Том 4. Глава 122. Прогулка по миру мёртвых

Стоило началам освободиться от связи со смертным миром, как они взялись за разрешение проблем богов, демонов и возведение Бессмертного города. У Люциана не нашлось ни минуты, чтобы предаться тоске и он был этому рад. Возможно, даже способствовал тому, чтобы занять себя, без устали участвуя во всех советах, собраниях и переговорах, а когда их не было - собирал по кускам Бессмертный город.

Для возведения божественной столицы - иначе не назовешь, ведь основным населением планировалось сделать богов и их покровителей, - Люциану потребовалась провести неописуемое количество времени в пустом поле где-то на краю земли. Там его никто не тревожил, и он не мог никому навредить своей силой. Каин приходил, когда освобождался от дел или должен был помочь с созданием конкретных материалов. Без своего темного начала Люциан мог сотворить лишь что-то незначительное, маленький камушек, но для целого здания из огромных кирпичей работать приходилось вместе и это было прекрасно. Из раза в раз объединяя силы они стали лучше чувствовать и понимать энергетику друг друга, со временем перестав испытывать какие-либо трудности в слиянии. Теперь даже если одно из начал не было готово к объединению из-за недостатка в сосредоточенности, вторая половина могла легко втянуть его в процесс, вынуждая собраться с мыслями.

За время, пока Люциан был занят возведением Бессмертного города, его тревоги улеглись и даже слегка позабылись, потому что вести, которые приносил ему Каин или другие создания были хорошими. Клан Луны не развалился, а продолжал жить и развиваться, а Лунные земли больше не подвергались тем масштабным нападениям, как раньше. В других кланах тоже не возникало сильных проблем и всё, казалось, шло своим чередом.

Люциан думал, что как только возведет Бессмертный город, то сразу вернется к Эриасу и Сетху, чтобы решить одно незаконченное дело, которое ему удалось обдумать и в отношении которого он смог принять взвешенное решение. Но стоило всем расселиться в небесной столице, как появилась более важная задача...

Каин пожелал заглянуть к семье.

Хаски вошёл в чужие покои после стука и застыл возле закрывшейся двери, глядя на Люциана, в этот момент направляющегося к зеркалу.

На светлой нежной коже предплечий, которые обнажала бело-золотистая безрукавка, были синяки и тонкие царапины, словно от когтей. Хаски не раз видел такое за свою жизнь, но чтобы на Люциане - впервые.

- Киай! - тут же взорвался он, обращаясь к сопящему под одеялом демону. - Ты ненормальный?! Ваш дворец трясло всю ночь, но я не думал, что всё настолько плохо! Вам ведь нельзя драться, вы же всё взорвёте! Так ты оберегаешь светлое начало и наш мир?!

- Потише, - пробурчал Каин, показав голову из-под покрывал. - Модао чудесно себя чувствует, поверь, он более чем доволен, и мы ничего не взорвали.

- Доволен?! - Хаски ещё раз бросил взгляд на молчаливого Люциана, который с хмурым видом остановился перед зеркалом и накинул на себя золотистые верхние одежды. - Да его будто кошки погрызли, как здесь можно быть довольным?! Вам нужно отправляться на встречу с твоей семьёй, а он идёт в таком состоянии?! Раны, которые ты оставил, приправлены духовной силой. Они будут долго заживать и саднить, а если владыки мира мёртвых это увидят? Что они подумают о тебе, как о начале?!

Каин что-то проворчал, но так неразборчиво, что можно было расслышать лишь «злишь» и «не дашь поспать». Демон сначала зарылся в одеяла еще больше, а потом, запыхтев, в итоге решил из-под них выбраться. Спустив их вниз, он медленно сел и черными безднами уставился в лицо Бога Обмана, который теперь изумленно смотрел на другое израненное тело.

Туловище Каина, казалось, разодрали в два раза сильнее. Из не кровоточащих, но еще свежих ран сочилась светлая энергия, коей их загрязнили. Это зрелище выглядело бесчеловечно, но учитывая, как тьма не любила свет и какую боль они причиняли друг другу, демон сидел с видом более чем довольного жизнью создания.

- Не-ебе-есная кара... - протянул Хаски не в силах понять, кто из двух начал оказался более безумен. Его продрала дрожь от мыслей, насколько больные головы оказались у нынешних правителей.

- Маул, - насмешливо позвал Каин, наблюдая, как из разъяренного его друг превратился в растерянного, - ты знал, что у некоторых личностей в этой комнате насилие созвучно с прелюдией? Я бы советовал переживать за меня, а не за него. - Он кивнул на Люциана, чьи уши густо покраснели, но взгляд остался суровым. - Он меня чуть не убил, а мы ведь даже ничего такого не сделали.

- Вздор, - фыркнул Люциан, не оборачиваясь и наблюдая за всем через отражение.

- Да ну? - Каин с трудом покинул постель. - Модао, ты настолько жесток, что даже не считаешь моё полуживое состояние серьёзной проблемой? - Он остановился рядом с Люцианом.

Тот небрежно хмыкнул, поправляя манжеты золото-белых одежд и равнодушно сказал:

- Пока ты без штанов я в целом не могу воспринимать тебя серьёзно.

Каин засмеялся и отправился одеваться.

Хаски стоял, прикрывая лицо ладонью и старался не смотреть на чужое покачивающееся от движений достоинство длиной, наверное, с нефритовый жезл. Ему становилось страшно от одной мысли, как эта штука пронзает собой чье-то нежное нутро.

- Так понимаю, раз ты ворвался, все уже собрались и готовы отправляться? - Каин завязал пояс на чёрных штанах, которые подобрал с пола.

- Д-да. - Ладонь Хаски соскользнула с лица.

- Хорошо, мы с Люцианом выйдем через пять минут, можешь не стоять здесь. Модао не нравится видеть твой стыд.

- Я вовсе не стыжусь, - проворчал Хаски и гордо вздёрнул подбородок, но, несмотря на это, поспешил развернуться. - Мы ждём вас у входа, не задерживайтесь. - Он махнул рукой.

Люциан выдохнул, когда дверь закрылась.

