ГЛАВА 42. Бессмысленные сожаления бесконечного «сейчас»

Филадельфия, Штат Пенсильвания

Пять месяцев назад

Пока транслируемый по телевизору вокалист музыкальной группы «Milky Chance» Клеменс Ребайн пел на весь дом о некой привязанности в песне «Stolen dance», Мария перекинула руки вампира за спинку стула и сковала наручниками его запястья. Забрав ковбойскую шляпу Джордана, накинула себе на макушку и расслабленно пританцовывая, обогнула парня, усаживаясь к нему на колени в одном лишь нижнем белье и короткой майке, облегающей тонкую талию. Поднеся горлышко стеклянной бутылки «Jack Daniel's» ко рту, охотница под пристальным плотоядным взглядом отхлебнула отравленный смертельной дозой жидкого серебра крепкий алкоголь и прижалась к губам новой жертвы, не глотая и сдерживая подошедшую к горлу волну отвращения.

Ощутив привкус яда, Джордан обжег глотку и в ужасе стремительно отстранился.

— Сука! — его голос дрогнул, а сам он уставился на нее в потрясении.

Выплюнув остатки жидкости, Мари подарила ему торжествующую ухмылку.

— Не хотела тебя разочаровывать, малыш. — Она вскочила с колен монстра до того, как тот впился бы в нее клыками, и ринулась к дивану, на котором валялась брошенная ею куртка.

Разорвав наручники, Джордан в мгновение ока вскочил и схватил ее за ногу, с шумом роняя на паркет. Мария, что было мощи, ударила его в желудок другой ногой, чтобы вырваться из захвата. Он сильно ослаб, и этого хватило, чтобы окончательно подкосить вампира. Обессиленный кровопийца рухнул на пол. Яд начал отравлять изнутри. Содрогаясь от разрывающей внутренности боли, Джордан опустил темно-русую голову. Мари с нескрываемым удовольствием наблюдала за тем, как из его глаз струится кровь, оставляя на щеках синие разводы.

Тогда охотница нависла над ним. Вцепившись свободной рукой в короткие волосы, потянула назад. Задрав подбородок хищника и опасно наклонившись ниже, громко прошептала:

— Я знаю, что ты делаешь с девочками, которых приводишь сюда. Хватит с тебя подвигов. — Зарычав, Джордан дернулся, попытавшись укусить ее, и она решительным движением вогнала ему между ребер острие ножа, вынуждая взреветь. — Если нож вошел правильно, то, по идее, я пробила тебе левый желудочек сердца. Это значит, что ты скоро подохнешь мучительной смертью, asqueroso. ­(сволочь)

Девушка отступила, глядя, как вампир корчится в агонии, а на его белой, почти что ставшей прозрачной коже проступили синие вены. Сняв шляпу, она прибавила на телевизоре звук, заглушая страдальческие кряхтения, и, босиком перешагнув через растекающуюся по паркету лужу крови, подхватила из бара бутылку «Martini». Ленивый проигрыш гитарных струн ворвался в ночь с бодрыми хлопками в ладони, теплой вибрацией по венам и приторным вкусом алкоголя, как только Джордан перестал шевелиться. На ее счету очередное убийство вампира. А значит, еще одна сладкая победа.

                            ***

Наши дни

Упираясь ступнями в маты, перебинтованными костяшками, Мари лупила ладони Альваро. Нанося четкие удары один за другим, она умоляла себя сконцентрироваться на технике. Мысленно охотница была не в тренировочном зале, а за столом, на процедуре детектора лжи.

Серхио задавал те же вопросы, и Суарес прошла проверку успешно. Вот только когда речь зашла об охоте, Мария осознала, что пока не может продолжить охотиться за развитыми вампирами. Все чаще задумываясь, не убила ли по ошибке кого-нибудь вроде Чикаго, Милларда или Валля. Ведь большую часть жизни она прожила в незнании, слепо уничтожая вампиров.

Что, если в ее список попали те, кто не заслужил жесткой расправы?

