Чувство пятнадцатое - феи

Такой долгожданный всеми праздник превратился в настоящее поле боя. Вместо веселья и радости по улицам распространялась атмосфера страха и напряжения. Многие горожане наблюдали за происходящим из своих домов. Они молились за сохранность города. Многие не понимали, с кем могут сражаться дебоширы всея Фиора, но знали, что ничем хорошим это не кончится.

      Чего стоила одна Титания. Там, где сходился её клинок с мечом оппонента, образовывалась мощная волна, разносившая стены в прах. Быстрые движения и лязг метала. Завораживали и пугали тех, кто видел это.

      Трио Громовержцев, которые сражались с мальчиком. Куклы, разносившие лавки, пыльца, сносившая стекла своей взрывной силой, и письмена, странным образом сковывающие ни в чем неповинных граждан. И мальчик, который в мгновение ока мог сравнять дом с землей.

      Все очень переживали за город. В тайне поддерживая фей. Какими бы разгильдяями ни были, они никогда не отказывали в помощи. За это можно и простить пару сломанных домов...

***

- Прекрасно, - говорил мечник. - Какая сила, грация и скорость. Достойно. Так и должна сражаться Скарлет.

      Очередной удар, и противники разошлись в разные стороны. Тяжело дыша, они посмотрели друг на друга в упор. Ссадины от сражения уже проявлялись на телах обоих. Горящий пламенем взгляд Эльзы встретился с холодными и спокойными глазами мужчины.

- Ты тоже неплох, - усмехнувшись, проговорила девушка. – Назови свое имя.

- Эльд, - ухмыльнулся мужчина. - Продолжим?

- Естественно.

      И вновь клинки схлестнулись в кровавом танце. Быстрый блок Эльзы и незамедлительная атака оставили на смуглом лице небольшую царапину. В отместку мужчина прорезал ткань юбки и задел правую ногу. Око за око.

- Давай сделаем нашу игру интересней, - опуская клинок, сказал Эльд.

- Значит, жизни людей для тебя игра? - с презрением проговорила девушка.

- Жизнь ничего не стоит. Одним больше, одним меньше, - хмыкнул парень. - Мы все вместе взятые положили народу меньше, чем ваш дружок. Тогда почему вы сражаетесь за него? Рискуете собой. Неужели вы настолько тупы? Думаете, Саламандр исправится?

- Мы ничего не думаем, - строго проговорила Эльза. - Он стал нашим товарищем. Не важно, что он делал когда-то давно. У каждого из нас есть раны в сердце, оставленные прошлым. Это и делает нас сильнее. А раз у нас эта сила, то с её помощью мы защитим дорогих нам людей!

- Фу, как пафосно, - рассмеялся Эльд. – Хочешь, я скажу тебе одну маленькую тайну?

      Усмешка не сходила с его лица. Он начал медленно снимать доспехи, бросая их на землю. Эльза не отводила взгляда от его лица.

- Ваш так называемый «товарищ» уже познал все прелести дружбы, - продолжал рассказывать мужчина. – О, это была милая маленькая девочка с чистым сердцем и сияющими глазами. Они и впрямь были дружны. Знаешь, что случилось потом?

      Эльза сглотнула, она слушала внимательно и уже понимала, чем все закончилось, но не хотела верить до последнего. Факт того, что Драгнил убивал, был неоспорим, но убить кого-то близкого было дико для Cкарлет.

- Она умерла, – мужчина вновь засмеялся. – Одно слово мастера, и Саламандер убил её собственными руками. Вырвал то самое чистое сердечко! В угоду мастеру. Мы еще долго потешались над этим. Её сердце мастер отдал собакам. Никому не нужный кусок плоти. А ведь если бы эта малышка не подружилась с Драгнилом, то прожила бы счастливую жизнь! О, как сейчас помню тот момент, когда Саламандр сломался окончательно. Тот его потухший и безжизненный взгляд... отрада для меня.

