Глава 15. Новогодняя история - часть 1

Анна медленно шла по Виноградной улице. За ней по пятам, оставляя на снегу следы от маленьких лапок, бесшумной тенью двигалась извечная спутница - чёрная кошка Маркиза. Иногда могло создаться нешуточное впечатление, что эта кошка была призраком, ибо только Анна видела её дома. Но при этом говорила о ней постоянно. И кошкины блюдечки для еды стояли на кухне. Хорошо хоть, не рядом с мисками Счастливчика. Пёс был толерантен, но, как говорится, до поры, до времени.

- Пришли, - Анна остановилась у холмика под развесистым деревом, с веток которого свисали длинные сосульки.

Это был большой пустырь в конце Виноградной улицы. Ни чем не примечательный и пока не застроенный. Макс частенько гулял тут с Счастливчиком. Но Анна никогда с ним не ходила. Лишь раз за два года она решилась посетить это место. Первый и, скорее всего, единственный раз.

- Здравствуй, дорогой, - глухо произнесла медиум и нагнулась, чтобы положить возле холмика цветы. Красные цветы вечной скорби из очень... очень далёкого мира. Таких цветов на Земле нет. - Извини, что так долго шла, - Девушка нервно провела рукой по лбу. От железной и самоуверенной Анны не осталось и следа. - Я знаю... знаю, это глупо. Ведь тебя здесь нет. Твои останки давно сожжены, а ты сам пару лет как в лучшем мире. И я, один из самых могущественных медиумов во Вселенной, не могу призвать тебя. Не потому, что не умею, а просто... духу не хватает. Вот почему я здесь. Это всё, что мне остаётся. Наверное, не такая уж я и смелая...

Анна склонила голову и несколько минут хранила траурное молчание. На плечи невесомо падал снег, светлые волосы закрыли лицо. Из глаз закапали слезинки. Блестящие, как крохотные алмазики. Маркиза сидела между ног хозяйки, плотно прижавшись к ним гладкими, мягкими боками.

- Спи крепко, дорогой... И, пожалуйста, не мёрзни.

***

- Ба-а-анза-а-ай! - завопил Андрей и, выскочив из укрытия, как безумный чёртик из табакерки, лёгким движением руки отправил в полёт сразу десяток снежков.

Жорж, чертыхнувшись, в самый последний момент умудрился-таки юркнуть за снежную баррикаду, тем самым избежав арт-обстрела.

- Плохо дело, - шепнул ему Тими, который оказался умнее старшего товарища, и лишний раз не высовывал нос. Тем более, когда соперник - Андрей.

- И не говори, - мрачно отозвался Жорж. - Мы проигрываем.

- Что будем делать?

- Пожалуй, сдадимся.

- Нет! - возмутился мальчик. - Ни за что!

Жорж недобро усмехнулся.

- А мы не по-настоящему. Понарошку. Проявим стратегическую смекалку. Сделаем только вид, что сдаёмся. А на самом деле...

- Нет, обманывать я тоже не буду, - помотал головой Тими. Помпон на шапочке смешно качнулся. - Это нечестно.

- А то, что против нас сражается целый снежный маг - это, в данных условиях, честно?! - вознегодовал Жорж, широким жестом руки указывая на занесённый снегом сад Константина Семёновича. - Что, скажи на милость, мы можем ему противопоставить?

- Не знаю, - понуро опустив взгляд, пробормотал Тими.

- А раз не знаешь, выполняй то, что велит тебе боевой командир! То бишь, я, - Жорж окинул своего «соратника» оценивающим взором. В плотной, на меху, курточке и весь в снегу, Тими напоминал мини-снеговика. - Значит, так: сейчас берёшь белый флаг... отставить флаг, белую варежку, и машешь ею, как пионерка красным фартуком, ясно?

- Галстуком.

- Чего?!

- Галстуком, говорю, а не фартуком.

- Да без разницы!

- А почему я?

- Тебе поверят.

- А тебе?

- Отставить пререкания, солдат! Вперёд, за Родину!

- Ох... Хорошо. Но учти: мне эти твои манипуляции не по душе.

- Р-разговорчики! Командир знает, что делает!

С выражением на мордашке а-ля: «Если бы все командиры были такими, как ты, Россия не выиграла бы ни одной войны!», Тими выкатился из укрытия и обречённо замахал белой варежкой, искренне надеясь, что хотя бы его Андрей пожалеет и не «обстреляет» сразу.

