«Да»

Ес­ли вам ни­ког­да не до­води­лось бе­гать от тол­пы разъ­ярен­ных фа­наток, вот вам нес­коль­ко пра­вил:

1. Быс­тро рас­позна­вать опас­ность

— Бе­жим!

Чон­гук сре­аги­ровал прак­ти­чес­ки мо­мен­таль­но, под­хва­тывая свою тол­стов­ку и на­тяги­вая её на го­лову: его учи­ли это­му — по су­ти, в кри­тичес­кой си­ту­ации он мог сры­вать­ся с мес­та бук­валь­но тут же. По срав­не­нию с ос­таль­ны­ми пар­ня­ми BTS, Чон­гук был в этом пла­не са­мым лов­ким: сов­сем не по­тому что он яв­лялся, воз­можно, са­мым уз­на­ва­емым мем­бе­ром груп­пы, а по­тому что па­толо­гичес­ки за­бывал о мас­ки­ров­ке, и не раз ока­зывал­ся в гу­ще со­бытий по сво­ей собс­твен­ной ви­не. Имен­но по этой при­чине не бы­ло ни­чего уди­витель­но­го в том, что мак­нэ стар­та­нул пер­вым, да еще и под­тол­кнул ос­таль­ных.

2. Бро­сать­ся врас­сыпную

Как бы стран­но это ни зву­чало, но тут как на охо­те: во-пер­вых, дви­жущую ми­шень пой­мать труд­нее, а во-вто­рых, за дву­мя зай­ца­ми по­гонишь­ся — ни од­но­го не пой­ма­ешь.

Хо­сок и Юн­ги ри­нулись вниз, а Чон­гук по­нес­ся по сту­пеням на­верх, что­бы от­влечь вни­мание от пар­ней, ведь, все-та­ки, это он ви­новат, что их рас­кры­ли.

Как и сле­дова­ло ожи­дать, крик од­ной де­вуш­ки пов­лек за со­бой ла­вину: да­же те, кто вряд ли яв­ля­лись нас­то­ящи­ми фа­ната­ми BTS, ох­ва­чен­ные все­об­щим воз­бужде­ни­ем, ре­шили по­иг­рать в до­гонял­ки. Прак­ти­чес­ки все дев­чонки, ко­торые не ус­пе­ли уй­ти пос­ле окон­ча­ния мат­ча, из ми­лых ба­рышень в од­но мгно­вение прев­ра­тились в гроз­ных во­итель­ниц. Но что по­делать? — Чон­гук сам был в этом ви­новат.

3. Ма­нев­ри­ровать

Нель­зя ос­та­нав­ли­вать­ся ни на се­кун­ду: нуж­но пос­то­ян­но из­во­рачи­вать­ся и бе­жать толь­ко впе­ред, оги­бая пре­пятс­твия пе­ред со­бой. На са­мом де­ле, ко­неч­но, в ка­кой-то сте­пени бы­ло гру­бо вот так прос­то, от­кро­вен­но го­воря, сбе­гать от сво­их фа­натов, но на то бы­ла при­чина: сре­ди боль­шо­го скоп­ле­ния лю­дей по не­ос­то­рож­ности трав­му мог по­лучить как сам Чон­гук, так и фа­наты — а это­го, ко­неч­но, не хо­тел ник­то, осо­бен­но — мак­нэ, ко­торый слиш­ком час­то по­лучал на­гоняи за свою нев­ни­матель­ность. Глу­по бы­ло да­же рас­счи­тывать, что об этом не уз­на­ют в BIG HIT, но Чон­гук мыс­ленно на­де­ял­ся, что слу­чит­ся чу­до и они про­пус­тят гу­ля­ющую по ме­ди­ап­рос­транс­тву ис­то­рию о нем, бе­га­ющим по три­бунам на бей­сболь­ном по­ле. Вот толь­ко оче­ред­но­го раз­го­вора «по ду­шам» с Бан Ши­хеком ему не хва­тало: тот в пос­ледний раз приг­ро­зил, что ес­ли Чон­гук еще раз бу­дет бро­дить по го­роду без мас­ки­ров­ки, они на­силь­но пок­ра­сят его в ро­зовый и раз­ре­шения спра­шивать не бу­дут. Не то что­бы Чон­гук не лю­бил ро­зовый... но не ро­зовый же!

