Глава 11. Серьёзный разговор.

Холм был невысоким, но с него почти ничего не было видно на улицах жилого района. В отличие от торгового, здесь почти не было фонарей. Большинство людей предпочитали гулять в освещённой части города или спать дома. Но он сумел выделиться, поднявшись на холм. Конечно, не высота птичьего полёта, но кругозор был необычайно разнообразен. Куда ни глянь, найдётся интересное местечко. Особенно манил лес в противоположной стороне — хотелось исследовать его.

Постепенно лунный свет стал тускнеть из-за проплывающих облаков, и совсем скоро он окажется в полной темноте. Это было знаком, что пора спускаться. Ему так сильно не хотелось вставать, что он просидел до полного исчезновения луны. Теперь самостоятельно ориентироваться стало сложнее, но путь он помнил, так что доберётся без проблем.

Стряхнув с одежды крупицы земли с травой, он сделал последний глубокий глоток вина. А если говорить без прикрас, всосался в кувшин, как пиявка. Пока сосуд не был иссушен, он не оторвался от горла. Сделай он так при близнецах, получил бы кучу язвительных словечек в свой адрес. Испив всё вино, он соизволил начать спуск. Зажёгши небольшой огонёк в ладони и, идя осторожными маленькими шагами, он сумел спуститься с холма. Казалось, самое сложное позади, но, каким-то образом преодолев главную трудность, запнулся о камень у подножия. Шёл он не спеша, поэтому упасть не удалось, и его дальнейший путь продолжился без помех.

Сколько лет ни проживи, а удивление, как незаметно наступает ночь, всегда останется. Он застал начало ночи, когда ещё можно было что-то разглядеть, а теперь возвращался с огнём в руках, лишь бы не оказаться в кромешной тьме.

Уже приближаясь к дому, до которого оставалось лишь пару домов, включая дом Лю Сицина, он резко остановился. В нос ударил тяжёлый запах железа, который он узнает из тысячи. Голова поднялась к небу; в богов он не веровал, но сейчас не мог не взмолиться.

— О боги, пусть там не очередной человеческий труп…

Веры в то, что боги услышат его, не было, ведь ответ он уже знал. Раз он почувствовал запах с такого расстояния, то тело точно протащили по этой дороге. Усилив огонь в руке так, чтобы он освещал чжан с каждой его стороны, он опустил глаза на землю. Стоило сделать шесть-семь шагов вперёд, как взору открылись интересные пятна. Янь Линь, сдерживая эмоции, глубоко вдохнул и медленно выдохнул, повторив это ещё пару раз.

Это уже было ненормально. Убийства и смерти в принципе не несут в себе ничего хорошего, но факт, что с прошлых случаев лишь фаза луны смениться успела.

Стоять и ждать, когда проблема сама разрешится, было бы хорошо, но, если всё будет как в первый раз, нужно было разобраться первым. Пройдя инь, он невозмутимо уставился на труп. Ожидаемый труп у знакомого места.

— Лю Сицин… Как же ты достал… Почему уже второй раз и именно у твоего дома? — обращался он к спящему блондину, который даже не подозревал, что труп лежит у его территории.

Дважды отвертеться от субпрефектов не выйдет, его точно запишут в главные подозреваемые. В несколько лёгких прыжков он перепрыгнул через ограду и зашёл на задний двор, свободно отворив дверь.

— Ещё и двери не запирает, идиот.

Не понимая, как можно быть таким беспечным после случившегося, Линь сдержал своё негодование. Быстро убедившись, что Сицин спит крепким сном, он закрыл дверь. Раз хозяин дома сладко спит, будить и пугать не стоило, лучше тихо разобраться самому. Так и быстрее, и легче будет.

