25

Молчание нарушил У Соджин. В конце концов, это был его дом, а они оба — его гости.

— Ты же вроде собирался ужинать. Какого черта ты здесь?

Хан Джэи не ответил. Лишь с безразличным выражением лица он произнес неискреннее приветствие:

— Здравствуйте.

На его короткое приветствие второй пилот Чо Мину с улыбкой ответил:

— Да, здравствуйте. Рад снова вас видеть.

Хан Джэи широкими шагами вошел в дом, прошел мимо них на кухню. Он окинул взглядом осколки винного бокала на полу и нахмурился. Затем он перевёл взгляд с Соджина на второго пилота и обратно. Судя по выражению его лица, он уже понял, что произошло. Поставив принесенную еду на стол, он принялся за уборку.

— У меня дома есть аптечка, так что я, пожалуй, пойду, — с улыбкой сказал Чо Мину, легонько встряхивая руку, которую держал Соджин.

Видимо, Соджин все это время бессознательно не отпускал его руку. Чо Мину взял свою коробку, стоявшую в гостиной, и направился к выходу. Соджину было ужасно неловко и стыдно.

— А ваш друг, кажется, каждый раз не в духе, когда я его вижу, — тихо прошептал Чо Мину, обуваясь.

— Обычно он не такой... В любом случае, простите. Я вас как-нибудь угощу ужином в качестве извинения.

— Отлично.

Соджин проводил его и закрыл за ним дверь. Кровавое пятно на коробке не давало ему покоя. В его доме человек поранился, а он ничего не смог сделать и просто отпустил его. И все же, он никак не мог понять, зачем сюда пришел Хан Джэи.

Стоя в гостиной со скрещенными на груди руками, Соджин наблюдал за ним. Тот молча намочил полотенце и вытер пол, а затем завязал мусорный мешок. Наконец, закончив с уборкой, он выпрямился и встал напротив Соджина. У них обоих накопилось много вопросов друг к другу.

— Кто это сделал?

— Я первый спросил, зачем ты пришел.

Хан Джэи вздохнул в ответ на его язвительность. Сказал, что привез лекарство и суп, потому что слышал, что у Соджина несварение. Но Соджин набросился на него с новой силой. Зачем ставить человека в неловкое положение, приезжая сюда и бросая свою невесту одну в отеле, ведь он не говорил, что ему настолько плохо.

— Что в этом неловкого? Я предложил поехать вместе, но она отказалась, поэтому я приехал один. Сказала, что закажет обслуживание в номер. Садись. Я тоже не ужинал.

Он бесцеремонно выдвинул стул и усадил на него Соджина. Затем сел напротив и вложил ему в руку ложку. Соджин не мог даже вздохнуть. Забота Хан Джэи медленно отравляла его.

— Томатного крем-супа не было. Я купил самый похожий, так что ешь, даже если не очень вкусно.

Соджин больше всего любил суп из протертых томатов со сливками. Он был благодарен за заботу, но у него не было никакого несварения, так что и супа ему не хотелось. И все же, глядя на Хан Джэи, который жертвовал даже собственным ужином ради него, он заставил себя взять ложку. Внезапно он вспомнил о пакете с выпечкой, оставленном в машине. Похоже, съесть его он сможет только после ухода Джэи.

— Что делаешь завтра? Если нет планов...

— У меня есть планы.

Хан Джэи поднял голову и посмотрел на него. Слова вырвались прежде, чем он успел договорить, и это была чистая правда. Даже если планов нет, их нужно было придумать. Он хотел любой ценой избежать предложения снова провести время втроем. Джэи, немного удивившись такой реакции, сказал «понятно» и больше не настаивал.

Хан Джэи ничуть не сомневался в том, что Соджину не так уж и плохо, как он думал. Он просто посоветовал ему лечь на диван, а сам начал убирать со стола. Его спина выглядела мужественно, когда он, закатав рукава рубашки, собирал посуду. Проведя вместе полжизни, Соджин только сейчас снова влюбился в него, и это казалось ему смешным.

Закончив с уборкой, Хан Джэи подошел и сел рядом. Часы показывали уже восемь вечера.

— Спасибо. Теперь иди. Она, наверное, ждет.

Он пристально посмотрел на Соджина и спросил:

— Если тебе совсем плохо, может, мне остаться на ночь?

Если бы ему действительно было плохо, он бы, наверное, притворился, что не понимает, и позволил бы ему остаться. Но говорят, что совесть не дает человеку стать зверем. И сейчас совесть внутри него заставляла его отталкивать Джэи.

