Глава двадцать шестая

Глава двадцать шестая

28 июля, Сеул

Чонгук проснулся от громкого двойного храпа и задумался: почему ему снова приснился тот самый день, когда он впервые встретил Шима? Красивые горные вершины, покрытые густой растительностью, цепляющие на свои верхушки проплывающие облака, это само собой, впечатляло. Чистый прозрачный воздух, звенящая тишина, естественно наполненная природными звуками, наполняли тело силой.

Множество милых омег, готовых работать над собой ради того, чтобы достичь гармонии в отношения и счастья в личной жизни – тоже впечатлили, спасибо! Папа, похожий на среднестатистического омегу, у которого никогда даже мыслей не может случиться о том, чтобы тайно стараться разлучить сына с его мужем или потихоньку травить собственного зятя. Простой, милый, немного взбалмошный, ещё любимый и родной.

Однако что-то было в том сне, снова ускользающее из его памяти, стоило альфе осмысленно подумать о чём-то... Чонгук смотрел в матово-белый потолок и размышлял: вот уже почти месяц каждую ночь ему снится этот сон, но сам смысл исчезает, стоит ему шагнуть из сна в реальность, и это выматывает. Он уже сто раз проанализировал свои ощущения в тот день, но никак не мог вспомнить, что его могло настолько поразить в том дне?

Рассуждать было некогда: начинался обычный рабочий день, и Чонгук, выгрузившись из кровати, побрёл к душ, припоминая, как вчера, уже ночью, к ним примчался детектив и попросился остаться, потому что его муж сбежал к их! Кара Небесная в действии: может у любого отнять то, что он не ценит! Почти до трёх утра альфы, раздобыв в баре напитки по вкусу, делились друг с другом косяками и давали торжественные обещания – никогда больше такого не повторять!

Итог был такой, что Чонгук хохотнул: на волне раскаяния они назначили Джина третьим в Каре Небесной, а себя – их жрецами. Причём неважно, твой это муж или нет: увидел, что у одного из Кары проблема – обязан её решить! Юнги намекнул, что шансов у них вернуть мужей очень близки к нулю, но кого это остановило? Особенно, когда внутри тебя тридцать шесть своих и сорок внедрённых градусов!

То, что в Каре прибыло, его напрягло сильнее, чем появление на горизонте испанцев и японцев. Чонгук припомнил Джина, и понял, что он ему совсем не понравился, потому что выносил мозг Намджуну с первой минуты, как только они сошли с самолёта, и потом, как оказалось, на этом не остановился. К тому же, в ходе вчерашнего разговора, оказалось, что именно из-за него Тэхён задержался в Штатах почти на неделю! Откуда он взялся, этот Джин? Да ещё так сразу прилип к их мужьям...

Искупавшись, Чонгук, проходя мимо кровати Юнги, пнул друга и пробормотал:

– Вставай, нам сегодня нельзя опаздывать – руководство собирает экстренное заседание.

Через час они уже ехали в такси – злые и невыспашиеся, потому что охранники около дверей Кары передали им просьбу омег: не беспокоить их без уважительных причин.

Альфы не знали – желание увидеть любимых перед тяжёлым деловым днём и пожелать им хорошего настроения считается "уважительной причиной"? Поэтому развернулись и утопали вниз, где их уже ожидало такси и сообщение на ресепшене, что пока их хозяин Чон Хосок не может приехать лично, Мин Юнги и Чон Чонгук назначаются его заместителями и отвечают за всё, что происходит в их отеле! Прекрасно! Именно этого ещё полубухим альфам и не хватало!

Естественно, Чонгук, упав на заднее сиденье такси, сразу позвонил брату, но трубку снял Гарам. Омега, хлюпая носом, сообщил:

– Чонгук, я случайно пометил твоего брата...

– Что? – возмутился Чонгук, представляя, как сейчас ломает и плющит его свободолюбивого братца!

– Я пометил его, не осознавая этого, – оправдывался где-то там омега, заливаясь слезами. – Я не хотел, клянусь! Поверь мне, Чонгук.

