Глава XVII. Человек из света

Утро выдалось на редкость бодрое. Несмотря на то, как мало все спали, уже в половину восьмого хозяин и гости этого дома подготавливались к началу напряжённого дня. Пока директора готовили завтрак, рассуждая, что можно было рассказать в предстоящем интервью, а о чём стоило промолчать, Чейз принимал душ.

Он стоял под горячим потоком, оперевшись рукой о настенную плитку и просто дышал. Следил за каждым вдохом и выдохом. Осознав себя в моменте, у юноши получилось остановить приступ панической атаки. Сердце всё ещё колотилось в груди, но обещало успокоиться, как только он сосредоточится на воспоминаниях.

Сейчас сновидец мог хорошо рассмотреть свои шрамы после операций. Корсет он не снял, налобную повязку — тоже. Слушал доктора Дирка, о чём надеялся, не пожалеет. Помимо белоснежных рёбер, корсет по существу был полупрозрачным. Самая глубокая рана располагалась там, где вчера побывал нож.

Точнее, рана мальчика «К» была и у самого Честера. Ещё одно доказательство, что они — один человек.

«Кто. В своём уме. Будет ударять ребёнка ножом?! — Чейз сжал пальцы в кулак и ударил по стене. Никто, конечно, будучи ментально уравновешенным, не попытается нанести травму другому. Особенно тому, кто меньше и слабее. — И почему Зи так удачно оказался там, когда я умирал? Он виноват? И как теперь я могу доверять его словам?..».

Чейз развернулся и намылил волосы, распределяя шампунь на корни. Как же это успокаивало. Установив на дисплее более прохладную температуру, юноша довольствовался тем, как мягко пена смывалась вниз по телу. Хотелось оторвать все эти рёбра, хотелось сорвать повязку. Разорвать себя самого. Боли сейчас не было, но отчётливо ощущалась скованность при поворотах корпуса. Его позвоночник... Больше не такой мобильный, каким был раньше.

«Я теперь понимаю, почему Астор не назвал моего настоящего имени. Что может быть хуже смерти? Что ещё я мог вспомнить, отчего он попытался защитить меня?», — чувство холодной плитки под ногами оживило каждую клеточку. Чейз выключил воду и ступил из душа, сразу же вытираясь махровым полотенцем. Тётушка Мэй купила розовое, подозревая, что крашеные волосы будут пачкать вещи, однако, этого не произошло. Чейз — настоящий. Во всём, включая его многочисленные переломы и раскол личности.

Зеркало запотело. Юноша протёр его ладонью и посмотрел на себя. Несколько ярких вспышек: то ли свет глючило, то ли в глазах Чейза потемнело от увиденного. Призрак.

— Кто это?.. — прошептав в горячий воздух ванной комнаты, сновидец снова потёр зеркало, но маленький смуглый мальчик не пропал из вида. — Что за...

Как и любая вещь в современном мире, даже эта отражающая панель была оснащена доступом в интернет. Люцид подсветила черты лица. Нет id, никнейма и так же не определена длина сигнала. Изображение отправил неизвестный ip-адрес. Зарябив, мальчик покрылся сообщениями об ошибке, и зеркало потухло.

— Зи! Зи, идите сюда! — юноша позвал его из ванны.

— О мой бог, — ворчливо прокомментировал Сэм, перемешивающий молоко с яйцами вилкой. — Кажется, пацан испугался своего отражения.

— Ему точно двадцать три? Я уже чувствую себя отцом подростка, Сэм. — Приняв похлопывания по спине в знак поддержки, Зигмунд оставил на Сэма приготовление омлета, а сам зашёл в ванную, перед тем учтиво постучавшись.

Чейз уже успел надеть нижнее бельё и запрыгнул в плюшевые тапки, когда Зи оказался в ванной комнате. Мужчина посмотрел на тёмный овал над раковиной, а затем на Честера.

— Оно просто потемнело, когда...

— Ой, да бывает с ним такое. Дай-ка я... Ага! — нажав на кнопку за панелью, мужчина перезапустил умное зеркало. — Теперь должно работать. Не переживай, никто не подглядывает. Сэм — профессионал своего дела.

— Сэм?.. Мистер Ричардсон тут причём?

