоившегося Тэо вытянулось.

— Ты бухой? — подозрительно уточнили из трубки и я, возвращая адекватность в голос, сказал:

— Почти нет. Адрес скинь.

— И зачем я с тобой связался? Бухим на задание... Если лажанешь, вытаскивать не буду!

— Если он в пьяном состоянии умудряется ровно идти, то тебе не о чем беспокоиться, мамуль! Он еще и вста...

Ай, придурки. Рукой отодвинув от себя подслушавшего разговор и теперь орущего в трубку Тэора, я поморщился и знаками показал, какая расправа его ожидает, когда из динамика раздалось взбешенное:

— Это там Тэо?! Ублюдок! А ну дай ему трубку, я ща покажу ему, кто кому вставит! У него тоже заказы «горят»! Да я его монитором трахну, если встречу, подонок ленивый!..

— Не лажану. Жду адрес, — прерывая поток ругани со стороны Дейма, отрезал я и, бросив трубку, влепил подзатыльник ехидно подхихикивающему Тэо.

— Тебя обещали поиметь монитором, поэтому я бы на твоем месте успокоился и тоже пошел заказы делать.

— А, там еще есть пара дней, — отмахнулся друг, пока я проверял звякнувший телефон. Так, район Мей-А... Это мне надо в восточный округ. За руль сесть не вариант, такси — тоже. Метро? Быстрый взгляд на часы дал понять, что этот путь тоже закрыт, причем в прямом смысле, а значит автобус. Да-а... Пока туда, пока обратно... Я хмыкнул. Ну, не хотел домой, вот и не поеду.

Оставив Тэо в его квартире, я повернулся к своей двери и замер. Оружие нужно, но как же не хочется столкнуться с Кай. Можно было взять что-нибудь из машины, благо, там имелся внушительный арсенал, вот только учитывая то, что ехать предстоит на общественном транспорте... Нужен кофр, который, увы, лежит в моей комнате. Скривившись и мысленно пожелав себе удачи, я взялся за ручку. Ладно. Это быстро.

К счастью, с моей малышкой я не пересекся, и уже совсем скоро, вставив в ухо наушник и подключившись к Дейму, поднимался на крышу нужного дома.

— Минут десять, и цель появится, — сообщили мне, когда я открыл дверь, и в лицо ударил холодный ночной воздух. Зима... Самое лучшее время для долгого ожидания! Прям обожаю! Недовольно вздохнув, вытащил окуляр и, усевшись на кофр, устроился поудобнее.

— Хм, Алес, пока ждем... — вдруг начал Дейм, — Ты с чего такую тираду выдал? Я, конечно, знаю, что Тэо любит лектором подрабатывать, но звучит подозрительно. Что у вас стряслось? И у кого из вас, кстати?

Они сговорились. Или это я сегодня такой неадекватный... Честно, ожидал услышать что угодно, кроме этого. Да и откровенничать не хотелось, едва поднявшееся настроение снова грозило рухнуть, поэтому я максимально сухо процедил:

— У меня, а причина... Кай - вот моя причина.

В эфире повисла тишина. Долгая такая. Если он сейчас скажет про любовь, я его пристрелю. Клянусь.

— Что, доверия ноль и полоса за сто лет? Все еще?

— Судя по всему, так и останется, — мысленно выдохнув, ответил я. Ну хоть этот не лезет с лекциями.

— Думаешь?

«Думаешь?» Нет, блин. Я не хочу думать, у меня нет сил думать, желания нет...

— Я ее бешу. Так, как думаешь, останется?

— М-да...

Опер снова замолчал, а я понял, что злюсь. На всех. И на Дейма, и на Тэо, и на Кай... ладно, вру, на себя я злился больше чем на нее. Точнее, на Кай злиться не получалось...

— Знаешь, могу предложить решение, но не совсем законное.

— Валяй.

— Состав L-300 помнишь? Была такая крутая штука...