Тем временем, на другом конце сада, за точно такой же баррикадой из снега и льда, приставив к глазам пальцы, сложенные в форме буквы «о», на манер бинокля, Андрей вёл пристальное наблюдение за противником.

- Побеждаем, побеждаем... Я чувствую это. Недолго голубчикам бегать осталось, - дрожа от возбуждения, приговаривал он. - Макс, слышь? Макс! Не спи - замёрзнешь!

- Да не сплю я. Как можно спать, когда кругом столько снега и холод собачий?

- Вот уж не знаю.

Макс подышал на свои ладони.

- А может, ну её, эту победу, а? Объявим ничью, чаю горяченького попьём... С вареньем. И оладушками.

Андрей судорожно сглотнул, но не поддался.

- Разгар боя, какие оладушки?!

- Вкусные. С сахаром. И сметанкой.

Руки сами собой потянулись к товарищу.

- Макс, я тебя сейчас придушу, ей-богу... Если раньше слюной не захлебнусь, - Андрей осёкся и прищурил глаза. - Стоп, у противника какое-то движение... та-а-ак... Это Тими. Машет белой варежкой. Они типа что, сдаются?!

- Да? - заинтересовался Макс и тоже выглянул из-за баррикады. - Точно. Бедный Тими. Замёрз, бедняга. У него же зуб на зуб не попадает.

Андрей прыснул со смеху.

- М-да, не повезло мальчонке с напарником. Ну Жорж, эксплуататор, блин, - давясь хохотом, снежный маг вышел из укрытия. - Эй, вояки! Что за цирк? Батарейки сели, сдаётесь?

Позади Тими, словно из-под земли, выросла высокая фигура Жоржа.

- Огонь! - взревел он.

Заряды из снега взяли курс прямо на Андрея.

- Ах, вот так, значит, да? Жульничаем? Ну, сам же напросился...

Андрей вытянул вперёд руку. Снежки, почти достигнув цели, по его приказу круто развернулись и понеслись обратно. По пути они сами собой слепились в один большущий ком снега, который рухнул на так ничего и не понявшего Жоржа.

- Есть! Вражеский командир повержен! Наша взяла, Макс! Дай пять!

Ладони звонко хлопнулись.

- Нечестно! - приглушённо взвыл Жорж. Снег залепил ему глаза, рот, уши, нос - в общем, всё, что только можно залепить. - Так нельзя!

Андрей усмехнулся и сложил руки на груди.

- Вы смотрите, кто тут о честности заговорил... Не ты ли сам использовал бедного Тими в своих гнусных целях?

- Чего-чего?! Ну щас я тебе...

Дрожащими от холода руками, на ощупь, Жорж слепил крепкий снежок и, не видя толком, куда, швырнул его со всей силы.

И надо же было именно в этот момент появиться Анне! Девушка открыла калитку и зашла в сад, ни о чём не подозревая и, вообще, мысленно пребывая где-то очень далеко. В следующий миг, просвистев в воздухе, снежок прилетел точнёхонько ей в лицо.

Тими ойкнул и в ужасе зажал рот рукой. Что сейчас буде-е-ет...

***

Тут уж стало не до игр. Макс и Андрей покинули свой «аванпост» и бросились к Анне. Девушка стояла, не двигаясь, закрыв лицо руками. И молчала. Очень так недобро молчала. И это тоже ничего хорошего не означало. Она разозлилась. Серьёзно. Иначе уже начала бы кричать да разносить всё и всех вокруг в пух и прах.

Андрей, Жорж и Тими благоразумно шагнули назад. Раньше им приходилось наблюдать за торнадо по телевизору, и ни один из них не горел желанием столкнуться с данным стихийным бедствием вживую. Ясно одно: достанется всем. И виноватым, и невиноватым, и просто случайным «мимокрокодилам».

И только Макс осмелился подойти к своей будущей жене. Он тронул её за плечи и бережно отнял руки от лица.

- Больно? - с неподдельным сочувствием спросил он и слегка поморщился при виде синяка, наливавшегося «соком» под левым глазом.

Анна проигнорировала вопрос жениха.

- Кто? - на удивление спокойно спросила она. Взгляд пытливо сканировал вытянувшихся в струнку Жоржа, Андрея и Тими.

