Луизиана

Если хочешь сохранить глянец на крыльях бабочки, не касайся их.

— Тебе не стоило защищать её, — глухо произнёс Тайсон, когда они с Даксом подошли к железной двери.

— Тебе не стоило подмешивать ей клофелин, — Тай вздохнул и провёл рукой по русым волосам. Ему не надо было смотреть на Уинги, чтобы увидеть в его глазах разочарование.

Верно, налажал.

Дакс толкнул рукой дверь и первый прошёл вперёд.

— Говорить буду я, понял? — ответа не требовалось.

Понял.

— Босс уже заждался вас, — Бутчер, коротко стриженный парень в мешковатой одежде, хлопнул Тая по плечу.

Уинги кивнул и молча последовал дальше по обшарпанному коридору. Они не выполнили поручение, точнее, Дакс помешал его выполнению и совершенно не видел в этом своей вины.

«Черта с два, ты тронешь эту крошку хоть пальцем!» — разозлился брюнет.

Тайсон не знал, что такого в «крошке», Памеле, нашёл парень. А когда спросил, то получил нечеткий ответ и забил. Только его «забил» вылилось в злость босса.

— Вам велено было приструнить её! Но вместо этого вы покалечили Синего, — «Синий», Роберт, до сих пор отлеживался после школьного бала. — Мне пришлось париться с копом: дать ему дури, чтобы молчал. И вот спрашивается: какого черта?

Тай смотрел на чёрные матовые крылья Дакса и сжимал челюсти.

— Такого черта, — начал Уинги. — Что тебе не нравится, а? Мы выполнили задание: приструнили. Девчонка сожгла всё, что у неё было на нас. Да и ещё, они с братом переезжают.

Босс взорвался. Его ноздри раздувались, как у свирепого дракона. Хантер был синонимом к слову «гетто» или его определением. Ещё лучше. Те стереотипные байки про «криминальных парней», гуляющие вдоль улиц Чикаго, казалось, уживались в одном человеке. В высоком темнокожем мужчине с наколками по всему телу и рядом золотых зубов. К тому же Жестокий Хантер носил капу.

— Ты спорить со мной будешь, Молокосос?

— Буду. «Мне нужен результат», — это твои слова, Хантер. Результат есть, чего  мозги выносишь?

— Дакс, — сердито шепнул Тайсон, хотя называть членов банды по именам было запрещено. Молокосос завёл руку за спину и махнул рукой: не мешай.

Сзади парней уже появились два громилы, их работой было ставить на место недовольных шестёрок. Таких, как Уинги. Тай выдохнул.

— А ты чего молчишь, Зверьё? Нечего сказать? Только хозяин сегодня говорить будет? — Хантер скалился. В уголках его темно-фиолетовых губ скапливалась слюна из-за капы.

Тай, он же «Зверь», посмотрел на босса из-под густых бровей и отвёл взгляд. Жестокий Хантер хмыкнул и подумал:

«Вот подсос».

Уинги размял шею.

— Вопрос решён?

— Почти, — ответил мужчина, сидящий за металлическим столом среди травы и стопок денег. — Попроси свою зверушку выйти и закончим.

Дакс цокнул языком и, не поворачиваясь к старшекласснику, произнёс:

— Я догоню. — Тайсон не двинулся с места и оглянул громил. Нормально так достанется. Двумя хуками таких не уложишь. Хотя, если апперкот, а затем киками?.. — Только попробуй, — будто прочитав мысли парня, отозвался Дакс и повторил по слогам: — До-го-ню.

— Ладно.

Тай кивнул громилам, Толстому Биллу и Тонкому Биллу, с какими часто стоял в спаррингах, и вышел.

— Может, и моего пса так научишь? — Хантер усмехнулся.

Уинги сохранял хладнокровие и готовился к тому, что в ближайшие две недели его прекрасное лицо будет не таким уж и прекрасным. Первый удар пришёлся в живот.

— Со спины атакуете?

Тонкий Билл, с раскосыми глазами, зарядил Даксу кулаком в челюсть.

— Главное, Молокосос, результат, — Жестокий Хантер закурил косяк и откинулся на спинку кожаного коричневого кресла. Он с особым удовольствием наблюдал, как Уинги разукрашивают лицо. Мужской макияж. — Довольно, у него вон уже блеск стерся, и крыло согнулось.