L-300... Вещь хорошая, но небезопасная, к тому же, если я не ошибаюсь, из доступа изъятая.

— Ее ж в академии запретили.

— Пф. Ты думаешь, наш реестр от нее так запросто откажется? Ну, а люди, готовые продать, всегда найдутся, — в голосе Дейма слышалась уверенность, и я невольно ею заразился. Чуть-чуть, но настроение снова колыхнулось в положительную сторону. Потому что мысль была хороша, но...

— Если я без мозгов ей что-то ляпну, а она меня пошлет, я достану тебя из-под земли и лично укокошу. Самым жестоким методом. И самым долгим.

— Это значит, ты за?

— За. Только с Кай надо обсудить.

— А единоличное решение, не?

— А правила приема помнишь? Такую штуку без фиксированного согласия не дают в руки детям.

— Взрослым тоже... диктофон?

— Он самый.

Хотя, я мог бы и письменно попросить. Все-таки, этот состав действительно не самый безобидный, а значит, надо объяснить ей максимально честно, на что она соглашается.

— Окей... — тут он на секунду замолчал, — Цель вышла.

— Вижу, — отозвался я, не отрываясь от окуляра. Парень захлопнул дверцу машины, щелкнул ключом и направился ко входу в здание. Что ж...

— Камер много?

— Не особо... Хочешь вручную?

— Препятствия. Отключать долго?

— Хм...

Тут я понял, что парниша в дом даже и не собирается. Он завернул в сторону ближайшего магазина и вскоре скрылся за стеклянными дверями.

— Видишь, он сам все решил, — выпрямляясь и складывая винтовку в чехол, сказал я. Быстро застегнув молнию, пробежался до лестницы и вскоре полз по кустам к ограде.

— У тебя будет минут пять максимум.

— Принял...

С напряжением ожидая, пока жертва выйдет из магазина и подойдет ближе, я вглядывался в темноту переулка, но мыслями был... Совсем не здесь. Если все получится, если Кай согласится, то ситуация может измениться. Мы могли бы найти общий язык, возможно, не сразу, но по собственному опыту я знал, что после этого состава люди и впрямь становятся ближе, потому что ни один барьер не выдерживает в таком состоянии. С другой стороны, мне вспомнились так редко мелькающие в ее глазах странные эмоции, которые она скрывала. Что если Кай не такая паинька? Тараканы в голове у всех разные, и если у нее они особого вида, мы можем наоборот поссориться еще сильнее и тогда... Я оборвал себя на полумысли, впервые в жизни испугавшись, что могу потерять девушку. Раньше, когда расставался с очередной пассией, я как-то не заботился, что она чувствует, но сейчас отчаянно боялся, что моя маленькая солнечная девочка исчезнет, и это заставляло меня хмуриться, искать выходы, решения...

— Ты здесь или как?! — возвращая меня на грешную землю, рявкнул опер, и пришлось встряхнуться. Где-то глубоко внутри скреблись кошки, но не обращая на них внимания, я сосредоточился на идущем по переулку парне. Ну что ж...

— Готов, — сказал я, и, поправив маску и капюшон, приготовился к прыжку.

— Три, два... Пошел.

Рывком сорвавшись с места, я мягко приземлился на мокрый асфальт. Естественно, меня услышали, но дернуться и посмотреть в мою сторону я ему не дал. Одним движением оказавшись рядом, закрыл ему рот, а вот второй с силой вонзил тонкий нож парню в печень. Потом стремительно поменял руки и, не дав ему осесть на землю, разрезал яремную вену. Пять секунд, и дело с концом... Отпрянув подальше, едва кровь пульсирующим потоком полилась из его шеи, я метнулся к кустам и помчался в сторону сквера. Там на аллее я прикопал в сугробе кофр, и именно оттуда я пойду дальше. Камер здесь нет, а значит, никто не узнает, что я куда-то отлучался. Крови на мне тоже нет, с ножа я вытер ее, как только оказался в кустах, а раны вполне сойдут за нападение грабителей, потому что лезвие выбрал тонкое, и тем более что кошелек этого парня совсем скоро обретет новую жизнь в руках какого-нибудь бомжа. Надо только место выбрать, где они есть.