      Эльд говорил все это с таким наслаждением и счастьем, что Титанию бросило в дрожь. Мужчина смеялся громко, голос его эхом отражался от стен. От этой истории его аура превратилась в дьявольскую, язык прошелся по губам, а после показались клыки. Он походил на самого настоящего дьявола. Эльзу переполнило чувство отвращения и злобы перед этим человеком. Та ненависть, что бурлила в ней, начала переливаться через край. Не в силах больше стоять, она кинулась на врага.

      Отразив её атаку, он вновь успокоился. Оставшись в одних черных штанах, он с легкостью отбивал атаки девушки. На груди красовался рубец со знаком гильдии. Отвратительный и раздражающий.

- Так о чем это я? - задумался Эльд, когда они вновь разошлись в разные стороны. - Давай поднимем ставки.

- О чем ты говоришь, - зло проговорила Эльза.

- Доспехи и прочая мишура мешают. Давай поставим наши жизни, - ухмыльнулся мужчина. – Как видишь, свою я снял.

- Хм, ты настолько уверен в своей победе? - усмехнулась Скарлет. - Знаешь, самоуверенные глупцы умирают первыми.

      Эльза избавилась от брони. Сейчас она стояла перед врагом в красных японских тренировочных штанах и бинтах. В руках появился меч феи.

- Я уничтожу тебя одним ударом этого меча, - девушка вытянула вперед руку с мечом. - Этот меч – символ единства нашей гильдии. В нем собран дух всех, кто есть в хвосте феи. Он – это то, во что ты так не веришь и презираешь. Быть поверженным таким орудием драматично, не так ли?

      Мужчина рассмеялся. Вокруг него начала клубиться магия. Тело трансформировалось. Мышцы стали увеличиваться в размерах, а смуглая кожа покрылась черными перьями. Лицо вытянулось в клюв.

- Давай решим все за один удар, Титания, - оскалился ворон. - Что? Удивлена? Думала, что в нашей гильдии можно выжить, лишь махая мечом? Это не ваша второсортная гильдия, где принимают всякую слабую шваль. Я уже слишком стар, чтобы верить в дружбу и прочую чушь. И даже если я умру, то у нашей гильдии останутся четыре столпа. Пока они на ногах, Кровавой Лилии нечего волноваться. Ваши глупые убеждения сведут вас же в могилу.

      Эльза ничего не ответила. Не отрывая друг от друга взгляда, они синхронно ринулись навстречу. Один удар, один шаг, одно мгновение. Кровь гейзером брызнула из раны на животе. Покачнувшись, Эльза упала на одно колено. Рядом с ней лежала огромная рука, покрытая черными перьями.

- Вот и все, - сухо проговорил Эльд, направляясь к Скарлет.

      Занеся оставшуюся руку в воздух, он применил магию затвердевания, обращая перья в острые клинки. Молниеносным движением он чуть не отрубил девушке голову, но Эльза, в свою очередь, проткнула его грудь первая. Из пробитого легкого послышался свист, а после бульканье, и появилась кровь, стекающая по клинку девушки.

- А говорила, что все решится одним ударом...

      Мужчина улыбнулся, и с уголка его губ потекли бусины крови. Закрыв глаза, он упал на землю рядом с раненой Эльзой. Опираясь на меч, девушка, зажимая рукой кровоточащую рану на животе, подошла к ближайшему построению. Облокотившись на стену, она пыталась перемотать рану бинтами, которые появились в её руках. В глазах мутнело от потери крови. Во рту чувствовался вкус метала. Многочисленные царапины, оставленные от ударов, саднили, рана на животе пульсировали болью. Этого сражения девушка не забудет. Даже если очень захочет. Перед глазами так и стояли эта улыбка и остекленевшие глаза её противника.

      Еще чуть-чуть, и она встанет и поможет друзьям. Совсем немного отдохнет. Только дымка перед глазами рассеется, и Эльза придет. Еще совсем чуть-чуть. Кто же знал, что рана настолько глубокая?

***

      Во время того, как Эльза сражалась с Эльдом, Громовержцы игрались с парнишкой. Он не называл своего имени и все время капризничал, говоря о том, что ему всегда попадаются слабаки.

