Глава 14

Pov ГабриэльЯ знал этот взгляд. Болезненный, как у побитой собаки. Знал, что сейчас его штормит изнутри. Что он не верит своим глазам. Но придется поверить. Да, Рос, это она. Твоя милая и прекрасная Мелисса, который ты так восхищался. Впрочем, не такая уже и твоя. Ведь в ней моя кровь. Кровь моего волка.Губы неосознанно скривились. Я фыркнул, вдоволь налюбовавшись на онемевшего от шока братца и направился к нему, жестом показывая девушке оставаться на месте.— Как такое возможно? Я не понимаю, — растерянно произнес он, а в его глазах зародилась влага.Неужели заплачет? Да быть того не может. Соберись, Рос! Жива, и слава богу. Я же тебе ее привез. Откуда мне было знать, что ты тут уже новое развлечение себе завел? Знал бы, не ломал бы себе голову с ее дрессировкой. Девица та еще. С характером оказалась.— Легко и просто, — разводя руки в стороны, привлекая к себе внимание, проговорил я. — Жива она была, когда тебя уволокли от нее. Ты от шока ее пульс не услышал. Слишком слабый был. До прихода отца, когда они хотели убрать за тобой, я постарался припрятать ее понадежней. Предварительно напичкав ее своей кровью и даровав пару укусов, разумеется. Ну это так, чтобы не сдохла, пока я бы с отцом разбирался. Ты тогда явно в не состоянии был.— Разбираться с отцом? О чем ты?Все еще не веря в происходящее, Рос вертел головой как флюгером, бросая беглые взгляды то на меня, то на нее. Впрочем, чем быстрее он справится с этим фактором, тем лучше для него. Я хочу покончить со всем в это полнолуние, а до него осталось слишком мало, чтобы дать ему время переварить информацию постепенно. Придется брать нахрапом, так что заранее прости, братец, но хочешь ты этого или нет, ты уже ввязан в войну.— Ты правда думаешь, что из-за того, что у тебя встал член ты сразу превратился в кровожадного убийцу? — вскинув вопросительно брови, обманчиво невинно поинтересовался я, читая в его взгляде кромешное замешательство. — О нет, дорогой мой брат, эта сволочь, пока еще именуемая нашим отцом, спровоцировал тебя. Он воззвал к твоему волку так, что ты даже и не понял. А знаешь зачем он это сделал? Знаешь? Ха. Я расскажу...— Это безумие! Этого не может быть! — качая головой, стал перечить Рос, на что я лишь сложил руки на груди.— Может, когда тебе в спину дышат охотники, потому что ты херово заметаешь следы, — холодно проговорил я. — Он привел их к нашему дому! Наш папаша, весь такой альфа из себя не смог справиться со своим волком. Ты же помнишь, как он пропал на несколько дней, а мать вливала нам в уши чушь про командировку? Помнишь? Вот я прекрасно помню. Так же как и то, что после его возвращения, вскоре по всем новостям крутили кровавые фотографии раскуроченной деревни.— Я не верю, — зажмурив глаза, ответил брат, делая полшага назад.Тяжело поверить. Знаю, но придется. Тебе придется поверить мне. Ведь зло не я, а он.— От охотников уйти нельзя. Только если не обратиться к старейшинам, которые спрячут. И ты стал для него идеальным поводом. Что ему одна жизнь какой-то девки, а? Если на кону вся стая и его огромное эго, — продолжил рассказывать я, ощущая, как волк во мне зашевелился, протяжно нюхая воздух.Слабый, тонкий аромат горького шоколада и молока, с каплей примеси коньяка исходили от Роса. Он пах той, по ком я отчаянно скулил едва ли не каждую луну в первый год нашего расставания. Аша. Этот гребаный сучий дьяволенок пах Ашей. Умопомрачительно и пиздец как не вовремя. Вены вздулись, и внутри себя я ощутил протяжный вой. Знаю, парень. Мы ее возьмем. Потерпи немного. Сейчас закончим и найдем. Обещаю. Волк притих, прислушиваясь ко мне, предупреждающе клацнул зубами и я оскалился в ответ. Очередное мое — я не планировал, но кажется, зверю все равно, он жаждет ее и я ему ее дам. Принесут на блюдечке. Слишком долго мы абстрагировались от всего. Пришло время брать. Брать все, что мы захотим. Ведь сил нам явно хватит.