— Все. Вроде ты нигде не светанулся...

— Вроде?

— Ну ладно, не попал ты никуда, расслабься.

— Тогда я позвоню, если она согласится.

— На всякий закажу дозы. И да, я все еще надеюсь услышать, что тебе сказал Харм — съязвил Дейм и, не прощаясь, отключился. Что ж... Дозы, это прекрасно. Осталось лишь получить согласие Кай. А Харм... Я глубоко вздохнул, понимая, что пока не поставлю точку в наших с ней... отношениях, думать о чем-то еще не получится. И, надеюсь, точка все же будет хорошей и с продолжением.

Лесса

Уснуть мне было не суждено. Однозначно. В голове роились совершенно противоречивые мысли, которые упорно не желали оттуда сваливать. С одной стороны, я по-прежнему терзалась чувством вины за сказанное, и обижалась на Алеса, за то, что он обиделся на меня (л-логика, знаю), с другой... Нет, ну разве человек, который... зол на другого человека, будет ловить его, уберегая от падения, или помогать? Мне кажется, нет, но сразу после меня торжественно послали, разве это не значит... А-а! Совершенно запутавшись, вскочила с кровати, и, выхватив из ящика первую попавшуюся книгу, уткнулась в текст в попытке отвлечься и наконец-то успокоиться.

«Я больно закусила губу, чтобы не расплакаться.

— Прости, Хель, но больше так продолжаться не может.

Он ласково коснулся моей щеки, словно прощаясь, а после раздались его удаляющиеся шаги. Нет... Вскинувшись, я увидела, как за ним закрывается дверь и, не сдержавшись, крикнула:

— Подожди!..»

Черт! Почему и здесь герои ссорятся?! Что ж мне так не везет-то?! Естественно, после такого мои мысли пошли на новый виток, ко всему прочему обзаведясь дополнительными подробностями. Да-да, теми самыми. О «нравится» и «не нравится»! В голове раз за разом всплывали воспоминания о том, как Алес заботился обо мне, когда я травмировалась, как возмущался, но все равно позволял спать рядом с ним после ужастиков, как по сто раз объяснял одно и то же... Это все прекрасно, конечно, но он же изверг, каких свет не видывал! Обреченно вздохнув, я села на кровати, выдохнула... И уныло уставилась в пустоту. Потому что стоило подумать об аргументах в пользу минусов Алеса, как вместо них я вспомнила, как он задумчиво склоняет голову к плечу, размышляя о чем-то, как мурлыкает себе под нос, когда готовит... Как улыбается моим шуткам... В груди потеплело, в животе защекотали те самые бабочки... Я ведь уже влюблялась и сейчас с долей обреченности понимала, что опять. Я опять... Влюбилась.

— Ну не больная ли я, а? — грустно выдала я куда-то в темноту. Мозг активно намекал, что нет. Наоборот, подкинул новую картинку, от которой все внутри сжалось. Я снова тяжело выдохнула, откинула одеяло и, поднявшись, дошла до окна, за которым далекими огоньками сверкал Скай-Джи.

