Глава 12. Вальтер - часть 2

- О, моя кошечка... милая, ласковая... Я хочу гладить тебя... снова и снова!

- Ах, мой зайчик... шоколадный... вкусный... так бы и облизала тебя!

Тими скрипнул зубами и стукнул кулачком по страницам учебника. Нет, ну вот разве может нормальный ребёнок учиться в подобных условиях?

Ахи и вздохи доносились из гостиной в течение всего последнего часа. И издавали их точно не родители Тими. И даже не телевизор, по которому в пять вечера в принципе не могло транслироваться фильма с рейтингом двадцать один плюс.

Нет, это мамина подруга Кисунчик развлекалась со своим новым кавалером Зайчиком (который, к тому же, ещё и был темнокожим). Как и почему Тими теперь вынужден был всё это терпеть - отдельная история.

Словно «чудесное явление» (или, скорее, стихийное бедствие), Кисунчик нарисовалась в конце прошлой недели и слёзно попросила о временном пристанище, пока в её роскошной квартире шёл дизайнерский ремонт. Алла Григорьевна, добрая душа, конечно же, не смогла позволить подруге ночевать на улице (хотя та вполне способна была снять и оплатить неплохой номер в гостинице).

Так лишние часы дома превратились для Тими в каторгу. Но он был терпеливым мальчиком и старался не огорчать маму своими жалобами. Ну подумаешь, дурная тётка, отставшая в развитии лет эдак на двадцать пять. Постоянно зовёт его «пупсёночком». В конце концов, ему в свои десять лет уже приходилось рисковать жизнью. Что там какая-то Кисунчик...

На деле же, всё оказалось куда сложнее. Вернее, муторнее. Тими тошнило при виде этой особы, в прямом смысле слова. Дома он старался появляться поздно вечером, как раз к приходу мамы. С ней терпеть Кисунчика становилось проще. Но нет же, этой любопытной Варваре требовалось знать всё, в том числе и у каких таких друзей Тими проводит почти всё время вне школы. Напела Алле Григорьевне ереси про совращение малолетних и наркотики. В общем, бред. Если раньше Тими её с трудом выносил, то теперь - возненавидел.

Последней каплей стали ухажёры. Каждый день - новые. И обязательно с «изюминкой», а то ведь скучно. Типа с кольцом в носу и мордоворота в татуировках Тими точно запомнит на всю жизнь. Сегодня вот - негр. Кто дальше? Эскимос с говорящим хаски? Пёс, кстати, будет единственным приятным «лицом» во всём этом винегрете.

И ведь к Максу теперь просто так не сбежишь. Тими очень боялся навлечь на друга лишние неприятности. А то у Кисунчика могло хватить ума и проследить за мальчиком до Виноградной улицы. Заняться-то больше нечем. Женихи дольше, чем на час, не задерживались (иначе Тими наплевал бы на все последствия и сиганул к Максу прямо из окна).

Пока Тими предавался невесёлым думам над учебниками и тетрадками (потому что даже заниматься с таким настроением становилось невозможно), ненавистные звуки из гостиной, наконец, стихли.

- Пупсё-ё-ёноче-ек, - донеслось из-за двери. Тими скривился, как от зубной боли. По крайней мере, одного он добиться сумел: Кисунчик не имела права пересекать границы его комнаты. Ни под каким предлогом. Даже если комната не заперта. - Ты уже готов, милый?

- К чему? - вяло отозвался Тими, не сдвинувшись с места. Что она там ещё придумала?

- Как это, к чему, пупсичек? К ресторану, конечно же! Такси будет через десять минут.

У Тими внутри всё камнем ухнуло вниз. Точно! Кисунчик через два-три дня (слава тебе, Господи) собиралась возвращаться домой, но перед этим решила отблагодарить Аллу Григорьевну и её сына за небывалое гостеприимство и пригласила их в дорогущий ресторан. Столик заказан на сегодня. На шесть вечера.

- А-а..., а мама? - жалобно пискнул Тими. Напоминал он сейчас беспомощного котёнка, готового при виде Кисунчика сигануть в ёмкость с водой. И добровольно там утопиться.

- Аллочка задерживается на работе, поэтому сразу в ресторан поедет, не заглядывая домой. Ну же, собирайся! И не забудь надеть тот чудесный костюмчик, который я тебе подарила на день рождения. Ты в нём такой пупсик... Так бы и съела!

«Подавишься, тётенька, - мрачно усмехнулся Тими. - И для тебя я в любой одежде пупсик, разницы нет».

Костюм, от которого Тими коварно планировал избавиться при первом же удобном случае, висел в шкафу, отглаженный вчера Аллой Григорьевной. Мальчик вообще согласился его носить только ради мамы (ладно, мама ещё пообещала ему карманных денег на два месяца вперёд). Потому что ни один уважающий себя мужчина, даже такой маленький, как Тими, никогда не вырядился бы... в это.

Розовый костюм. С красной бабочкой.

- Ты выглядишь очаровательно, - засюсюкала Кисунчик, стоило только Тими высунуть нос из комнаты. - Дай-ка я тебя сфотографирую... Ну же, не стесняйся ты так, глупыш!