Вернувшись к трупу, он уменьшил огонь, сделав его настолько маленьким, что тот умещался на последней фаланге указательного пальца. Он сел лицом к дому Лю Сицина, перегородив спиной тот едва заметный свет на всякий случай, и принялся осматривать тело. Что сразу бросилось в глаза, так это то, что умерший был блондином. Их и так очень редко встретишь в их империи, а тут ещё и умер один у забора другого. Занятное совпадение. Пульса, естественно, уже не было, он даже проверять не стал, ведь на шее виднелся глубокий разрез прямо в зоне наружной сонной артерии. Шансы выжить были нулевыми, ему чуть ли не голову отсекли. Делали явно на эмоциях.

Прикасаться к мёртвому и мараться в крови не хотелось, но слегка притронуться пришлось, чтобы проверить температуру тела и крови. На глаз и так было ясно, но, притронувшись, он окончательно убедился, что незнакомец умер совсем недавно. Для трупа температура была ещё приемлемой, а кровь продолжала вытекать наружу. Извинившись перед мертвецом, он вытер испачкавшийся палец о его одежду. Не об себя же вытирать.

Вздохнув, он поднялся на ноги и окончательно потушил огонь. Теперь, хоть и не по собственному желанию, он был вынужден применить свой предрасположенный элемент. Аккуратно подняв в воздух безвольное тело, при этом не касаясь его, он отправился к реке. Поначалу он хотел просто переместить его на другую сторону реки, да подальше, чтобы избавиться от лишних подозрений, но передумал на ходу. Пусть его поступок и был жесток, но он окунул труп в реку, продержав его там несколько фэней, а затем выбросил на противоположную сторону подальше в сторону от своего дома и Лю Сицина. Помыли, можно и к сушке приступать, но уже оставив разбираться с этим самостоятельно. Сушить он труп не станет, природным ветерком полезнее.

Помолившись за спокойное упокоение души после того, как помучил мёртвое тело, он отправился быстрее домой. Чувства, что с близнецами что-то случилось, не было, наоборот, он был уверен, что они в порядке, но лучше убедиться лично, чем довериться непостоянному чутью. Чуть ли не влетев в дом, он как можно тише забрался внутрь и сразу же облегчённо выдохнул, увидев, как братья Шэ почти в обнимку спят рядом друг с другом, укрывшись по плечи его простынёй. Позы у них, конечно, выглядели смешно, разбавив плохое настроение. Но радость долго не продлилась. Как только он задумался о них, понял кое-что важное: детей оставлять здесь было нельзя. Уже третий труп, ещё и рядом с их домом — слишком опасно.

— Я волнуюсь, — как утверждение промолвил Янь самому себе.

Без сомнений, за недели, прожитые вместе с мальчишками, он немного привязался к ним. Бросить их в этом небезопасном месте означало стать последним подонком. От его бурчания под нос проснулся кот. Сонный и вялый, тот прильнул к его ноге и начал тереться, мурча, словно успокаивая. Присев к коту, Янь Линь протянул руку и начал гладить того по мягкой шёрстке.

— Имя тебе что ли дать? — вслух задумался он.

Кот, будто понимая, завилял хвостом, показывая, что ему эта идея по душе.

— Хуэй? — выдвинул первое предложение Линь.

Такой вариант кота не устроил, и он на мгновение увернулся от ласки, как бы говоря, что против.

— Согласен, не подходящее имечко, — вспомнив соседа, согласился Янь Линь. — Тогда Юн?

Теперь пушистое чудо довольно замурчало.

— Вот ведь хитрец, стоило храбрым назвать, сразу голову поднял горделиво, — с усмешкой произнёс заклинатель. — Хорошо, твоя взяла, будешь Юном. Веди себя под стать своему имени.

Соглашаясь, Юн в последний раз довольно приласкался и ушёл к своей самодельной кроватке. Он явно был слишком мил и умён для этого мира, оставив Линя наедине со своими мыслями. Тот вальяжно прилёг и уснул. Новоиспечённый хозяин же так и остался сидеть у стола, практически у выхода. С одной стороны, он снова противоречил себе, уже в который раз, а с другой — не мог оставить детей в небезопасном месте. От Лю Сицина толку не было, из-за него, похоже, это и происходит. Иначе как объяснить, что умерло трое, стоило ему приехать? Двое вообще умерли у его дома, а последний из двух был немного внешне похож на него.

