Глава 27

Тик-так. Тик-так. Тик-так.

На кухне слышалось противное тиканье настенных часов. Мои руки были опущены на колени, а ноготки впились в нежную кожу от волнения и страха.

— Мне кажется, вы не рады меня видеть, — неожиданно выдал Кай, смеясь, и, закинув локти на стол, скрестил руки. Его глаза блестели желтым пламенем, а на бледноватых от холода губах играла радостная улыбка.

— Нет-нет, мы очень рады! — я замахала руками в знак протеста, приподнимаясь со стула и вытягиваясь вперед.

— Просто неожиданно было увидеть тебя так скоро. — докончил Сехун, сидящий справа от меня со сложенными на груди руками и кирпичным лицом.

Я повернулась к нему лицом и шикнула, мол, что он несет? Да, Кай приехал не совсем вовремя, но это ведь не значит, что нужно отнестись к нему так холодно?

Этого холода вполне хватало за окном, где сильным ветром разносило первые пышные снежинки, от которого грознее разгорался камин. Рядом с ним мы усадили замерзшего Чонина, у которого аж цвет лица поменялся. Первый зимний день всегда, как правило, в Сеуле выдавался суровым. Если еще часок назад я хотела бегать и прыгать на улице, то сейчас за дверь я бы даже врага не выставила.

— А, ты про это! — воскликнул Ким, хлопая себя по красным щекам. По правде сказать, выглядел он не только замерзшим, но и безумно красивым. В общем-то Кай всегда отличался милой и выделяющеюся внешностью, основным преимуществом которой являлась шоколадная сексуальная кожа. Но сегодня он выглядел не просто мило, а еще и деловито: белый вязаный свитер поверх черной рубашки, черные джинсы, облегающие его стройные длинные ноги, и серое пальто, которое показалось мне слишком легким для такого вечера. Скорее всего, он не успел нормально переодеться после приезда и удачно схватил первое, что попалось под руку. — Да, я должен был задержаться еще на недельку, пока отец не остынет, но позавчера он уехал во Францию, а я, вновь возложив всю ответственность на секретаря, свалил из Майами.

— Мой папа за такое бы точно по голове не погладил, — рассмеявшись, я встала из-за стола и перенесла грязные кружки, — Чай будете еще? — спросила, обернувшись.

Оба парня отрицательно покачали головой и продолжили сидеть в тишине, пока Кай ее снова не нарушил:

— У меня отец не такой строгий, но злить не рекомендуется, — он поджал пухлые губы, уголки которых поползли вверх, когда он что-то вспомнил. — Кстати, а где ваши родители?

Меня передернуло от слова ваши. Они ведь не...

Я покачала головой, отгоняя дурацкие мысли и возвращаясь в реальность, из которой успела вылететь.

— Их не будет дома несколько дней. — оповестил Сехун, и я заметила, что тот огонек счастья, что искрился недавно, когда он это выговаривал, погас.

— У-у-у, — протянул Ким, приставляя палец к подбородку и сгибая спину, — Значит, вы остались одни дома? — подозрительно подняв на меня темные глаза, произнес. Я почувствовала подвох в этих словах, но виду, что это хоть как-то меня напрягло, не подала. Это же добрый Чонин! С каким подвохом ОН может говорить? — Это... круто! Я надеюсь, вы уже помирились?

—  Помирились? — удивленно захлопала глазками, выпячивая нижнюю губу. — А мы разве ссорились?..

Кай искренне засмеялся и хлопнул себя по ноге, сообщая:

— Это хорошо!

— Эм, ну, наверное, — замялась я, неловко почесывая затылок.

— Кай, а ты с ночевкой? — вальяжно закинув ногу на ногу, влез в разговор О. Я хотела было вставить колкое слово, позволяя Сехуну ясно понять, что он ведет себя некрасиво, но он сам объяснился: — Если так, то придется спать либо на диване, либо на полу, а если хочешь спросить почему, я продемонстрирую тебе наши кровати, которые прогрызла кошка Наын. Уверен, ты оценишь эту горку. Фиг на нее заберешься!

— Эй, Сехун, моя БоРа ни в чем не виновата! Это не она прогрызла! Она тебе что, моль какая-то?

