Глава 21.

Англия. Лондон.

Настал день свадьбы Пруденс и Уильяма. Все это время они не виделись, Прю свыклась с мыслью о замужестве и уже простила будущего мужа, она снова вернулась в свое оптимистическое настроение и представляла, как она будет любить и уважать мужа, ждать его с работы, помогать ему во всем, с пониманием относиться к нему. То, что она нарисовала в своём воображении, впечатляло её, и даже поскорее хотелось стать его женой. Её не заботило, что жить они будут с его родителями. Вообще Пруденс всегда находила общий язык со всеми, поэтому ей было не страшно. Так же она нарисовала себе их первую брачную ночь, как он будет нежен с ней, и они уснут в объятиях друг друга. С этими мыслями девушка готовилась к свадебному дню.

Сама церемония прошла быстро, сухо. А праздник был пышный, девушка радовалась каждому мгновению, а Уильям постоянно где-то пропадал. И когда все закончилось, гости разошлись, молодожены уехали в дом Керрингтонов.Пруденс подготовилась к брачной ночи и лежала в кровати, ожидая мужа. Но он все не приходил, девушка устала ждать и уснула. А Уильям только этого и хотел, сидя в кабинете отца, он делал вид, что работает. Выждав определённое время, когда, по его мнению, жена должна была заснуть, он вошёл в спальню. Увидев, что она спит, он с облегчением вздохнул и лёг в кровать. Прю проснулась:— Уильям, прости, что я не дождалась тебя и уснула.Он закатил глаза и сказал:— Не страшно, спи.— А как же наша брачная ночь? — девушка положила руку ему на грудь.Он привстал, скинул с неё одеяло, оглядел с головы до ног, затем грубо прижался к её губам. Она не сопротивлялась, пыталась отвечать на поцелуй и обняла его за шею. Но Уильяму не нравилось то, что она ласкала его, он не хотел поддаваться на её, как ему казалось, уловки и уж тем более влюбляться в неё. Мужчина прервал поцелуй, скинул с себя одежду, грубо задрал подол её сорочки и так же грубо раздвинул ей ноги. Затем лёг на неё сверху и завёл её руки за голову. Прю до смерти перепугалась из-за того, что сейчас может произойти и сжала крепко ноги вокруг его торса. Все её тело было напряжено, а Уильям, заметив это, цокнул языком и сказал:— Ты сама этого хотела, что ломаешься, женушка?— Я… Я боюсь, — дрожащим голосом ответила она.— Ох, да все это делают. Первый раз больно, потом нормально.Уильям уже возбудился, но не от самой жены, а скорее от её страха. Он чувствовал себя сильным, хозяином положения, ему доставляло удовольствие её положение жертвы, и стало интересно: насколько он распалится, когда причинит ей боль, поэтому отступать он не намерен, а уж церемониться с ней подавно.Пруденс почувствовала, как что-то упирается в неё, и ещё больше сжалась. Мужчина окончательно вышел из себя, сорвал с неё сорочку и бросил на пол, затем повернул девушку на живот, не давая ей пошевелиться, и снова раздвинул её ноги. Резким толчком он вошёл в неё, она громко закричала от боли, а он ещё сильнее завёлся и быстрыми движениями входил в неё снова и снова, намотав волосы на кулак. Как он и предполагал: её боль доставляла ему неописуемое удовольствие. В таком положении Прю не могла пошевелиться, она плакала от боли во всем теле. И когда он закончил мучить её, скатился на другой край кровати, тяжело дыша. А она свернулась калачиком и плакала в подушку.— Что ты ноешь, дай поспать. Получила, что хотела. Вас, женщин, не поймёшь: сделаешь — недовольны, не сделаешь — опять недовольны.Пруденс притихла и накрылась одеялом с головой. «Не так я все представляла себе. Может, он был не в настроении, а я влезла со своими желаниями? Может, завтра, когда он выспится, он будет более сговорчивым?» Этими мыслями она успокоила себя и уснула.

На утро Прю не обнаружила мужа в постели. Она привела себя в порядок и спустилась к завтраку. За столом сидел только Уильям, она села рядом с ним.— Доброе утро, дорогой! Прости за то, что произошло ночью.Мужчину прямо-таки бесило, что она все время извинялась, лучше бы она была, как и раньше, холодной и неприступной.— Не называй меня всеми этими словечками. По имени будет достаточно, — процедил он сквозь зубы.— Прости, — она виновато опустила голову.— И хватит извиняться, — разозлился он.— Почему ты так груб со мной? Что я сделала тебе? — не понимающе уставилась она на мужа.— Слушай, не лезь ко мне с расспросами. Ты моя жена, знай свое место. Если хочешь нормальной жизни, молчи и слушай своего мужа, делай все, что я тебе скажу. Поняла? — резко спросил он.Она кивнула.— Не слышу? — ещё громче спросил он.— Да, — ответила она.Аппетит сразу пропал, девушка встала и ушла в спальню, где снова начала плакать.

