ГЛАВА 16

Итак. Ситуация ну уж очень неловкая. И я нервничаю. Определённо. Вопрос. Почему? Почему мне хочется сжаться в комок и провалиться под землю от одного взгляда, брошенного Аденом на меня?

Однако... В отношениях никто из нас троих не состоит, а потому ситуация априори не может являться вопиющей. Каждый волен делать то, что хочет. Единственное, что меня не устраивает, так это то, как я выгляжу со стороны. Несколько часов назад мою шею кусал один парень, а сейчас он же застаёт меня в "объятиях" другого. Стоит ли добавлять, что этот "другой" парень стоит полуголый. Думаю, нет. Ужас. Я выгляжу как... Как... Как женщина с низкой социальной ответственностью! Да, пожалуй, это самое мерзкое во всей ситуации.

Холодные глаза Адена осматривают меня и Курта, оценивая обстановку. На лице ноль эмоций. Словно он разглядывает вещи, мусор под ногами. О'кей, такой переход неприятно трогает меня внутри. Но несмотря на внутренние переживания, я гордо вздёргиваю подбородок. Я ни перед кем ни в чём не виновата. Помогаю принцу остановить кровь. А кто и что себе додумает — не мои проблемы.

Курт, чувствуя мой решительный настрой, крепче сжимает мою ладонь. Зелёные глаза Адена останавливаются на полу, где лежит окровавленный кинжал. Затем он быстро перемещает свой взор на моё платье. Вижу, как Айнэрес делает быстрый вдох. Опускаю голову. Вот блин. Белоснежная юбка теперь вся в крови.

— Что здесь произошло?

Курт ещё крепче сжимает мою руку призывая к молчанию.

— Рейкор, я не обязан тебе отвечать.

— Обязан, если дело касается безопасности... Вашей и Рождённой Светом.

Пауза.

— Аден, свали, короче, и не мешай мне проводить время с Латтой. В твои обязанности входит договариваться с земными правителями, рассказывать моему отцу о результатах переговоров и давать ему, периодически, советы, связанные с твоим профилем. Ты давно не королевский телохранитель, а потому можешь уходить, — говорит Курт, а я перевожу на него ошеломлённый взгляд. Этот мгновенный переход от официально-деловой манеры общения к разговорной меня изрядно удивил.

Айнэрес закатывает глаза.

— Я не уйду, пока не получу ответ на свой вопрос, ты же знаешь. Почему твой клинок окровавлен, а на платье Рождённой Светом кровь?

Я вот думаю, им стоит сообщить, что я всё ещё здесь?

— Я что непонятно выразился? Аден, ты сво-бо-ден. Давай, — Курт машет рукой в сторону выхода, —пошёл прочь.

А, собственно, Адену всё равно. Он стоит с невозмутимым лицом, ожидая.

Вдруг, я чувствую, как лёгкая тёплая волна проходит по моему лицу, проникая, кажется, в самый мозг.

"— Тёрнер, что здесь случилось?"

Отвечать или не отвечать — вот в чём вопрос.

"— Всё хорошо. Завоёвываю принца по твоим советам, не видно?"

В голове тишина. Неужели успокоился?

"— Откуда кровь?"

Начинаю заводиться.

"— Я что на допросе?"

Получаю мгновенный ответ:

"— Да."

Впиваюсь в него своим злым взглядом. Он его благополучно выдерживает. Кто бы сомневался. Глазами указываю ему на свою свободную ладонь, показывающую неприличный жест. Айнэрес переводит своё внимание на него и округляет глаза. Усмехается.

"— Как некультурно," — слышу я прямо над своим ухом.

Чувствую, как начинает нервничать Курт. Он не выдерживает и говорит:

— Хорошо, Аден, раз не веришь мне, то может поверишь Латте?

Айнэрес скрещивает руки на груди и спрашивает:

— Хорошо. Тёрнер, скажи-ка мне, пожалуйста, в моё отсутствие не было никаких инцидентов, которые могли показаться тебе странными, пугающими и даже может опасными для жизни одного из вас?

Ставлю прочный блок в голове. Либо он невероятно проницателен, либо сумел незаметно прочитать мои мысли. Как можно было так попасть в точку?! Пока я схожу с ума внутри себя, двое молодых мужчин ждут ответа. Я должна сделать выбор. Соврать Адену или подставить Курта. Ужас. Какой ужас!

Ладно.

Решаюсь.

— Всё в порядке. Мы играли на рояле, шутили, смеялись, выпивали. Курт показал мне свой кинжал. Дал мне его в руки. Я неуклюжая, а потому, случайно поранила изера. Сейчас помогаю остановить кровь. Вот и вся история.

Лучшая ложь — это та, что приправлена правдой, верно?

Аден недоверчиво всматривается в мое лицо и, видимо, не найдя того, чего хотел, кивает головой и направляется в сторону выхода.

Чувствую себя паскудно. Ненавижу ложь в любом её проявлении.

Когда до нас с Куртом донёсся хлопок двери, мы облегчённо выдохнули. Я даже не заметила насколько был наэлектризован воздух между нами. Присутствие Адена (как ни странно) принесло мне трезвость. Резко отшатываюсь от принца.

— А сейчас ты мне объяснишь какого черта ты делал?! Зачем наставил на себя кинжал и чуть не сделал меня убийцей?! Я выгородила тебя только из уважения! Ты вел себя как безумец! И по правде говоря, мне, в данный момент, некомфортно находиться с тобой, потому что я не знаю, что ты выкинешь в следующий момент! — возмущаюсь я, тыкая указательным пальцем в грудь Курта.

Он слегка морщится от боли. Мне всё равно. Сам виноват.