- Какой кошмар, - и простонал, растирая ладонями щеки. - Он всё видел...

Каин хохотнул.

- Не переживай, Хаски жил в Асдэме и наблюдал слишком много безумств - он не тот, о ком стоит беспокоится. Ему тысячи лет, подобные вещи его не удивляют.

- Не удивляют? - Люциан обернулся, зыркнув на демона. - По-моему он был очень удивлён!

- Ну, я бы тоже был удивлён, если бы увидел, что ты кого-то изранил. В глазах окружающих ты великий святой - такой человек просто не может кого-то избивать. - Каин опустил взгляд на свой покрытый синяками торс и тихо посмеялся, потому что побои были не от кулаков, но не им об этом рассказывать.

- Замолчи, - Люциан цыкнул и отвернулся от продолжившего одеваться демона, - это всё потому, что ты слишком дерзкий. Забудь всё, что вчера было и не вспоминай.

- До следующего раза? - съехидничал Каин. - Сомневаюсь, что ты сможешь сдержать свою жестокую натуру.

- Смогу, - уверенно произнес Люциан и строго посмотрел в глаза самому себе.

Сегодня они должны были отправиться в мир мёртвых, чтобы повидаться с семьёй Каина, которую он не видел после перерождения, считая, что сначала должен выполнить обещание, данное отцу перед смертью, а именно - принести им голову владыки демонов. И пускай голову принести не получилось, но обещание оказалось выполнено, и враг был повержен.

Помимо начал в мир мёртвых собирались отправиться дяди Каина: Бог Воды, Бой Войны и Бог Ветров, желающие повидаться со своей семьей тоже, а еще Бог Обмана и Бог Земледелия, планировавшие поблагодарить владычицу мира мёртвых за помощь в спасении второго.

Пятеро мужчин ожидали у входа в замок, высившийся на землях Бессмертного города, к которому вела длинная мраморная лестница. Белые стены поддерживались алого цвета балками, а у серой черепичной крыши были загнутые кверху углы, украшенные драконами махагонового цвета. Замок имел несколько этажей, но в целом его нельзя было назвать огромным, в нем даже не было зала для проведения торжеств, лишь несколько комнат для приема гостей.

Боги не могли самостоятельно пройти на девятый круг мира мёртвых, где жили владыки, потому что для этого им требовалось начать с золотой арки на перепутье, пройти в Призрачный город, оттуда миновать восемь судов с очередями и лишь после добраться до девятого круга, если повезет и их пропустят. Чтобы избежать подобной мороки они сплотились и потратили несколько дней на уговоры Каина взять их с собой. Демон, может быть, и был не против, но сопротивлялся до последнего. К несчастью, помимо него цепляться с этим было не к кому, ведь на данный момент он являлся единственным владельцем способности, позволяющей открывать проходы на любой круг перерождения, так что его согласие было неизбежным.

Из-за того, что Бессмертный город парил в небесах, гостям пришлось спуститься на землю, чтобы при переходе не застрять в облаках. Всё потому, что мир мёртвых представлял собой искаженное отражение мира живых и в этом отражении не существовало города для бессмертных.

Каин открыл проход между мирами за пару секунд и позволил богам войти первыми.

Люциан переступил границу предпоследним и сразу ахнул, взглянув на девятый город мира мёртвых, являющийся пристанищем для самых чистых душ, что смогли завершить круг перерождения и уже готовились вернуться к живым. Всего мир мёртвых насчитывал девять городов - восемь с судами и один с выходом в мир живых. Душ в этих городах было не счесть, но никто не испытывал тесноты. Всё потому, что окружающее пространство таинственным образом не имело ни конца ни края и один шаг здесь мог сравниться как с десятью, так и с тысячью.

Безгрешный город сиял миллионами мёртвых огней, казался светлым и оживлённым. Здесь присутствовала растительность, что цвела и пахла, можно было встретить животных, а также множество людей, заполняющих улицы. Они не были полупрозрачными призраками, а все выглядели как живые и сам мир мёртвых казался таковым. Двух- и трехэтажные постройки смотрелись аккуратно и ухоженно, под каждым домом был либо садик, либо цветочные клумбы. Богатая архитектура услаждала взор, но больше всего потрясал огромный столп света вдали, обозначающий, что это конец. И дальше Безгрешного города только мир живых.

Несмотря на то, что это место выступало финальной точкой перед возвращением к смертной жизни, не все души спешили покидать его. Многие оставались здесь на века, учились новому, знакомились и даже влюблялись. Души даже могли иметь детей - об этом Люциану шепнул Каин, одной фразой объяснив, каким образом не все в их мире являлись реинкарнацией.

Идя по улицам следом за остальными, Люций наслаждался блаженной атмосферой и чувством безопасности, думая: «Надеюсь, удастся погостить здесь недолго». - И хотя солнце в этом месте не грело, ему было тепло и комфортно на улицах.

До центра города удалось добраться в несколько шагов из-за того, что расстояние попросту сжалось, а потом и до окраины, где на холме возвышался дворец владык, представляющий не единичное строение, а дворцовый комплекс, скрывающийся за высокой каменной стеной с широкими воротами, у которых стояла стража. Но стража была не простая, она не являлась духами, а была сущностями, о которых Люций узнал вчера за обсуждением с Каином их визита в мир мертвых. Демон успел поведать, что до пришествия душ этот мир населяли сущности, способные принимать людское облик, но не способные прятать свои полностью белые, словно слепые, глаза. Эти создания выступали охраной мира мёртвых, как боги в мире живых. Сущности имели имена, воспоминания, понимали человеческий язык, и они часто попадались на пути, пока гости шли к дворцу, охраняя входы, патрулируя улицы и т.д.

- Всегда интересовало, как твоим родителям удалось приручить даже этих существ? - бесцветно поинтересовался Бог Воды, идя по пустой дороге внутри дворцового комплекса, ведущей к главному зданию. - Насколько я слышал, сущности выступали богами мира мёртвых, они зрили за всем, что здесь происходит. Неужели эти создания просто передали свои обязанности твоим родителям? - Он взглянул на племянника, вместе с Люцианом шедшего слева от него.