4. Ис­кать ук­ры­тие

Лю­бой тем­ный за­ко­улок, неп­ри­мет­ный с пер­во­го взгля­да, лю­бое мес­то, где мож­но бы­ло бы скрыть­ся и пе­реж­дать — по­дош­ло бы что угод­но. Но отыс­кать ук­ры­тие на от­кры­тых три­бунах бы­ло не так-то прос­то.

Чон­гук на­чинал от­ча­ивать­ся, по­тому что до вы­хода с по­ля бы­ло еще да­леко, а ино­го пу­ти от­ступ­ле­ния у не­го не бы­ло. Но вы­бирать не при­ходи­лось, и мак­нэ про­дол­жал дви­гать­ся в сто­рону вы­хода, по­ка тол­па фа­натов прес­ле­дова­ла его по пя­там. Он уже не раз ус­пел по­жалеть, что не до­думал­ся сесть поб­ли­же к вы­ходу — се­год­ня Чон­гук об­ла­жал­ся по всем фрон­там. Для пол­но­ты кар­ти­ны ему нуж­но бы­ло еще са­мому крик­нуть свое имя — вот тог­да бы­ло бы во­об­ще су­пер.

Пос­те­пен­но па­рень под­би­рал­ся все бли­же к вы­ходу, но от это­го си­ту­ация не слиш­ком-то про­яс­ня­лась: ну, вы­бежит он на­ружу, а даль­ше-то ку­да? Мож­но бы­ло бы по­наде­ять­ся, что удас­тся спря­тать­ся за ка­кое-ни­будь де­рево в пар­ке, но это бы­ло рис­ко­ван­но; а до до­мов бе­жать еще дол­го. Чон­гу­ку нра­вилось ви­деть и пред­став­лять се­бе чет­кий план от­ступ­ле­ния, а «мо­жет быть» — это сов­сем не по­хоже на план. Но пос­коль­ку ино­го вы­хода не име­лось, при­ходи­лось ми­рить­ся с тем что есть.

Чон­гук умуд­рился отор­вать­ся на при­лич­ное рас­сто­яние, ког­да спус­тился с три­бун и ока­зал­ся у вы­хода. На­мере­ва­ясь рва­нуть и все-та­ки по­пытать­ся доб­рать­ся до до­мов, Чон­гук, мяг­ко го­воря, уди­вил­ся, ког­да кто-то цап­нул его за ка­пюшон и дер­нул в сто­рону.

— Эй! — воз­му­тил­ся он.

— Ти­хо!

Чья-то ру­ка за­жала пар­ню рот, и кто-то упор­но про­дол­жал тя­нуть его ку­да-то прочь. Все еще на­пуган­ный и оша­рашен­ный, Чон­гук ог­ля­дел­ся и по­нял, что на­ходит­ся под три­буной — его «про­тащи­ли» в неп­ри­мет­ную на пер­вый взгляд дыр­ку в сет­ча­той ог­ра­де по бо­кам от вы­хода. Пос­коль­ку Чон­гук сам се­бе не враг, то дер­гать­ся и вы­рывать­ся он пе­рес­тал, осо­бен­но ког­да ми­мо не­го про­нес­лась та са­мая тол­па фа­натов. И толь­ко ког­да ос­новная вол­на «прош­ла», па­рень по­чувс­тво­вал, что ему пе­рес­та­ли за­жимать рот и его от­пусти­ли. Па­рень по­вер­нулся на­зад и на­конец раз­гля­дел сво­его спа­сите­ля-ти­ре-по­хити­теля.

— Ты?!

‭ — Не кри­чи, — ше­потом при­каза­ла Люн. — Хо­чешь, что­бы нас наш­ли?

