Миннесота

– Ах, если бы у ягнят были клыки!– Тогда, несомненно, волки стали бы осторожнее.

Джордж Мартин

Он зажал зубами нижнюю губу, улыбаясь.

— Ух ты, это было неплохо. Я впечатлён, — серые чертята плясали в глазах.

Мел отшатнулась. Нэйт усмехнулся.

— Серьезно, я приехал за тобой, так что пойдём, — Маккензи развернулся и распихал толпу. Кожаная куртка стала отдаляться — Натаниэль был уверен, что Памела следует за ним. Но она стояла на том же месте, пыталась разобраться в цепочке событий, чьи звенья брякали в голове, дразня — всё очевидно, Мел, логики не хватает? Не видишь деталей? Не хочешь замечать их?

Она на секундочку призадумалась — всего на секундочку, может, догнать Маккензи? Он с лёгкостью решил бы головоломку, которая закручивалась, усложнялась с каждым днём.

Гордость бастовала — попробуй только пойти за ним. Знай себе цену, девочка.

Памела сжала руки в кулаки, набираясь уверенности. Она сможет сама, сможет и без него. Плохое предчувствие обгладывало легкие.

В Мел прилетали удары локтями, но она стойко выдерживала и пробиралась сквозь джунгли студентов. Пахло алкоголем. Кисло. Памела закрыла нос рукавом и прибавила шагу. У неё было много вопросов. Целая куча вопросов.

Почему Тайсон позвонил именно Маккензи? И когда он успел? Когда ушёл за палатку? Почему Дакс ощетинился как дворовый кот на собаку? Что за перемена случилась в его настроении?

Где-то они свернули не туда. Ошиблись дорогой на развилке. Где же произошёл разлад?

Памела возвращалась той же дорогой, какой они пришли на фестиваль. Она остановилась у ванильного фургона — рано, обернулась, взглянув на небо, в котором светились летающие фонарики — поздно. Рутбир — рано, музыканты — поздно. Мел прокручивала вечер, в нужных местах нажимая паузу. Маккензи — результат. Её тень изгибалась на асфальте, руки казались неестественно длинными.

«Маккензи уехал?..— юркая мысль выскочила из засады. Памела обернулась назад. Что она желала увидеть? Стоящего позади Нэйта? — Сама, Памела, ты сказала сама».

Рошель сосредоточилась на рассуждениях. Мимо неё прошла компания девушек, у одной из них кудрявые рыжие волосы были собраны в пучок. Рошель прищурилась, выбившиеся кудряшки подпрыгивали. Пучок. Точно!

— Дакс! Какие люди!

Вот оно. В голосе Уинги засквозила грубость после появления Флименно. Мел дошла до остановки. На табло мигало расписание автобусов. То есть она ошибалась насчёт Джеки? Дакс с ней не ладил? Дакс её боялся? Может ли она быть как-то связана с смертью сёстры? Может, Уинги что-то знает?

Ноги Мел выпрямились, и она чуть не упала. Её тело вытянулось по струнке, интуитивно подсказывая: ты в нужном направлении. Когда в первый и последний раз Памела спросила Дакса о смерти Кьянеи, он был груб.

— К мертвецам не возвращаюсь и тебе не советую...

Его взгляд выражал раздражение. Он не хотел, чтобы Рошель интересовалась, чтобы искала? Но почему? Вряд ли он общался с Кьянеей, так бы пошёл на похороны...

На улице было безлюдно, машины изредка проезжали мимо. Памела достала телефон и написала Уинги сообщение, чтобы он позвонил ей, когда будет удобно. Она рассчитывала на сейчас, но её лицо продолжало отражаться в чёрном экране. Брови сошлись на переносице. Мел открыла переписку с Даксом и пролистала до голосовых сообщений.

Фары озарили остановку. Рошель подняла руку, преграждая путь яркому свету. Сквозь щели между пальцев виднелся знакомый пучок. Джеки была за рулем. Она не выходила из автомобиля. Двигатель взревел. Мел напряглась, отреагировав на громкий звук, волосы зашевелились на затылке; сердце зашлось. Никого рядом не было — студенты наслаждались фестивалем.

«Это просто совпадение», — успокоилась Рошель. Хотя сколько раз в начале года она твердила себе «случайность, случайность, случайность», а в итоге что? Двое вломились в квартиру и доходчиво донесли — это была никакая — чертова — не случайность.

Двое.

