Глава 7

Заглянув в уголок святой души,сможешь силу ты познать.И повернётся время вспять,предсказание поменяв.

Не страшись самой себя.Не бойся силу применять.Лишь вкусив ее поток,Сможешь грешника понять.

Рейчел

Книжные лабиринты, казалось, тянулись бесконечно. Меня настигло разочарование, когда стало понятно, что почти все произведения носили религиозный подтекст. К моему несчастью, для книг, что подходили к моему предпочитаемому стилю литературы, была выделена наполовину пустая полка в самом дальнем конце библиотеки внизу шкафа. Численность произведений можно было пересчитать по пальцам руки, но это лучше, чем совсем ничего. Габриэль заметил мое легкое разочарование и посоветовал не ограничиваться одним жанром, ведь существовало такое количество трудов, где их несколько могут сочетаться друг с другом, как бы тесно переплетаться. Тут я поняла, что он такой же любитель чтения, как и я. На эту тему лично моя персона могла говорить с утра до вечера без остановки, это чем-то напоминало мою страсть к живописи. Мои руки так скучали по главному инструменту художника, хотелось вновь ощутить приятную тяжесть кисти, делая мазки по холсту. Мне нравилось, что с братом Дженн можно было обсудить любое направление в области чтения. Даже шуточные споры вызывали бурю приятных эмоций, которых я так давно не испытывала. Выяснилось, что у Габриэля нет определенного любимого жанра книг, к которому он бы придерживался, поэтому парень и посоветовал попробовать что-нибудь другое.

Нахлынули забытые воспоминания, когда мы троицей лежали в своих постелях, будучи детьми, и слушали монотонное чтение бабушки Морганы. Она не читала нам обычные сказки, сочтя нужным рассказывать нам что-нибудь полезное, что пригодиться в жизни. Габриэль шутил на этот счет, припоминая, как Моргана зачитывала  описание лекарственных растений, и как их отделить от вредоносных. Шутки шутками, но это было довольно познавательно. Пока мы нарезали круги в библиотеке для видимости, припомнили, как в детстве делали вид, что уснули, пока Моргана поцеловала каждого в лоб и уходила спать. А мы на цыпочках шли в кровать к Дженн. Подруга зажигала свечу и открывала свои запасы сказок. Шепотом каждый из нашей троицы  по очереди зачитывал отрывки произведений, которые было трудно достать даже на торговой площади Сан-Шато. Бывало и так, что мы читали по репликам и кривляли друг друга. И если кто-то из нас заливался хохотом, то Моргана стучала по смежной стене и ворчала, что пора засыпать. Она не ругалась, прекрасно понимая, что компания из троих непосед не уснет, пока не обсудит все тонкости сюжета сказки. Временами приходилось даже перечитывать одну и ту же книжку, так как не было возможности обзавестись новой. Под кроватью Дженн совместными усилиями, таким образом, образовалась целая домашняя коллекция сказок. Правда потом после ухода брата она сожгла их все на заднем дворе домика Морганы. Но ему это знать не обязательно...

С Габриэлем было легко говорить, чувствовалась родственная душа на моральном уровне, которая могла понимать внутренние переживания. Я не заметила, как мы отошли от темы книжных жанров и детских воспоминаний  к увлечениям и талантам. Страж выпытал у меня, что я до сих пор занимаюсь и увлекаюсь живописью. Я рассказала ему все свои приключения и щепетильные ситуации касаемо моих клиентов, на что он заливался смехом и поднимал своими репликами уровень моего хохота. Поведывав ему про лавку торговца тканями, Габриэль несколько раз опирался на книжный шкаф, прикрывая рот своей ладонью, но даже так можно было увидеть красивую улыбку парня. Последний и неоконченный заказ для торговца тканями стал точкой и крахом в моей карьере и репутации художника. Ведь я исчезла с эскизом для всех жителей Сан-Шато. Наверно, жители подумали, что мы пропали у туннеля как очередные жертвы, которые ослушались предостережений святых. И они будут правы!

Потом поделилась со Стражем своими догадками и предположениями, что Хенк мог обойти всю деревушку Сан-Шато в негодовании, что его облапошили, так как тот заплатил аванс. Ну, если посмотреть на ситуацию с объективной стороны, то я была не виновата в том, что меня помимо воли буквально похитили в окрестностях туннеля без шанса вернуться обратно. Поэтому это его проблемы, нечего было выпендриваться и строить из  себя знатока цветовой палитры. Ему как простому дилетанту было далеко до моих познаний в этой области.

По двадцатому кругу наш пара Стража и святой обошла все окрестности библиотеки. Габриэль посоветовал и вручил книгу, сюжет которой заключался в приключениях странствующего актера, видевшего все тяготы жизни разных слоев общества. Новое напоминание о литературном труде вновь затянуло нас в поток дискуссии и обсуждений. Стоило отметить, этот парень мог и знал, как заинтересовать и рекомендовать произведение так, чтобы читатель взахлеб проникся сюжетом.

Если бы нас не окликнула Агнесс, то неизвестно, сколько еще бы мы провели время в библиотечных просторах.  Я даже не заметила, какое количество времени прошло, совершенно потеряв его счет.  Это настораживало и радовало одновременно, так как я не помнила, когда так открыто могла поговорить на интересующие меня темы. Получив удовольствие и выговорившись, на душе стало легко и спокойно. Рыжеволосая, молодая девушка с ослепительной улыбкой поманила нашу компанию рукой, чтобы мы спускались и отправлялись помогать по хозяйству. Габриэль, не торопясь идти на первый этаж, уперся локтями на перила и выяснял масштаб работы, с которым должны помочь Амелии по рутинным делам. Как я поняла, именно она отвечала за поддержание чистоты и другого быта во всей Башне Семи Сестер. Теперь понятна природа ее повышенной энергии, которая совсем была противоположна ее греху. Линдсей бы умер даже при виде того, как активно Амелия Ирвин двигалась и успевала совершить огромное количество дел. При этой мысли мои уголки рта слегка приподнялись вверх, воспоминания о Грехе Лени всегда меня забавляли, касаемо его поведения в особенности. Но я поймала себя на том, что совершенно не знала, что при этом испытывал этот парень. Не зря же он занимал четвертое место в иерархии грехов.