— Ну, а как же? — Гранд кивнул и поставил руки в бока. — Он специалист по безопасности. Его LogLine на этом профилируется. В доме безопасно. Это — наше гнездо, где мир извне никогда не достанет. По крайней мере... До тех пор, пока стоит этот собранный по частям город. — Сказал Гранд и повернулся к двери, чтобы уйти. — Ну, не буду тебе мешать. Завтрак почти готов!

Однако, Чейз остановил его, схватив за локоть:

— Нет, стойте! Оно не просто выключилось, Зи. Там был... Другой я.

— «Другой ты»? Быть не может. Тут предустановлена Люцид. Сбой, возможно. Какой «другой ты»? Из воспоминаний?

— Да. Вы же не верите в случайности, правда? — Чейз удерживал мужчину за локоть и смотрел ему в глаза, как будто видел последнюю надежду. — Разве может проглючить сразу после того, как я начал вспоминать своё прошлое?

Зигмунд задумался. Он так не хотел разбираться с этой ситуацией, что даже не принял во внимания странные обстоятельства. Вопрос Честера удачно вразумил его:

— Нет. Я не верю в случайности. Иначе вся жизнь — череда событий, никак не связанных воедино. За каждым человеком стоит история, а не случайность. — И он отошёл, позволяя сновидцу взглянуть на себя вновь: мальчик лет двенадцати, брюнет. Далеко от розововолосого голубоглазого Чейза. Зигмунд тоже посмотрел и приложил руку к зеркалу проверяя, сбой это или настоящий аватар Чейза. Но Люцид не выключился и чётко отображал каждое движение юноши. — Твою мать... Я тоже его вижу.

Мальчик в отражении наклонился вместе с Честером над раковиной. На его переносице был широкий шрам. Рваная полоска, словно дримерс сгорел на коже, а затем его сорвали с неё силой.

— Что с носом?! Это от пластины?

— Постой, Чейз... — директор SD развернул сновидца к себе и потрогал устройство. Голубой дримерс всё ещё плотно держался. И только в этот момент до Ньюэлло дошло, что это у мальчика «К» шрам на лице, а не у него. — Дримерс на тебе.

Вновь взгляд в зеркало. Там был Чейз Ньюэлло. Его новая личность, внешность тантийца, вытащенного из лап смерти. Похлопав себя по щекам, юноша попытался сфокусироваться на отражении и, наконец, рассмотрел все мягкие черты своего лица.

— Исчез...

— Вижу. Теперь вижу.

— Это... Это снова я.

Вздох облегчения. Зигмунд взял юношу за руку, чем незамедлительно обратил внимание на себя. Указав на стопку одежды, мужчина попросил:

— Конечно, страшно начинать новую жизнь, но стоит отпустить прошлое. С нами просто играет хакер. Это могут быть вовсе и не твои воспоминания, Чейз.

— А что, если он...

— Чейз. — Твёрже сказал директор. — Сейчас ты в порядке. Так что прошу, переоденься и идём завтракать. День будет отличный. Даю слово.

На время это его успокоило. Однако, когда Зи ушёл, на зеркале появился текстовый смайл с подписью: «:) Здесь был Астор».

— Так и знал! — стерев написанное, Чейз подумал, что стоит нарисовать что-нибудь неприличное, но сдержался. — А ещё меня взломщиком называл.

Сновидец вывел вопрос пальцем по запотевшей поверхности: «Имя! Дай мне имя!».

Астор, не смущаясь, отшутился вместо того, чтобы дать настоящую информацию: «Тимбитс-третий».

Яростно стерев это, Чейз ответил вслух:

— Не играй со мной.

«Иначе что?».

— Узнаешь. Я снова буду в твоём сне сегодня ночью, забыл?

«Я поставил защиту от крыс».

— Если бы это работало на REM'ах.

«Умник. Оделся бы лучше».

— Так ты ещё и подсматриваешь?! — Чейз прикрыл грудь одной рукой, а вторую опустил вниз. — Извращенка!

«Ха-ха. Ничего нового, Крис. До сих пор шуточки как у тринадцатилетнего».

Честер подскочил на месте и потянулся к строке с именем, но та резко исчезла.

