Глава 13

Ее вкус ударил в голову. Отчетливый запах ванили путал, дурманил. Мне пришлось надавить на ее челюсть пальцами, вынуждая впускать в меня, углубляя поцелуй. Она смотрела на меня испуганно, широко раскрытыми глазами, пока мой язык нарочито медленно скользил от одного уголка ее губ к другому и проникал внутрь, сталкивая с ее неумелым язычком. Сладкая и до одури невинная. Даже волк притих, стараясь впитать мои эмоции. Я не жадный, делюсь с ним целиком. Пусть чувствует. Запоминает. Так пахнет наше. Так пахнет мое.

Ее тонкие руки упирались в мою широкую грудь. Она пыталась оттолкнуть меня, перебирала худыми ножками, и мне пришлось вжать ее в сырой столб дерева, надавливая своей массой на хрупкое тело. В ее взгляде на секунду проскочила паника, но я немного ослабил хватку, начиная нежно сминать ее губы своими губами, поглаживая большими пальцами взятые в захват кисти.

У нее была гладкая, до одурения приятная кожа. Хотелось без устали касаться ее. Подмять и ощутить под собой. Секс в лесу? Почему бы и нет? Довольно романтичное место, если рассмотреть его под правильным углом. Вот только Кейси навряд ли обрадуется подобной перспективе, впрочем, и про зверя не следует забывать. Сейчас он спокоен. Выдрессирован. Но это спокойствие напускное. Не склонен ему доверять.

— Рос, — неуверенно шепчет залитая румянцем девчонка, прерывая поцелуй.

Я чувствую как по телу туда-сюда снует дрожь. Чувствую, как внутри нее нарастает возбуждение, будоража и мою кровь. Мое имя слетает с ее распухших губ едва слышно, но я останавливаюсь, давая ей возможность восстановить дыхание.

В ее глазах все еще бушует страх, но сладостная пелена наваждения начинает вытеснять его. Хочется еще. Не могу заставить себя не касаться ее. Руки так и рыщут за что бы зацепиться. Поглаживаю талию, смотря на нее в упор, немного наклоняюсь и поддаюсь вперед. Она такая маленькая. Хрупкая. Одно неловкое движение, и я могу раздавить ее.

Гул ее сердца стучит у меня в ушах. Нещадно бьющаяся жилка на ее шее завладевает моим вниманием, и я аккуратно провожу по ней языком: от основания тонкой шеи, прямо к мочке уха. Посасываю и слышу приглушенный стон. Феромоны повсюду. Они кружат голову. В джинсах становится тесно, но я продолжаю вжимать ее в дерево, всматриваясь в блестящие глаза.

Ее пальцы неуверенно касаются ежика волос на затылке, вызывая утробное рычание. Кейси резко одергивает руку, но я возвращаю ее на место, вновь накрывая податливые губы своими губами, вторгаясь в ее рот по-хозяйски. Исследую ее языком уже более развязно, настойчиво. Ее робкие попытки отвечать мне окончательно срывают затвор здорового разума.

Она здесь. Со мной. В этом гребаном лесу. Далеко от людей и их цепких глаз. От сплетен и слухов. Мы только вдвоем. В голову лезут навязчивые мысли о том, что она позволяла делать Эрику с собой. Если она так просто сейчас открывается мне, то что? Задаюсь этим вопросом и сгораю от злости.

Я не человек. Я ликантроп. Я чувствую, как ее белье становится мокрым от моих касаний. Чувствую, как ее природная смазка с манящим меня запахом увлажняет нежные складки, словно подготавливая ее для меня. Если надавить, то я могу смело трахнуть ее. Прямо здесь, развернув к себе спиной. Стоит только заставить ее прогнуться. Немного пошатнуть ее устои и вновь вспоминаю Эрика, который определенно, так же как и я чувствовал, как она пахнет там.

Ревность возникает неосознанно. Я больно и чувственно кусаю ее за губу, от чего девушка в моих руках вскрикивает, а во рту появляется отчетливый металлический привкус. Теперь в ее глазах паника.

О, Кейси, детка, что такое? Тебя не смущает обстановка? Нет, совсем нет? Или только сейчас задумалась о том, что малознакомый парень уволок тебя в лес и уже едва не трахает среди поросших мхом кустов.