— Всё-всё! Хватит! Это была неудачная шутка, розыгрыш! Мне захотелось тебя напугать и это показалось мне забавным вариантом! Приношу свои глубочайшие извинения! Честно, подобного больше не повторится.

Он смотрит на меня своими бронзовыми глазами, выражающими полную искренность слов. Вдох-выдох. Расслабляюсь. Неудачная шутка. С кем не бывает. Курт всё ещё смотрит на меня, как щенок, и я поддаюсь его обаянию. В любом случае, такие искренние эмоции могут быть в двух случаях: если человек говорит правду или если он псих, которому надеть маску ничего не стоит.

— Ладно. Прощаю.

На лице Курта появляется улыбка. Она, без лишних преувеличений, правда очень красивая. Принц что-то говорит мне, но я ушла достаточно глубоко в мысли, а потому не услышала сказанное. Прошу его повторить.

— Хорошо. Повторяю. Как бы мне не не хотелось это говорить, но нам пора прощаться на ночь. Уже поздно, так что... Надеюсь, ты будешь не против того, чтобы я тебя проводил?

— Ах, да, конечно.

Я надеваю туфли. Застёгиваю ремешок на лодыжке. Поднимаюсь.Курт по-хозяйски берёт меня за руку и ведёт в сторону выхода. Этот жест меня удивляет, однако я молчу. Мы проходим сквозь ряды книжных шкафов. Задираю голову наверх. В приглушённом свете очень плохо видно расписанный темными красками потолок. Но если приглядеться, то можно рассмотреть узоры, напоминающие созвездия. Нужно будет как-нибудь прийти (если будет такая возможность, разумеется) и изучить библиотеку от и до.

Брахилэс заводит пустяковую беседу. Я её поддерживаю. Несмотря на тот хаос, который произошёл примерно пятнадцать минут назад, рядом с ним мне спокойно. И интересно. И возможно, у меня просто отсутствует инстинкт самосохранения. Его рука такой же температуры, как у меня. Холодная. Но это никого не смущает. Мы приближаемся к выходу, и я напоследок делаю глубокие вдохи, чтобы запечатлеть в своей голове этот неимоверно приятный запах пожелтевших от времени страниц. Курт отворяет резную толстую дверь, и мы выходим из помещения. Делаем несколько шагов по широкому коридору, вдруг Курт заводит руку на поворот. Автоматически его выполняю. Когда моё тело приходит в изначальную позицию, возвращаю свои глаза к лицу парня. Он широко улыбается. Я, собственно, тоже. Принц вновь начинает давать мне импульсы на разного рода движения. Пару раз ошибаюсь, но в основном у меня получается. Такой танец я никогда не танцевала. В абсолютной тишине, где акомпонементом является эхо шагов и только-только начинающийся дождь. Хихикаю. Курт тоже. Мы продвигаемся вперёд танцующими движениями.

Что ж, с принцем (каким бы странным он ни был) мы определённо сдружимся. Брахилэс берет меня за руки и начинает раскручиваться вместе со мной. Главное не расцепиться. Иначе приземление обещает быть болезненным. Мир вокруг смазывается, и единственное, что остаётся четким — его лицо. Парень замедляет движение. Наклоняет меня. И так по кругу.

В таком "темпе" мы доходим до лестницы, которая, как я помню, ведёт в гостевое крыло. Вся весёлая атмосфера разрушается, как только по дворцу разносится женский крик. Мы резко останавливаемся и, молча переглянувшись, бежим в сторону звука. Натёртые новыми туфлями стопы неприятно пекут, однако увеличивающие громкость вопли добавляют мне сил.

Во время подъёма наверх по ступеням, ушибленные колени неприятно ноют. Я пытаюсь игнорировать эти ощущения, но выходит слабо. В пролёте между третьим и вторым этажом мы застаём такую картину: двое взрослых высоких мужчин в голубой одежде волокут по полу вырывающуюся изо всех сил девушку. Она маленького роста. Длинные чёрные волосы спутались, скрывая лицо. Курт останавливает стражников. Он на эстьянте (я так полагаю) узнаёт у них, что происходит.  В это время девушка закидывает голову наверх и я её узнаю.

— Ирам! — окликаю её я, подбегая к ней. Стражники свободными руками слегка высовывают мечи, угрожая. Принц что-то грубо рявкает им. Это имеет эффект. Они засовывают оружие обратно в ножны, пропуская меня.

— Ирам, что случилось?! —  обхватываю ладонями ее лицо.

Она переводит на меня затуманенный взгляд карих глаз. И сколько же в них боли! Она как-то горько-горько ухмыляется.

— Случился провал. Настолько большой и ужасный, что ты, считай, сейчас говоришь с живым мертвецом.

— Господи, что ты натворила?

Служанка уходит внутрь себя. Я её встряхиваю. Она смотрит мимо меня. В её глазах — пустота. Ирам сейчас совершенно не похожа на ту, пусть и стеснительную, но живую девушку, с которой я была знакома. Это так страшно... Видеть, как из глаз исчезает искра.

— Ирам, ответь, пожалуйста, что ты сделала? Может, я смогу помочь?

Её брови становятся домиком, а губы начинают трястись. Её тело сотрясают рыдания. И она пытается что-то сказать мне, однако я ничего не могу разобрать. Я трясу её за плечи, и она, наконец, концентрируется на мне.

— Я хотела свободы и только. Но, видимо, не в этой жизни. Я была рада познакомиться с тобой, Рождённая Светом. Прошу, если у тебя получится спасти этот мир —сделай его лучше. А если, вдруг, поймёшь, что Цхалит не спасти от... От всего — уничтожь его. Оставь только тех, кто найдет в себе смелость бороться за лучшую жизнь. Пообещай мне.