Чонгук верил, что человек Гарама даже помыслить о таком не мог, а вот терпение омеги, видимо, закончилось, и зверь решил вопрос по-своему, по звериному, и теперь Хосок шагу не ступит, не получив на это разрешение Гарама. Проблема в том, что в их цивилизованном обществе метки ставятся с согласия, заверенного в нотариусе, и для этого должны быть веские причины, например, метка, то есть, смешение секрета метящего и крови помечаемого может вылечить от какой-то болезни. Или только в этом случае получится завести ребёнка. Или это – семейные традиции, которые почитаются более трёх столетий. Гарам же сделал это без согласования и даже без спроса, и теперь его, если честно, можно засудить.

Эти мысли сформировались в его голове в считанные секунды под всхлипы омеги, и Чонгук покачал головой, представляя, что может сделать его папа, если решит, что его сыну нанесён непоправимый ущерб! Но думать об этом не было времени: Юнги уже пихал ему под нос свой телефон, и Гук сказал в трубку:

– Береги моего брата, Гарам! Если ты не будешь превышать своих полномочий, я помогу тебе. А пока что ухаживай за ним и никому не говори настоящей причины, – завершил он разговор, и тут же прорычал: – Это ещё что?

– Новости, – хмуро сказал Мин, раскуривая вторую сигарету.

На весь экран стояло их с Тэхёном фото, где они сидели в кафе, потом выходили из него и улыбались. Этот треклятый официант делал их фото вовсе не для себя! Поэтому он тёрся возле них. Видимо, кто-то хорошо платит этому мерзавцу за "горячие" новости! Вот почему Шим так уверен и распространяет про них всякую чушь, ничего не опасаясь! В этот раз статья носила яркий подзаголовок: "Бывший муж добился своего, разрушив настоящую любовь и снова привязав к себе альфу с помощью украденных у него же денег!"

Читая статью, Чонгук понял, что разозлило Юнги: в середине упомянули и их с Чимином примерно в том же ключе, только намекнули, что побег организовал Тэхён, сообразивший, что его брак трещит по швам, а знаменитая в прошлом модель всегда был ведомым: захотел папа – он стал моделью; потребовал муж – оставил карьеру модели; попросил друг – и он сорвался от мужа, будучи в положении. Впрочем, именно Чимина назвали "нормальным омегой, попавшим под дурное влияние приютского друга".

Сердце Чонгука сжалось, потому что он прекрасно понимал – клеймо "приютского" сильно ранит его мужа. Но из этого вытекает новый вопрос – как найти родню Тэ? Фамилия Ким в его стране третья по популярности. Да только в его окружении этих Кимов десятка два, а не так давно к ним прибились ещё двое. Как искать родню Тэхёна, зная только его фамилию?

Размышления были прерваны прибытием на работу. Они сразу поднялись на верхний этаж и прошли в кабинет заседаний. Там уже собрались почти все, в том числе и господин Чон Дахун, господин Пак Сарон. Не хватало только Хосока. Однако председатель собрания, отец Чонгука, начал заседание не с графиков и отчётов, а с известия, которое заставило присутствующих смотреть на него расширенными от ужаса глазами:

– Господа, в нашем составе происходят радикальные изменения. Вчера были поданы три заявки в совет директоров. Условия выполнены в полной мере: сто миллионов вон инвестиций и пять процентов акций в наличии. Проблема лишь в том, что все трое желают остаться "аватарами" и управлять посредством виртуального сообщения. Вроде, в этом сейчас нет ничего страшного, каждый из них прошёл верификацию, и имеют статус настоящего человека, а не виртуального бота. У каждого есть программа по улучшению нашего финансового состояния. В общем, лично я, несмотря на незнакомую практику, не вижу препятствий и причин не принимать их. Что скажете на это вы?

Сказать было нечего: условия соблюдены, что тут можно возразить? Чон Дахун потребовал провести голосование, и неизвестные были приняты в управление компании заочно. Однако, хотя это было из ряда вон, и все понимали, что процент свободных акций превратился почти в нулевой, Чонгук видел, что его отец озадачен чем-то ещё. Спустя некоторое время, потраченное на размышление, Чон Дахун неохотно поделился:

– Ни для кого не секрет, что наши работники, имеющие долю в фирме, продают свои акции по невероятно высоким ценам, что нагнетает обстановку. Кто это делает – пока сказать точно невозможно, ведь снова работает "аватар"... Чёрт возьми эти технологии! Какие предположения – чем это может грозить нашей фирме и что этого можно сделать для предотвращения проблем?