— Я в полном порядке, так что не нужно.

Хан Джэи некоторое время молчал. Соджин без всякой причины чувствовал себя виноватым перед Гизелой. Ему казалось, что это он постоянно держит Джэи возле себя. Он отчаянно хотел, чтобы тот перестал о нем беспокоиться, но это, видимо, была карма их долгих отношений. Не в силах что-либо изменить, они оба лишь причиняли друг другу боль.

— Джэи, — позвал он смягчившимся голосом.

Тот поднял голову.

— Когда ты здесь, я чувствую себя виноватым перед Гизелой.

Он сказал все как есть. Соджин был не из тех, кто мог бы солгать, попросив уйти. Джэи кивнул и поднялся. Сказав, что далеко его провожать не пойдет, Соджин остался лежать, словно приклеенный к дивану, и лишь бросил ему на прощание: «Пока». Только когда входная дверь закрылась и он остался в полном одиночестве, он почувствовал, как его накрывает тоска.

Некоторое время он просто лежал, моргая и глядя в потолок, но потом вспомнил о выпечке и поднялся. Супом сыт не будешь. Хорошо, что аппетит еще остался. Если он похудеет еще больше, то будет выглядеть совсем жалко.

Он спустился вниз и открыл машину. Пакет с выпечкой валялся на заднем сиденье. Вернувшись домой, он съел один круассан с молоком. Затем вскрыл еще одну упаковку. Одиночество вызывало постоянный голод.

Он включил телевизор, чтобы наполнить пустынный дом человеческими голосами. Оставив канал с каким-то развлекательным шоу, где все смеялись и болтали, он продолжил есть. От теста, которое он с трудом проталкивал в себя, желудок внезапно свело судорогой. Он бросился в ванную, и его вырвало. «Ну вот, не хватало только этого», — подумал он, когда зазвонил телефон.

[Прости, что приехал без предупреждения. Не хотел ставить тебя в неловкое положение]

При виде сообщения от Хана Джэи у него защемило в груди. Что ответить? Если сказать, что все в порядке, он может приехать снова. Если сказать, чтобы больше не приходил, он может так и сделать. Для Соджина это был вопрос жизни и смерти.

[Не нужно извиняться. Отдыхай]

Таким двусмысленным ответом он попытался дать понять, что хочет закончить разговор. Но это не сработало.

[Во сколько завтра заканчиваются твои дела?]

Тут он вспомнил, что солгал. Нужно было срочно договориться о встрече, а на ум приходил только один человек. Он открыл групповой чат со вторыми пилотами Чо Мину и Чон Сонуком. Писать в общий чат было как-то неловко. Он выбрал имя «Чо Мину» и открыл личный диалог. И написал то, что вполне мог бы сказать.

[Как ваша рука?]

Цифра «1» рядом с сообщением исчезла почти мгновенно.

[Совсем не в порядке. Кажется, занес инфекцию, все распухло, просто ужас]

На мгновение Соджин испугался и растерялся. Что делать? Отвезти его в больницу? Пока он судорожно искал ближайший травмпункт, пришло еще одно сообщение, словно насмехаясь над ним.

[Шучу]

А следом пришла фотография большого пальца, заклеенного пластырем. Судя по всему, ничего серьезного.

[Это хорошо. Может, пообедаем вместе завтра?]

Это было не свидание, но он почему-то нервничал. Рейс в Ханой отменили, так что у того должен быть выходной до завтра. Конечно, он мог и отказать, но других вариантов у Соджина не было.

[У меня завтра встреча клуба по интересам]

Похоже, Чо Мину был из тех, кто сразу находит себе занятия даже в незапланированный выходной. Соджин уже смирился с неудачей, когда пришло новое сообщение.

[Хотите с нами? Это стрелковый клуб, мы всегда рады гостям. А после можем вместе поужинать]

Соджин засомневался, уместно ли ему там появляться, но сейчас было не до раздумий. Он тут же согласился и отправил сообщение Хану Джэи:

[Наверное, вернусь после ужина]

Ответа не последовало. Видимо, тот был за рулем или уже вернулся в отель.

От Чо Мину снова пришло сообщение. Он написал, что заедет за ним завтра в три, и прислал стикер с каким-то непонятным зверем, то ли львом, то ли медведем, который отплясывал джигу. «Действительно забавный человек», — подумал Соджин, откладывая телефон.

