- Диана, тебе надо с ним поговорить...

  Совершенно разбитая я лежала с закрытыми глазами на кровати. И даже не почувствовала, когда двери распахнулись, и кто-то вошёл в комнату. Лишь лёгкое прикосновение к моему плечу заставило вздрогнуть и открыть глаза. Нет, я не испугалась. Просто раздавленное состояние полностью отрешило, от происходящего вокруг, моё сознание.

— Диана, ты спишь? — голос Марка был как бальзам на опустошённую душу.

— Нет, уже нет, — поднимаюсь, опираясь на локти и от болезненного ощущения, лицо искажается гримасой боли.

— Что случилось? Почему ты в грязной одежде лежишь на постели? Хорошо, хоть мама этого не видит, — он ставит руки на пояс.

— Уже встаю, не ворчи. И прости, что не встретила. — Сижу на краю и пытаюсь заплести свои вьющиеся волосы в косу.

— Это хорошо. Я приехал отдельно от всех остальных.

Резко поднимаю голову и смотрю на брата. Интересно с кем это он вернулся?

А в голове картинки сегодняшнего дня постепенно стали складываться в единую мозаику, давая воспоминаниям восстановиться и ужаснуться, открывающимся фактам. И самое впечатлительное — это факт измены Алекса. Я эту жирную корову своими руками бы удушила.

Ладонь непроизвольно потянулась к животу. Неужели я настолько никчёмна и глупа, что могла за такой короткий срок влюбиться, залететь и в итоге потерять всё.

Марк присел рядом.

Я смотрела на его озабоченное лицо. Он был в смятении, не понимая, что меня тревожит. А признаваться и рассказывать я не собираюсь.

— Ты в порядке?

Я молчала. Мне трудно было сообразить, что ответить брату, чтобы не навлечь гнева на того, кто бросил меня. А то что он больше не будет искать со мной встречи, я была уверенна. Тем более чувства к той девушке были подробно расписаны на его лице.

— Не молчи сестрёнка, — Марк притянул меня к себе и чмокнул в макушку. — Я же чувствую, что твоё сердце словно умерло. Ты только скажи, и я откручу голову этому козлу.

Я вздрогнула, почувствовав, как бьётся сердце брата. Нет, это не ненависть, не зло. Это отчаяние и... печаль?! Неужели он до сих пор не отбросил наваждения? И как мне помочь ему справиться с этим?

— Марк, ты что-нибудь чувствуешь?

— Не так, как всегда, но твоё сердце... Словно его больше нет.

Я посмотрела на него и закусила губу, боясь сболтнуть лишнее. В последнее время мы отдалились друг от друга и наша связь стала более ощутимой, видимо, поэтому он не чувствует ничего. Для меня это было лучшим выходом.

— Не знаю, как тебе, но мне оно сегодня доставило массу проблем, — смотрю на свои содранные колени.

— Где это ты так упала?

— Не поверишь, гуляла! А затем меня сбили... — Марк подскочил с места и, изучая, стал осматривать, сначала голову, потом руки, затем и ноги в районе коленей.

— Ты цела? Почему не обратилась к врачу? Почему не позвонила? Кто тебя сбил? — «Ой, кого-то он мне напоминает!» А я не хочу этого человека вспоминать, поэтому злюсь и фыркаю на брата.

— Не строй тут из себя заботливую мамочку. Ты мне ещё многое должен рассказать, — тыкаю указательным пальчиком ему в грудь. — Твоё молчание и тайны, стали напрягать. У тебя кто-то появился?

Он смутился, отошёл к окну, потом повернулся.

— Просто друг. Вернее, подруга.

— И...

— Она вселила в меня уверенность в себе и помогает понять тебя и твои странные отношения с Алексом, — он говорит совершенно спокойно без обиды и брезгливости. Значит, всё же что-то произошло за это время.

— Ты меня пугаешь. Кто она? И нет никаких отношений, — опустила глаза, чтобы быстро моргая стряхнуть набежавшие слёзы.

— Не понял. Почему? Диана, что произошло между вами? Ты так странно вела себя, потом сбежала. Ответь: что сделал этот... Алекс? — имя Марк процедил сквозь зубы. Я почувствовала, что всё-таки негативное отношение к преподавателю у него ещё осталось.

— Мы больше не виделись. И я не знаю, где он и с кем, — горечь чувствовалась в моих словах, и Марк уловил эти нотки.

— Ты всё ещё не забыла его?! И чувства ещё живы, — он погладил меня по голове. — Диана, тебе надо с ним поговорить.