За­меча­ние бы­ло к мес­ту, по­тому что ми­мо как раз про­ходи­ли две ще­бечу­щие о Чон­гу­ке де­вуш­ки.

— Лу­на, за­чем те­бе ну­жен этот Чон­гук? — тос­кли­во спра­шива­ла од­на. — У те­бя же есть па­рень!

— Ни­чего страш­но­го: па­рень — не муж и не стен­ка, так что под­ви­нет­ся, — от­ве­тила, по всей ви­димос­ти, Лу­на.

Они прош­ли, ос­та­вив Чон­гу­ка в край­нем за­меша­тель­стве. Люн ря­дом с ним ти­хо прыс­ну­ла — Гук то­же с тру­дом по­давил сме­шок.

— Дол­го нам тут си­деть? — про­шеп­тал че­рез ка­кое-то вре­мя па­рень, ус­тав сто­ять в по­лусог­ну­том по­ложе­нии.

— Те­бя ник­то не дер­жит, — фыр­кну­ла Люн. — Иди хоть сей­час.

Чон­гук спер­ва за­катил гла­за, пос­ле че­го ис­подлобья гля­нул на свою спа­ситель­ни­цу, ко­торая всем сво­им ви­дом да­вала по­нять, как она смер­тель­но ус­та­ла от Гу­ка. Люн все еще бы­ла оде­та в спор­тивную фор­му, но во­лосы её бы­ли рас­пу­щены и об­рамля­ли ли­цо вол­на­ми. При­том, что на её ли­це не бы­ло кос­ме­тики, выг­ля­дела она... неп­ло­хо.

Стя­нув со спи­ны тол­стов­ку, Чон­гук бро­сил её на зем­лю.

— Хо­чешь сесть? — из веж­ли­вос­ти пред­ло­жил он Люн, по­тому что на зем­ле под три­буной бы­ло гряз­но.

Она от­ри­цатель­но мот­ну­ла го­ловой: это бы­ло нас­толь­ко ожи­да­емо, что Чон­гук да­же слег­ка улыб­нулся, плю­ха­ясь на свою тол­стов­ку. Нас­тро­ение пар­ня ка­ким-то не­пос­ти­жимым об­ра­зом улуч­ши­лось: воз­можно, ви­ной все­му всплеск ад­ре­нали­на пос­ле по­гони.

— А зна­ешь, ты мне по­мог­ла, — с ух­мы­лоч­кой за­метил он.

— И что с то­го?

Как-то не­ожи­дан­но Люн пе­рес­та­ла его бе­сить: мо­жет, де­ло в том, что на ней не бы­ло фор­мы офи­ци­ан­тки, или по­тому что она от­лично иг­ра­ет в бей­сбол, или при­чина бы­ла в том, что она, ну, дей­стви­тель­но фак­ти­чес­ки его спас­ла от рас­терза­ния фа­нат­ка­ми — в об­щем, Чон­гук не­осоз­нанно из­ме­нил ма­неру по­веде­ния. В кон­це кон­цов, Люн — это все­го лишь дев­чонка, а дев­чо­нок оби­жать вро­де как нель­зя (да­же ес­ли они — на ред­кость вздор­ные ис­те­рич­ки).

— Это зна­чит, что я те­бе не­без­разли­чен, — от­ве­тил Чон­гук, свер­кая в по­луть­ме ехид­ной улы­боч­кой.

— Я раз­го­вари­ваю с то­бой тре­тий раз в жиз­ни, — ог­рызну­лась Люн. — И пер­вые два ра­за ты был тем ещё при­дур­ком.

— Но ты мне все же по­мог­ла, — на­пом­нил Чон­гук. — Зна­чит, ты все-та­ки не счи­та­ешь ме­ня при­дур­ком.

— Ты ве­дёшь се­бя как при­дурок, — от­ве­тила де­вуш­ка. — Есть раз­ни­ца.