— Ты ее зубы видела? — опешил Сехун, поворачиваясь и демонстрируя свои белоснежные зубы указательным пальцем. — Они острее, чем у меня!

— Ну ты-то не вампир! — хмыкнула, гордо приподнимая макушку.

Сехун пару секунд сидел в шоке, а потом расхохотался на весь дом, держась за живот.

— А твой котяра что, кровопийца? — усмехнулся он, щелкая пальцами перед моим носом и демонстративно закидывая ноги на убранный стол. — Хотя, я не удивлюсь. На нее жрачки уходит больше, чем на меня!

— Ой, а она у меня не на диете сидит. И после шести позволяет себе легкий перекус! — фыркнула, ставя руки по бокам и смотря на братца убийственным взглядом.

— Мышками, да?

— Эй, ребята, ну, хватит уже ссору из мелочи разводить! — попытался нас угомонить Чонин, но на данный момент я была слишком зла, чтобы послушаться его и остановиться.

— Да, мышью из твоей комнаты! Вот бы и тебя сожрала! Я была бы вне себя от счастья! — вспылила я и показала язык.

— Кошка жрет не меньше, чем ее хозяйка! — вскрикнул блондин и, резко вскочив со стула, кинулся на всех парах из кухни.

— Ах, ты ж козлина! — я, на месте кинув перчатки, надетые для мытья посуды, бросилась за О, что успел исчезнуть из поля зрения.

Забежав в зал и не найдя его там, я уже приготовилась подниматься на второй этаж, на котором он, вполне возможно, находился. Но сделав всего несколько шагов к лестнице, я оказалась внезапно перехвачена рукой Сехуна, появившейся из ниоткуда, и притянута к нему.

Я начала брыкаться и вырываться, когда он закрыл мне рот ладонью и плавно оттащил от двери в кухню.

— Да чего ты сопротивляешься? Я что, насильник какой?! — недовольно процедил парень, рассматривая свою красную ладонь, стоило мне укусить его за руку и вырваться из хватки.

— Ты меня напугал! Ты вообще нормальн... — не дав докончить, он приложил тонкий палец к моим губам и прошептал тихое: «Ш-ш-ш».

Я замолчала и, не скрывая обиды, надула щеки, складывая руки и отворачиваясь, но О повернул меня обратно лицом к себе и странно посмотрел в глаза. Этот контакт глазами всегда меня пугал, но я отчаянно старалась держаться стойко.

Становилось еще страшнее, когда во взгляде О не читалось привычной иронии и издевательской насмешки, а самое страшное - разгоревшееся пламя, в которое я, по всей видимости, бросала все новые дрова.

— Чего тебе? — потихоньку сдуваясь, словно шарик, произнесла.

Блондин убрал свою руку и, вдруг схватив за плечи, наклонился, мимолетно целуя в губы и также быстро отстраняясь, что я не успела сполна насладиться сладким вкусом желанных мужских губ, что так внезапно соприкоснулись с моими.

— Узнай, надолго ли Кай приехал, и не смей долго находиться с ним в одном помещении. Если что, зови. Я буду наверху. — подмигнул он и, похлопав меня по плечу, хотел было уйти, но я его остановила, схватив за руку.

Сехун остановился и, обернувшись через плечо, вопросительно приподнял тонкую бровь.

— Да?

— Т-ты... ты хотел что-то сказать мне, но... — я прикусила губу и стыдливо опустила голову, ощущая, как щеки начинают краснеть, а губы, которых он коснулся, гореть, отдаваясь искорками в быстро бьющееся сердце.

Мне было до ужаса неловко говорить с ним о подобном, зная, что он не особо любит такие темы. Да и не думаю, что он когда-нибудь скажет что-либо действительно романтичное. Но, несмотря на все это, я же влюбилась в него? Значит, этот недостаток не так значим и его можно легко отодвинуть в сторону.

У Сехуна была другая сторона моего представления идеального парня: холодная, но одновременно обжигающая. Высокомерная и циничная, но вместе с тем добрая и искренняя. Злая и раздражающая, но тем самым притягивающая, как магнит. Самовлюбленная, но умеющая любить и остальных, что я сумела разглядеть и во что успела влюбиться по уши.

Он сразу понял, о чем я его хочу спросить, но от смятения начал накручивать прямой золотистый волос на палец и учащенно дышать. Кажется, он не собирался мне ничего говорить, судя по этой натянутой улыбке и хитро прищуренным глазам.

