Глава 19

POV АВТОР

Джису вернулась в номер. День был тяжелым из-за скопившейся работы.

Ким наклонилась, чтобы поднять сумку, которая упала на пол, но в следующую секунду закричала, закрывая руками уши.

Картина, висевшая на стене упала на пол, а на ней была пуля. Джису взглянула на окно, которое было пробито пулей.

— Госпожа Ким! — в комнату прибежала охрана и секретарь До. — Что случилось? Почему вы кричали?

***

— Камеры не смогли распознать снайпера. Полиция продолжит...

— Останови дело, — приказала Джису. — Кто вообще вызвал полицию?

— Охрана отеля вызвала. Вряд ли мы сможем замять это дело. Угрозы поступают всё чаще, и они не переходят все границы. Может нам...

— До Кёнсу! — Джису была вся на нервах из-за случившегося, по этому не могла ни как успокоится. — Заплати им, но это дело должно быть закрыто. Завтра я съеду от сюда.

— Я уже купил квартиру. Там хорошая система безопасности. Также я увеличу количество охраны.

— Не надо. Просто найди одного хорошего телохранителя. Не хочу, чтобы за мной шла толпа. Что насчет угроз? Кто это был?

— Вы были правы. Это был О ДжунПиль - ген. директор Winner и дядя Сехуна.

— Есть доказательства?

— Нет. Он назначил мне встречу, в котором выдвинул условия. Он хочет, чтобы вы возместили ущерб, добавили компанию Winner в список своего журнала и передали проект "Sara" ему. А также убедили Сехуна вернуться обратно. Он опасен. Может всё же обратиться в полицию?

— Думаешь, это поможет? Ты его не знаешь. Winner group стали успешны, и в этом свою роль сыграл О ДжунПиль. Сехун и его родители были честными людьми, но этого не достаточно для бизнеса. Именно О ДжунПиль заниматься грязной работой. У него много власти в Корее. Полицией и СМИ от него не избавиться. Говорят, что у него есть связи с мафией и рычаги управления везде. Поэтому мой отец ещё не избавился от Winner.

— Если у него столько власти, то зачем ему Сехун?

— У него, скажем так, ночная власть. А О Сехун является представителем Winner, он лицо компании, а его дядя лишь тень. Если СМИ узнают, что Сехун ушел, то Winner потеряет многих инвесторов и союзников.

— И что теперь? Вы выполните его условия?

— Ха! Он идиот, если думает, что я выполню его условия.

— Тогда что вы будете делать?

— Я... пойду прогуляюсь. — Джису надела тостовку, закрывая лицо маской и крепкой.

— Это опасно. Лучше остаться здесь.

— "Здесь" меня чуть не грохнули десять минут назад. На улице куда безопаснее.

Джису направилась к выходу, но остановилась возле дверей для того, чтобы сказать:

— Кстати, секретарь До, это ведь ты выбирал отель, хваля его безопасность?

— Да, верно.

— Если меня всё же здесь убьют, то это будет на твоей совести. Поэтому хорошенько подумай прежде, чем заселить меня в новую квартиру. — сказала Ким, подмигивая парню. — Пока. Не жди меня.

Джису вышла на улицу. Она гуляла вокруг отеля, и думала о событиях последних дней.Сейчас ей скучно. За эти пять лет она с упорством работала, думая о мести. Сейчас она отомстила своим главным врагам, и продолжает мстить людям, которые её обидели и воспользовалась ею, но она больше не чувствует тех эмоции... этот огонь в душе, который её мотивировал... его больше нет. Сейчас всё также, как и пять лет назад. Она просто существует.

— Что делаешь? — услышала она прямо над ухом. — Чёрт! — закричал Сехун, когда получил кулаком в живот.

— Не надо было подкрадываться. Ты сам виноват. — ответила Ким, потирая свою руку. Ударила она его правда очень сильно.

— Я это понял. Прости. А ты как? В твой номер стреляли. Знаешь, кто это был?

— Знаю.

— И кто же? Ты сказала полиции? Они разберутся? — волновался О. Он внимательно осматривал Джису, пытаясь под лунным светом и светом фонарей разглядеть её лицо, и убедиться, что всё хорошо.

— Тебе какое дело?

—Я волнуюсь за тебя и хочу помочь.

— Помочь? Хах... Каждый раз, когда ты проявляешь ко мне заботу и помощь, я всегда страдаю. Поэтому исчезни.

— Сейчас всё не так. Я не обижу тебя. Я больше не тот О Сехун. — улыбнулся он, хоть Ким и не обратила на это внимание.