Влюбилась, значит... Устало опустившись на подоконник, вновь выдохнула. Ну вот и что мне с собой делать? Это вообще лечится? Почему я умудрилась втюрится именно в этого белобрысого садиста, если вокруг меня было столько парней?! Тот же Джери, он же подходил пару раз, что мне стоило ответить?.. Тут я вспомнила, что в тот момент я не могла думать ни о чем, кроме «наказания», устроенного Алесом, и в принципе о том, что как бы уже ничего к Джери не чувствую, и стало очень и очень грустно. Но вот, между прочим, наказание! Как можно любить человека, который так поступил? Лесса, ау, тебя ничего не смущает?! Отчаянный стон разрезал тишину спальни, и я смачно приложилась головой об стекло, потому что единственное, что меня смущало в данный момент, это вылезший образ нависшего надо мной полуобнаженного Алеса, который очень ярко отпечатался в памяти! Ну вот за что... Ведь нет никакого смысла размышлять о невозможном. Ему... двадцать с гаком лет, а мне всего без двух месяцев восемнадцать... Алес взрослый, состоявшийся и вполне довольный своим настоящим мужчина, не считающий девушек чем-то особенным. Только такой мужчина мог сначала назвать свою девушку дурой, потом морочить голову Джинни, пропадая с ней по ночам... В его жизни нет места маленькой девочке типа меня. И это еще один аргумент в пользу того, что пора завязывать с глупыми фантазиями! Может, стоит все же поискать, где делают операции по замене мозга? Только вряд ли они мне помогут, тут надо сердце менять... И душу...

Судорожно вздохнув, я снова прислонилась лбом к холодному стеклу. В голове было пусто, сердце ныло... Кого я пытаюсь обмануть? Себя в первую очередь. Никому и никогда ничего не мешало. Любит и любит. Просто сам факт... Я прикрыла глаза. Факт, не факт... Садист, не садист... Все же припомнив все отвратительные поступки Алеса, я вдруг поняла, что уже не очень-то и злюсь. Ну, разве что фотосессия до сих пор вызывает во мне глухое бешенство. Но остальное... Он не такой. То есть, может, садизм в нем есть, но ко мне он старался его не проявлять, причем не последний месяц и даже не два... И если эта нормальная сторона как раз его настоящая, то...

Блин, ну вот в чем я себя опять убеждаю? Дураку ясно, что я просто мазохистка, раз умудрилась в него... влюбиться. И вообще... Где-то я слышала, что влюбленность проходит, а значит, стоит просто подождать. Или вообще себя переключить! Вот. И все будет нормально...

С такой мыслью, внутренне смирившись с собственным мазохизмом и... да, с тем, что Алес очень даже ничего, я решительно завернулась в одеяло и... постаралась о нем не думать. Перебирала в голове правила языков к экзаменам, теорию по борьбе и легенде. Даже распланировала каникулы. Только, естественно, изверг из головы убираться не желал. Поэтому заснула я под утро, проспала тренировку и впервые за три дня порадовалась обиде Алеса. По крайней мере из-за нее меня сегодня не искупали в ледяной воде и не поваляли по полу. Но блин, как же его отсутствие царапает...

Я как раз собиралась позавтракать, сидя за столом на кухне, когда открылась входная дверь, являя нашего великого и ужасного. Честно, чуть не поперхнулась, когда Алес направился ко мне. И еще раз, когда он вдруг сел напротив, и сказал:

— Если ты еще не окончательно передумала учиться в академии, то у меня есть возможное решение нашей проблемы.

Кхм... Судорожно сглотнув, я вылупилась на Алеса, пытаясь понять, о чем он сейчас говорит, и не глючит ли меня, но он молчал, выжидающе смотря на меня. Так... Подождите. Мне дают второй шанс или.? А, Лесса! Ну чего ты сидишь, ответь уже хоть что-нибудь!

— М-м... — очень глубокомысленно заявила я, откладывая тост на тарелку. Потом все же собрала мысли в кучку и продолжила:

— Не передумала.

— Отлично, — он слегка улыбнулся, — Если вкратце, то есть такая штука, с очень странным составом и интересным действием. Называется L-300. Ее использовали как раз в нашем случае. Собственно, я ее тоже пробовал, примерно на втором курсе, просто совершенно о ней забыл. Это жидкость, которая в определенной дозировке, хм, грубо говоря срывает тормоза и позволяет лучше узнать человека. То есть, например, если он притворяется тихоней, то под этой фигней с гарантией в восемьдесят процентов проявит себя во всей красе. Правда, проблема в том, что ее запретили к использованию через несколько лет, да и в любом случае нужно письменное или устное фиксированное согласие на применение. Что скажешь?