Единственный сын Аллы Григорьевны демонстративно отвернулся, натянул курточку и сердито затопал вниз по лестнице. Да, он согласился на это мероприятие. Но не подписывался ни на какие фотосессии. И изображать несуществующее счастье тоже не собирался.

Заказ в ресторане (мальчику было настолько, как говорится, по барабану, что он даже не обратил внимания на название сего заведения) Кисунчик делала долго и нудно. Тими считал, что вполне обошёлся бы горячим блюдом и вкусным пирожным на десерт. Зачем ради двух хрупких женщин и одного маленького мальчика накрывать стол из пятнадцати блюд с труднопроизносимыми названиями, он понять не мог. Кисунчик, вроде, на днях кричала, что вообще на строгой диете. А сейчас минут, наверное, десять отчитывала администрацию ресторана за то, что у них в меню нет жемчуга Афродиты.

«Ресторан с ювелиркой попутала, что ли?» - недоумевал Тими.

Однако потом его всё-таки разобрало любопытство, и он воспользовался поисковиком в телефоне, чтобы выяснить, что это за «жемчуг» такой. И почему его заказывают в ресторане на ужин.

- Фу-у, гадость, - невольно вырвалось у него, когда был прочитан ответ. Оказалось, что речь шла о деликатесном виде икры из свежих или обработанных яиц сухопутных улиток. В англоязычных текстах данный «шедевр» иногда фигурировал под романтическим названием «жемчуг Афродиты».

- Хочу картошку с сосиской, - честно сообщил Тими.

- Фи, это же еда деревенщин и нищебродов! Мы здесь не за этим, - скривила ярко накрашенные губы Кисунчик. - Сейчас будешь пробовать устриц, мой хороший.

Тими отчаянно завертел головой, ища пути для отступления. И куда там мама запропастилась?

В ресторане было довольно оживлённо. Почти половину столиков в большом зале с белыми колоннами и красивыми люстрами занимали парочки. Детей, кроме Тими и ещё одной девочки лет восьми, не наблюдалось. Но оно и понятно, это же не семейная забегаловка.

«Я бы лучше в пиццерию сходил, - с тоской подумал Тими. - С Максом и Андреем. Э-эх...»

Скучающий взгляд вернулся к девочке. Она уже довольно продолжительное время стояла спиной к Тими и не двигалась. Вообще. Что выглядело странно. И одновременно жутко.

По спине маленького друга Макса табуном пронеслись мурашки. Девочка с кудрявыми светлыми волосами, в белом воздушном платье, снилась ему предыдущей ночью. Она ничего не говорила, только смотрела на Тими. А на лбу у неё было...

Словно почувствовав на себе пристальный взгляд, девочка медленно обернулась. Большие ярко-зелёные глаза, не моргая, как нарисованные, уставились на Тими. Посередине детского лба жутко зияло пулевое отверстие.

Тими зажал рот рукой, еле сдерживая испуганный вскрик. Как раз в этот момент один из посетителей ресторана просто взял и прошёл сквозь маленькую фигурку. Девочку, похоже, никто не видел. Кроме Тими.

«Чт...что это?! Призрак? Ну конечно, призрак, дурень! Почему здесь? И что мне с этим делать?»

Девочка, чуть склонив голову набок, подняла руку и указала куда-то в сторону. Тими невольно, будто загипнотизированный, проследил за движением. Сердце снова заколотилось, как сумасшедшее.

Там, за самым дальним столиком, возле колонны, сидел Жорж.

***

Время до назначенной в «Лагуне» встречи Жорж провёл в тяжёлых размышлениях. Очень многое в этой ситуации ему не нравилось и не давало покоя. Особенно угнетало чувство того, что кто-то из парней, практически братьев, мог сдать его. Предать. Не исключено, что за деньги. И подставив при этом ещё и ни в чём не повинных Макса с ребятами под удар. Мерзко всё это. Ещё совсем недавно Жорж даже мысли подобной не допустил бы. А теперь... Не знал, что и думать.

Ресторан «Лагуна», как выяснилось, был не из дешёвых. А совсем наоборот. Значит, любви к пафосу и желания всё делать красиво Вальтер не утратил. Оставалось надеяться, что и в остальном его характер не претерпел особых изменений. Так, по крайней мере, Жорж мог хотя бы предположить, чего ему ожидать. Вальтер и раньше отличался непредсказуемостью, порой граничащей с безумием, чем всегда пугал своих врагов и обидчиков. И вот теперь Жоржу Гасперскому «посчастливилось» оказаться в их числе.

К «Лагуне» он прибыл за полчаса до нужного времени, намереваясь хоть немного изучить территорию и местоположение самого здания. Хотя, если Вальтер с самого начала следил за своей целью, смысла в подготовке не оставалось никакого. Но и не в характере Жоржа было просто сложить лапки и покорно ждать, когда их оторвут, ничего не делая. Он боролся до конца. И, тем более, сейчас, когда по его вине были вовлечены жизни Макса, Андрея и остальных. Жорж сильно прикипел к ним. Действительно, сильно. Даже сам не ожидал, что настолько. Жорж чувствовал, что за этих ребят готов, не задумываясь, голыми руками порвать десяток Вальтеров.