- Всё было куда кровопролитнее, - ответил Каин со смешком. - Когда мать и отец попали сюда, они оказались вовлечены в распри между сущностями, демонстрирующими недовольство своим всевышним. Родители использовали этот переполох и заключили сделку с группой сущностей, убили всевышнего, после чего заняли его место.

- Боги... - протянул Фельсифул, идущий справа от Ривера. - Твоя мать и тут всех перебила? Страшная женщина. Я слышал, у неё здесь сохранились прежние способности, разве это возможно для души?

- Владычица тьмы пребывает не в духовном теле, - ответил Бог Ветров за Каина. - Она здесь присутствует как демон.

- Так ведь демонам вход сюда закрыт? - Фельсифул обернулся назад и посмотрел на Зефира, идущего между Хаски и Хаананом.

- Это из-за отца, - пояснил Каин. - Они не могут разделиться и везде странствуют вместе. Кроме матери ни один демон не может быть здесь.

- Но я слышал, асдэмские сюда захаживают, - в голосе Бога Воды звучал укор.

Каин оскалился, косясь на облаченного в голубые одежды дядю.

- Не беспокойся, мои демоны не питаются местными душами. Они знают, что будут умерщвлены, если согрешат в землях моей матери и заходят сюда крайне редко.

- Но это не мешает им за раз вывозить тонны припасов.

Каин неловко хохотнул и отмахнулся.

- Дядя их переоценивает, пара тележек - это не тонны, - лукаво отозвался он.

Люциан почувствовал, как холодок пробежал по спине, то ли из-за обсуждения явления демонов в незащищенном от них мире мёртвых, то ли из-за того, что они наконец вошли во дворец, из глубин которого тянуло свежей прохладой и темной духовной энергией. Слабее, чем у Каина, но не менее кровожадной.

В коридоре их сразу встретили несколько слуг, являющихся душами. Две девушки и юноша проводили прибывших в гостевую комнату - богато украшенное просторное помещение, где было всё для проведения чаепития и прослушивания музыки, а предметы интерьера охватывали несколько эпох развития человеческой культуры. Люциан чуть не споткнулся о порог, залюбовавшись одной из старых ваз в углу.

- ᙢậлǣкиай, - позвал низкий чарующий голос, и все обратили взгляд на облаченного в черно-золотое мужчину, только что покинувшего софу.

Он был высок, как и Каин. Широкоплеч и с узкой талией, как и Каин. Его волосы были такого же насыщенного черного цвета, гладкие и длинные, собранные в высокий хвост и украшенные заколкой-короной, они блестели как ночные воды в свете луны. Светлая, как белый нефрит, кожа его лица казалась упругой и не имела изъянов, поэтому этот человек не выглядел старше тридцати лет. Он держался холодно и уверенно, имел прямые и тонкие, как края бумаги, черты. Его мягкие губы нежно-розового цвета явно были созданы, чтобы манить смотрящего, но больше всего впечатляли глаза: яркие и золотистые радужки, почти как у Люциана, но более естественного для человека оттенка, хранили в себе пугающий, но интригующий блеск.

То был последний владыка клана Ночи, теперь нынешний владыка мира мертвых.

В глазах Люциана вспыхнул интерес. В своих снах он уже видел чужого отца и, как оказалось, духовный облик этого человека совсем не отличался от прижизненного. Его взгляд заметался от владыки мира мёртвых к Каину и, глядя на них, создавалось впечатление, что он рассматривает произведения искусства. Это были воистину красивые мужчины.

Владыка мира мёртвых принял от сына короткий поклон и ответил тем же.

- Мы ждали тебя, - сказал он и растянул губы в улыбке, больше похожей на усмешку. - Почему не захаживал? - Его глаза недобро блеснули.

- Были дела, - небрежно ответил Каин, улыбнувшись так же. - Занимался уничтожением Ксандра.

- Достиг успеха и пришел похвастаться?

- Не только. Семья хотела навестить вас, потому я параллельно оказал им услугу.

Владыка вздёрнул бровь и глянул через плечо сына.

Люциан покосился на Бога Воды и Бога Войны, которые широко улыбнулись и шагнули навстречу старому другу.

- Брат. - Ривер заключил владыку мира мертвых в крепкие объятия.

- Засранец! - Бог Войны обнимать не стал и просто похлопал по плечу. - Не поверишь, но я ужасно рад тебя видеть!

- Скорее ты сам себе не веришь, - смеясь, съехидничал владыка и отстранился от Ривера, чтобы взглянуть на третьего «родственника». - А ты, старый хрыч, по мне не скучал? - Обратился он к Богу Ветров, выглядевшему как юноша из императорской семьи.

- Ни капли, я пришёл к твоей жене. - Зефир фыркнул, взмахнув голубыми волосами.

- И вы? - янтарные глаза скользнули к Хаски, Хаанану и Люциану.

- Да, хотим отблагодарить за помощь, - ответил Бог Обмана за двоих.

Владыка мира мёртвых прищурился, с немым вопросом обращаясь к Люциану. Тот не раскрывал свою ауру, потому сейчас она слабо отличалась от божественной.

- Отец, он со мной.

- М? - Владыка взглянул на сына.

- Хаски должен был тебе рассказать.

Владыка мира мёртвых чуть помолчал, а после выдал протяжное:

- А-а... - и снова посмотрел на Люциана. - Так это вы потомок клана Луны и нынешнее светлое начало? Не признал, думал, будете хотя бы брюнетом, все ваши потомки после Айзека имели темные волосы.

- Кстати, где дядя? - поинтересовался Каин, услышав об Айзеке. - И остальные. Мама?

- В саду. Мы перенесли встречу туда, потому что сейчас сезон цветов, а твоя мать их любит. Пойдёмте. - Владыка махнул рукой и развернулся к раскрытым двустворчатым дверям, ведущим из комнаты в сад.

Гости направились следом. Бог Воды и Бог Войны шли по обе стороны от своего правящего брата и вели с ним тихую беседу. Хаски, Хаанан и Бог Ветров вытянулись позади, а Люциан и Каин оказались замыкающими.