Я снова промычала что-то невразумительное. Жидкость, которая «срывает тормоза»... Это наркотик? Не мог же Алес настолько свихнуться, чтобы отравить меня? И как ее принимают? Ничего не понимаю... Пока я думала, Алес успел дойти до кофемашины и поставить вариться кофе, поэтому я дождалась, когда он снова сядет, и только тогда спросила:

— Почему ее запретили? И как ее принимают?

— Как водичку пьешь, так и принимают. Ну и естественно пить в одиночестве ее не интересно, так что если ученику ее дают, то и мастер пьет. Логика же в том, чтобы узнать друг друга лучше. А на счет запрета... — он подхватил с моей тарелки второй тост и, откусив, пробормотал:

— Какая-то другая пара ученик-мастер решила ее использовать, но у парня оказалась слабость к наркоте. Собственно, передоз равно смерть и, соответственно, запрещению состава. Но ты же подобным не увлекаешься?

Под его пристальным взглядом я поежилась и невольно покраснела, потому что я-то, конечно, не увлекаюсь, но... Во-первых, мне есть что скрывать, в первую очередь, собственную неадекватность в отношении к Алесу. А во-вторых... Серьезно? Разве мастера не роют информацию на своих учеников? Как он мог не знать о зависимости подопечного? Ответов не нашлось и пришлось озвучивать вопросы Алесу.

— У парня были влиятельные родители и они тщательно это скрывали. Да и какая разница, мы сейчас не о нем.

— Большая разница, — буркнула я. Может, ты меня опять обманываешь... Хотя черт, о чем я? И так уже все испортила и опять... Надо хоть раз попытаться. Тем более что... Какая-то часть разума назойливо шептала, что пора бы довериться Алесу, в конце концов, у него такие руки, с та-акими пальцами... Я снова покраснела и, собрав волю в кулак, осторожно сказала:

— Ну давай попробуем. Только ты меня не траванешь?

— Если и травану, то себя тоже. Вместе же пить будем, — он пожал плечами и, спрыгнув со стула, направился к кофемашине, по дороге стягивая куртку, — Тогда, я думаю, сегодня днем привезут ее. Сейчас только напишу ему.

— Кому?

Я проследила, как аккуратно он донес чашку до стола, сел обратно, и вопросительно на него воззрилась.

— А это тебе знать не нужно. И да, если уж собрались ее принимать, то лучше сегодня сразу же, иначе мы не успеем, — ответил Алес и застрочил что-то в телефоне. Сегодня днем...

— А академия?

— Скажи мне, что ты еще не прошла, и я объясню тебе это за полчаса, — фыркнув, улыбнулся Алес в ответ. Это... это как понимать? Он не обижается? Меня простили? Спросить что-то еще я не успела, Алес окончательно залип в телефон. Хм, кажется «оттепель» была недолгой...

Вплоть до самого обеда меня никто не трогал. Алес закрылся в комнате, и, как я подозреваю, отсыпался, потому что ночью его дома не наблюдалось. Сама же я потратила это время с пользой: доделала все задания, воспользовавшись тем, что осталась дома. Хотя... все же я так и не поняла, он обижается или уже нет?!

К обеду вышла с твердым намерением прямо у него это спросить. Ну, или завуалированно. А, да хоть как-нибудь! И я даже почти приступила к исполнению своего плана, но была прервана неожиданно возникшим под носом листком.

— Это что? — я вопросительно вскинула бровь и, взяв лист, вчиталась в текст. Согласие?

— Состав L-300 не дают без согласия, он... специфически действует, я же говорил, — с заминкой ответил Алес, рождая в моей голове тысячу и одно подозрение.

