Глава 31

Я изнемог, я так устал.О чем вчера еще мечтал,Вдруг потеряло смысл и цену.Я не могу уйти из пленуОдних лишь глаз, одних лишь плеч,Одних лишь нежно-страстных встреч.

Кузмин Михаил Алексеевич.

Эдмунд поселил Энтони у себя в гараже. Обшитый профлистом гараж-ракушка вмещал в себя либо одну Ласточку, либо одного вампира, поэтому Эдмунду пришлось парковаться в другом месте. В закрытом виде он казался гробом — угловатым, покрытым рыжими подтеками ржавчины, с облупившейся краской цвета то ли грозового неба, то ли советской тоски.

Знающие исписали гараж фразочками «мусора сосут» и другой обсценной лексикой. Ручка скрипела, как несмазанная дверь в бомбоубежище. Пружины стонали, металл царапал бетон, а сегменты профлиста, цепляясь друг за друга, звенели. Любое дуновение ветра заставляло всю конструкцию выть и шататься. Но это было терпимо, даже, можно сказать, приемлемо.

На улице Энтони ночевать не хотел. Аня тоже хотела уйти ночевать к подружке, но вампир ее не пустил. Он эту подружку не знал и знать не хотел, а к незнакомцам никакого доверия не было. И пока Эдмунд решал бытовые вопросы с матерью и внезапно объявившимся отцом, Аню к себе приютила Катя.

«Что же они все повылазили, как говно по весне, родители эти? Что за праздник? Год семьи и верности? Пусть обратно едут, вон, возьмутся под ручку Анабель и батя Эдюшин, как его там? Ихви-ври... Хрю... Иври-хо... Епамать. И идут нахуй оба».

Кровавый кисель размешался комочками, налип на дно одноразового стакана и всплывал мерзкими пузырями. Кипяток обжег небо, но вампир не подал виду, слишком часто он так обжигался, знал же, что горячо. Он любил, когда от кружки шел пар, а полупустой желудок охватывала изжога. Кипяток — двигатель энергии. Кипяток напоминал Энтони, что он все еще по каким-то причинам жив.

Ты и маски, как вы связаны?Тот хер в банном халате — это кто?15:39

КатяРазве это так важно?15:39

Мне важно.15:40

Катя молчала почти тридцать минут, стрелка секундных часов на стене отбила Энтони все виски. Нервно завибрировал телефон:

КатяЯ так хочу, чтобы все закончилось.Я хочу закончить все это. Но когда это все закончитсяя не знаю, что будет с нами16:10

Не ной. Ничего хорошего с нами все равно не будет,

вот это ты точно знаешь.Закончимся либо мы, либо те уебки.Не надейся на меня, я трус.16:11

КатяТы же и сам все прекраснопонял. Если связал меня и масок16:122222222222222222

Сколько вас?161:1543

Затошнило. Кисель не лез в вампира. Напряженные сухожилия на запястье натянулись под кожей стальными канатами. Все не складывалось, ворона не улетала, Савин не приходил.

«Крокодил не ловится, не растет кокос»*.

Неделю держалась плюсовая температура — плюс двенадцать. Катя игнорировала, внутри ракушки стало душно. Напротив стояла связка из девятиэтажек. Проникнув в подъезд все тем же распространенным способом, Энтони прокрался на последний этаж, забрался всего на пару нижних ступеней лестницы и дотянулся до люка крыши.

Холодный вечер расцветал букетом разноцветных огоньков, фар и фонарей вдоль трассы. Энтони подошел к краю крыши. Подъездный козырек его поймает и размажет в случае неаккуратного прыжка. По ушным перепонкам отстукивал собственный беглый пульс.

Энтони оттолкнулся пятками от карниза, и легкое тело сорвалось вниз. Жизнь не пролетала перед глазами, совесть его не мучила, страх не вырывался из горла рваными криками. Все, что рассказывали — ложь.

Ветер свистел в груди, смешиваясь с уличной какофонией. Энтони держался, не открывал глаза. Шершавый козырек подъезда слегка задел шерстяное брюхо, оставляя продольные царапины. Перепончатые крылья ловили потоки воздуха, поднимая вампира над домами и деревьями. Он обратился так легко и быстро, что и сам этого не заметил.

Ощущение свободного падения вкидывало адреналин, и Энтони радостно зажмурился. Вот бы Эдмунд привязал к его задней лапе веревочку и водил его по воздушным волнам, как бумажного змея.

Можно ли не обращаться перед падением? Можно ли отдаться желанию и падать в бездну? Можно, но пока Энтони не выплатит кредит за автошколу — придется жить. На этом свете его держали всего две вещи: кредит и полис ОМС. В конце концов, он может пережить кредиторов... Мечты-мечты.

Холод морозил кончики мохнатых пальцев, Энтони сложил крылья и спустился. Туман моросил в морду, щекотал приплюснутый розовый нос. Вампир обратился человеком.

