Том 4. Глава 116. Близнецы и владыка демонов

Люциана затянуло в водоворот чужой памяти. Настолько плотный и в то же время хаотичный, что бросало от одного воспоминания к другому, но каждое из них повествовало о связи двух демонов.

Глубокой и болезненной.

Это был первый раз, когда Ксандр настолько вывел Кая из себя, что тот погрузился во тьму с головой. Тренируясь в саду, мальчишки разругались из-за гарема, который принцу предложил отец. Физическая связь помогала заклинателям темного пути учиться контролировать желания и эмоции, тем самым взращивая силу на них базирующуюся. Также давала эмоциональную разрядку и удовлетворение, чего, по мнению отца, не хватало вечно напряженному сыну, рожденному с огромной, но неподконтрольной ему мощью. Ксандр, услышав о гареме, принялся утверждать, что плотские утехи созданы для дураков, и его принцу следует оттачивать мастерство контроля с ним на тренировочном поле, а не скача из постели в постель, как работник публичного дома.

Страж настолько не следил за своим языком, распаляясь все больше и больше, словно имел к борделям прямое отношение, отчего Кай не выдержал и набросился на него, принявшись избивать.

Естественно, Ксандр не стал прикидываться тренировочной марионеткой и дал отпор, приправляя удары ядовитыми словами. Вся эта ситуация настолько вывела Кая из себя, пробудила в его душе столько тьмы, что он потонул в ней.

И тогда пробудился ᙢậлǣкиай.

Он уже не помнил, когда в последний раз видел этот мир своими глазами. Казалось, единственный раз случился в момент их с Каем рождения и тогда он успел разглядеть только стены да потолок, после чего первородная тьма увлекла в объятия, позволив брату взять контроль над их телом. А его заперла на дне сосуда его души без права вырваться.

Киай сидел на своём друге и сжимал пальцы на его тонкой шее. Сад, в котором они находились, пустовал, потому посторонние не могли узреть их конфликт. Его темная аура застилала мягкую траву, стремительно черневшую и увядающую.

Ксандр скалился в лицо и продолжал язвить, даже хрипя и задыхаясь, но когда заметил, что с принцем что-то не так, а его глаза целиком почернели - заткнулся и замер.

ᙢậлǣкиай тоже замер от внезапно сковавшей его растерянности и невольно ослабил хватку на шее друга.

Казалось, прошла вечность, пока они смотрели друг на друга так, словно впервые видели. Взгляд демона блуждал по чертам чужого лица, цепляясь за каждый сантиметр. Он знал Ксандра, потому что его сознание было объединено с сознанием Кая, вот только вживую, можно сказать, ни разу не видел, довольствуясь лишь образами из чужой памяти. Впервые глядя на кого-то самостоятельно, Киай позабыл обо всем и жадно пытался запечатлеть облик мальчишки в собственных воспоминаниях, а не в чужих.

Выражение лица Ксандра сначала было таким же потерянным и непонимающим, как и у демона, но чем дольше длилась их игра в гляделки, тем больше оно менялось, становясь задумчивым. Он не паниковал, наоборот стал спокоен как-никогда, хотя буквально двумя минутами ранее рычал словно зверь. Ксандр накрыл ладонями чужие руки, все еще не отпускающие его шею, и медленно отвел от себя, не прерывая зрительного контакта.

Киай почувствовал, что теперь друг уверенно всматривался ему в глаза, будто пытался постичь его суть.

- Меня всегда интересовало, что живёт внутри тёмного принца, - наконец хрипло произнес Ксандр, - видимо, это ты... - и его слова вынудили демона выпрямиться и беспомощно свесить руки.

«Ты что-то знаешь?» - подумал Киай, не имея понятия, как спросить вслух. Он никогда в этой жизни не раскрывал рта и потому сомневался, что вообще способен говорить.

Ксандр прищурился, наблюдая за его поведением и не спешил делать что-то еще. То ли он проявлял осторожность, то ли использовал чужую нерешительность для того, чтобы изучить «нового друга».

Из-за неспешности товарища, молчаливости и, казалось, отсутствия страха перед ним, Киай почувствовал себя неуютно и неуклюже встал в попытке отдалиться и внести изменения в сложившуюся обстановку. Он осмотрелся. Яркий, полный цветов и деревьев сад поражал красотой. Ароматы зелени и цветов дурманили. Киай поймал упавший с дерева ещё зеленый лист и задумчиво уставился на него, разглядывая прожилки. Снять перчатки, чтобы прикоснуться, он даже не думал.

- Тебе нравится? - внезапно спросил Ксандр, тоже встав.

Киай обернулся на него, выражая немой вопрос вроде «нравится что?», но товарищ ему не ответил, вместо этого спросил следующее:

- Как твоё имя?

Киай медленно приподнял бровь.

- Я должен знать имя того, кого буду называть своим братом, - со смешком пояснил Ксандр, в ответ на что бровь ᙢậлǣкиайа поползла еще выше.

«С каких пор заклинатели считают демонов своими братьями?» - на секунду ему показалось, что он заметил нечто странное в сущности приятеля, но это было настолько мимолётное чувство, что подтвердить его истинность не представлялось возможным.

Ксандр почесал затылок, глядя на то, как ему снова ничего не ответили. Он устало вздохнул и добавил ещё одно пояснение:

- Истинное имя демона позволяет призывать его. Если хочешь ещё раз выйти наружу - назови мне имя.

