Глава 7

Мужская академия города Шрифпорт. 11 октября 2013 года. Утро. 10:23

Безлюдное помещение, наполненное тяжелым спертым воздухом. И единственными нарушителями столь недостающей тишины были изредка срывающиеся капли воды, медленно собирающиеся на кольце старого, слегка покрывшегося ржавчиной крана, замертво падающие на дно керамического тюльпана, распространяя гулкие звуковые вибрации по каждому квадратному метру мужского туалета. Хотя, подождите... Есть что-то еще... Я слышу...

Слышу, как зверски бьется мое сердце, заставляя совершать резкие глубокие вдохи при каждом своем ударе о мои несчастные ушные перепонки. И я не могу это остановить. Не могу бороться с подступающей паникой, окутывающей меня изнутри своей вязкой сущностью. Я чувствую это...

Чувствую, как осознание случившегося несколько минут назад рождает во мне неистовый страх, скользящий по моему позвоночнику липкой холодной змеей. Я пропала. Теперь уже точно...

Вжимаясь спиной в твердую дверцу, что есть сил, я мысленно заставляла себя унять трясущиеся обледенелые конечности. Но как бы я не противилась, как бы не старалась, сознание напрочь отказывалось уйти от засевших в голове кадров, которые никогда не вырезать из пленки моей нелепой жизни.Не мигая, я попыталась проглотить этот колючий, раздирающий горло, комок безнадежности и страха, но тот лишь подло воспротивился моим бесполезным потугам. Я задохнулась. И ужас пережитого воспользовался моей слабостью, принимая свою жертву в свои мерзлые объятия, цепляясь за мои плечи своими костлявыми руками. Тело медленно увязало в бездне отчаяния, а в голове тревожно бился всего один единственный вопрос...

Какого черта здесь только что произошло?!

***

Мужская академия города Шрифпорт. Душевая. Неделю назад. Ночь 01:57.

Это произошло в тот самый злополучный день, когда я поневоле стала свидетелем весьма интригующей картины. Думаю, вдаваться в подробности не имеет смысла, потому как вы так же вряд ли забыли тот интересный случай.Я просидела в своей комнате до наступления глубокой ночи, то и дело сгорая от стыда, как только мои бессовестные мысли возвращались к увиденному.

Время тянулось подобно карамели, разве что не несло с собой той же сладости. Наоборот. Я мечтала о скорейшем наступлении ночи, ибо просидеть вот так, в грязной одежде в комплекте с липкой кожей, было для меня равносильно подвигу.

И вот, шорохи за дверью медленно утихли, а после и вовсе сошли на «нет». Я немедля рванула в то место, о котором буквально мечтала последние часы.

Душевая встретила меня влажным прохладным воздухом и полным отсутствием какого-либо света. Машинально сощурив взгляд, дабы разглядеть хоть что-то, я уверенно потянулась к выключателю у входа. Помещение заполнилось глухим щелканьем, не давшим никаких результатов. Видимо, лампочка перегорела. Наверно, оно и к лучшему. Пусть я проделывала этот трюк с ночными водными процедурами каждую ночь, сегодня меня с самого утра не покидало душащее чувство тревоги.

Ступая наощупь, я плавно побрела к своей излюбленной «кабинке», благо постепенно привыкающие к темноте глаза позволили добраться до пункта назначения без лишних ушибов.

После недолгих манипуляций над смесителем, я блаженно закинула голову назад, встречая поток горячей воды лицом, отдаваясь чувству этой долгожданной эйфории. Скажу честно, это стоило того нестерпимого ожидания, которое медленно, но верно сводило меня с ума.

Стоя под струйками теплого водопада, я испытывала неописуемую радость, ощущая, как этот живительный дождь возвращает мне покой и легкость. Боже. Наверно, ничто не сравнится с этим. Или же я просто не успела испытать иного.

Тяжелые капли разбивались о мои щеки, плечи, руки... А я так и стояла, улыбаясь одной из своих самых счастливых улыбок.

Вода, стекая по изгибам моего тела, уносила с собой все напряжение, очищая не только тело, но и мысли. Как же хорошо! А главное, совсем не тревожно, будто душ и впрямь помог восстановить мои расшатанные этим проклятым местом нервы.

Под воистину целительным потоком я простояла около получаса, а после с огромной неохотой выключила воду. Хорошего понемножку, пора закругляться и возвращаться в комнату. Завтра, как и каждый день здесь, будет очень трудным. Я давно смирилась с имеющимся положением вещей, и, знаете, действительно стало легче. Сопротивляться бессмысленно, сущность людей не изменить, как бы сильно тебе того не хотелось. К тому же, как оказалось, не все так плохо. Среди этого варева презрения и злобы я сумела разглядеть лучик просвета и нашла настоящего друга. И отчего-то я верю в счастливый финал. Несмотря ни на что.