- Он, - не выдержав напряжения и указав пальцем на Жоржа, «сдал» товарища с потрохами Андрей.

- Предатель, - зашипел тот.

- Извини, бро. В клетке с тигром каждый сам за себя.

Жорж осторожненько, бочком, начал протискиваться к калитке.

- Ну ладно, я пойду... Дел ещё много. К Новому Году надо готовиться, ёлку украшать...

- Стоять! - рявкнула Анна, вынудив его замереть на одной ноге в позе балерины.

- Ну правда, у меня это... как его... Кот не кормлен, вот!

- У тебя нет. Никакого. Кота. - отчеканила Анна.

- Нет - так будет! - Жорж тяжело вздохнул. - Ну прости меня... Я не хотел, чтобы этот дурацкий снежок попал именно в тебя. Просто ты появилась в неподходящий момент, без предупреждения, и...

- Ах, без предупреждения? - Анна маниакально улыбнулась. - Без предупреждения, значит?

- Ну-у... да.

- Хорошо, в следующий раз я позвоню тебе лично, чтобы сообщить, что иду к себе домой! А теперь... - Анна взяла пригоршню снега и медленно слепила снежок.

Жорж не стал дожидаться развязки и со скоростью безумного зайца щеманулся к спасительной калитке. В спину ему со свистом боевого снаряда полетел комок снега.

- Иди и корми своего несуществующего кота! И лучше бы тебе делать это как минимум до начала следующего года, иначе... Познаешь на собственной шкуре все муки загробного мира! Я не шучу!

***

На другое утро Тими открыл глаза и довольно долгое время, моргая спросонья, пытался понять, почему в квартире так тихо. Почему мама не шумит посудой на кухне? Почему молчат телевизор и радио? Но потом всё вспомнил.

Сегодня тридцать первое декабря. А на днях случилось долгожданное и радостное событие: из командировки вернулся папа. Вернулся, чтобы встретить Новый Год с семьёй. Тими, разумеется, был несказанно счастлив. А мама расцвела прямо на глазах.

Первый день Тими с папой провели вдвоём. Посетили кафе, пиццерию, новый торговый центр, кино, каток... Алла Григорьевна радовалась, видя их улыбки, но мальчик понимал, как ей хочется остаться с мужем наедине. Поэтому, когда на следующий день папа предложил встретить Новый Год в домике на горнолыжном курорте, Тими, скрепя сердце, отказался. Во-первых, он никогда не любил лыжи. А во-вторых, хотел провести этот Новый Год с Максом и ребятами. Ведь неизвестно, что будет дальше. Может, Макс уедет к себе домой. Навсегда... Но, скорее всего, начнётся Турнир, и Тими попросту не останется места в этой суматошной, полной магии и опасностей, жизни. Ну, и в-третьих, мама с папой наконец смогут побыть вдвоём. Все эти доводы мальчик как можно мягче попытался изложить Алле Григорьевне, и она неожиданно согласилась. Слишком легко и быстро. Слава богу, теперь не было нужды врать, иначе вся затея провалилась бы с треском. А так Тими просто сказал, что тридцать первое декабря и все новогодние праздники проведёт на Виноградной улице. Мама до сих пор не имела чести познакомиться с Максом, но она целиком и полностью доверяла Анне. С сына же Алла Григорьевна взяла слово, что он будет отзваниваться ей как можно чаще и не пропустит ни одного её звонка. Как говорится, на том и порешили.

Тими вылез из постели и поплёлся умываться. Сейчас он соберёт кое-какие вещи - и на Виноградную улицу, помогать Максу и остальным готовиться к Новому Году.

Взгляд скользнул по столу, полкам и остановился на открытке с ёлкой и красногрудыми снегирями.

«Очевидно, это - всё, что я заслужил от дедушки на Новый Год, - с вновь нарастающим раздражением подумал мальчик. - Хоть бы на праздник приехал, что ли... Внук я ему или уже нет?»

Повздыхав ещё немного, Тими позвонил маме, отчитался, после чего запер квартиру и поспешил на Виноградную улицу.