Ещё неделю Прю терпела такое отношение к себе, как-то раз он даже хотел её ударить, но вмешалась мать. И каждый раз после очередной вспышки гнева девушка убегала в сад или спальню и плакала.«Я не выдержу этого. Или мне надо бежать, или поставить его на место. Хорошее отношение он не принимает сам, а долго молчать и покоряться я не умею».Пруденс решительно направилась к Уильяму, проходя мимо кабинета, в котором дверь была приоткрыта, она услышала голоса, принадлежавшие его родителям.— Я сказал тебе, чтобы ты не лезла ко мне с расспросами. Иди лучше займись своими бабскими делами, — кричал Райан на свою жену.— Хорошо, дорогой, прости меня, — чуть ли не шёпотом ответила жена.— Не называй меня этими словечками, курица. Ступай отсюда. Достали уже. Одна тут надоедает своим присутствием, ещё и сын притащил такую же тупицу надоедливую.«Так вот в кого сынок. А папаша ещё тот лис. В лицо — дочка, дочка, а за глаза, значит, тупица», — думала девушка, уходя снова в свою спальню. «Я вам ещё покажу, как уважать женщину, мрази».И с этого момента ненависть, которая, в принципе, не была свойственна девушке, охватила все её нутро. Злость и раздражение наполнили её сердце, на лице тут же читалось выражение презрения к этим двум, так называемым, мужчинам.

Уильям вечером пришёл домой и расположился в гостиной с бокалом бренди. Спросив у служанки, где его жена, он получил ответ, что в спальне. Усмехнувшись своим мыслям, что он приручил женушку, как когда-то отец его мать, мужчина направился к Пруденс, предвкушая повторение брачной ночи.

***

Каролина Керрингтон — мать Уильяма — в молодости была красивой и жизнерадостной девушкой. Она своим позитивом заряжала всех вокруг. Но у неё была тонкая психика, и она легко поддавалась манипуляции. И когда её выдали замуж за Райана, день за днем Каролина стала угасать. Задорный огонёк в глазах потух, все оскорбления мужа проникали глубоко в душу и занижали её самооценку. Дошло до того, что она сама себя стала считать такой, как называл её Райан. Она даже потеряла уважение у слуг, не говоря уже о сыне и их с отцом окружении. Вся красота угасла, она располнела и стала неуклюжей. И жизнь её проходила мимо. Некогда здоровая и весёлая девушка превратилась в серую и незаметную тень, она быстро состарилась и давно потеряла интерес у мужа. Немудрено, что он имел кучу любовниц, причём не старался скрывать это от жены. А она со всем смирилась и просто существовала.