- Учитывая то, что твой отец знает, кто я, Хаски успел поведать ему всё от и до, включая правду о твоем перерождении, когда ты отправил его сюда вместе с Богом Земледелия? - шепнул Люциан.

- Да, ведь Хаски тот ещё болтун.

- Ты наверняка знал, что так будет, и рассчитывал, что он всех просветит.

- Конечно. Ты ведь не думал, что я тогда согласился помочь ему с Богом Земледелия только из-за того, что меня хорошо уговорили? - Каин нагло усмехнулся. - Благодаря Хаски мне не придётся распинаться и рассказывать, что произошло за миновавшие сотни лет, а у родителей было время все обдумать и смириться.

- Как они отреагировали на правду о тебе?

- Были удивлены, но не шокированы. От молодых душ до них доходили слухи о происходящем в мире живых, поэтому что-то обо мне уже знали, до чего-то догадывались. Хаски сказал, родители быстро приняли факт, что воспитанный ими ребенок больше не вернется, зато теперь у них есть новый, не менее родной.

Люциан не смог скрыть сочувствия во взгляде, коим смотрел на демона, продолжающего вести себя так, словно волнительной встречи не предстояло, хотя его эмоции говорили об обратном. Каин буквально утопал в страхе оказаться непризнанным и это потрясало, потому что, казалось, его совсем не должна волновать такая ненужная демону вещь как семья.

В саду, куда их привёл владыка, всё цвело и благоухало. Нежные кремово-желтые бутоны тянулись к свету мертвых огней, листва тихим шелестом общались с ветром, а иссиня-зеленая трава блестела из-за капель расы.

Гости миновали пару лестниц, ведущих вниз, обошли небольшое озеро с плещущейся в нем рыбой и зеленеющую аллею. Люциан не мог перестать оглядываться, рассматривая каждый кусочек призрачного сада. Всё здесь выглядело обычным и одновременно нет. Деревья походили на те, что есть в мире живых, но имели отличительные черты, например: листья неестественного сине-зеленого цвета, ветви слишком тонкие или толстые для той или иной породы, незнакомый запах или плоды, то же самое можно было сказать о кустарниках, сортах цветов и прочем.

- Вижу, тебе любопытно, что есть в этом мире, - шепнул Каин. - Я бы не хотел оставаться здесь, но, если пожелаешь, мы задержимся на тот срок, который назначишь.

- Почему ты не хочешь остаться? - Люциан отвлёкся от созерцания.

- Многочасовое общение с семьёй лишь всё испортит, - тихо произнес Каин, не желая быть услышанным посторонними.

- Даже если они примут тебя и будут рады побыть вместе с тобой, пока ты в настоящем теле и являешься тем, кем есть?

Каин вздохнул.

- Даже если я захочу попробовать влиться к ним, уверен, моему демоническому нутру это быстро наскучит, поэтому я бы не хотел позволять себе пресытиться.

- Понимаю... - Люциану стало грустно от осознания, что демоническая суть всё еще была частью Каина и мешала ему жить свободно. Казалось, скуки у него не вызывало лишь общение с ним, когда от болтовни остальных демон начинал зевать уже через пару минут. - Тогда, невзирая на моё любопытство, мы уйдем, когда ты этого пожелаешь.

Каин не смог сдержать улыбки.

- Спасибо.

Когда они миновали аллею, то вышли к фонтану, неподалеку от которого высилась просторная беседка. Она была стеклянной с тёмно-зеленой крышей, её окружали цветы, а пройти ко входу можно было по узкой тропке. Место для отдыха выглядело просторным и вмещало не менее двадцати человек.

Люциан мысленно ахнул, когда увидел тех, кто расположился внутри: за длинным столом находились владычица мира мёртвых - мать Каина, его старший дядя и тётя - бывшие владыки клана Луны и их сын - Ливьен. Также там были те, кого Люциан не знал, либо мельком видел во снах.

- На-адо же, - протянул Каин, войдя следом за всеми. - Прошло две сотни лет, а ты всё ещё здесь? Я думал, встанешь на круг перерождения и вернёшься к живым. - Он обращался к Леви.

Мальчик, над которым Кай и Ксандр измывались, сейчас уже не сохранил в чертах своего лица ничего от того изнеженного и хилого ребенка из чужих снов. Ливьен сидел прямо, изящно приподняв подбородок. Его обсидиановые волосы были заплетены в небрежные косы, кончики которых скрывались под столом. Взгляд шоколадных глаз казался внимательным, завораживал и проникал в душу. Этот человек с мягкими чертами лица не был столь красив, как его сидящий рядом беловолосый отец, но оставался по-своему притягателен. От него веяло статностью, спокойствием и мудростью.

- Я не пошел на круг перерождения, потому что ждал твоего появления здесь. - Ливьен поднялся с места. - Хотел поблагодарить брата за воспитание... или ударить, но ты не он, поэтому мне ничего не остается, кроме как поприветствовать тебя. - Он поклонился.

- У нас общие воспоминания и потому я помню, каким было ваше общение. - Каин принял поклон, ответив кивком. - Могу сказать, что я воспитывал бы тебя тем же образом, поэтому, если хочешь, можешь поблагодарить или ударить меня. - Он усмехнулся.

- Не паясничай, - отец хлопнул сына по плечу, прерывая невоодушевляющий разговор бывших братьев, один из которых не знал о другом. - Прошу всех садиться.

Гости перестали толпиться на входе и начали занимать свободные места на обитых бархатом лавках, что окружали стол.

- Рейла! А ты почему всё ещё здесь?! - Фельсифул заметил брюнетку, сидящую подле владычицы мира мёртвых и облаченную в серебристые одежды клана Луны. - Две сотни лет прошло, ты ещё не переродилась?!

- Ты бы знал, как долго здесь всё проходит! Я только пару лет назад добралась до Безгрешного города и после того, как мне рассказали обо всем, что случилось с нашей семьёй, не смогла пойти дальше! - Она пригласила Бога Войны и Бога Воды присесть рядом.