— Он устроил ее смерть, чтобы старейшины помогли вывести стаю, пока меня якобы будут перевоспитывать? — все еще не веря, передернув плечами, задал вопрос Рос, на что я утвердительно кивнул.— Разве это не гениально? — кривя губы в ироничной ухмылке, спросил я, отмечая, как он не спеша движется к Мел, напугано смотрящей на меня.Извини, милая. Ты мне жизнь свою задолжала. И если он тебя захочет. Будешь ублажать его верой и правдой.Рос едва уловимо коснулся ее волос. Я чувствовал, как его волк принюхивался к ней, стараясь учуять ее прежний запах. Он обошел ее по кругу, заставляя юную волчицу нервничать, но под моим свирепым взглядом она даже дернуться не решалась. Правильно. Умница. Дрессировка прошла удачно, раз не забываешь, кто твой хозяин и кому ты подчиняешься.— Мне нужно с ней поговорить, — твердо проговорил Рос, оборачиваясь. — Обещаю, я подумаю над тем, что ты сказал и дам знать тебе о своем решении.— Валяй, — безразлично пожав плечами, отозвался я. — У вас есть полчаса. Потом мои люди ее заберут. Не тратьте время впустую, — проговорил я, разворачиваясь в сторону городка. — Кстати, Рос, на твоем месте я постарался ускоренно переварить информацию. Вакантные места разбираются очень быстро!<center>***</center>Я стоял посреди пустой улицы. Всматриваясь в небольшой одноэтажный дом. Прикрыв глаза, повел носом, впитывая в себя ее запах. Чертовски манящий. Завлекающий и заставляющий терять контроль запах. Волк во мне рычит, и даже я утробно рыкнул, до боли сжимая кулаки. Вены вздулись на руках. Мышцы словно сталью налились и злость. Такая яркая. Цветная. Вместе с гребаными животными желаниями.Она там. Прямо за стеной. Стоит и что-то напевает себе под нос, пританцовывая небось. Рядом открытая бутылка вина. Она пьет его. Не спеша. Словно дразнится. Смакует. Раскатывает на языке. Глотает красную жидкость и что-то бубнит дальше.Я скалюсь, подступая к маленькой крепости, захожу через задний двор. До одурения желаю застать ее врасплох.Какая она сейчас? Сильно ли изменилась? Все такая же робкая, а может совсем другая? Наверное, стала еще более упряма. И язык совсем не держит за зубами. Чертов язык, за него я когда-то готов был душу дьяволу продать, только бы ощущать его касания на своей коже и на своем дубовом члене, всякий раз видя ее.Блять!Хмурюсь, чувствуя, как вся кровь вновь прилила к паху. Я ее трахну. С согласием или без. Но обязательно трахну. Меня должно попустить. Должно стать легче. Я справлялся без нее. И сейчас справлюсь. Только раз. Один единственный раз позволю себе эту слабость. Выебу эту суку, и дело с концом.У лидера не может быть слабостей.Заднюю дверь я открыл не издав ни звука. Аккуратно двинулся в темноту, чувствуя посторонний запах ее нерадивого братца, но сегодня его здесь не было. Какая удача. Убивать Дарка мне не хотелось. Сильные лугару мне нужны, а он бы определенно постарался бы помешать моим планам.Сделав несколько бесшумных шагов, я замер на долю секунды, рассматривая танцующую в черном топе и черных стрингах девушку. На ее голове были надеты огромные белые наушники, ярко контрастирующие с иссиня черным цветом ее лоснящихся волос. Гребанных волос, которые эта сучка осмелилась остричь под херово каре. Идиотка недоделанная.Это были мои херовы волосы! Мои блять!Я двинулся в ее сторону стремительно, стараясь поймать ее. Аша отскочила от первого захвата в сторону, во время увидев мое отражение в окне. Наушники полетели на пол, звонко клацнув. Уйти же от второго захвата ей было не суждено. Схватив ее за талию, я впечатал ее в свою грудь, жестко сжимая ее шею ладонью, вынуждая задрать голову вверх и смотреть на меня обезумевшими от страха, и не пойми еще какой хери глазами.У девки глаза карие. Почти черные. Такие глубокие, что мне сносит последние остатки самообладания, и я едва ли не вгрызаюсь в пухлые губы. Она мычит неразборчиво. Выдирается. Царапает мою кожу ногтями, оставляя за собой красные полосы, но мне похуй. Свяжу сучку если понадобится, но возьму то, за чем пришел.