Дакс стоял на коленях. В груди саднило. Терпимо. Один из громил атаковал в солнечное в пол силы, так для галочки. Чтобы добавить динамики в бой, сделать зрелище более насыщенным. Глаз парня заплыл — хороший хук слева. Губа лопнула. Клубничный блеск и правда жалко.

Уинги сплюнул на пол и вытер рукавом толстовки кровь.

— Приходи на тренировки, а то форму растерял, — сказал Толстый Билл. Он был на две головы выше Молокососа и обладал карими глазами. К слову, совершенно не толстый, наоборот, хорошо сложенный парень.

— Соскучился? — Уинги улыбнулся. — Приду, как будет время. Бывай, Хантер.

Мужчина фыркнул и вытащил капу.

Дакс отсалютовал Бутчеру, сделав комплимент, что штаны у него «реально зачётные». На что парень ответил:

— Твоё лицо тоже.

Молокосос усмехнулся, поправил крыло и с ноги открыл железную дверь. На улице стоял Тай и облокачивался спиной на кирпичную стену. Уинги молча подошёл к нему и забрал холодную воду.

— На кой черт спровоцировал? — Тайсон остановил парня за руку и приложил смоченную в перекиси водорода ватку к лицу.

— Твою смазливую мордашку стало жалко.

— Прекрати нести эту чушь.

— Не чушь вовсе. Нас бы двоих отделали, как отбивные, удары у этих парней крепкие. Знаешь же.

— Знаю. Поблизости есть Шейк-Шак.

— Не хочу фастфуд. Тем более у меня зачётная отговорка.

— Ну? — поинтересовался Тай и взглянул на начинающее синеть пятно на щеке Дакса.

— Влетело из-за ориентации. Знаешь же всех этих проповедников гетеро-жизни.

— Знаю. На углу японский есть.

— Можно, надеюсь, не из-за моей внешности такой выбор.

— Я не расист.

— Зачётно, — произнёс Уинги и пересёк улицу. За ним последовал Тайсон.

Они с Даксом были знакомы с детства. Как говорится: «Вместе ходили пешком под стол». К тринадцати годам «стол» заменился на «банду», в которую тоже начали «ходить вместе». Причём, проблем с деньгами ни у кого не было — были проблемы с головой. По началу банда казалась местом, куда все подростки приходят ради веселья и первого косяка. Потом, когда веселье кончилось, и начались задания по типу «толкнуть товар» или «передать дозу», половина шестёрок отсеялась.

Дакс и Тайсон, наверное, от природы двинутые — им усложнение жизни было в радость: они ещё с большим энтузиазмом приходили в клетку тренироваться и брались за самые грязные задания.

Уинги создал себе образ «милого мальчика», впрочем каким иногда являлся. Радужный взгляд на людей не притворство. Парень воспринимал женские пол, как прекрасных созданий, на которых приятно смотреть и с которыми приятно вести беседы. Но не более. А чтобы Тайсон — этот безбашенный пёс, любивший срываться с цепи — всегда был на виду и под контролем, Дакс выбрал его как цель своего обожания.

Периодически вечный надзор раздражал Тая, а долетавшие до него слухи про «любовь Пернатого» била под дых, метким ударом в солнечное. Но со временем Зверь свыкся с «Уинги» — никогда не любил это проклятое прозвище, — и сам выискивал его в толпе своими зелёными, цвета хвойных иголок, глазами.

— Видел, она ходит в куртке Маккензи? — спустя полчаса тишины сказал Тай.

— Видел, и не думаю, что это разумная идея. Маккензи сам по себе неразумная идея в этой ситуации. Хоть он и последователь своего отца, но толку от него мало. Ему повезло, что Хантер не прочухал про ту историю.

Тай нахмурился: какую историю?

Дакс закатил глаза.

— Хантер отправил Биллов к Мел, — Тайсон кивнул и сжал кулаки: какого черта «Мел»? — Маккензи, оказывается, в ту ночь караулил её квартиру, — Дакс покрутил пальцем у виска, — и как только наши поднялись к ней и уже почти вошли внутрь, этот папочкин сынок объявился. Ну, не идиот ли?! А ещё собирается заключить контракт с Хантером.

— Раз так говоришь. Чего ради девчонки лицо подставляешь?

— Хорошая она, понимаешь. Любопытная, но хорошая.

Тайсон промолчал. Жаль, клофелин даром пропал. Дакс протянул руку, положил её на затылок к старшекласснику и потрепал по слегка длинным волосам.