      Фрид и Бикслоу из последних сил удерживали разбушевавшуюся Эвергрин. Девушке надоел этот дурацкий план Фрида по усыплению бдительности малыша. Она хотела стереть с лица наглого мальчишки это скучающее выражение.

      Джастин сразу понял, что этот ребенок не так прост. Его бы не приняли в ряды Кровавой Лилии за банальную магию гравитации. Глаза Бикслоу подтвердили, что внутри этого мальчика сидит вторая сущность. К слову, тот второй, был поистине силен и опасен. У ребят не было столько времени, чтобы разбираться еще и с ним.

      Фрид давно уже установил блокирующие и удерживающие письмена. Осталась кульминация. Заточить мальчишку там. Подав знак, что пора действовать, Джастин улыбнулся. Ему тоже не нравились наглые дети.

      С хохотом Эвергрин взлетела и закружилась у головы мальчугана. Бикслоу, высунув язык, на котором красовалась метка гильдии, крикнул свое коронное «Вперед, детки!», атаковал мальчика.

- Облако фей!

      Мальчика окружил ослепляющий свет. Зажмурившись, ребенок пытался не глядя попасть в фею, но та умело уклонялась.

- Дождь фей!

      В ребенка полетели лучи волшебной пыли, больно жаля его, словно огромные пчелы. Вскрикнув, он упал на землю. Один из гравитационных шаров устремился в сторону Бикслоу.

- Формирование Х!

      Перед Бикслоу появились его куклы. Приняв форму икса, они защитили своего хозяина, но сами разлетелись в разные стороны и потрескались.

- Детки, Барионное формирование!

      В ответ, к малышу полетел уничтожающий все на своем пути луч магии. Мальчика отбросило в сторону. Ослепленный он сел на землю и заплакал. Весь побитый и зареванный, он сидел посередине дороги. Медленно, его начала окутывать черная аура.

- Дело плохо, пора заканчивать, - пробормотал Фрид, принимая форму демона тьмы. – Снаряд мрака...

      В трансформирующегося мальчика полетел темный шар, который оставлял огромные дыры там, где пролетал. Этот небольшой заряд магии, уничтожал все на своем пути. Мальчика отбросило в сторону, где были письмена. Сильнейший разряд молнии прошелся по его телу, останавливая трансформацию. Письмена змеями поползли по телу малыша, окутывая его с ног до головы. В одно мгновение мальчик лишился сил и уже не двигался.

      Громовержцы вздохнули спокойно. Дав друг другу «пять», они направились на выручку к другим ребятам. Вдруг, какое-то нехорошее чувство охватило троицу. Взглянув на мальчика, Фрид увидел, что малыш смотрит на него одними белками. Видно, он все же был без сознания, что не скажешь о его втором «я». Улыбнувшись своей широкой и пугающей улыбкой, он преподнес ребятам последний подарок.

      Мощное торнадо затянуло их прямо в центр. Прежде, чем они успели опомниться, они были подняты на двадцати семи метровую высоту, а после с огромной скоростью их пригвоздили к асфальту. Выбив весь дух из ребят, мальчик отключился окончательно.

      Громовержцы пытались придти в себя. Они чувствовали, что такой удар переломал им пару ребер и вывихнул несколько конечностей. Это их не остановит. Через несколько минут они вновь подымутся и придут своим друзьям на выручку. Еще немного, осталось лишь восстановить дыхание...

***

      Пока Громовержцы придумывали план по укрощению ребенка, Лексус дрался с тем, кто разнес гильдию. Все это время они обменивались ударами. Разряды молнии и подземные толчки. Жалящие удары и болезненные приемы.

      Изрядно потрепанные и заведенные до предела, парни не уступали друг другу.

- Как тебя зовут? - надменно проговорил Лексус, уклоняясь от очередного булыжника.

- Как грубо, ахаха, - рассмеялся парень. - Можешь звать меня Тикки или же Кричащим тигром. Как тебе будет удобно, потомок Макарова.

      После той атаки парень будто слетел с катушек. Не переставал смеяться и атаковал. При всем при том он бездумно палил по Лексусу.