«<...>, то есть, Чейз. Конец связи».

— Крис?.. — когда зеркало вновь приняло обычный вид, а синие буквы больше не выползали, Чейз рассмотрел себя. Пригладив рукой непослушные волосы, юноша долго наблюдал за отражением, ожидая подвоха. Голубые глаза пугали его.

Устав от вида напротив, Чейз отвернулся и принялся одеваться. Может, у него и получилось разговорить Астора, но должного эффекта от этого не последовало. Он не вспомнил ничего, услышав настоящее имя.

«Крис, Крис, я — Крис...», — повторял про себя юноша, чтобы точно не забыть и донести это имя до кухни.

За столом уже вовсю трапезничали. Зи и Сэм улыбались и болтали, как положено давним друзьям. Такими искренними они были, что и прерывать не хотелось. Одним своим появлением Честер уже сдвинул центр внимания на себя. Он сел по правую руку от Зигмунда. Сэм, сидевший напротив них, ел омлет и запивал апельсиновым соком.

— Приятного! Вот и твоя порция. — Гранд по-хозяйски пододвинул тарелку и стакан с напитком к сновидцу. Юноша несколько нехотя принял съестное.

— Спасибо. Приятного и вам. — Чейз кивнул.

Тимбитс ел из автоматической кормушки около фонтанчика с водой. Его пушистый хвост поднялся вверх, как оранжевый флаг. «Королевское обслуживание для котов круглые сутки! Только в ресторане «Два директора и Чейз», — усмехнулся про себя юноша.

Принявшись за завтрак, он не ожидал, что разговаривать мужчины начнут о работе. Наверное, переключились на более официальные темы из-за его присутствия.

— Чего побледнел, пацан? — Сэм обратил внимание сновидца на себя. — Встречи с тренером боишься или знакомства с командой?

— Немного и того, и другого... — Честер не видел причин врать. — Зи, вы говорили, что подадите объявление с моим рисунком, верно?

— Ну... Нарисовал ты себя неплохо. Лицо знакомое. Надо посмотреть твоих родителей среди наших с Сэмом одноклассников. Знал я несколько мексиканцев, да не все из них, к сожалению, сейчас всё ещё с нами.

— Думаешь, мексиканец? Это ты из-за акцента решил? — Сэм не сразу понял, но потом Зигмунд показал ему рисунок, скачанный на голографон. — А... Ну, тут без сомнений. А что с ним случилось-то, Зи? Чего он...

Ньюэлло вытянул руки вперёд, когда Ричардсон попросил потрогать его кожу. Теперь она не выглядела настоящей: подобие человека, которым он был раньше. Пустой лист с оборванными краями, скомканный, но всё ещё чистый.

Пальцы Сэма излучали знакомое тепло.

«Как выглядел мой отец? — нехотя, Честер выпустил руку директора LL из своей. — Скучает ли он по мне или уже забыл? Сэм так сильно напоминает мне того, кого я хотел бы узнать вновь».

— Чудеса какие... Зи, у него совершенно новая личность. Можно ли так провернуть с любым человеком? Например...

— Нет, у меня нет планов изменять своё тело. — Отрезал Зи, поняв, к чему клонил его друг. — Я не стану скрываться от того, что должен преодолеть, Сэм. Я — Зигмунд Гранд, разговор окончен.

— Но пацан стал выглядеть, как абсолютная противоположность! Что, если есть шанс спасти твою душу от разрушения? Ты только представь! — Ричардсон загорелся этой идеей, чем сильно расстроил хозяина дома. Зигмунд прекратил есть и скрестил руки на груди, раздражённо разглядывая морщинки между нахмуренных бровей Сэма. — Я понимаю, что преступник, который сделал это с Чейзом, просто хотел следы скрыть. Но мы-то с тобой, Зи, можем использовать это, чтобы разделить твою душу. На часть отмирающую и на ту, что...

— Я сказал! — Гранд резко ударил рукой по столешнице и приподнялся на руках, чтобы показаться больше и выше фигуры Ричардсона. — Что не буду выпрыгивать из собственного тела, Это моя кара за прошлое, и я отвечу за всё, что сделал. Ясно тебе?!