Все-таки через долгие препирания Агнессы и Габриэля я толкнула Стража локтем, на что он притворно нахмурился. Потом я развернула корпус его тела к лестнице и начала толкать в сторону спуска на первый этаж. Хоть этот парень и возмущался, раскидывая руки в стороны, но все же не сопротивлялся и худо-бедно шел на первый этаж Училища Семи Сестер. Агнесс ждала нашего появления внизу, уперев руки в бока, и укоризненно щурилась. Не смотря на такой вид добродетельницы Целомудрия, можно было разглядеть ее природную женскую очаровательность. Она явно была не из этих мест, так как особенности лика во всю об этом кричали. Необычная, приглушенная рыжина волос на свету почти светилась, заливаясь оранжевым цветом заката. Пронзительные светло-голубые глаза напоминали два бездонных круглых озера, в которых можно было утонуть, вкушая всю их красоту и великолепие. Все время она закалывала свои длинные локоны в длинный конский хвост, который напоминал толстый жгут из блестящих волос. Ее бледнота кожи делала наглядными все веснушки на ее теле, которые были даже на руках. Брови девушки были под цвет корней волос, заостренные на концах. Пухлые нежно-розовые губы походили на форму бантика, что делало девушку еще привлекательней. Наш с ней рост казался сходим, но вот ее бюст был весьма объемным, что подчеркивало осиную талию молодой особы. Вблизи можно было разглядеть вьющуюся структуру торчащих коротких волос от корней рыжей девушки. На лбу у Агнесс размещалась едва заметная горизонтальная полоса, что говорило о том, что она часто хмурилась как собственно и в этот момент.

– Габриэль, не уж-то ты уже успел сходить к реке? – С неким намеком вещала Агнесса.

Страж дернулся всем телом, и его глаза расширились от осознания, что он совершенно запамятовал о чем-то из-за увлеченного разговора с моей персоной. Парень виновато накрыл лицо ладонью.

– Черт! – Он сорвался на бег в сторону выхода из здания Училища.

– Не ругайся в святом месте, молодой человек! – Агнес недовольно обернулась к порогу, где уже простыл след Габриэля.

– Ну что, одуванчик. – Девушка с прищуром улыбнулась и посмотрела четко в мои глаза. – Идем, поможем великой труженице Амелии Ирвин? – Задала риторический вопрос рыжеволосая девушка, уже идя к выходу.

– Одуванчик? – С непониманием и удивленным видом лица я через мгновение поспешила за сестрой Целомудрия.

– Смотря на твои волосы в первый день, они напомнили цвет семян одуванчика. Особенно когда на них подуешь, белый поток развивался на ветру. – Девушка мечтательно закрыла глаза, будто вспоминала какой-то приятный момент, ассоциируя с этим растением.

Я тихо улыбнулась, представляя картину, о которой говорила Агнесса. Пока мы шли в сторону кухни Башни Семи Сестер, святая рассказывала, что сначала цветок у одуванчика желтого цвета, а когда он набирал силу, то отцветал, оставляя после себя семена с белой шапочкой и темным семенем у основания. Так  я и выглядела, когда разорвала последнюю струну с Дарвудом. Странное сравнение, конечно. Слова девушки натолкнули меня на моменты памяти, где каждое утро в Резиденции Семи Грехов начиналось с букета свежесорванных нарциссов, обвязанных красной лентой.

Интересно, почему я скучаю по этому?

Я много раз вспоминала дни, когда просыпалась под аромат пыльцы, скрывающейся за яркими лепестками растений, от этого щемило в груди. Хотелось хотя бы на несколько секунд вкусить этот до боли знакомый запах всеми обонятельными рецепторами. Поймала себя на мысли, что ранее я была совершенно равнодушна к этому виду растению, да и в прочем ко всем цветам. Даже не вспомню момент, когда нарциссы полюбились моей душе. Меня печалило, что до сих пор не могла отпустить ситуацию с Дарвудом. Как бы ни старалась, парень, как и его поступки не выходили у меня из головы. По какой-то причине не хотела мысленно отпускать Юджина, так он часть моих воспоминаний. Хоть и весьма печальных, но не скажу, что все моменты полны разочарований. Многие даже вырисовывали легкую улыбку на моем лице, хоть и грустную от того, что ничего не вернуть в прежнее русло.

Из воспоминаний ... за несколько дней до Бала грехов ...

Помнилось, однажды мне захотелось тоже отплатить Юджину за такое внимание в виде цветов каждое утро на моей прикроватной тумбочке. Поэтому решила отыскать известную в узких кругах оранжерею Дария. О ее точном местоположении спрашивать у Юджина я не стала, так как хотела сделать ему сюрприз. В итоге просто расхаживала по всей резиденции в надежде наткнуться на Главного Дворецкого Резиденции Семи Грехов. Но успех, как всегда прошел мимо меня, и я встретила лежащего Линдсея, который мирно дремал на диване, подложив руки под голову. Лицо как всегда скрывала черная шляпа, которая так и говорила: «– Не подходите ко мне. Просто игнорируйте». Я вздохнула и с неохотой побрела к Греху Лени. Он-то должен был знать, где находилось нужное мне место. Парень был одет в костюм цвета спелой сливы, и платок темно-синего оттенка, что выглядывал из нагрудного кармана, был весьма кстати для его образа. Лин забросил нога на ногу и умиротворенно дремал на мягкой мебели. Незнающе его сущность подумали бы, что он  хвастался начищенными до блеска кожаными туфлями и богатым видом. Но на самом деле парень демонстрировал округе его безразличие ко всему происходящему. Зная этого парня, ему было до одного места на его внешний вид, лишь бы не мешали спать. Просто, скорее всего, его поймал Дарий и по приказу Юджина насильно переодел парня.

– Линдсей Стоун! – Выкрикнула я в манере Дарвудского тона.

Грех Лени заметно напрягся и приподнял голову, что недавно покоилась на груди. Потом парень медленно приподнял шляпу и выругался.