Ровно в шесть лидер «Грачей» прошёл в главный зал. Играла тихая музыка, сверкали украшения богатых дамочек... Если Вальтер планировал убить своего протеже, то явно не здесь, на виду у почтенной публики.

Администратор, спросив у Жоржа имя, проводил гостя до столика.

- Ваш друг отлучился на несколько минут, скоро вернётся, - вежливо сообщил мужчина и, торжественно вручив меню в кожаной папочке, удалился по своим делам.

Жорж подумал, не заказать ли порцию горячительного для снятия напряжения, но тут же решительно отмёл эту идею. Нужно сохранять ясную голову.

Присутствие Вальтера Жорж ощутил за несколько мгновений до того, как появился он сам. Бывший наставник зашёл со спины. Его излюбленная манера. Хорошо, что Жорж был в курсе. И не дрогнул. Это стало бы первым проявлением слабости. А слабость для Жоржа сейчас была недопустимой роскошью.

- Привет. Давно не виделись, - произнёс он спокойным голосом, не оборачиваясь.

Неизвестно, на какую реакцию рассчитывал Вальтер. Может, он ожидал увидеть своего ученика жалким и трясущимся. Напуганным. Умоляющим сохранить его жизнь и жизни тех, кто ему дорог.

Но Жорж Гасперский изменился. Из слабого подростка, бесхребетного и неуверенного в себе, подчинявшегося, стоило лишь на него как следует прикрикнуть, Жорж превратился в гордого, независимого и своевольного молодого человека. Отныне, наоборот, он говорил, кому что делать. И его слушались. Но не из-за страха. А из уважения. И дружеского отношения.

Жоржа теперь так легко не сломать. И Вальтер это понимал.

- Ну привет, коль не шутишь, - усмехнулся он. - Вот и свиделись.

Вальтер не спеша прошёл к столику и вальяжно развалился на соседнем стуле. Рядом, словно из воздуха, материализовался вышколенный до тошноты официант с бутылкой коньяка на подносе.

- Что, и даже без икры? - съязвил Жорж.

Вальтер пожал плечами.

- Кризис. Тем, кто вышел из тюрьмы, государственную помощь не оказывают, знаешь ли.

- Прям-таки и вышел? - прищурился Жорж.

- Гордой походкой, - не моргнул глазом Вальтер.

- И в процессе никто не пострадал?

- Я небольно их убил, поверь. Чик - и на небесах. Зато не нужно теперь думать, где достать денег на коньяк и икру. Или как заплатить по долгам. Им лучше, чем нам с тобой, поверь. Можешь назвать это актом избавления.

- Ох, как... А чего не спасения?

- Можно и так.

Несколько тягостных мгновений оба изучали друг друга испытующими взглядами.

- Ладно, - заговорил Жорж. Вальтер тем временем, смакуя коньяк, опустошил первый стакан. Рюмок он не признавал никогда. - От меня ты чего хочешь? Неужели, тоже «спасти»?

- Тебя? Ни в коем случае. Сначала я должен убедиться, что ты заслужил «спасение», - Вальтер красиво закурил. - За тобой слишком много долгов, друг мой.

- Да? А по-моему, я никому и ничего не должен, - холодно возразил Жорж. К коньяку, который ему подтолкнул Вальтер, он так и не притронулся.

- Это по-твоему. А вот у меня имеется другое мнение на этот счёт. Поэтому, с должками ты рассчитаешься. А если нет... Ты ведь у нас теперь крутой парень на районе, с авторитетом, твои дружки считают тебя идеалом и стремятся подражать, - Глаза Вальтера недобро сузились. - А что, если они вдруг, чисто случайно, конечно же, узнают, что их драгоценный босс - трусливое чмо, еле сумевшее слезть с наркоты? Да к тому же ещё и стукач!

- Я не...

- Ты сдал меня ментам тогда! Ты! - Лицо Вальтера покраснело от злости. Холёный пофигизм уступил место истинному чувству - ненависти. - Тот, кому я действительно доверял! Будь моя воля - пристрелил бы, как дворнягу, на месте, да слишком просто это для тебя, - Вальтер медленно поднялся, упёршись обеими ладонями в стол. - Нет, Гасперский, так легко ты не отделаешься. Сам будешь просить, чтоб я прикончил тебя! За каждый год моей жизни в тюрьме я убью по одному твоему другу.

- Только попро...

- Нет, по два. Даже, три. Да, три. Этого хватит. Пока.

Кулаки Жоржа под столом побагровели от избытка магической энергии. Меж пальцев затрещали фиолетовые искры.

- Рискни. Тронь хоть кого-то - и пожалеешь. Я сумею удивить тебя. Поверь.

Наверное, прозвучало в голосе Жоржа что-то такое, что заставило самоуверенного Вальтера осечься. И даже засомневаться. Но ненадолго.

- Мелкий сучёк обучился новым трюкам? Как интересно! С удовольствием взгляну на них. Надеюсь, что не буду разочарован. В конце концов, ты всегда можешь первым попытаться убить меня, - Губы Вальтера растянулись в зловещей ухмылке, а глаза маньячно блеснули. - Опыт, какой-никакой, у тебя имеется. Я, правда, не очень похож на маленькую девочку с кудрявыми волосами, да и наркотиков поблизости нет... Но ты же научился импровизировать, верно?

