20. Обстоятельство семнадцатое - человек Саунда

В самый трудный для нас момент рядом может не оказаться никого. Ты можешь остаться совершенно один и даже не знать, что делать. Душу будут рвать сомнения, грусть перейдёт в болезнь. В ту болезнь, что не лечится - в хроническую - которая будет поедать тебя до конца времен.

- Послушай, Николь, - ласково позвал Алекс, - даже если это и так, я взрослый мальчик и сам решу, окей? Я остаюсь с тобой, тем более, - он посмотрел ей в глаза. - Я заместитель Последователя. Твоя правая рука, не отделаешься от меня.

- Что?

- Боже, мы и правда будем говорить в переходе? Ну ты серьёзно? Понимаю, сопливый момент воссоединения семьи, нужно выждать его, но теперь давай как люди? В кафе или другой дешёвой забегаловке.

- Псих, - фыркнула она, вытирая слезы.

- Ты ещё не знаешь какой, - кивнул он.

У тебя есть корни? То, благодаря чему ты смог бы держаться в этом мире? Не думая о самоубийстве или о чем-то плохом? У тебя есть то, благодаря чему ты бы смог устоять под розой ветров? Наверное, подобное ищут все, но не все находят. Хотя, многие даже не понимают, что корнями могут стать не только люди, но и наши собственные желания. Корнями может стать даже банальная месть, главное - знать, что делать после.

Корнями, которые крепко вцепились в почву стали брат и сестра друг для друга. Они были знакомы от силы пару часов, но это совершенно не мешало им доверять безоговорочно. Они верили друг другу и не скрывали чего-то о себе.

Алекс внимательно слушал Николь и когда доходила его очередь говорить, он молчал. Николь заметила его странное поведение. Парень явно что-то замалчивал и старался не взболтнуть лишнего.

- Извини, - он встал и вышел в туалет, чтобы ответить на телефонный звонок.

Николь подперла голову рукой и провела его взглядом. Чай в кружке немного остыл и она сделала первый глоток. Её рука скользнула в карман куртки и достала оттуда письмо. Глаза бегали по строчкам, перечитывая всё ещё раз. Потом она взяла в руки паспорт Алекса и сверилась с ним. Все сходилось как идеальный пазл, но скрытность парня начала пугать Николь.

Она чувствовала, что ему можно было доверять. Она чувствовала в нем тот шарм, что был возле Дезмонда. Да и сам парень был похож, но не на своего отца. Он был похож на Саунда, когда тот ещё был мальчишкой. Как это иронично.

Алекс вернулся, Ника протянула ему письмо Дезмонда. Парень неуверенно взял лист бумаги. Каштановые волосы заслонили его глаза. Николь заметила остатки сероватой краски на концах. Выглядело странно. Сам по себе парень был среднего телосложения: вроде не накачан, но и хлюпиком его не назовёшь. Зелёные глаза, как у Николь и Дезмонда.

Парень положил письмо на стол, пододвигая его к Николь. Взгляд Алекса смотрел в пустоту, сквозь всё на свете. По щеке побежала слеза, которую он наспех вытер. Повернулся к окну и долго смотрел в него, чтобы совладать с эмоциями.

- Мне всегда было завидно, - чуть позже сказал он. - Папа всегда относился к тебе с большим теплом и любовью. Даже что-то написал. А я только и делал, что бегал по поручениям. Иногда спасал тебя, а иногда его.

- Прости, - выдавила Николь.

Девушка ничего кроме не могла сказать. Она и правда чувствовала себя виноватой перед Алексом. Сама воровка не чувствовала заботы отца или его любви, но понимала это. Алекс же был намного ближе к нему, но ничего не получил. У Врайс было такое чувство, словно это она отобрала всё у Алекса.

- Ты не виновата, - усмехнулся он. - Просто, мне грустно. Он умер, а я так и не успел ему ничего сказать. Даже не знаю, где он похоронен и будут ли похороны вообще...

