23

У Соджину не везло. После того как Хан Джэи вошел в отель Гизелы, у него три дня не было рейсов. Он обещал перезвонить, но вчера так и не позвонил. Чувство обиды, вырвавшееся наружу, раздулось до такой степени, что Соджин не мог заставить себя позвонить первым. Никто не был виноват, но один человек страдал. У Соджину не везло.

Рано утром он отправился в фитнес-центр, который ему посоветовал второй пилот Чо Мину. Оформив абонемент, он сразу же встал на беговую дорожку. Он бежал до тех пор, пока тело не обессилело настолько, что не было сил подняться. Все тело промокло от пота, но этого было недостаточно. Он сразу же пошел в бассейн. Словно арендовав целую дорожку, он ни разу не вышел из воды.

Это была не тренировка, а истязание. Мышцы, внезапно получившие нагрузку, затрепетали и заныли. Он плавал до тех пор, пока все тело не начало ломить, но смятение в душе не утихало. В зеркале в душевой он увидел мужчину с багровой кожей. Не выключая воду, он закрыл лицо руками. Ему было трудно дышать.

По дороге домой зазвонил телефон, но он не ответил. Это был максимум, на что он был сейчас способен. Тем не менее, он понимал, что если перегнет палку, то все испортит, поэтому собирался ответить на следующий звонок. Однако Хан Джэи вместо этого прислал сообщение.

[Соджин, у тебя сегодня нет рейса? Давай пообедаем вместе]

Он прочитал, но не ответил. Ему хотелось, чтобы Джэи о нем беспокоился. Усмехнувшись тому, как по-детски он надулся, Соджин закурил. Он пытался изображать взрослого, но с губ невольно сорвалось ругательство. Проходившая мимо в магазин женщина посмотрела на него и нахмурилась. Наверное, он выглядел как бродяга, бормочущий что-то нечленораздельное.

Докурив сигарету, он как ни в чем не бывало отправил ответ.

[Хорошо. Где встретимся?]

Ответ пришел почти сразу. Как он и предполагал, тот предлагал встретиться втроем. Войдя в квартиру и пройдя в гостиную, Соджин раздраженно швырнул сумку. И тут же ударил кулаком по стене. От отдачи с кухонной полки посыпались винные бокалы. Хуже некуда.

Гизела Вебер рушила его планы. Она обесценивала причину, по которой он бежал в Корею. У него все еще не хватало духу видеть их вдвоем, а от него требовали этого слишком скоро. Время было неподходящее, чтобы пить. Обед с неприятным человеком — все равно что пытка.

И все же через час он уже направлялся в отель в Йоидо, где они остановились. Всю дорогу он старался взять себя в руки. Все равно придется идти на свадьбу. Уж лучше так, чем впервые увидеть их вместе в свадебном платье и смокинге. Может, все окажется не так уж и плохо. Может, увидев Хана Джэи с невестой, он сможет окончательно сдаться?

...Сдаться? Черт. Неужели он снова на что-то надеялся, сам того не осознавая? Очевидно, за последние три недели, проведенные с ним, он до отказа набил себя несбыточными желаниями. Нужно было срочно от них избавиться.

––––––

Приехав в отель, он вышел из машины. Он отдал ключи парковщику и вошел в вестибюль. Это был один из лучших пятизвездочных отелей. В кафе на первом этаже он без труда нашел бросающиеся в глаза светлые волосы. Он остановился у входа, чтобы на мгновение собраться с мыслями.

Гизела сидела одна. Сквозь свободную белую рубашку виднелись сорочка и линия шеи. Изящные длинные ноги, выступавшие из-под коротких шорт, тянулись до каблуков. Она выглядела в точности как бывшая модель.

У Соджин смотрел на нее, сунув руки в карманы и приняв вызывающую позу. Прошло одиннадцать лет с выпуска, но она узнала его с первого взгляда.

— Макси!

Она с распростертыми объятиями выразила свою радость. Они крепко обнялись и обменялись поцелуями в щеку. Более теплый, чем он ожидал, прием немного смягчил его сердце. Если подумать, она тоже была его одноклассницей и старой подругой. Как и любые человеческие отношения, это было непросто, и, несмотря на его чувства к Хану Джэи, он был, в какой-то мере, рад ее видеть.

— Вау. Ты совсем не изменился.

Она весело рассмеялась и села.

