45

Когда их разгоряченная плоть соприкоснулась, салон автомобиля наполнился еще более страстными стонами. Рука Хан Джэи обхватила оба члена и начала двигаться вверх-вниз. Для обоих это был первый раз, когда они занимались сексом с человеком своего пола, поэтому они не знали, как реагировать на действия партнера. Им нравилось тереться членами и ласкать друг друга, но чем больше они двигались, тем сильнее становилась жажда и росла неудовлетворенность, которая не находила выхода.

Вероятно, это было желание проникновения. Несмотря на то, что У Соджин занимался любовью с Ханом Джэи, его тело инстинктивно искало чего-то большего, следуя старой привычке. Древний инстинкт самца грубо проникнуть в партнера заставлял их кусать и быть укушенными, давя друг на друга. Было правдой, что это возбуждало их еще больше, потому что они знали, что это желание никогда не будет удовлетворено.

Хан Джэи внезапно поднялся, опустился на колени под узким сиденьем.

— Хочу сделать тебе еще приятнее.

В тот момент, когда У Соджин понял, что он собирается делать, кровь ударила в голову от предвкушения.

Хан Джэи взял его за основание члена и медленно облизал головку языком. Он начал кружить по головке, где сосредоточены все чувствительные нервы, постепенно возбуждая его. Когда из его члена, терпение которого было на исходе, начала течь липкая жидкость, Хан Джэи потерся губами, смешивая ее со своей слюной. Затем он медленно и полностью взял член в рот.

— Хыыыы... — выдохнул У Соджин.

Он почувствовал, как неудовлетворенное до этого желание начало уходить. Горячий рот Хана Джэи становился все теснее, образуя тугую пещеру. Поступательные движения начались с ощущением, что мягкие слизистые оболочки соприкасаются и сжимаются все сильнее. Член, затягиваемый ртом, жадно пульсировал, все больше набухая и выделяя смазку.

У Соджин не стеснялся вцепиться в волосы Хана Джэи, показывая, насколько он возбужден его действиями. Глубокий минет продолжался, и он чувствовал, что больше не сможет сдерживаться от нарастающего ощущения оргазма.

— Хыт... Прекрати, — У Соджин оттолкнул плечо Хана Джэи, потому что не хотел кончать один.

Он быстро поднялся и сменил позу. Тем временем Хан Джэи сел прямо на сиденье, а У Соджин стянул с себя мешающие штаны. Он обхватил большой член Хана Джэи, который выпирал из-за брюк, спущенных до бедер, и слегка покачал им. Затем он взял этот огромный кусок плоти, который выглядел еще более выдающимся из-за аккуратной эпиляции, в рот и начал двигать головой вверх-вниз.

Впервые У Соджин брал в рот мужской член. Он касался и лизал языком член, который не мог войти даже наполовину, заполняя весь рот. Он сжал губы, как это делал Хан Джэи, чувствуя солоноватый вкус жидкости, вытекающей из головки. Не было ни отвращения, ни неприязни. Наоборот, ему хотелось проглотить его. Хотелось забрать все до последней капли, словно высасывая мед.

Это было не только для того, чтобы доставить удовольствие Хану Джэи. У Соджин сам испытывал наслаждение, пока сосал член Хана Джэи. Это было наслаждение от того, что он пробовал самую интимную часть его тела. Каждый раз, когда член Хана Джэи входил и выходил изо рта, низкие стоны и судорожно подергивающиеся вены и мышцы возбуждали У Соджина еще больше.

Осознав это, У Соджин тоже застонал. Каждый раз, когда он брал член Хана Джэи в горло, его охватывало желание чего-то большего. Его каменный член, который мог порвать губы, был так возбужден, словно готовый вот-вот извергнуться, когда Соджин сжимал все сильнее и вбирал член глубже. Хан Джэи, чье терпение достигло предела, остановил его, обхватив его за затылок. Член, который он держал во рту, естественно выскользнул, и его лицо поднялось.

— Хаа... Поднимешься? — спросил Хан Джэи, охваченный возбуждением, обхватывая его за талию и притягивая к себе.

У Соджин раздвинул ноги и сел на него. Он спустил брюки Хана Джэи, которые были на бедрах, и прижал свою кожу к его, соединив их члены. Он выдохнул на его покрасневшую шею и, вытянув кончик языка, лизнул его мочку уха. Хан Джэи погладил его по щеке, заставляя повернуть голову к себе. Их носы соприкоснулись, и их взгляды переплелись. Глядя друг на друга глазами, полными похоти, они точно знали, что делают.

Его взгляд медленно опустился на губы У Соджина. Соджин слегка приоткрыл их и высунул язык, ожидая его. Вскоре язык Хана Джэи влажно проник внутрь, и они начали грязный, словно из порнофильма, поцелуй. Их губы не соприкасались, в то время, как языки переплетались и возбуждали друг друга, как змеи, выделяя слюну.

Совершая такие непристойные и нескромные действия, У Соджин дрожал от наслаждения. Он все дольше вытягивал язык и дразнил его, пока, наконец, Хан Джэи, чье терпение лопнуло, полностью не поглотил его губы.

— Уп... — его талия изогнулась от внезапной силы.