____________________________________________________________

Холодные капли воды заставляли её тело покрываться гусиной кожей, изредка вздрагивая. Рука застыла на стене, а её глаза наблюдали, как одинокая капля крови смывалась холодной водой. Николь накрыла полотенцем свой телефон, чтобы не слышать вызовов и сообщений. Она прочитала пару и ей этого хватило. Могла ли она представить, что новым сообщением будет от Анджелики Блюс?

"Как жаль, что Дезмонда убили. Но ещё более жаль тебя, кто же теперь будет класть тебя на животик и успокаивать свои нервы тобой? Тяжело, наверное?" - это было первое сообщение от Анджелики и уже оно разозлило Николь.

"Ты кому-то отказала в усладе? Плохо работала ртом? Его из-за тебя ведь убили..." - вторая капля.

После этого сообщения Николь крикнула что-то брату и выбежала из зала в душ. Она не могла показать ему свои слёзы снова. Она не могла показать, как избивает стены, с какой неимоверной усладой. Всё это ещё останется при ней.

"Жалкая-жалкая шлюшка. Я нашла твою историю про шлюшенку и её отца. Довольно мило".

Когда Николь успокоилась, она вышла с душа. Холодные капли всё так же вызывали дрожь, но они сковывали лаву в душе холодной клеткой. Врайс бросила свой телефон недалеко от брата. Сама она упала на диван и закрыла глаза. Рука всё ещё болела и ныла после удара.

Телефон снова дал о себе знать. За последнее время, что Алекс был с Николь, он выучил её звонок. Ему надоело это слышать и он выхватил мобильник девушки. Парень просматривал сообщения на её телефоне, не затрагивая тех, что сама Николь не открыла. За время пропажи девушки, её искали все. Ребекка писала гневные сообщения про то, что "Николь идиотка и эгоистка", но сама воровка об этом не знала. Даниэль писал о своём идиотизме и сожалении. Марк просто просил вернуться. Больше всего Алекса удивляли сообщения самозванки-Анджелики и организатора боев.

Парень бы поговорил с ней про бои без правил. Он понимал, почему она идёт на них, но он не смог бы остановить её. Уж точно не такой, как он. Пришло новое сообщение от лже-Блюс:

"Открой дверь, шлюшка".

Алекс был и правда парнем довольно странным, как и сказала Николь. Он спокойно открыл дверь визитёру. Женщина ему не понравилась. Он не знал истории знакомства Николь и Анджи, но уже чувствовал какую-то неприязнь к ней.

- Я помешала? Можете закончить свои дела, не буду мешать, - усмехнулась она.

- Не будет же она забирать у тебя клиентов, - отпарировал Алекс.

Не успела Анджелика отреагировать на выпад Алекса, как тот уже захлопнул перед ней дверь. Зря блондинка сделала шаг вперед, ведь теперь она получила этой дверью себе по носу. Николь удивленно наблюдала за этой картиной, не в силах поверить в происходящее.

- Сумасбродство нам досталось от отца, - пожал он плечами. - Но у меня ещё и безумие моей чокнутой мамаши.

Парень спокойно прошёл к Николь и сел на диван. Секунда и дверь открыла разъяренная мегера. Поворот головы: направо, налево. Цель найдена. Анджи сделала пару шагов в сторону родственников и остановилась.

- Придурок! У тебя все дома вообще?! - перешла на крик она.

- Не пищи, у меня и так день не зашёл, - скривился Алекс, - а у тебя ещё и голос отвратный.

- Что?!

Николь зажала смешок где-то внутри. Эти сходства брата и сестры, их характеры, поведение и взгляд. Анджелика скрестила руки на груди, признав в Алексе ещё одну проблему. Она заметила в нём брата Николь.

- Уходи отсюда, - спокойно попросила Николь.

Воровка подошла к гостье и внимательно посмотрела на струйку алой наспех вытертой крови. Это доставляло ей некое удовольствие где-то в глубине души.

- Нет, - отозвался Алекс, после долгого молчания. - Как ты узнала? Ходишь к тому же мозгоправу, что и я?

