25 глава

До урока Гербологии Драко подстерёг Гермиону, чтобы затащить её в одну из теплиц — это он в Первобытного Охотника играл. И Первобытные Джунгли сомкнулись за ними — в метафорическом смысле, конечно — когда Драко запер дверь.

В данной конкретной теплице профессор Спраут выращивала Агрессивный Магический Горошек — плотоядное растение из семейства бобовых...

— Ты ненасытный, — тяжело дыша, заявила Гермиона, обхватив слизеринца за шею, пока тот искал что-то у неё под блузкой, может быть — новые татуировки, которые он не заметил раньше. — Мы опоздаем на урок, — кто о чём, а Грейнджер об уроках.

...Профессор Спраут предупреждала, чтобы студенты не входили в теплицу, пока не закончится сезон цветения Горошка...

— Конечно, опоздаем, — Драко нашел, что хотел, обнажая её грудь и прихватывая губами сосок — на самом деле, его не татуировки интересовали. — А если повезёт, то и на следующий тоже, — заметил он, по горизонтали переходя к следующему соску.

...Ядовито-желтые цветки Горошка, с истинно растительной медлительностью поворачивались в сторону вторгшихся на их территорию существ...

— В каком смысле — повезёт? — задыхаясь и путаясь пальцами в малфоевых волосах, пробормотала девушка. — Везение, это когда уроки прогуливаешь?.. Ах!..

...Между тычинками мужских цветков Агрессивного Магического Горошка имеется ядовитый шип, выстреливающий на расстояние до трёх метров...

— Ты такая умная, — слизеринец обвёл языком затвердевший, напрягшийся бутон соска, — тебе точно нужен ответ? — Драко уже задрал юбку Гермионы и возился с трусиками. Зелёненькими, в цвет окружающей действительности. Напомним — они находились в теплице. И цветы Горошка выглядели очень красиво, создавая чувственно-романтическую атмосферу.

…Уколы шипов вообще-то довольно чувствительны, но когда присутствует отвлекающий момент…

— Да!.. — охнула Гермиона, когда Драко нашел вход — у обоих перехватило дыхание, не оставив времени на болтовню.

Малфой встретился глазами с Грейнджер.

— К Хагриду Гербологию!.. — выдохнул слизеринец, заменяя именем лесничего идиоматическое выражение «к чёрту».

Голова Гермионы лежала на груди блондинистого ненасытного гада. В лицо гаду гриффиндорка старалась не смотреть. Ей было слишком хорошо, и она не собиралась портить себе настроение видом противной малфоевой ухмылки.

…Действие яда Агрессивного Магического Горошка очень быстрое…

— Не хочешь смотреть мне в глаза? — пробормотал Драко ей в волосы.

Гермиона поморщилась.

— Я тебе могу сообщить вербально, что счастлив. И ты счастлива, — вкрадчиво продолжал слизеринский гад, — хоть и прикидываешься рассерженной. Это и есть лицемерие!

Тут мисс Грейнджер не выдержав, подняла голову:

— Я вовсе не… м-м…

Малфой поймал её рот в плен своих губ.

…Яд вызывает сыпь…

— Секс — это то, что тебе нужно, — прервавшись, заявил Драко. — Признай.

…И эта сыпь оранжевая. Очень симпатично, если это ваш любимый цвет и вы всегда мечтали о веснушках…

— Ты мерзкий, отвратительный!.. — разозлилась гриффиндорка, пытаясь ударить его кулачком по груди.

…Если же — нет…

— Да-да, и ты меня хочешь, — ловя её руку, промурлыкал Малфой.

…Тогда у вас будет проблема…

— Да, — Гермиона опустила руку. — Но я не хочу опоздать на урок.

Драко перестал её удерживать.

…Сначала оранжевыми становятся пальцы ног…

— Что даст тебе урок? — вопросил слизеринец. — Возможность заработать баллы для своего факультета? Ты ещё не всё прочла в учебнике про очередное безумное растение?

…Оранжевый цвет совершает демарш снизу вверх до конечной точки, то бишь — макушки, за два часа…

— Профессор Спраут может рассказать больше, чем написано в учебнике, — возразила мисс Грейнджер.

