Глава 15

«Если ты любишь человека таким, какой он есть, то ты любишь его. Если ты пытаешься его кардинально менять, то ты любишь себя. Вот и все». Августин Аврелий

* * * Гермиона поежилась от холода. Открывать глаза не хотелось, потому что девушка не знала, что ее ожидает. Она боялась взглянуть в глаза Тому и увидеть там насмешку, безразличие, презрение за ее вчерашнюю слабость. Да, Риддл не понимал и не принимал того факта, что кто-то может испытывать слабость, страх, любовь. Он считал эти чувства позорными, недостойными великих волшебников. Девушка впилась ногтями в свою ладошку. Боль помогла отвлечься от неприятных мыслей. Ведь сегодня очень важный день! Сегодня Гермиона должна провести Тома по «Дороге снега». Миа открыла глаза и увидела перед собой смятое одеяло и подушку. Протянув руку, девушка провела ладонью по ткани. Холодная. А на что она надеялась? Что Риддл останется в кровати, чтобы обнять и поцеловать ее? Сказать, что любит? Чушь! В лучшем случае, он поблагодарит ее за приятно проведенное время. А в худшем … Девушка не хотела об этом думать. Сев на кровати, Миа обвела глазами комнату: каменные стены, гобелен, камин, кресло и Риддл. Слизеринец задумчиво смотрел на Мию. Его лицо было бесстрастным и безумно любимым. О чем он думал? Гриффиндорка не знала и не хотела знать. Иногда лучше неизвестность и самообман, нежели правда. - Отдохнула? – спросил Том, все так же глядя на девушку. - Да, - Миа нервно прижала к себе одеяло. Риддл был полностью одет: все пуговицы были застегнуты, волосы аккуратно уложены, на мантии не было ни единой соринки. Его облик излучал уверенность в себе. Поэтому девушка чувствовала себя уязвимой перед ним. Растрепанная, голая, она вцепилась в одеяло так, словно оно было единственной ее защитой. Том одобрительно кивнул и велел: - Одевайся. Гриффиндорка повиновалась. Отбросив одеяло, девушка, ужасно смущаясь под пристальным взглядом Риддла, начала судорожно натягивать на себя одежду. Взяв в руки свою сумку, Миа нашла расческу и заколку. Собрав непослушные кудри вместе, Гермиона скрепила их заколкой. За все время, что девушка приводила себя в порядок, слизеринец не проронил ни слова. Лишь когда Гермиона трансфигурировала кровать в кресло, юноша поинтересовался: - Ты готова? - Да. - Хорошо. Тогда пошли. С этими словами слизеринец взял девушку за руку и повел ее к выходу из комнаты для размышлений. Наведя на себя и Гермиону чары невидимости, Риддл, все так же держа ее за руку, направился в сторону внутреннего дворика Хогвартса. По дороге Миа размышляла о странном поведении Тома. Он вел себя так, как будто вчера ничего особенного не произошло. Это задевало Гермиону. Для человека, говорящего ей о том, что она нужна ему, такое поведение было нелогично. Девушка сильнее сжала невидимую ладонь слизеринца. Ей было необходимо убедиться в том, что он настоящий, так как Гермиона уже не была уверена в реальности вчерашней ночи. В ответ на жест гриффиндорки, тонкие холодные пальцы Риддла сжали ее ладошку. Это прикосновение придало уверенности Мии. Дойдя до арочного прохода с изображением ворона, волшебники замерли. Том снял чары невидимости и посмотрел на Гермиону. Согласно книге, именно в этом месте находился портал, который нужно было активировать с помощью заклинания. Он мог открыть дорогу прямо в сердцевину излома, где взывающий должен был получить ответы на интересующие его вопросы. Открыть его мог лишь советник. - Готова? – спросил Том. - А ты? – ответила вопросом на вопрос Миа. - Разумеется. - Замечательно. Гермиона достала волшебную палочку и произнесла заклинание. Ничего не произошло. Девушка нахмурилась. Она была уверена в том, что произнесла формулу правильно. Тогда что же случилось? Протянув руку, гриффиндорка хотела проверить арочное отверстие на наличие изменений. Но Том, перехватив ее руку, сказал: - Нет. - Почему? - Я сам. Слизеринец, оттеснив Мию в сторону, вошел в арку и исчез. Гриффиндорка несколько секунд пораженно рассматривала проход, за которым виднелся внутренний дворик и мощеная, идеально ровная дорожка. А потом Гермиона бездумно метнулась к арке. Едва ступив ногой на мощеную дорожку, Миа ощутила, как сквозь ее тело пронесся обжигающий вихрь. Тысячи маленьких иголочек вонзились в ее плоть, одновременно раздирая и сжигая душу гриффиндорки. Было настолько больно, что девушка, закричав, потеряла сознание.