Глаза горели безумным огнём напоминающим болезненный жар лихорадки. Он молчал и только сейчас ответил на вопрос, про который все забыли. Даже у Ник пробежала маленькая волна мурашек. Алекс поднял на них свой взгляд как ни в чём не бывало. Парень усмехнулся:

- Дверь сзади, - невинно сказал он, разведя руками. - Если ты хочешь убежать, я могу подыграть, словно я маньяк. Может ролевые игры тебе нравятся больше и только так ты уйдешь?

Давить в себе смешки у Николь не было уже сил. Девушка рассмеялась во весь голос, наблюдая за злым лицом бывшей пассии Даниэля.

- Лучше бы за сестрой последил, - ехидно начала она. - Возле неё мужики крутятся, мало ли, чем они там занимаются. Я уже молчу про таинственную смерть Дезмонда и внезапное появление Саунда. Хотя, - Анджелика приложила палец к губам размышляя. Ноги понесли её в обход по дому, не отходя от родственников. - Может ты и не её брат. Мало ли, что там произошло, когда ей было шесть. Вдруг, ты её сын? Интересная теория, не правда ли?

Анджелика остановилась за спиной у Алекса и последнюю фразу она ласково прошептала ему на ушко. Улыбка растянула её губы. В комнате царила тишина. Николь давила в себе приступ злости, а Алекс в немом шоке смотрел на Николь.

Выстрел.

Как долго ты сможешь сражаться со своим гневом? Сдерживать его и дрожать от адреналина в крови? Как долго ты сможешь сжимать руки в кулаки, оставляя на своих ладонях отметины ногтей? Впиваться в кожу, разрывать связки до синяков и драться со стеной до крови на одежде?

Долго сдерживать себя не получается ни у кого. Даже если ты монах, учившийся этому целый век. Найдется то, что выведет тебя из равновесия. Взломает код безопасности и выпустит всех чертей клетки наружу. И его совершенно не интересует, что именно он получит в сто крат.

Анджелика упала на пол, задыхаясь от боли. Веки Николь дрожали от злости. Николь сдерживалась, чтобы не выпустить все патроны из магазина. Алекс резко встал и перегнулся через спинку дивана. Анджелика держалась за живот и задыхалась от боли. Парень не увидел крови или трупа.

- Это травмат, - безразлично сказала Николь, - тот самый.

Походка Николь стала более изящной. Впервые за столько времени она почувствовала в венах силу. Воровка присела на корты, сжимая пистолет в руке. Холодное дуло скользнуло по щеке Анджелики, спускаясь к шее.

- Думай дважды, Блюс, - фамилию женщины Николь выделила, как сделала это та в особняке Ребекки.

Николь победно встала, наблюдая за мучением Анджелики. Та лишь тихо встала, давя в себе боль. Она шаталась, тело тянуло к полу, но Блюс продолжала идти к выходу. Зачем она приходила - оставалось загадкой. Может и правда чтобы поиздеваться над Николь. Может, она думала, что в своём разбитом состоянии Врайс будет легко сломить. Как бы не так.

Сейчас Николь жила с местью, разлитой по всему телу. Словно бензин разлили рядом с огнём. Ты стоишь и ждешь когда же он дойдет до огня и произойдет взрыв. Она была пороховой бочкой, которую наполняли с каждым разом больше. Взрыв был неизбежен, но он мог забрать с собой и саму Николь как человека, который не успел убежать от бомбы.

- Кто она? - спросил Алекс.

- Я не знаю её настоящего имени. Но она выдавала себя за наследницу семьи Блюс и пыталась охмурить моего друга Даниэля Прескотта.

- Лже-Блюс, Прескотты, война с частью Врайс, перешла дорогу Ране. У тебя хоть что-то хорошее есть? - с издевательством в голосе спросил Алекс.

- Даже не знаю, - пожала она плечами. - Сама себя порой спрашиваю.

____________________________________________________________

Иногда мы привязываемся к тем, кого совершенно не знаем. Человек, который, казалось бы, нам не знаком. Да, мы видим его впервые, но его душа настолько родна нам, что мы видим в нем себя. Как-то мы знаем, что сказать ему в нужной ситуации и помогаем, ведь сами прожили то же самое, но в тот момент у нас не было поддержки со стороны. Мы стараемся дать ему то, чего не дали нам, а этот незнакомец поступает так же.