- И при чем тут мой старик? - усмехнулся Дреяр. - Ты сражаешься со мной. Потомок, внук, наследник. Это ничего не значит. Противник, который не уважает своего оппонента, раздражает больше всего.

      Парень вновь рассмеялся. Его явно радовало то, что именно Дреяр был его противником. Очередная атака молнией. В ход шли все сильные техники блондина, но Тикки все время уклонялся или же, атаки не приносили нужного урона.

- Ты, наверное, думаешь, что сильнее меня, - парень перепрыгивал с ноги на ногу. - Интересно, что быстрее, скорость молнии или же звука?

      Лексус удивленно замер. Тикки же открыл рот и завопил во все горло. Мощные и оглушающие волны разнеслись по городу. Из окон домов посыпались осколки стекол. Это действо разозлило Дреяра. Время на шутки не было.

      Сняв свою шубу, он, надев наушники, двинулся на врага. Битва проходила в рукопашную. Без магии. Будто сговорившись, они бились на кулаках.

- Интересно, - истерически смеясь, голосил Тикки. - Победить тебя голыми руками, о таком и мечтать нельзя.

- Думаешь, сможешь? - ухмыльнулся Лексус, вытирая кровь из разбитой губы, в тоже время свободной рукой ударил в челюсть парня.

- Я всегда смогу тебя добить. А раз, я сказал, что завалю тебя голыми руками, значит так и сделаю, - хохотал тип. - Я, конечно, и отброс, но обещание сдерживаю.

- Вот как, - улыбнулся Дреяр, хватая мага за плечи. – А я ничего не обещал...

      В ту же секунду, мощный разряд прошел через тело Тикки, поджарив пару органов и кожу парня. Не медля, Дреяр со всей силы ударил его кулаком громового дракона. Парень своим телом пробил пару стен.

- Ублюдок... - тихо пробормотал Тикки.

      Подняв трясущуюся руку, он нанес свой последний удар. Использовав все оставшиеся силы, он окутал Лексуса не пропускающим звука вакуумом. Блондин пытался освободиться, но все попытки были тщетны.

      Непроницаемая тишина начинала пугать. Но стоило Лексусу забеспокоиться за отсутствие звука, как тут же раздался оглушительный визг нескольких тысяч голосов. Они словно прогрызали мозг. Все они молили о прощении и о спасении жизни. Звук отчаяния, боли и смерти. Настолько оглушительный, что из ушей пошла кровь, а потом снова тишина. На секунду Дреяр подумал, что оглох, но крик вновь болью раздался в голове парня. И так несколько десятков раз. Кровь обильным потоком текла из ушей. Еще немного, и блондин лишился бы барабанных перепонок или же рассудка. Собрав в себе силы, он выпустил всю свою магическую энергию, тем самым рассеивая заклинания.

      В глазах помутнело. Парень осел на землю и прислонился к лежащему рядом камню. Голова гудела и сознание меркло. Но Дрейар не собирался отсиживаться на месте, так как не может ударить в грязь лицом перед товарищами. Возможно, они не были друзьями, но товарищами точно. Лексус понял это после того, как проиграл им в борьбе за гильдию. Он сильный. На нем лежит ответственность за слабых.

      Один из четырех столпов был повержен. Хоть эта битва и не была легкой, победа за хвостом феи. Тикки был не так прост. Осталось еще трое.

***

      Гажил стоял чуть поодаль от остальных наедине с кукольником. Как казалось ранее, парень, командующий куклами, имел еще одну особенность. С помощью своей изменяющей магии создавал копии людей. Эти магические клоны были настолько совершенными, что обладали магией оригинала. В процессе битвы они оттачивали умения и развивались по мере развития самих исходников. И вот, благодаря этому заклинанию, улицу заполнили маги Хвоста феи. Каждый сражался с самим собой.

      Гажил стоял напротив кукольника. Он был высокий, накаченный, лицо скрыто под фарфоровой маской плачущего клоуна. Ничего не говорил, лишь смотрел на Редфокса. Самого убийцу дракона этот парень раздражал. У него был странный запах. Чувство, будто смешали десятки, нет тысячи людей и поместили в одного. Казалось, что Гажил стоит напротив толпы людей.

