Глава 16

Они завалились в дом Хёнджина, не разрывая поцелуя. После их разговора интерес к выставке пропал у обоих, и почему-то было очевидным поехать именно к нему. Это была самая неловкая поездка за всё время. Парни попросту не знали, что говорить, хотя тем для разговора было предостаточно.

Наскоро сняв обувь, Хван подхватил Феликса на руки и понес наверх, впиваясь в тонкую кожу на его шее, жадно прикусывая её. В голове у блондина был туман. Ему было всё равно, куда они идут, он не понимал, что они делают, но в моменте это не имело значения. Он сильно скучал и не хотел, чтобы Хёнджин его отпускал.

Всё же брюнету пришлось поставить Ли на ноги, хотя стоять у того сил уже не было. Он открыл дверь, и парни оказались в спальне. Хван взял Феликса за руку и повел за собой. Опрокинув его на постель, он навис сверху и хищно улыбнулся.

- А ты знаешь, я ведь действительно тебе поверил, - начал Хёнджин, запуская руку под рубашку Ли. – Ты был так зол...

Его пальчики умело бегали по коже, поднимая море мурашек. Феликс слушал его в пол-уха, с трудом сдерживаясь. Прикосновения Хвана вызывали в нём бурю эмоций, с которыми он не в состоянии был совладать.

- Ещё никому не удавалось так меня расстроить, - шептал Хёнджин на ухо, а его рука тем временем опускалась всё ниже. – Каждый день мысли о тебе не давали мне покоя, я порывался приехать и объясниться, но ты ясно дал понять, что не хотел меня видеть.

Брюнет не стал церемониться и просто разорвал рубашку. Пуговицы полетели в разные стороны.

- Ты был первым, кто заставил меня так страдать.

Феликс прикрыл глаза и почувствовал сначала горячее дыхание, а затем и поцелуй, оставленный на ключице. Дорожка из поцелуев прошлась от шеи до низа живота. Невольный стон сорвался с губ юноши.

- Джинни, я же извинился, - прошептал он прерывисто.

- Этого мало. Тебе нужно преподать урок.

Ли открыл глаза и испугался. Хёнджин в мгновение поднял его и положил животом вниз себе на колени. Он сдернул с него брюки и куда-то их выкинул, оставляя Феликса в одних боксерах.

- Помнишь, как наказывают маленьких мальчиков, которые плохо себя вели? – спросил Хёнджин, поглаживая зад блондина.

- Хён...

Стянув боксеры, Хёнджин сначала шлепнул его легко, чтобы не напугать. Феликс действительно почувствовал себя нашкодившим ребенком. Делая пару сильных шлепков, Хван поглаживал румяное место прохладной ладонью, а затем неожиданно ударял в несколько раз больнее. Испуганный Ли взвизгивал, но Хвана это только раззадоривало.

- Больше не будешь меня расстраивать? – спросил Хёнджин в перерыве между шлепками.

- Хван, что за игрища, прекрати это безумие!

Шлепок.

- Ай!

- Отвечай на вопрос, иначе будет больнее, - проговорил брюнет, ударяя ещё раз.

- Хёнджин, отпусти меня немедленно!

Ещё удар. Звук шлепка эхом разлетелся по комнате.

- Феликс, отвечай на вопрос.

Но юноша уже начал вырываться из цепких лап Хёнджина. Кожа Ли пылала, но сдаваться от не хотел. Краем глаза он заметил, как замахнулся брюнет, и пропищал:

- Ладно, не буду! Твоя взяла!

Хёнджин опустил руку и нежно погладил Феликса.

- Какой же ты глупенький. Дольше выделывался. Или тебе просто нравилось? – прошептал Хван.

- Нет, это крайне унизительно! Быстро отпусти меня!

- Ты не в том положении, чтобы указывать. Я ещё не закончил.