Люциан предположил, что эти трое когда-то были тесно знакомы, но воспоминаний о Рейле у него совсем не было. Она никогда не появлялась рядом с Элеонорой и Каем, хотя, судя по серебристым одеждам с узорами, наносимыми на одежды стражей, принадлежала к клану Луны и защищала кого-то из владыческой семьи.

- А ты почему здесь?! - Теперь Фельсифул обратился к мужчине, держащемуся подле Ливьена - это был красивый зеленоглазый шатен с густой шевелюрой. - Тоже из-за последних новостей решил остаться? - голос его звучал насмешливо.

- Учитель, всё не так, - неловко произнес мужчина. - Я и госпожа Рейла завершили восьмой круг вместе, поэтому оказались в Безгрешном городе в одно время. Благодаря ей я познакомился с владыками этого мира, а также узнал, что вы скоро прибудете. Решил задержаться, чтобы повидаться. Когда вы уйдете, я тоже уйду.

- Тц. - Фельсифул закатил глаза. - Саур, ты хуже домашнего пса, преданного ожидающего под дверью, но я рад, что ты здесь. - Он тепло улыбнулся и протянул к воспитаннику руку, потрепав по плечу.

Тут Люциан понял, что сейчас увидел ученика Фельсифула, который после его отречения занял трон в клане Солнца. Примечательно, но у Ливьена были жена и двое сыновей, а у Фельсифула ещё три ученика, но их за столом не наблюдалось. «Возможно, они до сих пор проходят круги перерождения, либо давно вернулись к живым, - подумал Люциан, садясь рядом с Каином с самого краю, чтобы не привлекать к себе внимание. - Интересно, а мои родители здесь? Учитывая, что у Саура переход с первого круга на девятый занял больше сотни лет, мои родители, возможно, до сих пор на первом...» - Он тихо вздохнул в попытке заглушить желание встать и пойти искать их. В этот момент холодная рука прикоснулась к его руке, отрезвляя. После возведения Бессмертного города начала тонко чувствовали друг друга, поэтому демон уже знал о чём думает Люциан и безмолвно успокаивал его.

- Мне бы не хотелось поднимать неприятную тему, - голос владычицы мира мёртвых отвлёк беседовавших и размышляющих, - но я хочу спросить у сына о нашем враге. - Взгляд его серебристых радужек оказался направлен на Каина. - С ним покончено? Вы уничтожили сосуд его души?

- Сосуд души в целостности, - сухо ответил демон, перестав смотреть на Люциана, - но его тела больше не существует. Мы растворили его сознание в небытие, чтобы он не мог управлять ни своей силой, ни самим собой. Это требовалось для баланса - божество не должно умереть.

- Он всё ещё бог? - Владычица скептично вздёрнула бровь. - Я думала, его ядро уничтожили сотни лет назад.

- Так и есть, но сила при нём осталась. Я решил сохранить его жизненную энергию, чтобы нам не пришлось переживать о нарушении баланса и ждать появления нового бога, который может не появиться, ведь условия для становления Богом Смерти очень суровы.

- Откуда знаешь?

- Я великая сущность.

Владычица поджала губы и её без того бледное лицо совсем потеряло краски.

- Хаски говорил, что ты полностью переродился, но так ли сильно это повлияло на тебя? Разве началу доступны какие-то знания, это не просто сгусток темной энергии?

- Это осознанная сущность. И ей доступны знания не только нашего мира.

- А что такого сложного в становлении Богом Смерти? - вклинился Фельсифул. - Мне правда интересно, почему ты не решился покончить со своим братцем окончательно. Почему веришь, что после него мы не дождемся другого сосуда для этой силы?

Каин тихо выдохнул, налив себе и Люциану чай.

- В нашем мире самые тяжелые условия для перерождения у Бога Смерти и Бога Жизни, - неохотно поведал он. - Первый должен все свои смертные годы ходить по тонкому лезвию, каждый раз спасаясь от гибели, а второй отдать жизнь ради другого и выжить. Как итог: в первом случае неизвестно как долго ты должен спасаться от смерти, чтобы стать самим богом смерти и все потенциальные кандидаты из раза в раз умирали гораздо раньше, чем сила заполняла их, а что касается второго случая - довольно непросто отдать жизнь и при этом выжить.

- И это ничего, что наш Бог Смерти теперь просто сила? Он не сможет ни посещать храмы, ни отвечать на молитвы.

- Жизнь и Смерть это не те сущности, которым нужны молитвы и вера в них. Они - основы формирования смертного мира, ровно как мы с Люцианом - основы формирования духовного.

- На баланс не влияет то, что Бог Смерти у нас есть, а Бога Жизни нет? - Владычица откинулась на спинку лавки. Взяв в руки виноградную гроздь, она начала отрывать сладкие плоды один за другим закидывая в рот себе, а иногда делясь с мужем, что устроился рядом.

- Бог Жизни тоже есть, - с презрительным смешком ответил Каин и сделал глоток чая под удивленными взглядами всех, кроме Люциана, давно просвещенного, - просто не может переродиться. Но сила жизни уже выбрала свой сосуд и как итог у нас два неполноценных бога. Баланс в порядке.

- Кто этот бог? - спросил владыка мира мёртвых, кровожадно сверкнув янтарными радужками.

- Я не выяснял, - ответил Каин так, словно ему дела не было до таких вещей и хватало лишь осознания о существовании подходящего сосуда.

Его отец предсказуемо нахмурился.

- Ясно, - сухо ответила мать. - Есть риск, что Ксандр возродится?

- У него нет тела, ему некуда возвращаться, - ответил Каин и откинулся на мягкую спинку лавки, потягивая чай и притягивая к себе Люциана, который вот-вот должен был свалиться с края, вытесненный остальными.

Владычица мира мёртвых помолчала, глядя в лицо отпрыска, после чего медленно выдохнула и произнесла:

- Спасибо. За то, что избавился от него.

Каин кивнул и Люциан почувствовал, как внутри демона все эмоции стали похожи на взрывающиеся салюты, хотя внешне он остался бесстрастен.