Я подняла голову и посмотрела на брата. Или Марк спятил, или это говорит не он.

— Не хочу. Не буду! Да пошёл он!

Вскакиваю с кровати, и головокружение заставляет меня тут же схватиться за руку Марка.

— Всё в порядке? — он встревожен моим состоянием.

— Просто ударилась головой.

— Сильно, — придерживает меня за плечи. Делаю беспечный вид.

— Нет. Завтра пройдёт, — и покидаю его пространство, направляясь на кухню. — Ты ел?

— Нет. Накормишь? — я улыбнулась и пошла дальше.

Мы сидели напротив, и я наблюдала, с каким удовольствием Марк поедал борщ с пампушками. Да, домашнюю еду никакими деликатесами не заменить.

— Ещё час и родители будут дома. А ты мне так ничего и не рассказал. Кто так занял твоё личное пространство, что ты совсем забыл обо мне?

— Диана, я знал, что ты слишком любопытная. Но сейчас не заставишь меня раскрыть чужой секрет.

Что-то я не поняла. Неужели вся эта ситуация заставила моего братца стать таким зависимым от девушки. Меня это начинает бесить. Я беру ложку и не сильно бью Марка по лбу.

— За что?

— За таинственность, которая уже бесит.

Он хмыкает, и пристально смотрит в мои глаза.

— Диана, многое изменилось и я сейчас совсем другой. И всё, потому что понял одного человека, а он помог понять себя.

— Не пугай меня. Что могло измениться и чем это грозит нашим отношениям?

Марк улыбнулся мне и продолжил есть. Мне же этого было мало. Мне нужны объяснения. Я просто загнусь от неизвестности. Хватаю Марка за свободную руку и привлекаю его внимание.

— Не пугай меня. Я хочу всё знать. Эти загадки вот уже где сидят, — провожу ребром ладони по горлу.

— Тогда тебе надо поговорить с Алексом, — Марк опустил глаза, и словно меня нет, продолжил трапезу.

— О чём? О том, что у него теперь есть другая? Миленькая пампушка? — брат поднимает на меня глаза. — Алекс в прошлом. И мне не о чём с ним говорить, — встаю со стула и намереваюсь уйти. — Он больше для меня ничего не значит.

У Марка рот приоткрылся, и кадык задвигался. Видимо, ему сложно было сейчас глотать.

— Ди, ты должна с ним поговорить, — в словах брата отчаяние.

Я в шоке взираю на его растерянность. Интересно когда это он принял сторону Алексея Владимировича. Но я буду непреклонной.

— Поздно. Я приняла решение. И да... я бросаю институт. Лучше уж работать дворником, чем видеть этого напыщенного индюка в доисторическом пиджаке.

И уже мне вслед была кинута фраза, которая засела у меня в голове до самого начала учебного года:

— Страшно подумать, что будет в твоей голове за винегрет, когда ты всё узнаешь. Видит бог, я его предупреждал.

Что я должна узнать? Какую такую страшную тайну все вокруг меня хранят, боясь доверить её мне? И кого Марк предупреждал? Я же хорошо знаю, как он относится к Алексу. Как ненавидит этого человека. А тут я слышу нотки жалости в его адрес. Неужели узнав всё, прибью этого человека?

Может он убийца? Нет, неуверенна.

Может маньяк? Это уже ближе, но всё равно не то.

Может вор? Ворует чужие чувства, а потом, испепелив их, развеивает на берегу океана. Хотя не так глобально. Ему и моря хватает.

А может у него раздвоение личности? Стоп! А вот это ближе к реальности. Его постоянная забывчивость, молниеносные переодевание, и две, очень похожие на его обе сущности, машины. Возможно, именно эти аспекты и подталкивали Марка и его непонятные чувства к одному из Алексов. Скорее всего, к тому, которого я сегодня видела с блондинкой. Теперь понимаю своего брата... и Алекса.

Лучший выход — уйти от проблемы, найти замену! Вот мне и нашли замену. И Марк нашёл замену Алексу...

Внизу живота потянуло, и резкая боль пронзила до самого позвоночника. Я совсем забыла о ещё одной проблеме. И что теперь мне с этим делать, даже не представляю.

Согнувшись пополам, я легла на край кровати и только сейчас дала волю слезам, чувствам и эмоциям. А уж они устроили мне головомойку. При этом взывая к моей совести. И если я беременна, то Алекс должен узнать о ребёнке, причём первый. В этом я не могла ему отказать. И вновь засунув свою гордыню куда подальше, позволила слезам оросить подушку...