— Ты тоже хороший, не ревнуй. — Уинги вытеснял Молокососа.

— Прекрати пороть эту чушь.

— Могу пороть тебя, хочешь? — Дакс надавил рукой на шею Тайсону и прижал парня к своему виску. Его волосы были влажными и холодными после бутылки воды. Тай почувствовал горячие пальцы всеми семью позвонками и сглотнул.

Чертов Дакс с его чертовым характером.

— Завали.

— Ой, звер-рюга, — прорычал Уинги и потащил парня в кафе.

                                  ***

— Господи, что с тобой произошло? — воскликнула Памела, увидев одноклассника в коридоре школы.

Брюнет протянул ей стакан с зелёным чаем и отшутился:

— Тональник не помог? — светло-коричневый капюшон худи скрывал скулы. Под глазом виднелся бледно-фиолетовый «фонарь».

Дакс выложил заранее придуманную историю.

— Какой ужас! Неужели остались ещё такие люди?.. — с печалью в голосе произнесла Мел.

— Консерваторы, что с них взять, — Уинги кинул взгляд на инициалы и провёл большим пальцем по атласной лямке перламутрового цвета. Крылья переливались, будто жемчуг. — Кстати, слышала, что наш класс и старший едут на гольф? Правда, выборочно — полторы тысячи учеников не вывезешь.

Мел забегала глазами по коридору и коротко махнула головой: «Нет». Она и в гольф-то никогда не играла.

— Выглядишь уставшей, — заметил Дакс, хотя прекрасно понимал трудности переезда. Около своего шкафчика вилась Этель, которая подмигнула ему и поманила пальцем. Парень улыбнулся: чего надо? Опять «расслабиться»?

Памела посмотрела на друга и спросила:

— Как у тебя с твоим Та-аем? — на «твоим» Дакс чуть не прыснул от смеха. Так и до рабства недалёко.

— Чудесно-прелестно. Все эти свидания, милые записочки... конфетно-букетный период он такой. Недавно сходили в японский ресторан. Миленько.

Уинги снова растянулся в улыбке, вспомнив скривившееся после имбиря лицо Тая.

Он любил его. Все его заскоки, выходки, безбашенные решения. Необдуманные — безбашенные — идиотские — Тайсонские решения. «Тай реально зверь, одни инстинкты». И, наверное, в — их — образе жизни, похожем на бесконечный бейсбол: отбиваешь, бежишь за чертовым мечом с первой базы, на вторую, третью, домой или сразу попадаешь в зону страйка и снова принимаешься бросать мяч, инстинкты это хорошо... или плохо, черт его знает. Где эта чёткая линия между чёрным и белым? Снова — черт его знает.

Поэтому единственное, что старается делать Дакс — быть хорошим человеком. А хороший человек, прежде чем делать, анализирует и думает, и заботится о цунами, чьё имя Тайсон.

Уинги ревнует иногда сильно, иногда — очень сильно. Постоянно околачивается рядом со своей «зверушкой», а наедине ведёт себя как последняя скотина-мазохист. Показывает понравившихся парней Таю на одобрение и тут же подбирает ему подружек. Кто придумал это дурацкий Тиндер?

— Я беспокоюсь о твоей личной жизни, — с блеском в щенячьих глазах говорит Молокосос, а Зверь хмыкает и отворачивается.

Их общение сплошной лабиринт, где в конце обязательно поджидает Минотавр и сжирает только-только возникшее понимание. А Тесей всё не приходит и не приходит.

Может, Памела и есть тот самый Тесей? Дакс на это надеется. Хоть бы она помогла им выбраться из лап охотника.

— Хорошая, но любопытная, — повторил Уинги.

— Что ты сказал? — переспросила Мел и сделала глоток чая.

— Ничего.

Даже у Тесея было оружие: острый меч. Пусть в этой битве у Рошель будет Маккензи.

                                ➰➰➰

Бутчер (с англ. butcher) — мясник.

Хантер (с англ. hunter) — охотник.

Прозвища этих ребят я оставила в покое.У Дакса «щенячьи глаза», потому что он «Молокосос». Молокосос, щенок, новичок —  в пер. с англ. «puppy» или «pup». Согласитесь, кликуха «Паппи» больше подходит либо для итальянца-отца, либо черт его знает.

И да. Я не имею ни малейшего понятия, как так(Дакс и Тай) вышло.

Как пишут американцы: Хохо