26. Обстоятельство двадцать второе - предложение

Ты слышишь только свои шаги. Такие тихие, но в то же время громкие. Ты старалась ступать неслышно, чтобы присутствующие где-то недалеко не услышали тебя. В тишине коридоров, таких пустых и одиноких, твои шаги разносились с таким шумом, словно они издавались из громких колонок. Рука невольно скользила по стене, иногда переходя на перила лестницы.

В душе царила какая-то пустота. То ли от одолевшего тебя голода посреди ночи, то ли от страха. Со стороны повеяло свежим морозным воздухом, от чего ты обхватила себя руками. В какой-то момент показалось, что кто-то за тобой наблюдает.

Эти предрассудки овладели Николь из-за кошмаров, прерывающих её сон каждую ночь, по несколько раз. В привычку вошло ходить по особняку в поисках кого-то или чего-то, но никогда она не находила людей. Она приходила к кухне, делала себе кофе. В темноте пила его и уходила в свою спальню, смотреть в потолок или на пустынные улицы. Каждую ночь она вливала в себя кофеин, чтобы не спать. Кровь уже стала его требовать, а организм хотел не воды, а кофе. Появилась зависимость от каких-то пары дней.

- Не думал, что ты так поздно будешь здесь, - голос заставил её содрогнуться.

Девушка повернулась на звук голоса, хотя уже давно узнала его. Зейн стоял на пару ступеней выше от неё. Девушка спустилась ниже и завернула в кухню. Она знала, что он пойдет за ней, так оно и оказалось.

- Знаешь, когда я узнал, что с тобой произошло...

Марк замолчал. Николь стояла к нему спиной и даже не хотела поворачиваться. В голову пришли воспоминания о той ночи. Они захватили весь её мозг и не хотели отпускать. Раны на спине непривычно заныли, напоминая о том дне ещё сильнее.

Её вывели из оцепенения сильные руки парня. Он обхватил её со спины, руками обхватив её талию. Зейн стал поднимать её кофту. Из одного оцепенения она перешла в другое. Такой поступок парня был неожиданнее, чем поступок Саунда. Николь резко повернулась лицом к парню, отталкивая его.

- Ты что делаешь? - тихо спросила она.

Голос Николь дрожал, как и всё тело. Она не спускала глаз с парня. Марк лишь непонимающе наклонил голову. Лицо всё так же не выражало эмоций. Глаза словно стеклянные, а вся его фигура сделана из воска.

Его движения были как всегда резкими, а шоковое состояние Николь не могло ей помочь. Впервые за все года их знакомства она почувствовала, почему его боятся. Она почувствовала на себе его силу. Он сжал её руки на запястьях, пригвоздив их к верхним ящикам. Свободной рукой Зейн усадил девушку на тумбы. Она всё так же смотрела на него с непониманием.

- М-марк? - в голосе начинали дрожать слезы.

Николь перестала понимать, что-либо. Её сковывал страх, ей уже казалось, что она в бреду или мертва. Всё это лишь её персональный ад, но чувства были слишком острыми, чтобы это оказался лишь её бред. В какой-то момент она начала мечтать, чтобы это оказался лишь её сон в конвульсиях комы.

- Больше всего меня бесит, что не я был первым, - прошептал он, стягивая с неё кофту, оголяя тело. - Это всё, о чём я жалею.

Врайс не могла ответить ему чем-то. Всё что вырывалось у неё изо рта это её судорожный вдох и выдох. Сердце билось сильнее, качая кровь, чтобы мозг справился со стрессом. Она смотрела только на его похотливую усмешку и эти ледяные глаза.

- Ты что творишь? - этот металл в голосе был знаком Николь, хоть она и слышала его очень редко.

Она испуганно повернулась на голос. Никогда бы не могла подумать, что Эрику она будет так рада. Парень изогнул вопросительно бровь. Короткий взгляд на Николь, а потом перевёл взгляд на Маркуса.

Его руки непроизвольно сжимались в кулаки, но парень не спешил нападать. Линтон сам, не по слухам, знал о силе Марка. Он так же боялся его и не знал, что делать. Мозг разделился на две части: одна шептала ему вступать в драку, а другая шептала сделать вид, будто этого не было. Что делать?

