49

Глава 49. Под землей

Meow-laoda

— Так утомляет! — Кэролайн воткнула лопату в землю и вытерла пот рукой. — Почву как будто примяли катком!

Половина тела Джона уже торчала наружу, и он изо всех сил продолжал вылезать наружу, боясь, что Кэролайн снова ткнет в него несколько раз.

Девушка снисходительно посмотрела на него, склонила голову и нахмурилась:

— Эй, я вдруг вспомнила. Ты же вампир?

— Это еще нужно "вспомнить"? — спросил Джон.

— Ты не можешь вылететь?

— Нет. Если ты имеешь в виду атомизацию, то я попробовал, когда меня съел черный червь. Возможно, из-за того, что он меня проглотил, я совсем не мог превратиться.

— Ты пробовал, когда тебя хоронило в яме?! — Кэролайн снова взяла военную лопату, а Джон плотно поджал губы, всегда готовый к удару по любому месту своего тела.

— Я пытался, но не сработало, — сказал он. — Может быть, в этом есть какой-то секрет, Например, как когда мной овладела госпожа Чистик. Ты знаешь ее, да? Я не мог атомизироваться, пока она находилась в моем теле. Может, в любом случае, когда призрак накладывается на меня, то это невозможно?

Кэролайн вонзила лопату у груди Джона.

— Разве ты не можешь попробовать еще раз! Сейчас! Я больше не могу копать!

Джон внезапно понял. Иллюзия исчезла. Даже находящаяся здесь Кэролайн жива и здорова. Может быть, теперь он смог бы атомизироваться!

Попробовав, он действительно преуспел. Он превратился в легкий туман и поплыл, а земля и камни за его спиной рухнули.

Он восстановил форму, чувствуя огромное облегчение. Но Кэролайн не отрываясь смотрела за его спину, и ее глаза постепенно расширялись.

Глубоко в земле торчала кость без плоти, как раз там, где был Джон.

— Боже мой, через что вам пришлось пройти?

Кэролайн посмотрела на кости, а затем осмотрела кладовую: стены покрывали небольшие следы порезов, старые шкафы для хранения вещей почти превратились в труху, а дверные панели истончились.

— Я не знаю, меня затянуло вниз... — пробормотал Джон, оглядывая комнату. — А где Клаас? Куда он пропал?

Кэролайн указала на улицу:

— Он уже поднялся. Не волнуйся, с ним все в порядке. Просто он такой слабый, как будто только что родил.

— Ты имеешь в виду... он потерял много крови? — Джон нервно сжал кулаки.

— Пошел ты! — Кэролайн бросила на него взгляд, полный смысла "ты совершенно невыносим". — Почему бы сначала не указать на неточность моего сравнения? У тебя что, мозги в аппендиксе?

"Ты тоже так думаешь, но все равно настаиваешь на этой аналогии..." — Джон тайно выругался и последовал за ней из подвала.

Привидения в ужасе столпились в круг за лестницей в коридоре. Господин и госпожа Этвуд мерцали особенно яростно.

Очевидно, они также знали, что их кладовую обнаружили, и теперь молча стояли с опущенными головами, наблюдая, как приближаются убийственная Кэролайн и измазанный грязью Джон.

— Мы собираемся просто оставить это здесь? — спросил тихо Джон. Он имел в виду кости в почве.

Взгляд Кэролайн скользнул по группе привидений:

— Эти привидения не могут удерживать предметы. Что бы они ни задумали, у них ничего не выйдет.

— Ты уверена?

— Раз они хотят скрыть тело, то, если бы кто-то из них мог это сделать, они бы уже откопали труп и перезахоронили в другом месте.

Солнце уже полностью взошло, но, к счастью, утренний солнечный свет еще не был слишком ярким.

Джон изо всех сил старался идти там, где деревья отбрасывали тени, но прежде чем он увидел автомобиль Кэролайн, вдалеке раздался женский плач.

