Часть 7.

    Запах смертельного опустошения витал в воздухе. Вязкость от страшного голода навалилась, как лавина тяжелого колючего снега с гор. Атмосфера напоминала последствия войны: боль, тоска, горечь, негодование, отрешение. Противные, ноющие чувства скатывались в клубок, острыми шипами дырявя плоть и душу. Хотелось выть, если бы только нашлись силы.

Это походило на постприход употребления наркотиков, когда последствия сказывались одно за другим, всем спектром. Гарри было плохо. Он лежал, едва сдерживая стоны, стараясь не двигаться, лишь смотрел немигающим взглядом в темноту. Во рту был откровенно мерзкий привкус, хотелось пить. В ушах стоял шум подземных вод, отчего от виска к виску разливалась нестерпимая боль, казалось, лучше разбить голову о стену, дабы прекратить это. Этап инкубации прошел хорошо, но принес за собой много неприятностей, которых сию секунду хотелось бы избежать или сразу сдохнуть, чтобы не страдать.

Мальчишка пролежал так достаточно долго, по крайне мере, ощущать себя в этом мире он стал ближе к полуночи, когда пробивавшийся сквозь щели ветер приносил прохладу. На улице лил дождь, вот-вот намечалась гроза. Ясность в голове проявлялась медленно, поэтому магия едва ли поддавалась контролю. Гарри чувствовал себя не человеком, а неким куском массы, которая требовала подпитки. Как высохшая до затвердения губка, что жаждала хоть капли воды.

Гранитовые когти заскрежетали по каменистой поверхности, цепляясь за выступы и вываливая тело из гнезда на холодную землю. Уже было лучше. Спина оказалась влажной: по запаху не от пота и даже не от воды — от крови, собственной крови. Вот почему был смысл впадать в столь долгую спячку: деформации под специфическим наркозом давались легче. Больше такого не будет. Гарри больше не уснет, теперь он не остановится, пока не высосет жизнь из всего, что только попадется ему на пути. Безумная жажда смерти, которая заставляла двигаться дальше, ползти, пробираться к самым дверям, которые, кажется, успели заржаветь под густым слоем растекшейся слизи. Нужно лишь немного крови. Совсем чуть-чуть.

Человеческая часть разума отключилась полностью, зато звериная предвкушала, облизывая чешущиеся клыки. За спиной свисали два тонких жилистых крыла, пока еще слишком маленьких. Уродливая сущность выбиралась наружу все больше с каждой минутой. У безграничной силы, магии и власти была крайне неприятная сторона: внешность существа была настолько отвратная, что вызывала немедленную тошноту. Однако это было не то же самое, если сравнивать с Темным Лордом: тот сделал себя сам, Гарри же родился таким. Кожа в некоторых местах была обуглена, что приносило неудобства, пока приходилось волочить свою тушу по острым камням. Когда, наконец, удалось добраться до злосчастных дверей, зверь зацепился когтями за дерево, оставляя на нем корявые борозды и подтягиваясь выше, дабы прислониться щекой к жесткой поверхности и замереть, вслушиваясь.

— Иди ко мне… — хриплый шепот вырвался из горла, заставляя Поттера облизать губы да сделать более глубокий вдох. Он повторил немного громче, носом прижавшись к щели меж дверей, — Иди ко мне…

На этот раз слова вырвались ниточкой пурпурного дыма, проскальзывая по ту сторону и извиваясь. Шипящей змеей дым скользнул по стенам ниже на пол, огибая плиты мрамора в местах их соединения. Он крался в ночи к теплу и свежей крови, чтобы, как искусный охотник, завладеть своей жертвой и отравить ее. Сильная магия манила его, привлекала к себе, что невозможно было устоять. Гарри каждой клеточкой своего тела желал его всего, такого сильного, жестокого и, несомненно, темного… Рудольфуса Лестрейнджа, что имел неосторожность именно сегодня остаться в доме четы Малфой. Он сегодня принес весть: завтра утром возвращается Повелитель, будут хорошие новости, очень хорошие новости. Поттер тоже с нетерпением ждет Темнейшества, он послушает его догадки о своей личности, но все это потом, сейчас ужасно хочется есть…

Особый дурман, который создала магия мальчишки, он впитывался в кожу, щекотал ноздри и вонзался едким ароматом в самый мозг, отключая инстинкт самосохранения. Это можно было сравнить со сном, когда тело не подчиняется тебе, ощущения тонут в вакууме, все кажется ненастоящим, но ты подчиняешься, ведомый кукловодом.