- Хочешь? - с усмешкой спросил Марк.

Этот вопрос поверг всех в шок. Николь тихо заскулила, отчаянно качая головой. Девушка с мольбой смотрела на Эрика. Она старалась не издавать этот вой, но тело дрожало, а вой успокаивал нервы. Она хотела кричать, но не выходило.

- Я уже не буду первым, так почему бы и нет? - он пожал плечами и откинул снятую кофту в сторону. - Тебе же не в первый раз работать на двоих?

У каждого человека есть та грань, при которой он перестает терпеть. Если перейти эту грань, человек начинает молчать, когда над ним издеваются, он не обращает внимания при избиения. Внутренне такой человек уже мертв, он устал выживать и единственное чего ему хочется - смерть. В таких ситуациях он молча дает делать то, чего хотят окружающие. Его тело становится ресурсом, а существование - потребностью других.

Когда Николь увидела, как Эрик расслабил руки и начал подходить, внутренне она умерла. Зрачки словно расширились, а она уже ничего не видела. Ей стало всё равно на происходящее. Девушка откинула голову назад, устремив невидящий взгляд к верхней тумбе.

Расплывчато она видела свои руки прижатые руками Маркуса Зейна. Человека, который как она думала, никогда её не предаст. Последнее, что она почувствовала были холодные руки Эрика Линтона, снимающие с неё шорты.

____________________________________________________________

Крик разорвал её горло. Николь окружала пустота, которая так сильно манила её воображение. По щекам стекали слёзы. Она тряслась. Родной человек предал её и она шаталась в собственной кровати.

- Это сон, успокойся, - шептала она. - Сон, сон, сон.

Врайс шаталась из стороны в сторону. Руками она обхватила себя за плечи. Монотонно повторяла, что это был лишь сон. Она старалась убедить себя в этом. Так и было. Всё это был лишь её сон. Она слишком многое пережила и теперь такие сны терзали её душу. Ссора с Маркусом повлияла на неё ещё болезненнее.

Дверь распахнулась. В глаза ударил свет. Она увидела силуэт, но уже из-за него отшатнулась и сползла с кровати. Он был мужской и этого Николь хватило. Девушка не контролировала свои движения. Она забилась в угол, обхватила свою голову и старалась успокоиться. Забиться так, чтобы её не трогали.

- Николь? - обеспокоенно спросил Марк.

Парень присел рядом, но сам уже испугался прикасаться к ней. Он слышал её шепот, повторяющий "сон". Она не прерывалась в этом. Только раскачивалась и шептала. Ему стало страшно и не по себе от её поведения.

- Там был ты, - дрожащим голосом, сказала она. По лицу потекли горячие слезы. - Ты сказал, что единственное о чем жалеешь, это то, что не ты был первым, - сложно было сказать, знает ли она о его присутствии или нет. - Ты начал меня раздевать, - он не мог что-либо сказать. Его так же, как и её сковывал страх, он боялся услышать продолжение. - Пришел Эрик, ты и ему предложил. Сказал, что я уже работала на двоих.

Теперь она повторяла это. Марк уже начал сомневаться, точно ли ей не нужен врач? Справится ли она с этим? Рука Зейна непроизвольно схватила её за локоть и потянула на себя. Она вздрогнула, рыдания стали ещё громче, но Николь не оттолкнула Маркуса. Девушка сильнее обхватила его торс, уткнувшись в грудь.

- Я бы такое не сказала, малыш, - тихо шептал он, так же покачиваясь. Марк осознал, что это успокаивает её. - Ты ведь это понимаешь, да?

В его голосе звенела надежда. Брюнет старался унять дрожь её собственного тела, обхватывая её и прижимая к себе, но всё было тщетно. Она сама успокаивала себя, повторяя, что это был сон.

- Тише, - раскачиваясь, шептал он.

Что ему делать? Как в такой ситуации себя вести? Этого не показывали по телевизору, как с помощью утопающими. Этому нельзя было научится на ком-то другом как было с ухаживаниями. Этого нет в учебнике по физике! Зейн сам растерялся и не знал, что ему делать. Всё, что он делал, казалось ему какой-то глупостью и совершенно несущественным. Но Николь переставала дрожать и шептать. Она лишь вздрагивала от собственных слез.