Владычица перевела взгляд и произнесла, вынудив Люциана вздрогнуть и посмотреть на неё:

- Рада знакомству со светлым началом. Стоило сказать это раньше, но меня волновал более насущный вопрос, прошу простить. - Она на пару секунд прикрыла веки отчего можно было рассмотреть её длинные черные ресницы, хорошо различимые на фоне белой кожи, а когда открыла, то пробежала взглядом по чужому телу. - Даже не знаю, восторгаться ли тем, что вы принадлежали к клану Луны или стоит печально вздохнуть из-за нерадостной судьбы уже какого по счёту правителя? Я слышала, вы были владыкой, надеюсь, у адептов не появятся проблемы из-за вашего ухода?

- Пост владыки занял мой друг, он достойно выполняет обязанности уже несколько месяцев и помогает клану процветать. Не думаю, что будут проблемы, я оставил знающего человека.

- Вы наблюдаете за ним?

Люциан кивнул.

- Вы тоже лишились своей человеческой сути после перерождения, как и мой сын?

- Нет, я её сохранил.

Брови владычицы дрогнули.

- Почему? - было слышно, как она контролирует голос, чтобы тот звучал ровно и без изменений.

- В отличие от владыки тьмы у меня был выбор, - мягко произнес Люциан и приподнял уголки губ.

- Вот оно что... - пробормотала владычица и её лицо на миг опустело.

- Киай, - раздался голос старшего дяди - отца Ливьена. Он звучал, подобно текущей воде, тёплой, прогретой солнцем, - расскажи, чем вы займетесь дальше? С врагом покончено, две великие сущности пробудились и что теперь?

- Люциан воздвиг город для божеств и их покровителей, который парит в небесах. Оттуда мы собираемся наблюдать за балансом, а также регулировать деятельность бессмертных.

- А что со смертным миром? - Старший дядя пригубил чай и одна из коротких белых прядей упала ему на лоб. - Кто останется внизу, если все божества и начала уйдут с их земель? Только демоны?

- Нет, Бессмертный город не тюрьма, в него можно прийти и уйти. Боги и их покровители перемещаются по своему желанию и им ничего не мешает гулять по земле, навешать свои храмы, дяди могут это подтвердить. - Каин указал на Бога Войны и Бога Воды. - Что касается начал - мы на земле не нужны.

- А как же Асдэм? - теперь вопрос задал владыка мира мёртвых, приобнимая жену за плечи. - Его ты тоже оставишь?

- Нет. Асдэм под моим крылом и я не планирую покидать его, но буду отлучаться время от времени.

- Зачем? Мир хаоса и безумств твоя комфортная среда, к чему окружать себя светом? Как тёмная сущность ты разве не должен пребывать близ созданий с такой же аурой?

- Не скрою, в Асдэме я чувствую себя стабильнее, но и в Бессмертном городе тоже неплохо. Я не хочу оставлять это место, там моё начало и, к счастью, я меньше поддаются влиянию противоположной силы, поэтому со мной ничего не случится.

- А что на счет божеств? - поинтересовалась темноволосая женщина чуть старше тридцати лет, жена старшего дяди и мать Ливьена. - Допустим, владыке света не сложно принимать тебя в Бессмертном городе, потому что великие сущности друг от друга не страдают, но как же другие светлые создания? Твоя тьма наверняка пагубно влияет на них. - Она посмотрела на Бога Войны.

- Он прячет свою ауру, когда приходит в Бессмертный город, - беззаботно пояснил Фельсифул, жуя пирожное, - поэтому его тьмой там почти не пахнет.

- Именно, - поддержал Хаски. - Если бы Киай пришел в наш город со своей тьмой, я был бы первым, кто его выгонит.

- Да что ты? - Каин сверкнул глазами, и они с Хаски уставились друг на друга, скалясь. И хотя со стороны могло показаться, что этот жест скорее говорит о неприязни, но все явно увидели в божестве и темном начале лучших друзей.

Владыка мира мёртвых, таращась на сына, даже шепнул, обращаясь к Фельсифулу:

- Я думал, Хаски был твоим товарищем, почему он теперь подле него?

Бог Войны хмыкнул.

- Поверь, лучше этот чокнутый будет подле Киайя, чем подле меня.

- Эй. - Хаски встрепенулся и тут же переключил внимание. - Ты кого назвал чокнутым?

- Догадайся. - Фельсифул махнул рукой. - Помимо тебя в нашем мире есть ещё кто-то, кого я зову чокнутым?

- Откуда мне знать, - промурлыкал Хаски, - я похож на того, кто много с тобой общается?

- Хочешь сказать, мы мало общаемся? - Фельсифул повернул корпус в его сторону. - Почему тогда я так сильно от тебя устал?

- Может потому, что ты уже старый и дело не во мне, а в возрасте?

- Пха, если я старый, то ты тогда какой? Доисторический?

Каин тихо прыснул, как и многие другие за исключением Бога Ветров, потершего висок и раздраженно произнесшего:

- Хватит. Не вздумайте продолжить трещать, как две жирные цикады. Голова от вас расколется. - Он сделал затяжной глоток чая.

Люциан плохо знал Зефира, но из мимолётных воспоминаний мог сказать, что тот любил поворчать, часто выступал в роли всезнающего и несмотря на молодое лицо прожил не одну тысячу лет в связи с чем притомился и был крайне раздражителен. Учитывая, что он любил обращаться стариком и прозябать в глухой деревеньке, где каждый день похож на предыдущий, его желание первым заткнуть ругающихся становилось понятным.

- А где вторая тётя? - вдруг поинтересовался Каин у отца.

Люциан навострил уши, сразу и не вспомнив об этой женщине. Он не видел её в своих снах, но знал, что у владыки Ночи была родная сестра, которая приходилась Каю младшей тётей. У неё были муж и два сына и все они принадлежали к клану Ночи.

- Она на седьмом кругу перерождения. Её муж на третьем, а мои племянники на шестом, - спокойно ответил владыка без пауз, словно произносил эти слова каждый день.

- Гляжу, вы полномочиями не злоупотребляете? - Каин наклонил голову к плечу, глядя на родителей. - Как владыки этого мира вы можете сократить путь к перерождению для любой души и в мгновение перенести её с первой ступени на последнюю. Отчего не сделаете это для своих? Ты разве не скучаешь по сестре?