Стряхнув последние капли с волос, я медленно потянулась к полотенцу и тут же застыла каменным изваянием.

Где-то за пределами душевой комнаты раздался глухой хлопок, заставивший мое сердце немедля удариться о пятки. Я перестала дышать, всем своим существом обращаясь в слух. Тишина.

Рывком схватив полотенце, я торопливо облачилась в него, так и приклеившись стопами к полу. Послышалось? Или же нет?

Сердце отбивало свой привычный, не лишенный волнения, ритм, и я невольно накрыла его ладонью в бесполезной попытке умерить нарастающий гул в ушах. Сглотнула. Шумно выдохнула. В ответ все та же щекотливая тишина.Ноги свело от слабости, и я, тесно сомкнув колени, иронично усмехнулась. Похоже, попытки самоличного изведения не прошли даром, и мне-таки удалось свихнуться. Аплодисменты в студию.

Отдать себя на растерзание собственных мыслей по поводу моей трусливости не удалось. Стоило мне расслабиться, шорохи возобновились, и теперь чья-то неосторожная возня доносилась совсем близко, резанув по ушам очередным приступом жгучего страха.

Шлепок. Затем еще. И еще... Чьи-то громкие шаги оборвались у самого порога. Протяжный скрип увесистой двери, и пол накрывает человекообразная тень в обрамлении расползающегося по влажной плитке ворвавшегося света.Некто застыл на входе, послышался знакомый щелчок, принадлежавший выключателю, а после многозначительный, преисполненный раздражения «хмык».

Я плавно соскользнула спиной по холодной опоре, ладонью прижав дрожащие губы. Внутренности так и скрутило крепким узлом, лицо обдало безумным жаром, а в миг похолодевшие пальцы принялись ходить ходуном, подражая непослушным посиневшим губам.

Я не знала, кем был мой ночной «компаньон», но догадки опережали одна другую, и от каждой не становилось легче. Кем бы он ни был, он не должен был оказаться здесь в это время!

До боли стиснув зубы, я медленно утопала в бездне не самых светлых эмоций.

Страх, волнение, неуемные мысли о конце всего и вся, да еще и эта чертова тень, дрогнув, медленно потекла вперед, пожирая сантиметр за сантиметром ускользающего света. Тяжелая дверь закрылась, прогнав остатки всего теплого, комната погрузилась в нескончаемую тьму, а шаги... Шаги утихли буквально за моей спиной, скрытой не особо надежной перегородкой от моего названного палача. Снова шорох, глубокий вздох... И помещение утопает в бесконечном хлестком перестуке струй воды о твердый кафель.

С момента прибытия нежданного визитера прошло уже минут, наверно, сорок.

А я так и сидела, скрючившись у этой треклятой стены и бесконечно проклиная этого Мойдодыра перед всеми богами, коих умудрилась выкроить из своей памяти. Все зачатки страха и паники незамедлительно рассосались и уступили место раздражению и злости. Нет, не подумайте. Дело не во внезапно появившейся отваге. Ведь просидеть вот так, не двигаясь столько времени, сможет далеко не каждый! А если учесть предательски ноющий позвоночник, затекшие ноги и полное отсутствие комфорта, так непременно сдастся самый натренированный боец из отряда мистера Купера.

Ну сколько можно мыться?! Так и хочется подать голос и предупредить любителя водных процедур о том, что чрезмерное количество влаги вызывает обильное сморщивание всего тела. Но ему, похоже, сейчас очень хорошо, чего не сказать обо мне. Сидеть на ледяной сырой плитке вредно для представителей любого пола. И заболеть недолго, и попе-то, между прочим, не комильфо!

Вы когда-нибудь задумывались над смыслом фразы «Человек сам вершит свою судьбу?».

Лично я четко убедилась в том факте, что мысль и в самом деле материальна.

Стоило только подумать о перспективе слечь с температурой, как тело покрылось тысячей непрошеных мурашек, скачущих по коже развеселым галопом, будто соревнуясь между собой. И как вы думаете, куда спешил этот отряд скакунов? Правильно, в НОС!

Затаив дыхание, я невольно вытянула ноги вперед, ощущая, как жутко зудит в районе органа обоняния, как медленно растягивается мой пузырь терпения и... Безвозвратно лопается, заливая душевую роковым и басистым:

– А-А-АПЧХИ-И-И!!!