Пожалуй, это одни из самых тяжёлых его раздумий. Ничего сложнее того, чтобы перекусить, ему не приходилось решать, ведь всё всегда шло своим чередом, словно плывя по течению. Он не хотел этой ответственности, но сам себя втянул в неё. Не дурак ли? А сколько слов было, что оставит их. Как павлин хвалился, припоминая при удобном случае. Всё это оказалось пустой болтовнёй.

Он словно слепец, упорно не замечает того, что надо замечать, а голову забивает ненужным. Ему явно не хватало тяжёлой руки учителя, чтобы тот, как в старые времена, отвесил ему подзатыльник, вправив всё на свои места. А возможно, именно из-за этих ударов он сейчас этим и занимается. Наверное, стоило меньше косячить, чтобы меньше получать по голове, глядишь, и не оказался бы сейчас здесь.

Толку сидеть и терзать себя не было, ведь ответ он уже знал, просто признавать не хотел. Забрав у близнецов свою подушку, он, уткнувшись в неё лицом, уснул. Не сразу. Потребовался чуть ли не шичэнь, чтобы угомонить свои мысли.

· • — ٠ ✤ ٠ — • ·

— Мы переезжаем, — объявил Янь Линь за дневной трапезой.

Сам он только недавно проснулся, но был безумно голодным, поэтому сразу был готов идти в трактир, чтобы поесть, но, к неожиданности, близнецы захотели сами приготовить. Отказаться было бы упущением, поэтому, конечно, он согласился. Еда приготовилась быстро, он даже за книгу не успел сесть. Съев пару ложек прохладного супа, он постарался подать новость не спеша, но сам выпалил её на одном дыхании. На младших он не смотрел, продолжая уделять своё внимание исключительно тарелке с супом. Зато подростки, до этого вяло мешая суп, резко остановились, подняв на него глаза. Он, даже не смотря, чувствовал, что они сейчас скажут.

— Шутишь? — не веря, спросили они.

— Нет, — зачерпывая бульон, ответил Линь. — Если не хотите, я заставлять не стану.

— Хотим! — единогласно согласились близнецы.

Почему-то именно на такой ответ он и рассчитывал. И слепой бы увидел, что они не хотят, чтобы он уезжал, а тут такое предложение. Он снова противоречит самому себе, но это ведь на время? Подыщет им безопасное место, поможет освоиться, и тогда-то точно уйдёт.

— Но почему нас с собой решил взять? — с подозрением спросил Шэ Нин.

— На то есть особые причины, — ответил Янь Линь, не до конца прожёвывая пищу.

— Какие? — подключился Шэ Юншэн.

— Не могу, — старался терпеливо говорить заклинатель. — Да и вам не нужно это знать.

— А мы хотим! — на эмоциях Юншэн слегка ударил по столу, отчего тарелки вздрогнули.

Чуть не лишившись своей пищи, Линь поднял взгляд на младшего. Тот сразу же застыл, подумав, что сейчас его наругают. Но вместо упрёка Янь Линь допил бульон, отложил палочки и произнёс:

— Вчера снова кого-то убили вблизи нашего дома. Ваша безопасность на моей совести, поэтому оставлять вас здесь будет неправильно.

Близнецы переглянулись, Юншэн посмотрел на Нина, глядя так холодно, словно узнал о какой-то глупой ошибке, и закатил глаза. Облокотившись локтём о стол и положив голову на ладонь, он с лисьей улыбкой уточнил детали:

— Только мы втроём? Того белобрысого не берёшь?

— Нет, — Янь Линь не совсем понял смысл вопроса. Зачем ему тащить с собой Лю Сицина? В жизни проблем хватает. — Но если хотите…

— Не хотим, — прервал его Шэ Нин, коротко и ясно изложив свою мысль.