- Скучаю, но кто я такой, чтобы вмешиваться в перерождение? Где поблажка для одного, там поблажка для сотни. Ты ведь сохранил жизнь Ксандра в угоду баланса, я тоже воздерживаюсь, чтобы не нарушать его.

- И проблема вовсе не в сущностях? - бдительно спросил Каин и Люциан понял, к чему он вообще начал допрос. - Они не ограничивают вашу волю как боги этого мира?

- Нет, можешь не беспокоиться. Мы дружны с сущностями и во многом сходимся. - Владыка улыбнулся, обнажая клыки, такие же острые, как у сына. В этой улыбке проскальзывал намёк на кровожадность, хотя о насилии вроде бы речи не шло.

Люциан быстро догадался, что каков сын, таков и отец. «Наверняка сущности, которые не были на стороне владык, подвергались истреблению», - подумал он, не зная, плакать или радоваться. Миром мёртвых правили демон и владыка клана Ночи, адепты которого в кровожадности не уступали тёмным тварям. Он доверял родителям Каина, потому что знал, что они по-своему мудрые и тоже болеют за мир, но сомневался в них, потому что не просто так эти личности нашли подход к своему демоническому чаду - их мировоззрение схоже.

«Ну... мир мёртвых не трясёт, круг перерождения действует, души не жалуются...» - пытался успокоиться Люциан.

- Мне сказали, вы пришли отблагодарить меня? - владычица обратилась к Богу Земледелия, который тихонько пил чай и ел печенье.

Хаанан за всё время не проронил ни слова. Он был единственным чужаком на семейном застолье, а также богом, выпавшим из реальности на добрые три сотни лет.

- Простите, что не обмолвился ранее, не хотел отвлекать от бесед, - скромно произнес Хаанан и голос его звучал мягко и робко, как маленький ручей, хотя лет этому ручью было свыше тысячи. - Я правда пришёл, чтобы отблагодарить. - Он поднялся с места, достал из рукава плетеную коробку и в поклоне протянул её владычице.

Люциан не часто видел Хаанана в Бессмертном городе. После излечения он бросился возрождать свои храмы и исполнять молитвы, которые ещё поступали, а также собирать по миру разбредшихся в обличиях сапфировых тигров покровителей, дабы восстановить своё имя.

Сейчас, глядя на его изящные манеры, струящиеся зеленые одежды, аккуратную прическу и скромное поведение, Люциан мог сказать, что это благородный и воспитанный бессмертный, совсем не похожий на то чудовище, которое однажды чуть не проглотило его. «Он мне нравится», - поймал он себя на мысли и, судя по добродушному отношению гостей, Хаанан понравился всем, кроме Каина, который на него даже не смотрел.

- Вам не стоило так утруждаться, но я благодарна за подарок. - Владычица забрала коробку. - Я открою его после трапезы, хорошо?

- Как вам будет удобно, - мягко ответил Хаанан и опустился на лавку.

- Вы планируете погостить или покинете нас после трапезы? - поинтересовался владыка мира мёртвых.

- Я планировал отклонятся после трапезы, если это никого не обидит.

- Я тоже, - произнес Хаски.

- А мы погостим, - сказал Бог Воды, имея ввиду себя и Фельсифула. - Пока есть шанс, хочу провести с вами больше времени.

- О-о, - польщённо протянул владыка мира мёртвых и насмешливо улыбнулся. - Не ожидал услышать от тебя подобное. Ты так сильно по мне скучал?

- Скучал это мягкой сказано, - проворчал Фельсифул, жуя неизвестно какое по счету пирожное, потому что они исчезали в его рту один за другим как дрова в печи. - Он как-то даже разругался с Киайем из-за того, что тот не открыл ему проход в Безгрешный город.

- Правда? - Владыка заинтересованно посмотрел на сына. - А в чем причина? Разве открыть проход так сложно?

- Нет. Но эти бреши долго зарастают, а пока они закрываются кто-то из душ или зарождающихся богов может выйти в мир живых и натворить бед. По этой причине я не открываю их ради единоличных визитов, только по особым случаям и потом наблюдаю за ними долгое время, пока не зарастут.

- А, поэтому сегодня ты взял с собой всех, кого мог, - владыка хохотнул. - В таком случае вы вольны пробыть здесь сколько пожелаете, ведь мой сын вряд ли вскоре явиться сюда после ухода, - сообщил он Богу Воды и Богу Войны. И хотя смысл его слов удручал, звучали они легко и беззаботно, словно отец был привязан к сыну в той же степени, что и он к нему, хотя Люциан был уверен, что это не так. Просто эти двое друг друга стоили и не умели/не желали демонстрировать чувства.

Люциан невольно покосился на родителей Каина. Владыка ночи всё еще обнимал свою маленькую, но свирепую жену, прижимая её к крепкому телу так, словно если отпустит - она исчезнет. Было видно, что не только в этот момент он держал её крепко, но и всю жизнь. Это натолкнуло на мысль, что в данной семье открыто проявлять теплоту и любовь было принято лишь к одному человеку.

- Что насчет вас? Задержитесь? - спросил старший дядя, ставя пустую пиалу на блюдце.

- Пока думаем, - ответил Каин. - Возможно, переночуем здесь, а дальше посмотрим.

- Много дел в мире живых?

- Именно, - соврал демон, не моргнув глазом. В прошлой жизни Кай очень остерегался старшего дяди из-за его проницательности, но вот Каину до чужой особенности не было дела. Даже если дядя его раскусил, ему было все равно.

- Так понимаю, начала нашего мира хорошо ладят? - поинтересовалась тётя Каина, с мягкой улыбкой наблюдая за поведением юношей, сидящих рядом на тесной лавке и друг друга не чурающихся.

- Ну, явно не конфликтуют как Хаски и Фельсифул, - со смешком ответил владыка мира мёртвых.

- Да-а, - протянул Бог Войны, - не хотелось бы повторить участь Иномирья, где силы тьмы восстали против света.

- Этого не случится, - сухо высказался Бог Ветров. - Начала этого мира едины, умрёт один - не станет и второго. После чего они возродятся, чтобы снова попытаться удержать баланс.