Вальтер ткнул остатком сигареты в пепельницу, кинул на стол помятую купюру и, не оборачиваясь, пошёл прочь. А Жорж, буквально пригвождённый последними словами к стулу, остался сидеть на месте. Даже для ублюдка Вальтера это был безжалостный и подлый ход.

- Жорж, - тихо прозвучал рядом детский голос. - Жорж, привет.

Словно в пьяном тумане (хотя он так ни капли и не выпил), Жорж моргнул. Раз, другой... Мысли потерялись где-то далеко в прошлом. Перед глазами, расплываясь, маячил образ светловолосой зеленоглазой девочки. Казалось, протяни руку - и коснёшься её.

«Ева, - любезно напомнил внутренний голосок. Вкрадчивым шёпотком. - Её звали Ева. Ты никогда не забудешь это имя...»

- Жорж?

Видение из прошлого (или нет?!) исчезло. На его месте стоял Тими.

***

Тими долго не решался подойти к Жоржу. Во-первых, это заинтересовало бы Кисунчика. А во-вторых, лидер «Грачей» был не один. От мутного типа за его столиком опасностью веяло за километр. И беседа между ними шла явно не из приятных. Поэтому ему оставалось лишь наблюдать. Наблюдать, анализировать и запоминать. Это Тими хорошо умел делать.

Разговор тем временем достиг определённой степени накала. Незнакомец, выплюнув напоследок что-то, судя по всему, очень гадкое, ушёл. Жорж всё ещё сидел на месте. Но на нём буквально лица не было. Словно он привидение увидел. Хотя, почему «словно»? Тими ведь тоже его видел.

Девочка какое-то время безмолвно смотрела на Жоржа и его приятеля (?!), а потом, печально хныкнув, исчезла.

Когда Жорж остался один, Тими надумал-таки подойти к нему. Кисунчик, слава богу, в этот момент начала кокетничать с симпатичным официантом, забыв про всё прочее.

- Жорж, - робко позвал мальчик. - Жорж, привет.

Лидер «Грачей» не шелохнулся. Будто в трансе, он глядел в одну точку. Пальцы, побелев от напряжения, вцепились в стол. Тот, наверное, был единственной вещью, не дававшей Жоржу упасть.

Потом он пару раз моргнул. И посмотрел на Тими.

- Жорж?

На лице отразился неподдельный испуг. Тими ненароком подумал, что, может, сам похож на привидение. Или привидение у него за спиной. Но нет.

Однако Жорж был в ужасе.

- Нет, - уставившись на мальчика и отрицательно мотая головой, заговорил он срывающимся, чуть хриплым голосом. - Нет, нет... Откуда ты здесь?! Тебя здесь быть не должно...

- Да я тут с мамой. Ну, почти... Она ещё не подошла, - забормотал Тими. Он не понимал, чем вызвал у Жоржа такую реакцию, и тоже разнервничался. Ещё призрак бродит поблизости...

- Нет... Держись от меня подальше!

Жорж отшатнулся и, едва не сбив кого-то по пути, бросился к выходу. Тими от неожиданности шарахнулся далеко назад.

«Да что тут происходит-то?! Может, призрака испугался...»

Тими сделал глубокий вдох, развернулся... и столкнулся нос к носу с девочкой.

- Помоги большому другу. Скорее, - отчётливо шепнула она и растворилась в воздухе.

***

Жорж спешил покинуть «Лагуну» так, словно за ним по пятам отряд чертей гнался. Появление Тими окончательно выбило его из колеи. Он-то боялся за Макса и Андрея, а тут под огонь мог попасть не вовремя появившийся ребёнок. Опять...

«Одна детская жизнь уже навсегда на твоей совести, Гасперский, - издевался в голове голос, дьявольски похожий на Вальтера. - Смотри, не проворонь вторую...»

Почему? Почему он был здесь?! Дети не ходят по дорогим ресторанам. Дети лопают булки в «Макдональдсах». Разве нет?

Жорж не сомневался, что Вальтер из принципа (да и из мести тоже) захочет навредить Тими. Чтобы воссоздать тот кошмар пятилетней давности, едва не лишивший шестнадцатилетнего парня здравого рассудка. И жизни. Жорж не хотел стрелять в маленькую Еву. Правда, не хотел... Произошло трагическое стечение обстоятельств. Но оно не отменяло того факта, что кровь ребёнка оставалась на его руках. И останется навсегда. Её не смыть. Даже ценой собственной жизни. Жизнь невинного ребёнка бесценна. А чего стоила жизнь такого никчёмного подонка, как Жорж Гасперский? Поэтому Тими и следовало держаться от него подальше. С самого начала. Не стоило им сближаться в «Империи Развлечений». Не стоило вообще сближаться с Максом и его компанией. Потому что есть люди, которые ничего, кроме бед, не приносят. Жорж Гасперский как раз был таким человеком.

Выскочив из «Лагуны» через ход для обслуживающего персонала, сам толком не осознав, как там оказался, Жорж привалился к стене, пытаясь отдышаться. Морозный ветерок охладил горящее лицо и слегка - воспалённые нервы.

Дверь позади хлопнула ещё раз.

- Жорж, - снова произнёс голос. - Мне надо тебе кое-что сказать.