Десять мужчин ещё три часа сидели и выдвигали как рациональные идеи, так и совершенно безумные. В итоге большинством голосов решили, что кто-то скупает их акции для двух целей: стать новым гендиректором или разорить их, сбросив выкупленные акции по самой низкой цене на свободный рынок, чтобы спровоцировать панику, а потом – скупить акции по минимальной стоимости и стать генеральным директором! Вернее, цель одна, только к ней имеется два пути, а может, и больше! В любом случае это может быть угрозой их компании.

Придумать, что с этим делать, было куда сложнее, поэтому расходились с хмурыми лицами и твёрдым намерением провести среди своих непосредственных подчинённых профилактические беседы.

Чонгук пришёл в свой кабинет и посмотрел на кипу бумаг, которую ему уже принёс Лин. Недовольно отодвинув от себя стопку документов, Чон нажал на кнопку коммутатора, и в кабинет почти сразу вошёл секретарь: его седые волосы были гладко зачёсаны назад, из-за чего он выглядел болезненно худеньким. Решив, что как только всё стабилизируется, он отправит преданного сотрудника в отпуск, Чонгук спросил:

– Секретарь Лин, что вы знаете о случаях продаж акций работниками нашей фирмы?

Минджо даже не задумывался:

– Я Вам уже говорил, что началось это не так давно, но очень быстро набрало почти катастрофические обороты. Люди боятся потерять деньги, глупцы. Им предлагают цены, по которым они не смогут продать акции даже через три года при настоящем развитии компании. Понимаете, это – слишком большой соблазн. Говорить и объяснять бессмысленно. Можно только перебить предложение мерзавцев и в ущерб фирме выкупить у всех желающих избавиться от своих акций наши активы по двойной цене – так хотя бы снизится риск спекуляций. Про то, кто является инициатором этой паники – сказать ничего не могу, потому что никто не имеет дела с людьми, только какие-то сообщения, от которых все просто сошли с ума!

Чонгук кивнул, сделав себе заметки, которые он потом передаст отцу. Если не знает даже Лин, то остаётся смириться и просто принять профилактические меры. Чонгук погрузился в рабочую рутину и лишь иногда посматривал на экран телефона: охрана сообщала о передвижениях Кары Небесной, и когда он, наконец, разобрался со всеми документами, а часы показывали, что до конца рабочего дня ещё четыре часа, от охранника пришло известие, что Тэхён и Чимин уехали с испанцами на реку Хан и теперь плывут на теплоходе, разбившись на парочки.

Скрипнув клыками, Чон постарался не думать о том, что Тэ может увлечься гордым аристократом, ведь для его омеги важно быть мужем, а не любовником! Он очень на это надеялся...

***

28 июля, Сеул, река Хан

День уже почти завершился, и Тэхён с удовольствием рассматривал пассажиров, убранство палубы, берега, вдоль которых располагались утопающие в зелени и цветах парки, открытые кафе, аттракционы. Сидя пять лет дома, он ни разу не подумал о том, что можно вот так сесть на теплоход и за несколько часов проехать почти по всему Сеулу!

На палубе для развлечения гостей то и дело показывались какие-то представления, продавали безалкогольные напитки и простую еду, а если желали чего-то более изысканного, то можно было спуститься на первый уровень и там посидеть в кафе. Был ещё вариант позвать официанта на палубу, нажав на специальную кнопку, но Тэхён не желал выделяться из толпы и привлекать к себе лишнее внимание. Они и так с Чимином произвели фурор, когда взошли на теплоход в сопровождении двух огромных испанцев и четырёх телохранителей! Благо, что после пандемии народ их страны нашёл занимательным – носить маски. Это помогло друзьям скрыться от любопытных, которые, оказывается, без зазрения совести снимали их в любое время и продавали снимки в "жёлтую" новостную прессу.

В общем, прогулка оказалась интересной и расслабляющей. Ещё бы не мешали их спутники! Фалько смотрел на Тэхёна во все глаза, видимо, припоминая яркого дерзкого красноволосого омегу и стараясь рассмотреть его в строгом очкарике-шатене – не тут-то было! Чимин тоже из ангелочка превратился в серьёзного красивого юношу, к которому его поклонник стеснялся подкатить, только стоял рядом, иногда посматривал на него украдкой и вздыхал.

