Глава 18

Пока все благодарили меня за то, что яответила этому хамлу, и за то, что он ушёл,пускай и не надолго, я думала, как я буду снимразговаривать. Вк я должна вообще сейчасвести себя? Он виноват, я его не прощу, пустьгуляет на все четыре стороны. Спустя пятьминут Егор вернулся вместе с этой монашкой,которая была вся красная от слез. Онапрезрительно смотрела на меня, а я сказала:

-Проблемы, Мила? В десятом классе плачетона, блять.-Достав из рюкзака упаковку сигарет,я повертела из в руке, и, заметив взгляд ЕгораНиколаевича, засунула из обратно. «Послеуроков покурю», подумала я. Положив головуна портфель, я немного позволила себе поспать.Мила-кошка драная, подставить меня хочет,чую. Ничего, ещё что-то не так скажет, получиту меня. Спасибо отцу, что научил драться.

Вскоре прозвенел звонок, все стали постепенновыходить из кабинета, я попрощалась с Ирой иМаксом, и встала, чтобы поближе подойти ктоварищу полицейскому. Последней вышлаМила перед этим подойдя к Егору и сказав:

-Спасибо вам, Егор Николаевич. Вы всеправильно сказали, до завтра.-До какогозавтра? Чего? Не хочешь, значит жить, нуладно, к Богу отправишься.

-Не за что, Мила. До скорого.-Я смотрела вокно, и уже во всю представляла как четвертуюэту сучку, наслаждаясь процессом. Прекратилая это делать, когда услышала звукзарывающейся двери.

-Ну и что? Будете нотации читать, я вся вовнимании. Давайте только по порядку:заобъяснительную извиняться не буду, от душиписала, надеюсь вы заценили, а за это подобиедевушки,-я достала из сумки сигареты изажигалку, поднесла ко рту, сделала первуюзатяжку,-так подавно не услышите моихизвинений. Нечего было распускать свойдлинный язык. Сама понимать должна кудалезть нельзя. Надеюсь в следующий раз выбудете рядом Егор Николаевич, утешите серуюмышку. Она кстати тако-о-го расскажет пронашу школу, новый мерседес себе купите, напремиальные.

Я скурила уже половину сигареты, а он всесидел прямо напротив меня, с каменнымвыражением лица.

-Я тебе что говорил? Сигарету выкинула,быстро. И больше ты не купишь спиртного, тебене продадут.

-Егор Николаевич, как вы разговариваете сученицей? Я, кажется, говорила вам как нужнообращаться ко мне. -Я вскинула подбородокнаверх и продолжала курить.

-Цветаева. Елцё один ебаный раз я увижу тебябухой или обкурившейся, пеняй на себя. Тебеясно? Или сейчас воспитательный урокпровести?-Спросил он грозно.

-Милочке блять его проведи, долбоящер. - Ядостала вторую сигарету и так же начала курить прямо в кабинете.

-Ревнуешь?-Ухмыльнулся он.

-Нет, мне без разницы, я пофигист по натуре.Потому что вилку надо справа от себя класть, ахуй на все!-Сказала я и потушив сигарету об егостол, я сказала,-Я свободна, Егор Николаевич?

-Нет, ты никуда не пойдёшь, пока я не отпущу. -Он встал и взял меня за запястья. Я попыталасьвырваться, но ничего не выходило. Он быстроодной рукой залез в карман своей полицейскойформы, и достал оттуда наручники. Быстрозащёлкнув их у меня на руках, он произнёсследующее.-Успокоилась?- Я смотрела на него,и ничего не хотела отвечать. Лишь выпустиласвои руки из его. Егор опустил свой взгляд намою рубашку, и готова поспорить он увиделкромку нижнего белья.-Я надеюсь, ты пуговицурасстегнула сейчас или с начала дня?

-С начала дня. Тебе-то что все равно утешениемонашек доставляет тебе большее удовольствие.-Съязвила я.

-Таня, успокойся уже.Послушай меня. Это вседа, была правда. Погоди, не перебивай меня. Давсе это было так. Но я отказался от этогозадания. Все это было взаправду, а как только яначал узнавать тебя все больше и больше японял, что не смогу так поступить с собой. И ясообщил начальству об отказе. Потом мнеудалось их переубедить, и сейчас это задание вовсех школах отменено. Распространились лишьслухи. Я правда люблю тебя, Таня. Понимаешь?

-Нет, блять, я не понимаю! Открой наручники.-Но он не шевелился, лишь ухмыльнулся.-Открой я сказала, учительская рядом,Романовна слышит хорошо. -Он молча открылключом наручники, и я закинув портфель наплечо, зажгла третью сигарету, сделалазатяжку, и выпустила дым ему в лицо.-Башкойнадо думать в следующий раз, но только не сомной, а уже с другой девушкой. -На этих словахя вышла из кабинета, по пути докуриваясигарету.

На следующий день настроение, к удивлению,было хорошее.

-Наконец пятница-а!-Протянул зевающийМаксим сидя на истории. Это был четвёртый посчёту урок, наша Милочка, к слову, сиделарядом. Как только в кабинет вошёл дежурный,я удивилась.

-Егор Николаевич извиняется, но онпопросил...-Я уже думала как отказаться, кактут,-Нестерову Милу.

Я не стала смотреть на сияющее лицо Милы, адумала как разбить ей ее табло. Так, надоуспокоиться. Ко мне выпадов не было, так чтовсе пройдёт. Должно пройти...