- Кто ты, черт тебя раздери, такой? - недовольно проговорил Гажил.

- У меня нет имени, - холодно ответил кукольник.

- Покажи свое лицо, - Редфокс и сам не знал, зачем сказал это.

- У меня нет лица, - все так же продолжал парень. - Какого бы ты противника хотел?

- Что? - металлическому убийце драконов начинал надоедать этот чудик.

- Я могу быть тем, кем захочешь.

      Парень поднял правую руку, Гажил напрягся, готовый в любой момент отразить атаку. Но её не последовало. Противник поднес ладонь к маске и провел по ней рукой, в слабом сиянии можно было различить очертания лица. Перед Редфоксом стоял парень с разноцветными глазами.

- Могу быть неизвестным противником, - кукольник вновь повторил жест. - Любимой девушкой.

      Теперь перед глазами Гажила стояла Леви. Она смотрела на него своими большими карими глазами и мило улыбалась. Вот только во взгляде девушке читала неутолимая жажда крови. Образ синеволосой волшебницы разозлил Редфокса. Руки сжались в стальные кулаки. Никто не мог осквернять образ мелкой.

- Другом, - вновь этот раздражающий жест и перед Гажилом стояла Дождия. - Могу быть сильным противником, - сейчас с драгонслеером стоял Драгнил. - Или же... тобой...

      Теперь на парня смотрел он сам. От этого холодок прошелся по спине. Не каждый день увидишь точную копию себя. Это пугало и интриговало одновременно. Но образ вновь сменился и перед Гажилом стоял образ парня с гетерохромией и светлыми волосами.

- А это еще кто, черт его возьми? - сплюнул Редфокс.

- Мой любимый образ, - одними уголками губ улыбался парень. - Это бывший столп нашей гильдии. Трагические обстоятельства, - хохотнул кукольник.

- Значит, убиваете своих же? - скорее констатировал факт, чем спрашивал, Гажил.

- Ну, не совсем убийство, скорее помощь ближнему, - рука парня засветилась золотистом светом.

- Таким отбросам как вы все же знакомы такие слова, - рука Редфокс обратилась в металлическую рапиру.

      Бой был тяжелым. Покрытый металлической чешуей, Гажил получал малый урон, но все же он был. Как выяснилось, разноглазый обладал магией света и тьмы. Мощные заклинания света ослепляли, темнота же пожирала силы и вгоняла в уныние.

      Редфокс не умел сдаваться, его удары оставляли на кукольнике следы и довольно сильные, но этого было мало. Сил все меньше, ссадин все больше. Усталость и боль давали о себе знать. По меркам самого драгонслеера бой затянулся.

      Стоило парню на мгновение отвлечься, как мощный световой луч чуть не расплавил парня. Удивленно глядя на железный щит в виде знака гильдии, он обернулся и увидел побитых ребят. Некоторые не могли идти и опирались друг на друга. Побитая Леви улыбалась Гажилу. Именно её щит отразил атаку. Редфокс не любил, когда кто-то вмешивается в его бой, но сейчас другая ситуация. У каждого из гильдии есть счеты с этим парнем.

      Тем временем, сам кукольник менял свою лучину. Он не мог поддерживать долго образ Диса. Это требовало много сил. Образ за образом, решая на ком остановиться. Да, он сильный, но потратил колоссальный запас магической силы. Из-за этого перед глазами появилась дымка, а в теле небывалая усталость. Да и сам Гажил его сильно потрепал.

      Пока парень решал, кем же стать, то не заметил, как объединились хвостатые. Комбинированная атака всей гильдии. Каждый приложил руку к тому, что бы создать огромный луч, обладающий разрушительной силой. Прежде чем кукольник смог придумать хоть что-то, его отбросило через всю улицу. Луч снес не только парня, но и все, что было рядом с ним. Ребята радостно ликовали. Таков Хвост феи.