Глаза Киайя распахнулись. «Выйти... ещё раз?» - от этой мысли его тёмное нутро дрогнуло. Казалось, он не имел желаний и жаждал лишь крови и разрушений, но сейчас мысль о свободе даровала ему новые чувства: маленький демон, рожденный без тела, и вынужденный существовать в непроглядной темноте, получил шанс снова увидеть свет своими глазами. Он мог еще раз прикоснуться к листку дерева, вдохнуть аромат зелени, увидеть чужое лицо... Сжать... чужую шею. Возможно, до хруста...

Киай знал, что истинное имя нельзя называть, но ещё раз вернуться в клетку без попытки выйти было хуже, чем стать подвластным.

- ᙢậлǣкиай, - голос прозвучал низко и рычаще.

Ксандр широко улыбнулся, а его взгляд заискрился.

- ᙢậлǣкиай, - повторил он, вкладывая в каждый звук тяжёлую, удушающую темную силу.

Киай почувствовал, как его власть над телом крепчает, а тьма вокруг начала становиться гуще.

Казалось, Ксандр тоже заметил изменения из-за чего победоносно улыбнулся.

- Вы с Каем не связаны, верно? - Он любопытно наклонил голову к плечу. Страх или настороженность всецело покинули его и сейчас страж вел себя так, словно общался с тем самым принцем, которого всегда оберегал.

Киай покачал головой, странно глядя на Ксандра: его удивляло, что этого тринадцатилетнего мальчишку не пугало внезапное пробуждение демона в теле друга, а также тьма, окутывающая округу и буквально травящая всё, что здесь было, кроме них двоих.

- Значит, ты не скажешь ему о нашей встрече? - Ксандр лукаво прищурился.

Киай снова покачал головой. Что и кому он мог рассказать? Брат воспринимал его лишь как частицу своего безумия; в этой семье никто не подозревал, что безумие имело разум.

- Отлично. - Ксандр помедлил и сложил руки в приветственном жесте. - Тогда рад знакомству с тобой, младший братец, - закончил он, кланяясь.

И Киай молчаливо поклонился в ответ, а после мир перед его глазами померк.

Что это было и почему Ксандр с первой встречи пожелал стать названными братьями Киай не понял, но Люциан, ознакомившийся с этим отрывком чужого прошлого, кое о чем догадался.

«Учитывая воспоминания владыки демонов и мои знания о нем, Ксандр был изгнан из родного клана, и, скорее всего, отыскал приемную семью, которой, думаю, позже лишился. Учитывая его нынешние деяния и положение... Возможно ли, что он пытался обрести родных вновь?» - поразмыслить дальше Люциан не успел, потому что его увлекло в новый водоворот воспоминаний.

- У меня вопрос. - Ксандр подлил демону чай. - Как ты оказался в теле тёмного принца? - На сей раз они оказались в комнате Кая. Ранее страж предложил ему отдохнуть здесь и провести чаепитие, но на деле использовал это как возможность призыва.

Киай покосился на чай, который больше не хотел пробовать. Напиток был горьким и, казалось, даже острым. «Этот ребёнок... что он добавил в чай, раз тьма внутри тела так взбесилась, что даже позволила мне проявиться?» - Он строго посмотрел на Ксандра, юность которого говорила о том, что их вторая встреча состоялась незадолго после первой. Будучи запертым, ему не всегда удавалось четко отслеживать течение времени.

- Не переживай, я наложил на комнату заклятие запечатывания, поэтому в ближайшее время никто не узнает, что ты пробудился, - ответил Ксандра на немой вопрос брата. - Ну так что, скажешь, как оказался в этом теле? - снова спросил он, но собеседник вновь не разомкнул уст. Тогда Ксандр задумчиво вздохнул и произнес, не отрывая пытливого взгляда от чужого лица. - Тогда задам другой вопрос: что удерживает тебя в теле принца? Раз вы не связаны, почему не покинешь его? Ты ведь наверняка демон ранга "сошка"? Можешь переселиться.

Киай почувствовал, как его горло сковала сухость, а язык отказывался ворочиться. Приложив огромные усилия и напрягая чужую мышечную память, он прошептал:

- Я заперт... здесь.

Ксандр навострил уши.

- Кем?

- Ть...мой.

- Чьей? Кая?

Киай покачал головой и все-таки сделал опасный глоток полного отравы напитка лишь бы смочить горло. Он почувствовал, как его тьмы стала гуще и сам он будто стабилизировался в чужом теле, теперь не так сильно ощущая угрозу потери сознания в следующий же миг.

- Не знаю, откуда она взялась, - начал медленно отвечать Киай, - но когда придёт срок - я исчезну, а брат... изменится.

На лице Ксандра не дрогнул и мускул. Он остался спокоен, но во взгляде читалось удивление.

- Исчезнешь? Но я не хочу, чтобы мой младшенький исчезал. Может есть способ разделить вас?

Киай снова покачал головой.

- Я принадлежу тьме, которой владеет Кай. Она избрала его сосудом и когда придет время - поглотит меня, чтобы он освободился.

Брови Ксандра дрогнули.

- Это же означает твою смерть. Ты ведь понимаешь? - мрачно спросил он.

Киай кивнул.

- И тебя это устраивает?

Киай невесело усмехнулся и хрипло ответил.

- Тот, кто не живет, смерти не боится.

Ксандр вздрогнул и опустил взгляд. Его чёрные зрачки принялись прожигать стол. Он долго молчал, прежде чем с его губ сорвался смешок.

- Да быть не может... - прошептал Ксандр и вновь посмотрел на Киайя. - Кажется, я знаю, что за тьма избрала твоего брата и если я угадал, то эта сила действительно невероятна. - Его глаза опасно вспыхнули и он подался вперед, кладя ладони на стол. - Если попробую освободить тебя из оков этого тела, ты позволишь?