Лидер «Грачей» издал тихий стон и в отчаянии стукнулся затылком о кирпичную кладку, даже не ощутив боли.

- Господи-и-и... ну чего... Чего тебе надо?! Я же сказал, русским языком, не приближайся ко мне! Ты что, тупой? Или жить надоело?!

Шокированный такой реакцией и гневом в голосе, Тими отпрянул назад. В глазах сверкнули слёзы обиды.

«Дерьмо... Какое же ты скотское дерьмо, Жорж Гасперский!»

Но Жорж ничего не мог с собой поделать. Такова была его защитная реакция. Он боялся. До усрачки. За Тими.

- Что ты хотел? - уже гораздо сдержаннее спросил Жорж.

Тими сердито шмыгнул носом.

- Тут призрак бродит, - сухо сообщил он. - Ты в курсе?

- Чт...что? - Жорж мотнул головой и передёрнул плечами. Ощущение, что Вальтер буравит взглядом спину, не покидало его ни на секунду. - Какой ещё призрак?!

- Призрак девочки, чуть младше меня. В платье...

- ... и с кудрявыми волосами, - на автомате закончил Жорж. Земля зашаталась под ногами, а небо сверху - закружилось.

- Так ты её видел? - спросил Тими.

- Видел... - обречённо сказал Жорж. Он скорее повторил последнее слово из вопроса мальчика, чем ответил на сам вопрос.

- Сейчас?

- Давно.

- Как, давно? - Тими внезапно осенило. Странное поведение Жоржа начало казаться ему более понятным. - Подожди, так ты её зна...

- Ба-а, какое чудесное зрелище!

Да, именно этого Жорж больше всего и боялся. Он машинально шагнул вперёд, закрывая собой Тими.

Вальтер бесшумно отделился от дальней стены. Такое чувство, что он был её частью всё это время. Всё видел и слышал.

- Что там? Кто там? - заволновался Тими, пытаясь выглянуть из-за Жоржа.

- Возвращайся обратно к маме. Или с кем ты там, - процедил сквозь плотно сжатые зубы лидер «Грачей», не оборачиваясь.

- Ну уж нет, не позволю, - голос Вальтера, в противовес ситуации, звучал по-детски обиженно, как будто ему в садике не хватило конфетки. - Все останутся на своих местах, ведь самое интересное только начинается. Напряжённая обстановка, беспомощный ребёнок... Ничего не напоминает? А, Гасперский?

- Не приближайся.

- А чего так? - Вальтер картинно развёл руками. - Я же совершенно безобиден. Это ты у нас - любитель пострелять по невинным деткам. Разве не так?

- Замолчи, мразь!

- О чём речь? - ещё больше разнервничался Тими.

- Ни о чём. Иди. Назад, - жёстко велел Жорж. «Туда, к свету. Где много людей. И где этот ублюдок не посмеет тебя тронуть», - едва не добавил он. - И не оглядывайся. Я сказал.

Тими громко хлюпнул.

- Обычно такие слова говорят в фильмах с плохим финалом, - мальчик крепко вцепился в куртку Жоржа. - Я не уйду.

Когда-то он не оставил в беде Макса. Теперь не бросит и Жоржа. Потому что и его тоже считал своим другом.

- Хороший мальчик. Смелый, - усмехнулся Вальтер. - Респект. И уважуха. Даже жаль, что очень скоро ему придётся разочароваться в тебе, Жорж Гасперский. Как уже разочаровались другие твои птенчики. «Грачами» называются.

У Жоржа перехватило дыхание. Как от смачного удара под дых. Кирпичом.

- Так это правда...

- Что именно? - «заботливо» переспросил Вальтер, а затем криво ухмыльнулся: - Что один ушлый «грачонок» просто взял и сдал тебя с потрохами? Ну да, ну да... И адрес твой временный назвал, и про друзей новых нашептал. Всё как на духу, добровольно, даже пытать да резать не понадобилось. Сам явился. А также обмолвился, что ты, старина, не тот уже, что прежде. И не один он так считает.

- Кто? - глухо спросил Жорж. - Имя.

- Я именами стукачей не интересуюсь, - скривил лицо Вальтер. - Хочешь - выясняй сам. Или не выясняй. Просто перестреляй всех. Не ошибёшься.

- Спасибо за совет, - В глазах Жоржа мелькнул опасный, неузнаваемый блеск, от которого наблюдавшему за ним Тими сделалось страшно. - Но для начала, хотелось бы избавиться от тебя. Даю последний шанс. Развернуться и уйти. И забыть про меня. Про моих «Грачей». И про моих новых друзей. Раз и навсегда. Иначе...

- Иначе? - приподнял бровь Вальтер.

Жорж вытащил из кармана пистолет и хладнокровно навёл его на бывшего наставника. Тими испуганно ойкнул.

- Как ты уже сегодня говорил, я могу попытаться убить тебя первым.

Вальтер присвистнул.

- Вижу, разговор-то и впрямь пошёл серьёзный. Вот только ты обещал удивить меня. Неужели, этим? Хочешь затеять старую добрую перестрелку в стиле Тарантино? А не боишься, что мальчугана в процессе зацепит?

- Только через мой труп.

