Глава 30

День одиннадцатыйЛетела я недолго, потому что развила максимальную скорость. Каким чудом с меня не сорвало футболку, служившую мне ночной рубашкой — единственное, кроме трусиков, что было на мне надето, — не знаю, может, дело в том, что она, как и вся выданная мне в академии одежда, была магически зачарована от всяких повреждений? Может и так, но даже останься я голой — темпа не сбавила бы, жизнь моего дракона важнее всего на свете.Вскоре подо мной появился Йеллоустоунский заповедник — действительно, где же ещё могли находиться те самые горячие источники и кислотные озёра? Правда, не помню, чтобы у нас было озеро с кислотой такой концентрации, чтобы разъедала даже чешую дракона, но мир этот хотя и параллельный, но не полностью идентичный — вон, метеорит не туда упал и всех динозавров не уничтожил, гаргульи разбились здесь, а не приземлились в Шотландии, как у нас. Магия, опять же.Потому я и озеру с суперконцентрированной кислотой не сильно удивилась, и прочим отличиям в рельефе Йеллоустоуна. Например, такого странного образования, к которому привела меня путеводная нить, у нас точно не было. «Мабелла» была права — это словами не объяснить, нужно видеть.Несколько скал образовывали что-то вроде то ли навеса, то ли каменной клетки над частью озера, вонючего, пузырящегося и с густым содержимым странного цвета, словно в воду нефть налили, и она покрыла её радужной плёнкой. На берегу озера было черным-черно от мракобесов — несколько сотен, не меньше, — а в недоделанной пещере рычал и бился дракон.Пространство было, действительно, слишком маленьким, чтобы залететь, скорее Рику пришлось туда протискиваться, это сильно ограничило его движения, а выбраться обратно мешали мракобесы, которые, собрав все свои магические силы, загоняли дракона внутрь, осыпая огненными шарами и чёрными сгустками, ураганными порывами, каменными глыбами. Но, что самое страшное — по открытому участку озера шли волны, заплёскиваясь в каменную клетку и раня дракона ещё сильнее.А он, ревя от злости и боли, пытался прорваться сквозь этот заслон на трёх лапах, держа что-то в четвёртой и тщательно пряча это что-то под крылом.Мне хватило доли секунды, чтобы оценить всю эту страшную картину, а потом, издав свирепый рёв, от которого у самой уши заложило, я ринулась в атаку.Сначала просто пролетела несколько раз низко над озером, между мракобесами и их жертвой, собственным телом и огромными крыльями перехватывая летящие в дракона заклинания и возвращая хозяевам. После того, как многие из них пали жертвой собственного огня или мрака — поставить на себя защиту они либо не могли, либо не додумались, — а потом их ещё и окатило волной кислоты, заметно поредевшие ряды мракобесов дрогнули, начали отступать, а потеряв ещё часть бойцов, бросились врассыпную.Серьёзно? Эти смертные и правда верили, что смогут сбежать от разъярённой гаргульи в полной боевой выкладке? Оглянувшись на Рика, я увидела, что он успел выбраться из «пещеры» и теперь хромал к берегу, с трудом переставляя лапы в чавкающей субстанции, словно человек, бредущий по раскисшей дороге по щиколотку в грязи. Ему оставалась всего пара шагов, он справлялся, поэтому я занялась мракобесами.Радовало то, что все они снова были от макушек до пят закутаны в чёрные плащи, лица скрывались под глубокими капюшонами, поэтому мне легко было не видеть в них людей. Не знаю, смогла бы убивать так же просто, видя их лица? Не знаю. Но сейчас это для меня были нелюди. Не личности. Просто некие паразиты, от которых нужно очистить этот мир.Бешеных зверей пристреливают, не правда ли?