Разворачиваю и рывком усаживаю на кухонную тумбу. Отрываясь от искусанных мною губ. Аша брыкается. Аша в шоке. Аша в замешательстве. Аша боится. Пялится на меня как на призрака, и дыхание у нее напрочь сбито.Смотри на меня. Жив. Здоров. И даже в полной боевой готовности. Смотри, что ты делаешь со мной несмотря на эти херовы несколько лет. Смотри, девка! Смотри, блять! Не смей отворачиваться и рыдать не смей! Я сказал не смей!— Нет, Габриэль! — восклицает она, упираясь тонкими руками в мою грудь.По щекам текут немыслимые потоки слез. Она дезориентирована. Ничего не понимает, но это даже хорошо. Легче будет принять то, что я сделаю, легче.Вновь сжимаю ее горло рукой, вынуждая запрокинуть ее голову назад. Она ногтями впивается в мою руку, старается ее разжать, но мне плевать. Откупориваю горлышко бутылки, и вливаю красную жидкость прямо в ее рот. Вынуждаю глотать раз за разом, закрывая нос и рот рукой. Пей, Аша, пей! Легче будет!— Нет! Не нужно! Прошу! — жалобно стонет, стоит лишь на секунду ее отпустить, избавляясь от пустой бутылки.— Что нет? — издеваясь спрашиваю я, вскидывая брови.Я знаю о чем ты, но тебе не уйти от меня. Зверь чует тебя. Зверь хочет. Зверь в бешенстве от чужих запахов на тебе. Ты наша! Ты, чертова девка, НАША!— Не делай этого! Только не так! — глотая слезы, тянет, все еще не покидая попыток бороться.Скалюсь, рассматривая сверху вниз. Такая маленькая. Хрупкая. И такая доступная. Хочется окунуть ее в наш запах. Пропитать чертовым вереском, чтобы от нее за милю разило нами. Чтобы они чуяли. Чтобы они знали. Это наше! Это МОЕ!— Не так? — издевательски проведя кончиком языка по ее щеке, спрашиваю, кожей ощущая ее дрожь. — А как? — многозначительно добавляю, расстегивая блядскую молнию на своих брюках.Аша вырывается, дергается. Продолжает царапаться. И нам это нравится. Мой волк смотрит прямо на нее и на ее волчицу, поскуливающую где-то в стороне. Правильно. Чувствует силу и прогибается, жаль у девки с элементарным пониманием проблема. Мы все равно возьмем. Задавим силой, если потребуется.Сжимаю ее шею сильнее, перекрывая доступ к кислороду. Аша замирает, ошалело всматриваясь в мои почерневшие глаза. Толкаюсь языком в ее распахнутый рот. По-хозяйски облизываю, смакую, и вновь пробую ее на вкус. Член пульсирует от напряжения. Отдает болью. Тяну девчонку ближе к себе, грубо устраиваясь меж ее бедер. Отодвигаю, а после к чертям срываю херов черный клочок ткани. Вхожу в нее один рывком, ощущая упоительное блаженство волной разливающееся по телу. Притягиваю ближе, глубже проталкиваясь в нее, чувствуя, как вокруг меня сжимаются стенки.— Габ, пожалуйста, — еле слышно тянет Аша, впиваясь в меня кромешно разочарованным взглядом.На долю секунды я останавливаюсь, всматриваясь в глубину ее глаз. Отчетливо замечая боль и приступ отчаяния. Мое дыхание сбито. Все мышцы на моем теле напряжены до предела. Кожа горит так, что об нее можно обжечься. Член продолжает болезненно пульсировать, сжатый тугими стенкам ее дырки. И блять. Это взгляд. Этот херов взгляд!— Ты можешь сопротивляться сколько угодно, — горячо шепчу я, слизывая стекающую с ее губ кровь. — Но твоя волчица принадлежит мне. И ей очень. Повторюсь, очень нравится то, что я с тобой делаю.Заламываю руки ей за спину. Вынуждая прогнуться, вновь принимать меня: несдержанные, порывистые толчки. Рычу в ее губы. Целую, глубоко проталкиваясь в ее рот по самое горло. Моя! Вся моя!Зверь ликует и я к чертям разрываю черный топ, зубами вгрызаюсь в ее ключицу, изливаясь в нее. Наше. Наше. Теперь она наша.Остываю через минуту, чувствуя как она обмякает в моих руках. На коже красуется кровавый укус. Метка альфы. Моя метка.— Я всегда забираю то, что принадлежит мне. Нравится тебе это или нет, но ты моя, — цежу сквозь зубы, стараясь не смотреть в ее глаза.Там столько боли. Обиды и отчаянья. Столько ненависти и непонимания. Слишком много для давно озверевшего меня.