Туристка снова рыдала. Она уже была очень напугана, только что потеряв двух друзей, а теперь еще оказалась вынуждена заботиться о двух людях, которые, по ее мнению, находились между жизнью и смертью.

Клаас снова заснул, склонившись у автомобиля, и отказывался просыпаться. Как раз когда туристка хотела проверить его дыхание, Лиза на заднем сиденье очнулась, но ее тело все еще не слушалось, поэтому она с размаху упала.

Увидев, что Кэролайн вернулась, туристка почувствовала облегчение. Охотница велела ей отдохнуть в автомобиле, а затем шепнула Джону на ухо:

— Ты можешь как-нибудь усыпить ее?

Джон в этот момент проверял состояние Клааса и Лизы.

— Я не могу... Что ты задумала?

— Смотри, она хочет вернуться в город и вызвать полицию...

— Конечно, нужно вызывать полицию! Возле палатки двое убитых, а здесь нет связи. Конечно надо возвращаться в город и звонить в полицию.

Кэролайн закусила губу и понизила голос:

— Черви съели твой мозг? Нам нужно связаться с большим количеством охотников! Если она немедленно позвонит в полицию, вся эта территория окажется обмотана предупредительными лентами, и повсюду заработают сигнальные огни. Как тогда охотникам выполнять свою работу?

— Может быть, купить ей какой-нибудь напиток и подсыпать снотворное, чтобы усыпить? — предложил Джон.

— У меня в автомобиле есть вода в бутылке, но где найти лекарство? Разве ты не вампир? Ты не можешь ее загипнотизировать?

— Я не могу!

В это время Лиза изо всех сил старалась пнуть Кэролайн пальцами ног и глазами поманила ее подойти поближе.

Лиза все еще почти не могла двигаться и говорила очень тихо:

— Мое ожерелье.

Кэролайн подчинилась и вытащила ожерелье из-под ее воротника, похожее на маленькую старинную коробочку для специй.

Лиза взглядом попросила открыть: внутри лежало несколько коричневых шариков, каждый из которых был размером с зернышко тмина.

— Одной хватит на два дня беспробудного сна, — обессиленная Лиза говорила очень кратко.

— Два дня... Лиза! Ты что, давала мне это в прошлый раз?! — Кэролайн с недоверием посмотрела на свою партнершу.

— Просто проверяла действие... — Лиза наклонила голову.

Кэролайн и Джон вместе посадили Лизу и Клааса в автомобиль. Джон сидел с ними сзади, а туристка заняла переднее сиденье.

На подъезде к Линтону, Кэролайн достала бутылку воды. Туристка плакала все утро и уже хотела пить. Выпив половину бутылки, она почувствовала сонливость и в конце концов заснула, откинувшись на сиденье.

— Действительно работает. В прошлый раз я тоже так быстро заснула, — Кэролайн посмотрела на Лизу в зеркало заднего вида. — Из-за этого я не смогла участвовать в охоте на оборотней.

— Тогда тебе вообще не следовало туда идти, потому что твои сломанные ребра еще не зажили, — Лиза чувствовала себя лучше, ее речь стала беглой, и она уже могла самостоятельно сесть.

Рядом с ней Джон и Клаас укрылись затемняющим одеялом, натянув его на головы.

Клаас спал очень крепко. Он не упал в обморок, а просто глубоко спал. Джон мог это определить по его дыханию и сердцебиению.

Он уже слышал, как отец говорил, что многие вампиры любят слушать сердцебиение людей и одержимы ощущением температуры их тел. Тогда он этого не понимал, но теперь чувствовал, что такой же.

На самом деле затемняющее одеяло использовалось только для того, чтобы укрыть одного Джона. Однако Джон обнял Клааса за плечи, так что они оба оказались под ним. В темноте Джон тайком повернул голову и нежно коснулся губами макушки Клааса, но не осмелился сделать свои движения слишком очевидными, опасаясь быть замеченным Лизой.