Киай ожидал услышать что угодно от этого странного мальчишки, но только не предложение об освобождении.

- Зачем тебе это? - спросил он, нахмурившись.

Ксандр небрежно пожал плечами и лукаво улыбнулся.

- Люблю совершать невозможное. Кай этого не замечает, но на самом деле я гораздо умнее, чем кажусь.

- Для четырнадцатилетнего ты даже слишком умён, - чёрные глаза Киайя пронзительно смотрели в чужие такого же цвета.

- Я рад, что ты это понимаешь, - беззаботно ответил Ксандр.

На тот момент Киай халатно отнесся к желанию стража, толком не веря, что ему удастся разлучить его с тьмой и братом. Эта сила была первородной, он являлся её частью и должен был ею остаться. Киай понял это почти сразу как родился и давно смирился со своей участью, толком не пытаясь выбраться наружу и мешать Каю жить. В конце концов он явно родился по ошибке, ведь даже его семья не знала, что он здесь.

Люциану от этого воспоминания стало дурно. «Момент перерождения в темное начало... Он ведь рассказывал, что Ксандр отравил его в тот роковой день, но тогда я даже подумать не мог, что таким образом он его еще и пробудил. То, что Киай убил Элеонору и тем самым - Кая, было спланировано Ксандром изначально в качестве попытки освободить его? Или все это время он просто игрался с чужими жизнями? Но он ведь однозначно понял, что тьма, запершая демона, это сила начала...» - Люциан не знал, что и думать, потому что имел мало представлений об обширности познаний владыки демонов, а также о его характере. Ксандр казался непредсказуемым: он разрушил клан Ночи, обратил всех адептов в демонов, явно преследовал цель убить тогдашних владык, но при этом не постыдился называть их сына своим братом. И титуловал он его так до сих пор. Безумец.

- Надо же, получилось, - голос Ксандра вынудил Киайя открыть не свои глаза.

Люциан не заметил, как воспоминание сменилось и они очутились в клане Луны, а на вид братьям было уже по шестнадцать лет. Судя по примятой садовой траве, разбитому лицу Ксандра и сломанной декоративной лавке до пробуждения Киайя юноши подрались.

- Что получилось? - растерянно спросил демон.

- Твоё имя. Я позвал тебя не на дамонианском и ты откликнулся, - в голосе Ксандра слышалось ликование.

- А на каком? - Киай нахмурился, беспокоясь, что у него могло быть еще одно имя, о котором он даже не знал.

- На человеческом, который мы используем сейчас. Тебе стоит изучить старый язык клана Ночи, многие слова оттуда способны помочь в адаптации слов с дамонианского языка. Твоё имя ᙢậлǣкиай на человеческом означает «пожирающая тьма», но звать тебя так неправильно, поэтому я перевёл это словосочетание на устаревший язык, в котором твоё имя читается как ₭ẳ Ӥн. Или Каин. Я призвал тебя, назвав Каином, и ты откликнулся. - Ксандр оскалился, довольный собой. В его чёрных зрачках бешено метались золотые огни.

- Кай! Что у вас случилось?! - от диалога их отвлёк оклик светловолосой девушки, бежавшей к ним сломя голову. Когда её золотистый взгляд встретился с чёрными безднами на бледном лице тёмного принца - прелестное личико Элеоноры искривилось от ужаса.

- Убей её, - холодно приказал Ксандр, обернувшись на спешащую к ним девушку. - Если она расскажет о тебе - быть беде.

Тьма Каина решительно направилась к Элеоноре. Названный брат был прав - о нем не должны узнать. Это подвергнет опасности не только его, но и Кая. Каин боялся подумать, что с ними попытаются сделать, желая вытащить его из чужой души.

Зловещие темные щупальца густой демонической ци сковали Элеонору, вынудив остановиться на полпути и пасть на колени от удушья. Её крик послышался как хрип. Она схватилась руками за горло в попытке сделать вдох. И несмотря на потуги вырваться и то, что смерть уже занесла над ней когтистую лапу, Элеонора все равно выдавила, покрасневшими глазами глядя на юношей:

- Оста... остановись... Ксандр, спаси... его.

Каин вздрогнул, услышав её слова. «Спасти? От кого?» Голос Элеоноры был полон отчаяния, словно прямо сейчас она теряла самое дорогое в жизни и это вовсе не её дыхание. Даже не пытаясь обороняться, она принимала смерть от рук своего друга, что казалось немыслимым и ненормальным даже для рожденного сеять хаос демона. Каин не питал никаких чувств к Элеоноре, все-таки её выбрал брат, когда ему до женщин не было дела, но то, как она пыталась вразумить его, через силу продолжая просить остановиться, а Ксандра - помочь остановить, потрясло до глубины души.

- Зачем нежничаешь? - холодно спросил брат, не обращая внимания на загибающуюся перед ними девушку. Казалось, сохранность Элеоноры, которая была важна Каю, не волновала его стража от слова совсем. И как тяжело от её потери будет темному принцу - тоже.

- Она дорога брату. А брат дорог мне, - сухо отрезал Каин и выпустил ещё больше тьмы, позволив той напасть и на Ксандра.

В тот день он нанёс раны двум близким людям, чтобы скрыть истину о себе. Благодаря этому Элеонора и все остальные восприняли тот случай за необъяснимый нервный срыв, спровоцированный врожденной неподконтрольной силой темного принца.

- Зачем притащил меня сюда? - резко спросил Каин, выходя на крышу их дома в резиденции Ночи.

Люциан осознал, что его вновь перекинуло на другое воспоминание, которое, казалось, он уже видел в чужом мире грез...