Фалько, наконец, решился и спросил:

– Ви, я хотел уточнить – у меня теперь есть шанс завоевать тебя? Условия, к сожалению, прежние. Только теперь мои родственники, узнав, что я помчался на другой край света за каким-то омегой, потребовали от меня объявить о помолвке с кузеном Алонсо. То есть, теперь я не смогу пригласить тебя с собой...

– Успокойтесь, господин Фалько, – усмехнулся Тэхён, перебивая альфу. – Да, условия и впрямь изменились. Как Вы понимаете, теперь мой друг не может скрыть того, что у него скоро родятся дети. И пока у него не наладилось в личной жизни, я останусь с ним и буду помогать по мере своих возможностей. Поэтому мне теперь года три-четыре, а то и все семь будет не до романтики. Согласны столько ждать?

Похлопав омегу по тыльной стороне ладони, Гуэро усмехнулся и сказал:

– Ви, если ты не хочешь, чтобы мужчина ждал тебя всю оставшуюся жизнь – скажи ему прямо, что твоё сердце не свободно, иначе это может вылиться в годы ожидания. Поверь, ни одна из твоих отговорок не отталкивает от тебя. Скорее, напротив – хочется стать тем самым, ради кого ты откажешься от свободы. И если ты скажешь, что не желаешь быть моим любовником, только мужем, я рассержусь, уеду, потом через месяц приеду к тебе с предложением руки и сердца, лишившись всех привилегий своего положения. Ты, видимо, не понимаешь, насколько привлекателен...

Остаток пути они молча любовались красотой заката, того, как город освещается неоном, готовясь к ночной жизни. Чимин замёрз и кутался в лёгкий пиджачок, поэтому Тэхён отдал ему свою джинсовую куртку, оставшись в топ-водолазке. Фалько молча отдал ему свой пиджак. Уже сходя на берег, Алонсо сказал:

– Я надеялся, что за это время вы разберётесь в своих чувствах, и поймёте, что дороги нам, но этого не случилось – мы совсем потеряли вас. Завтра мы покинем вашу страну. У вас есть последний шанс остановить нас и выбрать жизнь без забот под защитой самых влиятельных семейств Европы.

Тэхён приподнялся на цыпочки и легко чмокнул Гуэро в щёчку. Сказал:

– Я желаю Вам счастья с Вашим будущим мужем. Каким бы ни был брак – политический или по великой любви, – помните, что Ваше счастье зависить от того, счастлив ли Ваш омега. Сделайте мужа счастливым, будьте ему верным, и не пожалеете о том, что когда-то я отказался стать Вашим любовником.

Чимин просто подал Алонсо руку и сказал:

– Будьте счастливы.

Они разъехались от пристани в разные стороны, о чём телохранители, не скрываясь, немедленно доложили Юнги и Чонгуку. Прибыв к отелю, омеги застали ужасную картину: Дэйки и Кайоши, как два боевых петушка, наскакивали на разъярённого Игрока, огрызавшегося на них на родном языке, за что получал массу самых гнусных прозвищ на японском. Тэхён бросился было разнимать их, но его не подпустили телохранители японцев, а тут и его охранник подоспел, схватил за плечи и припечатал к месту, не позволяя сдвинуться с места!

На крики и вопли сбежалось множество народу, и зрители быстро поделились на два лагеря: против японцев и за Игрока. В принципе, разницы особой не было, Тэхён едва сдерживал смех, слыша подбадривания в виде: "Наподдай этим япошкам!" или "Да как вы смеете – двое на одного?" Чимин подошёл к нему и встал рядом. Тэхён сразу обнял друга и уже спокойно наблюдал, как Дэйки и Симадзу машут перед американцем ногами, демонстрируя свои боевые навыки, но тот резко размахивал огромными руками, и японцы были вынуждены отступать перед его стихийными движениями.

Наконец прибыли те, кого ждали Тэ и Чимин: Юнги выскочил из такси и сразу помчался к мужу, оттащил его от Тэхёна и прижал к себе. Однако Чимин молча резко опустил ему каблук на ногу, и пока альфу сложило втрое, отошёл к другу и снова прилип к нему. Чонгук стоял на расстоянии, наблюдая краем глаза за дракой, машинально отмечая стиль японцев, в то же время не спуская глаз с Тэхёна, которому, кажется, стало нравиться, что за него бьются альфы. Через несколько минут их глаза встретились, и Чонгук повернулся к дерущимся.

