24 глава

Секс это максимальная близость. Практически микс двух тел. Или больше. А если меньше… то называться сие будет уже мастурбацией. Количество проблем в последнем случае значительно уменьшится: заразиться труднее, никто не требует брильянтов и не надо знакомиться с кучей сумасшедших родственников. Практически одни плюсы!

Что же заставляет живущих «склеиваться» друг с другом, как половинки пластыря?

Один из ответов — боль. Мало кто способен пережить её в одиночестве (даже мазохисты предпочитают компанию, и охотнее всего — садистов).

Когда прижимаешься к кому-то, кто не против того, чтобы к нему прижимались, это уже само по себе снимает половину болевых ощущений. Так же играет роль выброс эндорфинов, который происходит, когда прекращается стрессовая нагрузка на организм. Секс это тоже стресс. И когда он заканчивается, наступает облегчение… Кажется, это и называется оргазмом.

Гермиона прижималась к груди Малфоя — эндорфины, как и было запланировано, вызвали ощущение счастья. Чего и добивался Драко. Промывка мозгов тоже подействовала. В смысле, мисс Грейнджер надо было скормить подходящий НАУКООБРАЗНЫЙ повод, чтобы мотивировать свою похоть. Гермиона пёрлась от всего наукообразного. Малфою же нравилось то, что он видит прямо перед собой: то есть, сидящую на нём голую гриффиндорку. Драко не верил в чудеса. Он же был потомственным магом. Зачем верить в то, что и так очевидно! Всему есть объяснения. Даже магии. А если нет, то это всего лишь доказывает, что небрежные исследователи не фиксировали результат своих действий.

Драко потянулся к Гермионе, чтобы получить благодарный поцелуй. Доказал ей: всё что нужно противной маленькой заучке — это он!

И они прогуляли следующий урок — Зельеварение.

Но профессор Слагхорн не рассердился — он же не Снейп. Зато он мог пожаловаться своему преемнику, нынешнему декану Слизерина, на то, что один из его студентов не посетил занятие. Слагхорн так и сделал, отловив своего бывшего ученика в комнате преподавателей.

— Малфой не был на занятии? — заинтересовался профессор ЗОТИ. — А кого ещё не было? — спросил он, уже зная ответ.

— Мисс Грейнджер, — Слагхорн его не подвёл, — но у неё освобождение.

Снейп слегка поморщился — опять не дают спокойно насладиться грогом. Покой нам только снится... Проклятая служба!

— Да-да. Конечно. Я обязательно поговорю с Драко. А сейчас прошу меня извинить, — Северус протиснулся мимо объёмного слагхорновского живота, обтянутого зелёным узорчатым жилетом, и поспешно покинул учительскую. Его ждало любимое кресло возле камина — не годилось его огорчать.

Гермиона появилась в Большом Зале к обеду, довольная до безобразия. Гарри и Рон косились на неё с подозрением.

Снейп, за преподавательским столом, с подозрением косился на Малфоя. Но тот был спокоен как удав. Легилименция ничего не дала. Профессор ЗОТИ увидел только дохлых улиток, занимающих все мысли Малфоя-младшего.

Сидящие каждый за своим столом Гермиона и Драко разыгрывали невербальную и невидимую для других семейную сцену.

«Ты был так мил сегодня», — мисс Грейнджер была настроена более чем благосклонно.

«О, это случайность», — слизеринец скромно потупил очи.

«Нет, правда, — хихикнула Гермиона, сжимая кулон. — Ты не такой уж плохой, каким хочешь казаться».

«Разубеждать не буду, — мурлыкнул Малфой. — Хорошим парням всё хорошее». Как выгодно быть хорошим!

«Да, — вдохновенно начала гриффиндорка, — я всегда знала, что можно преступить вражду между нашими факультетами».

«Да ты что! — мгновенно ощетинился представитель самого конфликтного факультета. — Может мне с твоими «друзьями», — Драко даже мысленно умудрился облечь последнее определение в неприглядные кавычки, — теперь мило общаться? Во-первых они тупые, во-вторых бесполезные, в-третьих они мне просто не нравятся», — перечислил он свои претензии.

Мисс Грейнджер нахмурилась — никто не может критиковать Гарри и Рона, кроме неё самой.