- Полюбоваться красотами. Ты ведь их своими глазами не видел, - бодро объявил Ксандр, подходя к краю крыши.

- Это небезопасно. Нам следовало остаться в комнате, - ворчал Каин, нехотя следуя за ним.

- Не беспокойся. - Ксандр остановился и обернулся на брата. - Твоих родителей сейчас нет в резиденции, о пробуждении никто не узнает, ведь это место и без того полнится темной энергией. - Он махнул рукой, указывая на зеленеющий оазис за своей спиной. - Ну как? Красиво, правда?

Каин замер, глядя на город, что раскинулся под ногами. Тут и там пестрели разноцветные крыши зданий, цвели зеленые сады, стояли прозрачные озера, гуляли адепты, что заполоняли улицы, словно шумная река. Сквозь темно-синие облака пробивались яркие и теплые лучи солнца, они вынуждали крыши поблескивать, а некоторые, с глянцевой краской, даже переливаться.

На кончиках пальцев у Каина возникло болезненное покалывание, а в душе зародилось желание дотянуться до того, чего коснуться не в силах. Он хотел бы жить в этом месте, учиться, как все, общаться с окружающими, как его брат, но этому не суждено было случиться.

Этот мир. Дом. Они не принадлежали ему.

Это тело не принадлежало ему.

Рожденный демоном ранга «сошка» он был всего лишь паразитом, отравляющим своего брата. Он должен был умереть, ведь в этом мире для него не имелось места.

Каин сжал кулаки и нахмурился. Мрачная тень легла на его лицо. Как и все демоны он страдал от жадности, жажды крови и насилия, но деля разум с человеком смог познать и другие чувства и страсти. Например, сострадание.

Когда Каин навредил Элеоноре и Ксандру, проснувшийся после этого Кай не находил себе места несколько дней. С виду он остался холоден, но в душе у него все перевернулось. Брат сожалел о потере контроля над силой и не знал, как совладать с ней. Каин даже почувствовал зародившийся в его душе страх и отвращение к собственной демонической сути, с которой, как он думал, был рожден. Кай не знал, что расцветающие в его сердце кровожадность, жажда крови и жестокость были пробуждены участившимися проявлениями брата и думал, что проблема в нем. Что он всему вина.

Каин не мог этого выносить. Не мог осознанно губить родного брата.

Он отступил от края, чтобы больше не видеть на город.

- Перестань призывать меня, - его слова звучали как приказ, а тон вынудил Ксандра удивленно посмотреть на него.

- Что на тебя нашло?

- Мне не место здесь. Я удовлетворил свою жажду свободы, больше не призывай меня.

- Это из-за случая в клане Луны? - Ксандр нахмурился и скрестил руки на груди. Казалось, он задал этот вопрос случайно, но, заметив, как собеседник на мгновение поморщился, всё понял. - Боги, тебе серьезно жаль Элеонору? Она всего лишь жалкая девчушка, хорошо, что ты оказал на нее давление, теперь она знает каково это - столкнуться с тьмой и в следующий раз подумает, прежде чем связываться с Каем.

- Не пытался обернуть всё так, словно моё нападение было ей во благо! - рыкнул Каин. - Ты предлагал убить её, - и процедил сквозь зубы.

- Да, чтобы уберечь вас. - Ксандр указал пальцем на грудь принца. - Но ты сделал все намного лучше и в итоге заклинательский мир считает твоего брата сильнейшим последователем темного пути, который, к несчастью, совсем не обучен самоконтролю. - Ксандр усмехнулся. Он шагнул навстречу и, положив обе ладони на чужие плечи, глядя в глаза сказал: - Брат...поверь мне, не тебе сочувствовать людям.

На этом воспоминание оборвалось то ли потому, что Каин потерял контроль над телом, то ли потому, что Люциана попросту унесло дальше.

Из обрывков, что попадались на пути к следующему воспоминанию, он увидел, что Ксандр после этой беседы не раз пытался призвать Каина, но тот не откликался. Вряд ли он мог сделать это сам по себе, ведь тот, кто владел истинным именем демона, мог повелевать им самим, поэтому здесь роль сыграло, возможно, то, что Кай стал сильнее. Сильнее как демон. И теперь не отдавал контроль над собой так просто, поэтому неудивительно, что глаза Каин открыл во время ночной охоты, в лесу, где Кай и еще двое адептов его клана, полностью вымотавшись, прирезали огромного белого бларга.

Бларг был тварью, на которую охотились группами, потому что в одиночку свергнуть его мало у кого получалось. Кай использовал все силы, чтобы нанести решающий удар и это переполнило его душу тьмой, позволив Ксандру призвать Каина.

Естественно, вырвавшаяся наружу демоническая ци не осталась незамеченной. Адепты, с которыми он только что дрался бок о бок, тут же направили в его сторону стрелы.

- Что вы делаете? - холодно спросил Каин, сжимая в руке окровавленный меч.

- Покинь тело принца, демон, - приказал один из облаченных в черное адептов, когда другой, словно тень, начал пытаться выудить из поясного мешочка талисманы, видимо, чтобы пленить.

Ксандр же замер за их спинами и с любопытством наблюдал за ситуацией.

- Не могу, - бесцветно ответил Каин.

- Не лги! Быстро покинь тело нашего принца, жалкая сошка!

Пальцы Каина еще крепче сжали рукоять меча и кончик оружия мелко задрожал. В следующий миг в него пустили стрелу, намереваясь ранить в плечо, но демон отбил её, взмахнув оружием. К сожалению, это был лишь отвлекающий маневр, потому что в него тут же полетели талисманы. И стоило им коснуться одежд, как тело пронзила столь ужасная боль, что он рухнул, ударившись коленями о землю.

