ГЛАВА 36. Ты, как всегда, ничего не поняла

Через гул в ушах Чикаго слышал, как ломаются его кости.

Он закрыл трепещущие веки и пожалел, что не умер, когда позвоночник, а затем и каждую клеточку тела пронзила ужасная острая боль. Больно было настолько, что Нильсен-Майерс был не в состоянии даже закричать.

Будто все кости и органы растерлись в порошок разом.

Позже его накрыло онемение, выброшенное адреналином, благодаря которому Чик смог сосредоточиться на обстановке вокруг и на Марии, потерявшей сознание. Он надеялся, что от шока. Сердце девушки размеренно билось. У нее был разбит висок, а лицо располосовали царапины. Оставалось верить, что ему удалось сберечь остальное.

Отовсюду разило кровью. Чикаго порадовался тому, что не мог пошевелиться.

С улицы под завалы пробивались тонкие струйки света. Электричество вырубилось, генераторы не запустились. А из-за дыма, наполняющего зал, людям становилось труднее дышать. Где-то отдаленно на фоне раздавался плач и доносился шум сирены. По сторонам было лучше просто не смотреть. То, что случилось с некоторыми людьми — можно было прировнять к мясорубке. После взрыва слух еще приходил в норму, поэтому он не мог определить происходящее до мелочей. Нильсен-Майерс подумал о том, что надо успеть убраться до приезда спасательных служб.

Нужно было дождаться, пока кости заново срастутся. Под коленями он ощущал врезающееся в кожу стекло, а над спиной — тяжелый груз. Чтобы выбраться из-под завала, придется подняться вместе с ним.

Очнувшись, Мария закашлялась и уставилась на него так, точно увидела призрака.

— Прости меня, — вдруг выдал Чикаго. Ему срочно потребовалось сказать ей эти два слова.

Он не знал, за что именно извинялся. За то, что оформил брачную лицензию без спроса, ведь это огорчило Мари, или за ее покрасневшие стеклянные глаза, глядя в которые Чик был готов повторить «прости» тысячу раз за тысячу причин заранее.

Личностей, перед которыми он способен признать вину, достаточно пересчитать по пальцам. Нильсен-Майерс редко произносил подобные слова вслух. Проблема была в том, что Чикаго позволял этой девчонке поставить себя на колени и обнажить изнутри одним лишь взглядом.

— За что? — быстро заморгав, в замешательстве переспросила она.

— Ты, как всегда, ничего не поняла, — опустив голову, Чик тихо рассмеялся. Боль притупилась, однако до конца не угасла. — За то, что подписал лицензию без твоего разрешения. — Суарес невидяще посмотрела на него. Почти так же, как обычно смотрит на нее он. Как на ненормального.

Прочистив горло, дабы убедиться, что она в порядке, Чикаго тихо спросил:

— У тебя что-нибудь болит?

Борясь с эмоциями, она продолжала пристально вглядываться в его лицо.

— Все... — пробормотала Мари, хватаясь за воротник его водолазки.

— Где именно? — Нильсен-Майерс насторожился. На секунду показалось, что Мария злобно подняла свой кулачок, чтобы ударить его. Он уже собирался простонать, но охотница протянула ладонь к его щеке.

— Везде и в то же время нигде, — расплывчато ответила Мари, изучая заживающий след от пореза на скуле, жжение, которого Чик уже не чувствовал. — Спасибо за то, что защитил. — Она потянулась к нему и оставила на месте ссадины нежный поцелуй.

Ритм сердца сбился. Вновь. Почему-то ее прикосновения воспринимались им по-особенному. По правде сказать, Чикаго уже знал, почему. Но не мог понять, когда Мария стала его личной причиной?

Обвив шею Нильсен-Майерса, она осторожно уткнулась в нее, а ему еще сильнее захотелось укрыть ее от всего мира.

— Надо выбираться, — шепнул Чик ей в макушку.

Превозмогая дрожь, он начал медленно вставать c Марией на руках. Повалившиеся обломки вызвали не мало шума. Люди, больше походившие на тени прежних себя, практически не обратили на них внимания. Кроме некоторых изумленных зевак, что позже спишут это на галлюцинации.

Они оказались посреди свежего кладбища. В шоке основная часть людей была озабочена помощью пострадавшим. И Чикаго бы присоединился, если бы не был похож на живую мишень. Он был готов поставить на то, что Мари думала о том же, в потрясении осматриваясь по сторонам.

До того, как покинуть здание, Нильсен-Майерс вспомнил о вампирах. Те стояли рядом во время взрыва. Оглядевшись, никого из похожих не приметил. Сложившиеся обстоятельства показались ему подозрительными. Размышления прервала вбежавшая группа людей, с которой они чуть не столкнулись. Он уловил, как у Суарес скакнул пульc, и она напряглась всем телом. Чик пересекся взглядом с парнем, которого точно уже где-то видел. У того взлетели брови. Кровь отлила от щек, и брюнет побледнел, как полотно.

­— Альваро... — Мария окаменела, а в следующий миг вцепилась в залитую кровью ткань одежды Чикаго, умоляя его бежать.

Чик рванул вперед. Он слышал, как Альваро выругался. Другие охотники, разумеется, тоже среагировали и догадались, кто перед ними был. Теперь бывшие сослуживцы Мари так просто не отстанут. Ни с того ни сего стрелять в него при гражданских они не могли, поэтому позволили им сбежать, чтобы потом поймать на открытой местности.

