Т/И -Эдди Брок (С Веномом)

Хартслабьюл.Риддл Роузхартс.

— Уволили? Это говорит о нарушении ответственности… Или, быть может, Вы проигнорировали правила?Репортёрская работа требует точности, аккуратности. И если вы решили умолчать о причине, боюсь, это говорит само за себя.В нашем колледже я не потерплю подобных вольностей. Но… если вы готовы начать с чистого листа — соблюдай устав. Здесь каждый получает второй шанс, если умеет извлечь урок.*Риддл не мог понять — как Эдди вообще могли уволить? И за что? Ты ведь, вроде бы, неплохо писал... но всё оказалось куда сложнее. Истина, как часто бывает, лежала глубже — ты просто докопался до правды. А за правду, как известно, нередко приходится платить.Твоя "ошибка" заключалась в одном-единственном интервью — с Карлтоном Дрейком, основателем и генеральным директором биоинженерной корпорации "Фонд Жизни". Официально организация представляла себя как флагман научного прогресса, якобы стремящийся «улучшить человечество» с помощью медицины и освоения космоса. Но за блестящей витриной скрывалась мрачная, почти антиутопическая реальность.Когда Риддл узнал правду, его передёрнуло — мурашки побежали по коже. То, что казалось обыденным, оказалось чудовищным. Экспедиция Фонда привезла с далёкого планетоида неизвестные симбиотические формы жизни. И Дрейк, опьянённый идеей превосходства и власти, начал проводить секретные эксперименты по слиянию этих существ с людьми.Незаконные. Смертельно опасные.Подопытными становились бездомные. Люди, которых заманивали обещаниями еды и крова, а затем превращали в жертв. Почти все погибали — симбиоз оказывался слишком разрушительным. Но у тебя были доказательства — фотографии, видео, признания. Когда ты показал их Риддлу, он не мог вымолвить ни слова. Это было ужасно. Немыслимо. Как далеко может зайти человечество во имя прогресса?А потом — открытие. В тебе живёт симбиот. Эта новость по-настоящему потрясла его. Жутко осознавать, что чуждая форма жизни стала частью тебя... и в то же время — удивительно, что ты выжил и сохранил себя.Риддл относится к тебе с уважением. Его строгое, дисциплинированное мышление редко позволяет ему открываться, но твоё мужество и внутренняя сила вызывают в нём искренний интерес. Он хочет узнать больше — о тебе, о твоей работе, о том, каково это — жить в симбиозе.Но каждый раз, когда Веном проявляет себя, Риддл хмурится.— Не смей снова есть людей.— Он был преступником.— Ты — тоже.И всё же, даже в этих словах звучит не только осуждение, но и беспокойство. Возможно, в тебе он видит не просто журналиста, а человека, который стоит на тонкой грани... и держит равновесие.*

Трей Кловер.

— Ох… кажется, кто-то действительно очень любит сладкое.*Трей никак не мог понять — каково это, когда кто-то живёт внутри тебя. Это как быть беременной, но без тяжести и токсикоза? Или, быть может, это похоже на сросшихся близнецов — единое тело, но две разные души, ведущие вполне полноценную жизнь?Он не находил точного сравнения. Но однажды услышал странные, будто бы вырвавшиеся из глубин разума слова:—Он у меня внутри живёт,Он мне покоя не даёт,Он удивительный хитрец,Он баламут и обормот!Он всё творит исподтишка,Да так, что кружится башка!Он баламут и обормот,Он на «слабо» меня берёт!Трей остолбенел. Впрочем, внешне лишь неловко улыбнулся.А потом — увидел. Ту самую чёрную жижу, таинственное существо, выскальзывающее из тела Т/И. Оно... заговорило с ним.— Этот... человек в очках, — прозвучало низкое булькающее ворчание. — Он странный. Но он кормит нас. Он делает маленькие сладкие пирожные. С кремом. С хрустящей корочкой. Мы… мы любим его.Эдди, не сдержавшись, закатил глаза:— Ты серьёзно, Веном? Он — студент. Маг, вроде бы. А ты только что облизал ему пальцы.— Он печёт с любовью, — твёрдо ответил симбиот. — Его вкусняшки содержат магию! Сахар! Масло! Фиалки! Он — наш новый друг. Мы защитим его.Трей тогда только усмехнулся, немного сбитый с толку, но польщённый.Да… Еда. Именно она стала тем соблазном, который симбиот заметил в нём с первого взгляда. Не могущественная магия. Не боевые приёмы. А ванильные тарталетки и крем с цветочным послевкусием.Трей всё ещё считал это неловким. Но, если быть честным… приятно ведь — когда кем-то восхищается нечто столь... неземное.*

Саванаклоу.Леона Кингсколар.