* * * Пробуждение было тяжелым. Во всем теле девушка ощущала слабость. Глубоко вдохнув воздух, Гермиона очень удивилась: пахло травой. В марте не может быть такого запаха. Значит, у нее все же получилось открыть портал. Осторожно сев, девушка открыла глаза. Вокруг было зелено. Взглянув на небо, Миа, слегка прищурившись, увидела ярко светящее солнце. Это было нереально. В Англии не бывает настолько замечательной погоды. Встав на ноги, гриффиндорка обвела взглядом окружающее ее пространство. Здесь был белый дом, окруженный маленьким садом, в центре которого стояло дерево. Кажется, дуб. Невероятно! Именно о таком доме всегда мечтала Гермиона. В своих мечтах девушка представляла себе собственный кусочек сказки. Она жила бы в нем со своей семьей. Муж, образ которого всегда был расплывчат, и двое детей. Несмотря на то, что Гермиона была жадной до знаний, она стремилась именно к этой девичьей мечте. А потом гриффиндорка узнала, что будет война. Она запретила себе мечтать и стала жить настоящим. Так как осознание того факта, что она может не выжить в этой бойне, было таким же реальным, как и волшебная палочка. Подойдя к дереву, девушка прикоснулась рукой к его шероховатой поверхности. Кожу приятно царапнуло. Неужели может быть настолько хорошо от того,что просто стоишь и нежишься в ласковых лучах солнца? Теперь Гермиона знала ответ на этот вопрос – может. - То-о-ом! Том, где ты? Грейнджер удивленно оглянулась и замерла, увидев перед собой себя лет через десять. - Том! Сынок, иди обедать! - Женщина стояла на пороге и внимательно вглядывалась в пространство. Видимо, она искала Тома. Странно, но она не замечала Гермиону. Еще немного постояв на пороге, женщина скрылась в доме. Невероятно! Несмотря на то, что гриффиндорка считалась самой умной ведьмой своего поколения, она не могла объяснить происходящих с ней вещей. - Здравствуйте, а вы кто? – Услышав вопрос, Миа оглянулась и увидела ребенка. Мальчик, лет восьми, с любопытством смотрел на нее. Огромные карие глаза изумительно сочетались с глазами Тома Риддла. Гермиона улыбнулась. - Меня зовут Гермиона. А ты Том? - Да. А откуда вызнаете? – Из любопытного взгляд ребенка стал задумчивым. - Тебя звала … мама. - Понятно. А ты кого-то ищешь? – поинтересовался маленький Том. - Мм… да. Я ищу твоего отца. – Гермиона решила рискнуть и больше узнать о том, что ее может ожидать в будущем. Мальчик не боялся ее и был не против продолжить разговор. - Папа на работе. Он обычно приходит к ужину. Если хочешь, можешь подождать его в доме. Мама любит гостей, - Том говорил неторопливо, четко формируя свои мысли. «Умный ребенок», - сделала вывод Гермиона. - Нет, я спешу. Можно тебе задать еще один вопрос? - Конечно! - Как зовут твоего отца? – Сердце девушки сжалось, с надеждой и страхом ожидая ответа. - Тот Риддл-старший. На мгновение гриффиндорке показалось, что ее сердце остановилось. Но нет, уже в следующий момент оно забилось быстрей. Мечта, которая может стать реальностью. Что еще нужно для счастья? - Спасибо, – прошептала девушка и, не удержавшись, порывисто обняла мальчика. Отстранившись, Гермиона взглянула в глаза Тому и сказала: - Иди домой, мама тебя, наверное, уже заждалась. Том сморщил нос и сказал: - Не хочу. - Почему? - На обед будет каша! – мальчик капризно поджал губы. - Ты не любишь кашу? – удивилась Гермиона. - Нет. - Но ведь она полезная. - Мама тоже так говорит, - произнес Том. - И она совершенно права. Иди, не стоит огорчать маму. Мальчик кивнул и побежал к дому. Гер миона осталась сидеть на корточках, смотря вслед своему сыну. Когда за спиной ребенка закрылась дверь, девушка ощутила знакомый жалящий вихрь. Ну, что ж, пора было возвращаться.