- Каин! - испуганно выкрикнул Ксандр и, взмахнув мечом, бросился на соклановцев.

Услышав имя, демон почувствовал силу.

- Еще раз, - сквозь зубы процедил он. - Позови еще.

И Ксандр позвал. Он звал его, отбиваясь от стрел, а Каин чувствовал, как демоническая ци разливается по меридианам в теле его брата. Талисманы начали разрушаться не способные сдержать мощь его сущности. Удушающая темная энергия окутала поляну. Каин снял перчатку и, бросившись на своих же людей, обратил их в прах, коснувшись лишь единожды. Лишь кончиком пальца.

Ксандр отшатнулся, увидев пепел. Адепты, стоявшие на одной с ними ступени заклинательства, пережившие несколько охот и являвшиеся сильными и подкованными противниками, оказались стерты с лица земли во мгновение. А их убийца сейчас замер перед ним с ничего не выражающим лицом и задумчиво смотрел на тьму, окутывающую бледные пальцы его руки.

- Почему они так слепо бросились на меня? - задумчиво спросил Каин.

- Люди ненавидят демонов, - сухо ответил Ксандр, сохраняя напряжение в теле, словно был готов продолжить бой.

- А ты? - Каин покосился на него. - Почему не бросаешься на меня?

- Потому что ты мой брат.

- Твой брат Кай, а не я, - отрезал Каин и перчатка вновь укрыла его руку, позволив Ксандру расслабить плечи. - Зачем призвал меня сюда, когда я просил не делать этого? Чтобы показать, как люди ненавидят таких как я? Очевидно ведь, что они бы на меня набросились.

- Верно, - ответил Ксандр, вздернув подбородок. - В прошлый раз я сказал, что не тебе сочувствовать людям, потому что они не заслуживают твоей доброты. Призывы, которые я осуществляю, созданы, чтобы найти способ освободить тебя, а не загубить. Ты не достоин той участи, что тебя ждет. Я не хочу, чтобы ты сидел в клетке и ждал своей смерти, поэтому, пожалуйста, перестань переживать о чужих жизнях и подумай о своей. Позволь мне помочь тебе!

- А как же мой брат? - голос Каина звучал глухо. - Что будет с ним из-за этих призывов? Ты видел, как жесток он теперь с тобой и Элеонорой? И с каждым годом становится все беспощаднее, потому что я отравляю его душу! - Он вздохнул, осмотрев залитую кровью лесную поляну, окруженную тихо шелестящими деревьями и, чуть помолчав, прорычал: - Я больше не хочу никого губить... Даю тебе лишь один шанс призвать меня. И этот шанс будет последним. - Каин серьезно посмотрел на Ксандра. - Поэтому сделай это, когда будешь готов со мной попрощаться.

- Н-но... - Ксандр запнулся, протянув к нему руку, но тут же опустил, сжав ладонь в кулак. - Неужели ты смирился с тем, что должен умереть? - прошептал он, посмотрев в землю.

- Да.

Люциан вздрогнул от этих слов. Он подумать не мог, что его демон - всегда непоколебимый, уверенный в себе и язвительный, - когда-то был рожден, чтобы погибнуть. Сейчас непобедимый в прошлом он был запертым в клетке зверем, покорно ожидающим своей участи. Каин буквально разрывался из-за незнания, как ему поступить. Рожденный демоном он должен был думать лишь о себе, но в то же время искренне не желал губить брата. Он рос за счет жизнедеятельности Кая, его воспоминаний и пережитого опыта и был с ним связан настолько, что сам из себя мало что представлял. Его терзали вопросы: «Сможет ли он существовать без Кая, если Ксандр разделит их?», «Взращенный в неволе выживет ли он, если освободиться?», «Какой из него демон, если с рождения он наблюдал, как быть человеком?». Он не знал о чувстве несправедливости, поэтому не думал, что его заточение в чужой душе - это нечестно. Не думал и о том, что достоин свободы. Он всего лишь хотел познакомиться с ней, что уже сделал и отныне мог оставить попытки выйти еще раз. Тьма хотела, чтобы жил его брат, он же этой жизни был недостоин.

Ну а Ксандр... Люциан почувствовал, что его после ответа Каина пронзила такая колючая боль, словно он от и до понимал его страдания. Возможно, поэтому он выполнил просьбу и не призывал его после этой беседы.

До какого-то момента...

Время шло и чем старше становился Кай, тем больше первородная тьма поглощала маленького демона в его душе и вскоре должна была сожрать целиком. Именно в тот момент, когда чужая жизнь уже висела на волоске, Ксандр успел позвать брата в последний раз и смог даже обмануть первородную тьму, вынудив обратить в начало не того, кого избрала изначально.

- Зачем призвал? - Каин пробудился в покоях Кая, сидя за низким столом. Перед ним стояли две пиалы и полупустой чайник, намекающий, что чаевничать юноши начали давно. Казалось, прошла пара лет с последнего его выхода на свободу, но вел он себя так, словно видел Ксандра каждый день, сохранял спокойствие и смиренность, будто и не умирал сейчас вовсе.

- Извини... я волновался. - Ксандр смущенно опустил глаза. - Девчонка твоего брата двое суток лежит без сознания, владыки поставили столько печатей на её покои, сколько мне и не снилось. Ты хорошо себя чувствуешь? - Он взглянул на Каина.

- Нет. - Тьма внутри тела бушевала так, как не бушевала никогда. - Тебе лучше оставить меня, чтобы самому не пострадать.

