10. Двое при полной луне

Слова сорвались с его губ неожиданно даже для него самого. Он резко откашлялся, отводя растерянный взгляд в сторону.

Больше не буду пить сегодня, — подумал он.

Девушка ощутила, как жар мгновенно прилил к её щекам.

Мне ведь не послышалось?

Ей хотелось переспросить, чтобы удостовериться в правильности услышанного. Но она лишь сделала небольшой глоток вина и смущённо улыбнулась, опустив взгляд в пол.

На телефон Лукаса пришло уведомление. Он вытащил его из кармана, включил экран и слегка нахмурился, пробегая взглядом по тексту из сообщения.

Мейв, заметив его сведённые брови вместе, осторожно спросила:

— Что-то случилось?

Он нажал на кнопку блокировки экрана и покачал головой:

— Нет, всё хорошо.

Видимо, буду.

Мейв заметила, как на его лбу вздулась тонкая вена.

— Точно ничего не произошло?

Лукас сделал глоток, звонко поставил бокал обратно на пол и с тяжёлым вздохом провёл рукой по лицу.

— Раз уж ты поделилась своей историей... — его голос зазвучал хрипло, — значит, и я обязан.

Он сделал глубокий вдох, собираясь с мыслями.

— Та журналистка получила информацию от моей бывшей девушки. Так получилось, что мы оба оказались далеки от идеалов в этих отношениях. Но я никогда не поднимал на неё или любую другую женщину руку. Мы оба гитаристы, но она давно ушла из своей группы, и я без понятия, чем она сейчас занимается, помимо клеветы, преследований и внезапных сообщений с угрозами посреди ночи, как прямо сейчас. Она выжидала подходящего момента, когда мы обретём бо́льшую популярность, чтобы начать своё наступление. Тадас уже связывался с ней, спрашивал, чего она от меня хочет. Бесполезно, — он развёл руками.

— И чего же она хочет? — осторожно спросила Мейв.

— В том-то и проблема, что ей ничего не нужно. Она просто хочет уничтожить меня и мою карьеру. И это происходит не впервой, — он поджал губы и взглянул на девушку. — Так что, я понимаю, каково тебе.

От услышанного рассказа Мейв почувствовала в груди одновременно тяжесть и тепло, что он понимает её. Чувство общности, приправленное порцией алкоголя, будто прикрыло ладонью не зажившую рану, о которой все молчали.

— Ещё раз спасибо тебе за сегодня, — кивнула девушка. — Возьму на заметку, как вести себя при паничках.

— Не за что, — кивнул он в ответ. — Первую паническую атаку я словил ещё в детстве, перед выступлением...

Видимо, стоит почаще выпивать вместе. Он становится общительнее под градусом...

— Отец подсказал, как можно побороть эти приступы. Не забудь поделиться знаниями со своей командой. Бывают моменты, когда в одиночку не справиться.

— Обязательно, — улыбнулась Мейв. — И... если тебе понадобится какая-то помощь, то пожалуйста, не стесняйся. А то ты уже много для меня сделал, а я даже... — она приподняла свои раскрытые ладони и пошевелила забинтованными пальцами, — твоё желание не могу сейчас исполнить. Вернее, могу, но не так хорошо, как я обычно это делаю.

Мейв попыталась встать, но ноги предательски подкосились, и она с глухим звуком плюхнулась обратно на плед, заливаясь смехом.

Лукас фыркнул, наблюдая за её неуклюжими попытками подняться на ноги.

— Сиди, я сам, — он встал, сам слегка пошатываясь, и направился к гитаре у стены.

Мейв снова рассмеялась, глядя, как он идёт чуть ли не зигзагами:

— Да ты сам еле стоишь!

— Неправда, — буркнул он, но в его голосе не было раздражения.

Лукас аккуратно распаковал гитару, подключил её к усилителю, а затем, повесив инструмент на плечо, взял комбик и, осторожно переставляя ноги, вернулся к пледу.

— Держи, — он протянул ей гитару и сел напротив.