Шум воды тотчас утих, и я машинально скрутилась в бараний рог, зажав свой предательский рот обеими руками.

Все... Вот и настал мой неизбежный конец.

Сердце отбивало бешеную дробь в районе горла, не позволяя сделать и вдоха. За «стеной» послышалось торопливое шуршание, а после...

– Кто здесь? – прозвучал тот самый, один из самых знакомых голосов в моей... Уже короткой жизни.

Грейганн!!! Безо всяких сомнений, это был он!

И если все то волнение, обуревающее меня ранее, я считала запредельным, то сейчас шкала моего звериного страха вздулась выше отведенной метки. Тело отказалось подчиняться, мышцы словно таяли, отделяясь от ноющих костей в попытке скосить под имеющуюся мебель. А я... Я молчала, вопреки кричащему разуму, что стоит перебороть себя и... Сдаться...

Рей следовал в точности моему сценарию, более не нарушая тишину, ожидая. Но... Ведь каждому терпению, рано или поздно, приходит конец...

Сжавшись до нельзя, в молчании, я слушала его нарастающее сопение где-то над головой. Грейганн заметно вздрогнул и сделал шаг вперед. Взору предстал его силуэт, неторопливо продвигающийся вглубь комнаты, избегая контакта с серой неприметной мышкой, которая пугливо тряслась от неизбежности прямиком за его спиной.

Шаг. Затем еще... С каждой секундой Рей отдалялся от меня, а я так и сидела, молча глядя в его затылок, потеряв саму способность дышать. В голове отчаянно бились мысли, кричали, что это мой огромный шанс!

Я судорожно выдохнула, вскакивая на подкашивающиеся ноги, боясь даже моргнуть, ибо еще чуть-чуть и он непременно обернется, увидит, все поймет и не оставит мне даже малейшей вероятности на объяснения.

Ноги на отрез оказывались слушаться, но у меня просто нет иного выхода! Я должна бежать! БЕЖАТЬ! Пока не стало слишком поздно!

Силой стиснув зубы, я рывком вскочила на онемевшие ноги и... Побежала. Сбиваясь и оступаясь с каждым рывком, судорожно глотая воздух, будто он последнее, что мне довелось ощутить в жизни. Глаза непроизвольно зажмурились, позволяя чувству самосохранения полностью захватить контроль над телом.

Безвольное шлепанье заполняло своим характерным звуком каждый уголок столь просторной комнаты, но мне не до этого, слишком велик риск!Еще немного... И пусть я не вижу, я чувствую, как тонкий лучик моего спасения мелькает на горизонте, зовет, манит к себе. Еще совсем чуть-чуть!

– Какого... – донеслось где-то за моей спиной, но я не остановлюсь! Выход близко, я знаю это!!!

...

Интересно, кто придумал, что пол в душевой обязательно должен быть мокрым? А вкупе с закрытыми глазами, служить весьма опасным предметом для отчаянно убегающих девушек.

Поскользнувшись, я в миг распахнула испуганные глаза, глядя в чернеющий омут под названием «пол». Лучик просвета, так безудержно тянущийся ко мне, сокрушенно терялся где-то вдалеке, пока и вовсе не исчез, прихватив с собой мои последние надежды и стремления.

Время вокруг будто остановилось, не затронув одну неудачницу, которая продолжала скользить на невидимой банановой кожуре, увлекаемая не особо желанной встречей с будущими болевыми ощущениями.

Боже... За что ты так меня не любишь?!

БАМЦ!!!

Раскатилось по всему помещению, словно гром решил спуститься на землю всем своим величием.

В ушах зазвенело от резкой, неудержимой боли, тотчас завладевшей каждой клеточкой моего многострадального тела, отдавая своими отголосками в органы.

Где-то за спиной, если так можно выразиться, кто-то громко ахнул, а я в ответ лишь протяжно промычала, открывая этому некто о-о-очень любопытный обзор на свою... В общем, на свою.

Хлюп... Дрожащая рука уперлась в пол в тщетной попытке вернуть телу вертикальное положение, но это стремление умерло еще в зародыше, задушенное все той же пульсирующей болью.

В голове все перемешалось, встряска вконец выбила из головы и без того редкие мысли, оставив после себя полнейшую пустоту.

Грейганн, судя по отсутствию каких-либо звуков с его стороны, просто застыл.

Я чувствовала его пристальный, явно не лишенный шока, взгляд.

У меня не получилось... Все пропало.

– Что за...? Девушка?! – о... Кажется, кто-то отмер, – Я не смотрю, не смотрю!!! – поспешно протараторил Рей и, кажется, двинулся в мою сторону.