Ради совершенно незнакомого человека мы пойдём на многое. У людей даже есть такие случаи, когда они говорят фразу "названная сестра или брат". Да, это дико, но именно названную родню мы выбираем. Они те, кого мы нашли по жизни и больше не отпускаем.

Готов ли ты пойти ради такого человека на бои без правил? Туда, где тебя могут убить и никто не поможет? Туда где каждый твой шаг может стать последним? Но ты стоишь твердыми ногами на ринге и смотришь в глаза противнику. Этого достаточно, чтобы вопросы из головы ушли, а в кровь ударила уверенность, как новый мощный допинг.

В сердце Николь, как маленький колибри, трепыхалась надежда. Она искренне верила, что два боя станут для неё началом побед. Она не видела будущих противников, не знала кто они и какого пола. Девушка просто была уверена и все тут. Уверенность придавала ей сил и только с ней Николь Врайс вышла на ринг.

Её хрупкое тельце, миниатюрнон личико и худоба вызвали смех у зрителей. Некоторым хотелось уже встать и пойти на ринг вместо этой милой девчонки. Они не знали, какой потенциал в боях без правил имела Николь. Воровка слышала эти смешки, но не обращала внимания. Взгляд упал на одно единственное место, где сидел он. Тот, кто не мог не прийти и это было понятно. Губы девушки слегка растянулись в улыбке, пытаясь как-то успокоить новоиспеченного братца. Алекс старался ей ответить тем же, но его улыбка вышла напряженной, ближе к зловещей.

Николь отмахнулась от лишних мыслей. Она посмотрела в глаза своей противнице. Мужеподобная баба оскалила будто зверь. Их не свели в центр ринга, просто прозвучал удар, означающий начало боя. В этот миг внутри Николь что-то щелкнуло, что-то отключилось, а что-то включилось. Взгляд стал более безразличным.

Она не вздрогнула, когда противник накинулся на неё с криками. Николь стояла, смотря на бойца. В последний момент она наклонилась, выставляя ногу в бок. Начался бой, в котором Врайс не могла проиграть.

Единственное, что смогла сделать Николь за весь бой - подставить ту самую подножку, но это не сыграло особой роли. Сноровка немного пропала из жизни рыжеволосой. Ей было сложно вспомнить какие-то приемы из боя. Как же она выигрывала раньше бои на ринге?

Воровка блокировала удары руками, заходя с каждым ударом всё ближе к сетке. До края оставалось совсем немного. Девушка уже не чувствовала рук и не могла пошевелить ими. Николь чувствовала боль в районе талии из-за частых ударов. Она, конечно же, пыталась ударить противника, но та лишь перехватывала удары и наносила свои.

Она делала выпад на левую ногу, когда била. Вдыхала воздух носом, когда блефовала и задерживала дыхание когда била руками. Пресс напрягался в районе пупка, когда та делала удар левой ногой, а талия - правой. Был поворот головой в противоположную сторону, когда она била руками в стороны.

Николь засекла все её привычки, давая избивать себя как тряпичную куклу. Алекс уже не мог на это смотреть, но когда толпа заревела, он снова обратил внимание на ринг. Николь мастерски уворачивалась от ударов противника, нанося свои. Девушка устала от боя и решила его заканчивать. Поворот и удар с ноги в корпус. Воровка оперлась на согнутое колено противника. Публика кричала ещё сильнее.

Пальцы на короткое время переплелись с сеткой ринга. Удивительно было то, что эти бои и так были Николь. Все деньги и так идут на её счет, но девушка ещё не забрала дело Врайс под свой контроль и все деньги капали ей на карту. Удивительно, но она сражалась на своей территории за и так свои деньги. Ирония судьбы?

Удар сверху в голову. Николь постаралась приземлиться не на противника, из-за чего упала. Быстро поднявшись на ноги, она обратила внимание на бойца. Удар казался Николь очень впечатлительным. Глаза начали искать администратора боев. Он с уважением кивнул ей. Вся эта шумиха от администратора означала, что её деньги уже были больше пяти тысяч.

