Оракул или Аномалия?

Доктор Дитон, — начала Сирена, ее голос был главным, почти деловым. Она прошла мимо ошарашенного Стайлза и направилась прямо к ветеринару. — Мне нужно поговорить с вами о защите. О рябине. И о том, кто на самом деле Дарак.

Полная тишина повисла в кабинете Дитона. Скотт, Лидия и Стайлз переглянулись. Никто из них не ожидал такого прямого и самоуверенного заявления со стороны девушки, которая еще несколько часов назад истерически рыдала.

Дитон, однако, устойчив невозмутимым. Он слегка наклонил голову, и он стал еще более проницательным, когда он уставился на Сирену взглядом.— О рябине, говоришь? И о Дараке? Интересно. Заходите, пожалуйста, и присаживайтесь.

Он расположен на креслах. Стайлз, очнувшись от ступора, схватил Сирену за локоть и усадил на стул. Сам он встал рядом, скрестив руки на груди, готов перехватить ее, если она снова начнет выдавать абсурдные реплики.

— Начнем с рябины, — сказал Дитон, его голос был мягким, но твердым. — Что вы о ней знаете?

Сирена посмотрела на него, потеряв буравящий взгляд Стайлза.— Рябина — это защита для сверхъестественных существ. Не позволяет им преодолеть барьер, если он правильно расставлен. Она блокирует их силу.

Дитон лишь внешний вид.— И где вы слышали о рябине?

— В книгах. В легендах. А еще... — Сирена бросила быстрый взгляд на Стайлза. — Я знаю, что у вас здесь есть рябина. Засушенная. В одном из банок на полке.

Она оформлена на дальнем стеллаже, где среди лекарств и ветеринарных принадлежностей стояла небольшая стеклянная банка с засохшими красными ягодами.

Глаза Стайлза расширились. Лидия прикрыла рот рукой. Скотт смотрел на Сирену с немым вопросом. Это было слишком точное попадание.

Дитон медленно повернул голову к стеллажу, затем снова к Сирене. В его спокойных глазах появилось что-то вроде уважения.— Вы наблюдатель, как я понимаю, — произнес он. — Не оракул. Не пифия. Вы... видите.

Сирена тяжело сглотнула. Он был таким близок.— Я... я вижу вещи. Которые уже произошли. Или должен прочитать.

— И как это работает? — спросил Дитон. — Вы видите это во снах? В видениях?

— И так, и так, — соврала Сирена. Частично. Ей приходили "видения" из игры. — Иногда просто знаю. Это как... будто я уже это где-то читала.

— Или смотрела? — Дитон поднял бровь.

Сирена замерла. Он знал. Он знал слишком много.— Может быть, — прошептала она.

— Ладно, опустим пока механизм, — сказал Дитон, отмахиваясь рукой. — Перейдем к Дараку. Кто это?

Сирена снова посмотрела на Стайлза. Он весь обратился в слух, его лицо было головным.— Дженнифер Блейк, — твердо сказала она. — Учительница английского.

Стайлз тут же открыл рот, чтобы возразить, но Дитон поднял руку, останавливая его.— Почему вы так считаете, Сирена?

— Она появилась в городе одновременно с убийствами. Она, кто находился рядом с телами жертвы, но не пострадала. Она... она друид. Но она извратила обучение. Она... она мстит. И ей нужны три группы: девственники, воины и целители. И она берет их тройками.

Она пересказала ему важные моменты, которые Стайлз и его пребывание в таком труде теоретически. Лидия побледнела. Скотт нервно дернулся. Стайлз смотрел на Сирену так, словно впервые ее увидел.

— И вы... вы видели, как это происходит? — спросил Дитон, его голос был негромким, но проникающим в самую душу.

— Да, — ответила Сирена. — Я видела, как она использовала Неметон. Я видела, как она собирает силу.

Дитон закрыл глаза, глубоко посмотрел, а потом медленно открыл их. Он посмотрел на Стайлза.— Она говорит правду.

Стайлз пошатнулся, как будто его ударили.— Что?! Но... но как?!

— Она не лжет, Стайлз, — спокойно повторил Дитон. — Ее сердцебиение ровное. Ее слова... они резонируют с тем, что я сам почувствовал. То, что вы называли «помехами» у Лидии, это ее приближение к Неметону и ее связь с ним. Сирена... она не источник. Она скорее... детектив. Чувствительный инструмент, который улавливает тонкую вибрацию.

Он снова посмотрел на Сирену.— И то, что вы смогли пройти через барьер из рябины в банке... — Дитон поднял с полки маленькую горсть ягод и протянул ее. — Возьми. Вы можете использовать ее. Она не причинит вам вреда. И ее сила, похоже, влияет на все ваши механизмы.

Сирена взяла ягоды. Они были легкими и легкими, но в ее руке чувствовалась странная, прохладная энергия.

— Так... значит, Дженнифер Блейк... — Стайлз был явно в шоке. Он с трудом переваривал информацию. — Учительница английского...

— Именно, — Дитон заметил. — Она использовала свою новую личность, чтобы сблизиться с теми, кто имеет отношение к ее прошлому. И к ее месту.

— А Эйден и Итан? Дюкалион? — спросил Скотт, его голос был напряженным.

— Они инструмент, — ответила Сирена, опережая Дитона. — Дюкалион хочет вернуть себе зрение, и она дала ему это. Близнецы... они просто хотят, чтобы Дюкалион снова сделал их альфами. Они не знают, что происходит на самом деле. Они пешки.

Все трое — Скотт, Лидия и Стайлз — смотрели на нее. Она была обычной девушкой, но ее слова, ее знание, ее уверенность были чем-то неземными. Она была их энциклопедией в мире, которую они пытались понять.

— Что ж, — Стайлз, наконец, пришел к себе. Лицо его было бледным, но решительным. — Если все, что ты говоришь, правда... то нам нужно действовать. Быстро. И нам нужен план.

Он посмотрел на Сирену. В его взгляде уже не было ярости. Была настороженность, да. Ты говоришь, что просто видишь. А я вижу, как ты легко влетаешь в нашу жизнь и переворачиваешь всё к чертям. Но... ладно. Нам это сейчас нужно— Ты с нами, оракул? — спросил он.

Сирена развернулась, сжимая в руке ягоды рябины.— Я с вами. И, Стайлз, называй меня просто Сирена. Оракул — это слишком много. Я просто... вижу вещи. И иногда говорю глупости. Но я постараюсь быть полезным.