– Руки в пекло ... – Прошептал юноша с взлохмаченными волосами цвета меди. – Сразу видно ренегата Дарвуда. Мне испугов во снах хватает. – Буркнул обижено Стоун. – Чего тебе, святая ? – Грех Лени вернул положение шляпы в первичное положение. - Я хотел сказать - смертная, но не суть.

– Мне нужна твоя ма-аленькая помощь. – Натянуто произнесла я, постукивая коском туфель об мраморный пол.

Парень цокнул и шумно вздохнул, как будто ему предстояло совершить великое дело. А точнее шевелить губами и произнести речь.

– Начинается. Найди себе другую жертву для бесед. – Недовольно бросил мне Лин, указывая подбородком на выход.

– Один вопрос. – Я нахмурила брови и не сдвинулась с места.

– Мне лень. – Фыркнул Стоун, уже засыпая.

– Где находится оранжерея Дария? – Проигнорировала я полусонного юношу.

Лин молчал. Или стал держать меня за пустое место. Несколько секунд я следила, как его диафрагма вздымалась и ритмично опускалась. На заднем плане тикали часы. Парень не подавал иных признаков жизни.

– Линдсей!? – Не выдержала я, разводя руки в стороны.

– Да не ори ты! – Злым и повышенным шепотом выдал Грех Лени. – Я думаю. – Вялым голосом сообщил парень.

Я накрыла лицо рукой, сегодня он был хуже вялого овоща.

– Тухло. – Пробормотал Лин. – Я не могу объяснить, так как ты все равно еще не была в той части резиденции. – Мямлил парень, запустив руку под шляпу и тормоша локоны волос.

– Покажи дорогу, пожалуйста. – Уже обиженным голосом обратилась к лежавшему трупу.

– Верните меня в ад. – Простонала юноша, потягиваясь всем телом. – Мне снова нужно двигаться. – Вздохнул Лин уже собираясь принять сидячую позу. – Если у меня после этого будут болеть мышцы, ты будешь в этом виновата, смертная Леди.

И вправду Грех Лени повел меня в часть резиденции, о которой я даже не догадывалась. Мы достаточно долго шли по просторам первого этажа. Лин указал на здание за окном, что было отдельно от основного корпуса замка, и назвал его дракхоллом. Потом мы вышли во внутренний двор и обогнули резиденцию. Я отметила, что она колоссальных размеров вблизи, а издалека так не совсем казалось. Если смотреть на резиденцию на расстоянии, например, со стороны парадного входа, то была видна лишь одна пятая ее часть. Невероятные масштабы здания не переставали меня удивлять даже спустя месяц пребывания там. Потом Лин резко остановился, и я врезалась ему в спину, пока запрокидывала голову, чтобы осмотреть все высотки Резиденции Семи Грехов. Линдсей цокнул и оглянулся на меня через плечо.

– Вот калечить меня не надо. Мы пришли. – Парень отошел в сторону, чтобы я могла сама лицезреть невероятную обстановку.

Казалось, я охнула вслух. Оранжерея оказалась словно вырезана из хрусталя, она была очень высокая и главное полностью прозрачная. Рассмотрев ее получше, стеклянная пристройка к резиденции выглядела купольной многоугольной формы. Чем-то напоминала даже цирковой шатер. Вот только стеклянные стены искрились и переливались под лучами солнца. Даже на расстоянии я могла заметить необычную зеленую растительность различной высоты.

– Окна апартаментов Дарвуда как раз выходят на этот цветник Дария, если тебе интересно знать. – Пожал плечами Лин, зевая. – Юджин даже тут контролирует все. С высоты. – Хмыкнув, добавил парень. – Ты же была у него в комнате и не заметила ее через окно? – С колкой удивленностью парировал Грех Лени. – Или было не до пейзажей? – Тихо рассмеялся он.

– Что-то ты разболтался, Лин. – Нахмурено сообщила факт парню, бросая его как перчатку в лицо.

– А все по твоей вине. – Парень убрал руки в карманы брюк с безразличным лицом. – На этом все. Я ушел.

Я благодарно кивнула собеседнику. Парень прав, здесь наши пути с проводником расходились. Не медля более, поспешила приблизиться к оранжереи, которая сошла будто со страницы сказки. От нее веяло волшебной и загадочной аурой. Мои глаза были прикреплены взглядом к застекленному хрустальному куполу. Представлялось, будто стоило лишь дотронуться до ее утонченных стен, как она рассыплется в стеклянную крошку и исчезнет подобно карточному домику. От нее исходило легкое синее свечение. Наверняка, дело в особом освещении изнутри.  Подойдя вплотную к магическому на вид зданию, я не сразу смогла сообразить, где находился вход. Лишь пройдя немного вдоль прозрачной стены, смогла найти такую же дверь с изящной ручкой, что сливалась с обстановкой. Словно хозяин оранжереи хотел оставить вход не совсем заметным для незваных гостей вроде меня. Приоткрыв двойные двери, я удивилась, какие они тяжелые при движении. С виду хрупкое помещение оказалось целой крепостью, которую не так легко сломить. Я отметила добротную толщину стекла и слегка опешила, так как эту постройку было почти невозможно воплотить в жизнь.

Но она была реальна.

Стоило мне попасть внутрь, как в нос ударил запах цветов.

Знакомый запах, слишком знакомый. Запах нарциссов.