…Однако профессор Спраут не упоминала о цветных последствиях близкого общения с ядом Агрессивного Магического Горошка…

— Не доверяешь книгам? Не может быть! — воскликнул Драко в притворном удивлении. — Ведь книга источник знаний! Ты вообще Грейнджер? Или кто?

…Существует ещё один побочный эффект…

— Послушать тебя — и зачем мы находимся в школе!? — саркастически прищурилась гриффиндорка.

…Эйфория, вызванная ядом…

— О, я тебе могу найти множество причин — зачем мы здесь находимся. Зачем отсылать ребёнка из дома? Запирать кучу подростков в одном месте?

…Но развивается она постепенно…

— Ну, конечно, всё дело как всегда в сексе! — заявила Гермиона, в несвойственной ей язвительной манере.

…За шесть часов достигая кульминации…

— Как можно так подумать?! — Малфой округлил глаза в гомерическом ужасе. — Грейнджер, ты неприличная девчонка!

…Оранжевый цвет удерживает свои позиции ещё часа три после наступления эйфории, так что в течение этих трёх часов вы будете весьма весёлыми и очень оранжевыми …

— Ох, прости, — подыграла ему Гермиона, — конечно мы здесь для того, чтобы чистокровные маги, вроде тебя, прониклись человеколюбием, трахая грязнокровок!

По тому, как слизеринец замер, таращась ей в глаза, девушка поняла, что задела его.

Отвёл взгляд, опустил руки, отстраниться не получилось — потому что она сидела у него на коленях, — по всем признакам, сильно задела.

Дело в том, что Малфой-младший обладал неким врождённым пороком. Этот порок не был физического плана, его нельзя было увидеть под микроскопом — Драко был лишен морали. Вообще.

Зато в полной мере был наделён склонностью к манипулированию.

Гермиона, ткнув слизеринца в больное место, сама попалась в ловушку. Он знал о своём недостатке. Его моральная ущербность — как волчья яма — притягивала к себе тех, кто был морален сверх меры. Например, девочек, помешанных на правах Домашних Эльфов. Возможно, неосознанно Драко пытался таким образом компенсировать свой недостаток.

— Ты не обращала на меня внимания… — ловушка вполне может быть замаскирована веточками искренности и листиками уязвимости: — Ты нужна мне.

И проникновенный взгляд жемчужно-серых малфоевых глазок.

Она попалась — опять захотела его спасти. Ох уж эти гриффиндорцы — овсянкой их не корми, только дай кого-нибудь поспасать!

Идея грязнокровности странным образом возбуждала Драко. Ему в детстве все уши прожужжали о грязнокровках, мешающих жить чистокровным. К сожалению, жужжащие доброжелатели не учли сладость запретного плода.

Прервав поцелуй, слизеринец освободил Гермиону от трусиков и замер над ней, распластанной на чёрной земле теплицы. И кстати, месячные у неё ещё не прекратились. Белое тело на черном фоне и немного красного в середине.

— Твоя вульва похожа на цветок орхидеи, — выдохнул он.

Наружные половые органы женщины действительно напоминают вышеозначенный цветок. Но женщинам видеть этого не дано — точка обзора не та.

— Заткнись, Малфой, и приступай! — простонала гриффиндорка.

— С удовольствием, — хищно ухмыльнулся несносный гад прежде чем нырнуть с головой между бёдрами Гермионы.

Огюст Роден никогда не изображал подобной позы в своём цикле на тему «Вечной Весны». А жаль. Была бы интересная композиция: «куннилингус — собирая нектар».

Они представляли собой очень странную скульптурную группу на фоне буйствующей зелени — это не фигура речи.

И всё это вместо Гербологии.

… Агрессивный Магический Горошек делает жертву оранжевой и счастливой исключительно по причине своей любви к живым существам. В гастрономическом смысле. Оплетая хихикающего над своей оранжевостью мага своими побегами — о, да! магов Горошек особенно любит — растение впрыскивает вторую порцию яда, делающего внутренности жертвы желеобразными, вставляет ему под кожу мини-эквиваленты трубочек для коктейля и выпивает.

Только два лучших студента шестого курса всего этого не знали. Вот что значит — прогуливать Гербологию!..

……………………...

Как стрелок

После зарослей и тревог

В пушину' –

В тишину твою…