Японцы, естественно, побеждали, потому что их было двое, и хотя американец был гораздо крупнее, но выносливости ему не хватало. И вот Игрок уже кричит:

– Хватит! Я уеду! Завтра же. Просто мне понравились эти ребята, и я надеялся вернуть их в Штаты, но теперь вижу, что это невозможно – с такими-то соперниками!

Он ещё раз с сожалением посмотрел на жмущихся друг к другу Куколок, поклонился им, послал каждому воздушный поцелуй и вернулся в отель. Теперь внимание зевак обратилось на омег, и по толпе прошелестел шепоток, из которого иногда выделялись слова "Кара Небесная", "...обокрали мужей!" "...гонялись по всему миру!" Тэхён понял, что пока они бегали от мужей, их история облетела всю Корею и многих заинтересовала, теперь, можно считать, они превратились в звёзд.

Приобняв Чимина, он потолкал его в отель, чтобы покинуть это недоброжелательное пространство. Альфы за ними не последовали, словно понимая, что сейчас, кроме грубости, они ничего не добьются, поэтому Тэхён с удивлением увидел, как их мужья направились к японцам, и те, хмурясь, смотрели на соперников. Уже войдя в лифт, Тэхён подумал, что с удовольствием посмотрел бы на драку между ними!

Войдя в номер, он схватил ноутбук, уселся в кресло в позу лотоса и полез искать новые трансы про драку двух японцев и двух корейцев, но ничего подобного не обнаружил. Он, воровато глянув на расположившегося на диване друга, подключился к камерам отеля, и вскоре обнаружил четверых альф, мирно пьющих в баре при отеле! Парни общались вполне миролюбиво, салютуя друг другу напитками, порой наклоняясь друг к другу и что-то говоря на ухо, после чего другой кивал или качал головой.

Когда Чимин подошёл к нему, увидев, как Тэхён хмурится и грызёт ноготь большого пальца, и с интересом посмотрел, как их мужья воркуют с их поклонниками, он сразу понял, что именно задело Тэхёна. Ещё и масла в огонь подлил:

– Обратил внимание, что твой бывший клеится к Дэйки, а мой к Кайоши? Можно подумать, что они устали бегать за нами и решили успокоиться в объятиях друг друга.

Чимин хихикал, а Тэхён напрягался всё сильнее, потому что по лицу Чонгука блуждала такая довольная ухмылка, что ему стало плохо – он никогда не думал об этом, но что, если его Чон переметнётся под радужные знамёна? Такого он не вынесет! Раньше ему приходилось ревновать мужа только к омегам, а теперь что, ко всем подряд? Швырнув несчастный ноутбук на столик, Тэхён помчался в душ, там включил воду, сел на холодный край ванной и прикрыл лицо руками.

Дверь открылась, и вошёл Чимин. Он обнял Тэхёна за плечи и сказал:

– Тэ, я пошутил. Ну, ты серьёзно? Я скорее поверю, что они там обсуждают место, где будут за нас драться. Выбрось из головы все дурацкие мысли. Может, они ещё и сами не поняли, но их альфы прочувствовали, как им плохо без нас. Я рассчитываю, что как только Мин это поймёт, мы станем самой счастливой семьёй на свете. Очень хочется рассказать ему, что мы стали их партнёрами, но если ты считаешь, что не стоит...

– Пока не надо, Чимин. Мы сделали им очень смелые предложения, и нужно показать им, что иногда стоит рискнуть, чтобы получить прибыль. Если же мы сейчас скажем, что это – мы, то я на тысячу процентов уверен, что наши предложения отклонят!

Они ещё поболтали, пока набралась вода. Затем Чимин посмотрел на Тэхёна с интересом, а тот смущённо попросил:

– Выйди, пожалуйста...

Чимин снова обнял друга и прошептал:

– Конечно, я выйду. Но ты рискуешь, Тэхён – твой чёрный ирис уже не перекрывает никакой парфюм. Могу дать тебе свои подавители, у меня остались с командировок.

Тэхён покачал головой и покрепче прижал к себе друга:

– Я боюсь, Чимин. Я надеюсь, что у меня ещё есть шанс – завести ребёнка. Но что, если я уничтожу его, выпив подавители? Лучше я спрячусь в номере и пересижу течку тут.