Впереди открылся простор с круглым полем в центре оранжереи, которое полностью усыпано в желтых цветах с оранжевыми язычками. Аромат цветов стоял неимоверный, вот-вот бы и закружилась голова от таких благоуханий. В остальной части цветника размещались самые разнообразные растения, даже декоративные деревья с листьями мятных и темно-лиловых цветов. Были какие-то вьющиеся растения, которые достигали высоты всей оранжереи и украшали потолок своим зеленым рисунком. Чем-то они походили на плющ, но сомневалась, что это был имен он. Я покружилась, чтобы осмотреть всю растительность. Изнутри стеклянный домик походил на огромный ледяной дворец. Кстати о температуре, внутри ощущалась легкая прохлада по сравнению с наружным климатом. Мои глаза разбегались в разные стороны, они словно голодали и не могли насытиться разноцветным, пестрым ассортиментом растений. Будто боялись что-то упустить из виду. Я ощущала себя героиней какой-то захватывающей детской сказки. По сравнению с просторами оранжереи и всей ее гигантской зелени я чувствовала себя маленькой крупицей, которая совершенно была чужая этому живописному миру. Наверное, мне бы не хватило мастерства, чтобы все это изобразить в одной картине. Я присела около желтого нарцисса и пригнула голову, чтобы вкусить и почувствовать аромат еще с несорванного цветка. Стало даже в какой-то мере жаль, что Дарвуд переводил на меня такие красивые цветы. Ведь я могла просто приходить сюда и любоваться этим невероятным местом, которое потрясало меня до глубины всей человеческой души. Я провела рукой по верхушкам бутонов нарциссов, создавая легкую волну движения, от чего цветы стали покачиваться. Пыльца, что таилась в серединке, мигом стала кружиться в воздухе. Может, показалось, но на солнце она словно искрилась.

– Рэйчел. – Знакомый голос вырвал меня из глубокого раздумья. – Вижу, вам понравился мой небольшой цветник. – Улыбающийся Дарий показался из-за густой листвы темно-сиреневого кустарника высотой с человеческий рост.

– Цветник? Да это целая сокровищница! Даже клад. – Восхищенным голосом и с улыбкой на лице я поднялась на ноги. –  Я поражена. Это все вы сделали? Сами? – Мои брови выгнулись, изображая удивленный вид.

Дарий мягко улыбнулся и убрал зеленый лист с моей макушки жемчужных волос.

– Не совсем. Само здание разработал Господин Юджин. А посадка и процесс выращивания на мне. – Довольно ухмыльнулся пожилой дворецкий.

– Невероятно! Как вы успеваете все здесь? Здесь работы непочатый край! – Недоумевала я.

Главный дворецкий пожал плечами своего белого смокинга и осмотрел оранжерею, словно видел ее впервые.

– Иногда время от времени мне на воспитание Господин Дарвуд передает провинившихся грехов, а именно Графа Эррола и Финиса. – Хохотнул в кулак Дарий. – Кто ж знал, что они будут полезны. – Издевательским тоном произнес седой мужчина в адрес двух грехов.

– И все равно. – Обвела взглядом ближайшую растительность. – Я поражена. Волшебное место. – Улыбка не сходила с моего лица.

– Господин Дарвуд в знак любезности по личным причинам дал вольную на мое увлечение. Это достойна награда, учитывая мое положение, и несказанная радость. – Дарий говорил воодушевленным и печальным голосом в то же время. – Моя жена любила цветы, а я не переставал любить ее. Поэтому решил создать такое место. – Дворецкий будто предался воспоминаниям прошлого.

– Дарий, как вы оказались здесь в служении у Юджина. – Я поняла, что задела мужчину своим вопросом.

– Долга история, дорогая Рейчел. И весьма не из приятных.  Радости не много, но я стараюсь находить ее здесь в мелочах. – Стал уходить от ответа седовласый дворецкий.

Я не стала допытываться. Личная жизнь на то и личная. Но мне бы  очень хотелось послушать его историю. Дарий мне казался очень добрым и хорошим человеком, который очень внимателен к деталям. У меня сработало чувство такта, поэтому я не осмелилась спросить еще уточняющий вопрос, сочтя, что у меня не было на это права. Но почему-то именно с ним хотелось поговорить по душам. С виду Дарий – обычный дворецкий, но что-то было в нем таинственное. Некая загадка, которую он скрывал глубоко внутри себя. Главный Дворецкий молчал, поэтому я подумала, что на этом разговор исчерпал себя, но мужчина подал голос.

– Если ограничиться общими фразами. То я заключил сделку с Господином Дарвудом и помог моей семье. Поэтому в знак благодарности служу Главе Долины Грешников. – Собеседник взвешивал каждое свое слово, чтобы не сказать лишнего. – Это почетная должность, которая не в тягость. – Успокаивал себя Дарий. – И это меньшее, чем я могу отплатить Господину Дарвуду. – Кивнул Дарий, будто убеждал самого себя в своих словах.

Я свела брови и поняла, что не все так радужно, как распинался мужчина. Он выглядел сильным и уверенным в своих словах. Вот только рука, что сдерживала большие садовые ножницы, была напряжена излишне, чтобы просто удерживать предмет. Я решила перевести тему в другое русло, собственно, зачем и  явилась в оранжерею.

– Я хотела сорвать будет для Юджина, но ... посмотрела на всю эту гармонию цветов и не захотела портить обстановку идиллии и гармонии. – Досадно произнесла я.

– Для такого случая у меня есть отдельная лужайка с нарциссами в дальнем углу. – Подбадривающе улыбнулся Дарий с прищуром в глазах. – Здесь цветы цветут круглый год. Как только они отцветают, мы в темпе садим новые. Грехи Чревоугодия и Сладострастия первые в ряду на посадку. – Хохотнул мужчина в кулак. – Поэтому растений всегда в достатке. На круглой поляне нарциссы еще не достигли пика полного созревания. – Уверял дворецкий, пока мы шагали к оговоренному им месту.

– Сорвем букет любимых цветов Господина. – Нагнулся пожилой слуга, срезая нарциссы садовыми ножницами.

– Почему именно они? – Я наклонила голову в бок, чтобы разглядеть лицо ухмыляющегося дворецкого.

– Дорогая Рейчел, все символично на самом деле. На языке цветов, нарцисс как раз означает гордого человека, страдающего нарциссизмом и эгоизмом. Грех Гордости воплоти. – Поджал губы Дарий и передал мне уже готовый букет с красной летной, сдерживающей стебельки цветов.

– Спасибо большое Дарий за такую познавательную беседу. –Смущенно я послала ему благодарную улыбку.

– Что вы. Мне в радость. Приходите чаще, если вам, как и мне полюбилось это место. – Дарий убрал руки за спину, еще держа предмет для садовых работ.

– С удовольствием! – Я прошмыгнула мимо главного дворецкого и поспешила к выходу.