— Прежний О Сехун ты или нет, проблемы всё равно есть. Тот, кто всё это время угрожал мне, а сегодня даже стрелял, это твой дядя О ДжунПиль.

— Что? Ты уверена?

— Конечно, я уверена. Кто ещё будет требовать у меня денег и проект. Мой отец до сих пор в шоке от моего поступка, и не пришел в себя. А твой дядя свою личность особо и не скрывал.

— Но я возместил весь ущерб. Он не мог...

— Ты дурак, что ли? Он хочет не только денег, но и тебя. Считает, что я тебя увела из компании. Поэтому всё это дерьмо в моей жизни опять происходит из-за тебя.

Джису понимала, что перебарщивает, ведь это в основном её вина, но ей хотелось ударить Сехуна по больнее, обвинить его во всем, чтобы он страдал.

— Ты ведь осуществила свою месть, но почему ты продолжаешь злиться на меня? — в любой другой момент Джису бы промолчала, но усталость, нервы и страх быть прибитой сделали своё, и Ким так легко сорвалась на эмоции.

— Ты правда не понимаешь? Winner group - это был инструмент, с помощью которого я могла тебя уничтожить, но ты ушел из компании. И как мне теперь тебе отомстить? Как мне ранить тебя? Причинить тебе невыносимую боль? От одного твоего вида я желаю сделать тебе настолько боль, чтобы ты хотел умереть.

Сехун видел злость в лице Джису и ненависть в её глазах. Чтобы он не сделал, она будет ненавидеть его, и О это понимал, что ещё больше причиняло ему боль.

— Не иди за мной. Видеть тебя не могу, О Сехун.

— Хочешь сделать мне больно? — спросил он, удерживая Джису. — Для этого тебе не нужен Winner. Я уже страдаю. Я страдаю из-за своего поступка в прошлом, и мучаюсь, потому что не могу вернуть наши прежние отношения и тебя. А когда я вижу с какой ненавистью ты на меня смотришь, то я чувствую невыносимую боль, которая меня убивает. Мне уже больно. Я уже страдаю. Для того, чтобы я страдал, тебе не нужно придумывать сложные планы и стремиться к власти. Тебе просто достаточно ненавидеть меня, и это причинит мне сильнейшую боль.— за эти годы Сехун изменился. Стал мужчиной, который не проявляет ни каких эмоции и всегда держится стойко, не зная что такое слабость. Но рядом с Джису стена рушится, и боль "выходит" на поверхность.

— Тогда я рада. Потому что мою ненависть к тебе нельзя просто описать словами. Я ненавижу не просто тебя, а всё, что связано с тобой. Мне противно твоё лицо, твой голос, воспоминания с тобой, места, проведенные с тобой, и даже твое имя мне противно. Лучше бы я умерла, чем встретила тебя. — сказала Джису, и в спешке ушла.

В горле поднимался портивный ком, а слезы так и просились наружу. Сейчас Джису было очень противно. Противно от самой себя, от слов, сказанных ею. Сейчас больше всего на свете Джису ненавидела не Сехуна, а себя. Потому что после всего, что произошло, она продолжала любить Сехуна. Она всё еще была влюблена и полюбила ещё больше за это время, но сказала ему всё в точности, но наоборот. Она ненавидела себя за эти чувства к нему, и за ложь, которую она сказала ему.

***

Джису смотрела на картину, от которой не могла оторваться вот уже на протяжении часа. Все эти картины были прекрасны и очень печальны. В них была грусть, тоска и сожаление. В этой картине Джису будто видела часть отражения своей души: нескончаемая боль с сожалением, которая бушевала в ней, и переходила в неуправляемую злость. Но не смотря на яркие цвета, картина вызывала спокойствие в душе, заставляя её раскрыться.

Хоть Бён Бэкхен и был говнюком, но нельзя не признать его талант. Он прекрасный художник, которого ждет большое будущее.

— Вам понравилась эта картина? — к Джису подошёл Бэкхен, о котором она как раз и думала. — Удивительно, что именно она вам приглянулась. Я - Бён Бекхен. — представился он, очаровательно улыбнувшись. Он прекрасно знал кто перед ним стоит, и что его гостья тоже знает его.

— Ким Сара-Окин. Я не совсем вас поняла. Что-то не так с этой картиной? По мне, она прекрасна. В ней есть что-то похожее на... человеческую душу, которая хочет найти покой в этом урагане эмоции.