Теперь, когда Мари увидела картину целиком, возвращение к охотникам послужило для нее толчком к новым переосмыслениям, вводившим девушку в оцепенение. Отношение боевых соратников к вампирам было сродни зеркалу, в котором она узнавала прошлую себя: ведомую ненавистью, страхом и предрассудками. Ее собственная тень была уродлива, а встреча с ней страшна, как никогда.

Зачастую в охотничий штаб добровольно подавались люди с самыми разными судьбами и намерениями, но их всех объединяло нечто общее: огромная душевная боль, которая и подталкивала к безысходному выбору. Сюда приходили те, кто жаждал возмездия после потери близкого человека или пережил нападение вампира лично и был намерен постоять за себя. Те, кто безнадежно отчаялись и решили пожертвовать жизнью ради всеобщего блага.

Многие из них до конца не осознают, на какую серьезную работу идут и куда на самом деле попадают, поскольку все самое страшное начинается после окончания подготовки. После посвящения и принесения клятвы организации от службы просто так от не отвертишься.

Организация находит кандидатов на роль охотников через специально-созданные секретные форумы и группы, где поднимаются темы, связанные с вампирами и охотой на них. Среди членов негласных исследовательских обществ, изучающих оккультизм. Также верхушка нередко организует на границе города тайные тренировочные лагеря, куда привлекается народ с выдающимися спортивными или охотничьими навыками. Однако чаще всего охотниками становятся простые спасенные граждане. Солдаты доставляют пострадавших и случайных свидетелей специальных операций прямо в штаб, где им раскрывают подробности случившегося, и откуда свободными уже не выпускают.

Знания — сила и в то же время обуза. После того, как простой смертный узнает о существовании сверхъестественного, пути назад нет. Он становится потенциальным претендентом, как на роль солдата, так и живой мишени. Нет никакой гарантии, что, прознав о вампирах, человек сохранит их существование в тайне.

Тайная организация практикует психологические методы воздействия. Давит сознание обострением угрозы безопасности и чувства вины, внушая страх за свою жизнь и жизни близких. Единственный способ защитить себя и родных — стать частью организации. Вместе с тем охотники предлагают стабильную крупную финансовую поддержку. Условия для выживания кажутся более-менее приемлемыми, и большинство остается при штабе, а меньшинство отправляется в изолятор до момента осознания «неправильного» выбора и спустя какое-то время все равно возвращается, чтобы пополнить ряды охотников.

В моменте для некоторых охота становится кровавым соревнованием. Для одних развлечением, для других — гонкой. Охотники перестают брать ответственность за убийства и гонятся за цифрой. Кто-то, чтобы вычистить мир, а кто-то с целью доказать свое превосходство и мастерство. Ну и чем они отличаются от кровопийц?

Еще пару месяцев назад Суарес попадала в обе категории. Череда смертей: матери, отца, друзей и сослуживцев превратила ее в оружие. Она позволила мести управлять собой и теперь увязла по уши в чужой крови. Мари старалась не брать в счет жертвы неразвитых вампиров. Это была не ее ошибка, а развитых. Если бы охотники не истребляли этих тварей ежедневно, человечеству пришел бы конец.

Подобные размышления впервые посетили Марию в клане, но тогда она пресекла их, прежде чем те расплавили ее нервы и выбили из колеи. Раскаяние громко звенело в ушах выпущенными пулями.

«Убийца...Убийца...Убийца».

Вынуждало доставать из памяти убитых ею развитых вампиров и прокручивать каждое совершенное убийство в надежде вспомнить детали, что могли бы оправдать действия охотницы по отношению к тем вампирам, от которых не приходилось спасать людей здесь и сейчас.

Казалось, не умолкающий голос совести в всколыхнувшем чувстве вины окончательно сведет ее с ума. Если потеря рассудка — плата за содеянное, она была готова заплатить. «Тебя определяют выборы, которые ты совершаешь сейчас», — в бою с тенью шептала себе Суарес. У нее не было власти изменить прошлое, но она по-прежнему могла создавать настоящее.