— Хах... Надоедает? Да ты серьёзно? Он же буквально живёт в тебе.Называется — "пожизненное сожительство без права переселения". Ты что думал, заведёшь кусок чёрной жижи, и он станет ручным питомцем?Я бы уже давно вышвырнул его в саванну. Пусть с гиенами тусуется. Они тоже любят лезть без спроса и визжат на ухо.*— Мм… Да, весело, — лениво выдохнул Леона, хмуро глядя на тебя. Он давно считал тебя странным. Особенно когда ты начинал говорить сам с собой. Конечно, многие разговаривают с собой — мысли вслух, рефлексия и всё такое. Но ты делал это слишком часто… Слишком оживлённо. Словно с тобой действительно кто-то был. Демоны? Воображаемые друзья? Существо в голове? Никто точно не знал.Леона начал догадываться о твоей истинной сущности только во время оверблота. Когда Эдди слился с Веномом и превратился в нечто огромное, тёмное, оскалившееся чудовище… уши Леоны невольно прижались к голове, а хвост поджался — инстинктивная реакция хищника, почувствовавшего более сильного. И… ух ты? Победа осталась за вами.С точки зрения магии ты был слабее. Но в физическом плане… мм, почти непобедим. Что уж там — ты, вернее, Веном, жевал дымовые шашки и газовые гранаты, будто это были конфеты. А теперь перед вами — всего лишь нервный котёнок. Веном, конечно, хотел съесть его, но в итоге просто пообещал себе: «Поглажу этого пушистого позже».— Неуклюжий жалкий человек, — так Леона чаще всего называл Эдди. Но все понимали, что он говорит не столько о тебе, сколько о Веноме. Ведь именно симбиот брал на себя роль твоего защитника.К Веному Леона относился настороженно. Слишком чуждое, слишком непредсказуемое существо… которое, тем не менее, могло оказаться союзником. Или… достойным противником. Даже Леона признавал, пусть и молча: когда Веном рядом — он напряжён.И всё же… он взял тебя с собой на родину. В отличие от остальных, ты приехал на собственном мотоцикле, собранном вручную — настоящем, как из твоего мира. Леона тогда в полной мере осознал, кто из вас в паре активный, а кто пассивный. Как Веном рвался вперёд, «дать газу», а Эдди злился и пытался удержать контроль, ругаясь с ним вслух, прямо на дороге.Леона относится к тебе как к студенту. Говорит с тобой без церемоний, на «ты», не утруждая себя вежливостью. Но ты уже привык. И Веном — тоже.*

Октавинелль.Джейд Лич.

—О, как… человечески. Потеря, боль, бегство в алкоголь…Любовь действительно может быть разрушительной субстанцией, не правда ли, мистер Брок? Даже более опасной, чем любые яды, что я когда-либо собирал в лесах.И всё же, ваша Энн… предпочла доктора? Хм.*Джейд не сразу понял, как реагировать на новичка, который недавно появился в «Монстро Лаунж». Мужчина выглядел угрюмым, молчаливым — и пил… слишком много. Причём каждый раз исправно расплачивался за выпивку, будто это было не из удовольствия, а из необходимости. В нём было что-то кислое, подавленное — и именно это привлекло внимание Джейда.Кто он такой? Почему весь его облик будто кричит о внутренней буре? Ответ оказался неожиданным и заставил Джейда непроизвольно вздрогнуть. Мужчину звали Эдди. И его история была вовсе не банальной.Как выяснилось, он использовал личные данные своей бывшей возлюбленной, Энн, в рамках расследования, в которое был втянут. Без её разрешения он проник в её компьютер, чтобы добыть информацию о незаконных экспериментах Фонда жизни. Эти данные стали ключевыми доказательствами… но имели последствия: и Эдди, и Энн были уволены с работы.Больнее всего было не увольнение. Энн почувствовала себя преданной. Он нарушил её доверие — и она разорвала отношения.Теперь, наблюдая за мужчиной, Джейд понял, откуда в нём столько тоски. Это был человек, разрушивший то, что считал важным, своими же руками. И хотя в нём не чувствовалось ни агрессии, ни злобы — только горечь и сожаление — Джейд не мог не подумать: ты сам всё испортил...Он попытался поддержать его — в той мере, в какой умел. Но Веном, та тёмная сущность, скрытая в Эдди, была иного мнения. Она остро чувствовала опасность, исходящую от окружающих, и особенно от Джейда. Она в буквальном смысле уводила Эдди прочь, будто защищая его от любого, кто может быть угрозой — даже от тех, кто просто хотел помочь.*