Палец замер над запуском сообщения. Она перевела взгляд на одноклассницу — всё-таки что-то её настораживало.

«Я проверю, но... Да нет, это невозможно... Дакс бы никогда».

Мел задела подушечкой экран.

«Хэй, ещё не спишь, — говорил Уинги шёпотом, — я тут наткнулся на интересную выставку, думал тебе будет интересно...

— Зачем мы приперлись?

О, Та-ай, поздоровайся с Мел. Ты болтаешь с ней по телефону... уже час ночи... Это голосовое, дурак...

— Заткнись. Тихо! Кажется, мы её разбудили.

Ладно-ладно. Привет, Мел, доволен? Да, доволен.

— Здесь пусто. Она, видимо, успокоилась. Зря ты волновался.

Как решишь, дай ответ».

Памела замерла. Пальцы онемели. Она заблокировала телефон и сглотнула. Режущий глаза свет перестал доставлять дискомфорт, существовать в принципе. Мел завернулась в кокон — правда медленно текла по сосудам, достигая мозга. Рошель слышала глубокое дыхание, которое отдавалось жаром в груди. Это они были в её квартире.

Послышался свист резины. Машина на скорости остановилась перед Джеки, у Мел. Металл серебрился под светом фонарей. Маккензи опустил окно.

— Тебе лучше сесть в машину, — он скользнул взглядом по боковому зеркалу и добавил: — Быстрее.

Памела абстрагировалась от внешнего мира, поэтому не слышала Маккензи — слова запутывались в паутине и вязли в липких нитях.

— Рошель! Черт возьми... — Он вновь проверил отражение в боковом зеркале. Нэйт вылез из машины, обогнул её со стороны капота и встал перед Рошель. — Я понимаю, ты зла, наверное, черт тебя знает... — Он поправил прядь угольных волос дрожащими пальцами, что привлекло внимание Мел.

«Что это с ним?» — подумала она.

Тихий стук донёсся до ушей. Мел наклонила голову вниз: носок кроссовка отбивал быстрый ритм по асфальту.

— Почему Джеки сидит в той машине? —это был риторический вопрос, она не до конца пришла в себя. Осознание, что страх возвращаться в пустую квартиру, засыпать в одиночестве были вызваны Уинги, парнем с крылышками за спиной, выбило почву из-под ног. Она вскарабкивалась на гору без страховки, чересчур доверившись Даксу, и сорвалась.

— Я не знаю.

Его указательный палец не дрожал.

— Куда пропали Тай и... — горло пекло от его имени. Дакс стал ей близким другом, она думала, что может на него положиться...

— Я не знаю, — Маккензи оглядывался. — Пойдём в машину. Холодно.

— Холодно и страшно? — она подняла голову, проследила за тем, как сменяются эмоции на лице Маккензи. От смятения до привычной маски равнодушия.

— Пока не страшно.

У Натаниэля зазвонил телефон. Он достал его из кармана, положил обратно и перевёл взгляд на Рошель.

— Надо уезжать.

— Кто звонил?

Молчание.

— Кто звонил, Маккензи?

Памела горько усмехнулась.

— Джеки.

Мел откинулась на спинку скамейки и выдохнула.

«Господи, что же за чертовщина творится?»

— Мел, нам надо уезжать, — он выделил голосом «надо». И Памеле хотелось бы ему поверить, но не получалось.

— Уезжай.

— Мел, черт возьми, нам надо уезжать.

— Так, уезжай!

Телефон разрывался. Лицо Нэйта вытянулось, уголки губ слегка опустились. Он провёл языком по дёснам и, молниеносно оказавшись рядом, потянул её на себя. Маккензи начал тащить её к машине. Памела забрыкалась, пытаясь выбраться, вцепилась ногтями в кисть Маккензи, до крови царапая, но он был сильнее. Хлопнула дверь. Натаниэль выругался. Джеки вышла из автомобиля и направлялась к ним.

— Твою мать, залезь в чёртову машину, Рошель! — Он затолкнул её на переднее сиденье, заблокировал машину — Мел дергала ручку. Маккензи встал перед лобовым стеклом и поднял трубку, с другой стороны находилась Флименно. Она тоже держала телефон. Памела схватилась за голову, запустив пальцы в спутавшиеся волосы. Запястье и предплечья саднило после грубых прикосновений. Маккензи залез в машину. — Нормально, нормально всё, Мел, прорвёмся.

Памела не могла разобрать ни единого слова. Паника вырубила органы чувств. Он что-то тараторил.