Мейв взяла инструмент, устроив его у себя на коленях. Затем полезла в карман шорт и достала красный медиатор.

— Так, — Мейв провела им по струнам, проверяя строй. — Предупреждаю, у меня медиатором получается хуже, чем пальцами. Но раз уж они у меня немножко не в рабочем состоянии, придётся потренироваться перед финалом.

Лукас молча кивнул, откинувшись на руки позади себя. Его взгляд скользил по её пальцам, сжимающим медиатор, по гитаре, по её сосредоточенному лицу, которое теперь было слегка раскрасневшимся от алкоголя.

— Что сыграть?

— Что угодно, — пожал он плечами.

Мейв задумалась на секунду, затем улыбнулась и ударила по струнам.

— "Galvoj skamba tiktais minoras

Jausmų neiššifruotas kodas..."

Лукас широко раскрыл глаза, услышав слова и мелодию своей песни. Мейв пела последние строчки почти на безупречном литовском.

— Когда ты... — он не закончил фразу, изумляясь её способностями.

Мейв улыбнулась, не прерывая игры, и пожала плечами.

— "Širdy jau pradingęs noras..." — пропела она, ни на секунду не отводя взгляда от него.

Лукас расплылся в редкой, искренней улыбке. Его слегка хрипловатый голос подхватил знакомые слова:

— "Užtat vasarą man geras oras!"

И оба стали качать головой в такт и хихикать. Лукас похлопывал ладонью по колену в ритм песни, а Мейв, не переставая играть, ловила его взгляд и улыбалась ещё шире — так, что щёки начинали приятно покалывать.

— Как тебе? — облокотилась девушка о гитару и положила подбородок на ладони.

— Понравилось, — наконец сказал он, открывая глаза. — Но дам тебе совет...

Он подвинулся ближе, случайно коснувшись своим коленом её.

— Ты слишком жёстко бьёшь по струнам, — парень мягко взял из её ладони медиатор, приподнял гитару и переложил на свои ноги. — И держи медиатор под другим углом.

Мейв внимательно наблюдала за его руками.

— Вот так, — он провёл медиатором по струнам, извлекая более мягкий, округлый звук.

— Поняла, — прошептала она, стараясь сосредоточиться на игре, а не на том, как близко он сейчас сидит.

Лукас начал наигрывать мелодию их конкурсной песни и тихонько подпевать:

— "Tuščios kalbos tik didina ugnį

Dega namai, jie pradeda griūti..."

Поднял взгляд на завороженную Мейв:

— Знаешь текст? — продолжал наигрывать мелодию он.

Она отрицательно покачала головой.

— Только припев...

Лукас продолжал играть, слегка покачивая головой в такт, а затем внезапно спросил:

— Кстати, хотел спросить насчёт твоей песни. Ты же долгое время занималась к-попом, но поёшь на японском? Ты знаешь несколько языков?

— А, я небольшой полиглот, — застенчиво призналась девушка. — Я знаю немного корейский, японский и английский. И с недавних пор я начала интересоваться литовским.

Ухмыльнувшись, он решил в очередной раз напомнить ей про случай на репетиции:

— Как будет "бараны" на японском?

Мейв обиженно поджала губы, толкнув его в плечо.

— Ай, — издал смешок Лукас, схватившись за плечо.

— Долго будешь припоминать мой позор? — скрестила она руки на груди.

— Такое не забыть, — пожал он плечами и вернулся к своему вопросу. — А почему ты решила написать песню на японском, а не на русском?

Мейв не могла скрыть удивления, глядя на Лукаса. Алкоголь явно развязывал ему язык, ведь обычно молчаливый парень сейчас говорил больше, чем за все их предыдущие встречи вместе взятые.