Скарабия.Джамиль Вайпер.

—Кто ты такой… ещё один глупец, желающий укротить чужую волю? Тебе мало?! Мне хватило одной жизни в цепях!Не смей приближаться! Я... я сам себе господин!*На самом деле Джамиль тебя избегает… особенно после своего оверблота. Веном — он буквально хотел его «съесть» после этого. Звучит странно? Возможно. Но иначе и не скажешь.Веном был первым, кто узнал об уникальной магии Джамиля. И с того момента — как бы он ни притворялся отстранённым — он без сомнения защищал тебя. Видел в нём угрозу. Презрение Венома было очевидным: он считал Джамиля лишь хитрой букашкой, умело прячущей эмоции за маской. Но любая маска однажды может треснуть.После инцидента Джамиль, похоже, осознал, что был не до конца прав. Он поднял слишком большой шум — возможно, пытаясь отстоять свои границы. Это было видно: ему было не по себе рядом с Калимом, и он отдалялся. Но и Веном не остался в стороне. Он перестал называть Джамиля по имени — просто "змей".Позже он даже пересказал произошедшее в собственной мрачной интерпретации: во время оверблота Джамиль будто бы выплеснул яд и вкусил силу. Веном, разумеется, предложил ему «стать одним из нас» — предложение, от которого Джамиль резко отшатнулся, нахмурился, словно испугавшись.Что касается Вейпера — с ним ты постепенно сблизился. Он, с твоего разрешения, стал называть тебя по имени — чаще всего это звучит как «Эдди-сэмпай» или просто с вежливым «-сан» на конце.А ты… ты просто наблюдаешь. Следишь за их странной компанией, оцениваешь всё с холодной стороны. И, быть может, даже находишь в этом некое извращённое удовольствие.*

Помфиор.Вил Шоэнхайт.

—Вы действительно так вышли на улицу?Или это... новый тренд в стиле "Я подрался с мусорным баком — и проиграл"?Пересушенные волосы, кожа в стрессе, и эта... футболка с пятном — вы считаешь это нормой?Неудивительно, что симбиот выбрал вас: у него просто не было конкурентов.*Вил не смог вымолвить ни слова — он просто увидел, как ты выглядишь… и замер. Даже Шоэхнайт оказался бессилен в тот момент. Но как только Веном заметил это преображение, он, не сдерживая язвительности, тут же обозвал Вила "декоративным растением" и пообещал оставить тебя «на десерт».Однако, спустя время, Вил всё же решился вмешаться. Он взял инициативу в свои руки — постриг тебя, придал причёске форму, сбрил бороду. Он провёл над тобой настоящий эстетический ритуал: очистил кожу, выровнял тон, заставил лицо сиять свежестью. Лёгкие волны волос были аккуратно уложены, прядки зачесаны от лица, локоны блестели от масла и сыворотки.Вил не упустил ни одной детали — скулы подчёркнуты, брови аккуратно уложены. На тебе оказался безупречно сидящий чёрный пиджак с чёткой линией плеч, рубашка цвета слоновой кости с глубоким вырезом и минималистичное украшение на шее. Всё выглядело утончённо и элегантно: уверенный, сдержанный образ — чистая роскошь, лишённая даже намёка на вульгарность.Когда Веном увидел тебя, он оцепенел и прошептал, полными отчаяния глазами глядя на тебя:— Кто… кто ты, и куда ты дел моего грязного Эдди?.. Что ты сделал с моим вонючим, мятным, уставшим Эдди?..Где пятно от кофе на рубашке? Где жирная лапша в волосах?..Ты… ты скользкий, как свежая мята! Я СКОЛЬЗЮ по тебе!Он даже начал называть тебя запечённой курочкой в духовке — такой же идеально румяной, какой только можно быть.Вил, разумеется, остался доволен результатом, пусть и сдержанно. Он был рад переменам, но при этом твёрдо дал понять: за собой нужно ухаживать постоянно. Он даже составил тебе уходовый план, подробно объяснив каждую ступень, и к своей радости начал видеть плоды этого труда.Однако недовольное бурчание Венома по-прежнему звучало у него в ушах. Вил до сих пор не понимал, как ты мог жить с прежней внешностью… хоть и не показывал открытого отвращения.Ваши отношения с ним остались нейтральными — вежливое взаимодействие, но всегда на почтительном расстоянии.*