У меня начинается лёгкая паника. Курт отстраняется от стражников. Те продолжают тащить Ирам вниз.

— Пообещай мне, Рожденная Светом! Пообещай!

Не обращаю внимания на изера, который просит меня оставить пленницу в покое, и иду за стражниками.

— Как я могу обещать такое?! —кричу я ей вслед.

Ирам заходится в рыданиях. Стражники ускоряют шаг. Служанка оборачивается ко мне.

— Умоляю! — вопит она, и у меня внутри что-то ломается.

— Я обещаю тебе. Я изменю этот мир.

Черты девушки смягчаются. Она отворачивается от меня и обмякает, теряя сознание. Я обгоняю стражу, преграждая путь.

— Оставьте её!

Они переглядываются, а после, как два тарана, идут вперёд. Пытаюсь вызвать свет, но не выходит. Да что ж такое! Мне ничего не остаётся, кроме как отойти в сторону. Меня начинает потряхивать. Я собираюсь попытаться вновь, как вдруг мужские руки ложатся мне на плечи.

— Стой, — мягко говорит Курт.

— Она потеряла сознание! Ей нужно помочь! Нужно...

— Она предательница, —констатирует Курт, перебивая меня.

В голове звенит тишина.

— Что? — шёпотом спрашиваю я.

— У неё выпала записка, переданная инкогнито. Там было указано место отбытия на Землю. Она планировала сбежать. По факту, предать свою Родину. Отряд уже направился к точке Х. Сейчас они перехватят сообщника. А после...

На меня накатывает очень... Очень нехорошее предчувствие:

— А после?

Курт сводит брови к носу. Задумывается. Хватаю его за руку и умоляюще смотрю на него. Он рвано выдыхает. Сдаётся.

— Зная нравы моего отца... Завтра утром случится показательная казнь. Думаю, используют гильотину.

Округляю глаза. О, Боже. В голове проносятся отрывки из разговоров. Когда-то Аден упомянул, что если бы я не оказалась Рождённой Светом — ему бы снесли голову. Выходит — буквально.

— Да уж. В последнее время отряды рейторов¹ наполнились предателями. Их и так немного. А ещё и это... Хотя, возможно, проблема не в них, а в системе управления. Но это никого не волнует. Пойдем, Латта, завтра тяжёлый день.

Курт вновь берёт меня за руку и ведёт наверх. Чувствую себя опустошённой. Не замечаю, как мы оказываемся у дверей в мой "номер".

— Если не ошибаюсь, ты здесь живёшь.

Киваю.

— Мне жаль, что ты стала свидетелем этой сцены...

— И часто у вас такое?

Брахилэс неоднозначно качает головой. Внутри меня разгорается желание действовать.

— Куда отвели Ирам?

— Латта...

— Курт.

Он смотрит на меня, а в его глазах читается: "Даже не думай."

— Прошу, я должна с ней поговорить. Ведь... Ведь потом возможности не будет. Пожалуйста, Курт. Ты же изер. Ты ведь можешь провести меня.

Парень закусывает щеки изнутри. Я вижу, как он мечется.

— Хорошо.

Что?! Мне не верится.

— Только переоденься в более тёплую одежду и переобуйся в удобную обувь. И об этом, — он грозит пальцем, — Никому! Ты поняла?

— Да!

— Жду тебя тут.

Врываюсь в свой номер. Разуваюсь. Никого нет. Отлично. Бегу в спальню. Открываю шкаф. Достаю оттуда чёрный свитер, кружевной бралетт и синие джинсы. Переодеваюсь. Застёгиваю чёрный пояс. Так. Теперь нужно найти носки. Это отнимает у меня чуть больше времени, чем я изначально планировала. В последнем ящике прикроватной тумбы нахожу их. Мчусь в прихожую. Надеваю кросовки. Как приятно после туфлей обуть что-то на плоской подошве. Выбегаю из комнаты.

— А ты быстрая.

Выдавливаю из себя улыбку. Курт привычно берет меня за руку, и в ускоренном темпе ведёт меня к ступеням. Дальше... Я не помню. Лестницы, коридоры, переходы — всё сливается в одну массу. Мне, определённо, нужно бороться со своим топографическим кретинизмом.

Итог:

Сейчас я стою на каменном полу в подвальном помещении. Вдалеке слышится стук капель о холодные плиты. По обе стороны коридора находятся небольшие комнаты с решётками. Ровно до середины коридор освещается факелами, а дальше... Всё поглощено в черноту ночи.

— Прежде, чем я помогу тебе найти твою Ирам, ты должна пообещать мне не делать глупостей. Не смей её освобождать. Иначе тебе не поздоровится. А положение смертницы станет хуже. Вероятно, ей не даруют лёгкую смерть.

Тяжело сглатываю.

— Хорошо.

Надеюсь, он не потребует, чтобы я дала ему настоящее обещание. Кажется, Курта устраивает мой ответ.

Он кивает. Мы идем в самый конец коридора. Если бы не лунный свет, точно где-то да навернулась. Брахилэс подводит меня к последней камере.

— Я буду ждать тебя, — говорит он, разворачивается и уходит.

Вжимаюсь лицом в холодный металл. В кромешной темноте пытаюсь рассмотреть девушку.

— Ирам? Ирам, ты тут?

— Латта? — отзывается она.

Слышу звон цепей. Она выходит на свет к решётке. Замечаю, что её лодыжка закована в кандалы, от которых тянется толстая цепь. Босые ноги Ирам стоят на ледяном камне. Не раздумывая, разуваюсь и снимаю носки. Протягиваю ей. Каменный пол буквально обжигает мои стопы своим холодом. Сжимаю зубы, чтобы не подать виду.