«Интересно, что там сейчас происходит? - гадал Тими, одновременно с мыслями глазея в окно маршрутки. Несмотря на то, что было только утро, на улицах уже царила предпраздничная суета. Кто-то судорожно метался по магазинам, докупая горошек, майонез и прочую необходимую мелочь, про которую либо забываешь напрочь, либо её в последний момент не хватает. То тут, то там мелькали небольшие группки тех, кто, как говорится, «начал праздновать заранее». А кое-кто и вовсе гнал с ёлками наперевес. Наблюдать за всем этим было интересно. И даже забавно. Но Тими больше занимала другая ситуация. - Жорж, конечно, вчера отчебучил... Меткий стрелок, называется! Анна же теперь с него три шкуры спустит и всю душу наизнанку вывернет. Уж я-то знаю, и за меньшее порой страдал...»

Маршрутка прибыла на нужную остановку. Тими, шурша пакетами, побежал вниз по Виноградной улице, к дому № 17.

А там царила гнетущая тишина. Слишком гнетущая. На всякий случай убедившись, что трупа Жоржа (а заодно, и Макса) нигде не видно, Тими осторожно заглянул на кухню.

Макс тихо-мирно пил чай. Он поприветствовал маленького друга и кивком головы указал на свободный стул рядом, придвинув чашку с чаем и блюдце с оладьями. Тими с радостью присоединился.

- Ну, какие у нас на сегодня планы? - поинтересовался мальчик. - Усиленно готовимся к Новому Году?

- Ага. Правда, всё от нас зависящее мы уже сделали: продукты закупили, ёлку поставили, комнаты украсили... Теперь дело за девчонками. Кухня явно не по нашей с тобой части.

Тими аж зажмурил глаза от удовольствия.

- Чур, я буду главным дегустатором праздничных блюд.

- Хитренький какой, - усмехнулся Макс. - Место занято.

- Причём, давно, - вклинился в разговор третий голос. Андрей бесцеремонно ввалился на кухню и отхлебнул чая прямо из носика чайничка. - Бр-р-р... Освежает! - а затем торжественно указал пальцем на себя родимого. - Мною. Самым наиглавнейшим дегустатором праздничных блюд в мире.

- Ну уж нет, - возмутился Тими. Конкурента в виде Макса он ещё готов был стерпеть. Но не этого прохиндея. - Будем тянуть спички.

- Зачем?

- Чтоб по-честному.

- А-а...

- Я не против, - сказал Макс. - Нас трое, - Счастливчик громко гавкнул и ткнулся мокрым носом хозяину в коленку. - Даже четверо.

- И этот ещё, зелёный, - пробормотал Андрей и опасливо покосился на дрыхнувшего в углу, у холодильника, Сэма.

- Зелёный не в счёт, - отмахнулся Тими.

- Короче, делаем так...

Дверь скрипнула, и в помещение вплыла Анна. Именно вплыла. Бледная, как привидение, с взъерошенными волосами и в одном коротком халатике, будучи босиком.

- Чего расшумелись? - монотонно, без какого-либо интереса, спросила она. Не дожидаясь ответа, девушка прошла к столу, забрала чайник и вазочку с печеньем и развернулась обратно. Синий взгляд равнодушно скользнул по трём замершим в разных позах фигурам. - Тише. Мешаете.

И ушла, так больше ничего и не добавив. Некоторое время друзья ошарашенно смотрели друг на друга, переваривая только что увиденное.

- Э-эмм... И что это было, а? - первым очухался Тими.

Андрей округлил глаза.

- Знаете, что я вам скажу, многоуважаемые коллеги... По-моему, в должности главного дегустатора вообще отпадёт всякий смысл, если дегустировать будет нечего.

- Как, нечего? - испугался Макс. - Почему?

- Ты жену свою видел?

- Ну да.

- Да ну! И ничего не смутило?

- Э-э...

- Подумай!

- Она выглядела уставшей.

- И всё?

- Я сам часто бываю таким.

- Ну для тебя это - норма!

- Не сказал бы...

- Ребят, - неуверенно позвал Тими. Ему вдруг послышались странные звуки.

Макс и Андрей продолжали спорить.

- Да всё с ней в порядке, - стоял на своём хозяин дома.

- Ой, не втирай мне тут! Я прекрасно знаю, как выглядят люди во время хандры, сам через это проходил. Правда, про новогоднюю хандру что-то не слышал...

- Нет у неё никакой хандры.

- То есть, нашему праздничному столу ничего не угрожает? Танюшка у меня, конечно, кулинар от бога и даже обладатель премии «Юный поварёнок - 2007», но одна - не потянет!