– Рейчел. – Повышенным тоном обратился Дарий,  на голос которого я молниеносно обернулась. – Лучше поставьте букет в спальне Господина, он оценит. Не только ж через окно комнаты наблюдать за оранжереей. Пусть ее частичка окажется рядом с ним.

Я быстро закивала и полетела со всех ног в комнату Дарвуда. Дарий дал хорошую наводку, я и поступила, как посоветовал Главный Дворецкий Резиденции Семи Грехов.

В настоящее время ...

Агнес весь путь до кухни вела монолог, который я пропускала мимо ушей, так как погрузилась в себя. Непроизвольно мои глаза застыли на кольце,  которое подарил Дарвуд. Что тут было скрывать, для себя я призналась, что скучала по его обществу, не смотря на все поступки, что он совершил.

– Милое колечко. – Агнесс немного нагнулась на ходу, беря меня за правую руку, чтобы рассмотреть драгоценность.

– Ах. – Я вылезла из своих мыслей. – Прости, Агнесса. Я задумалась, со мной такое часто бывает. – Я виновато поджала уста, смущенно демонстрируя кольцо.

– Хватит извиняться. Я заметила это, когда мы еще даже не вышли из Училища. – Она задрала указательный палец вверх. – Очень красивое, под цвет зеленых глаз. – Заметила девушка и пытливо уставилась на меня.

– Да, это подарок, от которого я не могу избавиться. – Призналась я, отводя взгляд от собеседницы.

– Не можешь или не хочешь? – Интригующим тоном, Агнесс начала идти задом наперед, убрав руки за спину, тем самым заглядывала мне в румяное лицо.

– И то и другое. – Я напряглась, пряча руки в черном плаще. – Гордись своей проницательностью, ты попала в точку. – Пожав плечами, взглянула на рыжеволосую девушку.

– Единственным, чем я могу гордиться, так это мое целомудрие, одуванчик. – Девушка натянуто улыбнулась и начала идти нормальной походкой теперь уже ко мне спиной.

Как только я хотела задать ей вопрос, Агнесс шмыгнула резко вправо, там как раз оказалась кухня. Амелия заколола свою толстую косу наверх, образовывая кольцо из волос, которое она прикрывала платком. Прическа скорее напоминала корону, которая намекала, кто есть главный на кухне. Девушка в поте лица быстро чистила картофель и одновременно следила за печью, где готовилась аппетитная выпечка. Впервые за все мое пребывание в Башне Святых мне захотелось нормально поесть. Обстановка кухни напоминала чем-то мою комнату для живописи. Это помещение творца, в котором Амелия выступала за главную хозяйку. Это ее территория и сокровенное место, где девушка могла получить отдушину и наслаждение от занятия любимым делом. Она настоящая хранительница очага, на ней одной держалось  все хозяйство этого места. Нет совершенно ничего, к чему труженица Амелия не приложила бы руку, что впечатляло. Девушка двигалась плавными и женскими движениями, которые были точно танец, заученный ежедневным применением. Она словно кружилась по всему пространству кухонного помещения, творя свое дело. Уют и аура места настолько заряжали тело энергией, что хотелось сорваться с места и присоединиться к впечатляющей картине. Было видно, что ей не в тягость заниматься подобным, так как уверенная улыбка на ее лице говорила о том, что она делала все с любовью и заботой, придираясь к мелочам. Амели буквально вкладывала всю душу и силы в это место.

Помещение было хорошо обставлено, вся посуда четко занимала свои места и блестела всем своим существом. Говорят, кухня есть отражение ее хозяйки, поэтому обстановка этого помещения  говорила сама за себя. Идеальная чистота и порядок застыли перед моим взором. В воздухе витали приятные нотки готовящейся еды, от чего живот предательски заурчал и разговаривал со своей владелицей. На звуки моего пустого желудка сестра Трезвения поспешно оторвалась от своих забот, устремляя взор на меня с Агнесс.

– Рейчел, неужели ты проголодалась? – Воодушевленно Амелия с блеском в глазах прижала руки к груди.

– Выходит, что так. – Констатировала факт, приподнимая уголки рта вверх с очевидным поражением.

– Чудесно. Уже скоро будем ужинать. – Довольно кивнула девушка с заколотой косой и серо-голубыми глазами. – Агнесса, милая, помещай пока бульон. – Быстро сориентировалась девушка в фартуке. – Рейчел, дорогуша, проверь, пожалуйста, испекся ли хлеб. – Амели послала мне свою ослепительную и добрую улыбку.

Кивнув головой, я подошла к печи и лопаткой вытащила выпечку. Ей требовалось еще примерно десять минут, о чем  я сообщила хозяйке кухни. Амелия была в нежно-голубом платье в пол с длинными рукавами. Бежевый фартук подчеркивал ее тонкую талию и худобу. Из-под косынки цвета слоновой кости выбивались пряди непослушных волос. Девушка постоянно сдувала их с лица, щеки которого были налиты розовым румянцем из-за температуры на кухне. Она кружила, словно парила в воздухе, попутно раздавая нам с Агнесс новые поручения. Сестра Трезвения была настолько динамичной в своих движениях и живой, по сравнению с Линдсеем Стоуном, которого все время можно было застать только в одной позе.

Горизонтальной.

Мне было до жути любопытно, неужели она была похожа на его жену, так как если припомнить рассказ этого парня, описание вполне совпадало с образом Амелии Ирвин. Это не выходило из моей головы с самого первого дня встречи с этой особой. Вспомнив слова Лина, его супруга часто болела. Поэтому решила проверить свои догадки, хотя логика в них совершенно отсутствовала, так как та девушка давно уже умерла.

– Амелия? – Через плечо я обратилась к низкорослой девушке, привлекая ее внимание.

– Можно просто Амели или Ами. Да? – Она остановилась, отвлекаясь от нарезки овощей.

– Ты случаем не заболеешь так? Просто все время находишься на сквозняке около открытого окна? – Мне стало  неудобно за свое любопытство, от чего я отвернулась и продолжила месить тесто.

– Спасибо за заботу. – Хохотнула Амели. – Но у меня с детства хороший иммунитет, так что мне не грозит хандра. – По голосу слышно, что девушка улыбалась. – Могу прикрыть, если замерзла. – Девушка было двинулась в сторону окна.