В подвале старого дома Этвудов было похоронено тело. Никто, ни сам Этвуд, ни кто-либо из других привидений его семьи, никогда ничего об этом не говорил. Они даже намеренно это скрывали, говоря, что кладовая засыпана.

Подумав, Джон внезапно понял, почему в кладовой испытывал давящее чувство: все из-за ощущения восприятия и визуального эффекта.

С точки зрения восприятия, сами вампиры могли считаться возродившимися из смерти, поэтому они острее людей чувствовали запах смерти. Современные общественные кладбища обычно довольно чистые. На них этой проблемы больше нет, но на старых кладбищах или в таких отдельно созданных могилах (возможно, это и не могилы) ощущался очень явственный запах смерти.

Если говорить о визуальной точке зрения, то пол в кладовой выглядел приподнятым. Кто бы это ни сделал тогда, человек, похоронивший тело, не только выкопал глубокую яму, но и засыпал ее сверху слоем земли и камней, а пол заново вымостил плиткой. Создавалось ощущение, что подвал стал несколько тесноватым, а стены вот-вот обрушатся.

Но почему они просто не заполнили весь подвал?

Джон подумал об этом и, наконец, нашел очень простое объяснение. Он и сам жил в те времена. Тогда у людей не было возможности арендовать крупную строительную технику, семья Этвуд не занималась строительным бизнесом, поэтому не могла раздобыть столько земли и камней, тем более самостоятельно доставить достаточное количество для засыпки подвала.

Думая о костях в земле и взглядах молчаливых старых привидений, Джон стиснул зубы.

Он не мог себе представить, что эти существа, казалось бы, друзья Клааса, возможно, совершили ужасающий поступок. По дороге сюда они слушали крики старого привидения. Он восхищался и оплакивал судьбу госпожи Чистик... Но сейчас Джон почти не смел думать об этом. Почему тогда так жестоко расправились с семьей Этвуд?

Вернувшись в Линтон, Кэролайн нашла отель, поместила спящую туристку в отдельную комнату, а ее личные вещи положила на прикроватную тумбочку.

Четверо из Ассоциации забились в одну комнату. Лиза растирала свое все еще онемевшее тело, а Клаас лежал на кровати, пока не приходя в сознание.

Кэролайн связалась с инструктором Дьером, объяснила ситуацию и попросила прислать больше охотников, а Лиза слушала рассказ Джона о том, что произошло после того, как его съел червь, и тщательно обдумывала:

— Джон, ты говоришь, та штука там произнесла "вырваться из клетки" и "проклятые кандалы"?

— Да, к тому же это было произнесено как будто сквозь зубы.

Выражение лица Лизы стало немного сложным.

— Этот акт закапывания живого существа под особняком... похож на древний ритуал жертвоприношения.

Кэролайн отложила телефон и подошла:

— Что? Посадить мертвеца, а потом вырастет куча нечисти?

— Я не шучу, — сказала Лиза. — Конечно, я еще не уверена, что это такое. Мы вернемся после встречи с другими охотниками. Узнать можно, посмотрев на внешний вид трупа.

— Можно опознать? — спросил Джон.

Лиза кивнула:

— Если это тот, о котором я знаю, то смогу опознать. Потому что у моей семьи тоже такой есть.

Джон чуть не соскользнул с простыни, а Кэролайн, замеревшая на несколько секунд, закричала:

— Почему я об этом не знаю?! Хочешь сказать, такая же штука зарыта под нашим домом?!

— Нет! Я имею в виду дом семьи Блэкмун, — Лиза протерла очки и невольно сморщила нос, как будто говорила о чем-то крайне отвратительном. — Я не рассказывала тебе, потому что в этом не было необходимости. Все равно ты не пойдешь ко мне в гости, а мои родственники не захотят тебя приглашать.