Мила ушла на целых десять минут. А пришлався красная, и с размазанной помадой. Стоп,что?

Сидящая рядом Ира подсказала ей.

-Мил, у тебя помада размазалась.

-Ах, ой. -Воскликнула наигранно эта мышь.-Чего смотришь, Цветаева? На нем не написано,что он твой. Да и такие бляди не в его вкусе.-Сказала она. И добавила, но уже громче.

-Извините, можно выйти?

Наконец сложив в своей голове два плюс два,понял полминуты я тоже отпросилась уисторички.

-Да, что вам там мёдом помазано? Иди! - Ябыстро вышла ‚ и догнав эту шалаву на перелетес силой взяла за волосы так, что она завизжала.Мы находились на этаж выше кабинета Егора,поэтому я заткнула ей рот одной рукой.

-Как ты меня назвала, мразь? -Сказала я ейпрямо в ее ухо. Она ничего не сказала, простоскулила.

-Не слышу!-Отпустив ее я услышала:

-Ты самая последняя блядь в его списке. Я емунравлюсь, он поцеловал меня!-Тут уже несдержавшись, я вспомнила, как Папа училразбивать меня носы. Сконцентрировав силу вкулаке, я долбанула ей от души. Она тут жевзялась за нос, с ноздри которого начала капатькровь.

-Спасибо скажи, что не нокаут. Сейчас бы сосломанным носом осталась.

-Что блять здесь происходит? -Ща моей спинойпослышался строгий голос Егора.Развернувшись к нему, я подошла впритык идала ему звонкую пощёчину.

-Утешай, молодец, успел!-Сказала я, и былохотела уйти, но не тут то было. Он прижал моетело к себе, и произнёс:

-Обе живо ко мне в кабинет. -Сидя у него вкабинете, я делала вид, что мне абсолютноплевать на все, да впрочем, так и было. Егор далей аптечек, хотел сам помочь ей, но после моегобезразличного взгляда, что ещё больше менялучше не злить. Усевшись напротив нас онспросил;

-Ну рассказывайте, что произошло.-СказалЕгор, выжидая ответа.

-Она у-ударила меня в нос, вы же сами видите.-Всхлипнув сказала она. Даже заикание подстроила, скотина.

-Допизделась и получила. Ещё раз рототкроешь ринопластику без анестезии сделаю.-Я сказала это, и она вновь ударилась в слезы.-Блять, хорош реветь, тебе шестнадцать ‚ а непять. Егор Николаевич, у вас отличнополучается утешать нашу Милочку, можетпопробуете? Я пока покурю, а то нервы с вамипипец ни к черту.

-Цветаева! Прекрати так разговаривать!

-Егор Николаевич, дайте я родителям позвоню,они разберутся с этой.-Ну все. Она конкретно попутала в своих высказываниях.

-«Этой», ты свою дочь называть будешь поняламеня? Валяй, вызывай. Сама разобраться еслине можешь, кишка тонка. Я деда вызову,хочешь? Он у меня сидевший, угадай статью.-Яхотела ее припугнуть,мой дед сидел от силы днятри в отрезвителе, в рьяном угаре соседскуюкурицу своровал. Но соседи понимающимиоказались, поняли моего старика.

-Значит так. Никто никому звонить не будет,ясно? Таня просто извинится и конфликт будетисчерпан.-Он умоляюще и в то же время строго обратил на меня свой взгляд. Я в ответ на это лишь хмыкнула:

-Ну уж нет. Эта мандавошка «блядью» меня окрестила мне ещё и прощения просить? Не-не-не, без меня, из нас двоих на лбу «лохушка»неоновыми буквами написано, и это точно не я.

-Ох, хорошо. Что ты хочешь Таня?

-Я хочу чтобы она произнесла все то, что онасказала мне, слово в слово, тогда, возможно, мыразберёмся в этом.

Эта дура начала говорить все, что говорила мне,я даже дополняла её, а когда она дошла досамого интересного, мой взгляд устремился на

Егора, выжидая объяснений.

-Так, во-первых Мила, не советую тебе целоватьпервого встречного, а во-вторых ты виноватасама.-Я встала и воскликнула:

-Аллилуйя! Теперь я могу принести извинения.Многоуважаемая Мила Нестерова! Проститеменя, шлюху продажную, за то,что своимикуриными мозгами вы не поняли, что васотшили.-Я опять села на своё место-Зря толькокостяшки отбила.

-Мила, иди на урок, я сам с ней разберусь. Приусловии, что все, что было останется междунами тремя.

Она кивнула, и смотря на меня с презрением, зачто я ей показала средний палец, вышла.

-Ну и зачем ты разукрасила эту тихоню?

-Хобби у меня такое. За слова, сказанные в свойадрес, бью в табло. Привыкла.-Он ухмыльнулсяи произнес:

-Давай сюда свои руки. -Заботливо произнёс он.

Я, мило улыбнувшись ласково ответила:

-Свой бинт ты Миле в ноздрю будетьвставлять, которая кровоточит, как водопадНиагара.

Я встала, и вернулась на урок, а Егор даже и нестал меня удерживать. Да, знатный денёквыдался. Смехотулек буду ловить каждый разкак вспомню.

Последующие выходные я провела дома ссемьёй, попутно занимаясь своими уроками.Артур время от временами переписывался, и,готова поспорить с Айзой, которая вовсюготовилась к экзаменам, и едва хваталовремени на все эти мирские потребности. Егорне писал и не звонил, хотя в социальной сетипоявлялся.