– Нет-нет, все хорошо. – Не понятно, почему, но была немного расстроена нестыковкой.

Значит, я ошиблась, и ничего с этим не поделаешь.

Спустя пару часов ...

Время ужина настало незаметно. За окном осеннее солнце клонилось к закату, а это говорило о том, что завтра наступит новый день. Закончив с помощью на кухне, мы с Агнесс переключились на сервировку стола в столовой. Амелия велела застелить белую тканевую скатерть, которая больше напоминала обычную простыню. Ближе к краям и в центре горели свечи, закрепленные на железных канделябрах. Посуда имелась только глиняная, легко могла прийти в негодность, разбившись от легкого стука. Пространство столовой характеризовалось привычным каменным стилем без лишних предметов мебели. Стол был из темного дерева, как собственно и стулья, прилегающие к нему. Когда пища была уже готова к употреблению и стояла на столе, все жители Башни стали собираться в обеденном холле. Постепенно пространство столовой наполнялось веселыми и оживленными голосами, заполняя своей доброй энергетикой. Стулья размещались по три с каждой стороны стола и два по основаниям. Я заняла центральное место посередине с одной стороны, Дженн расположилась справа от меня. Другие святые размещались по противоположную сторону стола. Амелия, конечно, как хозяйка, заняла место на одном конце основания, когда место рядом со мной и другой конец предмета мебели пустовали. Не хватало только Стража и Миранды, они почему-то задерживались. Из-за уважения и чувства такта никто из присутствующих не притрагивался к еде, оттягивая момент рассказами о том, чем девушки занимались весь день.

Напротив меня сидела Зои Никсон, которая постоянно молчала со скучающим ангельским ликом. Она была настолько крохотная и худенькая, что напоминала человека, страдающего анорексией. Хоть она и выглядела, как самое беззащитное существо, но что-то мне подсказывало, что это лишь на первый взгляд, и за этой маской скрывалась достаточно сильная и амбициозная персона. Иногда девушка-шатенка с каре поднимала свой взор на арку, где должна была появиться последняя недостающая часть компании, но через несколько секунд девушка снова всматривалась в белую скатерть.

– Ты же сестра Воздержания? – Обратилась к Зои, так как, по сути, она была единственная, о которой я почти ничего не знала.

– Верно. – Девушка с каменным лицом, которое ничего не выражало, монотонно ответила и устремила свой взгляд на меня.

– Я заметила, что ты не особо разговорчива, как остальные. – Приподняла уголки губ, так как не знала, как вытянуть девушку на беседу.

– Везде нужен баланс. – Коротко выразилась собеседница, чтобы не продолжать разговор.

– Поясни. – Неожиданно для меня Дженнифер подключилась к разговору. – Финис Коллапсар. – Подруга пристально с интересом наблюдала за Зои. – Мне довелось узнать этого греха. Но его рот постоянно был чем-то занят, уничтожая все живое и неживое вокруг. – Дженн заиграла бровями.

– Вот как. – Зои впервые проявила хоть какую-то эмоцию, скривив уста. – Моя позиция проста. – Она наклонила голову на бок в неестественной позе, наблюдая за нами. – Одиночество так же в свою очередь необходимо разуму людскому, как и воздержание в еде нашим телам. – Задумалась молодая особа, преподнеся указательный палец к тонким губам. – И точно так же со смертью, если одиночество в свою очередь уж слишком долго длиться по времени. – Она расплылась в милой улыбке, хотя слова не совсем соответствовали ей.

Лицо девушки было неестественно бледным. Круглые и большие глаза с карим отливом, четко выраженные скулы, заостренный подбородок все это отражалось на маленьком лице святой Воздержания. Тонкая линия губ создавала очаровательную милую улыбку, на которую, я не думала, что девушка способна. Женственные и аккуратные брови были в цвет волос шатенки. Вблизи можно заметить крохотную родинку над губой на левой стороне лица. Невероятная ангельская красота Зои при одном только виде заставляла непроизвольно умиляться ей, чтобы она не говорила. Ямочки на щеках от изгиба уголков губ лишь придавали природную очаровательность этой святой. Каре девушки нарочно неровно разделено на одну сторону больше. Утонченный и заостренный носик Зои слегка задран вверх, от всего вида девушки излучалась аура спокойствия.

– Воздержание. – Задумалась Дженн. – То есть отказ от излишек, которые не нужны. – Подруга в упор посмотрела на Зои. – То есть своего рода покой и равновесие – инерция. – Щелкнула пальцами девушка, ловя на себе мой вопросительный взгляд. – Ну, что? – Она горделиво задрала подбородок. – Не только ты в резиденции посещала библиотеку. Эйден много чего рассказывал. – Пожала плечами ведьма.

– Двухметровый псих, умеет говорить что-то помимо угроз? – Я тихо расхохоталась, наблюдая за реакцией подруги, которая подавилась водой из стакана, попутно кашляя и слав мне наигранный обиженный взгляд.

– Воздержание это не пассивность, а борьба с самим собой. – Вернула разговор в прежнее русло Зои. – Порой, самый сильный враг, это ты сам. –Серьезно посмотрела на нашу компанию худощавая девушка. – Тебе ли не знать алая ведьма. – Хищная улыбка совсем не вписывалась в образ святой, делая ее немного пугающей.

Я шумно сглотнула, пока следила за зрительной перепалкой подруги и Зои.

Разговор неожиданно принял опасный поворот. Последние слова Зои определенно несли смысл в отношении нас обоих, не только для Дженн.

В этот момент Габриэль и Миранда все же соизволили появиться в обеденном холле. Лицо смуглой святой выглядело нахмуренным и недовольным, тогда как Страж пребывал в добром расположении духа, хотя и выглядел уставшим. Габриэль окинул всех сидящих за столом короткой улыбкой, ободрительно кивая, и направился в мою сторону, так как рядом было пустое место. Однако Стражу выделялся стул в основании стола, напротив хозяйки кухни Амелии, но парень почему-то разместился рядом со мной. Может по причине того, что этот стул был просто ближе.

Хотелось бы в это верить.