Игнихайд.Идия Шрауд.

— П-постой... что?! Вы хотите сказать... мультизадачность x4?!... Это ж... это ж... это ПРОСТО НЕЧЕСТНО! Это ЧИТ КОДЫ В ЖИЗНИ!Я смогу одновременно фармить редкие дропы и писать код... и проходить ивент и играть за Орто в шахматы?Ха-ха... хахаха! Слушайте, симбиот, если вы можете бустить мои навыки ещё и в реале — оставайся! Я даже позволю вам сидеть на моей подушке! Нет, на моей клавиатуре! Хе... Мы станем БОЖЕСТВАМИ ЭФФЕКТИВНОСТИ. Я — мозг, вы — суперсила. Договор века.Подожди… А если Орто тоже подключится… Это будет... мультизадачность в 6 потоков!? Я могу умереть счастливым!*Идия… Он был в полном шоке, когда во время одной из операций под эгидой S.T.Y.X. решил изучить твою боевую статистику. Его взгляд скользнул по экрану, и перед ним отобразились данные:Боевые показатели (в симбиотической форме):Сила: AВыносливость: A+Скорость: BРегенерация: AКонтроль рассудка: C− (переменный; риск «овербласта» — высокий)Потребность в питании: высокая (включая органическую ткань)Идия замер. Его глаза расширились за очками, когда он наткнулся на короткое, но зловещее слово — «Веном». Он не понял, что именно стоит за этим термином, и... к несчастью, проигнорировал предупреждение.Схватка вспыхнула в мрачном, влажном тоннеле. Пока юные бойцы уже выбивались из сил, Эдди — почти с ленцой — произнёс одно короткое слово:— Маска.И в следующую секунду он уже стал Веномом.То, что произошло дальше, было больше похоже на кошмар. Чёрная масса поглотила его тело, превратив его в урчащего, зловеще-гибкого монстра. Идия, привыкший к ужасающим видам, всё же отшатнулся. Вскоре именно он оказался главной целью — и жертвой. Веном буквально размазал его по стенке, при этом почти наслаждаясь этим процессом. Было больно. Очень.Но бой всё же закончился. Не без последствий.Резкий ультразвук — высокая частота в диапазоне 4 до 6 кГц — эхом разнёсся по тоннелю. Веном взревел от боли, сотрясая воздух нечеловеческим воплем. И всё же они победили.Идия был потрясён. Он не мог поверить, что это существо живёт внутри человека. Память симбиота... его реакция... и этот жуткий голос. И всё же, несмотря на страх, Идию зацепило. Его интерес был пробуждён. Он изучал, запоминал — и боялся.Веном же, напротив, был в ярости. Ультразвук задел его слишком сильно. С тех пор он зовёт Идию не иначе как:— Синий спичечный человек.Но, пожалуй, худшее для Идии было не это. А то, что Веном...влюбился в видеоигры.Да. Это был настоящий ужас.*

Диасомния.Маллеус Дракония.