Ночное небо затянуло грозовыми тучами. Полил дождь. Погода портилась по велению доброй воли, и сегодня эта «воля» решила снова искупать Кривой Камень. Энтони тоже не помешало бы отмыться от всей дряни, которая на него налипла. Вода хлестала сплошными, ревущими потоками, смывая пыль в грязные и бурлящие реки вдоль бордюров.

Энтони стоял посреди этого хаоса. Без зонта, без плаща. Он медленно, почти нерешительно, потянулся навстречу мутному водопаду. Тонкая ткань короткой Аниной футболки прилипла к коже.

Энтони вздрогнул от ударов по плечам, тело сжалось. Вода залилась за воротник, хлынула по спине, по груди, промочила носки.

«Ботинки расклеятся», — подумал вампир.

Чем сильнее хлестал ливень, чем сильнее промокал он насквозь, тем... Легче становилось внутри. Энтони представлял себя рубашкой, крутящейся в машинке на скоростном режиме. Его мотало по барабану и выбивало сомнения, страхи и лишние мысли. Холод сменился странным жаром.

«Наверное, пневмония».

Вода стекала по лицу ручьями. Энтони вдохнул полной грудью — влажный, насыщенный йодом воздух ворвался в легкие.

Прохожие бежали в укрытия, вскрикивая, накрываясь газетами, сумками, куртками. Они жались под карнизы магазинов, под крыши остановок. Они кучковались, как испуганные мышки, боящиеся намокнуть. Их суета, их попытки спрятаться от непогоды, казались Энтони мелкими, жалкими и нелепыми.

Вампир наклонился. Мокрыми, почти деревянными от холода пальцами развязал узелок тонких шнурков. Снял один тяжелый, наполненный водой ботинок, потом другой. Сбросил носки в урну.

«Катя — тупоголовая идиотка, поищу в интернете картинку с недоразвитым котиком, отправлю, скажу, что это она».

Босые ступни коснулись шероховатого и неровного асфальта. Энтони выдохнул. Он будто сделал что-то поистине незаконное и страшное. То, чего бы никогда не сделал в здравом уме. Здравый ум покинул его еще на моменте вызволения чудища из замка.

Он шагнул.

Лужи оказались теплее, чем асфальт. Они превратили тротуар в замыленное серое зеркало, в котором яркими пятнами рябили фонарные лампы. Энтони вымок до нитки, на нем не осталось сухого места. Он держал ботинки в руке и размахивал ими, как школьник сменкой по дороге до дома. Одежда висела тяжелым и холодным доспехом.

«Анабель в Камне и до сих пор не нашла меня. Странно, ведь я мелькаю в новостях и, к сожалению, ничего хорошего там не пишут. Сюда она попала не просто так. Не каждый додумается лететь на край света только для того, чтобы скрыться от глаз Ловцов. Для этого есть Сибирь, тут же все как на ладони, маленькая численность жителей, много камер и ментов. Нет, она тут не для того, чтобы спрятаться».

Вампир знал, кто сегодня будет звездой новостных пабликов. «Псих на улице идет босиком! Ха-ха, посмотрите на него! Кто выпустил больного из дурки?» Разгоряченный, Энтони сделал несколько коротких вдохов, и отчего-то стало так свободно и спокойно.

«Чего она ждет? Она же знает наверняка, что я тут. Как и я знаю о том, что она тут... Но я-то не рвусь к ней, потому что... Во-первых, не хочу, во-вторых, не знаю, где ее искать. А если и она, и бандиты, которым я вдруг стал нужен... Ну, по словам Кати, придется делить информацию надвое. Если вот, допустим, Анабель с бандитами? Она же знает адрес, где я жил. А, ну да, меня там нет. Но я долго там был... И где гости? Почему никого не было?»

На телефон пришло несколько свежих сообщений. Не от Кати.

Маман*геопозиция*22:40

— О, как. В больничку побежал, бедный? Ушко зашивать, наверное.

По яркому экрану растекся дождь. Энтони искренне засмеялся: бандит, которому Елизавета оторвала ухо, побежал зашиваться в больницу Элеоноры.

«Надеюсь, добрый доктор Дмитрий Александрович ему там что-нибудь не туда пришьет... Интересно, как попал в ребцентр? Его подобрали как наркомана? Может быть, уколов навтыкают? Так-так, бандит в минусе, что дальше? Они пришлют на разборки нового? Так дело не пойдет».

Пришлось вернуться обратно в гараж — обсыхать. Энтони разделся до трусов и вывесил одежду на стульях, которые ему сюда притащил Эдмунд. Как же хорошо и свежо, будто голову перезагрузили, как компьютер, удалив оттуда все ненужные файлы.

Сердце ушло в пятки, когда по земле затопотали чьи-то маленькие лапки. На ногу что-то бросилось. Открыв рот во всю мощь, Энтони беззвучно заорал. Писк и хрип слабо доносились из глотки. Вампира парализовало. Слабый, сладковато-гнилостный запах ударил в ноздри.