Ксандр вздрогнул.

- Это перерождение, да? - беспокойный шепот сорвался с его губ. - Ты умираешь, верно? Тебя поглощают.

Каин исподлобья посмотрел в лицо стража. Чужой голос подрагивал, но почему-то он не верил этим эмоциям. Казалось, тревога, отражающаяся на лице брата была искренней, но не равнялась тому, что жило в его душе. Каин не стал отвечать на вопрос про перерождение и смерть, но это не помогло обмануть Ксандра и тот заявил:

- Я не дам тебе исчезнуть. - Он решительно поднялся с места. - Я придумал, как тебя освободить. Жди здесь. - И поспешно покинул комнату, игнорируя распахнутые глаза собеседника и его вытянувшееся от удивления лицо.

«Освободить?» - Каин подумал, что у него слуховые галлюцинации из-за тьмы, что волнами накатывала на него в течение всего разговора и уже вызвала сильное головокружение.

Воспоминания оборвались. Но Люциану не требовалось досматривать их, ведь он знал, что произошло дальше: Каин ждал своего брата в комнате, а тот в этот момент убил его отца. Когда демон заподозрил неладное и вышел в коридор, то увидел умирающего родителя и скрывшегося в окне брата, после чего погнался за ним.

Каин несся по улицам, в каждом адепте видя Ксандра и убивая в попытке отомстить за отца. Он не осознавал неправильности того факта, что прикончил брата сотню раз, а тот все еще мельтешил перед глазами. Когда же очнулся от гипноза, то вытащил меч из тела бросившейся к нему Элеоноры и это стало концом как для него, так и для брата, которого пытался сберечь.

Ксандр погубил их всех, возложив всю вину на Каина.

Тьма и свет уничтожили души Элеоноры и Кая, бесследно поглотив, а вот Каин уничтожен не был. Сначала он подумал, что умрет вместе с остальными, но через мгновение, за которое на самом деле успел родиться Люциан, осознал, что теперь началом должен стать он.

Перед тем как возродиться там, где погиб и вступить в схватку с тем, кто его погубил, Каин молил тьму сожрать его, не оставив и следа. Он не хотел жить, зная, что пригрел змею на груди, позволив той отнять все, чем дорожил его брат и, возможно, он сам. Не хотел жить, помня, как убивал соклановцев, Элеонору, Кая.

«Я был рожден, чтобы умереть! Так забери меня!» - его мольба звучала как раненый и уставший бороться за жизнь зверь. Тьма повиновалась ему и поглотила, но не убила, а позволила обернуться началом, получить её знания, но потерять свою человеческую суть.

Которой у демона никогда и не было.

С рождения являясь частью первородной тьмы, Каин сохранил своё Я при перерождении, обрел великую силу и в дополнение, став началом, перестал быть подвластным демонической сути и инстинктам так сильно, как чистокровные демоны. Теперь он мог вести себя сдержаннее, терпеливее и мягче, любить не так удушающе, как его сородичи.

Осознав эту истину через чужие воспоминания в голове Люциана наконец всё прояснилось. Ему стало ясно, почему Кай рос холодным и злым - его отравлял демон. Он также осознал все моменты, в которых Киай говорил, что не является Каем и вспомнил фразу о том, что раньше демон жил в клетке чужого тела. «Если подумать, даже Бог Войны всегда называл его иначе и Хаски тоже, потому для них он никогда не был Каем», - понял Люциан и ужаснулся. Смирение, с которым Каин принял его желание называть его именем почившего брата не могло не напугать.

«Я ошибался...»

«Так ошибался...»

Люциан зарычал, начав злиться то ли на себя, то ли на демона, поддавшегося его желаниям.

«Почему ты не рассказал мне всё?! - выкрикнул он, уцепившись за тьму Каина, пытавшуюся ускользнуть и слиться с чужой. - Почему позволил так над тобой издеваться?!»

Люциан начал прорываться сквозь тьму, жаждя выхватить ту, что принадлежала ему. Окруженный силой двух демонов, которые почти слились, он истошно бранился, казалось, на всех.

«Поверить только, я целый год называл тебя чужим именем, и никто меня не поправил! Ни Хаски, ни Бог Войны, ни Бог Ветров или кто-либо ещё, кто знал ситуацию, не исправили ошибку, которую я допускал! Почему? Почему они позволили мне звать тебя именем брата, который умер по твоей вине?! Почему никого не волновало, что это могло причинять тебе боль?!» - Люциан был уверен, что это причиняло Каину боль.

«Потому что он никому не нужен», - ответ был озвучен голосом владыки демонов. Спокойным, как море во время штиля.

Люциан отогнал от себя его тьму, прошипев:

«Ошибаешься. Он нужен мне». - И сила его взорвалась, как звезда, готовая к перерождению.

Огромный столп света пронзил вихрь тьмы и ушел высоко в затянутое грозовыми тучами небо. Люциан вцепился в Кая всеми потоками своей силы, вклиниваясь между ним и Ксандром, разрывая их связь. Хватка владыки демонов была как у корней пустынного цветка, вросшего в каменистую почву. Он ни за что не желал отпускать брата, словно тот был живительной влагой.

К счастью, Каин не потерял себя и стоило озверевшей силе Люциана коснуться его собственной, как они тут же начали пытаться объединиться, отгоняя чужеродную тьму и беря верх над владыкой демонов.

Боги Войны и Воды, все еще кружащие снаружи, ударили по чудовищу из тьмы и душ своей силой, в то время как Люциан и Каин сделали это изнутри. Разрушающая мощь начал стабилизировалась и продолжила уничтожать всё, до чего дотягивалась. Разрывая чужую тьму и полотно из душ, она пробиралась к сердцу монстра, в котором находился Ксандр или то, что от него осталось.

