|𝟏𝟗|

— ...друзья — это семья, которую мы выбираем сами.

:Уроки Джейн Остин— Уильям Дерезевиц.

•ФИРАЯ•

Три месяца спустя.

— Ну Рая, ты там застряла что-ли?! — сквозь дверь доносится недовольный голос Ширин. Я отрываюсь от зеркала, и с моих губ невольно срывается смех, когда это напоминает мне то, как я сама торопила Фарида в школу.

— Моя любимая подруга сегодня наконец-то спустя три месяца покажет мне себя! — парирую я, поправляя шарф. — Я просто обязана выглядеть соответственно!

— Как будто на свадьбу готовишься, честное сло... — Ширин внезапно обрывается на полуслове, когда я появляюсь в дверном проёме. Её глаза расширяются, а на моём лице расцветает улыбка — видимо, результат превзошёл ожидания. — ...во.

Я изящно поворачиваюсь на каблуках, вспоминая уроки балета, и даю возможность сестре оценить меня со всех сторон. И пусть я сама уверена, что выгляжу на все сто, мнение близких всё равно важно.— Ну, как? Что скажешь?

Для встречи с Изой, я выбрала костюм — её подарок на прошлый день рождения. Фиолетовая рубашка — все знали о моей слабости к этому цвету — делает яркий акцент, чёрный комбинезон на широких бретелях подчёркивает линию талии, а удлинённый жилет вместо пиджака добавляет дерзости. Концы шарфа небрежно перекинуты за спину, завершая образ.

— Ты просто сногсшибательно выглядишь в этом наряде! Всё! — Рин закатывает глаза от восторга, и я не могу сдержать смех. — Я влюблена.

— Не преувеличивай, — смущённо отвечаю я, хотя очень приятно слышать такие слова.

— Да я серьёзно! Будь я парнем...

— Не начинай песню Рони, — останавливаю я её, и мы обе смеёмся.

— Хорошо, а как выгляжу я? — кокетливо улыбается Ширин, демонстрируя мне свой образ.

Я окидываю взглядом её бежевую водолазку и бирюзовый сарафан с изящными складками и чётко обозначенной талией. Ширин большая любительница сарафанов, и основную часть её гардероба составляют именно они. И неспроста — они идеально гармонируют с её нежной, почти воздушной внешностью, будто созданы специально для неё.

— Ты выглядишь...

— Прелестно, — отвечает за меня Рауф, появившийся словно из ниоткуда.

На самом деле он вышел из своей бывшей комнаты, где, похоже, предавался ностальгии, пока я наводила марафет и собиралась с мыслями. Именно ему выпала честь отвезти нас к Изе.

Ширин заливается румянцем и ответ взгляд.

— Спасибо, Рауф, — бормочет она, избегая встречи с глазами моего брата, и мне становится забавно.

— Констатирую факт, — с лёгкой напыщенностью кивает Рауф, чем вводит Ширин в ещё большее замешательство и смущение.

Какие они оба всё-таки милые!

Закончив с обменом любезностями, мы выходим на улицу, прихватив подарки для Изы, и направляемся к машине Рауфа.

— Ну что, готовы к небольшому путешествию, дамы? — с обаятельной улыбкой интересуется Рауф, распахивая перед нами заднюю дверь. — Пристегнитесь, будет весело! — подмигивает он, и мы с Ширин, смеясь, покорно щёлкаем замками ремней.

|♥︎|

Дом Изы выполнен в стиле лофт. Высокие потолки и панорамные окна, сквозь которые проникают потоки света, создавая причудливую игру теней в течение дня. Грубоватая кирпичная кладка и открытые балки придают интерьеру индустриальный шарм. Но больше всего я обожаю их уютный уголок в гостиной с мягким диваном — идеальное место, чтобы раствориться в атмосфере покоя или погрузиться в книгу ха чашкой чая. Чем мы с Изой и девочками частенько и занимались.

— Раячка, дорогая, как давно я тебя не видела! — красивая женщина невысокого роста с такими же волосами, как и у моей Изабель, заключает меня в тёплые объятия. — Выглядишь просто божественно. — Я в ответ одариваю её сияющей улыбкой и столь же искреннии комплиментом.