Затем последовал яростный поцелуй, и они двигали бедрами, охватив руками члены друг друга. Стоны, вырывающиеся из их ртов, и влажные движения нижней части тела наполнили машину жаром. Глядя друг на друга возбужденными взглядами, они тяжело дышали, затем снова целовались, кусали и сосали. Они уже так долго сдерживали эякуляцию, что казалось, могли кончить в любой момент.

— Хаа... Можешь кончить первым, — Хан Джэи быстрее стимулировал его член, покусывая его шею и уши.

Получая ласки от Хана Джэи, У Соджин, словно не желая уступать, терся губами о его щеку и дышал ему в ухо. Чем громче становились их стоны, тем больше удовольствие от того, что они возбуждали друг друга, заставляло руки двигаться все быстрее.

Они так долго сдерживались, что теперь было трудно контролировать себя. У Соджин яростно засосал язык Джэи, давая знак, что теперь можно отпустить. В этот момент эякуляция хлынула, как прорвавшаяся плотина, и он испытал невероятно глубокий и сильный оргазм.

— Угх... — услышав его стон, наполовину проглоченный в горле, движения Хана Джэи тоже остановились.

У Соджин услышал от него прерывистый стон, похожий на рычание зверя. Затем он укусил его за мочку уха и выругался по-немецки. Он кончил.

Хлынувшая сперма растеклась по рукам и животу. У Соджин откинул голову, погруженный в сладостные ощущения, а Хан Джэи крепко обхватил его за талию и слегка повернул тело в сторону. Затем он достал салфетки из кармана сиденья и вытер свои и его руки и живот, которые были в беспорядке. Небрежно использованные салфетки полетели под сидение, и они снова страстно поцеловались.

Они наслаждались сексом, который невозможно было описать словами. Даже после эякуляции тело Соджина все еще дрожало от движений кончика языка Хана Джэи. В тесном салоне автомобиля они цеплялись друг за друга, делясь ощущениями потрясающего послевкусия.

Долгий поцелуй становился все более чувственным и смелым. Руки Джэи, ласкающие шею Соджина, спускались до талии, то сжимая, то отпуская его ягодицы. У Соджин поймал себя на мысли, что его язык был очень красноречив. Поцелуй, начавшийся как наслаждение послевкусием секса, постепенно переходил в более влажные ласки, и он неосознанно двигал бедрами, прижимаясь к нему. Когда член Хана Джэи снова поднял голову, У Соджин почувствовал тонкое чувство удовлетворения.

— Почему ты так быстро восстанавливаешься? — спросил У Соджин, все еще сидя на его коленях, поглядывая вниз и упрекая его.

— Как я могу закончить за один раз то, что не делал 15 лет?

— Не смеши меня. Тогда мы были настоящими друзьями.

— Знаю. Поэтому я еще больше возбужден, — прошептал Хан Джэи, снова поглаживая кончик его члена.

Это означало, что он хотел еще раз.

— Ты знаешь, что нас могут арестовать за мелкое правонарушение?

Затем Хан Джэи повернул верхнюю часть тела и сменил позу. У Соджин, лежавший на сиденье, снова оказался снизу и смотрел на него.

— Хочешь, я сделаю тебе еще жарче?

Хан Джэи поднял руку и нажал кнопку на потолке автомобиля. Затем закрытая черная крышка открылась, и показалось панорамное окно. Сквозь стеклянный потолок лился лунный свет, создавая иллюзию, будто они лежат на улице. Были видны звезды. У Соджин знал, что это всего лишь иллюзия пылающих водородных шаров, но в эту ночь ему захотелось поклоняться им.

Джэи медленно наклонил голову и прижался губами к его шее. Это был тщательно продуманный поцелуй, как будто они начинали все сначала. В то же время его осторожно ласкающая рука заставила член Соджина снова подняться.

Возможно, потому что они уже занимались любовью, У Соджин естественно приподнимал бедра и отвечал на его прикосновения, жадный до ласк и невероятно податливый. Секс, где обе стороны проявляли активность, продолжался, и они снова погрузились друг в друга.

У Соджин знал, что не сможет сопротивляться. И так будет и впредь. Тот факт, что они страстно желают друг друга, сводил его с ума. От бурных поцелуев Хана Джэи и сильного давления его верхней части тела У Соджин постепенно начал воспламеняться. Обнимая его, Хан Джэи выдыхал еще более горячее дыхание. Они плавились от жара, вырывавшегося наружу с каждым движением их жаждущих языков и липких рук.

Ночь была длинной, и желание было бесконечным. Неподалеку от Хайльбронн, рядом с заброшенным монастырем, куда редко ступала нога человека, два тела, ставшие рабами похоти, страстно сплетались. Каждый раз, когда пшеничное поле колыхалось на ветру, в воздухе смешивались непристойные звуки. Голоса, вырывающиеся от наслаждения, слова, возбуждающие и разжигающие друг друга.

Призрачное присутствие наполняло пустое пространство, и от этой всеобщей затаенности воздух звенел абсолютной тишиной. Ветер становился все тише, словно он подглядывал за их непристойной любовной сценой. Так, в ночь, когда все затаили дыхание, они снова застонали, достигнув вершины.