— Понятно, — протяжно вздохнула, отпуская его и отступая на шаг назад, чтобы развернуться и уйти, но на этот раз Сехун схватил меня за ладонь.

— Подожди, не уходи, — проговорил он, сковывая наши пальцы и, проведя тыльной стороной другой ладони по моей красной щеке, убирая спавшую прядь за ухо. Это легкое касание заставило меня замереть, забыть, какого это, дышать, и в тысячный раз убедиться в том, что О - единственный человек, от прикосновений которого мое сердце разрывается на острые осколки.

Я сошла с ума?

Что со мной?

Я ведь не такая... мягкая... Я ведь привыкла брать, забирать, добывать, а не ждать каких-то пару слов, которых от О еле дождешься.

— Что?..

Он шумно сглотнул и, нежно обняв меня за талию рукой, наклонился, второй раз за вечер накрывая мои губы своими. Банально, но каждый поцелуй казался мне все слаще и слаще.

Если в начале наших отношений Сехун был властным и агрессивным, кусая мои губы до крови и своевольно вталкивая свой язык в мой рот, то сейчас я ощущала себя настоящей фарфоровой куклой, которая разлетится вдребезги, стоит ему хоть раз совершить оплошность.

Его пухлые губы скользили по моим, но назвать этот поцелуй страстным язык не поворачивался.

К слову, языка-то как раз таки и не было, что придавало касанию эффект легкости и желанной воздушности, которой в наших с О отношениях было категорически мало.

— Я не могу это озвучить... — резко произнес мне в губы, обжигая их горячим дыханием и прислоняясь лбом к моему. Он заглянул в мои глаза и еле заметно улыбнулся. — Но знай, я впервые за всю жизнь честен с девушкой. Я тобой не играю и никогда не играл, потому что ты — «Ким Наын — дочь одного из самых известных бизнесменов страны и единственная наследница глобальной компании». — писклявым голосом произнес он, имитируя мой голос и повторяя сказанную мною фразу во время нашей первой ссоры.

Я коротко засмеялась и, положив ладони преподавателю на грудь, слегка оттолкнула от себя и прошептала:

— Мне нужно идти. Кай, наверное, заждался.

— Черт, как же он не вовремя прилетел! — сквозь зубы прошипел Сехун, облизывая мокрые губы и на худой конец сильнее обвивая мою талию. Он примостил свои большие ладони на спине, и мне казалось, что они  прожигали одежду волшебными касаниями. На лице появилась ядовитая улыбка, и он, наклонившись к уху и укусив его, прошептал: — Я-то надеялся, мы немного поиграем...

— Иди уже, ребенок, — улыбнулась, легонько толкая его в сильную грудь. Да, я тоже думала... — Я тоже должна.

Парень закатил глаза и, спрятав руки в карманы рваных белых джинс, поспешил отдалиться и быстро, перескакивая по несколько ступенек, подняться по лестнице. Я молча смотрела вслед этому худощавому, но до ужаса сексуальному телу, а на губах играла радостная улыбка.

Вот что значит фраза: «Счастье близко...»

— Что ты тут делаешь, Наын? — поблизости неожиданно появился Кай с телефоном и пальто в руках.

Я осмотрелась вокруг и поняла, что как дура стою за дверью и пялюсь на пустую лестницу.

Ну вот, мое прозвище лошара меня никогда не бросает.

— Я... я искала Сехуна, ч-чтобы навалять ему! — соврала и, как по приказу, начала икать.

Вот тебе и сюрприз...

— Понятно, — Кай выдохнул, но этот выдох был наполнен тяжестью чего-то личного, что ему мешало. — Знаешь... я лучше поеду в гостиницу. Сехун сказал, что теперь нашел хорошую работу, а значит у него загруженный рабочий день. Не хочу его еще сильнее напрягать. Да и к тому же, ведет он себя странно. Такое ощущение, будто не рад меня видеть.

— Нет-нет, ты что? — встрепенулась я, натягивая улыбку и, схватив его за локоть, оттаскивая обратно на кухню. Я насильно усадила его на стул и, достав ранее забытую пачку с печеньями, поставила на стол, сама садясь напротив, — Мы оба очень рады, что ты приехал. — и в этих словах не было ни доли лжи, потому что мы действительно были рады его видеть, даже если он нарушил  кое-какие наши планы... — Просто у него сегодня был первый день на работе и он устал, а так, я уверена, он и сейчас бы от тебя ни на шаг не отходил. Не обижайся на него, Чонин.