***

Уильям вошёл в спальню и увидел, что Пруденс сидит на стуле, закинув ноги на стол. Она читала книгу, не обращая внимания на вошедшего мужа.— Так ты встречаешь своего мужа? — разозлился он, резко подлетев к ней и выбив книжку из её рук.Девушка медленно подняла голову и посмотрела на Уильяма глазами, полными отвращения. Он заметил изменения в её лице и ему это не нравилось.Пруденс молча подняла книгу и продолжила читать. Такой наглости он не ожидал, снова выбил книгу из её рук и рывком поднял её со стула.— Ах, ты, курица, — он замахнулся.Но Прю даже не испугалась, она просто засмеялась, от чего мужчина посмотрел на неё как на безумную и отпустил её.— Ты с ума сошла, дура?— Что папочка, что сын — одно дерьмо! — продолжала смеяться она.— Как ты разговариваешь со мной? Я научу тебя уму-разуму.— Как и твой папаша? Попробуй, трус.Уильям схватил девушку за плечи и начал трясти. Она резко подняла колено и ударила его в пах, тот загнулся от боли, а девушка, взяв его за волосы, повалила на пол.— Стерва проклятая, ты пожалеешь об этом!Подняв его голову, она плюнула ему в лицо.— Ублюдок, ещё раз поднимешь на меня руку, оторву все, что делает тебя мужчиной физически. — Она пнула его ногой в спину, от чего он выгнулся в обратную сторону, и ушла из комнаты.По дороге девушка заглянула к Каролине, та сидела у окна в кресле-качалке и тихо напевала мелодию.— Не помешаю? — спросила девушка.Женщина вздрогнула и помотала головой. Прю подошла к ней, опустилась на колени и взяла её дряблые руки в свои.— Как Вы с ним живёте столько лет?— О чем ты?— Я слышала, как Ваш муж обращается с Вами. Как Вы это терпите?— Ох, деточка, я уже привыкла, — ответила мать Уильяма, а у самой образовались слезы в уголках глаз.— Так нельзя. Ваш сын было тоже начал со мной так обращаться, но я долго терпеть не умею и кротость строить долго тоже. Вы уж меня простите, но, если он не научится уважать женщин, жизнь его станет адом, я об этом позабочусь.— Я знаю, что он весь в отца, он и со мной так же обращается.— Миссис Керрингтон, не переживайте, если они не исправятся, мы уедем с Вами, — весело сказала Прю.— Ты мне напоминаешь меня в молодости, только я не была такой смелой, — женщина впервые за долгое время улыбнулась. Она погладила Прю по щеке.— А Вы красивая, — искренне сказала девушка.— Где уж там, я толстая и неуклюжая курица, — снова погрустнела Каролина.— Не смейте так говорить, это не Ваши слова, а Вашего мужа. Никогда не слушайте его, он просто хочет унизить Вас за Вашу светлую душу. Люди с чёрной душой всегда пытаются сломать светлых, подчинить их себе, высосать из них всю энергию. А когда они сделают свое чёрное дело, то избавляются от пустого человека.— Девочка моя, что ты мне такое говоришь? — испугалась женщина.— Не волнуйтесь, я Вас защищу. Вам нужно вернуть былое состояние души. Постарайтесь не слушать мужа и воспринимать его слова всерьёз.— Постараюсь, — недоверчиво ответила Каролина.— Ну, я пойду.— Ты заходи ещё, милая.— Конечно.Прю ушла в гостевую комнату, где она решила обосноваться, чтобы реже видеться с мужем.

На следующий день Пруденс решила созвать всех в гостиной и объяснить свою позицию. Уильям и его отец сидели со скептической ухмылкой на лице, а Каролина тайно радовалась, не показывая своих эмоций, все же она побаивалась своего мужа.Прю встала посреди гостиной и начала говорить:— С моим появлением в этом доме все изменится, начиная с сегодняшнего дня.Раздался смех Уильяма.— А ты смейся, пока можешь, дорогой, — осадила она мужа.Тот зло посмотрел на неё. А вот Райан выпучил глаза и сказал:— Милая, ты живёшь в моем доме, и я здесь хозяин, это во-первых. А, во-вторых, ты обязана слушаться своего мужа, потому что он мужчина, а не устраивать тут сцены.Уильям победоносно посмотрел на жену, заручившись поддержкой отца.— Уважаемый мистер Керрингтон, да, жена должна слушать мужа и служить мужчине, но если Вы считаете, что человек, который оскорбляет женщину и поднимает на неё руку, мужчина, то мне не о чем с Вами разговаривать. Ах, да, я вообще не вижу в этом доме мужчин. То, как Вы относитесь к своей жене, совершенно не делает из Вас мужчину. Поэтому слушать тут некого.— Замолчи, — тут же прикрикнул Уильям, — не смей оскорблять моего отца.— А когда он оскорбляет твою мать, которая дала тебе жизнь и вырастила тебя, ты его не затыкаешь. Напротив, сам же и добиваешь её. Конечно, она слабее, её некому защитить. А трусы, подобные вам, отыгрываются на слабых. Ладно, ты меня оскорбляешь, я могу постоять за себя, но в чем провинилась твоя мать?Пруденс уже не сдерживала себя, она высказывала все, что было у неё на уме. От этих слов Каролина тихонько заплакала. А Уильям и Райан сидели с искаженными от злости лицами, не воспринимая ни одного слова Прю.— Иди сюда, — барон быстро встал и схватил девушку за локоть, уводя её наверх. Она не сопротивлялась и последовала за ним.Зайдя в их спальню, он закрыл дверь на ключ, а жену толкнул на кровать. Затем подошёл ближе и навис над ней как коршун с разъяренным лицом:— Ты, маленькая стерва, я проучу тебя.Она даже не испугалась, более того, облокотившись на локти, устроилась поудобнее и сказала:— Ну, давай посмотрим на очередное шоу трусливого мужчинки.Барона очень сильно бесило такое поведение жены, он терялся, злился и не чувствовал той власти, потому что девушка совсем не боялась его. Но что-то надо было делать с этим, иначе она возьмёт всю власть в свои руки.— Я быстро научу тебя уважать своего мужа!— Ты уже больше недели учишь меня, и что?— Забыла ту брачную ночь? Сейчас повторим! — Керрингтон навалился на жену всем своим весом.— Разве забудешь твою посредственность? — девушка даже не сопротивлялась, ей просто стало смешно. — Ну, давай раздевайся. Не удовлетворишь, хоть посмеюсь.Барон совсем растерялся и молча встал. Он потерял дар речи, её поведение совершенно сбило его с толку. Он быстро вышел из комнаты, открыв замок, и слышал, как Прю смеялась во весь голос.