Пожав плечами, заклинатель встал из-за стола, захватив с собой грязную посуду. Замочив тарелку и сполоснув палочки, он заглянул в комнату. Близнецы продолжали смотреть на дверь, поэтому их взгляды сразу же столкнулись. К еде они так больше и не притронулись, что расстраивало.

— Ешьте давайте. К моему приходу чтобы всё съели. Приготовили и не едите, а между прочим вышло вкусно. Не переводите продукты зря, — поправив тапки, бросил Линь, спускаясь с веранды.

— Ты куда? — через силу взял палочки Юншэн.

Шэ Нин же тихо молча приступил к трапезе, краем уха слушая их разговор. Он отводил глаза, лишь чтобы подцепить лапшу, а после вновь продолжал пялиться на выход.

«Ему нравится смотреть в стенку?» — подметил Янь Линь. — «Ну, его можно понять. Я тоже иногда так могу зависать».

— Нужно предупредить хозяйку дома о съезде, — сказал Линь. — Я скоро.

Последний раз махнув рукой, он вышел за территорию своего дома. По пути он решил составить список необходимого. Им нравится тепло, значит, стоит переселиться в более южные города. Ближайший город в двух днях от Хао, и это если идти пешком. Если повезёт, то кто-то сможет подвезти. Но что подросткам может понадобиться в двухдневном походе?

— Что было у меня, когда учитель брал с собой? — снова окунувшись в прошлое, он постарался вспомнить себя в их возрасте. — Нож, яблоко и… Простыня? Скудновато, — усмехнулся он своим мыслям.

Роскоши при живом учителе у него точно никогда не было — всё по минимуму. Конечно, лишь во время закалки духа и тренировок, в детстве же тот любил баловать его. На то была причина.

— Мы в поход пойдём, а не играть в выживание, так что методы учителя отложим, — махнув перед лицом рукой, испустил он смешок. — Просто возьмём всё своё и куплю немного еды, этого хватит. С жильём придётся решать уже на новом месте на ходу.

Пока он размышлял, то не заметил, как подошёл к публичному дому. А ведь здесь он ещё очень долго не появится, несколько лет уж точно. Даже грустно, наверно?

— Нет, нет, уж точно не буду скучать по нему.

Внутри было всего несколько человек, что неудивительно, ведь на улице был только день: народ начнёт собираться ближе к вечеру. А если нет людей, то значит, и она свободна.

Неспеша он поднялся на второй этаж, прошёл в конец коридора. Стукнув в дверь, ему сразу же по другую сторону разрешили войти. Оказавшись внутри комнаты, перед ним снова предстала та же картина, что и в последний раз. Создавалось впечатление, что она вообще не встаёт со своего места.

— Снова кому-то жильё нужно? — сразу в лоб спросила хозяйка постоялого двора.

— К счастью, нет. Я не занимаюсь благотворительностью и не подбираю каждого бездомного, — усевшись напротив, ответил Янь Линь.

— Допустим, — она явно не была согласна с его словами. — Так что привело тебя сюда? Пришёл оплатить следующий месяц?

— Нет, как раз таки наоборот. Завтра уезжаю.

Рука женщины застыла в воздухе, так и не коснувшись печенья на тарелке. Она подняла на него взор, а затем тяжело выдохнула.

— Конечно, знала, что ты покинешь город в скором времени, но всё равно не ожидала, что уведомишь за день до отъезда, — она всё же взяла печенье и откусила небольшой его кусочек. — Куда собрался? Как и хотел, на северо-запад?

Как бы сильно ни хотелось, но он был вынужден мотнуть головой в знак отрицания. Ча Цуна аж удивилась.

— А куда же тогда?

— Ближе к югу.

— Чего тебя туда потянуло? Тебе здесь-то жарко, а там что будет, — покачала она головой, наигранно беспокоясь, а сама продолжала уплетать сладости за милую душу.

