Глава 3

Незнакомец наклонился к уху Боны, а от его горячего дыхания у неё вдруг волнение расплылось по телу. Она ждала, что он ей скажет.

— Почему не можешь танцевать так же со мной?

Знакомый голос заставил девушку открыть глаза. Она смотрела на подругу, которая уже не танцевала, только с недоумением смотрела на неё, открыв рот.

— Почему именно со мной ты так зажата? — снова раздался голос с хрипотцой у уха.

Бона резко обернулась в объятиях незнакомца, но им оказался Чимин, который всегда казался ей неприступным и эгоистичным. По его лицу скакали блики софитов, только блеск глаз, наполненных куражом, свидетельствовал о том, что он ждал ответа. Бона почувствовала, как её сердцебиение ускорилось, а мысли заплутали в глухом лесу эмоций.

— Я просто...

Она хотела оттолкнуть его, но Чимин притянул её к себе ближе. Его уверенная улыбка и уверенность в себе вызывали у неё одновременно отвращение и какую-то неопределённую симпатию.

— Просто что? — перебил он её, — просто не позволяешь себе быть такой раскрепощённой со мной?

— Я... не знаю, — еле слышно произнесла она, стараясь отвести взгляд, но Чимин наклонился ближе.

— Не знаешь или не хочешь? — спросил он, его голос стал чуть грубее, но в нём всё ещё слышалась игривость.

Бона глубоко вздохнула, пытаясь подавить ответ, который пытался вырваться наружу, но слова застряли в горле. В голове проносились мысли, мешая сосредоточиться на его вопросе.

— Я просто выпила лишнего и расслабилась... — промямлила она, чувствуя, как её голос дрожал.

Чимин не отступал, его взгляд, казалось, проникал прямо в её душу. Его руки, тёплые и крепкие, продолжали держать, не давая отстраниться.

— Ты боишься? — проговорил он, его губы почти касались её уха, — боишься, что если отпустишь себя, то больше не сможешь контролировать?

Бона закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями. Его слова, как острые стрелы, пробивали её защиту.

— Я не боюсь, — наконец выдохнула она, открывая глаза.

Девушка чувствовала, как её тело начинало подчиняться его ритму, хотя разум всё ещё сопротивлялся. Его рука скользнула по её спине, заставляя вздрогнуть, а дыхание вдруг стало прерывистым.

— Может, ты боишься меня? — задал он очередной вопрос.

— Нет, — выдохнула она.

— Тогда почему так напряжена? — парень слегка отстранился, чтобы посмотреть ей в глаза, и в его взгляде читалось что-то, чего она раньше не замечала, — с тем типом ты танцевала раскрепощённо.

Бона попыталась найти ответ, но слова снова не подчинялись ей. Чимин улыбнулся, словно понимая её замешательство, и снова притянул её к себе.

— Расслабься, — произнёс он.

И в этот момент она почувствовала, как что-то внутри неё сдаётся. Её тело начало двигаться в такт его движениям, а сердце билось в унисон с музыкой. Она закрыла глаза, позволив себе на мгновение забыть обо всём, кроме его присутствия. Улыбка на лице Чимина стала ещё шире.

Сейчас её ненависть, казавшаяся такой давящей, будто растворилась в воздухе. Она ощутила, как руки его крепче обняли её, и мир вокруг постепенно размывался, оставляя только их двоих и музыку, которая вибрировала в воздухе.

Бона открыла глаза, почувствовала, как в его объятиях волны тепла окутывали её. Каждое его движение будто распутывало невидимые узлы, сковывавшие её тело и душу. Люди на танцполе вдруг расступились, образовывая вокруг них круг. Все с любопытством наблюдали за их танцем и взаимодействием.

— Видишь? — проговорил Чимин, его лицо приблизилось к ней, и в его глазах читалось наслаждение, — ты уже начала раскрываться и со мной.

Теперь она не просто чувствовала его тело — она ощущала его энергию, его магнетизм, и вдруг все сомнения растворились, как утренний туман.

— Это... удивительно, — ответила Бона.

Каждый шаг, каждое движение под его руководством заставляло её чувствовать себя живой. Чимин, словно прочитав её мысли, ещё крепче сжал её в объятиях, и они начали вращаться, окутанные не только музыкой, но и взаимным притяжением, которое с каждой секундой становилось всё сильнее.

Когда музыка сменилась на другую, более ритмичную, пара остановилась и ещё некоторое время смотрела друг на друга.

— Не думай, что я буду закрывать глаза на твои ошибки, — Чимин всё же решил напомнить, кто главный в танце.

— Иди к чёрту... — Бона бросила на него едва сдерживаемый смешок, желая выбраться из его объятий, но парень не разрешил, сильнее прижал к себе, — я не собираюсь позволять тебе диктовать мне правила, — ответила девушка, встречая его взгляд с уверенностью.

Чимин приподнял одну бровь, его улыбка стала более игривой.

— А кто, если не я? — спросил он.

— Я сама решу, как танцевать и какие эмоции показывать, — ответила девушка, вытаскивая себя из его объятий, — не думай, что всё изменится с этого момента.

Внутри неё бурлили эмоции, а свежая волна адреналина пронизывала каждую клеточку тела. Она не была готова отступать, даже перед взглядом, который мог бы растопить лёд.