«Пуля - вот всё, чего заслуживает морозота вроде тебя, - с отвращением подумал Жорж. - Ты никогда не узнаешь о той, другой, силе... И не получишь привилегии увидеть её!»

Потому что Чистая Энергия - эта удивительная и прекрасная сила, с каждым днём демонстрировавшая своему пока ещё неопытному хозяину новые грани и возможности - слишком хороша для подобного рода разборок.

Тими догадался, о чём подумал Жорж, но ему всё равно было как никогда страшно. Огнестрельное оружие - часть жестокого, но обыденного мира. И оно пострашнее любой магии, потому что отнимает жизнь стремительно и безвозвратно. Тими надеялся, что никогда и ни у кого из своих знакомых не увидит такой вещи. Но снова ошибся.

- Жорж, не надо, - еле слышно попросил он. - Не делай этого.

- Да, Жорж, не делай, - насмешливо повторил Вальтер и достал точно такой же пистолет. - Ведь это я учил тебя стрелять. И я быстрее, чем ты.

Тими схватился за голову.

- Да вы с ума посходили, что ли?! - чувствуя себя героем вестерна, проскулил он.

Вальтер пытливо глядел на своего ученика. Безродного парня, в руку которого он когда-то лично вложил оружие. Но так и не сумел научить убивать. Случай с Евой стал исключением. Однако и там были свои обстоятельства. И Вальтер тогда даже пожалел глупого парня. Приложил все усилия, чтобы вытащить его дурную задницу из болота депрессии, в которой тот день за днём увязал. Жестокий бандит и убийца, наверное, ни с кем и никогда так не нянчился. Прикипел он к этому сосунку, как ни крути. А вместо благодарности схлопотал путёвку в «санаторий» с колючей проволокой. На десятилетия. Надо было пристрелить щенка. Ещё тогда... Потому что теперь он вырос и превратился в опасного пса.

С незнакомым блеском в глазах. И непоколебимой уверенностью, что ему в очередной раз всё сойдёт с рук. Словно у него в рукаве был припрятан туз, на самый крайний случай. И Вальтер пока не мог понять, что же это за туз такой.

Он сделал пару шагов вперёд. Жорж не дрогнул. Пистолет в его вытянутой руке не отклонился от цели ни на миллиметр.

Дальше события развивались по спонтанному сценарию. Хлопнула дверь, и из ресторана вышел совсем ещё молоденький подсобный рабочий с кучей пустых коробок и ящиков. При виде развернувшейся сцены он замер, как вкопанный, разинул рот и рассыпал свою ношу. Вальтер весьма недвусмысленным жестом посоветовал ему молчать, если, конечно, нет желания первым словить «маслину».

Преступник отвлёкся всего на пару мгновений, а когда повернул голову назад, то... обомлел. В прямом смысле слова. Напротив него замерла прозрачная синеватая фигурка девочки с простреленным лбом.

- А-а... Это... ещё... что... за... - в грубом голосе Вальтера прозвучал истеричный надрыв. - Херня?!

Девочка склонила голову чуть набок и жутко улыбнулась.

- Ты тоже её видишь? - шёпотом спросил Тими у старшего друга.

Жорж кивнул. Губы слиплись, язык намертво присох к нёбу. По счастью, Ева пока стояла к нему спиной, иначе его точно хватил бы сердечный удар.

А вот Вальтер, судя по всему, кондрашку словил. Сильно побледнев, он попятился назад и с жутким не то воплем, не то воем:

- Не подходи! Убирайся! Прочь! - открыл огонь из пистолета.

Без толку, разумеется. Ева ещё несколько секунд пристально смотрела на него, а потом исчезла, а Вальтер, бессвязно бормоча ругательства, дал дёру.

- Да! - Тими победно сжал кулачки. - Беги-беги, трус несчастный!

Сзади послышался стон. На обледеневшей земле корчился от боли несчастный паренёк-рабочий, так некстати решивший вынести мусор. Пулю он всё-таки словил. Хорошо хоть, ранение не смертельное.

У Тими сердце сжалось от сочувствия. Он уже хотел было попросить Жоржа вызвать скорую, но тут...

- О, нет... Жорж?!!!

Старший друг лежал на боку и, в отличие от рыдающего парнишки, получившего выстрел в ногу, не двигался. Под курткой стремительно расплывалось страшное красное пятно.

Глаза Тими расширились от ужаса.

- Жо-о-о-орж!!!!!

***

- Жорж?

Лидер «Грачей» устал. И не хотел открывать глаза. Но, похоже, его время пришло.

- Жорж, - уже более уверенно повторил голосок. - Очнись.

Молодой человек хрипло откашлялся. Горло изнутри словно покрылось наждачной бумагой, за которую со скрежетом цеплялись, не желая выталкиваться наружу, слова.

- Где... Где я?

В аду? Ну конечно, куда же ещё он мог попасть! Вот только не видно что-то ни пламени, ни вертелов, ни котлов. Даже дыбы - нет. Вокруг - лишь белая пустота.

- На ад не похоже, - слабо вынес вердикт Жорж. Пальцы, сведённые судорогой, зажимали бок.

- Ты не умер, просто без сознания, - сообщил всё тот же голос.