Тишина. После слов Зигмунда она стала плотнее и громче, чем обычно. Сновидец пронаблюдал, как мужчины опускаются на свои места и продолжают есть, как ни в чём не бывало. Сэм расстроился, но не стал признаваться в этом вслух. Вся ситуация выглядела очень неправильно.

Чейз не знал, что они скрывали за этой тишиной, но видел, как сильно Ричардсон заботится о Гранде.

— Зи, у вас какие-то неприятности? — юноша просто спросил это в лоб. — Что значит «разделить душу»? Как что-то, вроде души, можно разделить?

— Это проклятие. Моя душа разрушается, доволен? — вот вроде бы Зи посмотрел на Чейза, но самого его в этом пустом взгляде не было: Зигмунд глубоко опущен на дно отчаяния. — Я медленно умираю. Не потому что болен, а потому что меня проклял новый Бог.

— Не могу это слушать, — Сэм поднялся и, не стесняясь других, закурил. Он стал бессмысленно бродить по комнате, посматривая в окна, и в конечном счёте приземлился на диван недалеко от стола. Сел он с громким звуком, полным возмущения, но и тревоги, растворимой в дыме голографической сигареты.

— Почему Бог сделал это с вами, Зи? — Честер намеревался докопаться до истины.

— Я был тварью, доволен? В прошлой жизни, но отдуваюсь сейчас. Не стоит тебе об этом знать, Чейз. Сам даже не помнишь, как зовут вторую часть тебя. Зачем задумываться о моём злом роке? Лучше загляни внутрь себя и сосредоточься на выздоровлении.

Сэм опустил локти на колени и согнулся пополам, выдыхая сигаретный дым. Он не хотел думать о возможной смерти своего самого близкого человека. Кроме отца, двоюродных братьев и сестёр, у Ричардсона не было никого, кого бы он так сильно любил. И Зигмунд знал это, но никогда бы не стал затыкаться. Это та реальность, в которой они жили, и это нужно было обсуждать.

«На самом деле, Зи боится молчания. И я понимаю его. Каждую ночь, оставшись один, я изучаю свои шрамы. Они не исчезнут, но и не станут глубже. Я сделаю всё возможное, чтобы больше никогда не оказаться под капельницей, прикованным ремнями к кровати. Я буду сражаться за каждый свой шаг».

— Мы медленно увядаем здесь, — подтверждал слова друга Сэм. Он был таким же реалистом, как Зи. — Я сомневаюсь, что случай с госпожой N останется незамеченным. Наше божество не даст и шанса на то, чтобы в Тантосе оставалась возможность на спасение. Нам не скрыться от его кары, но мы можем переписать судьбы людей благодаря Люцид. Хотя бы там... у нас есть шанс отсрочить неминуемое.

— Точно... Так что живи, мальчик мой. — Зи не сдержался и соскочил с места, усевшись с Сэмом по левую руку. Устало, но с лисьим смешком, он опустил голову на его сильное плечо и прижался. По-родному, вдыхая сигаретный дым, что срывался с губ Сэма. — Радуйся, что ещё есть время. У тебя всё впереди, Чейз.

— Я — Крис. — Он твёрдо произнёс настоящее имя. — Напишите в объявлении, что меня зовут Крис. Если это часть меня, то я верну её. Даже если теперь придётся жить прошлым.

Ричардсон потрепал волосы Зигмунда. Тот возмутился, так как его чёлка уже была уложена, но ничего говорить не стал.

— А наш пацан быстро идёт на поправку. Так Кристиан или Кристофер? — уточнил директор LL насчёт полного имени. Он ухмыльнулся тёмными губами и набрал в голографоне запрос. — Если Кристиан, то оно возникло от слова «криа».

— Криа? Не от креста, типа, перечёркивать? — удивлённо бросил Зигмунд, хитро посматривая.

— Нет-нет, это чисто в нашей местности. Предки называли та час, когда горы озаряло солнце во время рассвета. «Час сияния» у фотографов. Кристиан — рождённый в горах человек из света. Таков перевод имени в Тантосе.

— Какой умница, — Зи потрепал брюнета по волосам. — А теперь придумай, в каких костюмах мы пойдём на интервью. А я пока помогу Чейзу подобрать одежду для предстоящей тренировки.