***

      Фуллбастер и Вальтер сражались у окраины города в лесу. Их довольно далеко отнесло от центра, где все начиналось. Грей уже порядком устал и истратил много сил на атаку противника. Монаху хоть бы хны. Он рассеивал все заклинания ледяного мага. Атака за атакой, а результата никакого. Похоже, против этого парня любой магический прием бесполезен.

- Не знаю как там тебя... Кольт или Вольт, но ты мне не нравишься, - проговорил Грей, тяжело дыша.

- Зови меня Вальтер, - коротко отозвался монах, доставая четки.

- И какое у тебя безвкусное прозвище? - усмехнулся маг.

- Тебе не обязательно это знать, - отчеканил парень.

- Неужели ты можешь только рассеивать магию? - продолжал разговор Фуллбастер.

- Ты глуп, так же как и другие, - в голосе не было ни капли эмоций.

- Оу, какие мы умные, - Грея раздражал этот парень.

      Грей вновь начал наносить удары. Ледяные копья, Ледяной огнемет, Ледяные стрелы, все заклинания впустую. Но кое-что изменилось. Вальтер перестал рассеивать заклинания. Он уворачивался от них, будто силы иссякли. Фуллбастер посчитал это подозрительным, но все же решил атаковать в лоб. В несколько прыжков сократив расстояние, он с силой ударил монаха в живот. Тот даже не пошевелился.

- Грей-сама, нет! - со стороны послышался крик Дождии.

      Грей по инерции повернул голову на её голос. В это момент мощным ударом в челюсть его откинуло назад, туда же, где он стоял ранее. Осознание того, что все время он пробыл на одном месте, шокировало. Этот монах просто играл с ним, не давая парню выйти из определенной зоны. Попытавшись придти в себя, маг заметил, что лежит в кругу со странными писаниями.

      Не успел он пошевелиться, как его охватило пламя. Испепеляющее белое пламя. Успев заморозить зону вокруг себя, Грей все же получил несколько ожогов. Потом снова и снова. Не прекращающаяся череда атак. Невольно, Грей сосчитал их все. Их было ровно столько же, сколько заклинаний применил сам маг. Это пламя было не такое, как другие. Оно не оставляло следов. Пламя, состоящее из магии. Оно вызывало нестерпимую боль, но не оставляло ожогов. Только боль, без видимых ран.

- Грей-сама! - кричала Дождия.

      Потоком воды она смыла контур, и пламя исчезло. Грей безвольной куклой упал на землю. Девушка тут же к нему подбежала.

- Рад тебя снова видеть, Девушка Дождь, - сухо проговорил монах, глядя на Дождию.

      Та смотрела на него с ненавистью. На глазах навернулись слезы. Прежде, чем она успела что-то ответить, на её плечо легла крепкая рука Грея. Парень поднялся на ноги и с усмешкой глядел на Вальтера.

- Твое пламя – всего лишь бенгальский огонек, по сравнению с огненной головешкой, – Грей не врал. Пару раз они все же сразились с Нацу, используя магию. Это случилось во время того, как они праздновали.

- Грей-сама, вы в порядке! - кидаясь к нему на шею, плакала девушка. Парень захрипел. Хватка у неё была колоссальная.

- Если не отпустишь, то я не смогу ответить наверняка, - Хрипел Фуллбастер. - Откуда он тебя знает?

- Это Белый Дьявол из Кровавой Лилии, - проговорила Дождия, смотря на то, как парень снимает с себя остатки одежды. – Мы встретились, когда Дождия была в Фантоме. Тогда он изрядно потрепал Локсар.

- Ты знаешь, как против него бороться? - спросил Грей.

- Да, - кивнула девушка. – Он не так силен, как кажется. Он рассеивает заклинания с помощью молитв. Но, главное его умение – загонять жертву и сжигать в белом пламени.

- У тебя есть план? - нетерпеливо спросил Фуллбастер.

- Да, - девушка вновь кивнула. - Он плох в ближнем бою. Дождия отвлечет его на себя, вы же, Грей-сама, сделаете вид, что сбегаете и нападете со спины.

- Это опасно, я не согласен, - маг покачал головой. - Ты не можешь так собой рисковать.