С полковником они условились, что после того, как Мари вернется в форму, она будет выходить на задания по чистке города от неразвитых вампиров. Марии еще предстоит пройти испытательный срок и вернуть расположение сослуживцев и Серхио.

В голове всплыл громкий голос полковника:

— Я хотел бы допросить самого Чикаго, чтобы убедиться в искренности его намерений, — откровенно блефуя, Фернандес-старший произнес имя вампира, cтиснув зубы.

— Если у меня представится шанс, я передам ему, — безэмоционально заверила его Суарес, притом, что идея командира батальона ей совершенно не понравилась. В его просьбе читалось: «Приведи вампира к нам, и мы его схватим».

После того, как Нильсен-Майерса ранили, Мария планировала держать его как можно дальше от охотников.

— Мари! — требовательный тон Варо напомнил ей, что они в тренировочном зале. — Вернись в стойку!

Глубоко погрузившись в себя, она не заметила, как расслабилась и заняла не самую выигрышную позицию.

— Черт! — Тяжело дыша, Мари наклонилась и опустила руки на колени. — Я задумалась.

— Это заметно, — криво усмехнувшись, Альваро хлопнул ее по спине. — Ты рассеянна. Что, тренировка перед не радужным разговором с отрядом все-таки была не лучшей твоей идеей?

Чикаго бы сейчас пробурчал, что все ее идеи не лучшие. «Придурок. Даже на расстоянии умудряется бесить», — cдержав рвущуюся наружу улыбку, она посмеялась про себя.

У Суарес должна была состояться встреча с охотниками. Сегодня она подробно посвятит их в детали ситуации с вампирами. К большому удивлению, Мари чувствовала себя уверенно и даже не нервничала. Прежняя ее версия никогда бы не поверила в то, что однажды она будет выступать в защиту вампиров.

— Я думала о разговоре с Серхио. О том, что со следующей недели я буду участвовать только в тех заданиях, которые связаны с неразвитыми.

Выгнув бровь, Варо опустился на маты.

— Это временно?

«Не знаю».

«Я ничего не понимаю».

«Мне страшно».

«Я так боюсь...»

«До смерти боюсь себя».

— Наверное... — Как можно беспечнее пожала плечами Мария, не считая нужным грузить друга.

В противоположном конце помещения скрипнула дверь, и в зал буквально завалился Джастин Вуд. Она помнила его как трусливого, максимально неуклюжего шутника. То, что Джастин дожил до ее возвращения, было чудом, посланным с неба. Но не ей об этом думать... Видимо, ангелам хранителям Вуда, как и ее ангелам, доплачивали с повышенной ставкой.

— Шевелись, улитка!

— Эллен! Ты че толкаешься? — проворчал Джастин, с прищуром поглядывая на cтройную розоволосую девушку, вошедшую прямиком за ним. — Боишься не зайти?

— Не нервируй меня! — пригрозила ему Эллен, вцепившись в светло-каштановую шевелюру парня. — Я голодная и злая! И уж тем более нет моей вины в том, что даже старушки в очереди на кассе двигаются быстрее тебя! — Охотница оттолкнула от себя его голову.

Сказанное заставило Мари повеселить. Она не была знакома с Эллен, но девушка ей уже симпатизировала.

— Вы снова не поделили с Ноэлем, кто будет сверху, а кто снизу? — пошутил Варо, когда ребята приблизились к ним. Альваро не упускал шанс подколоть напарницу и поддержать Джастина, пользуясь ее колючим настроением.

В отличие от Эллен, с Ноэлем Хендерсоном Мария работала и была с ним в неплохих дружеских отношениях со времен стартового состава группы. «Значит Эллен и Ноэль вместе?» — подмечала она понемногу то, что пропустила в отставке.

— Альваро... — предупреждающе процедила Эллен.

Следом за ней появился высокий и крепкий парень.

— Я слышал свое имя? — переспросил Ноэль, полностью заполняя зал бодрым настроем.