— Верно. Её я посвятил одной своей знакомой, с которой я ужасно обошелся.

— Неужели такое возможно? Вы ведь такой джентельмен. — Ким пыталась скрыть сарказм, и убавить яда в голосе.

— Её звали Ким Джису. — улыбка с лица Джису исчезла, и она взглянула на Бёна, который не отрывно смотрел на свою работу.  — Она была прекрасна подобно ангелу, и ангелом она стала для меня, предложив мне контракт. Она видела во мне прекрасного художника.

— Тогда зачем ты её предал? — спросила Ким, не скрывая злости в голосе.

— Я был беден, а у моей младшей сестренки обнаружили рак. Я думал, что заработую денег до того, как состояние сестры ухудшится. Но ей стало плохо, а Winner group предложили подписать с ними контракт, и поставили условие, в котором я должен был дать интервью о Джису. Они дали денег, и я смог спасти сестру, предав человека, который первый мне протянул руку. Я знал, что это не правильно, но я хотел спасти свою сестенку, которой было всего лишь пятнадцать лет. Тогда я был двадцатилетним придурком, у которого не было ни чего, и который был готов на любое преступление. Я вонзил нож в спину девушке, которая была моей первой любовью. После моего интервью, Джису сильно пострадала, но я оправдывал себя сестрой.

— Вонзив нож в спину своей первой любви, вы всё же спасли сестру, так к чему эти сожаления?

— Хоть я и был молодым и глупым, но я был честным, и в своих картинах я хотел показывать правду о жизни и человеческих душах. Это было моей ценностью в жизни, моим правилом. Но я обманул, предал себя и поплатился. Я вылечил свою сестру от рака за деньги, которые получил разрушив карьеру Ким Джису. Только вот два года спустя мою сестру сбила машина, и ни деньги, которые у меня были, ни слава её не спасли.

Джису ненавидела Бён Бэкхена всё это время, ведь от него она не ждала подлого удара в спину, но сейчас ей стало жаль его. Она вспомнила каким был Бэкхен пять лет назад. Он был ребенком с нелегкой судьбой, которому Ким хотела помочь. Он был похож на ангела.

— Я вот думаю, если бы я тогда всё рассказал Джису, то может моя судьба сложилась бы иначе? Но уже поздно... — Бён всё ещё смотрел на свою работу. — Потом я разорвал контракт с Winner, и начал работать один. И все мои картины после этого были посланием для моей погибшей сестры, по которой я скучаю, и извинением перед Ким Джису. Я думал, что больше никогда её не увижу, но месяц назад увидел её в новостях, а теперь она стоит передо мной. Пришла моя очередь, не так ли? — Бэкхен взглянул на Джису.

— О чём вы?

— Я не хочу поддерживать ту игру, в которое играет всё корейское высшее общество. Ты сменила имя и пришла отомстить. За это время многие потерпели крах, и я знал, что в твоем списке мести есть ещё и я. Вряд ли ты пришла в мою галерею просто посмотреть на картины.

— Ты был таким глупым мальчиком, когда я встретила тебя, но сейчас ты другой. Ты добился успеха и в этом только твоя заслуга, ни моя, ни Winner group.

— Заберешь у меня этот успех?

— Я хотела, — призналась Ким. — Но судьба забрала у тебя то, чем ты дорожил больше всего, и я не смогу причинить тебе ту же боль, которую причинила тебе жизнь. Но не думай, что я перестала тебя ненавидеть. Ты всё ещё сволочь, которая вонзила мне нож в спину. Хоть сволочь ты талантливая и очень привлекательная. — улыбнулась Джису.

— Но я бы не возражал, если бы ты отобларала мою галерею в качестве наказания.

— Я хотела это сделать, и пришла сюда, чтобы оценить стоимость этого места, но передумала.

— Ты устала? — неожиданно для Джису спросил Бён. — В первую нашу встречу ты была ослепительна. Всё в тебе говорило о том, что ты из другого мира, но в твоих глазах было больше усталости, чем в моих - парня, у которого была трудная жизнь. И сейчас ты выглядишь уставшей. Ты устала от мести, иначе не стала бы так легко меня отпускать.

— Творческие люди и правда видят то, что неподвластно увидеть другим. И сейчас, и пять лет назад, ты заглядываешь в самую душу человека.

Джису снова взглянула на картину, которая ей так приглянулась. Она была в своих мыслях, и не спешила давать ответ.