— Не зацикливайся на таких бесчувственных деталях, лучше расскажи, что это за ритуал жертвоприношения, — поторопила Кэролайн.

— Должна сначала пояснить, что сделали это не мои родители или бабушки с дедушками. Все произошло в гораздо более давние времена.

То, о чем сказала Лиза, было известно всем в семье Блэкмун, хотя они и не видели все собственными глазами.

— Права собственности на землю семьи Блэкмун передаются из поколения в поколение. Кажется, что наши предки давным-давно имели какие-то дворянские титулы. Я мало что об этом помню. Позже наш дом много раз перестраивали, сейчас он совсем новый, но говорят... что ту вещь глубоко под землей никто никогда не трогал. Примерно в то время, когда охота на ведьм¹ подходила к концу, люди поймали настоящего злобного дьявола. Не демона вроде Зеедорфа, а дьявола, что бродит по миру людей, проникает во все сферы, пытаясь все разрушить.

¹Исторически это преследование людей, которых подозревали в колдовстве, особенно активно происходившее в Европе с XV по XVII век. Нередко сопровождалось пытками и казнями.

— Я читал об этом, — сказал Джон. — Говорят, дьяволы уже вымерли?

— Да. Ты также знаешь, что в ту эпоху, когда ведьм сжигали каждый день, большинство умерших людей были невиновны. Однако люди постоянно сталкивались с угрозами из темных уголков, настоящие злодеи хорошо прятались и умело использовали их. Они скрывались в тени и с улыбкой наблюдали, как люди истребляли невинных. Позже выжившие настоящие маги и ведьмы объединились с некоторыми охотниками. Они объединились и потратили очень много времени, чтобы победить дьяволов. Постепенно дьяволы оказались уничтожены, а самого ужасного в тот год поймали предки семьи Блэкмун.

— Насколько ужасного?.. — Кэролайн сидела, подперев лицо руками и опершись локтями на колени.

— Я не знаю, это все написано в книгах семьи Блэкмун, — пожала плечами Лиза. — В те времена предки, неизвестно, что у них было в голове, прибегли к ритуалу жертвоприношения: подвергли пойманного дьявола ужасным пыткам, а затем убили в заранее вырытой глубокой яме. Говорят, что яма очень глубокая... Но я никогда не видела, насколько она на самом деле глубока. Вы слышали, что на каждом континенте есть люди, которые любят что-то закапывать под домом: некоторые делают это просто символически, а некоторые закапывают живых существ и даже преступников. На самом деле все это произошло из культуры жертвоприношений.

Она покачала головой, вздохнула, а затем продолжила:

— На самом деле это очень плохо. Говорят, жертвоприношения могут гарантировать, что семья, которой принадлежит земля, станет богатой и влиятельной. Пока семья жива, людям никогда не будет угрожать опасность. Даже если в будущем возникнет опасность, самой семье ничего не навредит...

— Погоди, что это значит? Я уже перестаю понимать... — спросила Кэролайн.

— Это значит, что пока в семье еще есть живые, жертва под землей остается жертвой, и ее ненависть может превратиться лишь в помощь для семьи. А как только все в семье умрут, жертва постепенно вырвется на свободу и превратится в ужасное создание, которое вылезет из-под земли ради мести.

— Мстить кому? — Джон вспомнил черных червей и голоса в иллюзии. — Разве то, что они вышли наружу, не означает, что все, кто их похоронил, уже умерли?

Лиза покачала головой:

— Может быть, это неправильно называть "местью". Их инстинктом будет причинение вреда живым существам. Люди дышат инстинктивно, а они будут делать это без всякой причины. Каждый раз, когда исчезает семья, использовавшая ритуал жертвоприношения, в мире появляется новый ужасный монстр, и все они разные. А та семья уже давно мертва и не несет ответственности. Ну разве не отвратительно?

— Ты так говоришь о своей семье... — пробормотала Кэролайн.