— Скорее… — чем ближе подходил маг, тем сильнее разгоралось желание внутри Гарри вонзить в него зубы, разодрать на клочки плоть и глотнуть крови. Желание вызывало боль. Приятную боль. Нетерпение давало о себе знать, вырываясь из горла мурлыкающими хрипами. — Открой дверь… иди ко мне…

Лестрейндж был уже здесь, отчего Поттер жалостливо скулил, скребясь кошкой и изнывая. Как же хотелось сломать эту проклятую дверь, разорвать чертовски аппетитного Пожирателя, пока он не понимает, что происходит, думая, что лишь спит. Осталось еще немного, пусть только откроет дверь, сейчас же!

Звуки слетающих защитных заклинаний ласкали слух. Рудольфус, монотонно взмахивая палочкой, что-то шептал себе под нос. Мальчишка весь подобрался, когда чужая рука схватилась за ручку, потянув ее на себя. Еще секунда, и во мрак попадает свет от освещенного луной коридора мэнора.

— Хороший мальчик, иди сюда… — почти что нежно шепча, Гарри тянется рукой, хватая мужчину за рукав, сжимая когтистые пальцы и нетерпеливо подтягивая его ближе, дабы затащить в свою тьму. Здесь холодно и сыро, здесь запах смерти.

Дверь захлопывается следом с характерным громким звуком, который прозвучал гонгом в затаившемся в тиши доме. Люциус с Нарциссой просыпаются мгновенно, не сразу понимают, что случилось, однако истошный крик из подземелий заставляет исчезнуть любые остатки сна. Уже слишком поздно.

Гарри наслаждается. Он не убивает жертву сразу, оставляя ее в живых, но заставляет плавиться в агонии, кость за костью ломая ребра и вгрызаясь в шею зубами, измазываясь в крови и урча от невообразимого экстаза, который накрывает с головой. Это невероятно-потрясающее чувство, которое ни с чем нельзя сравнить. Жизнь горячая — она течет по венам, она переплетается с магией и дает силу, от которой можно сойти с ума. Юношеское тело должно расти, оно успело окрепнуть за месяцы инкубации, теперь оно требует большего. Разрывая грудную клетку и с головой ныряя в месиво из органов и мяса, Гарри вырывает сердце. Оно как шарик, наполненный жидкостью: надкусываешь, выдавливаешь, упиваешься. Свежее мясо на вкус прекрасно. Вырванным позвоночником позже можно будет воспользоваться как зубочисткой. Печень и почки с легким привкусом алкоголя. Крови столько, что существо лакает ее, будто молоко матери. Вырванные глаза, трахея с языком, кишки и мозг. Гарри так голоден, что не может более позволить себе играть с едой, он проглатывает её полностью, оставляя на память кое-какие сувениры. О, новая масочка в коллекцию. Как мило.

— Мерлин, он убил Лестрейнджа…

Последнее, что видит Поттер, это напуганные лица хозяев дома. Он улыбается им окровавленной улыбкой, мило махая рукой. Очаровательная пара, что сказать, и пахнет от них чем-то приятным, кажется, даже Снейп имел тот мимолетный запах. Узнать бы, что это такое было.

— Я бы хотел… — но не успевает мальчишка, пребывая в еще слегка голодном, но уже осмысленном состоянии что-то сказать, как дверь резко захлопывается, по ту сторону слышатся заклинания, затем топот, гневные крики, — поговорить…

— Что ж, тогда позже, — размазывая по лицу кровь и слизывая с пальцев, он поднимается, хрустя собственными костями, и довольно ухмыляется, вдыхая полной грудью. Вот, теперь можно жить.