Страж одарил меня великолепной улыбкой, скрывая усталость, хотя та отражалась в его карих глазах. Дженн инстинктивно отвернулась от нас, разговаривая с Анжеликой, что сидела напротив подруги. Миранда же с удивленным видом заняла место предназначенное Стражу, сверля его спину недовольным взглядом, так как тот сидел в полборта лицом ко мне.

– Как прошел один из дней сестры-добродетельницы? – С напором интереса обратился парень к моей персоне.

Он выглядел помятым, явно успел закончить много дел. Каштановые волосы, совсем как у Дженн, были слегка небрежно уложены, что выглядело мило и привлекательно даже для него. Бежевая распашонка была расстегнута на первые две пуговицы и не заправлена в брюки. Самодовольная ухмылка застыла на лице юноши, так как тот ожидал от меня ответа.

– Точно так же, как и очередной день в роли Стража. – Ухмыльнулась я, отводя взгляд от парня.

– Остроумный и многословный ответ. – Поджал губы парень и понимающе кивнул. – Знаешь, как тяжела эта ноша?  – Габ поддался вперед, будто хотел поведать очередную тайну.

– Пожалуйся, Страж Семи Сестер, и я расскажу тебе каково это сидеть на цепи, окруженной парочкой варанов, без шанса пошевелиться. – Отмахнулась я, не закончив свой запас железобетонных аргументов.

Парень с горечью хохотнул, пытаясь представить обстановку. Но потом он указал в сторону моей подруги.

– Вот, на что я могу сослаться. Смотри. – Страж театрально пихнул меня локтем, точно зная, что убедит меня. – Дженни? – Он повысил голос, обращаясь к своей сестре.

Дженнифер молниеносно метнула убийственный взгляд в сторону брата, словно говоря, как посмел простой никчемный смертный так обратиться к алой ведьме. В воздухе она прочертила горизонтальную линию в области шее, и шевелила губами, посылая ему отчетливые оскорбления.

– И я тебя тоже люблю, сестренка. – Без шутки с тем же тоном ответил парень, посылая воздушный поцелуй сестре.

Дженн сделала вид, что схватила воздушный поцелуй и наколола его своим кинжалом, пригвоздя тот с отчетливым стуком к деревянному столу, тем самым сделала отверстие в скатерти.

– Иди к черту, недобрат. – Бросила подруга, снова отворачиваясь от нас.

– Это похуже темницы, Рейчел. Когда единственный родной человек на этом свете ненавидит тебя. – Шепнул парень, развернувшись уже профилем ко мне, и принялся поглощать еду.

Дженнифер

Утром следующего дня Рейчел вновь начала меня умолять оторваться от подушки, так как настал день, когда мы начинали практиковаться в своих навыках, которыми собственно и не владели толком. Не знала, что мы собирались делать, но я хотела попытаться усвоить все необходимое. Кровь из носу нужно быстрее начать контролировать и управлять своим даром. Только эти мысли и заставили открыть шторки из век моих глаз, хоть и недовольных, так как была гребанная рань.

Ненавижу утро. Раннее утро.

Рейчел уже выглядела собранной, поэтому она тормошила меня, так как мы, похоже, опаздывали.

Ну, как можно опаздывать куда-то в полшестого утра!?

Боже, тихий ужас, даже петух нашего соседа был более милосердней, чем жители Башни Семи Сестер. Эта птица драла свое горло и практиковала ужасное кудахтанье ровно в шесть ноль-ноль. Для этого не нужно было даже заводить часы. Если так будет начинаться каждый день, то из-за недосыпа я точно остановлю чье-нибудь сердце в порыве безумия от нехватки сна.

Натянув бежевое льняное платье и причесав волосы, мы с моей подругой поспешили в Училище. Если говорить обо мне, то я не совсем торопилась и зевала на ходу. Рейч же буквально волокла и тащила меня за руку, чему я удивлялась. Она переменилась в моральном настрое после разрыва связующих нитей, стала живой, что ли. Я была рада за нее. Теперь я узнавала прежнюю Рейчел, хотя и с обрезанными волосами, что были четко по плечи.

Ей так даже идет.

Зайдя в Училище, мы заметили стоявших у кафедры остальных сестер, ну, и, конечно же, моего недобрата в середине компании. Улыбка Миранды Шепард при виде нашего с Рейч дуэта сразу померкла, будто ее и не было.

Удивительно, это из-за неприязни ко мне или по причине того, что Страж уделял большую часть своего внимания моей подруге? Хах, по-моему, и то и другое в совокупности.

Мы подошли к святому коллективу, как бы это странно не звучало, но я не ожидала, что кресел перед кафедрой не окажется. Недобрат сложил руки на груди и пристально оглядывал меня с подругой.

– Чего уставился? – Мои брови свелись вместе.

– Вы опоздали. – Укоризненно сообщил Страж.

– К твоему сведенью, дорогой Страж, не в моем стиле валяться в ногах и просить пощады. Ближе к делу. – Я сделала тот же жест руками, как и парень предо мной.

Недобрат закатил глаза и пошел за стол кафедры, потом он исчез из поля зрения, так как нагнулся. Раздался пронзительный гул скрипящего железа, который резал слух, от чего пришлось прикрыть уши ладонями. Пол под ногами заходил ходуном и трясся. Через мгновение перед столом кафедры появился спуск в подвальный отсек Училища. Пока Рейч округляла глаза и прикрывала рот рукой из-за неожиданности, я стояла с равнодушным лицом, изображая полное безразличие.

Ага, и сейчас нас там закроют и закопают заживо. Милота, да и только.

Моя цель заключалась в контроле и управлении своей силой, а весь этот фарс был ни к чему. Страж снова возник из-за стола кафедры, хлопая ладони друг об друга, как будто замарал, и довольно улыбался. Как же мне хотелось стереть его радостный лик, который раздражал по непонятной причине, точную природу которой я не могла пояснить даже самой себе. Пока происходила непонятная мне процессия, я рефлекторно дотронулась до кармана распашонки, проверяя на наличие розового кварца, что подарила мне Анжелика. Я не забыла ее совет, и решила им воспользоваться, так как ничего не теряла при этом.