Тем временем в гостиной Райан начал оскорблять свою жену, та молча слушала, вжавшись в диван.Уильям спустился вниз. Отец посмотрел на него и спросил:— Что случилось, сынок? На тебе лица нет.— Ничего, — резко бросил сын и, одевшись, вышел на улицу.— Что эта коза сделала с ним?— Коза поставила его на место, — ответила Прю, которая тоже спустилась в гостиную. — А Вы, как я погляжу, ничего не поняли и продолжаете унижать свою жену.— Не лезь не в свое дело, иначе уберешься из этого дома! — злился Райан.— Да с удовольствием, ещё и на развод подам, — с облегчением сказала девушка.— Твой отец не позволит этому случиться.— Это ещё почему?— Спроси сама у него.— Мой отец мне не указ, понятно? — взбесилась Пруденс. — А Вы тем более!Райан рассмеялся.— Не указ, как же. Папочка выдал свою дочурку за какого-то барона, думаешь, это просто так? Подумай, девочка, барон и дочь графа. Неужели ты думаешь, что он просто так выдал тебя за моего сына? Разгадали мы его планы.— Какие ещё планы? Вы о чем? — Прю недоуменно уставилась на Райана.— Твой папаша просто хочет иметь шпиона у тори в виде моего сына. Только тот не дурак, чтобы идти у него на поводу. А ты просто разменная монета в их игре. Так что нечего строить тут из себя невесть что. Ты никто здесь и, видимо, для своего папочки тоже, раз он ставит свои дела выше собственной дочери.Пруденс не поверила своим ушам, слезы брызнули из глаз, и она тут же побежала наверх, Каролина последовала за ней. А Райан, оставшись довольным, что поставил сноху на место, принялся читать газету.

— Как он мог так поступить со мной? — всхлипывала девушка в объятиях свекрови.— Не плачь, я думаю, что это простое недоразумение. Поговори со своим отцом.— Да, может, Вы и правы. Я прямо сейчас поеду к нему. — Девушка решительно встала, привела себя в порядок и приказала запрячь лошадей.

В доме графа ничего не менялось. Пруденс вошла в гостиную, где сидела её мать.— Здравствуй, мама! Где отец? — практически с порога спросила Прю.— Боже! — испугалась женщина. — Дитя моё, это ты? Как же я скучала. — Скарлетт встала и обняла дочь. — Ты просто так приехала? Как ты живёшь?— Где отец? — как будто не слыша мать, повторила она свой вопрос.— На работе ещё, дорогая. А что случилось? — разволновалась женщина.— Это правда, что он использовал меня, выдав за Уильяма, в своих целях? — тут же спросила девушка.— О чем ты говоришь?— Райан Керрингтон рассказал мне все. И не делай вид, что ты не понимаешь, о чем я говорю.Скарлетт медленно села на диван и опустила голову.— Значит, правда, — разочарованно протянула Прю.— Милая, послушай. Мы изначально не хотели выдавать тебя за него, нам просто нужно было получить его доверие. Но он оказался умнее, чем мы думали и тянул время. У нас не было выхода, — оправдывалась мать.— Мама, ты слышишь себя? Вы поставили его политику выше родной дочери. Я вам никогда этого не прощу! — глаза Пруденс снова наполнились слезами.Она развернулась и выбежала из дома.— Дочка, прости. Вернись! — кричала Скарлетт. Но Прю уже не слышала её.Она бежала по саду и наткнулась на отца.— Дорогая, куда ты так спешишь?Девушка остановилась и посмотрела на него глазами, полными слез и разочарования.— Я не ожидала такого предательства от тебя, отец. Никогда не прощу вам этого! Забудьте, что я ваша дочь!Натан растерялся и стоял неподвижно. Девушка пробежала мимо него.