- Дождия очень рада, что Грей-сама так переживает за неё, - Локсар покраснела и отвела взгляд. - Но если Грей-сама хочет помочь друзьям, то должен послушать Дождию.

- Но... - Грей не договорил.

- Дождия рада, что вступила в хвост феи. Раньше Дождия не знала, что такое друзья и товарищи. В её мире были лишь тучи, дождь и одиночество. Грей-сама показал, как здорово быть волшебником и что такое солнце. Дождия очень вам благодарна и хочет помочь Нацу-сама тоже это понять. Поэтому, пожалуйста, сделайте так, как просит Дождия.

      Во взгляде девушки была непоколебимая решительность и уверенность в своих словах. Грей не мог ничего возразить. Слабо кивнув, он понесся прочь. На губах играла слабая улыбка. Он был рад, что девушка настолько изменилась.

      Дождия же начала атаковать Вальтера. Тот с легкостью рассеивал атаки. Локсар старалась как можно больше перемещаться, чтобы не попасть в ловушку монаха, но это не помогло. Белое пламя – не огонь. Это магическая сила врагов, чьи атаки он рассеивал. За это умение его и прозвали Белым Дьяволом. Человек, сжигающий в белом пламени магов, чья сила и была источником их мук.

      И вот, Дождия сама стала его жертвой. Раз за разом, девушка вскрикивала, когда новая порция боли накатывала на нее. Казалось, что все её тело медленно сгорает дотла. Каждый нерв выжигается мучительной пыткой. Кровь шла изо рта и носа, руки дрожали, но она продолжала подниматься.

- Зачем это тебе, Девушка Дождь? - сухо спросил монах. - Ты могла бы присоединиться к более сильной гильдии вместо того, чтобы умереть здесь.

- Хм, - сплевывая кровь и поднимаясь на ноги, Дождия посмотрела на Вальтера. - Дождия не хочет быть Девушкой Дождем из сильной гильдии... Дождия хочет быть Дождией из Хвоста феи. И если Дождия умрет, то умрет за милого Грея-сама и ребят... Это самое большее... Что Дождия может сделать для них...

- Глупая! - со спины монаха, послышался голос Грея. Тот успел обежать улицу и напасть со спины на Вальтера. Сколдовав Ледяной паркет, он заморозил ноги Вальтера. Тот в свою очередь никак не отреагировал на то, что его лишили ног. – Разве ради друзей умирают? Ради них надо жить.

      Дождия улыбнулась. Она была рада услышать это от Грея. Сам же маг созидания кинулся с Ледяным мечом на монаха. Только Фуллбастер приблизился, как Вальтер освободился ото льда и рассеяв оружие парня, схватил того за горло. Сам монах был выше и крупнее Грея, поэтому ему не стоило особых усилий оторвать парня от земли. Хватка не ослабевала, и Фуллбастер начинал задыхаться.

- Это было опрометчиво с твоей стороны, Девушка Дождь, недооценить силу противника, - после этих слов, он даже не посмотрев в сторону Локсар, нанес Грею сильный удар по ребрам. Те хрустнули, по звуку было понятно, что сломались. Изо рта парня пошла кровь.

- Простите, Грей-сама, - Локсар грустно улыбнулась. - Но Дождия и впрямь глупая...

      С этими словами, девушка обратилась в водную волну и накрыла собой монаха. Тот выпустил из своей хватки парня, который тут же начал судорожно вдыхать воздух морщась. Локсар сжигало изнутри, но она не переставала удерживать Вальтера. Она кричала от боли, но не сдавалась. Слезы смешались с кровью, но она терпела.

- Грей-сама... пожалуйста... - лицо девушки появилось из воды, прямо перед Фуллбастером, - Ударьте его... через тело Дождии.

- Что... за... чушь... ты... несешь, - хрипел Грей, слова давались с трудом, но вид окровавленной и изнывающей от боли Локсар перекрывал все остальное.

- Пожалуйста... я не смогу его долго держать. Сделайте это... ради Дождии... Пожалуйста... - кашляя кровью, говорила девушка.