А вот и сопротивление. Начинает снова отталкивать меня ручками, но на моем лице отображается лишь ленивая ухмылка. Меня бульдозером отсюда не сдвинуть, не то что сорока двумя килограммами в лучшем случае.

— Пусти! Рос, пусти меня! — барабанит по моей грудной клетке, приходя в себя школьница, а я шумно выдыхаю.

— Ты совершенно непоследовательная, Белоснежка, — иронично подмечаю я, приподнимая ее лицо за подбородок, цепко фиксируя его пальцами.

— Пусти, кому сказала! — шипит сквозь стиснутые зубы. — Псих! Ненормальный! Я буду кричать, слышишь?!

— О чем, прелесть? О том, что у тебя трусики насквозь мокрые? — вскинув правую бровь, похабно выдаю я, любуюсь закипающей от возмущения Кейси, вмиг сжавшей бедра, а член болезненно запульсировал.

Дерьмо!

— Отпусти меня, я серьезно! — настойчиво ударив кулачком в мою грудь, взвизгивает блондинка, а я заливаюсь открытым смехом, и действительно отпускаю ее.

Ну что за очаровательное создание. Такая прелестная в своей злости. Такая хрупкая и в тоже время немного воинственная. Неосознанно жую нижнюю губу, наблюдая, как школьница пытается переступать корни деревьев совсем потеряв тропу. Потешная такая. Хмурится. Старается привести дыхание в норму и прогнать вызванные моими манипуляциями эмоции.

— Ты заблудишься, — кидаю ей вслед, стараясь подавить самодовольную ухмылку.

— Отвали! Я по этим лесам лазила еще до того, как ты здесь появился! — рассерженно летит мне в ответ.

— Но ты ведь идешь в противоположную сторону, — деликатно подмечаю я, а девушка бухтя разворачивается, испепеляюще рассматривая меня.

— Что. Это. Было?

— О чем ты? — словно не понимая ее, спокойно спрашиваю я, ликуя от бушующих в ней эмоций.

— Это... — как-то непонятно обводя рукой меня, сказала Кейси, хмурясь. — Ты поцеловал меня. Зачем?

— Зачем? — теперь пришло мое время хмурить брови.

— Да, зачем ты поцеловал меня? — едва выдавливая из себя, допытывается, а губы сами по себе расплываются в подобие оскала.

— Захотел, — прямо смотря на нее, отвечаю, пожимая плечами.

— Что значит захотел? — прищурено, недоверчиво тянет девочка, а я делаю шаг к ней.

— А что по твоему значит слово "захотел"? — переспрашиваю я, открыто улыбаясь.

Пристально смотрю в ее глаза, не желая терять зрительного контакта. Она робко вновь обнимает себя за плечи. Смотрит на меня в упор, переминаясь с ноги на ногу. Не знает как реагировать. Оно и понятно. Вроде парень есть, и вроде даже пока еще живой, а тут я со своими поцелуями лезу. Но мне то можно, а вот ему уже нельзя. Завтра постараюсь объяснить заносчивому "мачо", кто здесь главный, доступным для его понимания языком.

— Ты не можешь так поступать, — гневно нахмурив брови, словно маленькому ребенку поясняет Кейси. — Это неправильно.

— Что именно? Я как-то не заметил, чтобы ты особо была против? — с прищуром смотрю на нее, вновь делая несколько неспешных шагов. Расстояние между нами неумолимо сокращается.

Девчонка отступает, но гордо вздергивает носик. Неосознанно любуюсь ею в который раз, но только сейчас подмечаю, как почти полная луна играет с ее светлыми локонами, отдающими от ее свечения серебром. Хрупкая фигурка вся освещена. Волк во мне притих. Смотрит на нее, как и я. Мы восхищаемся и определенно хотим ее. Хотим себе. Хотим присвоить. Сделать нашей. Поставить свою метку. Отметить ее. Но слишком рано. Слишком большая боль и не менее большие последствия потом.

— Я не...