Я успела расправиться с парой десятков чёрных фигур, когда услышала за спиной хриплое: — Не… убивай…Что значит — «не убивай»? Эту заразу нельзя оставлять на этом свете, нужно уничтожить, удалив, словно раковую опухоль. Оглянувшись, на Рика, который уже выбрался из кислоты и лежал на берегу, тяжело дыша, я услышала ответ на свой незаданный вопрос: — Всех… не убивай… Допросить…Ага, понятно! Сглупила, извините. Вновь кинувшись на врагов, я теперь просто хлопала их ладонью по макушкам, отправляя поспать. Кто не выживет — я не виновата, вы первые начали! Никаких мыслей о том, что я уничтожаю разумных существ, у меня не было, может, потом появятся, но не сейчас. Члены секты под названием «Шагающие в бессмертие», искренне планирующие править миром, быть разумными не могли по определению.Ещё пара секунд — и бодрствующими на всей прилегающей территории остались только я и дракон, к которому я кинулась со всех крыльев.— Рик! Рик, как ты?! — А вдруг он меня не узнал в этом виде и в таком состоянии? И я зачастила: — Рик, это я, Габриель. Ко мне крылья вернулись. Я думала, что в этом мире их потеряла, а они вернулись, представляешь?! Рик, чем тебе помочь?— Я узнал тебя, любовь моя, как я мог тебя не узнать? — едва слышно прошептал дракон. — Я узнаю тебя где угодно. Ты такая красивая!Он назвал меня своей любовью! Радость засияла во мне солнышком, то тут же притухла — слишком серьёзной была ситуация, потом порадуюсь.— Чем тебе помочь? — я с ужасом смотрела на его лапы, покрытые страшными ожогами, ниже колен чешуя почти расплавилась, по всему телу тоже были густо разбросаны ожоги, видимо, от волн и брызг, поднятых мракобесами, само озеро было дракону лишь по колено.— Помочь? — он приподнял голову, глядя куда-то, сквозь редкие сосны. — Там есть озеро… с чистой водой… постараюсь до него… добраться. Нужно… смыть кислоту.Рик отложил в сторону то, что прежде прятал под крылом — металлическую клетку, на дне которой лицом вниз лежала хрупкая фигурка с короткими чёрными кудряшками и в синей форме защитника, на её руке я заметила знакомый браслет. Если не видеть лица, девушку вполне можно было принять за меня. Судя по ровному дыханию, она просто спала, скорее всего, её усыпили заклинанием или дали какое- нибудь зелье, потому что шум, стоявший здесь совсем недавно, разбудил бы кого угодно. На клетке болтались обрывки цепей — наверное, с их помощью её и закрепили где-то внутри той недоделанной пещеры.Дракон попытался подняться, но сил не хватило, тогда он с трудом пополз в нужном направлении. Лететь он даже не пытался, как и открыть портал — может, эта кислота как-то блокирует или высасывает магию драконов? Ладно, потом спрошу, сейчас он дышит-то с трудом.Я уцепила Рика за основание крыла, выбрав место без обжогов, и, напрягая все силы, стала тянуть, помогая ему ползти — даже мне было не под силу поднять дракона, слишком он был огромен и при этом в разы тяжелее любого живого существа своего размера, наверное, из-за чешуи, которая, по сути, была бронёй, но вот сейчас так жестоко подвела своего хозяина.Мы промучились несколько минут, Рик почти дополз до сосен, и я с ужасом представляла, как сейчас он будет ломать их своим и так израненным телом, и примеривалась уже сама проделывать для него просеку, как вдруг заметила на горизонте тёмную точку, стремительно приближающуюся к нам, превращаясь в синего дракона. Скажи мне кто- нибудь ещё вчера, что я испытаю дикую радость при виде Килиана — покрутила бы пальцем у виска. Но сейчас я готова была расцеловать этого буку, который прилетел нам на помощь.Подлетев и моментально оценив обстановку, синий дракон опустился рядом, дождался, когда по его крылу, как по горке спустятся Унрек и лорд Халлоран, которых я тоже была безумно рада видеть, потом уцепил Рика сверху за бока и, крякнув, рывком поднялся в воздух. Я, разумеется, кинулась за ним, уверенная, что перевёртыши присмотрят за пленными, не позволив им расползтись, когда очнутся. А я должна быть рядом с Риком, это моё место, и никто не убедит меня в обратном.