Сперва Энтони почудилось, что к его голени просто-напросто прицепили девчачью заколку-крабик, но, присмотревшись, он взмок от страха. К бедру подбиралась посиневшая, полусгнившая оторванная кисть. Дробленая кость свисала обмотанная тугими черными венами, такие же черные ногти аккуратно касались нежной вампирской голени.

— Ебтвоюмать! Что это за херня?! — Энтони попытался сбросить руку, но она вцепилась клешней в его нежную кожу до белых отпечатков. Из разорванных тканей запястья сочилась темная, почти черная жижа, оставляя за собой маслянистые пятна. — Отстань! У меня варикоз начнется из-за напряжения! Пошла нахер!

Рука молча подтянулась выше. Вампир метался по гаражу и бился о стыки, сносил коробки и колотил по металлу. Его никто не услышал из-за проливного дождя. Животные инстинкты молили Энтони забиться и спрятаться, но в крохотной ракушке места для таких маневров не было.

— Пошла в жопу! — завопил Энтони, но тут же пожалел — рука подползала к краю трусов. В горле встал ком. Эта срань искала вход. — Не в мою!

Вампир упал на землю и принялся кататься, чтобы сбросить этого клеща, но кисть держалась как достойный ковбой на ранчо. Энтони бешено вращался, представляя, как рука лихо закидывала лассо на его бедро. Он чувствовал, как трупная плоть мялась под ним, как ломались крошечные косточки, но хватка не ослабевала. Напротив, казалось, пальцы врастали в него.

С сегодняшнего дня и до самой смерти Энтони решил спать в трико. В двух. И в кольчужных трусах. На всякий случай.

Осознание своей вампирской мощи пришло с опозданием, и он попытался силой раскрыть одичавшую ладонь. Неужели! Сработало. С глухим хрустом пальцы разжались, как щупальца мертвого кальмара. Энтони отбросил руку к механизму ракушки и тяжело вздохнул.

Мурашки побежали по телу. Тварь, которая померещилась ему оторванной кистью, действительно ей и была. И после сокрушительного удара о профлисты, больше не шевелилась. Она лежала неестественно выгнутая, пальцы скрючились в последнем спазме. То, что с нее вытекало, не было кровью.

Энтони быстро потянулся открывать гараж. Он разворачивался неохотно, как назло. Как и все неживое и живое в этом мире.

— Давай же, ржавое корыто! Откуда у Эдика такая мания покупать всякие старые тазики, которые нихрена не фурычат?!

Резкий рывок, скрежещущее скольжение панелей по рельсам и наконец, устало оседая, гараж замер, превращаясь в кривоватый металлический навес. Тень от медленно поднимающейся панели легла на неподвижную руку, и Энтони показалось, что один палец дернулся. Или это был отсвет воды? Вампир пинком отправил кисть под ливень. Она тяжело шлепнулась в лужу, подняв фонтан брызг.

Вампир слышал собственный глоток.

Энтони прекратил дышать. Он смотрел, как капли стучали по руке, как она постепенно утопала в решетке слива, цепляя на себя листья, окурки и фантики.

Не спеша, с каким-то чудовищным, нечеловеческим равновесием, она встала на пальцы. Отряхнулась с таким видом, будто Энтони ее облил помоями, и заползла под внедорожник.

Вампир показал ей «фак» и спешно закрыл гараж. На сегодня ему потрясений хватит. Он защелкнул все замки, подпер дверь ломом и стулом.

— Завтра же скажу Эдику, чтобы он мне выдал нормальный спальный мешок. Или я продам эту сраную ракушку! Продам гараж в тихом районе. Без соседей. Без... Или сожгу... Да, сжечь! Оболью бензом и спалю!

Он уже мысленно листал каталог оружия, которое ему никогда не продадут, с тоской вспоминая о своем «моральном благополучии», похороненном вместе с надеждой на спокойную ночь. Вампир решил обратиться к знатоку всех тварей мира:

Какого хера меня за жопучьи-то руки трогают?????23:40

КатяА я откуда знаю, кому ты даешьсвою жопу трогать? Спросиу него23:41

Она одна! ТОЛЬКО РУКА! Ничего нет больщще!Я чуть не обосрался! И оббосрусь, ечслиона опять появится!23:41

Катяааааа, ну тогдаНичем не могу помочь23:43

Что это за тварь такая?!

ЧТО ЗА НЕЧИСТЬ?ОБЪЯСНЯЙ23:43

КатяЭто не нечисть, нукак. Рука отдельно ненечисть :)23:44

КатяВозможно, что эточасть нечисти...25:43

КатяСпоки-ноки!23:44

Энтони не смог уснуть. И котика так и не отправил.

Примечания:

Андрей Миронов, «Остров невезения».