- Ты правда сделаешь это, братец? - вопрос раздался везде и нигде одновременно. - Убьешь меня? - звучало как мольба.

Но владыке демонов никто не ответил.

Когда существо, которое он создал и частью которого стал начало слабеть, помимо богов и начал его атаковала брешь, ведущая в лимб - она принялась затягивать ослабевшие души обратно, возвращая в вечную тюрьму.

Чувствуя, что всё вот-вот закончится, Люциан велел богам убираться, ведь взрыв, последовавший за этим, заставил огромный пласт земли содрогнуться и смёл Бэй Сюэ подчистую. Ударная волна разрушительной силы не оставила и щепки от зданий, что здесь были, образовав голый пустырь длиной в километры, лысый и гладкий, как сточенный водой камень. Чудовище из душ исчезло, а его тьма - рассеялась. След владыки демонов испарился и великое зло отправилось на вечный покой, а разрыв материи, созданный им, затянулся - обратился в тонкую щель посреди неба и тут же был запечатан началами.

Безжизненный ветер поднял пыль, что вплелась в золотистые волосы Люциана, опустившегося на колени. Он тяжело дышал и смотрел на пустырь, не веря, что они справились. Каин сел рядом и Люциан почувствовал, что разум и эмоции демона пребывали в большем хаосе, чем у него. Чувства, испытываемые Каином сейчас, нельзя описать словами, ведь в них смешалось всё: от сильнейшей боли до невероятного облегчения.

Люциан поджал губы и абстрагировался от его эмоций, чувствуя, что не способен вынести их в столь нестабильном состоянии, как сейчас. Магия трепетала вокруг них и хаотично металась, кончики пальцев покалывало от осознания неописуемой мощи, которой они достигли минутой ранее. Крупицы тьмы и света, окутавшие всё вокруг, медленно возвращаясь внутрь физических оболочек своих властителей, пока где-то вдали боги всё ещё воевали с демонами.

- На самом деле ты не хотел его убивать, - хрипло прошептал Люциан, собирая в сознании кусочки того, что удалось осознать. - Ведь смерть - это то, чего он действительно жаждал.

- Как брат я не мог убить брата, - с хриплым смешком ответил Каин. - Вечный покой и невозможность существовать как что-то целостное - прекрасное наказание за то, что он натворил.

Люциан устало вздохнул, не желая спорить. Он понял одно - насколько бы Каин и Ксандр не ненавидели друг друга, но из-за совместного прошлого они остались привязаны. И так как оба имели проблемы с головой - эта привязанность не отличалась от драки двух диких псов. Крепкая, как хватка клыков, она доставляла им боль и наслаждение от игры.

- Я хочу извиниться перед тобой, - произнес Люциан, взглянув на трещину в небе. - Теперь я знаю, что ты пережил. Что родился не в своем теле.

Каин с досадой прищелкнул языком.

- Нужно было выкинуть тебя из этого вихря, - и проворчал.

Люциан проигнорировал и остался серьёзен:

- Почему не рассказал мне?

Каин ответил с неприятным смешком:

- Я рассказывал. - Взгляд его начал бродить по пустырю. - Много раз упоминал.

- Это не то. - Люциан покачал головой и сжал челюсти одновременно с кулаками. Он посмотрел на демона. - Ты должен был прямо сказать, что с самого рождения вас было двое. Почему ты этого не сделал? Почему позволил звать тебя иным именем, принимать за другого?

- Потому что... - голос Каина дрогнул и он оборвал фразу. То, как боязливо он заговорил дальше, вынудило Люциана содрогнуться всем естеством. - Кай тебе нравился... ты знал его, верил, а я... для тебя не существовал. Я был демоном, тёмной сущностью, правителем Асдэма, тем, кто разрушил клан Ночи, убил своего брата, его возлюбленную... Узнай ты о том, что я не Кай, поверил бы в мои добрые намерения? Стал бы слушать чудовище?

У Люциана упало сердце, и он похолодел от макушки до пят. В этот миг стало так больно за себя и за демона, что глаза защипало от сожаления, а самым обидным было то, что Каин в своих предположениях не ошибался. «Я бы остерегался его гораздо больше и доверял меньше, если бы на меня вывалили эту правду с самого начала. Но... Несмотря на это...»

Во взгляде Люциана блеснула осознанная мысль.

- Кая никогда не было подле меня, - и он твердо произнес. - Тот, кто спасал мою жизнь и сопровождал был владыкой тьмы - тобой и никем иным. Я больше не хочу оскорблять тебя чужим именем, поэтому позволь называть тебя правильно.

Каин не сдержал нервного смешка. Его дрогнувший уголок губ приподнялся, создавая усмешку - напряженную и скрывающую за собой боль от эмоций и чувств.

- Модао, ты ведь говорил, что тебе тяжело произносить моё демоническое имя, - с привычным ехидством напомнил он, хотя Люциан чувствовал, как все внутри него дрожало от тревоги и беспокойства.

- Это так, - выдавил Люций, слегка отстраняясь от чужих эмоций, что заставляли сердце невозможно болеть и тяжело стучать в груди. - Поэтому я не осмелюсь называть тебя полным именем и буду использовать сокращенное. Я настолько часто его слышу, что могу уверенно его выговорить, Киай.

- Ха... - Демон выдохнул и обеими руками пригладил свои чёрные гладкие волосы, оставляя на них пыль. Он поднял взгляд и обратил его на пепел сожалений, порхающий в небе и медленно опускающийся наземь. - Неужели не мерещится? И впрямь хочет принять меня настоящего? Я думал, этому не суждено случиться...