«Господи, Господи, Господи», — повторялось в мыслях. Куда она опять, черт побери, ввязалась!

— Твою мать! — выкрикнул Нэйт, но было поздно — Джеки врезалась им в зад. Мел инстинктивно выставила руки вперёд и прилетела грудью в бардачок.

— Нэйт, Нэйт, Нэйт...

Флименно отогнала машину назад.

— Я вижу.

Памела схватилась за подголовник одной рукой сидя вполоборота. Бампер красного джипа вновь приближался.

— Маккензи!

Секунда. Тело Мел вжалось в сиденье — Маккензи втоптал педаль в пол. Машина сорвалась с места.

— Ты нас угробишь, — пискнула Памела.

— Хочешь сесть за руль? — Нэйт сконцентрировался на дороге, сохраняя спокойствие. Флименно гнала за ними. Памела в ужасе смотрела, как красная морда с светящимися глазами настигала. У Мел сперло дыхание от коктейля скорости и опасности, который в неё насильно заливали. Внутривенно. В отличие от Маккензи она совершенно не совладала с собой, поэтому закрывала глаза на поворотах, когда автомобиль заносило и разворачивало почти на девяносто. Выехав на очередной вираж, Натаниэль не сбавлял скорость, хотел оторваться от Джеки.

— Нэ-эйт... — протянула Мел. Одно неверное движение, и от них ничего бы не осталось.

— Помолчи.

Двести двадцать. В поворот. Резкий тормоз. Толчок. Мел прижало к двери. И снова газ. И так несколько раз подряд. Дистанция между ними возрастала. Памела запыхалась, в горле стояла тошнота. Маккензи снизил скорость, выключил фары и съехал на песчаную дорогу, скрываясь в сухих золотистых зарослях.

Оба молчали. Мел сидела в шоке от происходящего. Натаниэль тарабанил пальцами по рулю. Памеле казалось, что он вот-вот случайно нажмёт на середину, выдав их местоположение. Однако джип Джеки промчался мимо. Нэйт выдохнул и опустил руки на джинсы.

— Прокатились с ветерком, — усмехнулся Маккензи.

Мел не понимала, как он может шутить в такой ситуации. Её сердце стучало с бешеной скоростью. Джеки врезалась в них, черт возьми! Специально! Господи! Вдруг Дакс и Тайсон?..

Маккензи включил радио. Памела закрыла лицо руками и истерично посмеялась. Выпрыгивающее из груди сердце и песня про любовь и банановые панкейки. Как иронично. Вопросы вертелись на языки, но не могли сорваться с него — Мел страшилась ответов. Ей хватило Дакса и Тая — сполна. Она периодически проверяла телефон, потому что переживания за Крылатого пробивались сквозь тонкую корочку обиды, особенно после выходок сумасшедшей Флименно. Как далеко она собиралась зайти? Хотела их запугать, хотя, может, кого-то одного... или довести дело до конца — кювета и двух трупов. У Мел побежали мурашки по коже.

Машина тронулась в сторону города.

— Я думаю, дома находиться небезопасно. У тебя есть друзья, у кого ты можешь пожить пару дней?

— Я хочу домой, — голосовые связки затянуло в узел.

— Ты меня слышишь? Это небезопасно.

Памела замолчала — сил спорить не было. Она отвернулась к окну и протяжно выдохнула, прижавшись лбом к холодному стеклу. Неужели Джеки на такое способна? Ей не верилось. Мел закрылась в себе. Её потряхивало изнутри — гейзер эмоций булькал в районе живота, норовя устроить извержение в салоне.

— Останови машину. — Маккензи открыл рот, но Мел добавила: — Мне нужно подышать.

Она на ватных ногах вышла на улицу и вдохнула прелый воздух. Мел согнулась пополам, желудок вывернуло на обочину. Желчь драла глотку. Мел закашлялась, сделала жадный вдох ртом, словно, нахлебавшись воды, смогла выбраться на поверхность, и села на корточки. Маккензи протянул бутылку воды и сел рядом.

— Можешь не возвращать. Отлично повеселились.

— Повеселились? — прохрипела Памела. — Мы чуть не умерли, Флименно сошла с ума, и ты называешь это «повеселились»?.. Господи, что с тобой не так... — она сплюнула и убрала волосы за уши.

— Овечка ты, Рошель, безобидная, мягкая овечка, — его губы вытянулись в трубочку, и он засвистел. — Ко всему привыкаешь, и к этому тоже.