— Забудь его, — обиженно отмахнулась от него Эллен. — В любом случае, от меня ты больше свое имя не услышишь! — Она поставила на пол, на взгляд, тяжелую сумку. Скорее всего, наполненную оружием и обмундированием.

Фыркнув, Ноэль и остальные подошедшие к назначенному времени охотники стянулись в центр зала. Некоторые незнакомые лица еле плелись. Было не сложно вычислить, кто из охотников только что вернулся с миссии.

— Что с Эллен? — идущая за Ноэлем Шейли Уокер хихикнула и по-дружески потрепала боевого соратника за плечо. — Ты отказался по десятому кругу пересматривать ее любимый сериал?

В ответ Ноэль что-то раздосадовано промычал.

— Только не говорите, что мы пришли сюда, чтобы мусолить ваши отношения? — недовольно осведомился Хью Дэвис, сняв охотничью маску.

— Тот же вопрос, — резко и нетерпеливо вставила Майя Итикава, перенеся вес на левое бедро.

В последнем составе, в котором Мария служила, заменили как минимум троих солдат. Она не спешила спрашивать у Альваро причины их подмены, поскольку не была готова опять хоронить тех, с кем находилась в хороших отношениях. Суарес желала сохранить их в своей памяти живыми. И решила, что если узнает, то лучше случайно.

Когда она ушла, один охотник занял ее место. В отряде из десяти человек Мари станет одиннадцатой. Численный, но простительный перебор.

Их с Варо окружили восемь человек. Она не досчиталась одного. Того самого раненого парня. Кажется, ребята звали его Джоном. Среди прибывших повисло тягостное молчание.

На нескольких охотниках была форма, предназначенная для охоты на неразвитых вампиров: ботинки с грубой нескользящей подошвой, плотные штаны карго c удобными карманами для хранения холодного оружия, облегающая тело и закрывающая горло водолазка, а также спущенная маска. Кто-то еще не снял разгрузочный бронежилет. У формы не было как таковой единой цветовой гаммы. Это было сделано с целью не выделять носителей из толпы общим пятном.

К Мари приковалось восемь настороженных пар глаз. Набрав в легкие кислород, она обратилась к группе с волнующим ее вопросом:

— Парень, которого в прошлый раз сильно ранили, выжил?

— Если ты о Джоне Пирсе, он жив. Находится в тяжелом состоянии, — сурово ответила за свой отряд Итикава.

Ощутив долю облегчения от того, что Джон выжил, вопреки задержке, устроенной ей и Чикаго, под крайне подозрительными и недоброжелательными взглядами, Мария смогла начать речь:

— Спасибо всем, что пришли. Некоторые из вас знают меня как часть группы, кто-то как чокнутую, а кто-то как предательницу, прикрывающую вампира. Я понимаю вас. До отстранения я была в первом составе отряда вместе с Майей, Альваро и Ноэлем. Потом успела поработать с Джастином, Шейли и Хью. И скоро я снова вернусь в отряд.

По отряду прокатилась волна смятения. Далеко не все были готовы ровно отнестись к этой новости.

— Это прикол такой? — вытаращилась Ён. — После переделки с вампиром?!

— Похоже, что она шутит? — капрал удосужила ее каплей внимания. Майя тоже выглядела крайне недовольной в связи со сложившимися обстоятельствами.

— Мы не можем доверять той, кто покрывает кровососов!

Мария продолжила говорить твердо:

— Знаю, вы сбиты с толку. Но я хочу, чтобы вы уяснили важную вещь: мне все равно, что вы думаете обо мне. Главное, чтобы ваше личное отношение ко мне не влияло на качество выполнения совместной работы. И я здесь не за тем, чтобы переубеждать вас. Я здесь потому, что обещала рассказать вам правду. Верить или нет ваше право. Вы сами вольны выбирать, во что вам удобно верить.