Чон­гук ни­чего не от­ве­тил и вмес­то это­го по­лез в кар­ман джинс за те­лефо­ном. На эк­ра­не выс­ве­тились семь неп­ро­читан­ных со­об­ще­ний и во­семь неп­ри­нятых вы­зовов от Хо­сока, и од­но со­об­ще­ние от Юн­ги. Па­рень на­писал Хо­упу, что с ним все в по­ряд­ке и его не нуж­но за­бирать (друзья уже еха­ли на так­си в об­ще­житие), а Юн­ги пос­лал в от­вет на его «RIP. Чон Чон­гук. 1/09/97 - x/x/x. Ге­рой­ская смерть от фа­наток» сме­ющий­ся эмод­зи. Пос­ле это­го он спря­тал те­лефон об­ратно в кар­ман.

— Ты кру­то иг­ра­ешь в бей­сбол, — пох­ва­лил па­рень, об­ра­ща­ясь к Люн.

— Я знаю, — отоз­ва­лась она.

— Дав­но за­нима­ешь­ся?

— Да, — ко­рот­ко и без под­робнос­тей от­ве­тила она.

Пос­коль­ку бе­седу за­вязать с ней не осо­бо уда­валось — Чон­гук ни­чуть не расс­тро­ил­ся, — па­рень стал прос­то рас­смат­ри­вать свою со­сед­ку, ко­торая при­села на кор­точки. Пой­мав на се­бе взгляд мак­нэ, Люн под­ня­ла го­лову и с вы­зовом пос­мотре­ла на не­го в от­вет — Гук ти­хо зас­ме­ял­ся: все-та­ки смеш­ная она, эта офи­ци­ан­тка.

Трях­нув го­ловой, Люн по­доб­ра­лась к дыр­ке в ог­ра­де и ос­то­рож­но выг­ля­нула.

— Чис­то, — ска­зал кто-то. — Мо­жете вы­лезать.

Люн без про­мед­ле­ния вы­лез­ла, а вот Чон­гук с опас­кой пос­ле­довал за ней, под­хва­тывая тол­стов­ку. С кем это она там раз­го­вари­вала?

Ока­зав­шись сна­ружи, Гук уви­дел ря­дом с Люн пар­ня: он выг­ля­дел пос­тарше их с Люн, а вот рос­том был точ­но с Чон­гу­ка. Кро­ме то­го, на нем бы­ла чер­ная тол­стов­ка с ка­пюшо­ном пря­мо как у мак­нэ, а под ней — бей­сболь­ная фор­ма. Гук мель­ком при­пом­нил, что ви­дел его сре­ди иг­ро­ков на по­ле.

— При­вет, я Джи­хен, — поз­до­ровал­ся па­рень. — Брат Люн.

— Чон­гук, — пред­ста­вил­ся мак­нэ, слег­ка нак­ло­няя го­лову и по­пут­но от­ря­хивая свою тол­стов­ку от пы­ли.

— Не вол­нуй­ся: они сю­да не вер­нутся, — улыб­нулся па­рень, ки­вая го­ловой в сто­рону, на­мекая на фа­наток. — Я «увел» их в дру­гую сто­рону — они не за­мети­ли под­ме­ны.

До Чон­гу­ка дош­ло: Джи­хен спе­ци­аль­но на­тянул ка­пюшон сво­ей тол­стов­ки на го­лову и «под­ме­нил» Гу­ка, ког­да Люн ух­ва­тила его за ши­ворот.

— Вау, — про­тянул мак­нэ, — а вы быс­тро сре­аги­рова­ли.

— Жизнь ай­до­ла не­лег­ка, — доб­ро­душ­но за­метил Джи­хен. — Нуж­но по­могать.

Джи­хен, в от­ли­чие от сво­ей сес­три­цы, выг­ля­дел очень рас­по­лага­ющим: улыб­ка его бы­ла от­кры­тая, по­за не­фор­маль­ная, а тон дру­жес­кий, при­ят­ный.

— Спа­сибо, — поб­ла­года­рил Чон­гук. — Быть рас­терзан­ным фа­ната­ми — не са­мое при­ят­ное сос­то­яние.