— Это наркотик?

— Нет, но частичный состав похож, — честно, как я думаю, ответили мне. Я нахмурилась, потому что травиться даже во благо учебы не хотелось. А учитывая, что действие у состава для меня крайне нежелательное, то травиться не хотелось вдвойне. И это мое состояние мгновенно заметили: Алес резко стал серьезным и произнес:

— Кай, мне нет смысла тебя обманывать, L-300 действительно не очень безобиден, но и отравиться ты вряд ли сможешь. К тому же, если тебе станет легче, вот, у меня точно такое же соглашение, и я не хочу просто скинуть с себя ответственность за твою жизнь.

Ох, как это звучит... еще немного, и будет признание в любви... Или у меня просто очень бурное воображение? Мысленно встряхнувшись, я подхватила со стола ручку и, напоследок пробежавшись взглядом по печатному тексту, оставила подпись и протянула лист Алесу. Взамен мне вручили странного вида ампулу с чуть мутноватой белой жидкостью. Так, что-то я начинаю сомневаться... Снова нахмурившись, бросила быстрый взгляд на Алеса, чтобы увидеть, как он, уверенно отломав верхнюю часть, опрокинул содержимое в рот. Кхм. Ну, если он так смело это выпил, то, наверное, и я смогу... Сглотнув, перевела взгляд обратно на ампулу. Только одна проблема:

— Откроешь? — я протянула стекляшку Алесу, и смущенно объяснила, — Не умею их ломать.

Он в этот момент активно кривился, видимо, от вкуса состава, но все же усмехнулся и, взяв ампулу из моих рук, вскрыл ее. Невольно зависнув над его улыбкой, я отвесила себе очередную моральную оплеуху, пару секунд погипнотизировала жидкость, а потом...

Первое впечатление — гадость. Второе — ужасная гадость!

— Блин, фу, что это за фигня?! — кривясь, спросила я, уже не заботясь о том, как это звучит. Обижается, не обижается, невозможно подобрать слова, если во рту все пропиталось горечью с мерзким привкусом. Честно, я однажды пробовала дегтярное мыло (это было глупо и случайно, но факт), так вот оно было и то лучше! Алес, который продолжал кривиться, чуть ли не отплевываясь пожал плечами. Ну класс. Траванемся вместе! Вот только:

— И что дальше?

— Ждем, — ответил он, запивая все же эту пакость водой, — Минут через десять заработает.

Кивнув, я тоже потянулась к графину и налила себе сока. Из-за парня, не из-за парня, но, по-моему, эту дрянь запретили из-за гадостного вкуса! Фу! Просто фу! Снова поморщившись и вздрогнув от отвращения, я соскользнула с высокого стула и уже собралась уйти к себе, потому что, несмотря на все попытки «переключить» себя, находиться сейчас рядом с Алесом было... несколько неловко. Только планы внезапно рухнули: рука Алеса мягко легла на мое запястье, заставляя остаться на месте. И хотя в этом жесте не было ничего особенного, почему-то сердце дрогнуло, а фантазия улетела в далекие дали. Издевательство какое-то... Отбросив лишние мысли, я посмотрела на него. На его лице не было ледяной маски, но и особо приветливо он не выглядел... Хотя нет, вру, черные глаза смотрели без вражды или ожидаемого холода, словно стремились закутать в свой черный бархат... А-а, мозг остановись! Это твои выдумки, какой бархат?!

— Мы же решили, что в академии ты все же продолжаешь учиться? — полуутвердительно спросил Алес, и я кивнула, — Не хочешь проверить знания перед экзаменами?

Это он так на тотальную муштру намекает? Подавив желание вопросительно вскинуть бровь и скривиться, я снова кивнула. Осталось меньше недели, а ты до сих пор путаешься в правилах креанского и кьерийского. Так что, да, я согласилась... На ад. Условный. Потому что Алес, отпустив мою руку (нет, я не сожалею, что меня отпустили!), спрыгнул со стула и направился прямиком в свой кабинет, что значило только одно — сейчас одну маленькую меня ждет тест!