— Что ты делаешь?

— Не даю тебе заболеть.

— Это мне уже не грозит, верно? Они ведь убьют меня, да?

Молчу. Ирам хмыкает.

— Так я и думала. Хорошо, что...

Вопросительно смотрю на неё.

— Это слишком рискованно. Я не могу тебе сказать. Может пострадать... Очень дорогой мне человек. Лишь мысль о том, что он не пойман, даёт мне сил.

— Обуйся и расскажи мне всё без упоминания имени дорогого тебе человека.

Ирам пытается сделать шаг ко мне, однако цепь не даёт ей этого сделать. Спохватываюсь. Засовываю носки в кроссовки и бросаю ей. Она благодарно улыбается.

— Спасибо.

Ирам обувается и вновь подходит ближе ко мне.

— Я представляю, как охранники разозлятся, когда увидят, что их наказание холодом не удалось.

Мне кажется, что передо мной стоит совершенно другой человек. Из речи девушки исчез странный акцент, куда-то пропала вся робость. Какие секреты она ещё прячет за невинным фасадом? В голове крутится море вопросов, но я молчу, позволяя ей собраться с мыслями.

— Я из простой семьи. В нашей стране нет такого понятия, как бедность. Но есть репутация. И она высоко ценится. Мой отец... Попал в очень неприятную ситуацию с влиятельными людьми. И я пошла во дворец работать служанкой, буквально, чтобы очистить его позор. Срок данной "очистки" восемь лет. Почему я заняла такую низкую должность? Ну, во-первых, у нас любая работа при короле очень почитаема. Во-вторых, провал отца не давал мне возможность занять должность выше, — Ирам выплёвывает слово "отец" да так, что от неожиданности меня передёргивает, — И, знаешь, всё было хорошо, пока я не встретила его. Он, как ты уже можешь догадаться, один из рейторов. Мы пару раз пересеклись, потом разговорились, затем начали встречаться после работы. Он хотел взять меня в жёны. Но репутация моей семьи и его статус не давали нам этого сделать. Чтобы это свершилось, нужно было подождать минимум пять лет, но... Он нашел выход. Сказал, что он знает другой мир, в котором не имеет значения ни репутация, ни статус, ни происхождение. Ничего. Раскрыл мне тайну двух миров, и, по правде, я не сразу ему поверила. То есть... Все мы знаем сказание о Рождённых Светом, про ребенка двух миров, но я уже начала сомневаться в правдивости этого мифа. Тьма по сантиметру убивает нижний полюс, а спасения всё нет. Я до последнего не верила, брала в два раза больше работы,  надеясь, что срок искупления закончится раньше. Но вот пришла ты. Живая сказка. И я решилась. Сегодня ночью я должна была бежать с любимым в твой мир. Он передал мне записку. А я... А .. я... Я не... — Ирам начинает заходится в рыданиях. — Я не уследила. Не уследила, — шёпотом повторяет она, — И моя ошибка стоит мне и, надеюсь, только мне жизни. Я просто хотела быть с любимым, и только...

В голове созревает план. Только бы всё получилось.

— Давай я помогу тебе сбежать. Попробую сломать стену светом и доставить тебя до твоего мужчины. Меня всё равно не казнят. Я им нужна живой.

Ирам промаргивается, будто видит меня впервые.

— У нас мало времени. Решайся, пока не поздно, — говорю я твёрдо, но слегка постукивая зубами от холода.

Ирам отводит взгляд к небольшому окошку в коридоре, из которого сочится лунный свет. Я же пытаюсь не думать о последствиях своих решений. Ты подорвешь доверие Курта. Ему влетит из-за тебя. Ты нарушаешь местные законы. Король этого не простит. Курт этого не простит. А если не удастся разрушить стену? Ведь даже свет у меня получается вызвать через раз. Я даю ложные надежды...

— Я согласна.

Встряхиваю головой. Переспрашиваю.

— Я согласна бежать.

Сердце ускоряет свой ритм. Я смотрю на Ирам, в карих глазах которой, помимо бликов луны, отражается страшная решительность. Чёрт. Чёрт. Чёрт. Чёрт! Смотрю на свою руку. Пытаюсь найти в себе эту энергию. Я буквально чувствую, как она, не спеша, ползёт из груди к моей ладони. Прикрываю глаза. Концентрируюсь на этом ощущении. Чувствую тепло на кончиках пальцев. До меня доносится тихий вздох Ирам. Будем считать это хорошим знаком. Не отвлекаюсь. Воздух вокруг ладони ощутимо нагревается.

Вдруг в коридоре слышится звон. И чьи-то стоны. Резко открываю глаза и убираю свет. Шаги приближаются к нам. Через минуту четыре стражника открывают камеру напротив. Они швыряют туда второго пленника. О нет. Слышу, как Ирам что-то сдавленно бормочет на эстьянте. Королевские гвардейцы окидывают меня странным взглядом и покидают помещение. Похоже, принц их предупредил о моем присутствии. За это ему нужно будет сказать отдельное спасибо.

Как только четыре мужчины (двое из которых слегка прихрамывали, придерживая носы) удаляются на приличное расстояние, Ирам бросается в сторону решётки. Цепь натягивается, девушка падает на пол с глухим стуком и всхлипывает:

— Рами́р... Рамир!!!

В ответ мужчина стонет что-то невнятное. Ирам закрывает рот трясущимися руками. По её щекам непрерывно стекают слезы. Мужчина подползает к железным прутьям. Сначала он задаёт какой-то вопрос на эстьянте, ему отвечает Ирам, и сейчас он обращается уже на английском, судя по всему, ко мне:

— Кто ты?