Николь не успокаивали слова Марка, которых она по началу даже не слышала. Её успокаивали его раскачивания, рука, которой он гладил её по голове, тихий шепот, который услышала лишь после полного спокойствия. Её успокаивал он, доказывая, что всё, что произошло недавно - сон.

- Мне так страшно, - призналась она.

Марк стал слишком часто слышать эти слова от той, что так ловко парировала в словесной перепалке, что усмехалась при виде противника и от той, которая вечно смотрела в глаза опасности и показывала лишь свою полную безразличность. Он мечтал быть для неё защитником, но не тогда, когда она сломлена, когда боится собственной тени.

- Пошли, я уложу тебя спать, - сказал он.

- Не хочу, там опять, - она снова зарыдала.

- Остаться с тобой? - глупо спросил он, ведь недавно она боялась именно его.

Несмотря на его предрассудки Николь тихо кивнула. Девушка сама доползла до кровати. Зейн наблюдал за ней и уже искал стул для себя. Николь подвинулась на край кровати и, глядя на него, похлопала по другой половине, приглашая его. Парень грустно усмехнулся, закрыл дверь её спальни и лег рядом.

Она ещё долго вздрагивала. Пока парень не притянул её к себе так, что она чувствовала каждый изгиб его тела. Марк был в одних спортивных штанах, что позволяло чувствовать ей его тепло. Это и правда успокаивало её. Она заснула, а он нет. Он смотрел на её спокойное лицо и отгонял от неё кошмары, будучи её ангелом-хранителем.

____________________________________________________________

Многие привыкли к своей повседневности. Порой, она их тошнит до такой степени, что людьми овладевает апатия, они стремятся найти выход из положения, но всё бестолку. Людям всегда нужны острые ощущения, ведь их собственные привычки добивают их. Ты пытаешься избавиться от привычки, разбивая свой установленный ритм жизни. Ты находишь новые увлечения, в то время как некоторые ищут спокойствия.

Есть люди, которые ищут спокойствие, умеренную жизнь, в которой не будет ничего экстремального. Ждать каждый день какого-то сюрприза им надоедает и они уже рады банальной бытовой жизни. Рады ссорам в супермаркетах, разбитой посуде из-за недопонимания. Они рады той бытовой обстановке, что каждый день проживаешь ты.

Её тонкие пальцы водили круги вокруг кружки горячего кофе. В мыслях она уже давно была где-то далеко от Англии и мечтала об уединении. Ей надоело выживать ещё давно, но теперь это выживание надоело её до такой степени, что она снова устремляла взгляд в нож или травматику.

- С тобой точно всё в порядке? - обеспокоенно спросил её брат.

Николь вздрогнула и повернула голову к парню. На неё обеспокоенно смотрели все, но только Маркус старался смотреть на свою кружку чая. Ранее утро порадовало их полной свободой от дел. Тишина комнат наводила на них тоску и нагнетала обстановку. Но только Николь была рада этой спасительной тишине, пока её не нарушили.

- Наверное думает, где же ты был сегодня ночью, - как бы невзначай сказал Марк.

Каждый в комнате не понимал напряжения между Николь и Маркусом. Они смотрели друг на друга то ли с раздражением, то ли с опаской. Никто не знал, но они понимали, что между ними этой ночью что-то произошло.

Николь промолчала на выпад Маркуса и, сжав ладонь Алекса, намекнула ему, чтобы и тот молчал. Её движения в сторону шатена вызывали раздражение в его душе, вызывая волну ревности. Он не был собственником, но он любил Николь. Ничего не мог поделать с её выбором, но и с ревностью тоже.

Врайс поманила к себе пальцем Алекса, намереваясь у него что-то спросить. В комнате старались молчать, им нужно было просто выжить в этом омуте дерьма. Стоило Николь это сделать, как Марк с шумом отодвинул стул.

- Я вспомнил, у меня дела, - щёлкнув пальцами, придумал он.

Воровка молча наблюдала за тем, как Зейн скрывался за поворотом. Она ждала, когда хлопнет дверь зала. Резкий разворот на стуле. Девушка подбежала к выходу из комнаты. Ей нужно было убедиться, что Марк ушел, и она это сделала.