Затем её объятия достаются Рин.— Но моя любимица всё же Ширин. — Мы переглядываемся и тихо смеёмся, когда Ширин вновь краснеет.

— Вы смущаете меня, тётя Саманта, — отвечает она, потупив взгляд и старательно пряча смущённую улыбку.

— Ладно, ладно, бегите наверх. Девочки уже заждались, — направляет нас к лестнице Саманта.

Ширин берет меня под руку, и по спине пробегают мурашки. Я так волнуюсь... Столько времени не видела Изу, и даже не представляю, как она изменилась. Она всегда была ослепительной, но теперь, после похудения, боюсь, парни толпами будут следовать за ней.

Я буду ревновать... Я уже ревную!

С сердцем, колотящимся в груди, я приближаюсь к двери её комнаты. Из-за неё доносятся приглушённые голоса и шум.

— Ну сколько там ещё?! — недовольно шипит Иза.

— Да всё уже, готово, блин! — огрызается Туча, явно находясь на грани терпения.

— Они уже тут? — настороженно спрашивает Рони, и я не удержавшись, хихикаю.

— Тут! — взвизгивает Изабель, услышав мой смех. — Черри, ты готова?!

— Если честно, нет, — признаюсь я, делая глубокий вдох, чтобы унять подкатывающее к горлу волнение. Нервный смешок всё же срывается с моих губ. В этот момент Ширин открывает дверь и, смеясь, заходит первой, не давая мне возможности увидеть, что там внутри.

— Вы не представляете, как долго она красовалась перед зеркалом, — отшучивается Рин, и я мысленно представляю, как она закатывает глаза.

— Естественно, она же моя жена, — деловито заявляет Иза, — готовилась ко встрече со мной!

Комната заполняется девичьим смехом, и я чувствую, как на душе становится легче. Всё это время, пока они могли видеться, а мне приходилось скучающе отсиживаться у себя дома, я мечтала об этом моменте, когда снова смогу оказаться среди своих подруг.

— Можно уже войти? — нетерпеливо спрашиваю я, сжимая ручку влажной от волнения ладонью.

— Давай! — хором отвечают они, и я в ту же секунду открываю дверь.

Едва я переступаю порог, как девочки взрывают хлопушки, и в воздухе звучит наша с Изой песня — Perfect. Помещение искрится в розовых, фиолетовых, синих, зелёных и жёлтых тонах — в любимых цветах всей компании. Всё было убрано воздушными шарами, яркими цветами, гирляндами и мишурой, создавая поистине праздничное настроение.

Самира ловит момент на свою «Кэнон».

Подруги расположились по периметру комнаты, а в центре, с сияющими от счастливых слёз глазами, стояла моя девочка.

О Боже мой... Как же она красива.

В своём любимом розовом цвете, с белым бантом, вплетённым в волосы, такая хрупкая и миниатюрная, она смотрела на меня с застенчивой, неуверенной улыбкой. Сердце наполняется теплом от её взгляда, который кричал: «Я справилась, черри, я наконец-то сделала это».

Моё солнце, моё самое родное...

Не раздумывая ни секунды, я с разбегу бросаюсь в её объятия, и мы вместе падаем на мягкую гору из шаров позади неё. Она беззаботно смеётся, а я, не в силах сдержать эмоций, осыпаю её лицо поцелуями, крепко обнимая и пряча собственные слёзы в её волосах.

— Ты надела наряд, что я тебе подарила, — надрывно шепчет она, глядя на меня с любовью.

— Он ждал этого дня, — отвечаю я, шмыгая носом. Иза отстраняется, заглядывая в мои глаза, и я говорю: — Любимая, сегодня ты выглядишь безупречно.

Губы Изабель задрожали, и новый поток слёз покатился по её щекам, когда я процитировала строчку из «Perfect». Я бережно стираю влажные дорожки и целую её в нос, как всегда делала, чтобы развеселить.

— Тсс, не плачь, а то вся тушь потечёт.

— Не потечёт, она термостойкая, — буркает Иза, осторожно стирая с лица слёзы.

Мы хихикаем сквозь слёзы, и она встаёт, принимая мою помощь.