      Глядя на мольбу в её глазах, Грей сделал то, что она просит, вот только он был уверен, что Дождия не умрет. Ну не может такой сталкер как она просто умереть на глазах своей жертвы. Локсар сильная. Она не умрет так просто.

      Грей медленно поднялся и, шатаясь, подошел к монаху. На его глаза упала челка. Он не хотел видеть лицо того урода, что причинил столько боли его товарищу. Фуллбастер и так не сможет его забыть. Как и лица всех тех, кто когда-либо заставлял плакать его друзей.

      Встав в стойку, парень наколдовал острое ледяное лезвие на своей правой руке. Одним мощным ударом, он пробившись сквозь слой воды, прорезал грудь монаха, оставляя глубокую рану. В ту же секунду вода пропала, и Дождия упала без чувств на землю.

      Грей глядел на тело девушки, и его переполняла злоба. Он уже не чувствовал боли от сломанных ребер, перед глазами появилась красная дымка ярости. Он наносил сильные и мощные движения рук и ног по лицу Вальтера. Тот, словно тряпичная кукла принимал все удары. Кровь лилась из его раны, но Грей не останавливался до тех пор, пока монах не смог двигаться.

      Сам маг тоже был на исходе. На ватных и трясущихся ногах он подошел к Локсар. Проверив, что девушка жива, он сел рядом с ней и перевел дыхание. Еще немного, и он отправится на выручку к ребятам. Еще совсем немного...

***

      «Смешно. Меня побил какой-то маг из второсортной гильдии. И хоть я не особо-то и хотел сражаться, это обидно. Проигрывать всегда обидно. В голове такая легкость. Медленно, но верно я перестаю ощущать свои конечности. Даже, если меня не добила эта парочка, я все равно не выживу. Смешно дважды.

      Глаза застилала пелена. Говорят, что умирая, люди вспоминают лучшие моменты своей жизни. Неужели, то лучшее, что у меня было – этот омерзительный храм?

      Эти до тошноты знакомые ступени, которые я так часто подметал. Лица тех жалких детей, что учились со мной. Их испуганные и презрительные взгляды. Ведь я не был виноват с самого начала. Я не выбирал рождаться с такой силой. Никогда не хотел этого.

      Три года, проведенные в храме, в сравнении со временем в гильдии кажутся сном. Добрым сном. Меня презирали, боялись и ненавидели все, кроме одного человека. Он дарил мне заботу и тепло, которого я и не знал до его появления. Его ладонь вела меня по жизни, и чем я ему отплатил? Хах, смертью. Мучительной и страшной смертью. Чудовище.

      Перед глазами появился пылающий в белом пламени храм. Я стоял и смотрел, как умирают все его обитатели, запертые внутри. Просто стоял и смотрел, напуганный, не в силах позвать на помощь. Одна вспышка гнева и десятки невинных умирают в муках.

      Пока я сидел и ревел, не зная, куда деться от страха, мне была протянута рука. Она до боли напоминала ладонь того человека. Не думая, я принял её. С того момента начался мой персональный ад. Тренировки, кровь, смерть, крики и мольбы моих жертв и снова тренировки. Мне не замолить своих грехов...

      Даже тогда я был слаб. Шел на поводу у мастера. Мои руки были запачканы кровью, ни одна из моих жертв не выжила, неважно, насколько была сильна. Даже так, я оставался слабаком, который тут же сдался, стоило мне переломать пару костей. Я отчасти восхищался выдержкой Драгнила. Вопреки воли мастера, он продолжал держаться, но и он сдался рано или поздно. Тот день, когда он убил впервые, отчетливо видится мне и сейчас. Момент, когда что-то сломалось, исчезло из взгляда доброго и сильного малыша. В тот день мы все сломались...

      Я верю в Бога. Как бы абсурдно это не было. Лишь вера в него не позволяет мне умереть. Я не знаю, что держит в этом мире Эмили или же Нацу, но меня вера. Дис, трусливый ублюдок, я иду к тебе и надеру твою жалкую задницу. Драгнил, желаю тебе удачи. Найди свою веру...»