— Не впервой там быть, — ехидно ответил он, закатив глаза на её реакцию.

Было забавно наблюдать, как она нарочно говорит неподходящие ей слова. Уж кто-кто, а он за месяц выучил её манеру речи. Да и невооружённым глазом виднелась на её губах усмешка.

— Ладно, я тебя услышала, — стряхнув крошки с подушечек пальцев, произнесла она. — Ключи оставь под верандой за камнем, моя помощница после заберёт.

Кивнув, он собирался уйти, но остановился перед дверью. Быстро вытащив один линь из нанбао, он кинул монету женщине. Та ловким движением руки поймала её и, взглянув на ценность монеты, крепко сжала её, желая кинуть обратно отправителю.

— Пожалел побольше дать? — в шутку проскрипела зубами она.

— Этого на память, а не на траты. Не встретимся вновь, можешь тогда потратить.

Их прощание вышло весьма своеобразным. Да что уж говорить, если и первая встреча была не лучше. Он не чувствовал печали, что больше не увидит её — слишком мало знакомы они были для крепких взаимоотношений и виделись редко. Однако человек она всё же хороший, другого сказать про неё он не мог и не посмел бы.

Оказавшись вновь на улице, он не удержался и обернулся назад. Красивое трёхэтажное здание, которым можно полюбоваться в последний раз. Но, подняв голову выше, он внезапно был толкнут в плечо, заставив повернуться влево на одну четверть полного оборота. Лишь тогда он заметил, как к берегу реки сбегается толпа. Не понимая, что случилось, он с интересом последовал за ней.

На стороне торгового района вблизи реки лежал труп. Он был окружён субпрефектами, а толпа находилась на расстоянии в чжан. Пройдя сквозь зевак почти в первый ряд, он внимательнее вгляделся в умершего и смог задать себе один вопрос: «Его же ещё утром должны были обнаружить. Почему нашли только сейчас?». Ответ нашёлся сразу, когда один из субпрефектов вышел из-за куста. В непроглядной темноте, он кинул умершего в кусты, поэтому так вышло. Коря себя за глупость, что нужно было не с расстояния кидать, а перепрыгнуть на тот берег и убедиться, куда кидал труп, Янь Линь начал пробираться к мосту. Делать ему здесь нечего, он насмотрелся трупных пятен.

Еле как проскользнув по мосту к дому, не успел он выдохнуть, как столкнулся с новой проблемой. У ворот стоял Лю Сицин, брови его были хмуро сведены к переносице. Избегать его было бы уже глупо, поэтому он, как ни в чём не бывало, прошёл к своему дому, отворил калитку и при попытке войти, был схвачен за руку.

— Это правда? — с понурым взглядом спросил Лю.

— Что? — серьёзно не понимал Янь, о чём он спрашивал.

Прикусив губу и на миг опустив глаза на землю, Лю Сицин силой поднял их назад.

— Что ты уезжаешь, да ещё и с близнецами?

Так вот о чём шла речь. Даже на душе легче стало, что он не о трупе заговорил. Однако откуда узнал об переезде?

— Кто разболтать успел? — с недовольством в ответ задал вопрос заклинатель.

— И гадать не надо, только ты и ещё двое же знали, — печально усмехнулся Сицин. — Ты же обещал учить меня…

— Знаю, — отцепив чужую руку от своей, ответил Линь. — Я бы не спешил, но есть причина.

— Из-за нового трупа? — моментально уловил блондин.

Услышав подтверждение своим словам, Лю Сицин ещё сильнее уныл. Он словно себя сейчас винил в происходящем. Но знать точно, о чём он думает, Янь Линь не мог. Уловив момент, он наконец вошёл в дом, но вслед за ним прошёл и Сицин. Разувшись, Янь Линь сразу же бросил грозный взгляд на близнецов, которые преспокойно отдыхали под деревом, смотря в их стороны. Когда внутрь дома зашёл заклинатель, они лениво встали со своих мест. На устах Юншэна заиграла улыбка, когда он увидел плетущегося Лю Сицина.