* * *

Наверху царил полный кавардак, товарищи темные опять кого-то вызывали, шумели, разводили непонятно что, в общем, ждали прибытия Лорда. До утра оставалось несколько часов. Слава Богам, у Гарри перестала гудеть голова, иначе бы он просто кому-то языки повырывал, а так, сейчас его больше заботил внешний вид. Кстати, об этом: целый год в одной рубашке и штанах, ну не комильфо совсем. Конечно, магия все приводит в порядок, поэтому следов крови не остается, но об уюте думать надо. Поттер знал, что к нему сегодня еще придут, а пока, повесив новый трофей на стену, засучил рукава и прислушался: если найти правильное место и создать искусственный бассейн, то можно обеспечить себе приятные водные процедуры, а еще и бонус в виде водопада. Силы прибавилось, значит как лопатой можно воспользоваться когтями.

Смысл в том, чтобы не чисто магией себе удобства сооружать, а делать все лично руками — толку больше. Так Хозяин лучше сливается с гнездом, местом, в котором живет. Дом должен ощущать опеку, взамен давая защиту. В конце этого коридора есть поворот, ведущий в тупик — идеальное место, да и жилы истоков проходят прямо под землей. Выше можно проделать дыру и магией переправить другие потоки через нее, получится водопад. Конечно, такая вода ужасно холодная, но и эта проблема решается. Рядом можно заставить что-нибудь расти, накопать зелени и семян, что пробиваются в темных углах, перенести сюда, получится миленький оазис, а если украсить еще стены флуоресцентными грибами… да, да, Поттер уже понял, что он чертов романтик и будет прекрасным Хозяином своего скромного жилища.

Пока Пожиратели там разбираются, что им дальше делать, брюнет времени не теряет. Работа будет муторной и долгой, поэтому придется набраться терпения. Выпустив наружу своего внутреннего зверя, Гарри, полностью контролируя его, начинает копать.

* * *

 — Черт, — шумно выдыхая и проводя ладонью по лицу, Северус остановился пальцами на переносице, нервно сжимая ее. — Кто угодно из этих идиотов мог быть, но только не Лестрейндж, — добавляя уже тише, он убрал руку от лица, взглянув на бледную Нарциссу, которая от того «чудного» зрелища теперь отпивалась валерьянкой. — Когда Лорд прибудет, спустит с нас шкуры. Беллатриса еще не знает?

— Север, нам не до нее, — залпом выпивая бокал огневиски и пытаясь успокоиться, Люциус поднялся с места, принимаясь расхаживать из угла в угол, ибо сидеть уже не мог.— Как он вообще к нему попал? Взлома не было, он что, просто взял и сам пришел к Поттеру?!

— На полу следы пурпурной пыли: дурман, приманка — называй как хочешь, — пожимая плечами, Снейп крепко задумался. — Действует как «Империо», но человек думает, что спит. Нам больше ждать нельзя, если вы помните, что я вам поведал из разговора с Дамблдором, то Поттер единственный, кто может внести хоть какую-то ясность. Он не безмозглое животное, он что-то знает, прекрасно знает! Дурит нам головы, гаденыш, надеясь, что всех пережрет!

Северус не часто срывался, однако, когда это случалось, эффект был действенным. Миссис Малфой даже перестала пить успокоительное, отставляя стакан на край журнального столика.

— Когда мы там были сегодня, он что-то сказал, — массируя пальцами виски и привлекая к себе внимание мужчин, женщина поднялась из кресла, складывая руки на груди.— Если это мне не причудилось и я не ослышалась, он произнес что-то вроде «я хотел бы». Может, он хотел нам что-то сказать? Он спал столько времени, раз проснулся, значит, теперь что-то обязательно случится. Если ничего не предпринять, убийства Пожирателей продолжатся.

Северус с Люциусом переглянулись. Нарциссе стоило это раньше озвучить, но теперь у них есть хоть какая-то почва для размышления. До прибытия Лорда остается немного времени, может, у них троих есть шанс хоть что-то предпринять. Впрочем, кажется, судьба действительно оказалась в этот раз на стороне «несчастных», правда вещала она голосом Поттера из глубин подземелий.