— После того, что я с тобой сделал... ты не только выжил, ты ещё и встал на ноги. Починил себя.Это… чудо. Или наказание.*Веном вновь начал называть окружающих по-своему, и Маллеус, увы, не стал исключением. Его он окрестил «рогатым ящером в чёрном плаще» и «переодетым феем с завышенной самооценкой». Каждый раз, когда симбиот сталкивался с принцем Бриар-Вэлли, у него разгоралась одна и та же фантазия: попробовать его… на вкус. Почти как перекусить. Начать с пальцев, а потом перейти к рогам — Веном был убеждён, что они должны хрустеть особенно аппетитно.Это было его странной мечтой, которая, к сожалению, частично сбылась: однажды он всё же откусил кусочек рога Маллеуса. После строго выговора от Эдди… Веному это, к несчастью, понравилось.Однако самым неожиданным моментом стало вовсе не это. Всё случилось на так называемом Прибрежном празднике, во время свадебной церемонии, когда лодка перевернулась, как и у всех других участников. Мокрый костюм прилип к телу Эдди, обнажив его тщательно скрытые татуировки — те, что до сих пор никто не видел.На груди ярко выделялись две театральные маски — одна смеющаяся, другая плачущая. Они символизировали его творческую натуру и внутреннюю двойственность. Чуть ниже чёрным шрифтом красовалась надпись "Laugh now, cry later" — «Смейся сейчас, плачь потом». Эта фраза говорила о его жизненной философии: стоицизм, сила, оптимизм.Чуть поодаль — британский флаг, знак гордости за родину. Эдди не раз упоминал в интервью свою любовь к стране, и это было подтверждено на его коже. На груди также виднелись силуэты ворона и летучей мыши — отсылка к двум культовым фильмам.На ключице — номер 1338046, татуировка, посвящённая отцу лучшего друга Эдди, морскому пехотинцу. Это был номер его жетона. На животе — надпись "Till I die", сделанная в честь бывшей жены, с которой они когда-то клялись быть вместе до самой смерти. Брак не выдержал пяти лет, а татуировка осталась — как память и как ошибка. Это, к слову, единственная татуировка, о которой он действительно сожалеет.На плече — образ Девы Марии и пятиконечная звезда. А ещё на ключице — надпись «Leo knows everything», «Лео знает всё». Там же, вблизи — имя его агента, Lindy King. Он однажды пообещал, что если она сделает его знаменитым, то он вытатуирует её имя. И слово сдержал.Маллеус, заметив всё это великолепие, был настолько потрясён, что не сразу нашёл слова. Его взгляд скользил по чёрным татуировкам, проступающим сквозь намокшую белую ткань. Он молчал, а затем, не говоря ни слова, использовал магию, чтобы высушить одежду Эдди — не только ради приличия, но и чтобы скрыть то, что увидели все.На обратной дороге, всё ещё пребывая в лёгком шоке, Маллеус всё же решился на вопросы. Он хотел понять: что означают все эти символы? Зачем человек наносит на своё тело столько знаков? И почему, несмотря на всю свою хаотичную сущность, этот чужак вызывает у него не раздражение, а интерес?Ведь даже драконы — существа древние и гордые — не могли не признать: в этом человеке и его демоне была своя, по-своему притягательная дикость.*

Лилия Ванруж.

— Охо-хо-хо~! Признаться, мне доводилось видеть немало монстров... но ты, чёрт побери, первый, кто пытается устроить ужин из моих друзей!Ты не знал? Эти крылышки — под охраной ветерана седьмого фронта Шипов войны! Поперхнулся бы ты, милый.*Лилия впервые заметил тебя сразу после церемонии. Ты вышел с пустым, отрешённым взглядом, будто тень самого себя, и он сразу почувствовал: с тобой что-то не так. Ты говорил вслух, словно спорил с невидимым собеседником. Жесты были резкими, движения — неуверенными, будто твое тело то и дело кто-то перетягивал в разные стороны.— Я не могу жить в таком стрессе… Мне нужно нажраться! — злобно прорычал голос внутри тебя. Это был Веном. Он был голоден. После долгого сопротивления с твоей стороны, он начал терять терпение, захватывая разум и тело, швыряя тебя из стороны в сторону, повторяя, как мантру:— Жрать! Жрать! Жрать!Тебе пришлось уступить. Но, странным образом, после этого — наступила тишина.— Где мы?.. Это не Нью-Йорк… и... кто этот парень в шортах и корсете? Он только что перевернулся вверх ногами? — голос Венома прозвучал с явной тревогой, когда вы оба заметили юношу лет пятнадцати.— Хмм… маленький, но не человек. Он пахнет… магией. И томатным соком. Можно мы его съедим?Эдди, конечно же, подавил его порыв. Лилия ничего не сказал. Он лишь подошёл, поддержал тебя за плечо и молча помог дойти до общежития.Однако спокойствие длилось недолго. В тот день, когда ученики из клуба лёгкой музыки громко репетировали, всё пошло прахом. Веном начал приходить в ярость. Нервы натянулись до предела, звук гитары, барабанов, мелодий — всё отдавалось в голове адской болью. Сердце било в висках, уши звенели, каждое биение ощущалось как удар молота.Ты, в отчаянии, бросился к двери соседней комнаты и начал стучать. Её открыл один из студентов, рядом стоял Ванруж. Парень глянул на тебя и хмуро буркнул:— Чё?Ты, хватаясь за косяк обеими руками, прошептал срывающимся голосом:— Слышь, сосед, можешь потише? Мне сейчас очень хреново...Ответ пришёл грубо и безжалостно:— Пошёл ты.— ответил студент.Но стоило ему увидеть, как за твоей спиной вырастает угрожающее тёмное существо с зубастой пастью — Веном — как его лицо побледнело.— Да не вопрос, чувак… сейчас будет потише… — пробормотал он, дрожа.Даже Лилия вздрогнул от неожиданности и чуть не выронил гитару.Со временем Лилия начал замечать закономерность: тебе становилось плохо каждый раз, когда кто-то начинал играть на музыкальных инструментах. Это казалось странным — почти сверхъестественным.И только позже он узнал, что в тебе живёт кто-то ещё. Но, в отличие от большинства, Лилия не испугался. Напротив — нашёл в этом нечто забавное и даже выразил желание подружиться с твоим вторым "я".— Хо-хо-хо… Ты не один, а вас двое? Ну, тем интереснее будет дружба.*