- Ребята! - повысил голос Тими. Подозрительный звук за стеной стал громче.

- Ничего, поможем.

- Ну не знаю, как ты, а лично я за себя не ручаюсь! Таких дел могу на кухне натворить - до конца жизни потом не разгребём...

- Каких таких дел можно натворить на кухне? Вот скажи мне, пожалуйста.

- Ты уверен, что готов это услышать?

- Думаю, справлюсь.

- Ребята, послушайте! - гаркнул Тими.

Спорщики замерли с раскрытыми ртами. Теперь, благодаря наконец-таки воцарившейся тишине, все трое отчётливо различали сдавленные рыдающие звуки.

- Плачет, - пробормотал Андрей и недоумённо завертел головой. - Кто-то плачет. Это... Анна? Анна плачет? Она умеет плакать?!

- Идиот, - буркнул Тими.

- Макс, почему она плачет? - снова пристал к товарищу, как репейник, Андрей. - Неужели, из-за вчерашнего синяка? Но она же от него избавилась. Там, крибле-крабле-бумс, шаранды-баранды... волшебный крем, в конце концов, и прочие женские штучки. А Жорж ещё извинится, я уверен. Он ведь не со зла! Зачем принимать это так близко к сердцу? Я-то думал, нервишки у неё покрепче будут... А ну, пойдём, поговорим с ней! Новый Год, всё-таки, не время лить слёзы!

И Андрей уже рванулся было с места, но Макс вдруг вытянул перед ним руку.

- Нет, - довольно жёстко произнёс он. - Не трогай её. Я сказал.

Светловолосый маг даже оторопел, настолько его шокировала резкая перемена в поведении товарища. Тими несколько раз моргнул и осторожно потёр ухо, чтобы проверить, не засорилось ли оно. И не подводит ли его слух. Вместе со зрением.

- Поверьте, - гораздо мягче добавил Макс, от внимания которого, естественно, не ускользнула реакция друзей. - Нам её пока лучше не беспокоить. И особенно - тебе. - Карие глаза пристально смотрели на Андрея.

И тот отступил. Хоть и желал знать, почему именно ему сейчас лучше не беспокоить Анну.

- Ладно, разбирайтесь с вашими супружескими дилеммами сами, - пробурчал он.

- Не обижайся, - миролюбиво улыбнулся ставший прежним Макс.

- Вот ещё.

Андрей демонстративно громко протопал в прихожую и, повозившись там немного, крикнул:

- Ладно, я ушёл. Сначала заскочу на работу, потом - по делу, которое мы обсуждали на днях.

Макс появился в дверях кухни.

- Всё-таки, решил? - с сомнением спросил он. - Уверен, что это так необходимо? И именно сегодня?

- На сто двадцать процентов. Ты меня потом ещё Нострадамусом назовёшь, вот увидишь.

- Ладно, я свяжусь с Тамарой. Предупрежу её.

- Отлично. Я тогда Жоржа с собой прихвачу.

- Сомневаюсь, что он...

- А ты поменьше сомневайся, - усмехнулся Андрей и распахнул входную дверь. - Давай, приводи Анну в чувство. Чтоб к моему возвращению написал вместе с ней десять писем Деду Морозу. Проверю, учти. Ну, и за стол отвечаешь. Головой! Вопросы?

- Никак нет, сэр, - в тон ему отозвался Макс и отдал честь. - Не волнуйтесь, всё будет в лучшем виде.

- Вот это совсем другой разговор.

Когда дверь за Андреем захлопнулась, лицо Макса, вопреки всем заверениям и обещаниям, сделалось несчастным и обречённым.

- Я ничегошеньки не понимаю, - недоумённо развёл руками Тими. - Что с Анной? Куда собрался Андрей, да ещё и с Жоржем? И при чём тут твоя двоюродная сестра?

Макс испустил усталый не то вздох, не то стон.

- Ох, как же я обожаю Новый Год... Скажи, Тими, ты умеешь готовить? Ну хоть чуть-чуть, а?

***

- Николай Николаевич, с наступающим вас! - ворвавшись в зоомагазин, громко крикнул Андрей. Весь в снегу, он напоминал огромный сугроб с руками, ногами и головой.