В клетку зашли мужчины, уносящие проигравшую. От сердца отлегло не только у Николь, но и у Алекса. Девушка сорвалась с места и побежала к трибунам. Она спешила к брату. Да, это было немного не по правилам, но ведь она не та толпа, что всегда следует правилам.

- Я тебя больше не буду пускать сюда, - выдохнул он ей в шею, прижимая к себе.

- У тебя выбора нет, - тихо сказала она.

Они сидели молча, наблюдая за следующими боями и новыми бойцами. Для зрителей это было лишь новое пушечное мясо и только участники битв понимали одно единственное: каждый боец знал, что на ринг их выводит не скука или обычное желание. Каждый боец был сложным клубком каких-то проблем и про каждого можно было писать книгу. Каждый был заложником собственного выбора.

- Через бой иду я, - сообщила Николь, вставая.

- Ты на ногах еле стоишь, - с жалостью в голосе, сказал Алекс.

- Никогда не говори со мной в таком тоне, ненавижу жалость. Даже если ты мой брат, - твердо сказала Врайс.

Она и правда еле стояла на ногах. Вообще, её походку сложно было назвать твердой. Она шаталась из стороны в сторону. Таковы последствия переизбытка адреналина. После отдыха боль в мышцах отдавалась ещё сильнее. Девушка пожалела, что взяла двоих самых сильных бойцов, но ей нужны деньги.

Она зашла в клетку и постаралась размять руки, но боль не дала ей пошевелиться. Хотелось скулить, но этого нельзя было допустить. Искоса она посмотрела на брата. Конечно же она понимала, что жалеть было чему и по какой причине, но даже так она не позволит себя жалеть.

- Что...? - тихо прошептала Николь, смотря на противника округленными глазами от шока.

- Улыбнись, на тебя смотрит папочка, - оскалился мужчина.

Как его звали? Была ли у него семья? Если да, то знали они, чем занимается этот мужчина? Николь точно знала откуда его помнит. Этот ублюдок держал в своих руках Миледи. Именно он причинил ей боль, держа её в заложниках. Зубы Николь прошлись друг по друге, неприятно скрипнув. Так её не злило ничего, ни одна мысль. Каким бы хорошим бойцом не был он и как бы за него не заплатили, но Николь будет его мучить.

Гонг.

На этот раз всё поменялось. Николь набросилась на противника с истощенным криком. Времени на то, чтобы читать её привычки в бою она не давала. Короткие, но сильные атаки. Она била по слабым местам каждого нормального человека. Её глаза пылали яростью, а сама она напоминала разъяренного зверя, у которого отобрали самое дорогое. Так и было до недавнего времени.

Николь была из тех, кто считал свою семью самым дорогим в жизни. Семья - понятие растяжимое, но в для Николь в это понятие входили те люди, которых она сама туда вписала. Разве будет она молчать и сидеть тихо?

____________________________________________________________

Непривычная тишина для трибун. Огромный зал, напоминающий колизей, разносил по своим просторам эхо. Он давал отдохнуть бойцам от ринга. Теперь для них всё казалось так далеко. Теперь первая их задача - зализать полученные раны. Все бойцы расселись по трибунах, в разных местах. Некоторые, даже после жестоких боев друг с другом, общались как старые друзья. В клетке они противники, а за ней - друзья, коллеги.

Николь шипела, развязывая бинты на руках. Кровь уже успела запечься и присохнуть к эластичным бинтам и теперь отдирать её было невыносимо. Даже за кровью она видела гематомы на руках, многочисленные раны. Всё это давало ей возможность оценить свои успехи. Больше всего такую возможность давал заработок, упавший рядом с ней.

Администратор кивнул ей, как обычно делал это, признавая в человеке сильного бойца. Мужчина пошёл дальше раздавать деньги победителям и оглашать долги проигравшим.

- Эй! Рыжик! - позвал чей-то бас Николь. - Мы в бар идём, ты с нами?

- Извините, но меня ждут дома, - с улыбкой, понятной только Николь, ответила та.

Впервые её кто-то ждал дома...