Сорванцы нарочно проговорились ему — сразу понял Линь.

— Янь Линь…

Лю Сицин только позвать успел, как его тут же специально перебили.

— Ты уже пришёл, — убирая руки из-за головы, протянул Юншэн, радостно садясь у задних дверей.

Застряв между двумя огнями, заклинатель предпочёл уделить внимание близнецам, временно делая вид, что не слышит блондина, чтобы успеть подумать, как с ним быть. Последующий кэ подростки раз за разом по очереди мешали Сицину, так что тот уже вымученно улыбался, стараясь сохранить спокойствие.

— Мы завтра поедем? — в очередной раз мешал Юншэн.

— Да, — с усталостью ответил Янь Линь.

Потихоньку ему начинало это надоедать, а мысли путаться из-за бесконечной болтовни близнецов. Он уже начал забывать, о чём размышлял. Это им было легко болтать поочерёдно, а у него-то одна голова.

Сицин тоже был на пределе и уже не стерпел. Теперь не его перебили, а он их.

— Братец…

— Можно поехать с вами?

— Да, — машинально ответил Линь.

До него не сразу дошло, в чём дело, лишь по шокированному и раздражительному взгляду младших он понял, что что-то не так. А затем повторил диалог в голове, осознав, на чей вопрос он дал ответ. Когда он обернулся, за спиной Лю Сицин уже вовсю довольно сиял. Пусть победа и нечестная, но и противники не святые.

— Так значит, завтра, в час дракона, отправляемся от твоего дома? — повторил он прослушанную информацию.

Чтобы переварить слова, Янь Линю потребовалось мяо, а затем он нервно тихо засмеялся, закрыв половину лица ладонями. Может, он деградировал за этот месяц или коммуникабельность потерял? А может, просто злой рок? Если ничего из этого, то почему он продолжает попадать в такие ситуации? Говорят, неудача делает человека умнее, но в его случае, похоже, наоборот. Влияние близнецов и блондина точно не шло на пользу.

— Нет, только мы втроём, — прошипел Шэ Юншэн.

— Не с тобой, мелочь, говорю, — ничуть не меньше раздражённый Лю не был намерен вести милую беседу.

— Братец, скажи ему, — ухмыляясь сказал подросток, не ожидая в ответ молчания. — Скажи, — повторил он.

Янь Линь же всё это время думал, что пусть и не хотел брать Сицина, но и близнецов изначально брать ведь не хотел. Его маршрут вообще изменился, так он ещё и взялся за обучение блондина, и даже основы ему не вбил. Будет ли правильным оставлять его? Возможно, его всё-таки стоило взять с собой?

— Братец, — уже мрачно промолвил младший.

— Юншэн, думаю, Лю Сицину стоит поехать с нами… На время, я ведь ещё не закончил с его обучением.

— Но…

— Прости, но возражения не принимаются. Сам посуди, вы ведь постарались, чтобы я взял его в ученики, теперь нужно закончить начатое. Он будет хоть приглядывать за вами, пока меня не будет. Скучно с ним вам точно не будет, — последнее предложение он проговорил с сомнением, ведь знал, как эти трое ладят.

Стоп, а ведь если они вместе уедут, будет жаль тратить деньги на лишний съём дома, тогда им придётся жить в одном, но более просторном. Но в одном… Они же перегрызут друг друга.

— Мы скоро придём, — быстро встав, Янь Линь вывел Сицина, не оглядываясь на возмущения близнецов.

Нужно было поговорить с Лю Сицином насчёт поведения. Там был лишь один пункт — терпеть братьев Шэ. Больше ничего, этого будет достаточно.

— Куда ты меня тащишь? — не удержался Лю.

— К хозяйке дома.

— Зачем?

— Забрать твою оплату за аренду за полтора месяца.

— Что? — Лю Сицин резко затормозил. — Не нужно, это ведь странно.