К счастью, небольшое озеро с чистой водой оказалось и правда неподалёку, хотя, сколько до него полз бы Рик и дополз ли вообще — не представляю. Килиан опустил моего дракона в воду, которая скрыла его лишь наполовину, сам приземлился рядом и, зачерпывая воды крыльями, начал его обливать.Я суетилась возле головы, лежащей на берегу, на которой, к счастью, было совсем мало ожогов. Свернув, по примеру синего дракона, крыло кулёчком, я сначала обливала голову Рика водой, а потом, уже более тщательно и кропотливо, промывала каждый ожог. А мой дракон покорно лежал, позволяя нам делать с ним что угодно, лишьиногда вздрагивал или стонал сквозь зубы, и этот стон разрывал что-то у меня в груди. Его боль после первого раза я уже не ощущала, но каким-то образом чувствовала, как же он страдает.— Достаточно, — сказал, наконец, Килиан, выходя на берег и принимая человеческую форму. — Всё, что можно, мы сделали, теперь нужно лишь ждать. Его организм справится, но понадобится время. — Сколько? — деловито уточнила я.— Не меньше суток. Раны слишком глубокие, а эта кислота каким- то образом воздействует на нас ещё и на магическом уровне, ослабляя все способности, в том числе и регенерацию. Но он жив, кислоту мы смыли, значит, хуже уже не будет. Остаётся только ждать. — А что насчёт целителей? — Ты представляешь, сколько нужно сил, чтобы излечить вот это? — мой собеседник обвёл рукой огромную тушу. Даже теперь, когда из воды виднелась лишь половина дракона, он впечатлял размерами. — Сотня целителей перегорит, но не справится. — А если он в двуногую форму перейдёт?— Тогда сразу умрёт. Только крылатая форма сейчас удерживает его от гибели.— Не надо… целителей, — прошептал Рик. — Я потерплю.— Ага, ясно, — кивнула я. Вчерашняя шутка госпожи Глинисы про ведро крови всё меньше походила на шутку. — Магистр Килиан, у вас нож есть?— Думаю, после всего, что здесь случилось, ты можешь звать меня просто Кил. И нет, ножа у меня нет, я обычно сплю без него.Приглядевшись к одежде Килиана — если можно назвать одеждой что-то, напоминающее серые пижамные брюки, больше на нём ничего не было, — я поняла, что сморозила глупость. Всю жизнь глядя на полуголых оборотней, я перестала реагировать на обнажённые торсы и даже не заметила, что дракон почти не одет.— А зачем тебе нож? — услышав знакомый голос, я обернулась и поняла, что у Унрека, одетого в трусы-боксеры и футболку без рукавов, тоже вряд ли инструментом разживусь. В своей ночной футболке я отлично вписывалась в эту босоногую компанию. Ну просто «пижамная вечеринка» на берегу озера.— Габриель, а ты, собственно, кто? — видимо, Килиан тоже меня разглядел. Или просто созрел для вопроса.— Я — гаргулья, — ответила, не видя смысла теперь-то это скрывать. И, видя две пары недоумевающих глаз, пояснила: — Помните, к вам космический корабль упал? Ну, тот взрыв, после которого вы все здесь и появились? И скелеты с крыльями?— Рик рассказал тебе наше семейное предание? — прищурился Килиан. — Да. Так вот, в моём мире они не разбились, а приземлились. И я их прямой потомок.— А почему ты раньше не сказала? — Унрек с детским восторгом рассматривал мои крылья.— Я не могла обращаться, думала, что потеряла эту способность вместе с остальными, попав в этот мир. Мне было больно вспоминать о своей потере. — Я решила сменить тему на более актуальную: — Если ножа нет, мне придётся воспользоваться твоими когтями.— Нож есть, — рядом с нами появился лорд Халлоран. В отличие от нас, он был полностью одет, правда, в «гражданское», и даже обут. — Я услышал, что он тебе нужен, и позаимствовал у одного из пленных.— А они там не разбегутся? — поняв, что все прибывшие находятся здесь, заволновалась я.