— Это факт, и мой старший брат Люсьен тоже так думает. Конечно, это то, что случилось с моими предками, и мы никак не можем изменить прошлое. Следовательно, члены семьи Блэкмун не могут позволить себе исчезнуть. Под нашим домом погребен дьявол.

Лиза сжимала и разжимала руки, чувствуя, что ее тело стало гораздо подвижнее.

Видя, что Джон и Кэролайн думают, опустив головы, она добавила:

— Семья Блэкмун начала процветать после использования жертвоприношения. Согласно записям, удача тех предков была просто пугающе невероятной.

— Но последним представителем семьи Этвуд была госпожа Чистик, и она умерла. Так? — спросил Джон. — Это произошло почти двести лет назад. Почему проблемы начались только сейчас?

Лиза ответила:

— Так, я пока не уверена, что это действительно жертвоприношение. Может быть, просто обыкновенное убийство? Никто в семье Блэкмун никогда не видел вырвавшейся на свободу души жертвы. Все известно только из записей, поэтому я не могу точно сказать, была ли это именно она.

— Не она... — Позади Джона послышался слабый голос.

Клаас проснулся, ухватился за одеяло и изо всех сил попытался сесть. Джон поспешил его поддержать и заметил, что его губы слегка дрожат, а взгляд устремлен на Лизу. Он явно уловил часть их разговора.

Лицо Клааса выглядело намного лучше, но глаза наполнял страх.

Он глубоко вздохнул и закончил то, что только что сказал:

— Последней погибла не Чистик...

— Что?! — Джон слегка сжал руку на его плече, надеясь придать Клаасу чувство безопасности.

— Я многое знаю об Этвудах, потому что живу с Чистиком и Сипом, — сказал Клаас. — Помните "бабушку"? Мать Этвуд. У нее также была дочь, сестра господина Этвуда.

Лиза вдруг поняла:

— Хотя после замужества она потеряла фамилию "Этвуд", кровь осталась той же!

Возможно, слишком отдаленное родство не оказывало влияния на магию, а что касалось семьи Этвуд, будь то потомки самого Этвуда или его сестры, для магии не существовало разницы между ними. Их поколение и степень кровного родства как брата и сестры совершенно одинаковы.

Магия не заботилась о системе регистрации домохозяйств, а использовала кровь для идентификации людей.

Согласно событиям прошлого, упомянутым Чистиком и Сипом, сестра господина Этвуда вела стабильную жизнь и имела детей, но о том, как сложилась жизнь этих детей никто не знал. Возможно, они умерли один за другим по разным причинам. Когда последний прямой потомок умер, началась обратная реакция от жертвоприношения.

Прежде чем прибыло подкрепление от Ассоциации, Клаас и Лиза включили компьютер и поискали имя дочери.

Трагедия, произошедшая с семьей Этвуд в те годы, весьма показательна; на некоторых сайтах до сих хранились сканы старых газет, расшифровки исторических убийств и тому подобное. Благодаря этому они также узнали фамилию мужа той женщины.

Фамилия была очень знакомой, хотя и не слишком распространенной среди людей: "Уолтер".

— Уолтер... — пробормотал Клаас, — Джон, тебе не кажется это знакомым?

— Кажется, я слышал, что есть много людей с такой же фамилией. Жаль, но мы не смогли выяснить про потомков их семьи.

— Я вспомнил об одном человеке, — сказал Клаас. — Если его предки не мигрировали на большие расстояния, то с точки зрения географической близости он действительно жил в этом регионе...

Если это не совпадение... смерть того человека действительно произошла совсем недавно.

— Ученик Рассела, "маг", погибший от его рук, имел эту же фамилию.

__________

Примечание:

Демон — 恶魔 (èmó)

Дьявол — 魔鬼 (móguǐ)

Оба можно перевести как "демон" и "дьявол", но здесь это разные виды существ.