— Что странного? — Янь Линь не мог уловить его мыслей.

— Ну, не странно, а стыдно. Я ведь уже заплатил, не нужно забирать, — встав как вкопанный, промолвил блондин.

Заклинатель мог лишь уставиться на него, как на неразумного. Он, конечно, знал, что тот любит раскидываться деньгами, но это немаленькая сумма. У него у самого денег немало, но тратиться он не любил и не видел необходимости.

— Не морочь мне голову, пошли.

— Не…

— Я сказал, мы идём забирать оплату назад. Не пойдёшь, то и с нами не отправишься, — он говорил всё максимально чётко и твёрдо, показывая, что, как и с близнецами, отказа не принимает.

Если они будут жить в одном доме, нужно сразу показать, кто команды будет отдавать как главный, а кто слушаться. И Янь Линь планировал первую роль взять себе.

В мгновение ока они оказались в торговом районе, около публичного дома. Лю Сицин, волнуясь, бегал глазами от одного места к другому, но всё равно был затянут внутрь. Он опомниться не успел, как они проскочили лестницу и оказались внутри комнаты, уже сидя напротив женщины.

— Ты вроде последний раз со мной уже повидался, — поддела женщина, намекая, что ждёт объяснений.

— Я да, а он — нет, — указывая на Лю, ответил заклинатель. — Было решено, что он поедет со мной. Поэтому хотим забрать оплату за полтора месяца, которые он уже не проживёт в доме.

Глаза Ча Цуны тут же заострились. Отдавать уже принятые деньги она не любила.

— Думаешь, я отдам? — прищурившись, спросила с оскалом она.

— Да, — уверенно произнёс Янь.

Она некоторое время всматривалась в него, будто на прочность проверяла, а Линь даже глазом не повёл.

— Полмесяца.

— Месяц.

— Думаешь, сбавишь, и я соглашусь? Обычно торг не так работает, — обворожительно ухмыльнулась она, закинув дольку шоколада в рот.

— Месяц.

— Полмесяца.

— Месяц, и тогда можете спокойно расследовать убийства в жилом районе.

Он знал, чем заманить. В отличие от него, другие не заметили схожей детали у умерших.

— Хорошо, месяц, — сразу же сдалась она. — Милочка, отдай им три лиу, будь добра, — нежным голосом попросила женщина.

Девушка, стоящая рядом с ней, наконец-то зашевелилась, показав, что не статуя. Она отошла за ширму, а вышла уже с тремя золотыми монетами и передала их своей госпоже.

— Прежде чем забрать, выкладывай, что знаешь, — крутя на виду монеты между пальцами, сказала Ча Цуна.

Что и следовало от неё ожидать. Коричневые глаза сверкнули азартным блеском в ожидании информации. Янь Линь, наверное, всё-таки немного взгрустнёт, что больше не встретит её. Встретить красивую женщину с пышными тёмно-каштановыми волосами и шоколадным оттенком глаз, приятным лицом и обольстительным характером — редкость. Конечно, ему больше всего нравится в ней последний пункт, остальные — лишь хорошие дополнения.

— Первый и последний труп были найдены около моего дома и дома Лю Сицина. Если первого мертвеца можно списать на несчастный случай, второго — на суицид, то третий уже даёт кое-что важное. Он был специально дотащен до наших домов, а волосы его похожи на волосы Сицина. Следы крови сможете увидеть сами, — он одним взмахом руки отправил лёгкий поток воздуха к женщине и забрал монеты, с которыми та игралась. — А на этом мы, пожалуй, откланяемся. Спасибо за гостеприимство, теперь точно до свидания!

— Стой, Янь Линь! — подскочила хозяйка публичного дома. — Если убили в жилом районе, то почему труп был на берегу торгового?

Он уже не слышал её слов, унося ноги. Лю Сицин, бедный, оглядывался назад, он услышал её слова. Теперь и ему не даст покоя этот вопрос.