Себэк Зигвольт.

—Ты! Ты пахнешь как человек… и как нечто… иное! Объяснись немедленно!У тебя отвратительная аура! Ты… чудовище! Даже моя магия дрожит от отвращения к тебе!Я — Себек Зигвольт, страж великого Маллеуса Драконьи! Если ты хоть волосок тронешь, я испепелю тебя раньше, чем ты успеешь моргнуть!*Эдди всё ещё путался в этих зданиях — ему казалось, что коридоры живут собственной жизнью, постоянно меняя направление. Веном иногда помогал, но чаще просто беззаботно спал, оставляя своего носителя разбираться самому.В один из таких дней, полных растерянности, Эдди наконец решился спросить дорогу до кафетерия. Он подошёл к первому попавшемуся студенту… к сожалению, этим студентом оказался Себэк Зигвольт.Себэк сперва его даже не заметил. А когда заметил — уже было поздно.— Э… Я просто хотел спросить, где тут кафетерий… — начал Эдди, чуть растрёпанный, с усталым видом и запоздалой надеждой на вежливый ответ.Веном, выскальзывая из плеча и ухмыляясь: — Он забавный. Можно я откушу ему руку?..— НЕ-СМЕЙ! — взорвался Себэк, отскакивая как ужаленный. — ПРОТИВОЕСТЕСТВЕННОЕ ЧУДИЩЕ! ТЫ — УГРОЗА ПОРЯДКУ!Честно говоря, Себэк с первого взгляда невзлюбил Эдди — особенно из-за Венома, который вечно бормотал что-то странное и угрожающее, но почти никогда не давал дельных советов. А уж манеры... Себэк каждый раз устраивал лекции по этикету, ссылаясь на важность порядка и дисциплины.Это, конечно, не было большой проблемой для Эдди — в конце концов, у всех здесь один статус. Но даже Веном начинал раздражаться, когда Себэк кричал. Слишком громко. Слишком много. И совершенно не по вкусу.— Он орёт, как будильник, — буркнул однажды Веном. — Надо его выключить.Эдди лишь закатил глаза и в очередной раз пообещал себе держаться подальше от зелёноволосых фанатиков порядка.*

Сильвер Ванруж.