В поле зрения появилось детское лицо, обрамлённое светлыми кудряшками. Жорж изо всех сил зажмурился. Нет, всё-таки - ад! В котором он теперь наедине со своим грехом. И самым страшным кошмаром.

- Не мучай меня, - слабо и обречённо взмолился Жорж. Голова покорно опустилась. - Прошу. Лучше сразу в котёл - и на жаровню. Или на мясной крюк. Я это заслужил.

Два крошечных детских пальчика мягко подцепили колючий мужской подбородок и слегка потянули вверх. Два взгляда - искалеченный, полный боли, и печальный, цвета зелени - наконец-то встретились.

- Я не держу на тебя зла, - От вздоха Евы, как от дуновения ветерка, шелохнулись слипшиеся волосы, упавшие на лоб Жоржа. - Пока ты здесь, со мной, маленький мальчик плачет там, в реальном мире, думая, что ты мёртв. Ты хороший человек. Теперь я в этом убедилась.

Ева взяла большую ладонь и поднесла к пулевому отверстию на своём лобике. Пальцы Жоржа засветились, и страшное смертельное ранение затянулось, испарившись в конечном итоге без следа. Еву стало практически не отличить от живого ребёнка.

- Вот... Теперь и мне лучше. Чистая Энергия - божественный дар.

- Что ты знаешь о ней? - тихо спросил Жорж.

Девочка грустно улыбнулась.

- Ничего. Разве только то, что подобная сила не может быть дарована злому человеку. Исцели себя, ещё не поздно. И живи дальше.

- А ты?

- У меня ещё остались на этом свете дела. Надо присмотреть за папочкой.

Свет резко погас. Всё вокруг, в том числе и Еву, охватила темнота, будто некий закулисный наблюдатель вдруг опустил рычаг рубильника.

Последней мыслью Жоржа было:

«Присмотреть... за папочкой?»

***

Жорж пробыл без сознания всего несколько минут, но перепуганному Тими эти минуты показались мучительной вечностью.

Когда мужчина, наконец, зашевелился, мальчик разрыдался, но уже от облегчения.

- Жорж... Как ты? Слышишь меня? Тебе больно? За врачом бежать?!

- Не... надо... - прохрипел пострадавший и отнял ладонь от бока. На ней лежала пуля.

Глаза Тими, блестевшие от слёз, округлились. Он глядел на Жоржа, как на бога.

- Но... разве пуля не попала в тебя? Я видел столько крови...

- Я везучий. Иногда. В отличие от некоторых.

Держась за стену, Жорж кое-как принял вертикальное положение и, пошатываясь, направился к подстреленному в ногу парню.

- Держись, малый. Сейчас станет легче. Даже плясать сможешь, чуть позже.

И снова Чистая Энергия сотворила чудо. Пуля, как оказалось, прошла навылет, не нанеся особого ущерба. Магическая сила Жоржа остановила кровь и залечила рану. От пережитого парень ненадолго отключился.

У Тими всё ещё оставалась масса вопросов, которые он теперь, когда опасность миновала, очень хотел задать Жоржу. Но из ресторана так не вовремя повалил народ. Это для мальчика время, казалось, остановилось, а в реальности прошло не более пяти минут. Кто-то, услышав выстрелы, вызвал милицию. Тими окружили взволнованные люди. На переднем плане особенно громко надрывалась и заламывала руки Кисунчик, пока её не отодвинула в сторону бледная, как полотно, Алла Григорьевна.

Во всей этой кутерьме Тими не сразу заметил исчезновения Жоржа. Но вынужден был признать, что это к лучшему, ведь сюда с минуты на минуту могли нагрянуть служители закона. А у Жоржа оружие. Ни милиции, ни маме с Кисунчиком не стоило видеть этого человека. Человека с сомнительным прошлым. И с самой удивительной силой на свете. Тими с нетерпением ждал новой встречи с ним. Чтобы сказать, как же он рад, что тот жив.

***

Тяжело навалившись на стол, Жорж опустошил кружку с пивом. На самом деле, хотелось употребить чего-нибудь гораздо... гораздо крепче. Фантомное ощущение инородного предмета в боку не покидало его, даже спустя некоторое количество времени. Чистая Энергия исцелила лишь физическую рану, не более того. Увы, и такая сила не была универсальной.

«А малыш Тими оказался на редкость внимательным ребёнком, - с горечью размышлял Жорж, прижавшись лбом к холодной, запотевшей кружке. - Даже в такой ситуации он всё увидел правильно... Треклятая пуля не просто попала в меня, она была... во мне. По сути, я должен был сдохнуть. Но не сдох».

Чистая Энергия просто-напросто вытолкала вредоносную частицу из тела своего хозяина. На манер пробки из открытой бутылки с шампанским. Почти не причинив физической боли и полностью устранив все возможные последствия.

Жорж задумчиво покатал пулю по столу и спрятал в карман. Она будет напоминанием. О втором шансе, которого Жорж Гасперский, быть может, и не заслуживал.

А сейчас ему предстояло решить ещё одну проблему, не менее болезненную, о которой он вообще предпочёл бы забыть. Раз и навсегда. Но не мог. Как и продолжать жить с предателем под боком, в любой момент ожидая новой подставы.