— Ты тоже. Сразу тебя узнала. А где Джэи?— На минутку вышел в туалет. Правда, очень давно не виделись, Макси. Как ты? Как тебе Корея? Жить можно?— Лучше, чем я думал. А ты как? Поздравляю со свадьбой. Запоздал с поздравлениями.— Спасибо. Слышать поздравления от тебя — это что-то особенное.

Она широко улыбнулась и отпила газированной воды. Она показала ему меню и предложила заказать еду. Он заказал клаб-сэндвич и попросил воды. Ему казалось, что в горле скоро пересохнет.

— Что привело тебя в Корею? Джэи сказал, ты приехала без предупреждения.— Просто захотелось приехать. Подумала, что пора бы и мне понемногу познакомиться с Кореей.

Гизела улыбнулась, помешивая напиток соломинкой. С её точки зрения, это была вполне весомая причина, и ей нечего было возразить. Гражданство Хан Джеи было немецким, но он всё ещё был корейцем. Хорошая позиция. Он не мог винить её.

— Пришел? Вы, двое, давно не виделись.

К столику подошел Хан Джэи. Короткая фраза на корейском была обращена к Соджину, а длинная на немецком — ко всем. Он отодвинул стул рядом с Соджином и сел. Гизела подняла голову и посмотрела на него. На ее лице была улыбка, но взгляд был странным. Было видно, как она снова положила свою сумку на соседний стул, которую собиралась убрать.

Строго говоря, Хан Джэи просто вернулся на свое место. До прихода Соджина они, должно быть, сидели друг напротив друга. Он взял свою чашку с кофе.

— Я хотел поужинать вместе в каком-нибудь хорошем месте, но Гизела говорит, что из-за смены часовых поясов ей хочется спать. Давай поужинаем вдвоем.

Казалось, он уже обсудил с ней сегодняшние планы. На ее просьбу не возвращаться слишком поздно, потому что ей будет скучно, если она проснется ночью, Хан Джэи с улыбкой ответил, что понял. Соджин вновь осознал, что его нежность предназначалась не только ему одному.

Принесли заказанный сэндвич, и они начали есть. После тренировки аппетит был отменный. Гизела откинула длинные волосы, чтобы съесть свой салат. Хан Джэи смотрел, как она собирает волосы резинкой, которая была у нее на запястье. Обнажив красивую линию шеи, она снова весело улыбнулась и сказала:

— Давайте есть.

Они заговорили о школьных временах, чего давно не делали. У Соджина было не так много общего с Гизелой, поэтому многие истории он слышал впервые. Он не знал. Что они недолго встречались.

— Не то чтобы встречались. Пару раз виделись наедине. Я тогда тоже была довольно популярна, так что, можно сказать, пришло время встретиться с Ханом Джэи?— Но после свидания мы оба разочаровались. Наверное, ожидания были слишком высоки.

Похоже, это было что-то вроде формальности между самыми популярными ребятами в школе. Отношения, в которых статус партнера повышает твою собственную репутацию. Они вдвоем продолжали перебирать воспоминания, о которых Соджин не знал.

— И все же мы встречались месяца два, разве нет? Обидно, что ты даже Макси не рассказал. Неужели для тебя это было таким незначительным событием?— Мы обычно о таком не говорили.— О чем? О девушках? Правда?

Взгляд Гизелы обратился к Соджину. Ему пришлось проглотить сэндвич, который он ел. Что ж, его никогда не знакомили с теми, с кем Хан Джэи встречался серьезно. Он сказал ей, что она первая, с кем он знакомится вот так. Наверное, поэтому он сейчас в таком состоянии.

— Я же не один такой. А та, с кем ты встречался в пятом классе, как ее? Худая англичанка с большими глазами.

Хан Джэи завел нелепый разговор, словно Соджин тоже был его сообщником. Было смешно, с чем он его сравнивал.

— Мы не встречались.— Как это не встречались? Мне ты сказал, что надо домой, а сам целовался с девчонкой за садом своего дома. Я был просто в шоке.— Когда ты это видел?— Это важно? Ты был настоящим предателем. Я чуть не подбежал и не врезал тебе.

Забавно. В тот день он не целовался, а лишь осматривал лицо той девочки, которую ужалила пчела. Представляя, как Хан Джэи, все неправильно поняв, сжимал кулаки, Соджин почувствовал легкое удовлетворение. Поэтому он не стал его поправлять.

— Вы двое... забавные.

Гизела скрестила руки на груди и посмотрела на них. Знакомая реакция. Отношения Соджина и Хана Джэи и правда удивляли окружающих. Но поскольку у него не было намерения соревноваться с невестой, он сменил тему.