Глаза Кима расширились, а я испуганно вжалась в стул, намереваясь стать лепешкой от этого странного, шокированого взгляда. Я уж подумала, что чем-то сдала нас, пока он не объяснил причину своего чрезмерного удивления:

— Ты его защищаешь? Правда? Это значит, что теперь вы нормально общаетесь?

Нормальными наши взаимоотношения назвать будет о-о-очень сложно...

— Ну, можно сказать и так. Он изменился и мы нашли общий язык.

Ага, когда его язык в моем рту трудно не найти что-то общее.

Я потянулась вперед и открыла пачку с печеньками, кладя несколько в тарелку и угощая Кая, который взял сразу две. Вот она — моя копия в женском репертуаре!

— Это радует, — брюнет оголил ряд ровных зубов и откусил печенье, крошки от которого тут же поспешили на его джинсы. Он смахнул их рукой и продолжил: — Надеюсь, ты тоже рада моему приезду. Я спешил так именно к тебе, Наын.

В помещении повисла неловкая пауза, и я бы с радостью переключила на другой канал, заставляющий меня волноваться поменьше, но вот переключать было, увы, нечего. Могу с точностью сказать, что со стороны моя жизнь кажется отпетой Санта Барбарой, только вот интрижки круче, а актеры красивее.

— П-правда? — сердце в груди просилось наружу, как и... рвота? Кажись, я чего-то переела. — Прости, я сейчас. — буквально вскочив со стула, я кинулась в сторону туалета и первый, с кем обнялась при влете — это прохладный унитаз.

К горлу поступило, вероятно, все, что я сегодня ела, а вот вылезать не спешило. На языке почувствовался неприятный привкус, от которого лицо скривилось и белые точки перед глазами поплыли. Через пару секунд мучений ванная комната наполнилась не самыми приятными на слух звуками.

— Эй, Наын, ты в порядке? — в помещение вломился Кай и, увидев, что я не в лучшем состоянии, вовсе не сбежал, а, положив телефон на тумбочку, принялся держать меня за волосы. Из глаз сами полились слезы. — Ох, чего же ты так...

Да уж, выглядела я, скорее всего, не в лучшем виде. Так что... Добро пожаловать домой, Ким Чонин!

***

Солнечный свет, решивший, что хватит мне дрыхнуть, с легкостью проник из-за полузасшторенных занавесок и пробрался на кровать, играясь и скользя туда-сюда.

Бороться не было ни сил, ни желания, поэтому я, кинув солнцу, что так просто оно меня не поднимет, перевалилась на другой бок, куда оно проникнуть еще не успело, и накрылась одеялом. После вчерашнего веселого вечера я будто пала в спячку, и, как ни странно, впервые за мою долго прожитую жизнь я смогла выспаться.

В комнату кто-то вошел, но мне было слишком лень поднимать голову и смотреть, да и человека, которому было суждено увидеть мое утреннее гнездо на голове, было жалко. Умрет ведь от смеха.

— Доброе утро, — этот голос...

Чонин.

Он положил на кровать поднос с чаем и оладьями с клубничной начинкой и уселся рядом, продолжая будить меня:

— Наын, проснись. Тебе на учебу надо.

А утро ведь так хорошо начиналось...

— Доброе утро, Кай. — ответила полуулыбкой, разлепляя глаза и смотря на Кима в смешном розовом фартуке ХеРы. — А где Сехун? — вырвалось у меня раньше, чем я успела окончательно проснуться. Ох, черт.

— Он ушел где-то полчаса назад, но перед тем сказал, что ты свое ожерелье во время уборки в его комнате обронила, — он достал из кармана то самое парное ожерелье и протянул мне.

Мой сон как рукой сняло, а инфаркт в таком раннем возрасте стал казаться возможным. Неужели..?

Отдашь его девушке, которую когда-нибудь полюбишь.

Такой никогда не будет. Оно мне не нужно.

Значит ли это, что ответ Сехуна находится в этом ожерелье?..