Представляюсь ему совершенно чужим для меня титулом:

— Рождённая Светом.

Рамир шумно втягивает воздух и хрипло смеётся. Он закашливается. По его короткой светлой бороде стекает тёмная слюна. Слегка морщусь от этой неприятной картины.

— Вот уж не думал, что доживу до такой встречи! Рождённая Светом, а правда ли, что ты из другого мира?

Честно отвечаю:

— Да.

— Это хорошо, это хорошо. Значит уже перемещалась. А можешь ли ты, Рожденная Светом, мне помочь?

Начинаю напрягаться.

— Чем?

Он подзывает меня пальцем. Приближаюсь. Рамир больно хватает меня за предплечье и притягивает к себе, начиная шептать на ухо:

— Там, на Земле, нас ждёт человек, здешний. Я тебе даже больше скажу. Он из главенствующего отряда! Не последний человек на Цхалите! И он с нами заодно! Поддерживает наше движение. Ох, наверное, я болтнул лишнего, но ничего страшного. Всё равно, я умру. Не суть, не суть. Смею допустить, что Лиры рисовать ты не умеешь. А по сему тебе нужно лишь сказать "волшебные слова", перенестись к человеку на той стороне и вернуться сюда уже с ним. Делов на пять минут.

Сомнительная авантюра. Особенно, учитывая мой прошлый опыт перемещений. Аден меня убьёт. И Алан. И Вивьен. Короче говоря, мне конец.

— Ты разве не можешь это сделать? Как никак, для тебя перемещение легче простого.

Рамир хмыкает. Он вытягивает правую руку. Ахаю. На ней красуется огромный ожог, наверное третьей или четвертой степени. Это я рассказала Адену о подобном способе снятия руны.

— С верхушки пришла информация о таком способе блокировке Лиры. Решили на мне проверить. Я попробовал переместиться. Ничего. Ты можешь спасти только Ирам. И я умоляю тебя это сделать.

Вот-вот прийдёт Курт. Время поджимает.

— Говори слова.

— Эльёмно нос мерми́то Тендра пре́до Перу ир Лима ин Ларко Вю арасис парэсто Раава.

Моментально вторю ему, не успев осознать слова:

— Эльёмно нос мерми́то Тендра пре́до Перу ир Лима ин Ларко Вю арасис парэсто Раава.

Голубая вспышка. Падение.

*****

Если меня когда-нибудь спросят, что я ненавижу, я не колеблясь отвечу — перемещение между мирами и притворство...(А еще дыню)

Я падаю, но как-то по-другому. Лицом вниз. Голубой сияющий туннель берет меня в свои объятия, как родную. Вскрикиваю. У меня перехватывает дыхание. К этому нельзя привыкнуть. Переворачиваюсь. Вытягиваю ноги. Надеюсь приземление будет мягким. И желательно не в небе. От адреналина заглушаются все звуки. Кроме сердечного ритма. Смотрю вниз. Появляется просвет. Задерживаю дыхание. Только не в небо, только не в небо. Болезненное приземление на пятки. Босые стопы неприятно царапает асфальт. Ничего. Терпимо. Слышу над головой звук лопнувшего пузыря. Портал закрылся.

— Я жива! — восклицаю я, вскинув кулак вверх.

Поднимаю глаза. Вижу красивое белое здание. Шум машин, людей, тихая музыка, играющая по радио. Земля. Дом.

— Латта?

Моментально выпрямляю спину. Вспоминаю сказанные для перемещения слова. О нет. О НЕТ! Возможно, мне показалось или я что-то неправильно запомнила. Да, определённо. Это какое-нибудь побочное действие от перемещения.

"Там на Земле нас ждёт человек, здешний. Я тебе даже больше скажу. Он из главенствующего отряда! Не последний человек на Цхалите! И он с нами заодно! "

Слышу приближающиеся шаги. Меня берут за плечи и резко разворачивают к себе. Стопы больно скользят по асфальту.

— Ау!

— Какого раума, Тёрнер?!

Поднимаю голову наверх. Нет. Не показалось.

— И тебе привет, Аден.

Я читаю в его глазах всё: непонимание, ужас, злость и жуткое беспокойство что-ли. Секунда, две и я ощущаю всем телом, как от него начинают исходить волны ярости.

— Аден, не молчи. У меня создаётся впечатление, что ты размышляешь — стоит ли меня убить сейчас или оставить эту работёнку гвардейцам, — пытаюсь я свести всё в шутку.

— В точку, — серьёзно констатирует он.

Сглатываю. Время. Время. Время. Время.

— Быстро, выкладывай, что у тебя, — опережает меня Айнэрес.

Пересказываю ему всю ситуацию. На скулах Адена играют желваки.

— Перемещаемся.

Перед "отлётом" он говорит какие слова нужно сказать. Аден берёт меня за руку, пропуская по нашим телам ток. Мы одновременно дёргаемся. Я не протестую, так как понимаю, что это необходимо. Пальцами Айнэрес начинает отсчёт. Три. Два. Один. В унисон произносим "заклинание". Голубая вспышка. Мы падаем. Взвизгиваю. Бросаю на Адена беглый взгляд. Он насмешливо смотрит на меня.

— Чт... — не успеваю даже договорить свой вопрос, как мы приземляемся .

Это было достаточно быстро. Пошатываюсь и почти падаю, но, спасибо Адену, он успевает меня подхватить. Небольшая пауза, и мы резко отстраняемся друг от друга.