— Дату свадьбы назначили?

Это был и удар хлыстом по самому себе.

— 17 июля. Еле успели записаться, пока ответственный сотрудник мэрии не ушел в отпуск.— Остался месяц.

Он горько усмехнулся. Он изо всех сил старался скрыть выражение лица и надеялся, что никто ничего не заметил. Его потащат туда, как корову на бойню. Вместо того чтобы истекать кровью с перерезанным горлом, он подпишет в качестве свидетеля свидетельство о браке человека, которого любит. Своим именем он должен будет подтвердить действительность этого брака.

Юный Вертер хотя бы сбежал со свадьбы Лотты. А ему и это не позволено, и его положение, когда он лишь суетится в расстроенных чувствах, казалось жалким.

Его взгляд встретился со взглядом Гизелы. Она внимательно наблюдала, как он безразлично ковыряет свой сэндвич. Ее длинные ресницы опустились, и, посмотрев на его покрасневшие, опухшие костяшки пальцев, она спросила:

— Ты поранился?

При ее словах Хан Джэи проследил за ее взглядом и посмотрел на его руку.

— Что с рукой?— Немного ударился.— Где?— Не знаю, может, на тренировке.

Он отмахнулся, как будто это было пустяком. В голове снова раздался звук разбивающихся дома бокалов. Ему не хотелось, чтобы об этом узнали, и это было мучительно.

Разговаривать больше было не о чем, и они решили встать из-за стола. Хан Джэи положил руку на плечо Гизелы, которая выглядела сонной. Он что-то прошептал ей, когда она, прикрыв глаза, прижалась к нему. Затем он поцеловал ее в лоб и отправил наверх первой.

— Почему не идешь с ней?— Выкурю сигарету и пойду.

Сказал Джэи, хотя сам не курил. Соджину хотелось отослать его, чтобы спокойно покурить в одиночестве, но не было способа переубедить человека, который уже шел прочь. В курилке у отеля он достал последнюю сигарету, зажал ее в зубах и поджег.

«Ну и как тебе, смотреть на них двоих?» — прошептал его внутренний голос.

Вместо ответа он выпустил длинную струю дыма. Вырвался и пустой смешок.

— Почему ты смеешься?— Просто так. Вы хорошо смотритесь вместе.

На этот раз усмехнулся Джэи. «Правда?» — пробормотал он себе под нос. Для человека, которому досталась вся удача мира, его реакция была слишком слабой.

— Гизела так и не сказала, зачем приехала. Все планы насмарку.— Какие планы?— Мы же собирались поехать на море.

При слове «мы» Соджин снова начал колебаться. Хан Джэи сейчас бездумно «бросал камни». Волны вздымались и расходились без конца. Чтобы спастись, Соджин должен был остановить его.

— Забудь. Говорят, в Корее и нет особо хороших мест на море. Да и я устал... Из-за того, что развлекался с тобой, толком не отдохнул в выходные.

Он выпалил это, не глядя на Джэи. Неделя, которую он так ждал, была украдена, но он старался не цепляться за прошлое. Хан Джэи, не понимая его чувств, продолжал «тянуть его на себя».

— Что будем ужинать? Мне приехать к тебе?

Соджин покачал головой. Он больше не хотел впускать его в свой дом. Не хотел показывать новую, пустую кровать. Он предложил встретиться где-нибудь в другом месте. Он хотел, чтобы теперь они держали именно такую дистанцию. Он собирался отказаться от своих чувств, и надеялся, что тот перестанет соблазнять его пустыми словами. Он хотел, чтобы тот провел жирную черту, подтверждающую, что их отношения — это действительно только дружба.

Когда Соджин, потушив сигарету, поторопил Джэи идти наверх, тот схватил его за плечо. «Будь осторожен за рулём. Увидимся позже». Соджин коротко ответил «угу» и назвал номер своей машины стоявшему рядом сотруднику отеля. Когда спина Хана Джэи полностью скрылась из виду, он почувствовал, как покалывает прикушенную губу. Ему отчаянно хотелось отменить ужин, но он не мог побороть жгучее желание побыть с ним наедине.

Наконец, оставшись один, он должен был ответить на свой собственный вопрос.

«Ну и как тебе, смотреть на них двоих?»

На ум пришла первая строфа из «Страданий юного Вертера».

«Право, мой друг, я рад, что уехал».