— Охотники не будут разбираться, — обеспокоенно покачала головой мартышка, — сразу попытаются убить тебя!

Они будто застряли в фильме с самым неудачным чувством юмора. С головы до ног обляпанным кровью попасться охотникам на глаза. Еще и с Марией, которую, скорее всего, приняли за жертву.

Нильсен-Майерс бежал мимо десятка машин скорой помощи и патруля. Когда на месте окажутся репортеры... Он не хотел об этом думать, только их здесь не хватало. Забросив Суарес на переднее сиденье, Чикаго захлопнул пассажирскую дверцу и, упав на водительское место, завел машину.

— Охотники уже преследуют наc! — От безнадежности ситуации она накрыла лоб ладонью. — Я не представляю, что делать.

— Поедем, куда глаза глядят. — Чикаго вдавил педаль. Зарычав, кабриолет дернулся.

Они вылетели на трассу и заметили на хвосте внедорожник. Несмотря на то, что слова Мари не искали подтверждения, оно само нашло их.

— Это машина отряда... — обернувшись, обреченно проговорила Мария.

Прибавив скорость, Чик перестроился, обгоняя автомобиль впереди. Затем еще одну и еще. Придется «поиграть в шашки», чтобы выиграть немного времени. Водитель черного внедорожника не стал уступать. Дорога превратилась в настоящую шахматную доску.

Суарес туманно разглядывала порезанные стеклом ладони:

— Что за фигня случилась в торговом центре?

— Я не опровергаю того, что жизнь людей идет своим чередом и, к сожалению, в нашем мире случаются непредвиденные утечки, неисправности и теракты.

— Но?

— Также не исключаю того, что это могли быть козни кланов.

Вскоре на прицепе появилось новое авто, присоединившееся к игре.

— Тоже охотники?

— Сомневаюсь. — Нервно покусывая губу, Мари заглянула в зеркало. — Только если Альваро сообщил в штаб, а другой отряд был неподалеку, что вряд ли. Ребята, наверное, патрулировали и, услышав взрыв, бросились к мирным на подмогу.

Глянув в зеркало заднего вида, Нильсен-Майерс сфокусировал зрение и смог разглядеть номера преследовавшей машины и водителя. Он усмехнулся, вернув внимание на дорогу.

— Ты в порядке?

— Ситуация забавно начала проясняться. У нас была встреча с вампирами из Миннеаполиса, и те пропали. Сейчас за рулем второй тачки один из них.

При упоминании о вампирах Мария повернулась к нему, и Чикаго продолжил размышлять вслух:

— Они не могут знать, что в данный момент за нами едут охотники. Иначе не увязались бы. Хоть я и не жду заботы от их клана, убежден в том, что если бы они переживали, — от самой парадоксальности мысли Чику стало смешно, — помогли бы нам с самого начала.

— К чему ты клонишь?

— Я бы сам был не прочь оставить Ашера там, откуда он явился, но не думаю, что они увязались за нами, чтобы вернуть его. У меня дурное предчувствие.

Охотники отстали. Кабриолет Нильсен-Майерса и седан вампиров поравнялись. Чикаго свернул на дорогу, ведущую в неприметную часть бедного района.

— То есть за нами гонятся не только охотники, но еще и вампиры? — выпалила Мари.

— Получается.

Она тяжко вздохнула и нервозно закрутилась, заметив перемену. Свободной рукой Чик высвободил пистолет из бардачка и вручил ошарашенной мартышке.

— Ты что... на хрен задумал?

— Я не привык ходить вокруг да около. Давай узнаем прямо, что им надо, а то как-то скучно стало.

— Скучно?! — взвилась Суарес, не поверив своим ушам. — А если охотники нас вычислят? Тогда тебе достаточно будет весело?!

— Возможно, — хмыкнув, Чикаго спустя несколько минут и поворотов въехал на неохраняемый цех и затормозил. Прелести знания темных уголков города, выученных им еще в буйный подростковый период.

Она смотрела на него, не моргая.

— Да я сама тебя пристрелю! — грозилась Мария, одной рукой тыча в Чика дулом, а другой выпутываясь из ремня безопасности.

— Осторожно с желаниями, чудовище, — развернув указательным и большим пальцами за подбородок гневную моську, сладко улыбнулся ей Чикаго и выскочил из шевроле.

Три вампирские рожи тоже покинули салон авто и встали напротив них. По запаху Чик считал: они здесь далеко не единственные. «Что ж за день...» — промычал про себя Нильсен-Майерс, не подозревая, что точка, на которой он когда-то проводил незаконные дела, стала пристанищем недообращенных вампиров.

Те временно держались в тени.

— Зачем ей пистолет? — подозрительно кивнул Ашер в сторону Мари.

— Мой подарок, — беспечно сверкнул клыками Чикаго, элегантно приобняв Марию, чтобы держать ее на безопасном расстоянии от вампиров. — Бесспорно, женщину украшает оружие. В этом же случае оружие украшает Мария, — он провел ладонью вдоль ее талии и понизил тон до дразнящего шепота: — У меня свои интересы. Господа, время крайне ценная валюта, и я не люблю ее растрачивать понапрасну. В чем, собственно, ваша проблема?

— Тебе придется сегодня умереть, блондинчик. За королевскую кровь своя плата.

Он не сдержал ухмылку. «Неужели покушение?»

— Громкое заявление, — вкрадчиво произнес Чик, оценивая угрожающую обстановку. Вампиры между собой переглянулись, а через секунду бросились на них.