Иными словами, Жорж вычислил крысу. Кое-где поспрашивал, кое-что сопоставил сам... Это оказалось не так уж и сложно. Но, возможно, тот, кто сказал, что некоторых вещей лучше всё-таки не знать, был прав. Теперь Жорж понимал чувства Вальтера, когда тот узнал о предательстве своего самого близкого и доверенного ученика. Ведь Жорж действительно его тогда сдал. Вальтер становился неуправляемым, на его счету было уже несколько десятков отнятых жизней. Отнятых просто так. Кто-то под горячую руку попал. Или ради забавы. Людей Вальтер всегда считал мусором. Именно поэтому Жорж больше и не смог находиться рядом с ним. И позволять ему убивать.

Интересно, а какие причины были у его товарища? Вернее, уже бывшего товарища. Жорж ему что, будучи подвыпившим, чересчур сильный подзатыльник провесил? Взял денег в долг и забыл вернуть? Увёл девку? Плюнул в пиво?! Если нет, то что ещё?

Жорж терялся в догадках. Потому что ничего плохого он никому из своих ребят не сделал. Ни разу. Оставался последний вариант: Вальтер хорошо заплатил за информацию. И один из «Грачей» не устоял. От принятия этого факта хотелось выть раненым волком. А на душе делалось ещё более мерзко, гадко... Если, конечно, такое вообще было возможно.

Дверь без предупреждения распахнулась. Миха, как всегда, ввалился в помещение без стука. Как всегда...

- Хэлло, босс! Звал? Какие новости?

Жорж поднял на него тяжёлый взгляд.

- Новости? - усмехнулся он и изобразил печать раздумья на лице. - Меня подстрелили.

- Ка-а-ак?! - Миха сильно побледнел и едва не грохнулся на пол. - Где? Когда? Кто?!

- Да какая разница? - Жорж откровенно издевался над парнем. - Я цел и невредим, как видишь. Меня, представь, пули не берут.

- Да-а-а? - не поверил сначала Миха, а потом облегчённо выдохнул. - А-а, это у тебя шутки такие... Ха-ха-х! Ну и напугал ты меня, бро... Фу-х, чуть заикой не сделал, честное слово!

На лице Жоржа не появилось даже тени улыбки.

- Не драматизируй. Выглядит неубедительно.

- Почему? - по-детски удивился Миха. Почуяв неладное, он попытался заглянуть своему боссу в глаза. Как щенок - хозяину. - Что, всё-таки, случилось-то, а?

Жорж резко встал и шагнул в сторону оторопевшего парня. От лидера «Грачей» исходила неприкрытая угроза. Аж воздух в помещении заискрил.

- Нет, это ты мне ответь, Мишаня... Что же такое случилось? Может, я тебя чем-то обидел? Ты говори, не стесняйся!

- Ты?! Обидел? Нет...

- Тогда какого хера собачьего ты слил меня Вальтеру?! - рявкнул на всю комнату Жорж.

Бедный Миха стоял ни жив, ни мёртв, боясь лишний раз вздохнуть.

- К-какому Ва...

- Не зли меня, Мишаня... Ох, не зли! Ты знаешь, добром это обычно не заканчивается.

- Да я не понимаю...

- И ладно бы, одного меня подставил... Я за свою шкуру уже давно не трясусь. Дыркой больше, дыркой меньше... Но ты подверг опасности жизни ни в чём не виноватых ребят. Им ещё нет шестнадцати, один из них - вообще ребёнок! А Вальтер - псих конченый, ему без разницы, в кого палить, хоть в младенца! И если бы кто-нибудь из них пострадал...

- Я ж не знал... - сдался Миха. Продолжать отпираться было бессмысленно.

- А раз не знал, чего тогда языком трепал? Подумать башкой сначала не пробовал?! Почему ко мне не пришёл? Ты, гад, ведь и наших парней мог подставить...

- Да потому что о своих новых друзьях ты теперь заботишься больше, чем о старых! - тоже вспылил Миха. В конце концов, и ему тоже было, что сказать в своё оправдание. - Мы тебя почти не видим! Ребята думают невесть что!

- Ты ребятами давай не прикрывайся, - Голосом Жоржа, казалось, впору было сталь замораживать. - Если у ребят есть ко мне вопросы или претензии - я всегда их выслушаю, чем бы ни был занят, и они это знают. А то, что сделал ты за моей спиной - низко и подло.

- У меня не оставалось выбора, - глядя в одну точку и ожидая удара в любой момент, глухо проговорил Миха. - Ты больше не был собой.

- Не тебе об этом судить. И решать за других.

- Куда уж мне...

- Всё. Довольно, - Жорж хлопнул ладонью по столу. - Я больше не собираюсь копаться в тараканах, которыми забита твоя башка. Отныне ты сам по себе.

Глаза Михи расширились от ужаса.

- Босс, ты же не...

- Я тебе больше не босс. Двадцать четыре часа. Если завтра, в это же время, увижу тебя в своём районе - пеняй на себя. Это моё последнее слово.

И Жорж покинул помещение, оставив позади себя почти рыдающего парня. Полностью опустошённого. И сломленного.

Нервно подрагивающая рука сжала пулю в кармане. С того ли он начал проживать свой второй шанс? Не слишком ли жестоким было его решение? Время - покажет, жизнь - рассудит.