— Я написала и перевела песню на трёх языках: русский, английский и японский. Вещательная компания прослушала все версии, и именно на японском им понравилось больше всего. Сказали, что стоит поэкспериментировать, потому что сейчас весь мир фанатеет по всему азиатскому. Они хотели кардинально изменить мой стиль: нарастить тёмные волосы и переодеть в школьницу. Напомнили, что в своё время «T.A.T.u» и «Serebro» так и "выстрелили", но Александр настоял на том, чтобы всё оставили, как прежде. Угрожали урезать бюджет — что, впрочем, и произошло, из-за чего я осталась без костюма и помощников. Но я не жалею. Стратегия Александра оказалась более выигрышной, чем прогнозировали спонсоры, и именно он пригласил Марию в нашу команду — его давнюю подругу, которая была всеми руками "за", чтобы стать моим временным визажистом.

Парень внимательно слушал девушку, а затем, доиграв, вернул инструмент ей.

— Вряд ли я сейчас, конечно, всё запомню, но покажешь, как ты играешь начало своей песни?

Мейв согласилась и уверенно исполнила вступительный рифф конкурсной песни, намеренно играя медленно, чтобы Лукас мог разобрать движения и запомнить их. Однако её уверенность постепенно таяла — отсутствие практики игры медиатором давало о себе знать.

— Не люблю медиатором, — фыркнула девушка, наигрывая мелодию снова и снова.

— Ты снова неправильно его держишь, — с доброй улыбкой покачал он головой.

Прежде чем девушка успела что-то ответить, Лукас неожиданно переместился к ней, оказавшись сзади. Его руки оказались по бокам от её лица, а грудь почти касалась её спины.

— Вот так, — его голос прозвучал прямо у её уха, заставив мурашки пробежать по коже.

Парень выхватил медиатор из её пальцев и продемонстрировал более удобный хват:

— Не сжимай его слишком сильно. И бей под углом, вот так...

Правой рукой он схватился за гриф гитары, поставил пальцы на нужные лады и провёл медиатором по металлическим струнам, извлекая чистый, звонкий звук.

Мейв оцепенела, чувствуя, как его дыхание касается её шеи. Алкоголь притуплял чувство стеснения, позволяя ей пристально разглядывать его безупречное лицо, которое находилось буквально в сантиметрах от её плеча. Блики света играли в его тёмных ресницах, подчёркивая голубизну глаз. Головокружительный запах его парфюма, вперемешку с запахом вина, опьяняли сильнее любого алкогольного напитка.

— Запомнила? — он повернул голову, и их взгляды вмиг встретились.

Близко...

Мейв почувствовала, как кровь приливает к щекам.

— Да, — тихо ответила она, хотя в голове вдруг стало пусто.

Лукас на секунду задержал взгляд на её губах, затем резко отстранился, словно обжёгшись.

— Попробуй сама, — он сунул медиатор обратно ей в ладонь и отошёл на безопасное расстояние, усаживаясь напротив.

И зачем я это сделал?

Девушка сделала глубокий вдох и попыталась повторить его движения. На этот раз звук получился чище, а хват не казался таким дискомфортным.

— Лучше? — она подняла на него радостные глаза.

Лукас кивнул, но его взгляд был отстранённым, задумчивым.

— Да. Намного.

Внезапно парень болезненно сморщился. Пальцы впились в висок, слегка сдавливая подушечками.

— Что такое? — Мейв отложила гитару на пол и тут же оказалась рядом, склонив голову набок.

— Голова болит от бессонницы, — прикрыл глаза он.

Её пальцы неожиданно скользнули к его запястью, перехватывая руку.

Откуда столько смелости у меня набралось?

Лукас приоткрыл глаза, в которых мелькнуло удивление от её действий.

Поздно отступать. Успокойся.

Мейв, прочистив горло, объяснила:

— Мария научила меня одному трюку. Головную боль как рукой снимает.

Она начала с мизинца — аккуратно оттянула его на себя, затем круговым движением размяла сустав. Лукас затаил дыхание, чувствуя, как её пальцы осторожно разминают его суставы. В голове пронеслась мысль остановить её, но тело предательски не слушалось — наоборот, расслаблялось под её осторожными прикосновениями. И боль действительно плавно отступала, уступая место тёплому, почти забытому ощущению снизу живота.