— Я знаю, что вы меня слышите, — пауза. — У меня есть к вам предложение. Через несколько минут я жду у себя Хозяйку дома, одну и без палочки. Клянусь, что не причиню Миссис Малфой вреда, магия не позволит мне нарушить обещание. Взамен обещаю ответить на некоторые ваши вопросы. Время для раздумий пошло.

После этого все стихло, словно ничего и не было. Внезапное предложение мальчишки всех, мягко говоря, ошарашило. Оба мужчины бросили обеспокоенные взгляды на совсем побледневшую Нарциссу, которая, хватаясь за сердце, безвольно упала назад в кресло, сглатывая ком страха. На ее лице так и читалось: «почему именно я?!»

— Это шанс, — первым отойдя и высказавшись, Северус заранее помрачнел, ибо знал, что сейчас начнется. — Он клялся ее не трогать. Он прав, магия не позволит даже приблизиться к ней.

— Ну, это уже чересчур! — вспыхивая, как фитиль на свечке, Люциус побагровел, гневно стукая тростью по мраморному полу.— Не хватало еще, чтобы моя жена пострадала от этого монстра! Я согласился держать Поттера здесь, но это уже слишком!

Звук эхом разносился по пустым комнатам, заставляя стены безмолвно содрогнуться.

— Теперь он еще и правила нам диктовать будет?! Нас, в конце концов, больше! Мы взрослые люди, которые через многое прошли, не должны играть в поддавки с каким-то сопляком!

— Люциус, успокойся, он же поклялся. Если мы ничего не предпримем, Темный Лорд нас будет пытать, пока ты не взмолишь у него о пощаде.

 — Нарцисса. Туда. Не. Пойдет! Я все сказал!

— Я пойду, — тихое слово женщины прозвучало громче любых высказываний. Сама она была бледнее смерти, но преисполнена решимости. — Если ты забыл, то у нас есть еще сын, а его обрекать на мучительную жизнь я не хочу. Мы немедленно направляемся в подземелья, я войду одна и без палочки.

* * *

Поттер терпеливо ждал, выкопав уже полметра глубины. Он услышал шаги, а потому, попросив магию привести его в должный вид перед встречей с дамой, направился к своему гнезду, решив быть там. Так будет убедительнее для Нарциссы, она должна ощущать, что ей ничего не грозит.

Когда женщина прошла внутрь, Гарри прищурил глаза, вглядываясь в полумрак и принюхиваясь. Та действительно была одна и без палочки. Что ж, он ведь обещал, тем более, у него всего лишь одна просьба.

Нарцисса не стала подходить совсем близко, остановившись на расстоянии двадцати метров от гнезда, на краю которого сидел юноша, весело болтая ногами да сцепив руки в замок. Парень чувствовал, как гостье страшно, ибо ужас от увиденного еще долго не будет сходить, являясь в кошмарах.

— Если осмелитесь подойти ко мне и подать свою руку, Миссис Малфой, я избавлю Вас от страха. Будете впредь спать спокойно, — он произнес это спокойно и доброжелательно, но, не заметив через какое-то время отклика, лишь мило улыбнулся. — Как пожелаете. У меня к Вам будет просьба. Мне нужны новые вещи: рубашки да штаны, большего не прошу. Хотя от домашних тапочек не откажусь, увы, не имею привычки ходить по магазинам, уж простите. Прошу в следующий раз прийти и оставить их на лестнице. Моя нынешняя одежда уже никуда не годится, — он слегка кивнул, скрещивая лодыжки.— Это все, я Вас отпускаю. Если кто-то захочет узнать у меня ответы на вопросы, могут не стесняться, это моя часть договора.

Нарциссе больших трудов стоило не развернуться резко и не бежать отсюда куда подальше. Ноги были просто ватными, по спине стекал липкий пот. Женщина боялась поворачиваться, но Поттер даже не двинулся, просидев так до тех пор, пока волшебница не скрылась за дверьми. Далее парень уже думал идти заниматься своими хозяйскими делами, когда, будто гусар в бордель, внутрь ворвался Северус, видимо, осмелевший оттого, что Пожирательницу не тронули. Гарри даже невольно широко разулыбался, потягиваясь и спрыгивая вниз. Намечается очень интересная беседа, ведь оппонент такой темпераментный, ах, даже есть его не хочется.