Пока Мари выдавала новый поток сведений, лица охотников не прекращали вытягиваться. Передав ту же информацию, что ранее раскрыла Серхио, Альваро и Майе, она подытожила:

— Представьте, что развитые вампиры как люди. Среди них есть маньяки, однако это не означает, что абсолютно все человечество таково. Везде найдутся исключения. Я веду к тому, что охотникам стоит быть избирательнее и при этом держать ухо в остро, потому как подобных исключений меньшинство. Мы как охотники правы, но далеко не во всем.

Помещение наполнил гул из недоверчивых голосов. Варо в знак поддержки сжал плечо Марии.

— Если на секунду поверить в версию Марии, по правде говоря, она имеет смысл, — нервно теребя темную косичку, обратилась к отряду Шейли.

— М-да... Звездануться! — обдумывая услышанное, почесал подбородок Ноэль. Повернувшись к солдатам, он согласился с напарницей: — Я долго работал с Суарес и хочу сказать, что знаю ее как фанатика, а еще как чудачку. — Опустив подбородок, он очаровательно заморгал, найдя взгляд Мари. Она дернула уголками губ в подобии улыбки. — За годы нашей совместной работы я видел, с какой безумной отдачей Мария подходила к делу. Что может подтвердить любой, кто служил с ней хотя бы потому, что чудачка не давала нам передышек от своих выходок.

— Это уж точно! — Альваро приобнял ее за плечо.

— До сих пор от них тошно, — отстраненно подхватил Хью, и у нее вырвался сдавленный вздох.

— Иногда было весело! — c усмешкой высказался Джастин, стягивая с себя бронежилет.

— Особенно, когда тебя за зад чуть не цапнул кровосос, — проворчала Майя, грубо натянув ему обратно на лицо маску с клоунской рожицей.

Щелкнув большими пальцами о средние, Ноэль сложил пальцы «пистолетами» и направил на них.

— Согласен. А еще Мария прошла проверку полковника Фернандеса. И раз она чиста, и на ней нет влияния вампирского гипноза, я могу попробовать поверить чудачке несмотря на то, что она прикрывает вампира, — Хендерсон вновь взглянул на нее и тут же прибавил: — Только если, как ты нас заверяешь, он не рвет людей на части.

— Просто приняв ее версию, мы же ничего не теряем, да? — робко присоединилась к обсуждению миловидная рыжая охотница. Джил, кажется.

В то время как присутствующие обдумывали озвученное, Хью Дэвис вслух выступил против:

— Поверить не могу! Что с вами? Переработали?! Откуда взялась эта наивная доверчивость? Ее же за нос водят! Мы недостаточно народу потеряли?! Суарес будет следующей! — Он предвзято ткнул пальцем в сторону Мари, и она неприступно вскинула голову. — Я вам гарантирую, кровопийцы хотят, чтобы мы ослабили бдительность. Они подослали ее обратно к нам в роли своего шпиона. Вот почему вампиры сохранили ей жизнь! Очнитесь!

Слова Хью звучали вполне трезво и правдоподобно. Cтоящая рядом Ён согласно кивнула:

— Я так же считаю.

Внутри Марии закипало раздражение. Она умело его держала под контролем.

— Вы не должны расслабляться! Все, что от вас требуется — принять к сведению выведанную мной информацию.

— Мы не будем отсекать теорию Хью и Ён, — вставила Итикава и после с напускной доброжелательностью прозвенела: — Уверена, полковник Фернандес тоже предвидел это. Как здорово, что Суарес пополнит ряды и будет под нашим пристальным наблюдением. Подойдите к прозвучавшему здесь, как считаете нужным. Все равно ее слова ни грамма не весят без распоряжения Фернандеса-старшего.

Охотники относились к вампирам, как к механизмам, заведенным, чтобы убивать. Пока они не столкнутся с исключениями лицом к лицу, не примут существование вампиров, готовых повернуть механизм против своей природы.

Майя будто ждала от нее ответной реакции. В зале витал запах приближающегося скандала.