* * * - Миа! Миа, очнись! – донесся, как сквозь вату, чей-то настойчивый голос. «Зачем? Мне и так хорошо», - пронеслась в голове мысль, а потом кто-то бесцеремонно выдернул ее из сладкой дремы. Открыв глаза, девушка увидела бледное лицо Тома. Несколько мгновений Гермиона неподвижно лежала в объятиях слизеринца, а потом поцеловала его. В этот раз не было горечи или сомнения. Девушка пыталась вложить в этот поцелуй всю любовь, которую она испытывала к нему. И у нее, кажется, вышло. Отстранившись, Гермиона увидела удивление на лице юноши. - Хм, не знал, что ты можешь так соскучиться. А ведь прошло всего лишь пять минут! – Том пребывал прекрасном расположении духа. - Вышло? – поинтересовалась девушка, не обращая внимания на колкое замечание. - Конечно! Ты даже не представляешь, насколько это чарующе! - Что ты видел? - Это трудно описать словами, и я не уверен, что ты сможешь понять. - Опиши все одним словом, - попросила гриффиндорка. Том задумался. А потом, улыбнувшись, сказал: - Величие. Улыбка на лице Мии поблекла. Закусив губу, девушка прижалась к парню и прошептала: - Это замечательно. - Ты не рада. Почему? – требовательно спросил Том. - Потому, что я видела «Счастье», - грустно ответила Миа. - Я был в той реальности. - Да. - Тогда в чем дело? - Меня не было в твоем будущем. - Это не важно! – возразил Том. – Мы сами хозяева своей жизни. Гермиона посмотрела в бездонные глаза и произнесла:- Не в этой жизни, мой милый Том. - Что ты хочешь этим сказать? - Лицо юноши стало жестким, а во взгляде сверкнула злость. - Только то, что я закрою проход в своем времени. Отстранившись от разозленного слизеринца, Гермиона сделала несколько шагов по направлению к арке.- Неужели. А ведь ты уверяла, что любишь меня, - прошипел Том. - Люблю. Именно поэтому и ухожу. - Тебе не кажется, что это жестоко? Девушка сглотнула застрявший в горле комок слез. - Это жестоко, - подтвердила она. – Но со мной ты не достигнешь величия. Риддл расхохотался. Его смех звучал ужасающе и, в то же время, истерично. Успокоившись, он отвернулся от Гермионы и пошел по дорожке в противоположную от девушки сторону. Остановившись где-то на середине пути, Том развернулся и проникновенно посмотрел на Мию. Он словно предлагал девушке одуматься и пойти с ним. Риддл давал ей последний шанс. Гермиона едва удержала себя от того, что бы броситься к любимому человеку. Несколько минут она смотрела волшебнику в лицо, а потом развернулась и побежала к арке. Едва оказавшись в замке, гриффиндорка услышала пронзительный вой ветра. Вот и все. Излом исчез и она, Гермиона, больше никогда не увидит Тома Риддла. В ее времени его не существует. Есть лишь Темный Лорд, против которого надо сражаться. Прислонившись к каменной стене, Грейнджер закрыла глаза. Из-под темных ресниц появились две прозрачные слезинки, которые, прочертив две дорожки, упали на мантию. Только что она собственными руками уничтожила реальность с гордым названием «Счастье».