Девочки дружно зашмыгали носами: Рони буквально положила бумажную салфетку на глаза, из-за непрекращающихся слёз; Ширин откровенно плачет, еле внятно проговаривая что-то вроде: «Девочки, я вас так люблю!»; и даже Самира прослезилась, а она у нас не такая сентиментальная особа.

— Мои любимые девочки! — всхлипывает Вероника, захватывая нас с Изой в свои объятия. Мы смеёмся, когда вслед за ней и Рин с Тучей присоединяются к нам.

В проёме двери неподвижно стоит тётя Саманта с телефоном в руках, запечатлевая этот трогательный момент. Её глаза тоже блестят слёзы от нахлынувших чувств, но на губах играет благодарная улыбка.

|♥︎|

— Вы что, уже все подарили свои подарки? — возмущённо спрашиваю я, заметив в углу несколько красиво оформленных коробок, укрытых яркой бумагой и лентами.

— Она ещё не открыла их, — успокаивает меня Туча. — Ждала твой.

Девочки заговорщически переглядываются, а Иза смущённо улыбается, когда её взгляд встречается с моим.

Я до сих пор не могу поверить, на сколько сильно она изменилась... Иза невероятно хороша, сияет изнутри и эффектна снаружи. Мне безумно нравится, как потрясающе она выглядит, но... В сердце всплывает чувство ностальгии. Я буду скучать по своей булочке Изе. Милой, пухлощёкой Изабель, с которой мы прошли столько всего.

Собравшись с мыслями и отогнав грусть, я выскальзываю за дверь — оставляла подарок здесь, зная, что с ним будет неудобно встретить свою подругу. Подхватив в руки небольшую коробку, обёрнутую в розовую бумагу, я вхожу обратно к девочкам и протягиваю подарок Изе.

Я знала, что придёт время, и я смогу в идеальный момент подарить ей это.

Изабель с трепетом развязывает бант, а затем аккуратно приподнимает крышку. В её глазах сначала читается недоумение, но когда Иза осторожно снимает слои подарочной бумаги, она просто замирает в неверии.

— Ты серьёзно? — выдыхает она, глядя на меня с растерянным удивлением. В её кристально-голубых глазах вновь собираются слезы. — Рая, не может быть...

Иза бережно вынимает из коробки розовое платье — то самое, о котором когда-то мечтала и говорила мне, что очень хочет купить его. Она прижимает ткань к груди, и я вижу, как её лицо озаряется счастливой улыбкой.

— Оно мне не полезет сейчас, — с грустью сказала Иза, глядя на облегающее платье на витрине. — Но мне так нравится именно это платье, Рая, ты не представляешь.

— Так купи сейчас, в чём проблема? — говорю я, искренне удивляясь.

— Ты не понимаешь, я не хочу себя обнадёживать.

— Эх, дурочка ты моя. Пойдём, вот увидишь, у тебя ещё будет сто таких же и даже лучше. — Я утащила подругу подальше от бутика, но напоследок бросила многозначительный взгляд на платье, красиво устроившемся на манекене.

Сопроводив Изу до её дома, я сразу вернулась в магазин и приобрела это платье в тот же день. Цена была не единственным признаком того, что оно брендовое; ткань и крой кричали о роскоши, и я была рада, что успела его выкупить. Позже Иза ещё не раз причитала, что платье кто-то успел ухватить. Мне было так жалко подругу, что я хотела в ту же секунду отдать его ей, но я ждала именно этот день. И была довольна собой.

— Так это ты его тогда купила? — на одном дыхании спрашивает Изабель.

Я неловко улыбаюсь, смутившись.— Прости, что заставила тебя так нервничать, из-за этого, — бормочу я, потупив взгляд.

Иза резко обнимает меня, чем ввводит в секундное замешательство.— Ты дура что-ли? Это определённо стоило того! — с ее губ срывается счастливый смех, и я не могу не улыбнуться.

— Боюсь представить, сколько оно стоит, — вдруг проговаривает Туча с неподдельным любопытством, но в её голосе я слышу знакомую, едва уловимую нотку стеснения.