–––––––

На следующий день, наскоро пообедав, он курил на балконе. Вскоре внизу остановился дорогой автомобиль Чо Мину. Соджин быстро затушил сигарету и спустился. У второго пилота было множество увлечений, в основном связанных с активным отдыхом. Сегодня, по его словам, несколько человек собирались пострелять на спор в тире с боевым оружием. Стрельба... это звучало заманчиво.

— У вас есть опыт обращения с боевым оружием?

— Да, у меня есть лицензия. Рядом с тренировочной базой была разрешенная зона для охоты, так что одно время я часто там бывал.

— О, отлично. Прошу.

Он припарковался у крытого тира. Внутри их встретили четверо знакомых Чо Мину, с которыми Соджин поздоровался. Судя по тому, что они общались на «ты», все были в довольно близких отношениях.

— Делимся на две команды, по пять выстрелов на человека. Проигравшая команда платит за ужин.

— Будет миссия?

— Будет. За нее дадим 10 очков.

Соджин примерно понял, о чем они говорят. Похоже, здесь собрались настоящие фанаты: они начали доставать из сумок заранее подготовленные очки, наушники и прочее снаряжение. То, как они его надевали, говорило об их опыте. «Хм... как бы мне не стать обузой», — промелькнула у него мысль.

— Так, вы трое в одной команде. Донджин и я, и капитан тоже с нами, хорошо?

— Да.

Соджин не знал, насколько хорошо стреляет Чо Мину, но было очевидно, что тот взял его в свою команду из вежливости, поэтому нужно было постараться. На самом деле, из пистолета он стрелял всего несколько раз. В основном он имел дело с охотничьими винтовками, и то только на открытом воздухе.

Первый стрелок из команды противника занял позицию и нацелился на мишень. Он сделал пять выстрелов и набрал неплохие очки. Первый выстрел даже попал точно в центр, в зону на 5 очков.

Следующим был член их команды.

Даже через наушники звук выстрела взрывом отдавался в ушах. Зрители стояли, прислонившись к задней стене, и после каждого выстрела аплодировали и подбадривали стрелков. Вскоре подошла очередь Соджина.

Он взял учебный макет пистолета и прицелился в мишень. Уж в чем он был уверен, так это в своем зрении, и решил положиться на него.

— Ого, у вас высокий рост, так что стойка идеальная.

Один из знакомых похвалил его сзади. Чо Мину, который заряжал для него пистолет, с улыбкой протянул ему оружие.

— Если представите человека, которого ненавидите до смерти, то результат будет лучше.

Услышав его шутку, Соджин криво усмехнулся. Появилась новая мишень, и он на мгновение затаил дыхание. Человек, которого он ненавидит до смерти... Был один такой. Он представил его лицо в центре мишени и выпустил все пять пуль подряд. Человеком, которого он представил, был он сам, черт бы его побрал. Все пули, кроме одной, попали в десятку.

— Ого...

— Выстрелили очередью? Ничего себе...

Член команды противника, чья очередь была следующей, со свистом принял пистолет. Соджин отошел назад и, скрестив руки, стал наблюдать за его стрельбой. Судя по всему, это был ас их компании. Видимо, задетый за живое, он тоже выпустил все пять пуль очередью. Ни одного промаха — 25 очков из 25.

— А... вот теперь Мину придется попотеть.

Ас невозмутимо улыбнулся, положил пистолет и отошел.

— Я не умею стрелять очередью, вы же знаете, — усмехнулся Чо Мину, подходя к огневому рубежу.

Как он и сказал, он стрелял, каждый раз тщательно выцеливаясь. Навыки у него были неплохие, но казалось, что дело идет к ничьей. Когда остался последний выстрел, Чо Мину кого-то позвал:

— Хозяин! Дайте мне миссию!

Владелец тира, наблюдавший за ними от стойки, кивнул. Мишень сменилась, и в качестве цели появилась маленькая сигарета, зажатая в прищепке. Отсюда ее было почти не видно. Неужели он собирается в нее попасть?

Пока Соджин ошеломленно смотрел, Чо Мину обернулся и подмигнул ему. А затем, не дав и секунды на раздумье, сделал последний выстрел. Пуля точно попала в фильтр сигареты, разнеся его в клочья и принеся команде 10 очков.

— Похоже, мы выиграли? Ха-ха.

К этой его манере говорить так, будто он и сам не ожидал такого результата, Соджин уже начал привыкать.