Что и говорить, зима-матушка в этом году выдалась щедрой (к величайшему неудовольствию автомобилистов). Ну, а Андрей был доволен, ведь он, наконец, чувствовал себя в своей стихии.

Кое-как отряхнувшись, он целеустремлённо протопал к прилавку.

- Ты что здесь делаешь? У тебя же сегодня выходной, - удивился работодатель.

- Да я тут пробегал мимо и решил заскочить на пару минуток, чтобы узнать... - Андрей сделал глубокий вдох, словно набираясь смелости. И выпалил: - Какие у вас планы на Новый Год?! С семьёй будете встречать?

По правде говоря, он уже давно хотел задать Николаю Николаевичу подобный вопрос, но чувствовал неловкость, потому что пожилой человек никогда не говорил при нём о своих близких. Даже имён ни разу не упомянул. Ни в разговорах, ни случайно. За почти месяц работы Андрей не услышал от него ни слова о супруге, детях, внуках... Даже о друзьях. Ричи был единственным его окружением. Ну, и с недавних пор - Андрей.

Старик и ёлку-то к Новому Году не особо стремился нарядить, пока его помощник не пришёл и не сделал всё, что нужно, лично. Ему ещё Макс и Тими помогали. Это был их первый и единственный визит к другу на работу. Они принесли с собой мишуру, фонарики и кое-какие украшения, а Андрей приволок старенькую искусственную ёлку, которую случайно обнаружил во время уборки у шефа в подсобке. Николай Николаевич, казалось, и забыл про неё давно.

Наряжать с ребятами елку было весело и интересно. Половину времени они просто дурачились. Кидались друг в друга серебристым «дождиком», соревновались, кто больше игрушек повесит на ветки зелёной «старушки» за определённое время, а затем все вместе, включая Николая Николаевича, распутывали гирлянду, в которую умудрился замотаться Ричи. Хозяин зоомагазина наблюдал за молодёжью с улыбкой, но глаза его не покидала грусть. Это были хорошие воспоминания. Добрые и светлые.

Когда Андрей задал свой вопрос, Николай Николаевич не изменился в лице.

- С семьёй, увы, не получится, - спокойно ответил он. - Один буду встречать. Посмотрю поздравление президента, выпью бокал шампанского, да и спать лягу.

Веснушчатая мордаха помощника смешно и недоверчиво вытянулась.

- Что, и всё? Это весь Новый Год? Так разве празднуют?!

- А много ли старику надо?

- Нет, это уж совсем никуда не годится, - безапелляционно возразил Андрей. Он давно понял, что в личной жизни Николая Николаевича не всё гладко (если вообще не трагично), но сегодня данной темы касаться не собирался. Сегодня Николай Николаевич (которого Андрей, кстати, ни разу не считал стариком) имел полное моральное право отметить Новый Год если уж не в семейном кругу, то хотя бы среди живых и неравнодушных людей. К тому же, дедушка Макса наверняка обрадуется компании.

- Я приглашаю вас к моему другу, на Виноградную улицу, - торжественно продолжил Андрей, а внутри у него тем временем всё скрутилось в тугой узел от волнения. - Давайте вместе встретим этот замечательный праздник. Придёте?

Рука Николая Николаевича, делавшая запись в учётной тетради, дрогнула. Авторучка провела жирную линию вниз.

Некоторое время старший собеседник молчал, не поднимая глаз.

- Что скажете? - забеспокоился из-за отсутствия реакции Андрей. Не перегнул ли он со своей настойчивостью палку?

- А это точно будет удобно?

- Господи, ну разумеется!

- Тогда, - Николай Николаевич, наконец, посмотрел на своего помощника и тепло улыбнулся. - Почему бы и нет.

- Ура, - облегчённо выдохнул Андрей. - Ждём вас к десяти вечера. Форма одежды - любая. При себе обязательно иметь хорошее настроение. А пока что, вынужден откланяться, ещё столько всего сделать надо, - он развернулся и уже на бегу прокричал: - Виноградная улица, дом № 17, не забудьте!

Когда за ним захлопнулась дверь и звякнул на прощание колокольчик, Николай Николаевич смахнул одинокую слезинку, покатившуюся по щеке.

- А ты был прав с самого начала, мой старый друг, - тихо проговорил он вслух. - У этого ребёнка золотое сердце. Мальчик далёко пойдёт.

А Андрей тем временем уже спешил к следующей цели.