— Я не знаю. — пожалуй это самый честный ответ за последние годы. Джису много раз врала: врала другим, врала себе, но не сейчас. Она впервые призналась себе, что не знает, что делать. — Я не знаю устала я или... может всё дело в твоей картине, которая расклеила меня... — Ким замолчала, не зная что ответить, поэтому Бён решил ей помочь.

— Эта картина тяжело мне далась. Все мои работы олицетворяли мою душу, мои чувства, но эта картина полностью о тебе. Ты была совершенно другой: из роскошного мира, но отличалась от его жителей. Ты была загадкой. Я хотел в этой картине изобразить тебя. Девушку с особенной душой, которую безжалостно растоптали. Я всегда чувствовал вину перед тобой, но когда рисовал эту картину, то моё сожаление и ненависть к себе возросла. Я поставил себя на твоё место, и понял каким говнюком был я и другие в твоих глазах. Но я уверен, что эта картина не передает даже половины того, что испытала ты.

— Верно. Грусть, злость, сожаление и ненависть есть, но не хватает ещё и разочарование, одиночества и желания умереть. Я не такая сильная, какой ты меня изобразил, но ты был близок.

— Я нарисую новую. Это будет твой автопортрет. — решительно сказал Бён.

Джису взглянула на табличку с названием этой картины: "Девушка, которую я не знал".

— Художник ты талантливый, но название просто отвратительное.

— Это обидно вообще-то, — надул губы Бён. — Но я рад тому, что картина тебе понравилась. Прости меня, Ким Сара-Окин Джису. Мне очень жаль.

— Я знаю. Пожалуй, ты единственный из всех моих врагов, которые сожалеют о содеяном.

— Есть ещё один человек, который сожалеет, и ты его знаешь.

— Если ты о нём, то лучше замолчи. — Бён заметил раздражение в голосе Ким, поэтому решил сменить тему.

— Почему "Сара-Окин"? Кто придумал это имя?

— "Сара" - это название моего магазина, который придумал мой друг и деловой партнер. Когда я захотела сменить имя, то он же предложил взять это имя.

— А "Окин" откуда возник? — спросил Бэкхён, а на этот вопрос Джису не очень-то хотела отвечать.

— Окин - это французское имя, которое означает "океан".

— Ты любишь океан?

— Нет. Я ненавижу его, — сказала Джису, вспоминая день, когда она в последний раз видела океан. Это был самый счастливый день - пятое свидание с О Сехуном.

— Понятно, — сказал Бён с улыбкой на лице.

— Что это значит?

— Тебя не легко понять, но порой ты открытая книга, Ким Джису, точнее Сара-Окин. Дело не в океане, а в человеке, которого ты ненавидешь. Океан похоже напоминает о нем, и ты это ненавидешь, но при этом это воспоминание тебе дорого, и поэтому ты дала себе это имя. Когда к тебе обращаются "Сара-Окин", ты думаешь об океане или о том человеке? — спросил Бён.

— Бён Бэкхен, тебе уже двадцать пять, и ты "большой" человек, имеющий власть и влияние. Тебе не стоит просто так болтать о всяком. — сказала Джису. — Пока. Я ещё приду, чтобы взглянуть и на другие были работы. Надеюсь, я найду что-нибудь веселенькое.

Когда Джису ушла, Бэкхен продолжал смотреть ей в след.

— Хоть мне и двадцать пять, и я человек с большим влиянием и властью, мне не быть рядом с тобой. Я слишком "мал" для тебя. Твоё сердце уже принадлежит другому человеку.

На лице Бэкхена отразилась печальная улыбка.

Бён Бэкхен - художник, который известен своей легкой и веселой личностью, не смотря на "тяжелые" картины. У него на лице всегда легкая и счастливая улыбка, которая скрывает печаль в его душе. Но Ким Джису - единственный в мире человек, из-за которой на веселом лице Бэкхена всё же появляется печальная улыбка.

"Я любила искусство, но не было ещё картины, которая тронула бы меня до глубины души, но Бён Бэкхену это удалось. Его картина смогла раскрыть мою скрываемую боль и любовь. В тот день я вышла из галереи совершенно разбитая. Ведь ему удалось своей работой разрушить ледяную стену, которую я возвела за эти годы".

P.s.: заранее распланировать весь фф от и до и всё записать в черновике, чтобы по ходу написания внести нового значимого персонажа, чтобы разрушить заранее запланированный сюжет? Могу, умею, практикую. Секретарь До Кёнсу и Бён Бэкхен (который в оригинале должен был быть плохим) стали моими неожиданными персонажами, которые изменили сюжет фф.