— Нет. Я отправил сообщение и координаты в службу собственной безопасности, и сейчас пленных забирают порталом в императорский дворец. Пусть с ними профессионалы разбираются.— Не надо нож! — послышался вдруг голос того, кого я меньше всего ожидала здесь увидеть. Широкая, как у всех перевёртышей, грудь бывшего императора странно зашевелилась, вспучилась, а потом между пуговицами высунулся очень знакомый нос. Перевёртыш расстегнул пару пуговиц, и через секунду уже весь Рокет выбрался наружу, прямо в мои объятия. — У меня же игла с собой! — и он гордо похлопал по карману жилета.— Ты мой герой! — я чмокнула довольного енотика в лоб, потом вернула лорду Халлорану, с которым он вроде бы успел подружиться, и повернулась к своему дракону. Опустившись возле его морды на колени, я с сожалением рассталась с крыльями, вернув себе обычный человеческий облик. — Рик, открой рот, будем лечиться.За спиной раздались удивлённые перешёптывания, а мне на плечи опустился сюртук.— Спасибо, — улыбнулась я через плечо лорду Халлорану, но надевать сюртук не стала, просто поудобнее в него завернулась, поскольку в человеческом обличье тут же озябла в мокрой футболке.— Нет, — глухо уронил дракон сквозь стиснутые зубы, отвечая на мои слова. И на этот раз он стиснул их не от боли, хотя и она никуда не ушла, а чтобы показать — пить мою кровь он не станет. Как знакомо. По рассказам родственниц, но один в один просто! Ох уж эта мужская гордость.— Ладно, — кивнула я, соглашаясь. — Не хочешь пить — не надо. Я просто буду поливать кровью твои раны, магистр Килиан мне в этом поможет. Только учти — этот метод не такой эффективный, поэтому крови понадобится в несколько раз больше.— Я выпью, — выдавил из себя дракон и покорно приоткрыл пасть.Усевшись рядом поудобнее, я воткнула иглу в вену, используявместо жгута пальцы Унрека, и дело пошло.— Ты что, собираешься вылить в него всю свою кровь? — Унрек, пристроившись рядом, с интересом наблюдал за процессом. — А зачем?— А тебя не удивляет, что ещё неделю назад её фамильяр был слепым? — к нам подошёл Килиан.— Не слепым, а очень близоруким, — поправила я. — Слепоту пришлось бы лечить дольше. Он и сейчас ещё не до конца излечился, но это дело нескольких дней. Моя кровь целебная, — ответила на вопрос Унрека. — Но я не была уверена, что в этом мире моя способность не исчезла. Решила проверить на Рокете. Получилось.— Но… это сколько же нужно крови, чтобы вылечить всё это?! — Унрек обвёл рукой тело дракона.— Не знаю, но надеюсь, что хотя бы боль удастся снять. Ты не волнуйся, Унрек, таким способом, — я кивнула на иглу, — я могу потерять любое количество крови без каких-либо последствий. Единственная побочка от кровопотери — зверский голод.— Понял, — кивнув, перевёртыш встал и повернулся на триста шестьдесят градусов, прислушиваясь и принюхиваясь. — Тебе бизона или оленя?— Оленя хватит, — усмехнулась я. — Надеюсь.— Поймаю двоих, — кивнул Унрек. — Сам что-то тоже проголодался. Вот и пригодится твой нож, — это он уже лорду Халлорану.— А не проще ли слетать в академию и взять еду в столовой? — спросил тот с доброй улыбкой, наблюдая за нами, как за малыми детьми, ещё глупыми в силу возраста, но от этого не менее любимыми.— Ой, я дура-ак! — младший перевёртыш хлопнул себя по лбу. — Кил, слетаешь? — Разумеется, — пожал плечами синеволосый дракон и ехидно добавил: — Всё, что ни попросите, студент Унрек.И до меня дошло, что до этого утра он не подозревал, кто такой Унрек, а на том нет артефакта личины. Интересно, он в кабинете ректора его снял или спал без него, а потом так и летел через всю академию, услышав мой зов и поняв, что дело серьёзное? Впрочем, бегущего на полной скорости перевёртыша простые смертные заметить не могли, тем более — разглядеть.— Ой, да ладно тебе дуться! — хмыкнул принц. — Так было нужно.