— Раава, ну, здравствуй, — хрипит Рамир.

Аден мельком смотрит на Рамира. Он подходит к решётке Ирам и, звеня связкой ключей, открывает дверь. Ирам криво улыбается. Айнэрес открывает кандалы и освобождает девушку. Начинаю нервничать. Я прямо-таки чувствую, как время утекает сквозь пальцы, будто песок.

— Тёрнер.

— М-м?

— Тебя ведь привел сюда Курт, верно?

Чувствую неладное. Это не простой вопрос.

— Да. Он оставил меня здесь плюс-минус пятнадцать минут назад.

— Значит, он явится с минуты на минуту. Иди. Отвлеки его... — он делает небольшую паузу, а после тихо добавляет, — Любым способом.

Нервно закусываю губу.

— Любым способом? — двузначно говорю я, уточняя. Надеюсь, в моём голосе не слышны нотки страха.

— Любым, — твёрдо отрезает Аден.

Рвано выдыхаю.

— Хорошо, — говорю я и бегом мчусь по коридору.

Босые ноги неприятно шлёпают по каменному полу. Хоть бы всё получилось. Смотрю вниз, чтобы не споткнуться. И врезаюсь. Поднимаю глаза. Курт. О, Господи! Ещё чуть-чуть, и это был бы провал!

Мы находимся на середине коридора. Насколько я помню, получение Лиры — процедура не из приятных. Значит нужно увести изера, как можно дальше.

— Испугалась? — обеспокоенно спрашивает принц. Видимо, у меня ну уж очень загнанный вид.

Молча киваю. Слышу вскрик. Курт вопросительно поднимает брови.

— Она начала бредить. Думаю, эмоциональное перенапряжение. Я поняла, что конструктивного диалога с ней не выйдет, и поспешила удалиться, — пытаюсь верить в то, что говорю.

Парень сдвигает брови к переносице.

— Может стоит её проверить? Вызвать врача?

Меня трогает его забота о пленнице, однако... нет. Я не могу позволить ему это сделать. Когда-то я мечтала быть актрисой. Похоже, пришло время проявить свой скрытый потенциал. Делаю максимально испуганное и жалостливое лицо.

— Прошу тебя, Курт, пойдем отсюда.

Беру его за руку и отвожу дальше по коридору. Опять слышится сдавленный стон. Курт останавливается и оборачивается в сторону темниц. Нет. Нет. Нет. Нет. У меня начинает сосать под ложечкой. Обхватываю руками лицо Брахилэса и поворачиваю на себя. Глаза начинают слезиться. То, что надо.

— Пожалуйста.

Принц всматривается в моё лицо, бросает ещё один взгляд на коридор, а после разворачивается и ведёт меня к выходу. Облегчённо выдыхаю.

Мы начинаем подниматься по витиеватым ступеням. Курт останавливается рядом с дверью, ведущей в зал на первом этаже.

— Давай ты выйдешь, а я её проверю. Неспокойно мне.  Хорошо?

Нет. НЕТ, ТВОЮ МАТЬ! Вдох-выдох. От меня зависит жизнь хорошей девушки. Нужно постараться.

— Курт, пожалуйста, не оставляй меня сейчас одну. Я... Не знаю. Может у меня тоже эмоциональное перенапряжение... Знаю только, что не хочу оставаться одна... А... А в твоей компании мне... Мне... — начинаю заикаться, не зная, что ещё сказать.

Но Курт понимает эту ситуацию по-своему. Он нежно обхватывает моё лицо и целует. Ору внутри себя так громко, что не удивлюсь, если Аден услышит меня на другом конце здания.

"— Отвлеки его... Любым способом..." — всплывают в голове обрывки его фраз.

И я целую Курта в ответ. Брахилэс начинает более напористо сминать мои губы, прижимая к стене.

Поздравляю, Латта! Ты скатилась! Целуешься с человеком, с которым знакома один день! Класс!

Адену нужно время? Хорошо. Я его ему дам. Не отрываясь от губ принца, провожу руками по его крепким плечам, шее, дохожу до линии скул и останавливаюсь на волосах. Сжимаю их. На ощупь они более жёсткие, чем (у Адена) я себе представляла.

Ладони Курта тоже не стоят на месте. Он оглаживает линию моих бёдер, поднимается к рёбрам и обратно. Он одновременно позволяет себе больше, чем нужно, но в то же время умудряется сохранять какую-никакую границу. Что ж. Стоит признать, целуется он не плохо. Даже очень неплохо. Итак. Что делать в таких ситуациях? Если я начну тормозить процесс или резко отпряну — Брахилэс заподозрит неладное. А потому... К чёрту всё! Если и играть, то до конца. Я запускаю свои руки под его рубашку, оглаживаю контур мышц. Курт удовлетворённо хмыкает, а я чувствую, что делаю в этой жизни что-то не так. И я не могу сказать, что принц мне неприятен, нет. Просто, это не то. Вероятно, такое чувство у меня возникло из-за хорошего воспитания, данного мне родителями.

Аккуратно прикусываю нижнюю губу Брахилэса. Он улыбается мне в губы и отвечает тем же.

Не знаю, сколько мы так стоим и целуемся. Его руки уже смело трогают мою поясницу, иногда заходя чуть ниже. Я расстёгиваю верхние пуговицы его рубашки. Мне нужно ещё время. Пытаюсь послать Адену мысль:

"— Через сколько всё закончится?"

Тишина. Мне хочется кричать от безумия ситуации. Беру инициативу в свои руки. Делаю резкий поворот, меняя нас местами. Теперь спина Брахилэса прижимается к стене. Он удовлетворённо улыбается.Обнажив его торс, я припадаю губами к его ключице. Мои щёки горят. Надеюсь, Курт это примет за симптом возбуждения, а не душевных метаний, стеснения, нерешительности и страха. Принц шумно вдыхает. Провожу дорожку поцелуев, спускаясь ближе к животу.