Не дав договорить, я прижал ее к себе, плотно зажимая ее рот рукой. Настойчивый запах вереска заставил волосы на моем теле встать дыбом, а рецепторы обостриться. Он здесь. Я его чувствую нутром. Плохо. Очень плохо.

Я позволил себе отвлечься и не заметил угрозу ранее. Идиот!

— Не задавай никаких вопрос. Просто делай то, что я тебе говорю, — как можно тише и спокойнее проговорил я, разворачивая девушку к себе лицом.

— Рос! — возмущенный вскрик, как только я хотел отпустить ее рот, пришлось снова зажать и с силой встряхнуть.

Боль отрезвляет. Кейси напугано смотрит в левую сторону от меня. Я не оборачиваюсь. Знаю, что я там увижу. Но ей нужно убраться отсюда и поскорей, потому что помимо него, тут как минимум еще трое волков, загоняющих нас в ловушки.

— Слушай меня внимательно, — цежу я. — Беги что есть сил домой. Прямо, Кейси. Просто прямо. Не оборачивайся, чтобы ты не услышала и не увидела. Беги как только можешь. Я догоню тебя потом.

Последнее соврал, но все остальное сказал с такой уверенность, что сам едва не поверил в свои слова. Если он захочет. Он ее убьет не задумываясь. Догнать ее проще простого. Всего несколько прыжков. Но он пришел за мной.

Отпускаю девушку, легонько целуя ее в висок. Она внимает моим словами, но крутит головой и я рассерженно придаю ей ускорения, пихая прямо в спину. Сквозь зубы приказываю ей отсюда убраться. Она испуганно смотрит на меня долю секунды и пускается в бег по пересеченной местности.

— Умно, — раздается грубый голос за моей спиной и издевательские хлопки в ладони, вынуждают меня зарычать. — Очередная человечка?

Я оборачиваюсь, полной грудью вдыхая терпкий запах когда-то самого близкого мне по духу брата. По коже снует холодок, хоть тело пылает внутри. Разум путается. Волк пытается показать свою морду. Даже виляет хвостом. Но я не позволяю ему проявить дружелюбия. Он чужой. Уже не свой.

Габриэль одет по-простому: кожанка, черная футболка, джинсы. Вспоминаю, что на мне та же "экипировка". Улыбаюсь своим мыслям. Один стиль на двоих, было довольно иронично. Его глаза горят любопытством, впрочем, я тоже крайне удивлен. С виду, он стал еще больше. Раздулся в плечах и даже как-то стал выше. Обычно я был в семье самым здоровым качком. Разумеется, после того, как он исчез. Никогда до.

Черты лица стали грубее. И взгляд уже совершенно другой: расчетливый, холодный, без грамма жалости. Широкие ноздри раздуваются по мере того, как он дышит. Губы кривятся в усмешке. Он явно доволен собой.

— Даже не обнимешь брата? — протягивает он, бесшумно ступая по сырой земле.

— Зачем ты пришел? — собираясь с мыслями, переставая разглядывать его, интересуюсь, инстинктивно выискивая подвох.

— Нам давно следует поговорить, — спокойно отвечает, а я чувствую присутствие еще двух волков, прямо у себя за спиной.

— О чем? — как ни в чем не бывало интересуюсь, расценивая, как быстро я сумею обернуться, если мне придется дать им бой.

— К примеру, о твоей ссылке или о том, как отец собирается прикрыться тобой, — разводя руки в сторону, присаживаясь на камень, говорит Габриель, передернув плечами. — А может быть о Мел. Когда ты в последний раз вспоминал ее?

Стук сердца участился. Пульс подскочил и я сузил взгляд. Внутри забурлила злость. Он имеет право говорить о чем и о ком угодно, но только не о ней. Только не о ней.

Волк во мне ощетинился. Разинул пасть и утробно зарычал. В этом мы солидарны. Эти воспоминания трогать опасно. Чревато оторванной головой. И даже если я не смогу достать его, то точно покалечу тех, кто сзади. Они сильны, но недостаточно.

— Спокойнее, Рос. Я не совсем об этом, — сканируя мою реакцию, бросает брат, поворачивая голову в бок.

Я неосознанно слежу за его взглядом, мгновенно ощущая, что у меня выбили почву из-под ног.