Люциан второй раз похолодел, слушая горький шепот. Он хотел перебить Каина, но не смог подобрать слов и только безмолвно открыл рот, застыв с растерянным и печальным видом.

- Но Модао, - Каин обратил на него взгляд, - моё демоническое имя не сокращается так, как ты привык думать. Киай - это извращение и оно не является моим истинным именем. К тому же так меня называют все, но между нами должно звучать нечто особенное. Может, будешь звать меня хаоши*?

«Избранник?!»

- С ума сошел? - Люциан тут же покрылся ледяной коркой, а от его сожалений не осталось следа.

Каин рассмеялся.

- Я знал, что ты так отреагируешь. - Он улыбнулся и Люциан немного расслабился, слыша легкость в чужом голосе, но стоило ему услышать следующую фразу как он снова напрягся. - Называй меня Каин.

Взгляд светлого начала остекленел.

- Но ведь его придумал Ксандр, - имя этого почившего демона, слетевшее с его уст, было пропитано глубокой неприязнью.

- Не придумал. - Каин покачал головой. - Имя Кай, а точнее Каэй, было дано моему брату, его выбрал отец и на старом диалекте клана Ночи оно звучит как Кǣй. Имя ᙢậлǣкиай выбрала мать, она дала его тёмной половине Кая, коей в итоге оказался я. Все привыкли сокращать это имя до Киай, так как первая часть не произносима, но лишь один додумался адаптировать его, чтобы не извращаться.

Люциан покачал головой.

- Я переживаю за то, что это имя может пробуждать у тебя плохие воспоминания.

Каин помолчал, словно раздумывал над замечанием, но в итоге тепло улыбнулся.

- Если его будешь произносить ты, то всё будет хорошо. Я хочу, чтобы отныне это имя слетало лишь с одних уст.

Люциан вздохнул, сомневаясь, что демон не ошибается со своим желанием. Ксандр был первым, кто дал ему эту версию имени, звал его по этому имени, контролировал с его помощью - такое должно оставить неизгладимое впечатление. Но все же несмотря на это Люциан не мог спорить с тем, кто годами был одинок и несчастен, не слыша даже звучания собственного имени на чужих устах, поэтому тихо ответил:

- Ладно. Буду звать тебя так, как ты хочешь, но если почувствуешь себя нехорошо я прекращу.

Каин кивнул.

- Если звучание моего имени будет плохо на меня влиять, то ты точно начнешь называть меня хаоши.

«Ну уж нет».

- Я подумаю, - буркнул Люциан и начал медленно подниматься с колен. - Пойдем, нужно разобраться с демонами. - Он отряхнул одежды от пыли и сверху вниз взглянул на того, кто не сдвинулся с места. - Каин? - недоумевая, позвал Люциан.

Демон вздрогнул, посмотрев в его золотистые глаза и позволил почувствовать, как все внутри него затрепетало от одного только слова.

- Позови ещё раз, - хрипло шепнул Каин. И хотя он озвучил ту же просьбу, которую когда-то сказал Ксандру в темном лесу, но имя, слетевшее с уст Люциана, не пробуждало в нем зло, вместо этого дарило покой.

- Каин? - голос звучал неуверенно.

- Ещё раз.

Люциан нахмурился.

- ₭ẳ Ӥн, - и позвал на старом языке, что звучал строже и грубее. - Вставай и пошли. - Он развернулся, направившись прочь. Румянец обжег щеки, а чувства - душу, но демон этого не увидел.

Раздался тихий довольный смех, и Каин поспешил следом. Вместе они поднялись в воздух, оставляя позади безмолвную пустошь, на которой пару столетий назад проживали тысячи людей. Вскоре к ним присоединились Бог Воды и Бог Войны, все это время остававшиеся неподалеку. Они сообщили, что битва в Лао Бэнь проходит неплохо: после смерти владыки демонов часть темных тварей разбежалась, а общие потери оказались невелики.

- Вы не пострадали? - обеспокоенно спросил Люциан, ведь дяди Каина пробыли подле них слишком долго.

- Немного вымотались, - сухо отозвался Бог Воды, летя рядом в форме влажного густого тумана. - Но на это не стоит обращать внимания.

Люциан промолчал, а Каин хмыкнул с чопорного ответа дяди, который всегда был таким - закрытым и немногословным.

- Вы хорошо справились, - бодро похвалил Бог Войны. - Ты молодец, - обратился он к племяннику, оставившему его слова без реакции.

Люциан почувствовал, что поздравление Каина не обрадовало, словно он не был согласен с дядей, хотя понимал, что сотворил благое дело.

«Все будет хорошо», - прошептал он в своих мыслях, передавая эти слова Каину.

«Да», - отозвался тот, проносясь над полуразрушенным городом.

Стоило им спуститься на землю, как Каин выпустил свою гнетущую тьму и поставил всех на колени, гася пламя битвы. Двое могущественных, боровшихся против Хаски сбежали, а пара других оказались разорваны им, но в будущем возродятся, не нарушив баланс.

Эриас и Сетх, получившие серьезные раны, остались живы, но нуждались в лечении, как и Бог Ветров, а также половина их выжившего отряда, попавшая в замок Ксандра и избежавшая влияния Хамелеонова гриба.

«Абрам...» - Люциан тускло вздохнул и посмотрел в небо, слушая крики мучеников, которых приручал Каин.

*хаоши - авторский неологизм. (сама придумала, если такое слово правда есть то я не в курсе).