— Обидно, что о том, кто ты такой, знает даже иномирянка. Но нея. А я-то ещё радовался, какой у меня замечательный ученик появился, всё на лету схватывает. Было бы чему радоваться!— На меня просто артефакт личины не действует, — словно бы извиняясь, пояснила я причину своей осведомлённости.— Может, позже отношения выясните? — вежливо предложил лорд Халлоран. — А то девочка очень кушать хочет, а вы…— Ещё не очень, — честно призналась я. Но крови из меня артефакт высосал уже порядочно, что не могло не радовать — чем быстрее и больше «лекарства» получит дракон, тем скорее у него перестанут так отчаянно болеть раны. Судя по поверхностному и прерывистому дыханию, ему сейчас было несладко, но Рик хотя бы уже не стонал — то ли кровь действовать начала, то ли промывание ран помогло.— Уже лечу, — и перед нами уже не мужчина, а огромный дракон. — Ты только одно скажи, Рой, что ты вообще забыл в академии?— Серьёзно? Ты на самом деле не догадываешься? — искренне удивился Унрек.— Знал бы — не спрашивал, — фыркнул дракон.— Вспомни, с кем я постоянно рядом нахожусь? — намекнул младший перевёртыш.— С ней, — огромная голова качнулась в мою сторону. Унрек закатил глаза.— А ещё с кем?— С Шолто. Не знаю, что ты нашёл в этом смертном, но… — дракон осёкся, что-то прикинул, потом высоко вскинул надбровные дуги. Я уже давно заметила, какая у них живая мимика, и не скажешь, что рептилии. — Даритан? Это Даритан? Так ты его нянька?— Только при нём так не говори. По его версии — я за ним просто присматриваю. Лети, давай, или мне всё же за оленем сбегать?— Да лечу я, лечу! — буркнул дракон и за пару секунд ушёл в точку на горизонте.— А как же ты Шолто одного оставил? — спохватилась я.— Почему одного? Сдал Мароше с рук на руки. Фил сейчас немножечко занят, а она всё равно за детьми присматривает, а где двое, там и третий.— Этого ты тоже Шолто не говори, — усмехнулась я.— Я не настолько жесток, — улыбнулся в ответ Унрек, и мы понимающе переглянулись. — Расскажи, — невнятно проговорил Рик, стараясь не шевелить челюстью и языком, на который я лила кровь. И я как-то сразу поняла, что он хочет узнать. Остальных-то Рокет, который сейчас с интересом обследовал берег озера, просветил, а вот мой дракон не в курсе.К тому времени, как я рассказала, что со мной случилось после внезапного пробуждения, и уже дошла до появления Рокета, взявшего в плен фамильяра ведьмы, вернулся Килиан. С добычей. На каждом пальце передних лап у него висело либо ведро, либо узел, опуститься он не мог, чтобы не раздавить поклажу, поэтому завис над самой землёй, а оба перевёртыша кинулись освобождать его от багажа. А потом порадовали меня его содержимым.В металлических вёдрах с крышками оказались: жареные куриные окорочка, жареные куски мяса я-ля гриль, сосиски, оладьи, омлет и овсянка. В седьмом ведре стояли укутанные салфетками, чтобы не разбились друг о друга, три кувшина с компотом, судя по цвету — трёх разных видов, а в последнем — хлеб, посуда, столовые приборы и отдельный котелок с едой для моего фамильяра. В общем, то ли повара не поскупились, то ли Килиан нагло ограбил кухню, но еды хватило бы нам всем на пару дней, даже учитывая мой зверский аппетит после кровопотери.Впрочем, столько крови за раз я ещё не теряла. Так, пару-тройку литров, сдавая для клиники, больше мне не позволяли, я же «ребёнок». Сейчас же я не собиралась останавливаться до тех пор, пока хотя бы боль Рику не сниму, а учитывая его размеры, а так же площадь и тяжесть повреждений… Впрочем, внимательно вслушиваясь в дыхание дракона, я отметила, что оно становится всё менее прерывистым, более спокойным. И это радовало.