***

- Бум-бум-бум!

Жорж медленно открыл глаза и издал слабый стон. Создавалось впечатление, что некто маленький, но очень злобный, поселился внутри его многострадальной черепной коробки и теперь долбил по её стенкам своим крошечным молоточком (хотя, судя по ощущениям, не таким уж и крошечным). И, возможно, «их» там было несколько.

- Бум-бум-БУМ!

Кое-как сев на диване, Жорж помассировал виски и попробовал вспомнить вчерашнее.

«Господи... сколько же я выпил? И, главное, на фига? Праздник-то сегодня вечером...»

После неприятного инцидента на Виноградной улице Жорж принял стратегическое решение: заскочить в близлежащий бар и успокоить нервишки кружечкой пива. Одной... Там он «неожиданно» повстречал старого знакомого. И «кружечкой» они уже не ограничились. Потом к ним присоединилась старая знакомая (и, вроде, даже не одна). Что происходило дальше, Жорж помнил смутно. По крайней мере, сейчас он был один. Да, точно один... Наверное.

Взгляд задержался на одиноком лифчике, валяющемся на полу.

- Ой, забыл, - тупо пробормотал Жорж, - кто-то из «знакомых»... - и нервно хохотнул, впрочем, тут же поморщившись от безжалостно прострелившей голову мигрени.

- БУМ-БУМ-БУМ! - кто-то за дверью явно терял остатки терпения.

- Да иду я, иду, - наполовину простонал, наполовину прорычал несчастный Жорж. - Боже... Кого ж там принесло-то с утра пораньше?

С утра пораньше - это почти в двенадцать дня, если что.

Пошатываясь, Жорж добрёл до входной двери, которая уже сотрясалась от ударов, и резко распахнул её, ожидая увидеть... да кого угодно, в принципе: Деда Мороза, его давно потерянную жену, Снегурочку в одном пеньюаре, других внуков, братьев и сватьев... Злого двойника с рогами на голове, в конце концов!

Но только не его.

- Хо-хо-хо, - торжественным басом выдал Андрей и стряхнул с нижней части лица снег, создававший вид белой бороды. - Открывайте шире двери, к вам пришёл... Кто? Ну? Пра-а-авильно, Дед Андрей, - и потряс фиолетовым пакетиком с «Вискасом».

Жоржу захотелось побиться головой о стену. Правда, она и так дико болела.

«О, нет... Ну за что? Почему? Почему именно он?! Да как вообще...»

Впрочем, ему давно следовало бы перестать удивляться способности этих ребят находить его временные жилища (которые, кстати, Жорж менял минимум два раза в неделю). Ему уже вообще ничему не стоило удивляться.

- Чего тебе, Иуда? - неприветливо буркнул Жорж.

Андрей привалился к дверному косяку и картинно прижал руку к сердцу.

- Ах, как это низко... В праздничный день напоминать о слабостях! Ты когда-нибудь слышал о всепрощении?

- Сверху простят, - сухо отрезал Жорж, но зайти в квартиру всё-таки позволил. - Это для чего? - Он кивнул на пакетик с кошачьей едой.

- Так для кота твоего, - пожал плечами Андрей.

У Жоржа округлились глаза. В них так и читался вопрос: «Парень, ты дурак? Для какого кота?!».

Андрей решительно оттеснил его в сторону и громко крикнул:

- Васи-и-или-и-ий! Выходи! - после чего заглянул на кухню, потом - в комнату. Взгляд замер на лифчике, который Жорж не удосужился вовремя убрать. Щёки нежданного гостя вспыхнули розовым румянцем. - Оу-уу... Этот причиндал явно не кот Василий обронил. Кх-м...

Жорж быстро сунул компрометирующую деталь женского гардероба под подушку на кресле и на всякий случай уселся сверху.

- Ты ничего не видел.

- Ой, да ладно... Мне не пять лет. Помню, как в восьмом классе мы застукали наших девчонок в...

- Всё, хватит! Знать никаких подробностей не желаю, - перебил Жорж. - Кроме одной: чего ты здесь забыл?

- Я? Да ничего, - пожал плечами Андрей и для пущей уверенности оглядел себя. - Всё моё - при мне. Кстати, тебе стоит позвонить свой девушке... или женщине, а то как же она без...

- Ты зачем пришёл? - теряя терпение, чётко задал вопрос Жорж.