Он поднял глаза и невольно задержал взгляд на лице Мейв. Она с сосредоточенным лицом хмурила брови, влажные губы были слегка сжаты в одну линию, а щёки порозовели — то ли от вина, то ли от такой близости.

Снова засмотревшись на её алые губы, Лукас нервно сглотнул слюну, и тут же отдёрнул руку.

— Здесь слишком душно, — усмехнулся он, оттягивая ворот футболки. — Не хочешь пройтись?

Мейв смущённо сжала ладони в кулаки, смотря в пол.

— Да... тут правда душно, — пробормотала она, кивая. — Может, пройдёмся к бассейну? Который внутри отеля.

Парень молча согласился, аккуратно поднимаясь с пледа. Они неслабо пошатывались, когда шагали к двери, и это вызывало у обоих неловкий смех.

Лифт медленно поднимался вверх. Мейв прислонилась к прохладной стенке, наблюдая, как Лукас ритмично постукивает пальцами по поручню.

О чём он сейчас думает?

Как только она отвела задумчивый взгляд, на неё тут же уставился парень:

О чём она сейчас думает?

Двери лифта открылись, выпуская их в пустой коридор. Шаги гулко отдавались по плитке, пока они шли к двери с надписью "Бассейн". Дверь с лёгким скрипом поддалась под рукой парня. Внутри царил полумрак, освещаемый голубоватым светом подводных ламп. Воздух был влажным, пропитанным лёгким запахом хлорки. Они молча сняли обувь, надев одноразовые белые тапочки у входа, и подошли к самому краю бассейна.

— Ты знаешь, — Лукас внезапно заговорил на русском, разбивая неловкую тишину, — что на финале выступят Бэйби Лазанья и Карья?

Мейв замерла, услышав русскую речь и приятную новость из уст парня:

— Правда? — её голос эхом разнёсся по пустому помещению.

Он кивнул, глядя на прозрачную водную гладь, и вернулся к привычному английскому языку:

— Да. Организаторы прекрасно знают, кто у зрителей их любимчики. Впихнули "ностальгический блок" в программу.

— Жаль, что Йоста дисквалифицировали в прошлом году, — расстроенно вздохнула Мейв. — Я отдавала свой голос за него.

— Я тоже, — слабо улыбнулся Лукас и напел: — "Euro-pa-pa".

В очередной раз девушка убеждалась, что между ними немало общего, от чего в груди становилось только теплее.

— "Euro-pa-pa", — подхватила с тёплой улыбкой Мейв.

Её взгляд скользнул к мини-бару и столику в углу, где стояла небольшая колонка со встроенным голосовым помощником.

— Алекса, включи "Joost — Europapa"! — крикнула она, и через секунду на всё помещение заиграла песня представителя Нидерландов.

Лукас без привычной тени стеснения начал подпевать и покачивать головой.

Мейв, продолжая петь, подошла к мини-бару и потянула дверцу на себя. Среди множества бутылок с разноцветными этикетками её взгляд сразу выхватил знакомый узор в виде долек лимона, который на миг вернул её в ту бессонную ночь в репетиционном зале. Она схватилась за стеклянное горлышко бутылки и победно подняла над головой, покачивая её под ритм песни.

Лукас, заметив находку в её руке, вскинул брови и отрицательно покачал головой. Но девушка уже откручивала крышку, радостно пританцовывая. Она сделала большой глоток, тут же скривившись от резкого спиртового привкуса.

— Гадость... — пробормотала она, но всё же протянула бутылку парню.

— Я больше не буду пить эту дрянь, — твёрдо сказал он, отстраняясь.

— Ну ладно, — девушка вернула бутылку обратно и присела на край бассейна, болтая ногами в воде. — Какие алкогольные напитки ты вообще любишь?

Лукас задумался на секунду и ответил:

— Крафтовое пиво.