В двух узлах оказалось несколько одеял, покрывало и одежда для Унрека и меня. Не синяя и вообще не форменная, видимо, из гардероба ректора и его жены, сам Килиан был уже нормально одет. Поскольку с иглой в руке я была не слишком мобильна, Унрек просто закутал меня в одеяло, вернув лорду Халлорану его сюртук. Оденусь позже, поскольку всё равно намереваюсь оставаться рядом со своим драконом, пока он непоправится настолько, чтобы встать на крыло или хотя бы обратиться в двуногую форму без опаски погибнуть. А это процесс небыстрый.Поскольку желудок уже просто умолял кинуть в него хоть что- нибудь, я взялась за куриные окорочка, которые мне отдали вместе с ведром — их удобнее всего было есть одной рукой. Впрочем, наложив себе еды в большие миски, мужчины и остальные вёдра щедро поставили рядом со мной, все, кроме того, что с овсянкой — терпеть не могу эту кашу. Нет, не будь всего остального, я бы и её смолотила, не поморщившись, но когда рядом мясо… Нет, овсянка и я — вещи несоединимые.Не знаю, сколько крови я отдала дракону, мне было всё равно, сколько надо, столько и отдам. Никакого дискомфорта я не испытывала, кровь текла и текла, а я ела и ела, ополовинив все вёдра и выдув три кувшина с компотом, а потом ещё и парочку с водой из озера, точнее — из впадающего в него ручья, — и даже в туалет не хотелось, видимо, всё на пользу пошло, безотходно.Утолив голод, Килиан рассказал то немногое, что успел узнать у Фила, которому так же не все детали докладывали, лишь в общих чертах. С мракобесами работали следователи, предварительно навесив на них артефакты, блокирующие магию — и такие были в этом мире, что меня особо не удивило, во многих фэнтези было что-то подобное. И просто по логике в магическом мире должно быть что-то, эту магию ограничивающее хотя бы для того, чтобы преступников контролировать.Результаты допросов будут позже, и не факт, что станут известны всем, но, по крайней мере, то, что вся верхушка секты либо погибла, либо задержана, ректору сообщили. И ещё кое-что он узнал от ведьмы, которая так до сих пор и сидит в том подвале, поскольку конкретно сейчас в академии не было ни одного мага металла, это очень редкая магия, а сам цепь снять так, чтобы ведьму ненароком не поранить, ректор не смог — у него лапки! В прямом смысле. Поэтому ждали либо кузнеца, за которым уже послали в город, либо меня.Пускай ждут кузнеца! А если нет — в подвале есть горшок и матрас. А меня в ближайшие часы, а может и сутки, отсюда игуанодоном не спихнёшь.Эта ведьма — её имя Заванна, кстати, — тоже подтвердила, что на кон было поставлено всё, поэтому возле кислотного озера находились поправится настолько, чтобы встать на крыло или хотя бы обратиться в двуногую форму без опаски погибнуть. А это процесс небыстрый.Поскольку желудок уже просто умолял кинуть в него хоть что- нибудь, я взялась за куриные окорочка, которые мне отдали вместе с ведром — их удобнее всего было есть одной рукой. Впрочем, наложив себе еды в большие миски, мужчины и остальные вёдра щедро поставили рядом со мной, все, кроме того, что с овсянкой — терпеть не могу эту кашу. Нет, не будь всего остального, я бы и её смолотила, не поморщившись, но когда рядом мясо… Нет, овсянка и я — вещи несоединимые.Не знаю, сколько крови я отдала дракону, мне было всё равно, сколько надо, столько и отдам. Никакого дискомфорта я не испытывала, кровь текла и текла, а я ела и ела, ополовинив все вёдра и выдув три кувшина с компотом, а потом ещё и парочку с водой из озера, точнее — из впадающего в него ручья, — и даже в туалет не хотелось, видимо, всё на пользу пошло, безотходно.Утолив голод, Килиан рассказал то немногое, что успел узнать у Фила, которому так же не все детали докладывали, лишь в общих чертах. С мракобесами работали следователи, предварительно навесив на них артефакты, блокирующие магию — и такие были в этом мире, что меня особо не удивило, во многих фэнтези было что-то подобное. И просто по логике в магическом мире должно быть что-то, эту магию ограничивающее хотя бы для того, чтобы преступников контролировать.