— Не стоило так лететь, я ведь держу свое слово, — елейно пропев, брюнет чувствовал, что настроение его заметно улучшается. — Сыграем в игру? Дайте угадаю: вопрос за тысячу галеонов — кто ты такой? Нет, на такие не отвечаю, будьте более оригинальны. Я же знаю, за то время, что спал, вы успели что-то узнать? Если нет, то я даже посочувствую. Вопрос лишь в том, в каком направлении вы искали, может, случайная идея? Озвучьте.

Снейп откровенно оторопел от такой дерзости, желая запустить в мальчишку какое-нибудь премерзкое заклинание, но сдержался. Потом сам Волан-де-Морт лично в него запустит «Круциатус», так что выбирать не приходится.

— Что насчет событий сорок пятого года? — держа палочку все же наготове, зельевар внимательно следил за движениями брюнета, который расхаживал туда-сюда по гнезду, сцепив руки за спиной.

— О, поздравляю, вы не такие идиоты, все же правильно решили, где искать, но это лишь верхушка айсберга, без более глубокого рытья ничего не добьетесь, — тот притворно вздохнул, останавливаясь и бросая взгляд в сторону. — Сорок пятый год: окончание войны с Геллертом Грин-де-Вальдом, да, тогда было действительно тяжелое время, царил хаос и разруха. Я все прекрасно помню, — блеснув хитрыми искрами в глазах, Гарри тут же, дабы не дать задать следующий вопрос, сменил тему. — Кстати, профессор, что вы думаете насчет религии «Буддизма»? Если никогда не интересовались, советую почитать на досуге, занятная вещь, — ухмыляется.

— Причем тут это? — Северус был на секунду сбит столку, но затем быстро оправился, насторожившись.

— Да так, ни причем, — беспечно пожимая плечами, Гарри вздохнул, словно разочаровался в профессоре, который именно сейчас должен цепляться за эти подсказки, а не отмахиваться от них. Беда, беда. — Не ходите вокруг да около, вы подозреваете, что я как-то связан с Грин-де-Вальдом?

— Не исключено, но мы подумали, что столь масштабная война может быть прикрытием для другой войны, — зельевар заметил заинтересованность брюнета, ибо тот внимательно слушал. — Например, Вторая Мировая России и Германии. За эти несколько месяцев нам пришлось поднять все, что было известно о том времени, но…

— Но вы были так близки к цели, однако, врезались в тупик? — насмешливо хмыкая, Поттер качнул головой, развернувшись спиной к своему собеседнику, а после, как в лучших фильмах про вампиров, проделал трюк с захождением на стену, доходя так до потолка, а потом ловко спрыгивая вниз и оборачиваясь. — Как жаль, что я пока не могу залезть в вашу голову, тогда бы точно знал, что именно вы нашли…

— Откуда мне знать, что ты сейчас не врешь, Поттер? — вскидывая бровь и скептически хмыкая на этот «невпечатляющий фокус», Снейп крепче сжал палочку, что не укрылось от довольного, как кот, Гарри, который деловито сложил руки на груди.

— Потому что я, возможно, знаю, в чем причина вашего «тупика», — он игриво заулыбался. — Вторая Мировая война. Вы решили зацепиться за идею, откуда с обеих сторон шли такие силы, особенно заинтересовал Гитлер, ведь методы у него были крайне извращенные, я прав? Что-то там было не так с немецкой стороны, но вы зря проигнорировали русских, впрочем, ладно, я внесу ясности. Может, Адольф что-то скрывал? Такая магия, агрессия, почти удачный захват полной власти, цель на Мир. Да, вы были правы, немцы действительно скрывали страшное оружие у себя, но вы ошиблись лишь в одном.

— В чем же?

— Это был не Гитлер.

* * *

А тем временем наверху прибыл в поместье Темный Лорд, и воодушевления у него было даже больше, чем при использовании любимых пыток:

— Я знаю, кто такой Поттер…