Открыв рот в немом отклике, я вновь издала длинное мычание, потому как с ответом просто не нашлась.

Грейганн беспрепятственно сокращал расстояние между нами, и я... Сдалась.

Что толку, если меня поймали во всех смыслах этого слова. Губы затряслись от напористого давления влаги на веки, ком в горле стал еще туже, толкая меня на последний шаг к родимой истерике. И, знаете... Я вдруг четко осознала, что меня и в самом деле прокляли. Ведь не может один человек пережить столько всего за какой-то месяц.

Не обращая внимания на все еще присутствующие отголоски боли, я таки нашла в себе силы оторвать корпус от пола.

– Т-ты в порядке? Как ты здесь оказалась? Тут учится твой парень, да? Позволь, я помогу тебе, – сыпал своими вопросами Рей, оказавшись вплотную за моей спиной. Я чувствовала его присутствие кожей. Словно маленькие электрические разряды, оно заставляло меня трястись как осиновый лист, вырывая из ослабших рук последнюю надежду на что-то хорошее.

Я села, все так же скрывая свое лицо за копной светлых коротко остриженных волос. Рука невольно накрыла закрытые веки, в попытке стереть застилавшую глаза пелену подкатывающих слез безысходности.

– Да ты же вся дрожишь! – воскликнул брюнет, склонившись ко мне со спины. Рука Грейганна легла на обнаженное плечо, мягко, но в то же время требовательно, намереваясь развернуть меня лицом и встретиться со взглядом его черных глаз.

– Кто ты? – повторил он, – Не бойся, я не оби... Жу... – задохнувшись последним словом, выдавил он, крепко стиснув несчастное плечо своими тонкими пальцами. Повисла немая пауза... Догадался???

В ответ кареглазый развернул меня одним рывком, судорожно выдохнув воздух через открытый в недоумении рот. Молчание... Пальцы брюнета заметно холодеют, оставляя на коже осязаемый след от мурашек. Я медленно подняла голову и... Наткнулась на тот самый взгляд, который так часто ловила в стенах этого дьявольского места.

Словно не веря глазам, Грейганн жадно цеплялся взглядом за черты моего лица, машинально стискивая пальцы еще сильнее. Но я не чувствовала физической боли. Только одиноко воющий страх в душе.

Упершись в меня тяжелым взглядом, словно тараном, Грейганн нашелся выдавить тот самый ответ на вопрос, которым задавался несколько минут назад:

– ТЫ?!!

– НЕТ!!! – машинально выплюнула я, развернувшись к брюнету всем корпусом и... Наобум ткнув ногой в воздух.

Холодная стопа уперлась во что-то мягкое, и это что-то сдавленно «пропело», разрывая столь тесный контакт.

И снова это знакомое БАМЦ!!!

Сердце грозилось вовсе покинуть свою хозяйку, мечась от ребра к ребру.

Судорожно заглатывая влажный воздух, я тут же распахнула глаза. Снова зажмурилась и снова распахнула. Нет... Так просто не бывает!

Все мое существо ухнуло куда-то вниз, оставив на замену все тот же страх, вот только на этот раз не за себя...

Позабыв обо всем пережитом, я резко вскочила на ноги, уставившись на открывающуюся картину. Грейганн лежал на полу, не подавая каких-бы то ни было признаков жизни.

«Мама», – подумала я, сделав осторожный шаг к нему. А брюнет так и продолжал косить под манекен, растянувшись на холодной «шахматной доске».

Господи! Кажется, я убила Грейганна Каррингтона!!!

Перед глазами тотчас промелькнуло небо в клеточку. Сознание содеянного змеей скрутило душу, впрыскивая свой вязкий яд. Нет! Я не верю в такой финал своей истории!

– Ре-е-ей?.. – не своим голосом протянула я, совершая еще один короткий шаг в его сторону.

В ответ раздалось протяжное невнятное мычание. Поморщившись, Грейганну удалось найти в себе силы и безвольной рукой накрыть лоб. Судя по виду, давалось ему сие действие с огромным трудом, что очень ярко отражалось на его крайне недовольном лице.

Напряжение, сковавшее все тело, ухнуло вниз, вызывая во всем теле неконтролируемый приступ слабости.

Живой!

Я облегченно выдохнула, намереваясь сделать еще один шаг, но тут же осеклась и застыла на месте.

Ну уж нет! Этот шанс я точно не упущу.

Стремительно развернувшись на сто восемьдесят градусов, я, искренне сожалея о случившемся, бросилась прочь, пока один разъяренный брюнет окончательно не пришел в себя.

Прости меня, Грейганн... Мне правда, очень... Очень жаль...