Хёнджин подхватил Феликса вновь и, уложив на постель, навис сверху. Юноша не успел глазом моргнуть, как брюнет собрал его руки над головой. Что-то звякнуло, и Ли понял, что не может пошевелиться. Подняв взгляд, он увидел, что прикован наручниками к изголовью кровати.

- Хван, ты в своем уме?!

- Это ещё одно наказание. Я уже понял, что с первого раза ты не понимаешь.

Пожалуй, второе было даже похуже, чем первое. Всё, что мог делать Феликс, это подчиняться. Именно это и любил Хёнджин – укрощать. Прикоснувшись к сухим губам Ли, он оставил на них легкий поцелуй и перешел на шею. Прикусывая кожу, он оттягивал её, а затем оставлял такой же горячий поцелуй и двигался дальше. Феликс извивался в его руках, чем только смешил Хвана.

- Я буду мучить тебя, пока ты не сдашься, - прошептал Хёнджин.

Блондин держался из последних сил.

- Я и так ничего не могу сделать, хватит издеваться! – просил Феликс.

От каждого прикосновения рук Хёнджина в его животе бабочки сходили с ума. Он умирал от желания, а Хван наверняка именно этого и добивался.

- Просто скажи, чего ты хочешь, и я сделаю это, - сказал он.

- Я хочу, чтобы ты прекратил это насилие!

- Нет, ты не этого хочешь, - ответил Хёнджин, поглаживая бедра Феликса. – Просто расслабься и скажи это.

Дыхание Ли прерывалось. Он прикусил губу, кажется, уже до крови, а Хёнджин продолжал оставлять поцелуи на его животе. Это сводило с ума. Феликс больше не мог сопротивляться. Наплевав на гордость, он простонал:

- Джинни...

Хёнджин удовлетворенно кивнул.

- Ты хороший мальчик, выучил урок. За это я тебя награжу сполна.

И Феликс пожалел, что так долго выделывался. Хёнджин резко подобрел, был аккуратен и нежен, спрашивал, всё ли хорошо. Таким обходительным он не был, пожалуй, никогда. Ли даже не думал, что он предпочтет удовольствие другого своему. Когда оба достигли эйфории, Хёнджин рухнул на постель рядом, пытаясь отдышаться. Хван взглянул на Феликса. Юноша был уставшим, но довольным. Вся эта нервотрепка сказалась на нём, и он, полусонный, задремал. Брюнет улыбнулся, взял с тумбочки ключ от наручников и освободил пленника. Железные браслеты чуть натерли запястья, поэтому он заботливо смазал их заживляющей мазью. Пристроившись рядом, Хван поцеловал Ли в макушку и приобнял.

- Когда же ты, маленький спорщик, поймешь, что от судьбы не убежишь?

***

Феликс впервые за последнее время выспался. Он уже проснулся, но ему было так удобно, что вставать не хотелось. Потянувшись, он улыбнулся, открыл глаза и чуть не воскликнул от удивления. Спросонья он забыл, что ночевал не дома. Потом он понял, что ему было так хорошо спать на груди Хвана, и зарделся. Попытавшись отползти на подушку, он потерпел поражение: Хёнджин резко напряг руку и не пустил его.

- Куда опять собрался? – вдруг строго спросил он, не открывая глаз.

- Я... я никуда, просто тебе, наверно, тяжело так. Хотел лечь на подушку.

- Мне нормально, лежи, - ответил Хван, а затем шепотом добавил. – Мне так даже лучше. Ты как котик: лечишь мою душу. Можешь ещё коготками меня помассировать.

- Губу закатай, - буркнул Феликс.

- И снова ты ворчишь... Ты, конечно, ещё сексуальнее, когда злишься, но я порядком подустал от твоих возмущений.

- Если что-то не нравится, я могу уйти.

- Попробуй, - усмехнулся Джинни.

Феликс закатил глаза, понимая, что его просто не отпустят, и смирился.

- Сколько время? – спросил он, чтобы перевести тему.

- С тобой оно останавливается.

- Хван, я серьёзно спрашиваю.