Чимин погладил Тэхёна по волосам и вышел. Осталось надеяться, что Тэхён простит Чонгука до того, как природа окончательно сведёт его друга с ума.

***

29 июля, Сеул, офис

Чонгук и Юнги не ожидали, что им, чтобы попасть на работу, придётся продираться сквозь толпу любопытных репортёров, которые смешали в своём стремлении получить "горячие" новости всё подряд: и личное, и общественное, и деловое. Кто-то вопил:

– Правда ли, что вы приняли своих мужей, хотя их дети не имеют к вам отношения?

– Как вы можете вести дела и брать на себя ответственность за чужие деньги, если не смогли сохранить свои?

– Ваши мужья уже вернулись к вам или продолжают крутить с посторонними альфами прямо у вас на глазах? Вы точно способны вести дела, если не можете навести порядок в собственной семье?

Не выдержав, Чонгук обернулся и поднял руку. Репортёры притихли, и он сказал:

– Ваш основной интерес – это я. Не вмешивайте в это Минов, они – нормальная, любящая семья, случайно попавшая в ваши скандалы. Итак, я отвечу на пять вопросов, только тем, кто будет вести себя уважительно!

Акулы информационного бизнеса притихли и подняли вверх указательные пальцы, выпрашивая внимания. Чонгук рандомно ткнул в какого-то омегу, и тот радостно спросил:

– Господин Чон, а что теперь будет с мистером Шимом? После возвращения Вашего мужа Ваши чувства к нему пропали?

Чонгук кивнул и снова поднял руку, чтобы репортёры не подняли гвалт. Постарался, чтобы голос звучал спокойно:

– Никаких отношений с мистером Шимом у нас никогда не было. Я понятия не имел, что он учился со мной в одном университете. Предлагаю вам проверить эту информацию, и вполне может оказаться, что уже это – ложь. Мы с ним впервые встретились месяц назад, на ретрите, после этого у нас было ещё несколько случайных встреч, и ни разу я не проявил к нему интереса, как к омеге, потому что у меня уже есть любимый – это мой муж, и наша разлука освежила наши чувства. Так что, любая информация о моих отношениях с Шимом – ложная, заявляю это официально.

Репортёры снова подняли пальцы вверх, и теперь Чонгук выбрал нервного альфу:

– Правда ли, что ваша фирма находится на грани краха? Как утверждают надёжные источники, в совете директоров появились странные личности, которые вполне могут навредить вашему бизнесу.

– Интересно – как? – усмехнулся Чонгук. – В совете директоров на данный момент четырнадцать членов. Считаете, что если кто-то один предложит вредоносную стратегию, то тринадцать остальных безоговорочно примут её только потому, что предложение пришло от нового члена?

По толпе пронёсся смешок, и пальцы снова взметнулись вверх. Чонгук выбрал омегу позади всех, и тот пискнул, вытягивая на максимум руку с микрофоном:

– Скажите, так это всё-таки правда, что ваши мужья вас ограбили?

– Правда, – нахмурился Чонгук, и когда по толпе снова прошёлся смешок, он поднял руку и сказал: – И это я считаю самым ужасным происшествием: никто не застрахован от ограбления! Почему у нас такая ненадёжная система защиты в банках? Сейчас, когда наши мужья вернулись в страну, мы обязательно подадим иск на банки, в которых хранились наши сбережения, и теперь точно никто из нас не вернёт свои средства в эти банки!

Теперь толпа загудела встревоженно, и Чонгук почти обрадовался, что перевёл внимание репортёров на безопасность банковских систем. Уже хотел отвернуться и уйти, но кто-то крикнул:

– Господин Чон, это только три вопроса! Вы позволите задать ещё два?

Чонгук нахмурился, зачесал волосы пятернёй назад и сказал:

– Да, позволю! Это был четвёртый вопрос. Какой будет пятый?

Работники прессы недовольно зашикали и снова подняли пальцы. Чонгук наугад ткнул вправо, и вышел альфа с довольной ухмылкой. Поправив камеру и протянув поближе свой микрофон, он спросил:

– Господин Чон, а как долго Вы собираетесь скрывать, что Ваш муж – наследник криминального синдиката?