- Вы ведь все в курсе, что Алекс мой брат, так? - оперевшись руками о стол, спросила она.

В какой-то момент ей показалось, что Алекс боялся сказать остальным про их родство. Она подумала, что парень решил умолчать из-за своей ориентации. Николь нахмурилась, коротко посмотрев на брата.

- Он в больнице говорил, - согласилась Ребекка.

Николь перевела взгляд на Алекса. Теперь она совершенно ничего не понимала. Сначала она подумала, что Алекс сказал это только некоторым, но теперь она поняла, что слышали все. Со стула поднялся Даниэль. Молчание до этих пор давалось ему слишком тяжело и теперь он желал взять реванш.

Блондин так же обошел стол, как это недавно сделала Николь. Парень плавно наклонился к уху девушки. Его руки оперлись на стол, тем самым прижав Николь к собственному торсу.

- Сама подумай, - начал он, еле слышным шепотом. - Он был так подавлен из-за тебя, что ему некогда было слушать какого-то незнакомца. Эта фраза, скорее всего, прошла мимо его ушей.

Даже дыхание Даниэля обжигало её кожу на шее. Прескотт знал куда нужно бить и бил по слабым местам девушки. Он заставлял её сердце биться сильнее, а она - своим молчанием и бегающими глазами - его.

Николь развернулась, оказавшись с Даниэлем лицом к лицу. Парень уже давно дал понять Николь, что не будет мешать ей строить отношения с Марком, ещё на ринге он сказал это. Правда, для девушки это было непонятно. Но самое главное, что сделал Даниэль, это не сказал, что он будет молчать. У него своя собственная игра в этой партии, свои карты.

Девушка толкнула Даниэля и выбежала с кухни. Ребекка зло смотрела на Даниэля, осуждая его поступок. Никто не слышал, что сказал парень и не могли утверждать из-за чего она выбежала.

- Если ты... - начал было Алекс.

- Рискни, - перебивая парня, фыркнул Даниэль.

Жизнь - как сборка пазлов. При рождении тебе дают картинку, которую ты должен собрать. Каждый день ты ищешь по одному элементу пазла, стараясь собрать одно целое. Кажется, уже всё, все части есть, осталось соединить, но деталей так много, бывают лишние детали, бывают потерянные. И у каждого в его жизни эта картинка состоит из разного количества пазл. У Николь она состояла, наверное, из десятка тысяч компонентов, а может это была не одна картинка.

Она выбежала из особняка и помчалась туда, где кажется видела черную лохматую макушку парня. Холодный ветер задувал под шорты и кофту. Она тряслась, но это был последний шанс забрать важный элемент головоломки. Дыхание уже было сбито, а быстрый бег хоть на чуток, но дал согреться её телу.

- Легкие не жалко? - заметив в руках парня сигарету, спросила она. - Ты же мне обещал.

Марк зло повернулся на голос. В его зрачках отражалась её хрупкая фигурка, покрываемая волнами дрожи. Ревность и злость словно охладели. Парень выкинул сигарету в урну. Поспешно стянул с себя куртку и накинул ей на плечи. Прохожие оглядывались на них, но скорее на Николь. На ногах у неё были пушистые панды, отобранные у Ребекки, шорты и футболка, явно не по сезону.

- Ты дура? - удивленно спросил Марк.

- Я хочу тебе кое-что рассказать про Алекса, - всё ещё сбито начала она, но он не дал ей договорить.

Ревность снова вспыхнула в его сердце. Марк пытался успокоить эти волны ревности, но он уже давно знал, что будет говорить. Он учил, он репетировал. Ради неё.

- Я не буду мешать вам и желаю тебе счастья, поэтому я ухожу, - сказал он, словно репетировал эту фразу всё свободное время, так и было.

Зейн не дал ей возможности договорить. Его шаги были слишком широкими, чтобы догнать его. В теле она чувствовала слабость. Сумасбродство - её главный враг и союзник. Всё самое гениальное и глупое она делала из-за этой черты её характера.

Девушка развернулась и сжала челюсть. Пожалуй ей и правда надоело это. Визг колес и сигналы машин. Она не останавливалась, даже когда машины проносились за её спиной. Большие города - место, где на тебя всем всё равно, где думают только о работе и семье, не о девушке, идущей по дороге.