- Ты хоть иногда можешь быть несерьёзным? – возмутился брюнет. - И вообще, перестань звать меня по фамилии, это раздражает. Для тебя я только Джинни или зайчик.

- Не заслужил ещё быть зайчиком.

Хёнджин усмехнулся и, отклонившись, достал что-то из тумбочки. Феликс испытал испанский стыд, когда брюнет надел ободок с заячьими ушами.

- У меня и есть хвостик.

- Хв... Хёнджин, ради всего святого, убери это. Не позорься.

- Сегодня ночью я буду твоим пасхальным кроликом.

Под гоготание брюнета Феликс выскочил из-под одеяла и, нацепив халат Хвана, отправился в ванную. Она была ещё дороже обставлена, чем в отеле. Напротив панорамного окна стояло джакузи. Ли отчаянно захотелось туда забраться.

- Пойдем вместе? – спросил Хёнджин, подошедший сзади. Этот парень читал мысли.

- Хватит тебе. Лучше выдели мне зубную щетку и полотенце.

Пошарив в ящиках, Хван дал ему всё необходимое.

- Спасибо.

Феликс хотел было залезть в ванну, но успел заметить, что брюнет никуда не уходит. Стоит в проеме в одних трусах и нагло улыбается.

- Спасибо, ты можешь идти, - всё прямее намякал Ли. – Хёнджин, уходи уже!

- Либо я остаюсь и смотрю, либо мы идем в джакузи.

Самоуверенность Хвана поражала. Ли смотрел на него и понимал, что не может даже злиться. Как бы он ни хотел на него накричать, смотря в его сияющие глаза, ничего не мог сделать. Феликс подошел к нему и взял за руку.

- Я тоже скучал, но мы проспали всё утро. Вечером я весь твой.

- Не вздумай взять назад свои слова, - строго сказал брюнет и закрыл за собой дверь.

Вздохнув, Ли победно встал под теплый душ. Пока мылся, думал о вчерашнем дне. Всё произошло так внезапно, что он даже не успел подумать, а правильно ли он поступает.

Шампунь упал из его дрожащих рук. Он осел, не в силах стоять на ватных ногах. «Задание, задание, задание...» - крутилось в его голове как заевшая пластинка.

- Нет, нет, нет... Как же я так... - шептал Феликс.

Вот что имел в виду Чан, когда боялся, что Ли попадет в свой же капкан. Юноша всеми силами пытался предотвратить это, но не получилось. Как всегда, он провалился. Всё шло как по маслу только для того, чтобы в итоге привести его к самой большой неудаче в жизни.

- Что мне теперь делать...

Отрицать очевидное – чувства к Хёнджину – было бесполезно. Феликс пробовал, но это не привело ни к чему хорошему. Но почему же он не думал об этом вчера, когда спал с ним? Он уже нарыл достаточно материала на него, на его друзей и отправил всё Паку. Этот упырь точно не согласится разорвать их соглашение, даже если Феликс заплатит ему больше, чем должен. Просто из вредности.

- Феликс, я заказываю нам завтрак. Что ты будешь?

Больше всего ему было жаль Хёнджина. Он ещё до того, как с ним познакомился, считал это неприемлемым, а теперь, когда узнал, как тяжело на самом деле этому человеку приходится, не понимал, как будет смотреть ему в глаза. В эти большие, светящиеся от радости медовые глаза. Каким бы иногда странным не был Хёнджин, он стал для Феликса кем-то очень важным, занял большую часть места в его сердце. Было бы глупо потерять такого человека.

- Что угодно!

Резко повернув кран на холодную сторону, Ли встал под ледяной душ. Ему нужно было сделать вид, что ничего не происходит, как бы трудно то ни было, а уж потом заняться возникшей проблемой. Их слежка зашла слишком далеко, и её немедленно нужно было прекращать.

Натянув улыбку, Феликс вернулся на кухню, вытирая мокрые волосы.

- Мне нужно что-нибудь из твоей одежды. Мою рубашку ты вчера испортил, - сказал он, садясь за стол.