— Сочувствую.

— М?

— Сочувствую... что тебе пришлось к этому привыкнуть.

Маккензи покопался в карманах кожаной куртки и достал пачку.

— Мел, здесь нечему сочувствовать. Всё зависит от того, в чьих руках пушка.

— И в чьих же она руках?

Нэйт подошёл к багажнику, потрогал вмятину — вот сука-то, а — и, затянувшись, ответил:

— Ну, я на жизнь не жалуюсь.

Он бросил бычок на землю и кинул Памеле: «Залезай». У Мел болели колени сидеть в одном положении, но она не могла пошевелиться. Маккензи вёл себя как Маккензи, а она балансировала между срывом и очередной рвотой. Господи, что за люди её окружали.

«В чьих руках пушка...» — повторяла Памела. Она заставила себя подняться — не оставаться же сидеть на улице — и открыла дверь с мыслями: «Куда же катиться мир, куда же качусь я, Господи».

— Так тебе есть, где переночевать кроме дома?

— Нет.

— Чёрт.

— Кому ты звонишь?

— Твоему брату.

— Зачем?

— Предупредить, что ты побудешь некоторое время у нас.

— Что?.. Нет... Маккензи...

Натаниэль фыркнул.

— Хэй. Да, я тоже рад тебя слышать. В общем, Мел переночует у нас.

Памела слышала обеспокоенный голос брата.

— Дай мне с ним поговорить, — попросила она. — Привет, Леми...

— Мел, ты в порядке?!

— Д-да, я в порядке, не переживай.

— Что за чушь несёт Маккензи?..

— Что за чушь...

Нэйт закатил глаза и раздраженно сказал:

— Верни обратно, — он вырвал телефон у Памелы. — Что случилось? Случилась Лилби. Да, это то, о чем ты думаешь. Да, всё нормально. Да нормально всё, говорю же! Нет, живая. Сидит рядом. Дышит. Пока что. Да пошутил я, Господи. Кто с тобой говорил, по-твоему? Ну конечно, я же последняя скотина, приставил дуло ей к виску, угрожал вышибить мозги, так ты себе это представляешь? Черт возьми... На, он хочет тебе что-то сказать.

— Мел, если вдруг он тебя обидит, то тут же звони мне, — Рошель мельком глянула на Натаниэля. Сейчас что ли звонить? — Но какое-то время тебе лучше пожить у него. В отдельной комнате. Слышал, Маккензи?!

— Слышал-слышал.

— Я постараюсь всё уладить, — произнёс брат. На фоне Памела различила звук открывающихся ящиков.

— Что ты ищешь?

— Коробку...синюю.

— Она в шкафу на верхней полке.

— Спасибо.

— А зачем она тебе?

— Там... Эм... Договор на аренду.

— Ладно, — смирилась Памела. Леми соврал, договор лежал в другом месте, но выпытывать правду — кому оно надо? Она была на грани обморока. Ей уже ничего не хотелось. Не возиться с Маккензи, не устраивать допрос Леми, не названивать Даксу, потому что на фоне Флименно Уинги и Тай — мелкие шалости. За два часа жизнь изменилась, белое стало чёрным, плохое — хорошим, Мел словно застряла на середине мертвой петли — увидела мир перевёрнутым. Она уже не думала о том, что Дакс передал её — она ни о чем вообще не думала. В голове было пусто.

Мел отрубилась в машине из-за перенапряжения, а когда они приехали в дом Маккензи, легла на первую попавшую горизонтальную поверхность и снова уснула. Ей нужна была перезагрузка.

Маккензи поднял её и отнёс наверх. Он столкнулся с Тринити в коридоре между спальнями. Она как раз вышла из душа с полотенцем на голове и в длинной серой футболке. Увидев Памелу, Тринити удивленно подняла брови и спросила:

— Ты напоил её?

— Нет.

— Накачал?

— Ты за кого меня принимаешь?

— Значит накачал всё-таки.

Маккензи проигнорировал — выбесить его хотела, открыл ногой дверь в свою комнату и локтем включил свет.

— А?.. — начала Маккензи младшая.

— Тринити.

— Что? Всего лишь хотела пожелать вам спокойной ночи.

— Иди уже.

                                 ➰➰➰

Сюжет сам себя меняет, как хочет. Но я не против... Спасибо, что читаете🦦Песня, которая играла в машине Banana Pancakes — Jack Johnson.