Результаты допросов будут позже, и не факт, что станут известны всем, но, по крайней мере, то, что вся верхушка секты либо погибла, либо задержана, ректору сообщили. И ещё кое-что он узнал от ведьмы, которая так до сих пор и сидит в том подвале, поскольку конкретно сейчас в академии не было ни одного мага металла, это очень редкая магия, а сам цепь снять так, чтобы ведьму ненароком не поранить, ректор не смог — у него лапки! В прямом смысле. Поэтому ждали либо кузнеца, за которым уже послали в город, либо меня.Пускай ждут кузнеца! А если нет — в подвале есть горшок и матрас. А меня в ближайшие часы, а может и сутки, отсюда игуанодоном не спихнёшь.Эта ведьма — её имя Заванна, кстати, — тоже подтвердила, что на кон было поставлено всё, поэтому возле кислотного озера находились не говорить его матери подробностей, пока сын не сможет предстать перед ней не только живым, но и здоровым. Но завтра пусть готовится — долго скрывать от жены такие новости его отец не станет, а значит, грядёт прилёт родительницы, желающей лично убедиться — её ребёнок в порядке.Пока Килиан всё это рассказывал, дыхание моего дракона становилось всё спокойнее, он уже не был так напряжён от боли. И хотя его раны, которые были мне видны, сильно не изменились, я просто чувствовала, как стихает его боль, и тихо радовалась.В какой-то момент игла всё же выскочила у меня из вены. Она регулярно пыталась это сделать — регенерация не дремала и пыталась исторгнуть чужеродный предмет, — но я не менее регулярно подпихивала её на место. А тут заслушалась Кила и упустила момент. Чертыхнувшись, вынула руку из приоткрытой драконьей пасти, чтобы поставить артефакт на место, но та вдруг закрылась, а Рик тихонько засопел и совсем расслабился.— Что с ним? — перепугалась я такой странной реакции.— Спит, — успокоил меня синий дракон. — Не пугайся. Знаешь, Габриель, твоя кровь — это нечто. От подобных ожогов он должен был ещё полдня выть и корчиться от боли. Допустим, крики он сдерживал — ты же рядом, не хотел пугать. Но чтобы просто взять и уснуть?! Тут никакая сила воли не поможет, это значит, что ему действительно уже не больно.— Это здорово, и я очень рада, но как же теперь его поить? — заволновалась я. — Ты сможешь ему пасть приоткрыть? А он не захлебнётся? Эх, полцарства за артефакт для переливания крови, чтобы сразу из вены в вену!— Габриель, ты и так отдала ему достаточно крови, — покачал головой Килиан. — Дальше его организм справится сам. Пусть спит, пока спит — исцеление идёт. Не волнуйся, этот старичок крепче, чем кажется, поверь, он справится.— Сам ты старичок! — тут же взвилась я. К чёрту субординацию, здесь я не студентка, а он не преподаватель, и нечего моего дракона оскорблять! — Бессмертные старыми не бывают, правда, лорд Халлоран?— Правда, — грустно улыбнулся мне перевёртыш, которому было почти четыре тысячи лет, а выглядел он чуть старше человеческих тридцати. — Физически мы не старимся, но порой очень устаём от жизни и одиночества.— А почему вы до сих пор один? — рискнула я спросить о том, что меня интересовало ещё с тех пор, как я рассматривала фамильное древо императорской семьи. — До сих пор ждёте свою истинную?А что? И мой отец, и дед с дядей нашли своих половинок в возрасте трёх с лишним тысяч лет. Не велика разница с лордом Халлораном.— Нет, — покачал головой старший перевёртыш, и глаза его стали не просто печальными, а больными. — Я её уже нашёл. И потерял. Она осталась в вашем мире, а я вот здесь. — Но как же так? — ахнула я. — Это долгая история, но если хочешь, могу её тебе рассказать, пока спит Ардерик.— Очень хочу! — я уселась поудобнее, укуталась в одеяло, прижала к себе задремавшего у меня на коленях Рокета и приготовилась слушать.