- Весь мой гардероб – твой гардероб. Выберешь, что понравится.

Хёнджин развернулся, и в его руках оказались тарелки с пылающими сырниками, политыми джемом. За ними на стол отправились две чашки: одна с кофе, другая с чаем.

- Надеюсь, угадал с напитком? – улыбаясь, спросил он.

- На удивление, да... Но как ты...

- Интуиция.

Феликс не придал этому значения. Наверно, он уже где-то говорил между делом, что не любит кофе. Проглотив кусок сырника, юноша понял, насколько был голоден. Вообще в последнее время он часто пропускал приемы пищи.

- Доедай и скорее собирайся, - сказал Хёнджин, бросая тарелку в раковину и бегая по квартире с чашкой кофе.

- Так торопишься выгнать меня из дома, в который сам же и привёл? – усмехнулся Ли.

- Просто тогда мы опоздаем на наш рейс и приедем на пляж ночью. Хотя соглашусь, идея не такая уж и плохая. Как представлю: я, ты, вокруг никого, и темнота скрывает нас от чужих глаз. А на пляже я ещё не пробовал...

- Хёнджин, какой пляж?

- Ну, а что нам ещё делать в такую жару в городе? Поедем купаться, - с энтузиазмом кричал Хван из спальни.

- Э... вообще-то я думал, ты отвезешь меня домой.

Брюнет выглянул из проема, удивленный, а потом, словно что-то вспомнив, неожиданно подошёл к Феликсу, уже серьезный.

- Прости, я опять тебя не спросил. В городе так душно, что хочется убежать, поэтому я предлагаю сбежать в Пусан и искупаться в море. Прошу, не отказывайся!

Ли улыбнулся и погладил парня по щеке.

- Я и не собирался. Тем более ты так хорошо попросил.

Хёнджин расцвел. Таким счастливым Феликс, пожалуй, его никогда не видел. Он едва ли не прыгал от радости, но до безумия сжимал в объятиях блондина.

- Только у меня ведь даже купальных трусов нет.

- Ничего, купим! – воскликнул Хван, и тут ему позвонили. – Да, Бин.

В течение разговора его лицо постепенно мрачнело, брюнет становился всё злее и злее. Феликс с ужасом заметил, как парень сжал челюсть и уже сквозь зубы выплевывал слова в трубку.

- Ты уже позвонил своему адвокату? Понял, скоро буду.

Выругавшись, Хёнджин вернулся в спальню и хлопнул дверью. Когда Феликс в испуге туда влетел, он увидел, как брюнет менял джинсовые бермуды и футболку на хлопковую белую рубашку и брюки.

- Что случилось?! – воскликнул Ли, подбегая к Хвану.

- Прости, душа моя, но, кажется, провести время вместе у нас сегодня не получится. Какая-то газетенка опубликовала про Бина статью, где рассказала о его личной жизни, а ты понимаешь, что для детского тренера она может быть слегка неприемлемой, хотя я до сих пор не понимаю, в чём проблема. Как его способы выпустить пар мешают эффективной подготовке футболистов?! Я подключу своих людей, они попытаются вычислить, кто слил информацию.

Феликс побелел. Он знал, чьих это было рук дело. И страх, что вброс мог быть сделан от его имени, заставил коленки подогнуться. Благо, Хёнджин успел его поддержать.

- Ты чего?

- Просто... волнуюсь. Будьте осторожны.

- Не переживай. Я своих в обиду не дам, да и моя репутация может пострадать, копни они глубже. В моих интересах это замять как очередной слух, отпущенный для отвлечения от проблем в политике. Попрошу водителя, чтобы отвез тебя домой. Ещё раз прости, золотко, но мы обязательно наверстаем упущенное, - сказал Хёнджин и, поцеловав Ли в лоб, уехал.

Но водителя Феликс отпустилдомой, соврав, что хочет прогуляться. Сам же он ринулся на такси в агентство.Его злость росла с каждой секундой.