Толчок в спину, снова визг колес. Его испуганный взгляд блуждал по её лицу, ища в нём ответы. Глаза метали молнии, а сердце билось с бешеной скоростью.

- Ты дура? - дрожащим голосом спросил он.

- Ты не хотел говорить, я решила привлечь твоё внимание, - спокойно ответила она.

Николь удивлялась спокойствию, царящему у неё внутри. Страха не было, её ничего не сковывало, только холод. Что-то глушило её эмоции, не давая чувствовать. Она даже не понимала до конца, что только что произошло и могло произойти.

- Алекс мой брат, он говорил про это в больнице, - вставая и отряхивая с себя пыль, сказала она.

Маркус смотрел на Николь почти непонимающим взглядом. Он старался вспомнить, что говорил Алекс, когда появился перед ними в больнице. Да, он не мог вспомнить, были только предположения. Марк провел рукой по волосам. Он схватил руку Николь, и они пошли обратно в особняк.

В его голове была каша из его собственного мозга. Глаза бегали по улице, но он ничего не искал. Судорожные мысли и больше ничего. Что делать? Он так много наговорил и думал... Он остановился и повернулся к ней.

- Какой же я идиот, - прошептал он, глядя ей в глаза.

- Ничего нового я пока что не услышала, - покачала головой девушка.

Николь остановилась возле порога. Она дрожала всем телом, но для неё это было сравнимо с какой-то мелочью. Брови слегка нахмурены, но она старалась держать себя невозмутимо. Постепенно к ней возвращались эмоции и она уже почувствовала, как дрожь разливается далеко не из-за холода.

- Проживи со мной жизнь, - выпалил Марк. - Не как друг.

Он наклонил голову и усмехнулся. Губы слегка поджаты, но он старался улыбаться. Парень сделал шаг к ней. Рукой он пытался пригладить свои волосы и напустить на себя серьезности. Свободной рукой он взял её ладони в свои и с силой сжал их.

В какой-то момент девушка хотела отступить от него, не понимая смысла его слов. Её глаза непроизвольно расширились и она старалась понять происходящее. Рот девушки открылся и она хотела уже, что-то спросить или возразить, но парень ей не дал.

- Дай собраться с духом, - выдохнул он.

Осознание того, что Алекс всего лишь брат Николь подтолкнуло парня на поступок, о котором он давно думал. Нет, он не просто думал, он грезил этим и мечтал сделать именно с Николь.

- Я боялся тебя потерять, Николь, - смотря куда-то в пол, начал он. - Ревновал и мечтал задушить Алекса. Я прослушал то, что он представлялся, признаю, извини.

- Ма...

- Тихо, - перебил он её. - Мне сложно это говорить, просто послушай.

Он снова замолчал. Зейн немного раскачивался, перенося вес с пяток на носки и обратно. Для него это было обычное волнение, но Николь в этот момент боялась. Она не знала, что ожидать от парня. Её предположения были слишком радужными. Девушка уже выучила, что в её жизни счастья слишком мало.

- Я поступал, как полный мудак и не понимаю, почему ты так меня не назвала, - он нахмурился, но улыбался и теперь смотрел ей в глаза. - Была куча поводов для этого. Я боялся потерять тебя и признаю, в этом есть мой личный эгоизм, - он пожал плечами и отвернулся. - Я хочу прожить с тобой жизнь, не как друг или твой помощник.

Он поднял на её свои глаза. Всё это время Врайс стояла и не могла пошевелиться, все эмоции ушли на второй план и теперь она только слушала парня. Даже холод отпустил её и теперь она ничего не чувствовала, лишь слышала слова Маркуса.

- Может иногда ты думала, что хуже меня в плане денег или статуса, - он усмехнулся и было непонятно к чему он ведет. Николь снова начинала волноваться. - Я такой же и это подтверждает то, что я делаю тебе предложение в футболке, джинсах и без кольца. Ты не дашь мне ответ и я это знаю, просто...

Она не дала ему договорить. Николь набросилась на него. Её руки обвили его шею. Эти движения были такими желанными для неё. Она хотела обвить его шею, вцепится в него мертвой хваткой и не давать ему дышать из-за собственных поцелуев, возможно, не дышать и самой из-за его присутствия.