- За тобой, - сообщил Андрей так, словно это было самим собой разумеющимся фактом. - Давай, собирайся. И, желательно, в темпе вальса.

- Куда? - заволновался Жорж, потому что в ближайшие два часа дальше ванной и кухни он продвигаться не планировал.

- Как это, куда? - Андрей глядел на него с абсолютно искренним недоумением. - Исполнять священный новогодний долг, конечно же. Ты ведь не забыл про него? Только не говори, что забыл!

Жорж, так ничегошеньки и не поняв, тряхнул головой. Ясности от этого действия не прибавилось, как и понимания ситуации в целом.

- Слушай, не знаю, какой там у тебя долг, а мой священный долг, на данный момент - принять ванну, выпить чашечку кофе...

- На это нет времени, выпьешь кофе три в одном на вокзале, - отмахнулся Андрей. - У нас билеты на двенадцать сорок пять.

Жоржу резко поплохело.

- Мы что... куда-то едем?! - аж шёпотом спросил он.

- Да, и быстро. На сборы тебе - пять минут. А я в коридоре пока подожду, такси вызову.

И Андрей вышел, оставив бедного Жоржа лишь беспомощно разевать рот. Тот аж за голову схватился.

«Господи, почему? За что?! - Из прихожей слышались шаги и треньканье сотового. Андрей и впрямь заказывал такси. С мобильника Жоржа. - Он ведь не уйдёт просто так, да? - Временный хозяин квартиры затравленно, но не без надежды покосился в сторону окна. - Нет, это уж на самый крайний случай...»

- Такси будет через пару минут, - доложил заглянувший в комнату Андрей. При виде Жоржа, так и не сдвинувшегося с места, он полыхнул праведным гневом: - Ты чего, ещё не готов?!

И тогда Жорж понял, что ему не отвертеться. От чего бы то ни было...

В такси Андрей его буквально впихнул. Всю дорогу Жорж сидел позади и сверлил затылок расположившегося на переднем сиденье товарища ненавистным взглядом. К концу пути там впору было бы дырке задымиться.

На вокзале Андрей, как и обещал, влил в своего спутника два стакана мерзотного кофе и затолкал сомнительный чебурек, от которого страдающего похмельем бедолагу едва не вывернуло на собственные ботинки.

К счастью, подошла нужная им электричка.

- На посадку, - скомандовал Андрей и вырвал из трясущихся рук Жоржа остатки стрёмного перекуса, тем самым избавив несчастного от дальнейших мучений. - Не волнуйся, в дороге поедим спокойно. Я взял ещё пять штук.

Следующие два часа Жорж в прострации таращился в одну-единственную точку, пока электричка уносила его всё дальше и дальше от цивилизации, со спасительным душем и нормальным кофе. Андрей в одиночку жевал чебуреки.

Но окончательно ему подурнело, когда он наконец-таки вывалился из вагона на волю и смог оценить весь масштаб «катастрофы».

- Мать твою... - вырвалось у Жоржа. Андрей преспокойно стоял рядом, с любопытством озираясь по сторонам и насвистывая что-то беззаботное себе под нос. - Ты куда меня завёз, гад? Это что за глушь такая?!

Андрей перестал свистеть и соизволил-таки ответить:

- И не глушь это вовсе. А посёлок Изумрудный.

- Да хоть Бриллиантовый!

Однако знакомое название резануло слух и слегка охладило пыл.

- Изумрудный, - уже более спокойно забормотал Жорж, сосредоточенно наморщив лоб. - Изумрудный, Изумрудный...

- Здесь живёт Макс со своей семьёй, - сжалился над товарищем Андрей. - Ты же в курсе, что в большой Москве он только из-за Турнира?

- Точно! - хлопнул себя по лбу Жорж. - Он рассказывал. Но всё равно... Мы-то здесь для чего?! Да ещё и тридцать первого декабря!

- Я же сказал, соблюдаем новогодние традиции. До конца, - Андрей вытянул шею и вдруг замахал кому-то рукой. - Кстати, нас встречают.

Жорж резко обернулся.

- Кто?!

- Вы ведь Андрей и Жорж, друзья Макса? - приветливо спросила закутанная в несколько слоёв меховой одежды девушка. - Он звонил, предупредил о вас. Я - Тамара, двоюродная сестра Макса.