«Мог бы постараться, — сварливо ответила любимая женщина, — хотя бы быть с ними повежливее».

«Грейнджер, просто произнеси моё имя в качество эксперимента и взгляни на своих приятелей. Сделала? И что ты видишь? Только честно!»

«Ну… у Гарри лицо перекосилось, как будто у него зубы болят, — Гермиона была очень честная. — А Рон… кажется, у него кулаки чешутся».

«Хм… неужели? Знаешь, один мог бы помочь другому».

«В каком смысле?» — насторожилась Гермиона.

«В том, чтоб Уизли мог бы дать Поттеру в зубы!»

«Кхм… Смею напомнить тебе, любимый, что я сижу МЕЖДУ ними!»

«О! Тогда тебе стоит пригнуться».

«Драко, ты непрошибаемый, манерный ублюдок!»

«Я тоже люблю тебя, милая! — мысленно промурлыкал Малфой. И добавил обеспокоено: — Дашь мне после трансфигурации?»

Очень жаль, что школьные правила запрещали вызывать студентов «на ковёр» взмахом волшебной палочки. То есть, буквально запрещали.

Когда Малфой в пятый раз проигнорировал настоятельную просьбу своего декана, Снейп встал около двери, когда студенты уходили с урока ЗОТИ, и просто отделил непослушного слизеринца от остальных. Перекрыл выход и ткнул пальцем в сторону своего кабинета. Так овчарка отбивает овцу от стада.

В связи с новым назначением, у слизеринского декана был теперь другой кабинет. Снейпу он очень нравился. Такой уютный. Был, пока там не поселился Северус Снейп. Высокие потолки создавали бы иллюзию света и воздуха, если бы большие окна не были занавешены теперь тяжелыми шторами. Мягкие кресла приглашали бы расслабиться. Только Северус их все выкинул. Оставил только одно.

В него он и уселся, предварительно сняв с подлокотника жесткий серый волос. Люпин? Брезгливо помахал палочкой, очищая кресло. Закинул ногу на ногу и взял с журнального стола свежий номер «Искусство магической самообороны».

Драко с неохотой подошел и встал рядом с заваленным печатной продукцией столом.

— Зачем же я вызвал вас? — листая журнал, задумчиво промолвил декан Слизерина. — Ах да! Ваши отношения с мисс Грейнджер.

Малфой молчал подозрительно долго, пялясь на стол перед собой. Снейп проследил за его взглядом.

Драко смотрел на книгу на журнальном столе. Надпись на обложке гласила: «Воспитание щенков».

— А это ещё для кого? — хмыкнул ученик.

— Не обольщайтесь, Малфой, — профессор ЗОТИ откинулся на спинку кресла. — Это для Поттера.

Драко приподнял брови, изображая удивление:

— А я-то думал, что для Люпина.

— Как вариант. Ведь Ваш дядюшка — Сириус Блэк уже умер, — кольнуть в ответ было делом слизеринской чести.

— Родню не троньте! — насупился Малфой: Снейп таки попал в больное место.

— Кстати, о родне, — продолжал Снейп, небрежно пролистывая журнал. — Ваша кузина Нимфадора весьма неравнодушна к Ремусу. Может подарить ей?

— Лучше займитесь Поттером, — съязвил Драко.

— Придётся. Раз вы не хотите, — лениво кинул профессор.

— Предпочитаю девушек, — парировал его ученик.

— А точнее мисс Грейнджер? С этого мы и начали, — фирменный снейповский выпад.

— Читайте свой журнал! — зарычал Малфой

— Не дерзите, — восстановил субординацию Северус.

— Профессор, вам же не интересно, — Драко оперся о стол, нависнув над профессорским креслом. — Зачем вам это?

— Ну, почему же? Ваша страсть к мисс Грейнджер очень любопытна, — Снейп отгородился журналом от слишком уж пристального малфоевского взгляда.

— Потому что вас интересует только Поттер, — констатировал его достойный ученик, с завидной проницательностью.

— Идите вон!

Малфой улыбнулся — он знал, когда следует отступить — повернулся и вальяжной походкой прошествовал к двери.

……………………...

Наставнику — трость…

………………………..

.…… Псу же — кость?

Ошиблись: ошейник!