Джи­хен рас­сме­ял­ся:

— Бла­года­ри сес­тру — она пер­вая за­мети­ла, что те­бе по­надо­бит­ся на­ша по­мощь.

Чон­гук пе­ревел взгляд на Люн, ко­торая сло­жила ру­ки на гру­ди и смот­ре­ла ку­да угод­но, толь­ко не на не­го. Джи­хен, то­же пос­мотрев на де­вуш­ку, в не­мом воп­ро­се под­нял бровь, по­вер­нувшись об­ратно к мак­нэ.

— Она ме­ня не очень лю­бит, — ше­потом, но очень от­четли­во — что­бы Люн на­вер­ня­ка ус­лы­шала, — от­ве­тил Чон­гук. — Она, ка­жет­ся, не очень жа­лу­ет ай­до­лов.

Го­воря все это, Чон­гук смот­рел на де­вуш­ку — та за­кати­ла гла­за.

— Прав­да? — рас­сме­ял­ся Джи­хен. — Но она те­бе по­мог­ла — это что-то зна­чит.

— Я так ей и ска­зал! — вос­клик­нул Чон­гук.

Люн слег­ка пок­расне­ла и ярос­тно пос­мотре­ла на обо­их.

— По­гово­рили? Все, пош­ли, — это она ска­зала уже бра­ту, хва­тая его за ру­ку.

— Лад­но те­бе, Люн, — при­мири­тель­но за­метил Джи­хен, — мы же прос­то шу­тим. И по­чему ты ни­ког­да не рас­ска­зыва­ла мне, что у те­бя есть та­кие зна­мени­тые друзья?

— Он мне не друг, — от­ре­зала Люн. — И нам по­ра — мы хо­тели се­год­ня по­ужи­нать вмес­те.

Джи­хен хлоп­нул се­бя по лбу.

— Точ­но: жир­ная и вред­ная пи­ща за счет мо­ей сес­тры, — вспом­нил он.

— Эй, это ты пла­тишь! — прит­ворно воз­му­тилась Люн.

— Я уве­рен, что се­год­ня твоя оче­редь, — ска­зал Джи­хен.

— И ты бу­дешь об­ди­рать свою бед­ную млад­шую сес­тру, оп­па?

— ... Ко­неч­но, — че­рез се­кун­ду раз­ду­мий от­ве­тил Джи­хен.

Они с Чон­гу­ком рас­сме­ялись.

— Эй, Чон­гук, не хо­чешь пой­ти с на­ми? — не­ожи­дан­но пред­ло­жил Джи­хен. — Мо­жем об­су­дить при­чину столь яв­ной не­люб­ви мо­ей сес­тры к ай­до­лам и к те­бе лич­но.

В взгля­де Люн от­четли­во чи­талось: «Луч­ше уме­реть».

У Чон­гу­ка же в го­лове от­четли­во раз­да­лись сло­ва Нам­джу­на о том, что ему нуж­но под­ру­жить­ся с Люн.

— По­чему бы и нет? — к ис­крен­не­му ужа­су Люн сог­ла­сил­ся он.

— Су­пер! — Джи­хен хлоп­нул в ла­доши. — По­дож­дешь, по­ка мы пе­ре­оде­нем фор­му?

— Без проб­лем.

Чон­гук ре­шил для се­бя, что сог­ла­сил­ся ис­клю­читель­но ра­ди ин­форма­ции о Сэм, ко­торая мог­ла быть у Люн, но — черт! — эти ужас, удив­ле­ние и да­же ка­кая-то за­ин­те­ресо­ван­ность, мель­кнув­шие в гла­зах Люн, зас­та­вили его ук­ре­пить­ся в сво­ем ре­шении нам­но­го боль­ше. А уж этот ярос­тный взгляд, ко­торый она бро­сила на­пос­ле­док, ког­да ухо­дила к раз­де­вал­кам, — ра­ди это­го сто­ило ска­зать «да».