— Дорогая, что произошло? — сразу с порога спросил Натан.— Она все знает. Керрингтон рассказал ей: почему мы выдали её за Уильяма.— О, Боже! — граф почувствовал себя плохо, схватившись за сердце.— Натан, что с тобой? Тебе плохо? — Скарлетт сразу подбежала к мужу и помогла сесть ему. — Я доктора вызову, потерпи.— Она просила забыть, что она наша дочь, — еле слышно произнёс он.— Что мы наделали?! — сокрушалась графиня.

Пруденс, зайдя в дом Керрингтонов, сразу направилась в свою комнату собирать вещи. После она зашла к Каролине.— Милая, ты уверена, что хочешь уйти? — женщина очень переживала за девушку.— Уверена.— И куда же ты пойдёшь?— Я уплыву на Ямайку к брату. Хотите со мной?— Что ты, дорогая. Куда мне. Я не в том возрасте, чтобы путешествовать.— Не говорите так. Я очень хочу, чтобы Вы поехали со мной, в этом доме Вам житья не будет. Тем более одной молодой девушке неприлично путешествовать без мужа, — ласково улыбнулась Пруденс.— Нет, милая, я не смогу. Тем более я никогда не плавала на корабле, я боюсь воды, — грустно ответила Каролина.— Я очень Вас прошу: берегите себя, если совсем невмоготу будет, напишите мне, я придумаю что-нибудь.— Да я даже адреса не знаю, — улыбнулась женщина. Её трогала забота этой девушки.— Когда я устроюсь, сразу напишу. Только, пожалуйста, никому не говорите, куда я уехала, даже моим родителям, — умоляла она.— Хорошо, я буду молчать.— Спасибо Вам за все, Каролина. — Пруденс обняла женщину.— Береги себя, деточка, я буду молиться за тебя.— И Вы берегите себя. До свидания.Девушка вышла из комнаты и спустилась в гостиную. Там никого не было, и она быстро покинула этот злополучный дом.Приказав кучеру запрячь лошадей, она отправилась к себе домой, чтобы поговорить с Дэном и заодно не вызвать подозрений, что она вообще собирается покинуть Англию.Добравшись до дома, она отпустила кучера и, спрятавшись за деревом, стала ждать, когда брат выйдет из дома. Долго ждать не пришлось. Как только Дэн появился в дверях, девушка тут же бросила в него мелкий камушек. Он посмотрел туда, откуда прилетел камень, и сразу бросился к сестре.— Что происходит, Прю? — обеспокоенно спросил он.— Ты знал, почему родители выдали меня за барона?— Нет, конечно. Я только сейчас узнал и хотел уже ехать к тебе. Что ты тут делаешь? — Дэн увидел чемодан. — Ты все-таки решила вернуться домой?— Нет, Дэн, я пришла попрощаться с тобой.— Как это?— Я уплываю на Ямайку. Только никому не говори, — просила девушка.— Ты в своём уме? Как ты одна поплывешь так далеко? А если с тобой что-нибудь случится?— Все нормально будет, не волнуйся.— Нет, Прю, я не могу отпустить тебя. Тем более сейчас, когда отцу плохо.Пруденс испугалась:— Что с ним?— Сердце, — коротко ответил Дэниэл.— Я надеюсь, что он поправится, но я не могу их больше видеть, — с сожалением ответила девушка.— Прю, даже не думай. Если ты не хочешь жить у Керрингтонов, живи дома.— Нет, Дэн, я все решила, не настаивай даже. Правда у меня есть просьба к тебе, — она замолчала.— Какая?— Ты можешь дать мне денег на дорогу и на дом, который я там куплю?— Как я объясню отцу, куда я трачу такую сумму?— Ну, придумай что-нибудь, пожалуйста, Дэн, мне очень нужно, — умоляла сестра.— А если тебя ограбят?— Значит, так тому и быть.— Прю, я переживаю за тебя. Как ты будешь там жить? Ну, на первое время денег тебе хватит. А что потом? — брат явно беспокоился за сестру и искал аргументы, чтобы она передумала.— Я придумаю что-нибудь, не волнуйся, — улыбнулась девушка, не теряя оптимизма.— Упрямая! Хорошо, я дам тебе денег. Но если что-то пойдёт не так, сразу возвращайся. И напиши, когда доберешься.— Обязательно.Дэниэл вернулся домой, а через некоторое время вынес сестре деньги в мешочке.— Спрячь в одежду, чтобы не светить перед всеми.— Спасибо, братик. Я люблю тебя. Только никому, понял?— Да понял я, — вздохнул он.Они обнялись и попрощались.Пруденс поймала на улице повозку и отправилась в порт Саутгемптона.