— Серьёзно? — Мейв скривилась и в ту же секунду расслабленно улыбнулась. — Ладно, я тоже. В Питере куча интересных пабов с вкусным крафтовым пивом. Мне нравится вишнёвое в "Dolphinwolf" на Боровой. О, а ещё там подают вкусный мак-н-чиз. Тебе стоит попробовать!

— Ты живёшь в Питере? — он присел рядом, свесив ноги в воду.

— Сейчас да. До и некоторое время после инцидента — в Москве, — поджала губы она. — А ты? В Вильнюсе?

— Угадала, — издал короткий смешок парень. — Когда буду в Питере, то обязательно зайду в этот "Dolphinwolf".

В голове у Мейв ярко вспыхнула картинка: ночной Питер, мосты, отражение ярких огней города в Неве. Они с Лукасом медленно гуляют по набережной, держа в руках спрятанные в крафтовые пакетики банки пива. Где-то вдали играет живая музыка, а они смеются над какой-то глупой шуткой из интернета.

Это не последняя наша встреча, — мысленно пообещала она себе.

Но тут же в голову полезли противные навязчивые мысли: после шоу их пути почти наверняка разойдутся. Разные страны, графики, жизни...

Мейв резко встряхнула головой, словно отгоняя назойливых мух.

— Алекса, включи "SUNMI - Tail"! — крикнула она.

Это была та песня из её прошлого, под которую когда-то они с командой танцевали в центре Москвы. Поначалу она застенчиво покачивала головой, сидя на краю бассейна. Но когда песня приближалась к припеву, тело будто вспомнило всё и требовало пуститься в пляс. Мейв вскочила на ноги и смело начала танцевать. Каждое движение было отточено практически до идеала: взмах рукой, поворот бедра, резкий наклон головы. Она танцевала, будто снова была на многолюдной Никольской улице, только теперь перед ней был не толпа зрителей, а один заворожённый Лукас.

— "Make it right Till I die, baby

Aww aww aww", — громко подпевала она, танцуя перед парнем.

Щёки Лукаса вспыхивали алым, когда Мейв, забыв обо всём на свете, отдавалась танцу. Её движения были страстными, на тонкой грани чистого разврата. Она выгнула спину, запрокинув голову, и алые пряди волн разлетелись в стороны, как языки пламени.

Не прекращая танца, девушка сделала шаг назад к столику, намереваясь схватить пластмассовый стул в качестве реквизита. Но её нога предательски соскользнула с мокрой плитки, и она c коротким "ой" полетела в воду.

— Мейв!

Лукас вскочил, когда её тело с глухим всплеском исчезло под водой. Прошло пять секунд. Десять. Из воды вынырнула Мейв с визгами:

— Помоги мне! — прокричала она, а после снова исчезла под водой.

Он, не раздумывая, нырнул за ней, обхватив её талию под водой. Но как только они всплыли, его лицо исказилось в недоумении — вода едва доходила ему до груди. Мейв звонко рассмеялась ему в лицо, обрызгивая его водой. Её макияж расплылся, оставив чёрные подтёки под глазами, а красные волосы прилипли к щекам.

— Блять, очень смешно, Мейв, — пробормотал Лукас, но едва сдерживаемая им улыбка выдавала его с потрохами, что его самого позабавил её розыгрыш.

Он вытер лицо ладонями, зачёсывая мокрые пряди крашеных волос назад. Футболка, прилипшая к стройному телу, отчётливо обрисовывала рельеф его слегка подкачанной груди. Мейв бесстыдно разглядывала его мокрое лицо и обтянутое мокрой тканью тело. Капли воды стекали по его лбу, цепляясь за длинные мокрые ресницы, а его влажные губы, приоткрытые от учащённого дыхания, казались невероятно мягкими, притягательными...

— Хочу поцеловать тебя, — вырвалось у неё прежде, чем мозг успел проанализировать сказанное.

Она в тот же миг прикрыла рот ладонью, чувствуя, как кровь приливает к лицу.

— Так вперёд, — внезапно ответил Лукас.