— Латта... — хрипло шепчет он.

Мне тошно от своих действий. Нет, Курт хороший, приятный парень, не вызывающий отвращения. Однако, все происходящее между нами — притворство, которое он воспринимает за чистую монету.

Представляю связь между мной и Аденом, как красную нить. Она тянется прямиком к его голове.Про себя повторяю вопрос:

"— Аден, сколько нужно ещё времени?!"

Ответь. Прошу, ответь, пока эта "игра" не зашла слишком далеко.

Курт берет меня за подбородок, отрывая моё лицо от его тела. Он тянет мою голову к себе. Курт приближается к моему уху и кусает мочку, вызывая мурашки.

"— Пять минут. Ты сейчас где?" —наконец слышится ответ над ухом, которое кусает Курт. Странность ситуации зашкаливает.

Курт трепетно берет мою кисть и притягивает её к своим губам. Он нежно и в тоже время невероятно томно целует каждый мой палец, слегка задевая их языком. От этой картины меня обдаёт жаром. Всё же я нормальная, здоровая, взрослая девушка, которая целуется с красивым, харизматичным, приятным парнем. Ничего странного в том, что моё тело, спустя такое время своеобразных ласк, проснулось, нет.Только вот почему ощущение, что мной прямо сейчас пользуются, не покидает меня? Ведь, по факту, всё наоборот.

— Ты такая красивая, Латта. Не стоит уделять, и даже обращать внимание на тех мужчин, что не готовы целовать тебя от кончиков пальцев до... — Курт недоговаривает, и лёгким движением снимает с меня свитер. Благо я надела бралетт.

Чёртчёртчёртчёрт!

Руками прикрываю грудь.

— Милая, не переживай. Здесь никого нет,  — сладко проговаривает Курт.

Он поворачивает меня лицом к стене и начинает целовать спину. С одной стороны, мне приятно, но с другой... На глаза наворачиваются слёзы. Курт думает, что я тоже этого хочу. Я ведь всем своим видом это показываю. Нельзя на него злиться. Хорошо, что я отвёрнута от него, и он не видит моей истерики. Прогибаюсь в спине. Я. Должна. Выиграть. Время. Любым способом. Все мои "страдания" стоят намного дешевле, чем человеческая жизнь.

"— Аден, прошу, поторопись."

На другом конце "провода" —тишина.

— Латта, с тобой всё хорошо? Я не сильно спешу с событиями? —спрашивает Курт, уперевшись лбом между моих лопаток. — Ты так замерла. Напряглась. Давай, я пойду и проверю нашу пленницу, дам нам немного остыть, а после продолжим. Хорошо? Я волнуюсь за тебя. Наверное, для первого дня — это слишком...

Пожалуй, плакать захотелось ещё больше. Мне жаль Курта. Жаль, что мы оказались в такой ситуации. Ведь он мне даже понравился...

Ирам. Рамир. Я не должна отвлекаться. Лёгким движением убираю слезинку. Я оборачиваюсь к нему.

— Курт, просто, я, — из груди вырывается смешок, — Немного нервничаю. Столько эмоций за один день, и...

— Ох, иди ко мне. Я помогу забыться.

Он целует меня. Углубляет поцелуй. С намёком сжимает бёдра. Я беру его за рубашку и притягиваю ближе. Брахилэс вновь разворачивает меня лицом к стене. Он оставляет поцелуи вдоль моего позвоночника. В уголках глаз вновь собираются слёзы. Нужно просто отключить мозг. Нужно просто расслабиться и получать удовольствие. Нужно просто...

Дверь рядом с нами открывается. Мы одновременно поворачиваем головы. Человек заходит внутрь и я с облегчением выдыхаю. Аден. Он выпрямляется и его белая макушка почти вытирает потолок. Курт демонстративно проводит рукой по моей обнажённой пояснице. Я смотрю на Адена со слезами на глазах. Он всё понимает. Я это вижу.

— Извините, что помешал вам. Однако идёт уже четвертый час утра. Завтра нам всем предстоит тяжёлый день, а потому я обязан провести Рождённую Светом до её комнаты.

— Рейкор, вы нам помешали, разве не видно? Рождённая Светом отнюдь не против моей компании, верно?

— По правде говоря, изер, я не против сделать небольшую передышку. Сегодня на меня столько всего навалилось и я...

— Можете не продолжать. Я вас понял, — психуя говорит Курт и выходит, громко хлопнув дверью, оставив нас двоих.

Медленно оседаю на пол, обхватывая колени руками. Прислоняюсь к холодной стене. Всхлипываю. Аден садится на корточки передо мной. Он подаёт мне мой свитер. Натягиваю его. Затем он садится рядом. Теперь мы вдвоем сидим на мерзко холодном полу и морозим придатки. Цепляюсь за эту мысль, как за спасательный круг, лишь бы не думать о том, что здесь произошло и что могло случиться. Аден притягивает меня к себе и просто обнимает.

— Сними блок, открой голову. Я хочу посмотреть.

Нехотя выполняю его просьбу. Перед моими глазами мелькают воспоминания, которые просматривает Аден. По щекам стекают солёные дорожки. Я чувствую полное отвращение к себе. С каждым просмотренным моментом, хватка Адена становится крепче. Он пару раз прищёлкивает языком, когда я думаю о том, что мне нравится Курт. Воспоминания доходят до момента, когда он собственной персоной заходит сюда. Аден выходит из головы. Смотрю на Айнэреса. Честно говоря, я не знаю, видела ли когда-нибудь у него такой ледяной взгляд. Чувствую, как у меня выпячивается нижняя губа, а уголки рта изгибаются вниз. Я едва сдерживаю рыдания. Секунда и...