- Можно ли сказать, что наш мир никогда не будет разрушен? - поинтересовалась владычица.

- Нет ничего однозначного, но будем надеется на успех, ведь начала уже сформированы, и я не могу представить, у кого хватит сил, чтобы уничтожить хотя бы одно.

- Как удобно, когда отвечают за тебя, - со смешком шепнул Каин на ухо Люциану и тот тихо хихикнул.

Беседа за столом выдалась оживлённой, но не все вопросы, которые хотелось задать, были заданы. По этой причине после чаепития Каин вынужденно оставил своё светлое начало и ушёл на приватную беседу с семьёй, а Люциан, чтобы не сидеть без дела, отправился провожать Хаски и Хаанана.

- Как вам встреча? - поинтересовался у него Бог Обмана, петляя по тропинке в саду. Они решили пойти через него, потому что Хаанану хотелось понаблюдать за растительностью в мире мертвых. Он чуть ли не как пёс скакал вокруг Хаски, прося об этом и тот, проявив великодушие, согласился. В этот момент Люциан подумал, что эти двое выглядели не как старые приятели, а скорее как братья, где Хаски - старший, а Хаанан - младший. Эта мысль немного удивила его, но не сильно, учитывая, что они оба из Иномирья.

- Продуктивно. Был рад понаблюдать за его семьёй.

- А это ведь еще не все её члены собрались, - подметил Хаски, приподняв указательный палец. - Поразительно, что у такого злого мальчишки столь крепкая и дружная семья.

- Не называйте его злым. - Люциан строго посмотрел на Бога Обмана и тот не сдержал смешка.

- Ну а что я могу с собой поделать, если этот демон добр лишь по отношению к вам? Кстати, я думаю, что кое-кто из его семьи пожелает поговорить с вами наедине. Думаю, советник заинтересован в вас.

- Советник?

- Старший дядя Киайя, в этом мире он советник владык.

- Почему вы решили, что он во мне заинтересован?

- Он не может не быть заинтересован в том, кто рядом с его племянником, ведь посторонние всегда несут либо угрозу, либо пользу. Когда встретитесь с ним, будьте осторожны, этот мужчина кажется притягательным, но по натуре опасен.

- Не думаю, что меня нужно предупреждать о таком. - Люциан знал о старшем дяде Каина не только из снов, но и из сохранившихся о нем сведений. Это был один из самых сильных и независимых правителей клана Луны. - Но я благодарен Богу Обмана за заботу и приму к сведению ваши слова.

- Простите, что перебиваю, но, как думаете, мне можно забрать эти цветы с собой? - Хаанан, остановившийся возле одной из клумб, обернулся на товарищей. - Я вижу, они хорошо подавляют сорняки, рыхлят почву для червей и не обладают токсичными веществами. Эти цветы прекрасно подойдут для полей и садов.

- Вам нельзя ничего отсюда брать, - быстро ответил Люциан. - Всё, что здесь есть, не может существовать в мире живых.

- Но ведь в Асдэме подобные вещи продают тысячами.

- Это другое, - отмахнулся Люциан, не желая вдаваться в подробности. Хаанан вряд ли сочтёт справедливым то, что ему один цветок взять нельзя, а асдэмским торгашам можно. Суть была в разнице между богом земледелия и демонами. Первый из одного цветка создаст тысячи и нарушит баланс магии в мире живых, а вторые, возможно, даже не донесут букет в целостности, потеряют или растопчут по пути из-за своей небрежности.

То, что существует в мире мёртвых априори несет магические свойства мира мёртвых. Даже камни здесь наполнены духовной энергией смерти, по этой причине их перенос повлияет на баланс в мире живых.

Люциан не мог этого допустить.

Хаанан состроил угрюмый вид и тускло вздохнул. Он поплёлся дальше по тропе, вздыхая и касаясь кончиками пальцев пышных цветочных бутонов, росших в высоких клумбах.

- Я не хотел огорчать его, - пробормотал Люциан, немного жалея, что повел себя столь строго.

- Не беспокойтесь, он не обижен. - Хаски похлопал его по плечу. - Хаанан понимает, что такое баланс и зачем он нужен и не будет проказничать.

Люциан кивнул, немного утешившись.

- Спасибо, что взяли меня с собой, - поблагодарил Хаанан, когда они дошли до конца сада, где собрались расстаться, потому что до самой бреши Люциан их провожать не планировал. - Надеюсь, я не стал помехой и никому не помешал? - он звучал искренне, а его вид и впрямь больше не демонстрировал обиды.

- Не беспокойтесь, мне кажется, всё прошло хорошо. - Люциан улыбнулся. - Я был рад видеть вас, мы редко встречаемся. Можете заходить ко мне в Бессмертном городе, если захотите поговорить или потребуется помощь, наверняка сотни лет в медитации выбили вас из колеи.

- Это правда. - Хаанан смутился. - Я так и не извинился перед вами за свою попытку нападения. Я был не в себе и пребывал во власти тёмных сил, простите мою кровожадность. - Он низко поклонился.

Люциан не смог сдержаться и улыбнулся еще шире и теплее. Этот бог был таким хорошим! Он был бы рад с ним подружиться!

- Не стоит, тот случай не принёс мне особого вреда, и я никогда не таил обиду за него. - Люциан махнул рукой, жестом веля прервать поклон.

Хаски нетерпеливо похлопал Хаанана по спине между лопаток.

- Нам пора, пойдем, - и поторопил, видимо зная, что прощание заинтересованного в Боге Земледелия владыки света и сокрушающегося перед ним самого Бога Земледелия могло затянуться на вечность, учитывая, сколь учтивыми и аккуратными были эти двое, каждый из которых не мог позволить себе отвернуться первым.

Хаанан кивнул и вынужденно попрощался с Люцианом. Они с Хаски прошли через садовые ворота и вышли на городскую улицу, быстро растворившись в толпе прохожих. Двери за ними закрылись сами собой, оставив владыку света одного.

«И куда идти? - Он недоуменно обернулся на сад. - Эх... как-то неловко бродить в одиночку». - И шагнул в ту сторону, где находился Каин.