— Я же сказала, что меня не колышет, верите вы мне или нет, — речь Мари нарочито сквозила равнодушием. До чего приятно было смотреть за тем, как оно бесило капрала. — Ваши домыслы вне зоны моей ответственности. Я тоже смогла поверить в это не в первый и не во второй день.

Майя опасно приблизилась. Ее глаза горели высокомерием и пренебрежением. Словно перед ней стояло ничтожество, недостойное находиться рядом с ней:

— С возвращением. Помяни мое слово, ты вылетишь. Такие, как ты не задерживаются надолго в организации. Ты ­— ошибка, — она окатила ее холодом ненависти. Мария знала этот горький тон и острый темный взгляд. Итикава на нее смотрела так же, когда обвиняла в смерти Иэна.

— Такие, как я, не терпят в свой адрес подобные высказывания от таких, как ты. Хочешь, чтобы я тебя унизила на глазах у всего твоего отряда, капрал? — с застывшей на губах надменной насмешкой Мари сделала предупреждающий шаг ей навстречу.

Она не позволит этой стерве задевать себя за живое. Не после того, через что прошла и с чем справилась. Те охотники, что в прошлом были частыми свидетелями стычек между Марией и Майей, неодобрительно переглянулись, понимая, к чему близится дело.

Рука капрала взмыла в воздух.

— Майя! — разозлился Альваро и собирался помешать ей, но не успел.

В следующую секунду по спортивному залу раздался звон болезненной пощечины, которую она смачно влепила Мари.

— Капрал! — из толпы солдатов донеслось еще одно возмущение. Это был Джастин. Высокие стены помещения заполнил гвалт из озабоченных мужских и женских голосов.

Правая сторона щеки нещадно горела. Длинная темная челка от силы удара упала ей на глаза. Она могла увернуться от нее с самого начала, но при таком раскладе не имела бы права безнаказанно ответить. Уж очень чесались руки треснуть Итикаву.

— Хорошая попытка! Но, Майя, бить девушку по лицу? Даже для такой, как ты, это низко, дорогая, — продемонстрировав капралу победный оскал, Суарес сложила пальцы в кулак и, не пожалев силы, выбила из нее воздух, ударив в живот настолько быстро, чтобы лишить Итикаву всякой возможности отразить удар.

— Твою богиню милосердную! — Разинув рот, Варо сцепил руки за затылком и прошелся ладонями вверх против роста волос. — Я не поддерживаю девчачьи драки, но... Может, повторим?

Майя зашлась в кашле и, согнувшись пополам, исподлобья обожгла Альваро немым свирепым предупреждением. Тот, широко распахнул глаза. Уголки его рта сползли вниз до самого предела. Варо скорчил комичную мину, а затем, не расцепляя рук, отвел легкомысленный взгляд и неуклюже покрутился на носках подошвы.

Солдаты переполошились. Тех, кто собирался вмешаться — остановили. Личный конфликт командирши отряда никого не касался. Хорошо, что Итикава еще не ела. Иначе доказательство ее ужина лежало бы уже на матах.

— Упс! — Нависла над ней Мари и ласково опустила ладонь на спину. — Мои искренние сожаления! — Похлопывая между лопаток, она мило пообещала: — Я бесконечно благодарна тебе за то, что ты прислушалась ко мне, но если ты еще раз поднимешь на меня руку вне тренировки, следующими я выбью тебе колени. Боюсь, ты не сможешь ходить. Наверное, для такой первоклассной охотницы, как ты, это будет проблематично, не находишь?

Мария отпрянула от Майи раньше, чем та оттолкнула ее. Бегло осмотрев присутствующих, она схватила вещи и стремительно вышла из зала, до боли сжимая зубы и плечевой ремень сумки.

«Milky Chance» — немецкая музыкальная группа, состоящая из троих участников: вокалиста и гитариста Клеменса Ребайна, гитариста Антонио Грегера, а также продюсера и диджея Филиппа Дауша. Музыканты играют в жанрах: поп, фолк, инди, рок.

«Asqueroso» — в переводе с испанского «сволочь».