— Иди сюда.

Аден берет и перемещает меня к себе на руки. Я обхватываю его тело, закрытое одеждой, и крепко прижимаюсь. Уже открыто плачу. Позволяю себе расслабиться. Аден ставит свой подбородок мне на макушку, обнимая. В этом всём не чувствуется никакого пошлого или романтического подтекста. Это просто нужная мне сейчас поддержка. Постепенно я успокаиваюсь. Мы молчим какое-то время. Я заговариваю первая:

— У вас всё получилось?

Аден тяжело вздыхает.

— Да, но... Но она ещё не знает, что Рамир обречён. Ирам сейчас ждёт его в их домике в Перу. То, что ты сегодня видела — абсолютно незаконные действия. Если что-то из сегодняшних событий всплывёт, я пойду вслед за Рамиром. Я не до конца поддерживаю власть, её чрезмерно строгие законы и тоталитарность. Однако, чтобы помогать таким людям, о моей политической точке зрения никто не должен знать. Мне пришлось рассказать о нашем с тобой открытии по поводу того, как снять Лиру. Иначе бы рано или поздно кто-то что-то да заподозрил.

Задумываюсь и говорю:

— Полагаю, один человек, как минимум, сто процентов что-то заподозрит... Что ты сказал Ирам?

Аден хмыкает.

— Что у Рамира другие особые цепи, и что он дождётся, когда его освободят, чтобы переместиться к ней. Думаю стресс и боль от Лиры помешали ей нормально мыслить, а потому она и поверила мне. Кстати, поздравляю, Латта. Ты спасла человека. Я бы даже сказал двух.

Улыбаюсь. Всё, что здесь произошло — не зря.

— Аден, знаешь, я думаю, что сегодня Ирам умрет. Вернее, не она, а какая-то очень большая часть её души. Она, правда, очень любит Рамира.

— Я знаю, — шёпотом отвечает мне он.

Мы молча сидим бок о бок. Когда у меня зуб на зуб перестает заходить, Аден встаёт вместе со мной на руках. Наша кожа нигде не соприкасается. А потому, боятся нечего. Однако, я прошу:

— Опусти меня. Я сама дойду.

— Не хватало ещё, чтобы ты окончательно заболела, ходя по холодным плитам замка.

Не протестую. Айнэрес проходит несколько этажей, и по итогу доносит меня до моей комнаты. Аден ставит меня на пол.

— Кстати, не думай, что я забыл твое "милое" перемещение. Это было безрассудно, но ты — молодец. Справилась. Однако, в одиночку такое лучше не практиковать.

Киваю. Я смотрю на Адена и во мне просыпается безумное желание его обнять. Поддаюсь порыву.

— Спасибо, что смог спасти Ирам и пришел за мной. Я даже не могу представить, куда всё могло зайти, не приди ты туда вовремя.

Аден проводит рукой по моим волосам, вызывая толпу мурашек. Рядом с ним я чувствую себя невероятно маленькой, и это ощущение мне нравится.

— Как я мог не прийти, если ты звала? — спрашивает он, а я даже не знаю, что сказать.

Отстраняемся друг от друга.

— Ну, не знаю, может посчитал бы, что это "занятие" мне всё же больше нравится, чем нет, и решил бы оставить там, — предполагаю я, сильно жестикулируя.

Аден обхватывает мои плечи и слегка их сжимает. Он наклоняется так, чтобы наши глаза были на одном уровне.

— Запомни, Тёрнер. Раз и навсегда. Если ты попросишь меня о помощи, то я независимо от ситуации приду к тебе на помощь. В конце концов, для чего ещё нужны друзья?

Согласно киваю.

— Да и к тому же, я должен извиниться за то, что тебе пришлось пережить. Мой план в этот раз оказался неидеальным, я не учел все риски, и вот, — он машет на меня рукой, —Последствия.

— Аден, всё в порядке. Правда.

Он мне не верит и это очевидно. Меня немного пугает искра (правильнее сказать льдинка) в его глазах после просмотра моих воспоминаний. Надеюсь, он не натворит бед...

Мы желаем друг другу спокойной ночи. Я захожу в комнату. Чувствую себя намного лучше, чем там, в коридоре темницы. Однако, на душе теперь лежит тяжёлый камень. Я даже не хочу представлять насколько будет больно завтра Ирам, когда она узнает всю правду...

Делаю все ванные процедуры, переодеваюсь в пижаму и ложусь в постель. К моему удивлению, ни Рафисы, ни Стерии в моём номере нет. Наверное, празднуют. По моему телу расползается тревога. И пока она не переросла в настоящую паническую атаку, засыпаю.

******

Настойчивый стук в дверь будит меня. Со стоном открываю глаза. Смотрю в окно. Ранее утро. Я выхожу из спальни и иду к входной двери. Открываю её. Аден. Рукой протираю глаза.

— Что случилось?

Он с сожалением оглядывает меня и говорит:

— Собирайся. Король требует твоего присутствия на казни.

¹Рейтор — дипломат между мирами. Нижний чин, который узнаёт политическую обстановку, изобретения, молодёжные веяния и прочее в параллельном мире. Рейторы, выяснив всё, что от них требует протокол, возвращаются на Цхалит и пишут докладную, которая затем переходит к статистам, а те, в свою очередь, обработав информацию и составив один большой отчёт — передают его Рейкорам.