Страж первый начал спускаться в темную неизвестность подвального помещения. Святые же поочередно шли за ним, я была замыкающая, паранойя вошла в сознание. Мало ли что нас ждало внизу, поэтому я перестраховалась. Инстинкт самосохранения, я называла это так.

Ощущался сырой и влажный воздух. Достигнув края лестницы, которая казалась нескончаемой, впереди длинного каменного коридора горел тусклый свет. Я услышала знакомый звук железа, и поняла, что проход закрылся, этот факт замкнутого пространства нагонял легкую панику. Сглотнув, я поняла, что в темноте медлила в передвижениях и оторвалась от всех. Недолго думая, решила идти на странный свет, что не вселял доверия. Чем ближе я приближалась к источнику света, тем сильнее слышала журчание воды. Заинтересованная звуком, я все-таки достигла источника света, зайдя в комнату. Мои глаза не знали куда смотреть, так как я в прямом смысле обомлела от обстановки этого помещения. Стены комнаты, даже потолок был заслан диким плющом, а в центре довольно-таки продолговатого помещения располагался серебряный семиярусный фонтан.

Вот святые грешники, роскошью балуются.

Теперь стал понятен источник шума воды, от чего я облегченно выдохнула. Но что-то притягивало все мое существо к этому фонтану. Я слышала тихий едва уловимый женский шепот, который становился громче при моем приближении к воде. Осознав, что это голос Айки, который напевал священную оду, я остановилась за три метра до компании святых.

«Seven sisters are one,

Seven sisters guard the night,

Seven sins will fall from them,

Seven sins will disappear ...»

Неужели никто из них не слышал того же, что и я?

Анжелика подозвала меня, поманив рукой, и мое тело неуверенно, но начало двигаться в сторону девушек и Стража.

Недобрат сообщил, что это священное место, чему я не удивилась, так как для них все является таковым в Башне. Этот фонтан, в котором текли воды реки Айки, оказывается, помогал в концентрации и понимании своей внутренней силы.

Вот это уже интересно.

Все сестры заняли позы лотоса, разместив руки на коленях. Страж объяснил основы медитации и уверял, что, если серьезно воспринять эту тренировку, то она окажет значительное воздействие на внутренний мир, делая его более прочным. Я посмотрела на Рейчел, которая хмурила брови и постоянно пялилась на фонтан.

Может, она тоже слышит этот голос в голове?

Я привлекла внимание подруги, махнув ей рукой, на что та резко дернулась. Показав указательным пальцем на свое ухо, я пошевелила одними губами: «Ты слышишь?». Перепуганная подруга несколько раз с расширенным взглядом легонько закивала. Убедившись, что я не тронулась умом, перевела взгляд на тарахтящего недобрата.

– Тогда, приступим. С первого раза может не выйти, но это дело практики. Главное слушать мой голос с закрытыми глазами. И ни в коем случае не терять его, он должен быть на слуху.

Закрыв глаза, я начала следовать словам Стража, медленно вдыхая и выдыхая воздух из легких. Не знала, сколько времени мы делали это упражнение, но было ощущение, что все мое тело погрузилось в транс, так как для медитации нужно было освободить голову от всех мыслей и ни о чем не думать. Темнота окутала всю меня, слышала при этом уже отдаленно голос Стража Семи Сестер. Он говорил, что необходимо представить себе место, где мы оказались по воле своего сознания.

Я стояла посреди полной темноты, но потом оказалась в месте, которое недавно видела в своем сновидении. Струя света падала на растущий алый плющ, который, казалось, что-то прятал от всех, скрывая нечто под стеблями и листьями. Я сразу же его узнала, так как именно он сковывал меня во сне. Подойдя аккуратно поближе, заметила, что совершенно из ниоткуда начал сыпаться мелкой крошкой белоснежный снег. Кружок поляны, на которой размещалось растение, растущее в высоту, тоже был красного цвета. Ступив ногой на алую лужайку, почувствовала, что под моими босыми ногами, что-то хлюпало. Обратив свой взор на ступни, холодок прошелся по спине, а страх когтями царапал спину. От осознания, что вся трава была пропитана кровью и состояла из нее, волосы встали дыбом. В мгновение ока нижняя часть моей распашонки запачкалась неприятной жидкостью. Я пыталась пошевелить ногами, о те как будто приросли к траве. Поняв, что не могла уйти с поляны, начала паниковать. Из-за алого растения, которое выглядело, как будто живой организм по причине своих плавных движений, показалась девушка в белоснежном платье, которое сразу же выделялось на фоне багровых оттенков. Не сразу признала в этой незнакомке своего предка в лице ведьмы Айки, которая выглядела очень молодо и красиво. Она отличалась образом от той девушки, что я видела во сне на берегу реки. Сейчас Айка была более живой и человечной. В шоке наблюдала, как девушка выныривала из-за алого, густого и высокого растения и направлялась легкой походкой ко мне, оставляя после себя легкий шлейф блеска. Девушка с легкостью передвигалась, в то время как я не могла пошевелить ногами. Она улыбалась и точно узнала меня, потом приобняла за плечи.

– Рада видеть, Дженнифер из рода Сеинт. Наконец-то ты добралась до этого места. – Девушка отстранилась и указала рукой в сторону красного плюща.

– Где я? – Произнесла я, как будто не своим отстраненным голосом.

– В месте, где покоиться твоя сила. – Радостно захлопала в ладоши Айка, чего не скажешь обо мне.

– Я не могу идти. – Вцепилась в руку девушки, хватаясь как за последнюю соломинку. – Помоги. – Дрожащим голосом просила я.

– Но. – Запнулась Айка, оглядывая меня с ног до головы вымученным взглядом. – Ты должна сама совладать с собой. – Молодая особа нежно накрыла мою вцепившуюся руку. – Не бойся себя, ведь это твой дар. – Мило улыбнулась девушка с закрытыми глазами.

Картина, окружающая меня, начала покрываться темными пятнами, как будто пространство разъедалось, подобно воздействию едкого вещества. Меня начало засасывать в алую травяную поверхность, будто болото затягивало свою очередную жертву. Мое тело начало шататься, а я вместе ссознанием провалилась в черную и бездонную мглу.