Я гребаный предсказатель. Мы устроились в креслах друг напротив друга, и мне почти сразу вручили комп с открытым тестом. В этот раз закрыть окошко я не пыталась, и сразу вчиталась в текст. Максимально внимательно, стараясь унять бешено бьющееся сердце и не смотреть на Алеса, хотя соблазн был... Да блин! Раздраженно выдохнув, сконцентрировалась на тесте. Так, в этом пункте «Б», тут... наверное «А»... Схватив со стола обрывок какого-то листа и карандаш, я быстро по памяти накидала небольшую схему... Точно, «А»... Мой взгляд невольно метнулся к Алесу. Нет, виды оружия — это, конечно, прекрасно, но... Он все же обиделся или нет? Как понять? Два дня игнорил, а сегодня вдруг бац, давай-ка все продолжим, еще и в академию не пойдем... Это странно! Или я странная? Стоп, Лесса, тест. Я снова вчиталась в вопрос почти не осознавая его. Вроде «В»... Или «Б». Я прочитала строку еще раз... Блин, так злится он или нет?

— Кто?

— А? — я непонимающе уставилась на Алеса. А что, хорошо сидим, он смотрит на меня, я на него...

— Кто злится?

Эм... Неужели вслух сказала? Это та фигня работает? Или просто я сумасшедшая? Алес приподнял бровь, все еще ожидая ответа, и я...

— Ты.

Его вторая бровь присоединилась к первой.

— Прости?

— В смысле, — я смутилась и покраснела, — Ты все еще злишься?

— На что? — казалось, он искренне не понимал, что происходит. Даже бумажки, которые просматривал, отложил и склонил голову к плечу, с интересом меня разглядывая. А-а, и как ему сказать? Может, так и выложить? А что, если совсем бред получится, всегда можно свалить на этот состав! Я куснула губу, понимая, что мои щеки не просто красные, они полыхают ярче моих волос, и... Решилась. Еле заметно вздохнув, сказала:

— Я... — голос сорвался от нерешительности, но окончательно пропасть я ему не дала, — Мне показалось, что ты обижался на меня эти два дня... Потому что ты... И в общем... Ты злишься?

Памятник тебе, Лесса. Не сказала и половину того, что хотела, но да ладно! И так сойдет! Наклонив голову, отвела взгляд и прикусила губу. Ох, что он сейчас скажет...

— А должен?

Простите? Не сдержав удивления, я ошарашенно уставилась на Алеса, который с легкой улыбкой смотрел на меня. Эм... Это у него такой оригинальный способ сообщить мне, что я прощена? Или что?

— Стоп, то есть два дня ты меня игнорил, взглядом замораживал, сейчас тоже отмалчиваешься, но ты не злишься и не обижаешься? Так?

Не сдержалась, но даже не жалко. Это как раз то, что реально меня волнует!

— Ну, я просто знаю, как работает состав, так что не хочу ляпнуть лишнего. А два дня... Считай, это была пауза на «подумать».

У меня нет слов. Мозг! Ты там меня терзал, что Алес на меня обиделся, что это я такая нехорошая, а у него тут, видите ли, «подумать»! Слышьте, вы, извилины, и кто вы после этого?! Сжав зубы, чтобы не выпалить еще чего, я заставила себя глубоко вздохнуть... Тресь.

— Забавно... — тихо прокомментировал Алес доблестную кончину карандаша, в моих руках. Вот же ж... Невозмутимо стряхнув деревянные стружки с кончиков пальцев, подхватила заточенную половинку карандаша и снова уткнулась в тест, не забывая делать пометки на листочке. От греха подальше. А то сейчас еще что-нибудь выскажу...

— А ты?