— Ты уверена в своих словах? — произнёс он, а его голос стал более серьёзным.

Между ними снова возникло электрическое напряжение, которое ни один из них не имел намерения разорвать.

— Уверена! — выпалила Бона, словно охваченная внутренним огнём.

Чимин, почувствовав её уверенность, только усмехнулся. В его глазах горел азарт, словно он искал возможности бросить ей новый вызов. Девушка ощутила, как внутренние противоречия начали размываться. Она не была готова сдаваться, но кровь стучала в висках, подкидывая её в бесконечный водоворот чувств.

Парень лишь надменно улыбнулся и, развернувшись, скрылся в толпе танцующих.

— А говоришь, что не будешь показывать эмоции, которые не испытываешь, — к Боне подошла подруга.

— Помолчи, Сонён, — огрызнулась девушка.

***

На следующий день Бона зашла в репетиционный зал, где другие студенты уже вовсю готовились к танцам. У музыкальной аппаратуры стоял Чимин и их тренер. Они о чём-то беседовали, но парень загадочно косился на Бону.

Она сделала глубокий вдох, пытаясь подавить волнение, с которым столкнулась накануне. Девушка знала, что это будет непросто — сосредоточиться на танце, когда мысли о Чимине всю ночь вторгались в её сознание.

Бона попыталась отвернуться от его взгляда, но что-то внутри неё всё же заставляло возвращаться к нему снова и снова. Чимин заметил её замешательство, поэтому подошёл к ней.

— Готова слушать мои указания? — спросил он властным голосом.

— Я не позволю тебе управлять моими движениями, — ответила та с вызовом, складывая руки на груди.

В зале царила атмосфера ожидания, каждый из присутствующих чувствовал очередной накал страстей. Чимин наклонился к ней так, что расстояние между ними сократилось, и Бона не могла не заметить, как его дыхание стало глубоким и ровным.

— Будешь сама нормально танцевать или тебя напоить? — прошептал он, намекая на вчерашний инцидент.

В эти слова парень вложил вызов, который Бона не могла проигнорировать.

— Нет желания показывать эмоции, которые я не испытываю, но придётся это сделать, — она сделала шаг назад, разрывая их близость, — всё ради победы!

Мелодия заполнила пространство, и с первых нот Бона вдохнула в себя уверенность. Каждое движение, каждое прикосновение к полу – всё должно быть идеально. Чимин занял свою позицию рядом, и они начали танцевать. Глядя друг на друга, они понимали, что это не просто тренировка — это битва, где оба не собирались сдаваться.

Каждый шаг становился всё более напряжённым, как будто в воздухе витала энергия, готовая разразиться. Бона сосредоточилась на ритме, стараясь игнорировать сердцебиение, которое напоминало ей о Чимине. Его присутствие было одновременно волнующим и подавляющим. Каждый их жест говорил о соперничестве, о желании перехитрить друг друга.

Чимин, будто чувствуя её внутреннюю борьбу, начал проявлять свою харизму, добавляя в танец элементы импровизации, поэтому Бона начала ошибаться. Внутри девушки всё кипело от противоречивых чувств. Каждый раз, когда их взгляды встречались, искры пробегали между ними, подчёркивая напряжение.

— Ты отвлекаешься! Сосредоточься на па! — воскликнул Чимин, замечая её ошибки.

— Какого чёрта ты меняешь движения? — парировала та, не желая слушать его высказывания, — я тебе экстрасенс что ли, чтобы знать, куда ты повернёшься при следующем шаге?

Студенты вокруг них внимательно наблюдали, предвкушая ещё один спектакль, который разворачивался на их глазах.

— Стоп! — крикнул тренер, прервав их начинающуюся перепалку, — своими спорами вы отвлекаете остальных. Попрошу вас покинуть этот зал и пойти репетировать в малый, — он указал им на выход, — я скоро подойду к вам.

Бона с Чимином недовольно переглянулись, мысленно виня друг друга в том, что их выгнали из общего зала. Протестовать и спорить с хореографом не стали, поэтому молча пошли в малый зал.

В помещении громко играла музыка. Бона, всё ещё напряжённая, решила сосредоточиться на танце, но парень постоянно сбивал ритм, словно надеялся заставить её сдаться.

Наконец, она не выдержала:

— Зачем ты так делаешь? — спросила она, глядя ему в глаза, — ты же мешаешь мне.

Пак ничего не ответил, потянул её за собой, и их танец, полный напряжения, продолжался дальше.

Под ритмы музыки их тела сближались, и внезапно, когда они выполняли последний медленный аккорд, Бона притянула парня к себе на мгновение дольше, чем необходимо по хореографии. Чимин наклонился ближе, их губы почти соприкоснулись, и девушка ощутила, как её дыхание волнительно сбилось.

В этот момент время словно замерло, музыки практически не было слышно, а напряжение между ними достигло пика. Волнение пробежалось по девичьему телу, и Бона внезапно осознала всю близость между ними.

Тренер наблюдал за ними из-за двери, у него появилась надежда: возможно, из ненависти вырастет то, что он так долго искал — истинная страсть.

В танце, как в жизни, иногда нужно пройти через огонь, чтобы увидеть свет.