— Что-то не так? — он наклонил голову на бок и подался вперед, вопросительно приподнимая брови. Я поползла вверх, упираясь спиной в спинку кровати и смотря, как в моей ладони качается то, что никогда не должно становиться моим. Но... какого хрена мне стало чертовски приятно, что он все же отдал его мне?!

— Кай, а он что-нибудь еще сказал? — я резко повернулась, забыв, что он настолько близко. Наши носы чуть не столкнулись, а если честно, то ощутилось легкое касание, заставившее меня странно отреагировать: отскочить назад и потянуть белое одеяло на порозовевшее лицо, оставляя место только для округлившихся глаз.

Сердце отреагировало слишком подозрительно, выпустив наружу своих скрытых бабочек.

Что за черт?

Ким расплылся в улыбке и, потрепав себя по волосам, неловко опустил глаза в пол.

— Сехун сказал, чтобы я незамедлительно звонил ему, если тебя еще раз будет тошнить, но сейчас ты выглядишь вполне здорово, — он осмотрел мой утренний видок и, остановив взгляд на волосах, хихикнул, пытаясь не заржать на весь дом. Собственное гнездо, а че?! — Мне показалось, что он был зол, когда я сказал ему, что тебя вчера тошнило.

Зол? Из-за чего? Какова при... О, нет... Неужели он подумал, что я..?

— А почему тебя, кстати, тошнило? Не то съела? — Чонин придвинул мне поднос. — Вот. Думаю, тебе понравятся оладьи.

— Я не знаю. Может быть. — в голове крутилось много разных, запутанных мыслей: почему О разозлился? Почему меня тошнило? А если я действительно попала по самое «не надо»? Но мы же предохранялись? А если не сработало? Что мне делать?

Я даже не понимала, как реагировать. Чувства связались, образовывая неразрывные, тугие узлы в левой части груди, которые подскакивали к горлу и душили.

— А... а ожерелье он отдал до того, как ты рассказал ему, или после? — если он отдал его после этого, значит, он почувствовал это как должное. Что теперь на нем лежит ответственность за на нас с нашим ребе... Нет. Быть того не может!

Я... я не должна паниковать раньше времени! Нужно сначала убедиться, чем мучить себя догадками. Вполне возможно, что это была обычная тошнота. К тому же, тошнило меня только вчера, когда я съела собственную стрепню, а сегодня чувствую себя прекрасно.

— Я уже и не помню. Был занят готовкой. — ответил он, расстроенно поджимая губы.

Блин, я же даже не поблагодарила его за заботу и за то, что он так рано проснулся, чтобы приготовить мне завтрак. Какая же ты дура, Ким Наын!

— Спасибо, Кай. Ты очень милый. — я расплылась в улыбке и, свернув в трубочку один оладик, откусила, и, Боже мой, это было обалденно. — Очень вкусно!

— Я рад, что тебе понравилось. Быстренько вставай и иди в ванну, а после я подброшу тебя до института. Мне как раз по дороге. — брюнет встал и направился к двери, — И это... — он обернулся и показал пальцем на волосы. — Гнездо постарайся убрать. Я не хочу, чтобы в моей машине собралась добрая летучая масса Сеула.

***

— Все. Это мой институт. Припаркуй тут. — встрепенулась я, когда Чонин, нихрена не видящий в солнцезащитных очках, чуть не проехал нужное здание.

— Окей. Сейчас. — он остановил машину и, потянувшись вправо, открыл дверцу. Сняв очки, Ким улыбнулся обворожительной улыбкой и помахал мне ладонью. — Все, иди, не то опоздаешь.

— Я уже опоздала из-за того, что ты три раза не туда свернул, — рассмеявшись, я высунула ноги из автомобиля и, обернувшись через плечо, кинула: — Я это заберу. — и схватила его очки, бросая в сумку.

— Эй. Это мои любимые! — парень взял за ремешок мою новую сумку и притянул на себя, а я схватила другую часть и, гордо приподняв подбородок, заявила:

— Ну, пожалуйста...

— Эх... — вздохнул он, пожимая плечами и отпуская ее. — Ладно, забирай. Все равно Сехуну отдавать собирался. Он давненько у меня их просил. Словно у самого денег мало, кретин. — хмыкнул он, по-доброму ухмыляясь.