Я озадаченно подняла взгляд на Алеса, который в свою очередь выжидающе смотрел на меня. Эм, и что от меня хотят?

— Что я?

— Ты злишься?

Я скорее рефлекторно вскинула бровь и иронично усмехнулась. Злюсь ли я? После того «шоу», что он устроил на площадке? Злюсь ли я?! Первой мыслью было высказать ему все и сразу, но потом... Боже, ну это так по-детски, что даже стыдно.

— Сейчас нет, но тогда злилась.

Посчитав вопрос исчерпанным, снова вернулась к тесту и даже успела вписать ответ, когда Алес спросил:

— Почему?

Теперь я посмотрела на него мрачно. Неужто сам не догадывается? Видимо, да... Он напряженно следил за мной, без привычных ухмылочек и вальяжности. Одна проблема:

— А тебя волнует?

Прозвучало грубо, но остановить себя я не успела, а исправляться было поздно: Алес нахмурился и поджал губы. Потом пару секунд помолчал и сухо ответил:

— Да, так почему?

Удивленная его вопросом, я на автомате ответила:

— Потому что ты превратил фотосессию в эротический фарс.

А-а! Что я сейчас сказала?! Лесса, ты с ума сошла?!.. Но вообще это правда, причем абсолютная! Разве что звучит дико. Тут я невольно вспомнила это позорище и решила... а не пошло ли оно? Хотел честно? Вот тебе честно. И вообще, чем быстрее с этим разберемся, тем лучше!

— Что? — удивление Алеса можно было измерять в тоннах, оно почти физически ощущалось в воздухе, и я... не выдержала. Ехидно ухмыльнулась и, откинувшись на спинку кресла, злорадно произнесла:

— Что? А как еще это назвать? Мало того, что всю облапал, так еще и сползать по себе заставил. Думаешь, приятно?

— Э... — он явно смутился (что?! Изверг и смущается?! Камеру мне!) и, кашлянув, сказал, — Извини, так вышло.

— Серьезно? — теперь в тоннах измерялся мой сарказм.

— Серьезно-серьезно, — буркнул Алес и, взъерошив волосы, очень странно посмотрел на меня, — Я сам от себя не ожидал. Извини.

Извиняющийся Алес... В каком лесу сдох динозавр? Сейчас случится конец света? Что, что случилось? Впрочем, какая разница, он выглядит так мило... Блин! Мысленно встряхнувшись, я запихала все сопливые мысли подальше и на полном серьезе вопросила:

— Ты заболел?

Никакое смущение и недовольство собой не помешали Алесу возмущенно вытаращиться на меня.

— Издеваешься?!

— Да ты просто так редко извиняешься, что я вот боюсь, вдруг сейчас где-нибудь вулкан рванет или метеор прилетит! — я экспрессивно всплеснула руками, чуть не смахнув ноутбук, — Эпохальное вообще событие!

— Во ты наглая... — выдохнул Алес... восхищенно.

— Ты, однозначно, больной... — не понимая его реакций, пробормотала я себе под нос и демонстративно поставила ноутбук поудобнее. На громкое «пф» внимания не обратила. А после вообще углубилась в тест, ибо чем дальше, тем сложнее становились вопросы. Хотя самым главным, конечно, оставался только один: чего ждать? Ощущения становились все страннее. Нет, ни тошноты, ни слабости, ни чего-то подобного, что, по моему мнению, должны бы испытывать наркоманы, не было. Да и галлюцинаций не наблюдалось. Просто... Если раньше я могла спокойно сидеть и учиться, просто потому что надо, то сейчас мне хотелось бросить все и пойти просто полениться. Мозг упорно отказывался работать, приходилось буквально заставлять себя концентрироваться, перечитывать по нескольку раз вопросы. К тому же один блондинистый отвлекающий фактор напротив сидит. Вот же... Я снова клацнула клавишей, и обреченно вздохнула.