Я понимаю. Для Самиры, выросшей в небогатой семье, где каждая копейка была насчету, сам факт такой дорогой вещи всё ещё вызывал лёгкий шок. Её отец, — едва ли его можно так назвать, — бросив их с матерью, оставил после себя хреново тучу долгов. И им с тётей Айше годами приходилось сводить концы с концами. Но Туча, моя сильная девочка, никогда не жаловалась. Она всегда сохраняла оптимизм и веру в то, что Всевышний рано или поздно поможет.

Когда мы только подружились, она открылась мне, и я, не раздумывая, решила действовать. Как раз в то время у моего отца в салоне разыгрывался приз для миллионного покупателя — набор техники Apple на круглую сумму. Я знала, что в совокупности этих денег хватит, чтобы покрыть все долги её семьи.

Узнав у Рауфа, что до заветной цифры осталось два покупателя, я уговорила Самиру обновить чехол для телефона, и буквально подтолкнула её к ресепшену. Когда в салоне заиграла торжественная музыка, Туча всё поняла и, расчувствовавшись, заплакала. А я, попросив отца выписать чек на пять тысяч долларов вместо подарков, впервые ощутила, что наши деньги могут делать по-настоящему хорошие вещи.

С тех пор их жизнь наладилась. Папа взял Самиру на работу, и я безмерно благодарна ему за это. Каждый раз, видя её счастливую улыбку, мне становилось хорошо на душе.

И сейчас, глядя на её стыдливое выражение лица, словно она сделала, что-то плохое, я стараюсь изобразить лёгкость.

— Пустяки... Мне для подруг ничего не жалко! — важно произношу я.

Самира ловит мой взгляд, и её лицо озаряет тёплая улыбка. В её глазах не было и тени былого постыдства — лишь благодарность и та самая сильная аура, которая всегда меня в ней восхищала.

Мы провели ещё немного времени у Изы, делясь разными интересными случаями из наших жизней, смеясь и дразня друг друга, прежде чем решили прогуляться в парке. Заодно и перекусить где-нибудь по дороге.

Осень всегда отзывалась во мне особым, щемящим чувством. Лёгкая прохлада, утренние туманы, окутывающие всё бархатной пеленой... Я обожаю гулять по парку, когда листья начинают желтеть и осыпать аллеи, создавая меланхоличную эстетику. В сентябре солнечные дни еще напоминают увядающее лето, но уже чувствуется, как осень медленно входит в свои права.

Погода стояла немного прохладная, но ясная. Неудивительно — на носу был октябрь. Совсем скоро мы выпустимся со школы и не будет больше раздражающей Энджел, любимой сонсэнним и других прекрасных учителей. Я буду тосковать по всему этому.

— О, смотрите-ка, кто там, — усмехается Туча, кивая куда-то вперед.

Наши взгляды синхронно устремляются в указанном направлении.

Парни стояли с беззаботными улыбками, явно поджидая нас. Все выглядели скорее довольными, чем удивлёнными, и даже Рид был в их компании.

Но когда они замечают Изу, их рты открываются в удивлении, а глаза становятся размером с блюдца, готовые вывалиться наружу. Особенно у Макса.

Боже, как забавно наблюдать за их реакцией.

Единственный, чьё лицо не дрогнуло — Фарид. Потому что он видел Изу и раньше. Не раз. От этой мысли становится ещё обиднее. Выходит в неведении держали только меня одну. И всё — ради её сюрприза. Знаю, она хотела меня обрадовать, но... чёрт побери, это бесит.

А тут ещё эта ревность, что прожигает изнутри. Особенно с учётом того, что мы с Ридом до сих пор в ссоре.

Спасительным якорем, вырвавшим меня из пучины не самых утешительных мыслей, становится благоговейный голос Макса.

— Кто-нибудь ущипните меня, — бормочет он, нервно посмеиваясь. Сану без лишних слов щипает его за бок, отчего тот шипит и бьет друга по руке. — Не так сильно, идиот!

Мы не можем сдержать всеобщий смех.

Каждая из моих подруг подходит к своему, так скажем, парню. И только я остаюсь стоять на месте, ровно как и Дэн, тщетно делая вид, что мы не знакомы.

А всё потому, что на днях мы сильно поссорились из-за моей веры.