— Вообще, они мне не нужны, — честно ответила, выскальзывая из машины и нагибаясь, чтобы видеть Кая. — Я просто боюсь, что, понтуясь, ты попадешь в аварию.

— Боишься? — кокетливо проговорил он, гадко усмехаясь.

— А что? Нельзя? — фыркнула я и, закинув сумку через плечо, выпрямилась и прихлопнула дверь. — Я пошла. Пока.

Посмотрев на часы, я ужаснулась: прошло уже сорок минут после начала занятий, а я что? Прокачивалась на тачке Кима!

Я кинулась в институт. Благо, охранник знакомый, а то бы меня просто вышвырнули. Найдя нужную аудиторию, не зная, собственно, какая у нас пара, я ворвалась в помещение, на ходу извиняясь и кланяясь за опоздание.

Почти дойдя до свободного стула, мой телефон завибрировал и я, остановившись в нагнувшемся состоянии, открыла пришедшую смс-ку.

«Голову подними, дылда».

Отправитель: самовлюбленный извращенец О Сехун.

Я зависла на пару секунд, а потом машинально запрокинула голову, натыкаясь взглядом на Сехуна, стоящего перед своим учительским столом.

Все остальные ребята переписывали с доски теории и задачи и, слава Богу, не видели, как я от удивления обронила челюсть.

О подмигнул и расплылся в дерзкой улыбочке. Он стоял, оперевшись руками по обе стороны от стола и слегка наклонившись, от чего взгляд мгновенно падал на расстегнутую пуговицу черной рубашки на шее и острые ключицы.

— Вы опоздали, Ким Наын. — оповестил он.

— Извините, я чувствовала себя нехорошо. — ответила и уселась на место, доставая учебник алгебры и красный пенал.

— А сейчас? — спросил блондин, пряча в карманы руки, на одной из которых были дорогие швейцарские часы. — Как вы чувствуете себя сейчас?

— Не волнуйтесь, О Сехун, со мной все в порядке. — усмехнулась, в наглую разглядывая парня.

Эта черная рубашка так хорошо подчеркивала его сексуальность, что я готова была снять и кинуть ее подальше прямо сейчас, а потом...

Внезапный стук в дверь заставил меня прервать интересные представления и направить глаза на выход.

— Входите. — крикнул преподаватель, переводя взгляд с меня на деревянную дверцу. Она чуток приоткрылась и из-за нее вышла наша преподавательница по истории — Ли ДиНа — красивая женщина лет двадцати семи - тридцати с шикарными, длинными волосами и нереально короткими юбками. Не то, чтобы я ее не любила. Просто не обращала внимания, что она существует.

Она модельной походкой подошла к Сехуну и протянула ему листовки.

— Профессор О, директор просил, чтобы вы со студентами расклеили листовки по всей округе. Надеюсь, это не составит для вас труда. А после, пожалуйста, зайдите ко мне в организаторскую. Нужно обсудить график ваших занятий. — на ее напудренном лице появилась улыбка Крипипасты.

— Что за листовки? — блондин осмотрел их и с трудом сдержал смешок, увидев на них очередное представление убитого хора. — Думаете, подрастающему поколению интересны такие темы? — он повернулся к студентам и заинтересовано крикнул: — Кто хочет сходить и посмотреть, как парни в белых легинсах поют серенады?

Аудитория взорвалась от смеха, как и я сама.

— Видите, молодежи нужна более яркая тема. Нужно сделать так, чтобы они кричали и рвались купить билет, а не смеялись и закатывали глаза.

— И что вы предлагаете? — Ли ДаНа была явно недовольна его ответом.

Он сделал несколько шагов в сторону первой парты и, расставив по бокам руки, хищно поднял на меня глаза, облизывая искусанные губы и подозрительно улыбаясь.

— Давайте устроим конкурс... — его глаза заблестели недобрым огоньком, и я тут же почуяла подвох. Что-то нехорошее он задумал. Очень нехорошее... — Конкурс красоты среди наших студенток.

P.S.NunaSehunaПончата))) всем хаюшки♥♥♥ Хотела предупредить, что у меня со связью проблемы и на комментарии к прошлой главе не всем успею сегодня ответить. Но я обязательно отвечу завтра, так что не обижайтесь)))) всех люблю♥♥♥спокойной ночи)))