— Вы… не слишком свободно говорите на нашем языке, да?Не волнуйтесь. Я привык говорить медленно — я часто разговариваю с животными.Я могу объяснять, сколько потребуется.*Хотя Эдди свободно говорит по-английски, с японским у него полный провал. Веном постоянно дразнит его, мол, он уже выучил кучу фраз и может разговаривать свободно, а Эдди всё ещё нуждается в большем времени для обучения. Иногда Сильвер, будучи старшим, помогал Эдди, терпеливо и без злобы исправляя ошибки в разных ситуациях. За это Веном, с его привычным остроумием, прозвал Сильвера «Сонным шпионом», ведь несмотря на всю помощь, тот частенько засыпал. Не раз Веном своими чёрными щупальцами поддерживал Сильвера, чтобы тот не упал, давая ему возможность немного отдохнуть. За такую заботу и помощь Сильвер был искренне благодарен и Эдди, и Веному — ведь не каждый так поступает.Однажды Веном даже позволил светловолосому парню прикоснуться к себе, к симбиоту. Тот оказался холодным и скользким на ощупь, но временами мог становиться твёрдым. Это было поразительно — напоминало магнитный песок.В один из дней Сильвер заметил, как Эдди внимательно изучает объявления о клубах. Услышав, что тебя уже выгнали из нескольких из-за Венома... Сильвер, по приказу Риддла, пригласил тебя в конный клуб. Но и оттуда тебя быстро исключили — Веном внезапно вселился в лошадь, и все слышали, как старшие предупреждали и даже кричали, что так делать нельзя. В итоге конь вскоре погиб...  С тобой — а точнее с Веномом — справляться трудно.*

Коралловое море.Джорджина Лич.

—Если я — «классная баба», то ты, симбиот, точно — ходячая аномалия. Но, знаешь, с такими, как ты, бывает весело. Только будь готов — я могу быть опаснее, чем выгляжу.*Как только Веном увидел эту женщину, он не мог оторвать от неё взгляд — без сомнения, она была прекрасна. Её дерзкий и слегка вредный облик сразу внушал мысль: быть может, она модель? Или кто-то не менее яркий, кто умеет производить впечатление. На первый взгляд — милая и привлекательная, но за этой внешностью скрывалась опасная женщина, способная не позволить никому переступать через себя.В один из моментов мисс Лич схватила Венома и нанесла резкую боль, настолько острую, что это было едва сносно для него. Но Эдди лишь неловко улыбнулся, спокойно вздохнул и продолжил наблюдать за происходящим. Джорджина сначала настороженно отнеслась к симбиоту, однако вскоре поняла одно: он знает гораздо больше, чем кажется, и обладает поистине внушительной силой.Женщина была рада познакомиться с Эдди, хотя кто знает — возможно, они ровесники? Это остаётся загадкой. Тем не менее, между ними царит взаимное уважение, лишённое излишней натянутой враждебности.*

Долина Шипов.Малеона Дракония.

—Ты всерьёз решил сравнивать меня с кем-то? "Обе бомбы", говоришь?.. Ха. Послушай, слизняк в кожаной обёртке. Я — не дешёвый фейерверк, чтоб меня ставили в один ряд с кем попало. Я — огонь древнего рода, королева крови и пепла. Следующий раз, когда раскроешь пасть — убедись, что у тебя хватит смелости проглотить то, что получишь в ответ.*Малеона была глубоко оскорблена тем, что её не сравнили — для принцессы это было просто ужасно. Веном, высунув голову из твоего тела, насмешливо произнёс несколько слов, усугубляя её раздражение. Но вскоре Малеона начала приходить в себя.Перед этим Эдди предупредил, что Венома можно ударить — он ощутит боль, а также его можно немного подпалить. Именно это Малеона и сделала в конце, постепенно утихомирив свой гнев. Однако однажды Веном действительно пришёл ей на помощь, и с тех пор она предпочитает игнорировать его колкости, оставаясь по-прежнему гордой и непреклонной в своём поведении.*

Королевство Роз.Мисс Роузхарст.

—Что?! Ты серьезно собираешься так говорить? В моём доме — ни намёка на такую дикость! Если хочешь отгрызать чьи-то головы, то лучше сначала научись сдерживать свои звериные инстинкты. ТЫ!, держи этого… монстра под контролем, иначе придётся применить к тебе особые меры воспитания!*Даже эта женщина в конце концов выбросила Венома — и что тут говорить? Если даже сам монстр всерьёз намеревался откусить ей голову… хотя, увы, ему этого не позволили.Т/И изо всех сил пытался сдерживать себя, пока эта женщина тёрла его терпение словно тёркой — медленно, занудно и безжалостно. Он никогда не думал, что человек может буквально «есть мозг ложкой». То он сидит «неправильно», то посмотрел «как-то не так» — и всё это превращалось в сплошной, удушающий поток придирок.Это было невыносимо. Как вообще Риддл выживал рядом с ней?.. Веном, позади, уже рвался к ней с намерением откусить ей голову — но, к великому сожалению, и у него ничего не выходило.Помогите.*